Василиса Прекрасная
Кровавая Мэри

Пролог

У меня есть тайна. Моя тайна!

Два года назад у меня появилась… магия! Но если об этом станет известно отцу или мачехе? А уж тем более в нашей деревушке? Боюсь мне несдобровать.

Они не понимают. Как не понимала и я. Когда проснулась в первый раз, ощущая силу, текущую по венам – испугалась до слёз и истерики, но постепенно с каждым днём осваивала этот дар. Нашла старую Тильду, прячущуюся в лесу, которая объяснила мне истину, неведомую невеждам.

Существуют магия чёрная и магия светлая. А моя? Белая и такая чистая, что используя её, моё сердце наполняется такой радостью, что хочется смеяться и кружиться от эйфории. Но люди, все те люди, кто обделён этим чудом, боятся таких как мы со старой Тильдой.

Даже отец, который очень любит меня, не сможет это понять. Но я хотя бы рада, что удалось уговорить его не отдавать меня замуж без любви. Ведь скрывать от мужа свою тайну – было бы невозможно. Это тяжело даже от мачехи и сводной сестры, а ведь они не спят со мной в одной комнате. Хотя скоро мне исполнится девятнадцать и начинаю беспокоиться, что Долорес, моя мачеха, всё же уговорит отца на моё замужество.

Откуда у меня магия? Не знаю. Моя матушка умерла, давая мне жизнь, а батюшка женился, едва мне исполнилось пять. Он был достаточно завидным женихом в нашей деревне. Ну как же! Бейлиф, отвечающий у нас за закон. Добропорядочный и зажиточный, так как дедуля оставил ему в наследство единственный в нашей деревне и процветающий трактир.

И сейчас незаметно ушла из дома за травами, которые можно использовать как приправу в еде и заодно собиралась навестить Тильду. В последнее время редко посещала её. Она уже научила меня всему, что знала сама, но мне было жаль старую женщину без семьи и какой-либо опоры в жизни. Вынужденную скитаться по миру и жить впроголодь. Одно время она пыталась осесть, но… Светлая сила заставляет старушку использовать её во благо. Искушение порой так велико, что пару раз она выдавала себя, но вместо благодарности в наши времена жди только костра и смерти в мучениях. И я чувствовала, что скоро она покинет эти края в поисках другого места. Ей и так пришлось задержаться тут из-за меня. И если бы не отец? Я бы пошла с ней, не раздумывая. А вот у чёрных ведьм таких проблем не было. Их сила шла не из души, а из тёмной стороны. И они без труда скрывались среди обычных людей. К несчастью, это приводило к тому, что гибли только светлые, становясь жертвами невежественной морали.

Стоило мне подойти к укрытой в лесу хижине, как услышала пока ещё приглушённые для меня голоса, доносящиеся оттуда. Подошла поближе к двери и застыла, потому что узнала их. Один из них принадлежал Тильде, а второй… моей мачехе?

К слову о ней. Мы с ней не ладили. И это мягко сказано. Она скорее не выносила меня и желала избавиться, прилагая все усилия, чтобы выдать замуж за кого угодно, лишь бы с глаз долой. На её несчастье я слишком похожа на маму, постоянно напоминая папе об его первой и очень сильной любви. И если мне довелось стать голубоглазой блондинкой, то Долорес же обладала чёрной гривой с карими глазами. Иногда мне казалось, что батюшка специально выбрал полную противоположность для второго брака. В попытке забыть прошлое.

– Я говорила тебе, старуха! И не раз! Убирайся с моей земли! – выговаривала Долорес. – И моё терпение закончилось. Буквально через несколько минут тут будут люди, чтобы схватить тебя и сжечь на костре!

Не понимая, что происходит, в панике оглянулась. Неужели она говорит правду?

– Но ты давала мне три года! – тем временем проскрипела старческим голосом светлая ведьма. – Прошло только два с половиной.

– Я передумала, – хмыкнула Долорес. – Деревенские вот-вот спалят тебя дотла. И с удовольствием на это посмотрю.

Вдруг я услышала шум подходящей сюда толпы и в ужасе застыла. Уже хотела забежать за дом, как меня увидели.

– Марисоль? – удивился отец, возглавлявший их. – Что ты здесь делаешь, дитя?

Дверь передо мной распахнулась, являя мою мачеху.

– Мэри? – воскликнула она и тут же метнула взгляд за свою спину. А затем снова на меня и мне показалась, что в её глазах промелькнула сама тьма, напугавшая меня до глубины души.

Но это быстро прошло, стоило ей увидеть толпу за моей спиной. И она тут же обратилась к моему папе.

– Дарен? Вы уже здесь? Эта ведьма тут, как я и говорила.

– Схватить её! – приказал отец, отодвигая меня с прохода, чтобы освободить им дорогу. – Она не должна уйти! Отойди, Марисоль! С тем, что ты здесь делаешь, разберёмся потом.

В ужасе наблюдала, как они выволакивают старую Тильду из ветхого домишки и тащат в деревню. Крики толпы оглушали. И больше всего боли мне приносило то, что не в силах ей помочь. Только заикнусь, что она хорошая и ни в чём не виновата, как меня схватят, как и её. Тут и отец не поможет. Сердце обливалось кровью от происходящего. Могла только идти вслед толпе и стараться не заплакать. Эта женщина за последние два года стала мне ближе и роднее, чем мачеха и сводная сестра за всё время нашего знакомства.

Мне было известно, что старушку волокли к уже собранному кострищу на площади, чтобы привязать к столбу. Он всегда стоял там, в напоминание, что будет за колдовство… Готовый к своей задаче – истреблять нечисть и всё, что люди сочтут за неё. Толпа расходилась в своём негодовании, перекрикивая один другого с призывами сжечь ведьму. Я почувствовала, как позади меня кто-то встал и тихо зашептал на ухо. Впрочем, таиться особого смысла не было. Крики всё скрыли.

– Так моя любимая падчерица светлая ведьма? Какая приятная неожиданность, – ехидно произнесла мачеха, идя рядом со мной.

От испуга дёрнулась, но она удержала меня от побега, схватив за плечо.

– Успокойся, Марисоль, – тихо рассмеялась противным смехом Долорес. – Или ты хочешь гореть на костре вместе со старой Тильдой? Могу устроить…

– Ты… чёрная? – едва слышно спросила у неё пересохшим горлом.

– Да. И хочу заключить с тобой сделку, Мэри…

– Неужели? Ты поможешь мне спасти Тильду?

– Её? – презрительно захихикала Долорес. – Нет уж. Эту старую ведьму уже не спасти. А вот как на счёт того, чтобы защитить твоего отца? На что ты готова ради него?

Я мельком посмотрела на неё.

– Ты сама ведьма и шантажируешь меня?

– Ты такое дитя, Марисоль. В отличие от тебя у меня нет сострадания к этой деревенщине. Если они схватят меня, то я убью их всех. И угадай кого первым? Дам подсказку – это будешь не ты.

– Что ты хочешь? – тут же спросила у неё, отбрасывая ненужную робость.

От этого разговора слишком многое зависело, чтобы проявлять слабость.

– Я? – беззаботно рассмеялась Долорес и тут же хищно прищурилась. – Молодость и красоту! И существует ритуал способный дать мне это. Но есть и побочный эффект. Проклятье, которое не хочу принимать на свою долю.

Мы уже подходили к деревне, так что я её поторопила.

– Что ты хочешь от меня? Выражайся яснее.

– Прими проклятье вместо меня. Тому, кто обладает такой властью, и кто даст мне молодость всё равно кто сделает это, но это должно быть сделано по доброй воле. Главное, чтобы у него был дар к колдовству.

– Что за проклятье? – уточнила, холодея всем телом.

– Не знаю, – мачеха беззаботно пожала плечами. Она в отличие от меня не торопилась. – Говорят для каждого своё. То чего боишься больше всего. Ну так как? Я с удовольствием отправлю тебя на костёр, а потом стану богатой вдовой. Давно об этом подумывала, но уж больно место тёпленькое.

Судорожно обдумывала её предложение. Был ли у меня хоть какой-то выбор?

– Ты спасаешь Тильду. Без смертей. Затем исчезнешь из деревни с Жанет, – отчаянно торговалась, на всякий случай, выпроваживая из своей жизни и свою сводную сестру. – И опять-таки без смертей. Хочешь, укради наши деньги, но исчезни. И тогда моё добровольное согласие… у тебя есть.

– Серьёзно? – усмехнулась она. – Ты многое просишь.

– Если ты что-то сделаешь с отцом… То…

– Не пугай меня, Марисоль. Не доросла ещё и слишком глупа. Хоть Дарен и нанял учителей, чтобы обучить тебя грамоте и наукам. Но… хорошо, – она отрывисто кивнула. – Скрепим сделку?

Чёрная ведьма протянула руку. И я, поколебавшись всего секунду, вложила свою ладонь в её. Ведьмовская клятва это не шутки. Нарушить нельзя. Иначе смерть. И слава Богу. Потому защиты от чёрной ведьмы я не знала. Как и старая Тильда.

Долорес каркающе рассмеялась и щёлкнула пальцами, от чего на мир опустилась тьма. Я могла её развеять, но не стала.

А когда она развеялась, Тильда пропала. Как и моя мачеха. Но я знала, что только что решила свою участь. И Долорес скоро снова появится в моей жизни, чтобы стребовать долг. И возможно пожалею об этом решении. Но, по крайней мере, любимые мной люди будут живы.

Глава 1

– А это на чай.

