Ксения Винтер
Половина моей души

Тысячелетний Источник

– А-а-а!

Прямо из-за поворота на меня налетела огромная мохнатая тварь с кожистыми крыльями. Разглядеть в тусклом свете факела, кто именно это был, я не успела – зверюшка, по всей видимости, испугавшись моего крика, издала громкий писк и шустро шмыгнула в один из боковых тоннелей.

Облегчённо вздохнув, я продолжила свой путь к легендарному Тысячелетнему Источнику.

На самом деле, это была глупая, если не сказать самоубийственная, затея. Тысячелетний Источник – миф, сказка, которую родители рассказывают на ночь детям о волшебном озере, вода из которого способна исцелить любую болезнь. В обычной ситуации мне бы и в голову не пришло пересечь Чёрный лес и спуститься в запутанные катакомбы Старого города в поисках того, чего никто и в глаза никогда не видел. Однако моя мать смертельно больна. Лекарь сказал, только чудо может ей помочь.

Я не верю в чудеса. Но знаю, что многого можно добиться, если приложить усилия. Главное не бояться и идти вперёд.

Чёрный лес я миновала, как ни странно, без особого труда. Впрочем, в отличие от большинства путников, безвозвратно исчезнувших в лесной чаще, у меня было неоспоримое преимущество – магия. Сила, много столетий находящаяся под запретом в королевстве. За её использование – смерть. Именно поэтому мои родители были вынуждены покинуть столицу и скрываться в крохотной деревушке на окраине болот, о существовании которой даже сборщики налогов вспоминали крайне редко, а добирались до неё ещё реже. Ни отец, ни мать никогда не говорили этого вслух, но я всегда знала, я и мой дар – тяжкое бремя, лёгшее на их плечи. Без меня их жизнь была бы намного проще. Отец мог ковать мечи для короля и рыцарей, а не подковывать за гроши соседских лошадей. Возможно, останься мама в столице, её бы не подкосила болезнь…

Неясный шум, раздавшийся где-то справа, прямо из глухой каменной стены руин какого-то здания, заставил меня настороженно замереть и прислушаться.

Старый город – бренные останки бывшей столицы королевства, погребённой под толщей земли руками Совета колдунов – последних обладателей магии, отчаянно сражавшихся за свои жизни. Когда-то очень давно – мама говорила, около тысячи лет назад, – маги и люди спокойно жили вместе, и даже школа колдунов располагалась в столице по соседству с королевским замком. Однажды один из учеников поссорился с принцем, ссора переросла в драку, в результате которой принц погиб. Сражённый горем, король запретил магию, а всех колдунов приказал казнить. Кому-то, конечно, удалось сбежать. Но основная масса была обезглавлена на королевской площади. Горстка уцелевших магов во главе с Советом укрылись в школе и, понимая, что им не спастись, решили похоронить вместе с собой и весь город. И им это удалось. Город ушёл под землю вместе со всеми жителями и жестоким королём. Королевство же разорвали на части соседи, присоединив к себе каждый по куску.

Шум повторился. Я попятилась. Главной особенностью Старого города было непостоянство планировки. Не зря здесь когда-то располагалась школа магии – всё пространство было пронизано магической энергией, я ощущала её каждой клеточкой тела. Эта магия, не имея выхода, накапливалась, принимая причудливые формы, создавая пространственные аномалии и превращая безобидную подземную живность вроде червяков и жуков в огромных жутких монстров, парочку из которых мне уже посчастливилось встретить. И одного раза мне было более чем достаточно!

Внезапно земля передо мной немного просела, раздался громкий стук, затем скрежет и стрёкот. В земле образовалось отверстие, из которого вылезла гигантская землеройка с какими-то странными светящимися наростами на голове, напоминающими рога.

Я затаила дыхание, надеясь, что зверь, будучи слепым, не заметит меня и пройдёт мимо. Как же! Поводив носом по воздуху, тварь, уловив мой запах, оскалила чересчур зубастую пасть и бросилась в атаку. Я наколдовала на ладони небольшой огненный шар и швырнула его в землеройку, надеясь её этим хоть немного задержать, после чего стремглав бросилась наутёк, не разбирая дороги. Животное, взревев от боли, громко топая, как табун лошадей, последовало за мной.