– Кусочек сахара? Серьёзно?

Наши дни.

Моя смена должна была закончиться только через час. Но усталости не было. Иногда вообще казалось, что никогда не сплю. Но сон всё же требовался. Хоть изредка. Чтобы почувствовать себя нормальным человеком.

– Мэри! – заговорщицким шёпотом произнесла Холли, наш администратор, подходя ко мне. – Дорогуша! Ты можешь обслужить одиннадцатый столик? Брайан не любит этих богатеньких снобов.

Ну да! Зато он любит тебя. В подсобке. И на кухне, когда, как вам кажется, что никто вас не видит. И ещё бог весть знает где, о чём предпочла бы не знать. И почему я вечно козёл отпущения? Но ничего не поделаешь. Если хочу здесь работать и иметь послабления, иногда надо делать одолжения. Хотя почему не послали Роба? Ах да. У него смена на кухне.

Так что, вздохнув, пошла к одиннадцатому столику с привычной профессиональной и дружелюбной улыбкой.

«Снобом» оказался тот ещё хам лет двадцати пяти. Пока он заказывал картошку фри и пиво успел шлёпнуть меня по заднице и назвать «крошкой». Обожаю ночные смены в этой забегаловке. Несмотря на ночь с воскресения на понедельник всегда найдётся тот, кто будет распускать руки и строить из себя мачо. В такие моменты жалею о своей миловидной внешности. Хоть и не прибегаю к ухищрениям, чтобы выглядеть лучше, всё равно цепляются всякие уроды.

Надеюсь, сегодня мне повезёт и меня возьмут на новую работу, потому что эта представляет собой вечную каторгу из приставучих клиентов и пьяных разборок. Кто-то бы сказал, что пора бы и привыкнуть, но это всё чушь. Нельзя привыкнуть к свинскому отношению к себе. Или ты уподобляешься им, ломая себя. Или бежишь прочь.

Но выбирать мне особо не приходится. У меня за плечами несколько университетов, которые закончила дистанционно, но серьёзная работа? Как не пыталась всё всегда срывается. Прошлое и настоящее вторгаются в жизнь, и всё рушится, как хрупкий карточный домик.

Перетерпев этого хама, не оставившего даже жалкие пятипроцентные чаевые, закончила смену и вышла на парковку. Закрывать кафе не надо. Оно круглосуточное и сейчас уже заступила следующая смена. Хотелось бы пожелать им удачи, но это вряд ли поможет.

Солнце уже встало и ничего не предвещало беды, как меня резко прижали к моей машине, когда открывала двери. Ключи выпали из рук на асфальт, а мне на ухо жарко задышали пивным перегаром.

– Крошка, может развлечёмся?

Без труда узнала моего бедового посетителя с одиннадцатого столика. Медленно повернувшись, с интересом посмотрела на него. Игриво-похотливое выражение его лица вызывало отвращение.

– Прости, но ты не оставил чаевых, – хмыкнула. – А учитывая твою щедрость, боюсь нам не по пути.

– О! Если дело в деньгах, то я готов заплатить, – он с готовностью кивнул, радуя меня нагловатой ухмылкой. – Сколько? Двадцать баксов? Сто? Сколько стоит такая малышка как ты?

Моё собеседование назначено только через пару часов, так что час в запасе у меня был.

– Двадцать? Смеёшься? Сто, – кивнула. – И только не здесь. Может, ты думаешь, что у официанток нет репутации, но мне моя дорога. Тут неподалёку есть мотель под названием «Ласточка». Давай встретимся там.

– Хочешь смыться? – нахмурился. – Мы поедем туда вместе, крошка. И никак иначе.

Я гортанно засмеялась и достала из кармана розовой униформы сотовый, протягивая его ему.

– Держи, – улыбнулась. – Как тебе такой гарант? Не смогу не прийти за своим телефоном. Сними нам тринадцатый номер. Люблю эту цифру. Она приносит мне удачу.

Он взял протянутое и сжал в руке, пристально разглядывая моё лицо.

– Ладно, малышка. Буду ждать тебя там.

И парень действительно развернулся, чтобы уйти. А я выдохнула, как только он сел в свою отнюдь не дешёвую машину и укатил в сторону мотеля, помахав мне рукой на прощание.

На парковку вышел Роб, тоже закончивший ночную смену, и подошёл ко мне.

– Какие-то проблемы, Мэри? Видел тебя с этим парнем. Он приставал к тебе? Нужна помощь?

– Нет, – я беззаботно рассмеялась. – Просто извинился, что не оставил чаевые. И как видишь, уехал. Надеюсь, никогда не увижу его вновь.

Мой коллега нахмурился и кивнул. Он давно подбивал ко мне клинья, но для меня Роберт был слишком хорошим. Здесь только подрабатывал и учился в местном колледже. Его ждёт прекрасное будущее и не мне ему портить его. Да и знаю, чем всё закончится, если сближусь с ним. Чудовище найдёт к чему придраться.

– Не волнуйся, – тепло улыбнулась. – Я давно привыкла к таким… личностям.

– Тебе здесь не место, Марисоль, – покачал головой. – Такая девушка как ты…

– Даже не заканчивай это предложение, друг, – подняла ключи и, наконец, открыла дверь в машину. – Увидимся вечером.

– До вечера, – попрощался Роб и пошёл к своему джипу.

Я же села за руль своей старенькой Вольво и не спеша поехала в мотель «Ласточка». Припарковавшись, вышла из машины и медленно сняла перчатки, которые всегда носила, притворяясь гермофобом. А затем расправила плечи и двинулась в тринадцатый номер. У меня всего час и надо провести его с пользой. Не люблю смешивать обычную жизнь с этой, но этот парень сам нарвался.

Глава 2

– Прежде чем усердно судить грехи других людей, начните со своих.

– Мне известны мои. Мои грехи – это моё проклятье.

Зайдя туда, улыбнулась развалившемуся на кровати парню.

– Всё же пришла, – усмехнулся он, легко вставая и поигрывая моим сотовым в руке.

– А ты сомневался? – я рассмеялась.

– Ну, в кафе ты притворялась серой мышкой, а на стоянке оказалось, что ты обычная проститутка.

Я наклонила голову, рассматривая свою новую жертву, которая выбрала меня сама.

– Часто здесь бываешь? – спросил парень.

– Тут? – покачала головой. – Нет. Но в такой ситуации? Частенько. Брезгуешь?

– Нет, – усмехнулся он, подошёл ко мне ближе и положил сотовый на столик у входа. – Ты вроде чистенькая. Эй. Разве у тебя были не голубые глаза? Сейчас они почти чёрные.

Мои губы изогнулись в улыбке. Наблюдательный малый. Но времени мало, поэтому схватила его за предплечье.

Короткая вспышка в сознании и я узнала о нём всё. О чём и так подозревала, только заглянув в его глаза. Джими Харпер, двадцати четырёх лет от роду. Богатенький нувориш, свернувший не туда ещё подростком. Угон машин, наркотики, алкоголь… девочки. Довёл свою восемнадцатилетнюю девушку до самоубийства год назад. Ни капли угрызений совести. Будущее? Убийство через шесть лет. Родители отмажут, но это доведёт его мать до сердечного приступа. Она выживет и останется инвалидом, прикованным к постели. И после от него откажутся родные, разорвав все связи. Затем череда печальных событий и в тридцать пять умрёт от передозировки с малолетней девчонкой, которую сам же посадит на иглу. Мой клиент, от которого разит грехом. Я почувствовала это ещё в кафе, но решила его не трогать. Но он сам пришёл ко мне, решив свою судьбу.

– У тебя глаза стали ещё более чёрными, – задумчиво произнёс парень, начиная расстёгивать свой ремень. – Так что? Будешь отрабатывать деньги? Начни с того, что обслужи меня ротиком. Если будешь стараться, то добавлю ещё полтинник сверху. Я люблю глубокий минет, крошка.

– О! – хрипло рассмеялась. – Поверь, я знаю всё, что ты любишь, Джими.

– Мы знакомы? – удивился Харпер, останавливаясь на полпути.

– Нет, – покачала головой и произнесла, вкладывая в голос Силу: – Скажи мне, чего ты боишься больше всего на свете?

Он сглотнул. И его глаза забегали, но, поколебавшись, ответил:

– Смерти. Медленной.

– И всё? – переспросила разочарованно. – Это так банально, Джими. Значит, если умирать, то быстро? Прости, но этому не бывать.

– Кто ты такая? – уставился на меня, сжимая кулаки.

– По всей видимости, твоя смерть, – в комнате запахло страхом и чудовищу внутри меня это понравилось.

– Ты больная? – нахмурился парень. – Это типа какая-то секта?

– Сейчас ты, мой дорогой, – произнесла, не обращая внимания на его слова. – Напишешь предсмертную записку своим родителям. Скажешь, что винишь себя во всём в случае с Ребеккой, хочешь, чтобы они были счастливы и уверен, что без тебя им будет лучше. А потом ляжешь на эту кровать и перережешь себе вены вдоль, Джими Харпер.

Он снова колебался, но чем больше в человеке греха, тем проще мне контролировать его. И с этим субъектом проблем не возникло. Он послушно подошёл к тумбочке с телефоном, вырвал последнюю страницу из телефонного справочника и начал писать ручкой, лежащей у телефона.

Всё это заняло у него несколько минут. Затем лёг на кровать, где достал из кармана перочинный нож и сделал как я и сказала.

– Не хочу умирать, – жалобно произнесло это чудовище.

Или чудовищем была я? Не знаю. Впрочем, думаю, мы оба.

Присела в дешёвое плетёное кресло в углу и стала смотреть, как он умирает. Когда-то светлая ведьма, теперь превратилась в монстра, наказывающего других монстров.

Минута за минутой из него вытекала жизнь, перетекая в мою. Сколько раз я уже убивала подобным образом? Сто? Тысячу? Как же устала от всего этого. И многое бы отдала, чтобы, как и он, умереть, но для меня самоубийство не выход. Будто не пыталась. Но просыпаясь, оказывалась в извечном дне сурка, где чудовище требует дань, или начнёт убивать всех без разбору. Проходили и плавали. Пыталась я и изменять их судьбу, но делала лишь хуже.

Иногда эти подонки боятся чего-то реально страшного, но почему-то большинство именно такой смерти. Хоть монстр и ликовал, но маленькая потерянная девушка, которой я была когда-то, испытывала почти суеверный ужас.

– Как же холодно, – прохрипел почти обескровленный Джими. – Очень холодно.

Если он думал, что буду его утешать, то не дождётся. Перед глазами всё ещё стояли лица его родителей, Ребекки, умолявшей не бросать её, несмотря на его бесконечные измены, того парня, что он убьёт в пьяной драке в баре и даже той девчонки, с которой он должен был встретить свою смерть. Миру будет лучше без такой мрази как Харпер.

Поэтому безмолвно дождалась, когда его глаза остекленеют и поднялась со своего места. Не забыв захватить сотовый, вышла отсюда. Всё же задержалась. И теперь надо поторопиться, чтобы успеть заехать домой, принять душ и переодеться для собеседования.

А ведь скоро Хэллоуин и это значит, я занимаюсь этим уже триста лет. Полагаю, праздновать и чествовать чудовище внутри себя – не самая лучшая идея.

Глава 3

– Заблуждение не перестаёт быть заблуждением. Даже если большинство разделяет его.

– Но никогда не отдавайте жизнь за свои убеждения, потому что вы можете заблуждаться.

Не люблю нарушать правила. Но чтобы успеть к назначенному мне времени, пришлось немного превысить скорость на дороге. Если что и уяснила в своей жизни, это если соискатель опаздывает на встречу с потенциальным работодателем, то почти гарантированно останется не у дел. Кому нужны безответственные люди?

Мысль об этой работе пришла в мою голову давно, но страх порушить свою жизнь ещё раз всегда останавливал меня. Но кажется моё отчаяние достигло критической точки. И это толкает не только на опрометчивые поступки, но на рисковые предприятия.

Я много чем занималась в этой жизни. Работала секретарём, риелтором, продавщицей, брокером или просто удалённо через интернет. В общем всё, кроме контактных профессий типа врача или что-то в таком роде. Даже держала свой бизнес. Но каждый раз, когда всё только-только налаживалось, что-то происходило. Чудовище выходило из-под контроля или кто-то особо умный начинал что-то подозревать. И приходилось исчезать, стирая прошлую личность без следа.

Приехав сюда, поняла, что мне надоело. Надоело вливаться во что-то новое, чтобы потом порушить всё на корню. Все достижения и успехи сводятся к нулю. А что может быть проще официантки? Если бы у меня был хоть кто-то, может я и переносила бы всё это проще. Но как можно завести даже собаку, когда, коснувшись её, уже знаю, когда и от чего она умрёт? Как будет страдать. Это делало мою жизнь ещё более одинокой, чем у преступника, вынужденного прозябать в одиночной камере.

Я усмехнулась этим упадническим мыслям и вышла из машины, разглядывая двухэтажное здание перед собой.

Жизнь, смерть… Какая, блин, разница? Ещё немного и мне кажется, что переступлю черту, за которой закончится моя жизнь и начнётся царствование чудовища. Или это уже давно произошло? А я лишь тешу себя иллюзиями о собственной личности?

Зашла в него и тут же натолкнулась на девушку на ресепшене.

– Чем могу быть вам полезна в нашей фирме? – её широкая улыбка почти раздражала, но я справилась с собой.

– У меня тут собеседование… Линдси, – имя прочитала на бейджике.

– Правда? – изумление девушки было неподдельным.

Ещё бы. Думаю, не смотря на всю кажущуюся пафосность этого офиса, таких как я, в качестве претендентки на эту должность, тут ещё не видели. Но мне было плевать.

– Мистер Хойт ждёт меня в десять, – я улыбнулась Линдси. – У нас назначено.

– Да, да, – она кивнула, продолжая рассматривать меня с головы до ног.

И чем больше видела, тем сильнее становилось её потрясение. Что взять с хрупкой на вид девушки с личиком невинной жертвы? Уж точно не то, что подразумевала моя будущая должность. При везении само собой. Но и в обычных джинсах и кожанке, которые выбрала для похода сюда, мне не выглядеть сурово и жёстко.

Могла и заставить меня взять, но к чему? Человеческая доля – полагаться на собственные силы и харизму… И будь я проклята, но… Ах да, я и так проклята! Но всё же будь я проклята ещё раз, но мне нравится полагаться именно на них, а не на силы, данные отнюдь не свыше. Быть обычным человеком. Что может быть лучше?

– И? – поторопила её, так как она увлеклась разглядыванием. – Куда мне пройти, Линдси?

– Простите, – она немного смутилась, но показала мне на лестницу. – Второй этаж, первая дверь слева.

Коротко кивнула ей и пошла наверх. Постучавшись, дождалась разрешения и вошла, приклеив на лицо улыбку. За дверью оказался обычный безликий кабинет. За столом, заваленным папками, сидел брутальный мужчина лет сорока. При виде меня его брови моментально взметнулись вверх.

– Мисс Саммер, это вы?

– Добрый день, – я скрыла рвущуюся наружу насмешку, продолжая безмятежно улыбаться. – Да, моё имя Марисоль Саммер. А вы, полагаю, мистер Хойт?

– Да – он сглотнул. – А…

– Вы позволите, я присяду? – махнула в сторону стула перед его столом.

– Конечно, конечно, – кивнул мужчина, беря себя в руки. – Проходите. Признаться, меня не часто можно удивить, но увидеть девушку, выглядящую так, будто она только со школьной скамьи на этом собеседовании не ожидал.

– Вы ожидали матёрую лесбиянку, поигрывающую мускулами и доказывающую, что женщина может больше, чем мужчина? – тихо рассмеялась.

– Ну… да, – он продолжал меня изучать и не скажу что с одобрением. – Вы напоминаете мне мою дочь. Она как раз поступила в колледж.

– Вы же видели моё резюме, – пожала плечами, принимая серьёзный вид. – Может, приступим?

– Ну хорошо, мисс Саммер, приступим, – он подобрался.

– Зовите меня Марисоль, мистер Хойт, – мягко поправила его.

– Кхе-кхе, – прокашлялся мужчина. – Простите, но всё равно не верю, что вам двадцать восемь, Марисоль.

– У меня хорошие гены.

– И не думаю, что вы нам подойдёте.

– Согласно вашему объявлению: вам требуется человек, владеющий навыками самозащиты, оружием и имеющий юридическое образование, – не приняла отказ. – У меня всё это есть.

– Обычно мы берём кого-то из бывших полицейских. Вы понимаете, что эта работа сопряжена со стрессами, опасностью и определёнными навыками?

– По поиску людей? Разумеется. Испытайте меня, мистер Хойт.

– Мне не хотелось бы отвечать за вашу смерть, Марисоль.

– Давайте будем проще. Лицензию я уже получила и в любом случае займусь этой работой. Но либо как независимый охотник за головами, либо от вашей фирмы. И поверьте, вы не захотите конкурировать со мной.

От моих слов мужчина сначала опешил, а потом расхохотался. Но я же осталась серьёзной. Вообще-то шуток в моих словах не было.

– Хорошо, – он смахнул слезы, выступившие от смеха. – Если ты найдёшь вот этого человека за… скажем неделю, то я так и быть дам тебе эту работу. Обещаю.

Он быстро черканул что-то на листочке и протянул его мне. Отказываться я не стала и взяла его.

– Мы ищем его уже год и за него назначена сумма в сто тысяч. Если найдёшь и приведёшь сюда, то комиссия в десять процентов с этих денег и работа твои.

Я кивнула, вставая под его насмешливым взглядом.

– До встречи, – попрощалась с ним и пошла на выход.

– Вот уж не думаю, деточка.

Мысленно фыркнула такой фамильярности. Быстро же этот «дяденька» перешёл на «ты». Не то чтобы я обиделась и хотела кому-то что-то доказать. Мне это ни к чему. Просто мне необходима эта работа, чтобы как минимум не сойти с ума. И значит получу её.

Глава 4

– Если врага нельзя победить, то с ним надо подружиться.

– Абсолютно не согласна с данным утверждением. Можно просто переехать в другой город. Чем не выход?

Подъехала к многоэтажному дому, где живу и сразу почувствовала неладное. Такое чувство у меня возникает только в одной ситуации. И это полный отстой.

Я зашла в свою крохотную квартирку-студию, которую снимала уже год, включила свет и бросила сумку у входа. Устало прошла к плите и включила кофейник, облокачиваясь на стойку.

– Зачем явилась? – произнесла, не поворачиваясь в тот угол, где сидела нежеланная гостья.

– Ты не рада видеть свою любимую мачеху? – насмешливо проговорила Долорес.

Поморщившись, всё же посмотрела на неё. Женщина ни капли не изменилась ни с нашей последней встречи, ни с того дня, как мы провели ритуал вызова Самайна.