Поскольку ничего конкретного об обитателях катакомб мне известно не было – лишь слухи и ничем не подтверждённые домыслы, – я не рискнула зажигать свет, опасаясь привлечь к себе излишнее внимание. И даже сейчас, когда на хвосте висела злобная, и, очевидно, крайне кровожадная тварь, умная мысль осветить дорогу с помощью магии почему-то не посетила мою голову. Расплата за глупость пришла очень быстро. После очередного поворота я, не успев затормозить, сверзлась куда-то вниз, на прощание прорезав воздух отчаянным, истошным воплем. Пытаясь хоть как-то замедлить падение, я начала наугад кидать магическое лассо, надеясь хоть за что-то уцепиться. В какой-то момент конец лассо всё же за что-то зацепился, после чего мне на голову упало нечто большое и твёрдое, и мир погрузился во тьму.

Сколько времени я провела без сознания – неизвестно. Однако когда я открыла глаза, то обнаружила себя в небольшой пещере, освещённой тусклым голубоватым светом множества кристаллов, растущих на её стенах. Потерев ушибленную макушку, я запрокинула голову: пещера уходила на много километров вверх и её «потолка» не было видно.

«Повезло, что шею не сломала», – подумала я, примерно прикинув, что в высоту пещерка не меньше метров десяти, раз, падая сверху, я не увидела свет внизу.

Поднявшись на ноги, я огляделась по сторонам. Ни в одной легенде я не читала описания подобного помещения. Однако сам факт наличия в этой пещере магических кристаллов – а это могли быть только они, никакие другие камни не способны светиться сами по себе, – свидетельствовал о том, что я на верном пути, и Тысячелетний Источник должен быть где-то неподалёку.

Обойдя пещеру по кругу, я обнаружила небольшой лаз, проползя по которому, попала в другую пещеру – более просторную, со стенами, покрытыми магическими кристаллами, только на этот раз светящимися бледно-зелёным. Из этой пещеры вело сразу три хода, визуально практически ничем друг от друга не отличавшихся. Помявшись немного, я, решив положиться на волю судьбы, остановила свой выбор на центральном ходе, который оказался довольно просторным тоннелем со стенами и потолком, укреплёнными деревянными подпорками на манер шахт горняков.

Внимательно прислушиваясь к окружающим звукам, я уверенно шла вперёд. Пока всё было, вроде как, нормально, однако сердце всё равно заполошно билось в груди, а руки мелко подрагивали от нервного напряжения.

Спустя некоторое время тоннель вывел меня на широкую площадку, освещённую тусклым светом факела, закреплённого в подставке на стене. Рядом с факелом на огромном валуне сидел парнишка примерно моего возраста, облачённый в перепачканную грязью и глиной некогда белоснежную рубашку и бордовые брюки с огромной дырой на правой коленке.

Встретить человека в Старом городе я совершенно не ожидала – нужно было быть сумасшедшим, чтобы сунуться сюда. Ладно я, у меня выбора не было, да и наличие магических способностей повышало шансы на выживание. Но простой мальчишка без какого-либо оружия? Он что, сумасшедший?

– Привет, – я решила проявить вежливость.

От звука моего голоса юноша вздрогнул и резко вскочил на ноги, обнажив меч, до этого, видимо, лежавший в ножнах на земле.

– Кто ты? – вместо приветствия требовательно спросил он.

– А ты кто? – вопросом на вопрос ответила я, не собираясь так легко спускать хамство. Судя по качеству одежды и наличию меча, юноша этот принадлежал к какой-то знатной семье. Что абсолютно не давало ему право разговаривать со мной в подобном тоне. В конце концов, я не его личная служанка!

– Никто, – нахмурившись, грубо ответил парень, возвращая меч обратно в ножны. – Просто путник.

– Ну, вот и я никто, – бодро отозвалась я. – Ты как оказался в этих катакомбах? Тоже ищешь Тысячелетний Источник?

– Тысячелетний Источник? – переспросил юноша удивлённо. – Что это такое?

– Ничего, – моментально пошла на попятную я. – Так, небольшая местная легенда.

– Ты живёшь где-то неподалёку?

– Да, – подтвердила я. – В деревне на окраине леса. А что?

– Значит, ты знаешь, как отсюда выбраться, – юноша наградил меня надменным взглядом и добавил: – Выведи меня наружу, и я тебя щедро награжу.

– Боюсь, мне придётся тебя огорчить: я понятия не имею, где выход, – насмешливо заметила я. – Тот путь, которым я сюда пришла, нам недоступен, если только ты не умеешь летать.

– Не умею, – мрачно отозвался тот. – Я не колдун какой-нибудь, чтобы летать.

Последняя фраза прозвучала жёстко и зло, что было вполне ожидаемо. Магов уже почти тысячу лет как не существует, а их всё ещё ненавидят и боятся.