– Зачем явилась? – повторила вопрос без всякого выражения.

– Судя по этой ужасной тряпке на кровати, – она показала своим наманикюренным ноготком на мою розовую униформу. – Ты сейчас официантка? Как ужасно. Такая сила! И прислуживает людям. От своей падчерицы я такого не ожидала.

Отвечать на эту провокацию не собиралась, так что прошла к дивану перед телевизором и села на него. Заломила бровь и уставилась на ту, кто отравил мою жизнь.

– Я предлагала тебе ввести в мой бизнес, Мэри, – хмыкнула женщина. – Деньги, власть… питание.

– Ты уже избавилась от очередного мужа? – поинтересовалась у неё, игнорируя предложение.

– Зачем? – она рассмеялась. – У Колина куча связей. Их не всегда купишь.

– Мы не виделись десять лет, Долорес. Как ты вообще нашла меня? – вздохнула, понимая, что простого ответа на свой вопрос не услышу.

Во всяком случае сразу. Эта гиена всегда ведёт свои игры, извлекая одну ей известную выгоду. И раз она объявилась тут и в моей жизни, значит ей что-то надо.

– Ты обижаешь меня, дорогуша, – бывшая мачеха картинно закатила глаза. – Ты забыла, что у нас один поставщик документов? А зная новую фамилию и имея деньги… можно найти кого угодно. Ну а имя ты никогда не меняешь. Как ты сентиментальна, милая. Это же единственное, что дала тебе твоя покойная мамочка.

– Как бы я хотела, чтобы ты сдохла, – я отвела взгляд.

– Не говори так! Мы же одна семья, Мэри. Я могу и обидеться, – «трогательно» возмутилась ведьма.

– И что сделаешь? – фыркнула. – Мы обе знаем, что мне не дано ничего сделать тебе, а тебе – мне. Когда-то давно ты говорила мне, что я ещё дитя и не должна пугать тебя? И кто из нас теперь ребёнок? Проваливай.

Я поднялась и прошла к двери, открывая её.

– У меня есть для тебя работа, Марисоль, – сдалась женщина.

– Не интересует, – покачала головой, всё ещё стоя у распахнутой двери. – И не думаю, что есть что-то такое, на что способна я, но не можешь ты… другими методами. Шантажом, вымогательством, подкупом и… чёрной магией, Долорес.

Она встала со своего места и подошла ко мне вплотную.

– Ты должна быть мне благодарна, Мэри. Именно благодаря мне ты приобрела силу, о которой я только мечтала. Вдобавок красоту и молодость, как у меня! Ты получила всё, чего хотела я, но ведёшь себя как всё та же светлая ведьма-идеалистка. Очнись уже! Я триста лет ждала, пока ты образумишься.

– Приходи ещё лет через триста, – усмехнулась. – Попытай счастья. Не обещаю, что тебе повезёт, но вдруг. Может, и я превращусь в такую же бездушную суку, как ты. Жду с нетерпением.

– Но это нужно и тебе, понимаешь? – она нахмурилась. – Есть кое-кто…

– Уходи, – покачала головой, не желая слушать её очередные сказки.

– У нас с тобой умерли все, кого мы знали! И только мы остались друг у друга. Нам надо быть заодно, Марисоль.

Я не удержалась от того, чтобы заливисто рассмеяться и взмахом руки указать ей на дверь ещё раз.

– Я ещё свяжусь с тобой, Мэри. В ближайшее время. Поверь, это в наших с тобой общих интересах.

Она вышла из квартиры. Мне хотелось с силой захлопнуть за ней дверь, но только аккуратно её прикрыла. С этой женщиной нельзя показывать свои эмоции. Иначе сожрёт с потрохами, умело манипулируя на твоих слабостях. Хотя как не пыталась избавиться от чувств по отношению к этой жалкой ведьме, но так и не смогла вытравить ненависть из своего сердца. А как говаривала старая Тильда, у светлых ведьм не может быть ненависти в душе. Да и вообще такого сильного негатива. Когда они поселяются там – это первый шаг к тому, чтобы стать чёрной. Но мне-то беспокоиться не о чем и такое точно не грозит. Я теперь похуже, чем любая злая чёрная ведьма. Я – Кровавая Мэри. Ужас во плоти для грешников и преступников. Во всяком случае мне хотелось бы, чтобы только для них.

Уже хотела пройти в ванную, чтобы залезть под душ и смыть с себя разговор с Долорес, как заметила под моей собственной розовой униформой официантки папку, которой прежде там не было. Ну конечно! Чёртова ведьма.

Взяла её и увидела записку. Размашистый подчерк мачехи узнала сразу и без труда.

«Так и знала, что ты выгонишь меня. Но ты должна с этим ознакомиться. Не пожалеешь. Когда будешь готова обсудить всё спокойно, позвони. Тут и моя визитка».

Первым порывом было – выкинуть её к чертям, но, глубоко вздохнув, бросила её обратно и ушла в душ. У меня сегодня ещё много дел.

Глава 5

– Найди кое-кого. Не знаю где, не знаю как… Но найди.

– Кто ищет, тот всегда найдёт. Если правильно ищет.

Выйдя из ванной, взглядом зацепилась за папку в жёлтом переплёте, которая так и лежала на кровати. Она не давала мне покоя. Желание заглянуть в неё было почти непреодолимым. Долорес неплохо знала меня. Любопытства мне всегда было не занимать.

Но сейчас я пока не была готова ни к этому, ни к новому вторжению этой ведьмы в мою жизнь. Мы часто пересекались за последние триста лет, но каждый раз она пыталась использовать меня в своих целях. Будь то промышленный шпионаж или просто как слепое оружие в её загребущих руках. Мачеху ничто не изменит. Жаль, что моя сила на неё не действует. Но точно знаю, что если умрёт она, то и мне придёт конец. И наоборот. Вот же насмешка судьбы.

Но что-то в её словах всё же зацепило меня. Почему она говорила это? Что именно могло касаться и меня? Общих дел у нас с ней нет. Хотя в последние сто лет Долорес стала более навязчивой. И что-то сомневаюсь, что дело в невесть откуда взявшихся родственных чувствах. Она их даже к родной дочери не испытывала. Хоть Жанет и любила мать, но у неё не проявилось ни капли силы. От того для Долорес не существовало и её.

Да Бог с ней. Вернее Сатана и Самайн вместе взятые. А мне надо заняться кое-чем другим.

Быстро оделась и достала из сумки тот самый листок, который мне вручил Хойт. Обычно я бы не стала применять чары, но уж больно хотелось утереть нос будущему работодателю. Назвать меня деточкой? Серьёзно? Три раза ха-ха! Не то чтобы это превратилось в манию доказать что-то. Но должны же у меня быть хоть какие-то радости? Иначе жить и вовсе станет невмоготу.

Так что ускорю поиск. Думаю, мачеха находит меня именно таким способом, хоть и не отказывает себе в удовольствии каждый раз упомянуть про деньги и связи. Будто у меня их нет. Сложно не нажить хоть что-то, не имея цели в жизни и без стремления жить в роскоши. Но какой в них прок, когда некого радовать ими? Впрочем, эту ведьму это не волновало. У неё есть только одно хобби – становиться более могущественной и богатой.

Взяла карту мира и уселась прямо на пол перед диваном, расстилая её перед собой. Человек, которого мне надо найти носит имя Руди Зиндман. Так же написал Хойт и основные приметы – шрам, пересекающий бровь и тату звезды у сердца. Не густо. Для кого-то. Но не для меня.

Заклинание поиска универсально. Как для чёрных, так и для светлых ведьм. Так что проблем не возникнет. Я сняла с шеи цепочку и сжала её в руке, вытягивая перед собой. Затем закрыла глаза и начала повторять как мантру:

– Воло инвенире локацио Руди Зиндман… воло инвенире локацио Руди Зиндман.... воло инвенире локацио Руди Зиндман…

В процессе почувствовала, как цепочка куда-то потянулась. Открыла глаза и увидела, что моя цель находится не так и далеко. Всего в паре часов езды на машине в городе Провиденс.

Даже скорее всего успею на вечернюю смену в кафе. При желании. А если нет? Не беда. Особо работой официантки не дорожу.

Бросив последний взгляд на жёлтую папку на кровати, решила не затягивать с поиском, а моё любопытство и дела мачехи подождут. Захватила сумку и пошла на стоянку.

Дорога до Провиденса заняла всего полтора часа. Пришлось заехать в сувенирный и купить карту города, чтобы в машине повторить тот же трюк, но уже на более конкретной территории.

Зиндман нашёлся в баре под названием «Жизнь Пи» на окраине города.

Хмыкнув, поехала туда. А когда зашла в помещение, прошла к барной стойке, присаживаясь. Был шанс, что моя цель просто была местным посетителем и уже ушла, но кто знает?

Но я не ошиблась. Потому что из задней двери с коробкой в руках вышел мужчина со шрамом на лице, пересекающим его бровь.

– Что тебе налить? – сухо спросил меня, ставя коробку вниз.

– Маргариту, пожалуйста, – ответила ему с улыбкой, медленно снимая перчатки, без которых редко выходила из дома.

Дотрагиваться до людей просто так чаще всего было противно. Да и внутренний монстр начинал открывать свою отвратительную пасть в надежде на добычу.

Что может быть хуже для светлой ведьмы, чем желание убивать? Самайн знал, чем награждает в наказание и проклятье. Давая силу и желание, вызывающие разлад в душе.

Когда бармен уже протягивал мне бокал, специально протянула руку и коснулась его пальцев своими мимолётным касанием. Почти мгновенно узнавая его подноготную. По телу прошла волна вместе с картинами из его жизни. Чудовище сладко облизнулось в предвкушении. Но лишь шикнула на него. Может быть, когда-нибудь мы и полакомимся Руди Зиндманом, но не сегодня. Сегодня он нужен мне для дела.

А это действительно оказался он. Не самая отъявленная сволочь, но и гордиться ему нечем. Искали его за то, что год назад он сбил на машине девушку с ребёнком. Случайно и будучи пьяным. Ребёнок выжил, а вот девушка нет. Ищет его супруг погибшей. От полиции Зиндман успешно скрылся, а вот от меня – вряд ли. И мне повезло, что я пришла сейчас. Тот почти накопил денег, чтобы смыться ещё дальше. А именно – на другой конец света. Радует, что Руди испытывает чувство вины. Пока лишь смутное и мало затрагивающее, но с каждым годом оно будет усугубляться. В итоге он напьётся и попадёт в аварию через восемь лет. Не выживет.

Забрать его жизнь я могу, но уже вижу результаты от своего вмешательства. И они ему не понравятся, что меня вполне устроит. Я аккуратно оглянулась, но кроме нас двоих в такой час тут никого не было. А его босс приедет только через час за выручкой.

– Ну что, Руди? – я улыбнулась ещё шире, делая из бокала небольшой глоток. – Как поживает твоя совесть? Что снится по ночам?

Глава 6

– Какая неожиданность!

– Если кто-то не оправдал ваших ожиданий, то в этом нет его вины. Это же ваши ожидания.

От моих слов его зрачки расширились, а сам он попытался дёрнуться в сторону, чтобы сбежать от меня.

– Нет, – покачала головой, вкладывая в голос лишь толику Силы, чтобы он ничего не заподозрил. – Даже не думай убежать. Не пора ли тебе поступить как мужчина? Чувство вины не даст тебе жить спокойно. И выбора у тебя нет.

– Кто ты такая? – прищурился Руди.

– Та, с которой ты поедешь в свой родной город и сдашься властям, – пожала плечами, делая новый глоток.

Он нервно сглотнул, а я усмехнулась, наблюдая, как он борется с чувством вины, разъедающим его внутренности, как кислота. И кто сказал, что эта работа не создана для меня? Пожалуй, слишком просто.

– Пойдём, – я встала со своего места и порылась в сумочке, чтобы заплатить за пригубленную маргариту. Оставила на стойке деньги, развернулась и пошла к машине. Ждать пришлось недолго. Зиндман с почти обречённым видом сел рядом со мной на пассажирское сиденье, а я тронулась с места.

Весь путь обратно мы проделали в молчании. Мне было неинтересно слушать его, а он только косился в мою сторону с недоумением, не до конца понимая, почему едет со мной, да ещё и без сопротивления.

Остановившись у здания, в котором побывала утром на собеседовании, вышла из машины вместе с Руди.

– Добрый день, Линдси, – улыбнулась девушке с ресепшена, когда мы прошли в холл. – Мистер Хойт на месте? Это срочно.

– Э-э-э, – она замешкалась, обвела взглядом меня и стоящего рядом со мной Зиндмана, а только потом осторожно кивнула. Узнала Руди? Не похоже. Но кажется его лицо ей знакомо. – Он в тренажёрном зале. Прямо по коридору, стеклянная дверь. Но…

– Спасибо, – я поблагодарила её и приказала Зиндману: – Пойдём.

Когда зашла в тренажёрный зал, огляделась и увидела в дальнем углу какое-то движение. Жестом показала Руди стоять тут, сама же пошла к Хойту. Мужчина как раз выжимал штангу лёжа. Встала у основания его ног в ожидании, что меня заметят. Это произошло всего через несколько секунд.

– О! Марисоль? – удивился Хойт.

Подождала, пока он установит перекладину с грузом на стойку и сядет, с усмешкой рассматривая меня.

– Что-то ты быстро, деточка. Честно говоря, не думал, что вообще увижу тебя ещё раз. Разве что ты нарушишь закон и будешь скрываться. Но в это мне тоже как-то не верится.

– Я пришла за своей работой, – пожала плечами, не обращая внимания на безобидные подтрунивания.

– Уже нашла Зиндмана? – усмехнулся Хойт.

– Руди! – позвала мужчину, мнущегося у дверей и скрытого другими тренажёрами от наших глаз. – Подойди.

Понурившийся преступник приблизился, засунув руки в карманы и не поднимая головы.

– Но как? – по мере его приближения глаза моего без пяти минут работодателя расширялись в удивлении и затем он подскочил со своего места.

– Мы поговорили, – невинно улыбнулась. – И пришли к выводу, что мистер Зиндман хочет сдаться, чтобы облегчить свою совесть. Не так ли Руди?

Меня обожгли взглядами со смесью крайнего шока, непонимания и недоверия. Причём с обеих сторон. Это даже приятно. Щекотит.

– Итак? – продолжила как ни в чём не бывало. – Работа моя?

– Это какой-то розыгрыш, Марисоль?

– Какой розыгрыш? – «не поняла» его. – Всё честно. Вы сами, мистер Хойт, написали мне имя. Выбирать, кого мне найти, я вас не науськивала. Так что получите и распишитесь. Руди Зиндман собственной персоной. Готов сдаться в руки правосудия. Подожди в коридоре за дверью.

Последнюю просьбу-приказ я проговорила бармену и тот послушно ушёл.

– А ты не боишься, что сбежит? – Хойт проводил Руди глазами.

– Не сбежит, – покачала головой и добавила с сарказмом: – А если и так? Снова поймаю. Это же так чертовски тяжело.

– Как бы ты это не сделала, деточка, я поражён.

– Марисоль. Я даже в дочери тебе не гожусь, чтобы называть меня всякими деточками, – поправила его, переходя на «ты». – Иначе буду величать тебя дяденькой, что ещё больший абсурд.

– Уела, – засмеялся мужчина и протянул мне ладонь. – Зови меня Дарел и собеседование ты, считай, прошла. Пойдём, надо отвести Зиндмана в камеру.

Мы оставили Руди в чём-то наподобие тюремных камер, а затем перешли в кабинет Хойта.

– Деньги я отдам тебе завтра и заодно подготовлю договор на приём тебя на службу, – кивнул Дарел, устраиваясь за столом. – Пока же сделаю пару звонков и сдам твою добычу. Не хочешь сегодня поужинать со мной? Обсудили бы условия твоего контракта.

– Меня устроит и стандартный. И мне надо на работу, – усмехнулась, оставаясь у двери. – Я работаю официанткой. У меня вечерняя и ночная смена. Но сегодня сообщу об уходе.

– Удивительно, – засмеялся Хойт. – Из официанток ко мне ещё никто не переходил. Может, всё же расскажешь, как тебе удалось найти и привести сюда Зиндмана? Не верится мне в эту чушь про совесть. Ты обещала ему свою долю? Десять тысяч на дороге не валяются. А при посильном сотрудничестве он отсидит лет пять и выйдет. Но всё равно десяти кусков для этого мало. Так в чём же дело?

– У всех должны быть секреты. До завтра, Дарел, – попрощалась и ушла, проронив напоследок: – Буду в десять.

Надо успеть заехать домой, чтобы переодеться в униформу, прежде чем ехать в кафе. А вот поужинаю там. И вправду совсем забыла сегодня о еде. А кормят у нас сносно.

Я подъехала к своему дому и тут же снова почувствовала неладное. Неужели опять объявилась мачеха? Второй раз за день? Сомневаюсь. Обычно она так не поступает, давая мне время остыть. Что значит это самое время для таких как мы? Поэтому это что-то другое. Или кто-то другой.

В свою квартиру входила без особого страха. Если кому и нужно бояться, это не мне. Свет уже был включён, поэтому без труда осмотрелась. Причина тревоги сразу стала ясна. В углу, в том самом кресле, где до этого сидела Долорес, расположился незнакомец. А в руках у него находилась та самая папка, которую мне оставила мачеха.

– Любопытное чтиво, – твёрдым голосом произнёс он, рассматривая меня. – И ты тоже любопытная.

Глава 7

– Нет человека более разумного, чем незваный гость.

– Ерунда какая.

Приподняв бровь, рассматривала «гостя». Он был по-своему привлекателен мужественной красотой. Тёмные волосы, острый взгляд, нос с горбинкой, тонковатые губы, которые его не портили. Но кажется кое-кто привык к тому, чтобы поджимать их в недовольстве.

– Так и не скажешь ничего? – спросил мужчина с насмешкой, делая то же самое, что и я. Рассматривая меня с не меньшим интересом. – Кто ты?

– По-моему, это я должна задать этот вопрос, – пожала плечами и положила сумку на столик у двери.

– Но не задаёшь? – уточнил он.

В его глазах плескалось странное веселье и угроза, завораживающие меня. В ответ снова пожала плечами. Любопытно мне действительно было. И очень, но к чему быть предсказуемой?

– Интересно. Я не могу понять твою ауру. Ты вроде ведьма, но что-то не так. Даже не понимаю твоей масти. Что у тебя делала Тереза и почему оставила эту папку? Обо мне в том числе.

– Без понятия, – я рассмеялась и прошла к дивану, присаживаясь на него.