Внезапно стены и пол пещеры затряслись, как при землетрясении, а где-то неподалёку раздался раскатистый рык, звуки борьбы и чьи-то жалобные писки, практически сразу сменившиеся предсмертным стоном.

Юноша ощутимо напрягся и выставил перед собой меч, напряжённо вглядываясь в темноту одного из тоннелей, располагавшегося справа от него.

– Пока горит огонь, он сюда не подойдёт, – тихо проговорил парень, обращаясь ко мне.

– Кто? – понизив голос до шёпота, спросила я.

– Громадон.

– Громадон? – переспросила я растеряно. – Это кто?

Юноша наградил меня таким взглядом, словно я спросила полнейшую глупость.

– Огромный зверь с большими клыками и когтями и длинным хвостом, заканчивающимся острым, как лезвие меча, жалом, – всё же снизошёл он до объяснений. – Эта тварь – порождение магии. Её используют колдуны, чтобы уничтожать неугодных.

– Что? – всё вышесказанное звучало, как полнейший бред. – Что за глупости ты говоришь? Колдуны исчезли много столетий назад!

Что-либо ответить мне юноша не успел. Из тоннеля прямо к нам медленно, зловеще сверкая янтарными глазами, вышел он – зверь, похожих на которого я никогда прежде не встречала. Высотой метра два, не меньше, он имел длинную вытянутую морду, как у волка, только более узкую и сильнее заострённую. Низкий лоб украшали два коротких рога, шея практически отсутствовала, сразу переходя в мощный плечевой пояс. Тело у зверя было поджарым, с хорошо развитой мускулатурой, и полностью покрыто короткой рыжеватой шерстью. Позади животного, лишь немного не доставая до земли, волочился тонкий, напоминающий плеть, безволосый хвост, заканчивающийся, как и говорил мой товарищ по несчастью, длинным – размером с половину моей руки и примерно такой же толщины, – острым шипом.

От вида подобной твари у меня кровь застыла в жилах, и я попятилась, увеличивая дистанцию между нами. Зверь повернул ко мне морду, несколько секунд буравил меня внимательным взглядом, а затем, видимо, посчитав несъедобной, переключился на юношу.

Информация о том, что громадон боится огня – это ведь был именно он? – не подтвердилась. Даже не взглянув в сторону догорающего факела, зверь неспешно вошёл в пещеру, не спуская пристального взгляда с потенциальной добычи.

Я медленно начала двигаться в сторону второго тоннеля, стараясь не издавать лишних звуков и не привлекать к себе внимание зверя. Юноша же неподвижно стоял на месте, выставив вперёд меч, очевидно, собираясь вступить с монстром в бой.

«Он идиот? – растеряно подумала я. – Эта тварь его сожрёт и даже не подавится!»

Несколько долгих, томительных мгновений ничего не происходило. Громадон остановился, не дойдя до выбранной жертвы около десятка шагов. Юноша тоже не спешил что-либо предпринимать. Я же успела добраться до выхода и замерла в нерешительности. Передо мной встал непростой выбор: просто уйти и продолжить поиски Тысячелетнего Источника или помочь этому полоумному мальчишке выжить. С одной стороны, найти Источник было важнее. Да и юноша весьма однозначно выразил своё отношение к магии, а без её использования одолеть подобную тварь точно не удастся. Только вот, если я начну колдовать, не получу ли в качестве благодарности удар мечом? Если же уйду, мальчишка точно погибнет. Смогу ли я спать спокойно, осознавая, что могла его спасти, но не сделала это?

Отец всегда говорил, что нельзя оставаться равнодушным к чужой беде. Если кому-то требуется помощь, и ты можешь её оказать – сделай это. Будь щедрым, добрым и великодушным. Не суди других. Живи по совести. В любой, даже самой трудной ситуации оставайся человеком.

И в этот момент, пока я терзалась сомнениями, зверь, оттолкнувшись задними лапами, прыгнул, намереваясь наконец-то схватить свою добычу. Юноша, впрочем, оказался весьма проворным, и ловко увернулся, отскочив к противоположной стене, одновременно успев полоснуть мечом по боку зверя. Тому, впрочем, от этого удара было ни горячо ни холодно – меч не оставил даже царапины. Я же заметила, что во время соприкосновения с лезвием шкура животного слабо замерцала. В одном юноша оказался прав: громадон был порождением чьей-то магии. И убить или ранить его, скорее всего, можно было только ей же.