Странный сегодня денёк. И стало жаль, что всё-таки не заглянула в чёртовую папку. Может, понимала бы больше, а пока могла только наблюдать и делать выводы из того что вижу и слышу.

– Ты не врёшь, – подтвердил мужчина. – Что тебя связывает с Терезой?

– С Терезой Беннет? – уточнила у него, припоминая новое имя мачехи. Неудивительно, что это тяжело. Она их меняла раз в пятнадцать-двадцать лет. Хотя не так часто как мужей.

– Она была тут утром. И ты тоже здесь была в тот момент. Так что не хитри, – кажется кто-то начал раздражаться.

– А почему я должна отвечать на твои вопросы? – почти потеряла интерес к этому разговору и встала с дивана. – Мне надо переодеться и уходить. Так что, если хочешь, то знаешь у кого выпытывать информацию.

Его брови взметнулись вверх от удивления моей наглостью, потому что я схватила свою униформу с кровати и прошла в ванную. Сменив одежду, вышла в комнату и вздохнула, так как незнакомец всё ещё сидел в кресле, не подумав избавить меня от своего общества.

– Ты ещё здесь? Какая жалость, – состроила печальное выражение лица.

Он резко поднялся с места и мгновенно оказался рядом со мной, нависая сверху. Ого! Он выше меня на полторы головы. А я ведь не маленькая! Но по сравнению с ним почувствовала себя той самой «деточкой», упомянутой Хойтом.

– Ты немедленно ответишь на мои вопросы, – приказал мужчина.

На что я только рассмеялась и покачала головой. Не знаю почему, но удивление на его лице возросло в разы. Что он не обычный человек, догадаться несложно. От него просто веяло властью и силой. А ещё тот факт, что он видел мою ауру. Может колдун? И судя по эманациям, исходящим от него – чёрный. Впрочем, чего ещё ожидать от Долорес и её связей? Уже хотела развернуться, чтобы уйти, как он схватил меня за руку чуть выше перчатки. Обречённо приготовилась к чужой жизни, но… этого не произошло. В шоке уставилась на его пальцы, на которых вместо ногтей начали вырастать когти. О, мой Бог!

– Ты никуда не пойдёшь, – и тут он заметил мой взгляд на своей руке. – Вот только удивляться не надо. Папка здесь говорит о том, что ты знаешь кто я, ведьма.

Ах, если бы! Но начинаю подозревать кто. И это не может не пугать.

– И сначала ты ответишь мне на вопрос, что Терезе понадобилось от странной ведьмы… официантки, – он презрительно осмотрел мой наряд.

Давненько мне не было так страшно. Пожалуй… никогда. Разве, что тогда в родной деревеньке триста лет назад, когда Долорес угрожала всему, что мне было дорого. Воспоминание об этом буквально разозлило меня, выталкивая из состояния паники, и кидая в отчаяние и злость от того, что меня опять пугают и пытаются использовать.

Да что он может мне сделать? Убить? Приму это с радостью! Хотя не думаю, что ему это по зубам.

Вырвала свою руку из его лапы, поцарапавшись о когти.

– Ты что делаешь, сумасшедшая?! Мои когти ядовиты! – воскликнул он и его зрачки расширились при виде того, как порезы затянулись.

– А ты послушай меня, – фыркнула от негодования, поднимая руку и тыча в него указательным пальцем. – Вали из моего дома! Проваливай отсюда вместе с Терезой или как её там! И папку свою уноси к чёртовой матери! Мне нет дела ни до тебя, ни до неё. Ненавижу!

Произнося последнее слово, почувствовала, как в душе поднимается чудовище, делая мои глаза чёрными, а черты лица более острыми. Монстр хотел поживиться.

Мужчина же рассматривал меня с исследовательским интересом ни капли не напуганный моей вспышкой. Наоборот, он протянул руку и схватил меня за распущенные волосы, сжимая их в кулак. Насильно поднимая моё лицо наверх.

– Сама ярость и ненависть. Очаровательно. Кто же ты?

– А если не отвечу, то что? Убьёшь меня? – я зло усмехнулась. – Давай. Я жду с нетерпением.

– И ты не врёшь, – кивнул мужчина. – Храбрая ведьма. Или глупая? Несмотря на твою регенерацию, я могу одной рукой оторвать тебе голову. Уверен, что новую ты не вырастишь.

– Давай, – от предупреждения и не дрогнула. Вообще-то мне и от этого не суждено умереть. – Я молю тебя сделать это.

– Сумасшедшая, – хмыкнул. – Мы ещё встретимся.

Сказав это, просто растворился в воздухе, подтверждая догадку о своей личности. Когда он исчез, упала на колени, растеряв не только браваду, но и силы. Так глупо вышла из себя. Не стоило этого делать.

Во что Долорес втянула меня? Но кажется у меня есть возможность это узнать. Потому что папка так и осталась лежать в кресле, куда её кинул непрошеный гость перед тем как подойти ко мне.

Глава 8

– План, что и говорить, был превосходный: простой и ясный, лучше не придумать.

– Недостаток у него был только один: было совершенно неизвестно, как привести его в исполнение. Но я что-нибудь придумаю.

Я перечитала содержимое папки раз десять, прежде чем заставить себя сделать то, о чём могу пожалеть – позвонить Долорес. В процессе мне пару раз звонила Холли, но эти вызовы скидывала. Не до них сейчас. У меня проблемы похуже, чем прогул.

Чем эта информация грозит лично мне? До этого визита – я бы сказала никак, но теперь? Теперь мне посчастливилось попасть на радары не тех нелюдей. Лишний повод ненавидеть мачеху ещё сильнее. И порадоваться удаче. Как посмотреть. Зачем она пришла ко мне? Подставить? Или же просто хотела предупредить? Скорее всего. Но вместо этого сделала только хуже. Себе или мне? Это покажет время. Но мне представился шанс. И упускать его – глупость.

Несколько раз глубоко вздохнула и, наконец, набрала номер нынешней Терезы Беннер.

– Да, – голос мачехи в трубке, когда она ответила мне на шестой гудок, вынудил сжать кулаки, чтобы взять себя в руки и не сорваться.

Правда максимум, что могла – это положить трубку. Впечатляющий поступок. Ага.

– Зачем ты приходила? – выдавила из себя.

– Марисоль? – ну ты смотри! Она ещё и обрадовалась. – Нам нужно встретиться.

– Не уверена в этом. Но давай, – нехотя согласилась. – Только не у меня дома. И это должно быть людное место.

– Боишься меня? – женщина усмехнулась в телефон.

– Через полчаса в ресторане «Пармезан», – не повелась на провокацию и положила трубку.

Потом быстро встала с пола, где и изучала папку и пошла переодеваться. Снова натянула джинсы с косухой, ощущая себя в них более комфортно и спокойно. Я понимала, что тот, кто приходил ко мне – и ждёт того, что побегу к Долорес, иначе не исчез бы просто так. Но… таков план. И лучше сделать это в людном месте. Тем более что поставить полог тишины – не сложно, но опять-таки нужно ли? Да и эта ведьма будет вести себя приличнее.

Мачеха уже сидела за столиком в углу. Я махнула рукой подбежавшей хостес, показывая, что мне ничего от неё не надо и пошла прямиком к «мамочке».

В отличие от меня, она предпочитала стиль светской львицы в своём брючном костюме от Шанель и с идеальным макияжем. На её фоне я выглядела как бедная родственница-попрошайка.

– Заказала нам вина пару минут назад. И почему ты так быстро передумала? Мне казалось, что ты неделю будешь читать ту папку, – женщина усмехнулась, когда я устроилась напротив неё.

– У меня побывал Данталиан, – сложила руки перед собой и пристально рассматривала её.

Новость Долорес не обрадовала. Она побледнела и огляделась, пребывая в ужасе. Значит всё же предупредить. В целом логично. Если, конечно, она не играет. Актриса из неё всегда была хорошая.

– Что Дантэ хотел? – шёпотом спросила мачеха, наклонив ко мне голову.

– Что ты натворила? – я прищурилась.

– Ничего, – возмутилась она.

– Рассказывай эти сказки своим бедным мужьям, – прошипела ей в ярости. – Какого чёрта ты натворила?

– Сделала глупость. Но я же не знала! Сама должна понимать, что это просто случайность, – наконец, призналась женщина. – И не надо было приезжать к тебе. Но мне казалось, прошёл уже нормальный срок! Шесть месяцев!

– И тем не менее, по своей воле или нет, но ты втянула меня в это, – скривила губы. – И ты знаешь, как я поступлю…

– Повзрослей, Мэри! Хватит уже лелеять старые обиды! Столько лет прошло.

– Ты прекрасно знаешь моё отношение, так что не удивляйся последствиям. Ты всё время сравниваешь меня по себе. Это и есть твоя ошибка. Но не все такие алчные стервы как ты, Долорес.

– Долорес? – удивился Данталиан, неведомо откуда объявляясь у нашего столика.

Перевела на него недовольный взгляд.

– Тебя не приглашали. Это конфиденциальный разговор.

– Марисоль! – в ужасе вскричала мачеха. – Не говори так!

– Да, Марисоль, – усмехнулся мужчина. – Послушай Терезу-Долорес. Ведьмы должны уважать нас. Именно мы источник вашей силы. Она пришла из нашего и параллельного нашему миров.

– Уважать? – я заливисто рассмеялась, вставая с места. – Ещё скажи бояться.

– И бояться тоже, – подтвердил Дантэ, полностью игнорируя иронию в моих словах.

– Боится тот, кому есть что терять. А мне нечего. Так скажи же мне… Данталиан-каратель, высший демон четвёртой демонархии, я говорю правду?

– Правду, – без труда подтвердил он.

– И что же ты мне сделаешь? Покараешь за неуважение, проявленное к великому и ужасному тебе?

– Марисоль! – вскричала Долорес, вскакивая со своего места. – Что ты творишь?

– Тебе ли говорить, – повернулся к ней Дантэ. – Сидеть.

Мачеха послушно села и слегка присмирела, а я с восхищением присвистнула. Мне бы так! Но восхищение тут же сошло на нет под насмешливым, почти издевательским взглядом демона, словно прочитавшего мои мысли.

– Я не при делах в ваших спорах, – снизошла я до пояснения. – Мне нет дела до этой женщины. Чтобы она не сделала вам и чтобы не заслужила в качестве наказания, мне всё равно. Мне ничего неизвестно и вмешиваться мне ни к чему. Оставьте меня в покое.

Высказавшись, развернулась и пошла на выход. Но успела только выйти из двери, как оказалась где-то в другом месте, а передо мной стоял Данталиан.

– От меня ещё никто не уходил без разрешения, Марисоль.

– Чудесно, – я коротко рассмеялась, осматриваясь.

Мы явно в другом городе. Одна из стен оказалась панорамным окном, выходящим на улицы большого города. Нью-Йорк? Не было печали, так черти накачали. Хотя бы то же побережье.

Мебели тут хватало. Да и обстановка очень дорогая. Один камин чего стоит. Эдакая холостяцкая берлога в пентхаусе. Выбрала шикарное кресло из натуральной кожи и демонстративно села в него, скрещивая руки на груди.

– Кто такая Долорес? И почему ты соврала, что тебе всё равно? – неожиданно задал мне вопрос Дантэ.

– У тебя есть выпить? – спросила вместо ответа.

Собственно всё прошло по плану.

Глава 9

– Это твоя жизнь, и она становится короче каждую минуту.

– Я не боюсь исчезнуть. Я боюсь не умереть.

– Что ты предпочитаешь? – спросил мужчина.

– Не знаю, что у тебя есть, – и решила понаглеть ещё: – Вода? Сок? Водка? Кофе?

Хмыкнув, он прошёл к бару у стены и соорудил коктейль, а затем вручил его мне. Себе же налил виски.

Отпив предложенный напиток из бокала, зажмурилась от его терпкости и крепости. Как и заказывала. Водка и кофейный ликёр. Алкоголь тут же ударил в голову. Когда я ела в последний раз? Не помню. Кажется ночью в кафе, а ведь уже довольно поздно. Так что лучше себя не провоцировать. Желание забыться присутствовало, но для этого разговора надо сохранять трезвую голову.

– Я отвечу на твои вопросы. Насколько смогу, – проговорила, крутя в руках бокал. – Если ты расскажешь мне, что именно сделала вам Долорес. Ей запрещено приближаться к демонам по собственной воле. Даже на километр.

– Ты же видела папку, – хмыкнул мужчина. – И я так понимаю, знаешь, чем занимается она. Могла бы и догадаться.

– Там всего лишь название вашей корпорации и небольшое досье на высших, состоящих в вашем руководстве. Тех, что она нашпионила. О чём тебе прекрасно известно. Давно вы перешли в этот мир? Если это не секрет, конечно, – поинтересовалась.

– Не секрет. Семь лет уже. А кажется, что вчера. Время быстро бежит.

– А зачем? Своего вам недостаточно?

– Захотелось чего-то нового.

– Значит основали корпорацию. Точнее купили, так как ей уже лет двадцать. И скорее всего, Долорес где-то перешла вам дорогу в бизнесе, чем и привлекла к себе внимание. А так как на ней печать высшего демона, сделать вы ей ничего не можете. Только следить и надеяться, что она выведет вас куда надо. Сомнительное предприятие, учитывая, что с тем, с кем она заключила сделку, эта ведьма не виделась много лет. Сомневаюсь в их тесном общении.

– К храбрости можно добавить и ум, – хрипло рассмеялся Данталиан, посылая по моему телу мурашки. – Но всё может быть. Заключать сделки у нас запрещено, а другого способа узнать нет. Хоть проклятые и защищены от нас, но шанс выйти на преступников есть только через них. Вот такой парадокс.

– Я знаю того, кто поставил печать, но тоже не расскажу тебе кто этот демон, нарушивший ваши законы. Хоть и очень хочу, – пожала плечами.

– Ты же ненавидишь эту женщину, хоть тебе и не всё равно на её судьбу, – хмыкнул мужчина. – А если мы уничтожим демона, как и полагается по закону, то она умрёт.

– Заманчиво. Очень заманчиво, – кивнула. – Но не могу. Я связана тем же контрактом что и она. Полное неразглашение.

– Ах, Марисоль, Марисоль, – с насмешкой и странным сожалением в голосе проговорил Дантэ. – Продалась за что-то?

– Вроде того, – я горько усмехнулась. – Мне сделали предложение, от которого не смогла отказаться. Как бы помпезно это не звучало.

– Оно того стоило?

Пожала плечами, не отвечая. Тема опасна. Особенно, когда говоришь с тем, кто является ходячим детектором лжи.

– И почему я не вижу на тебе печати демона? Есть что-то другое. Но не могут понять что. Никогда такого не видел прежде. А я очень стар. И моя сила на тебя почему-то не действует.

– Я особенная, – широко улыбнулась ему.

– В этом точно не сомневаюсь, – серьёзно согласился со мной.

– Долорес моя мачеха, – ответила на его самый первый вопрос. В конце концов, для этого я и здесь. – Мы обе родились в конце семнадцатого века.

– Времена инквизиции? – Дантэ вскинул брови.

– Это не очень-то и важно, – я криво улыбнулась. Или наоборот важно? Впрочем, разве что для меня и к делу не относится.

– Значит ты старше трёхсот лет? Вот уж не подумал бы. Ещё и работаешь официанткой, живя в конуре из одной комнаты.

– Любой труд, честный труд – важен. Да и какая разница, где жить?

– Так кто это был? – до моего, в общем-то, риторического вопроса Данталиан не снизошёл, а вот его был ключевым.

– Ты же в курсе, как происходит это действие. Я не могу говорить кто он, что получила и приближаться к демонам по собственной инициативе. Таков уговор, созданный испокон веков вами же, чтобы защитить и его, и по факту меня.

– Значит, вы обе с Долорес продались? И что попросили? Впрочем, и так понятно. Раз вам свыше трёхсот, то видимо красоту и молодость. Почти стандартный набор. А почему твоя метка отличается от обычной?

– Я мало что могу рассказать тебе, но наши с ней договора связаны. И есть лазейка, чтобы выявить его. Это можно сделать только через пять дней. Провести обряд. И я даю на него добровольное согласие. И тогда ты найдёшь того, кто тебе нужен.

– Ты очень откровенна со мной. Должен ли я насторожиться? Ты знаешь меня меньше нескольких часов, а Терезу, то есть Долорес уже больше трёхсот лет.

– Поверь, тебе я доверяю гораздо больше, чем ей, – призналась ему честно. – Потому что мы хотим одного и того же. Убить того демона, который предложил сделку.

– Но ты умрёшь, – намекнул он. – Когда его уничтожат, то умрут и те, кто заключал с ним сделку.

– И поделом, – кивнула, делая ещё глоток. – Долорес привела тебя ко мне. По какой причине? Я ещё не поняла. Может, хотела в принципе предупредить, чтобы даже случайно не сталкивалась с вашей расой. Если бы она рассказала о демонах в этом мире, где вас можно найти… то я физически не смогла бы к вам приблизиться из-за договора. И это бы избавило её от предательства. Может, хотела во что-то втянуть, потому что знала, что за ней следят? И специально вывела тебя на меня. Мне всё равно. Главное итог.

– Ты поэтому и пошла на ту встречу в ресторане с ней?

– Конечно. Я понимала, что ты за мной будешь следить и внимательно слушать. Иначе, зачем тебе было исчезать, так ничего и не выяснив? Сама не могу пойти искать вас при всём желании. Поэтому и назначила встречу в людном месте. Мачеха не стала бы устраивать сцен на людях. По крайней мере с убийством. А потом пришлось тебя разозлить, чтобы мы могли точно поговорить наедине.

– Ты почти вызываешь у меня восхищение. Если бы ещё не…

– Дорогой?! Ты здесь?

Женский голос откуда-то из глубины пентхауса заставил нас прерваться.

– Ламия, – процедил Дантэ сквозь зубы.

А в следующий миг почувствовала новое перемещение. К этому начинаешь привыкать.

Глава 10

– Последняя просьба умирающего – закон!

– Мои слова перед смертью, как и у всех: «В жизни всё нужно испробовать».

Вместо того чтобы вернуть домой, как я думала, меня переместили… в чью-то спальню? Какого чёрта? Сначала решала, что мне делать. Просто сидеть и ждать? Или попытаться выйти?

Кроме огромной кровати, застеленной роскошным бельём из жаккарда, тут было три двери и пара прикроватных тумб. Думаю, это постельное бельё стоит как арендная плата моей маленькой квартирки за полгода. Разумно рассудив, что некоторое время могу и подождать, скинула косуху на пол, упала на кровать и закинула руки под голову. Но затем обомлела и рассмеялась. Данталиан тот ещё выдумщик. Весь потолок состоял из большого огромного зеркала с люстрой посередине. Но мне нравится. Экстравагантно.

Да и куда мне торопиться? На работу в кафе? Вот уж дудки. Почувствовав скорое освобождение, улыбнулась себе под нос. Скоро всё это закончится. И я буду свободна!

Неожиданно зевнула от усталости. Пожалуй, переоценила свои силы. Всё же капля человечности во мне осталась, чтобы уж совсем лишать себя пищи и сна.

Не знаю, сколько минут прошло, но мне показалось, что я моргнула и… заснула.

– Марисоль? Просыпайся!

Распахнула глаза и резко села, ударяясь головой о подбородок мужчины, нависшего надо мной. Прошипев от боли, потрогала лоб и недовольно посмотрела на отстранившегося Дантэ. Шишка мгновенно испарилась, оставляя на своём месте только воспоминание.

– Долго я уже тут? – деловито спросила у него.

– Час. И прости, – он со смешком встал с кровати.

– Демон извиняется? Так мило. И за что? За бесцеремонную побудку? – усмехнулась.

– Нет, – рассмеялся мужчина. – За вынужденный перерыв в разговоре. Ламия не должна тебя видеть, а быстро избавиться от неё сложно.

Из бумаг, предоставленных мачехой, вспомнила кто такая эта Ламия. Демонесса-фурия из шестой демонархии, отвечающая в их корпорации на Земле за связи с общественностью. Единственная публичная личность среди них. Да уж. Они… любовники? Меня не должно это волновать, но почему-то волнует.

– Устала? – спросил Данталиан.

– Да, – поморщилась. – Спала в последний раз пару дней назад. Так зачем я здесь?

– Мы не договорили.

– А по-моему мы вполне себе договорили, – не согласилась с ним. – Тебе всего-то надо явиться ко мне через пять дней. Мы проведём обряд и…

– Я уже слышал этот план. Но там ни слова о твоих мотивах.

– Мои мотивы не важны, – прямо посмотрела в его глаза.

Раньше не замечала насколько они чёрные. Напоминали обсидианы. В народе их называют камни сломанных когтей Дьявола. Символично и… очень красиво.

– Слышу, что ты говоришь правду, хоть и не могу приказать тебе или напугать, что вообще странно, – продолжил он. – Я демон-каратель. Моя работа и суть наводить ужас и страх. Даже на проклятых.

Я расхохоталась. То есть мне это было уже известно. Но как монстр может испугать такого же монстра? Моё проклятье из той же серии. Только Дантэ таким родился, а у меня совсем другая история.

– Ты для меня загадка, которую мне просто необходимо разгадать, Марисоль.

– Не стоит, – покачала головой. – Мне осталось недолго. Пять дней и может ещё пара, пока вы накажите… его. И того неделя.

– Тогда у меня мало времени, не находишь? – коварно улыбнулся Данталиан.

Схватил меня за руку и заставил встать. По привычке напряглась в ожидании вспышки, но… опять ничего. Потому что он высший демон? Думается, что так. Даже чудовище притихло, словно затаившись в углу. Странные ощущения. Волнующие. Почти так как было раньше.

Пытаясь разобраться в собственных ощущениях, не заметила, как его пальцы подняли мой подбородок. А сам он резко наклонился и завладел моим ртом. Ошеломлённо стояла, не ожидая такого поворота. Дантэ с безжалостностью смял мои губы, проникая языком между ними.

После этого все мысли вылетели из головы. От жадного поцелуя мои колени подогнулись. И чтобы не упасть, вцепилась руками в его предплечья. И сама не поняла как, но каким-то образом оказалась прижата к телу демона вплотную, погружаясь в этот поцелуй. Когда я целовалась в последний раз? Сто лет? Двести? Не помню.

Не могла совладать со всем этим. А главное не хотела! Никаких чужих воспоминаний! Ничего! Только эгоистическое желание брать… и подчиняться.

– Ты же помнишь, что перед тобой высший демон? – он отстранился и спросил, наблюдая, как я выплываю из дурмана.

– Об этом сложно забыть, – хрипло рассмеялась.

– Ты мне интересна, Марисоль. Давно меня не волновали люди… и тем более ведьмы. Проклятые ведьмы.

– Можно подумать, я когда-либо интересовалась демонами, – хмыкнула. – Как на счёт исполнения последней просьбы умирающей? В конце концов, моё сотрудничество чего-то да стоит.

– И чего же ты хочешь? – заинтригованно уточнил Дантэ.

– Ночь. С тобой, – усмехнулась.

Он пристально рассматривал меня, пытаясь разгадать мои мотивы. Но какие у меня могут быть мотивы? Кроме желания познать близость мужчины без искушения и потребности его убить.

– Нет, – покачал головой. – Пока ты не объяснишь мне почему. Зачем тебе это?

– Всё-то тебе надо знать, да? – горько рассмеялась. – Если секса не будет, то верни меня домой.

Данталиан так и не сводил с меня взгляда, но в ответ только с вызовом подняла бровь.

– Странная ведьма, – вздохнул он.

И я уже думала, что сейчас меня вернут домой, но вместо этого Дантэ сделал шаг навстречу.

Глава 11

– Я твёрдо верю, что когда дело касается страсти, когда дело касается влечения, тут нельзя делить на чёрное и белое, тут множество оттенков серого.

– Зачем делить? Есть только чувства и… мы.

На этот раз Дантэ просто схватил меня, приподнимая над полом как невесомое пёрышко. Делая наши лица на одном уровне. Напоминая, что он не человек. Кинув на меня пронзительный взгляд, прижал к себе и поцеловал. Только не в губы, а в шею, оставляя засос.

Мне стало щекотно. И я тихо рассмеялась.

– Ты ещё и вампир? И теперь напьёшься моей кровушки?

Данталиан не откликнулся, а лишь спустился ниже, покусывая у основания шеи. С моих губ сорвался стон, потому что это было уже не щекотно, а жарко. И всё остальное стало не важно. Не важно, что я знаю его лишь несколько часов. Не важно, что у нас само собой нет будущего. О каком будущем может идти речь? Не только из-за того, что я собираюсь прекратить своё существование, а он собирается мне в этом помочь. Но и потому что он высший демон, а я проклятая его собратьями ведьма. Не то чтобы противоположности, но нам и близко не по пути.

Демон поставил меня на кровать. И теперь я стала выше, но лишь на несколько сантиметров. А затем впился в мой рот жалящим поцелуем и принялся быстро, требовательно вторгаться туда языком. Его ладони обнаглели, но мне точно не пришло бы в голову возражать. Потому что они творили именно то, чего мне хотелось. Шарили по всему моему телу… забавлялись с грудью и с силой сжимали мою задницу. Потом он зачем-то отстранился. От разочарования потянулась к нему, но мужчина не дал мне этого сделать, удерживая за руки.

– Ещё никогда не встречал человека, пусть и ведьму… особенно ведьму, стремящуюся умереть, – пробормотал Дантэ.

– Мы будет трахаться или говорить об этом? – выдохнула с насмешкой.

– Такие грязные словечки от такого невинного личика, – порочно улыбнулся Данталиан.

– Всё, что во мне есть невинного – давно умерло, – сердце защемило от этих слов, но заставила себя сосредоточиться на здесь и сейчас.

Одной улыбкой Дантэ ввергал меня в пучину соблазна. С новым стоном наклонилась и поцеловала этого мужчину, заворожившего меня с первого взгляда.

Данталиан

Марисоль пьянила меня похлеще любого демонского пойла. Что в ней такого? У меня были и покрасивее. И намного.

Да и меня никогда раньше не привлекали ведьмы. Давно привык, что они боятся меня, чувствуя мою суть внутренним чутьём.

А эта не только не боится, но и как будто… живая. Полная жизни. Упрямства. Ума. Светлой наивности. Что так несвойственно тем, из кого столь долгое время сосут внутреннюю силу.

Что за проклятье ей досталось? Обычно это то, чего люди боятся больше всего на свете. Смерти близких, отсутствие детей, одиночество. Но это могут быть и более приземлённые вещи. Темнота, змеи, бедность, высота… Демоны, заключающие сделки очень изобретательны в своих наказаниях. Марисоль не выглядит и не мыслит как человек, который вообще мог продаться, питая своего искусителя энергией, получаемой от страхов. А именно так и происходит. Проклятые – кормушка для демонов. Запрещённая кормушка.

Изменило ли девушку время? Была ли она раньше тщеславной? Именно тщеславие толкает на такой поступок. А осознание ошибки приходит позже. Почему она осталась такой наивной, несмотря на прожитые годы? Ещё страннее, чем отсутствие печати.

– О чём ты думаешь? – спросила девушка, отстраняясь. – Я пытаюсь тебя целовать, а ты как будто не тут.

– Наслаждаюсь, – ухмыльнулся. – Ты делаешь это так невинно. Будто в первый раз.

– Настолько плохо? – Марисоль тихо рассмеялась.

– Нет, – покачал головой. – Но у меня вопрос, чем ты занималась все эти годы?

– Чем задавать вопросы, лучше научи меня как надо. Я буду очень стараться, Дантэ, – девушка обольстительно улыбнулась, обнимая меня за шею.

– Хорошо, – кивнул, подходя к этому делу со всей серьёзностью. Предвкушая. Рассматривая голубые глаза, наполненные искренним любопытством. – Сначала подготовь губы. Облизни их для меня.

Она выполнила просьбу, проводя кончиком языка по своим губам. При этом её взгляд наполнился истинно женской томностью, обещающей удовольствие. Мы ещё даже не начали, а у меня уже перехватило дыхание и напряглось всё тело.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.