Обречённо вздохнув, я зажгла на ладони небольшую огненную сферу и с размаху швырнула её в монстра – тот взвыл от боли и развернулся ко мне.

– Ты – ведьма! – возмущённо воскликнул юноша.

– Да, я ведьма, – согласилась я, колдуя новый огненный шар. – И что? Предпочтёшь умереть, но не примешь мою помощь? Или всё же позволишь мне разобраться с возникшей проблемой?

Громадон, разъярённый моим вмешательством, полностью переключил своё внимание на меня. Причём, очевидно, обладая достаточно высоким уровнем интеллекта, не стал пытаться приблизиться, а атаковал с расстояния: длинный хвост со свистом рассёк воздух, и его шип ударился в землю буквально в паре сантиметров от моих ног.

Я вновь бросила в зверя огненный шар, однако на этот раз громадон сумел увернуться, сделав какое-то немыслимое сальто, после чего уворачиваться пришлось уже мне – жало промелькнуло в опасной близости от моего лица.

В этот момент, пока громадон был отвлечён сражением со мной, юноша решил присоединиться к бою и набросился на зверя сзади, попытавшись пронзить живот, видимо, предположив, что тот должен быть уязвимым местом. Ничего подобного! С громким лязгом, словно ударился о камень, а не о живую плоть, меч отскочил от шкуры. Громадон, естественно, тут же переключился на нового противника. Я, воспользовавшись этим, бросилась вперёд: мои ладони, обе охваченные ярким пламенем, коснулись шерсти зверя. Та, вопреки законам природы, не вспыхнула, однако само прикосновение для животного было крайне болезненным: оглушительно взвыв, громадон встал на дыбы и завалился на спину – мне лишь чудом удалось отпрыгнуть в сторону, в противном случае эта гигантская туша меня просто-напросто раздавила. Только вот, сосредоточившись на самом животном, его когтях и пасти, я упустила из виду хвост – и острое жало тут же вонзилось мне в живот.

Я резко открыла глаза и испуганно принялась ощупывать себя: никакой раны не было и в помине. Более того, в момент, когда шип вроде как вошёл в моё тело, я даже не почувствовала боли.

«Что это было?» – растеряно подумала я. Вокруг не было видно ни зги, лишь сплошной беспросветный мрак.

Я привычно зажгла на ладони огонь. И с изумлением обнаружила себя на берегу огромного подземного озера, чьи тёмные воды зловеще мерцали в отсветах пламени.

– Неужели?.. – я боялась поверить в свою удачу. Поднявшись на ноги, я приблизилась к воде и опустилась на корточки, с опаской погрузив свободную руку в воду: под кожей в этот же миг точно вспыхнул пожар, ясно свидетельствуя о том, что это озеро было буквально перенасыщено магией.

– Слава Всевышнему! – облегчённо проговорила я. – Источник всё-таки существует.

Не теряя больше ни минуты, я вытащила из кармана платья небольшую деревянную флягу и наполнила её волшебной водой. Дело оставалось за малым – вернуться домой.

О том, как оказалась на берегу Тысячелетнего Источника, и что за чушь мне привиделась, я благополучно решила не задумываться, списав всё на причуды магии. Ведь в месте сосредоточения Первородной Силы, заброшенном не одно столетие, могло произойти всё, что угодно. И не мне, дочери кузнеца, об этом рассуждать.

Принц и ведьма

Выбраться из пещеры с Тысячелетним Источником удалось без проблем – спасибо магии, с помощью которой я подняла себя наверх, к обрыву, с которого столь неудачно – или удачно, тут с какой стороны посмотреть, – упала в попытке убежать от гигантской землеройки. А вот дальше начались трудности. Сначала я долго плутала по руинам Старого города, не в силах отыскать обратную дорогу – все зарубки, оставленные мной по пути, таинственным образом исчезли. К счастью, мне повезло, и я всё же смогла найти выход, и даже не столкнулась ни с кем, не считая насекомых и мелких животных, не представлявших опасности.

Я опоздала. Вернувшись в родную деревню, я узнала, что мама скончалась.

– Дэйрэ, где ты была? – отец выглядел измождённым, а его голос дрожал. – Три дня! Тебя не было три дня! – он издал какой-то странный звук, похожий не то на стон, не то на всхлип. – А я даже не мог отправиться на поиски…

– Я ходила к руинам Старого города, – ответила я и с глухим стуком поставила на стол флягу с целебной водой. – Хотела найти Тысячелетний Источник.

Отец наградил меня каким-то странным, нечитаемым взглядом. Должно быть, он злился, что я мало того, что ушла, не предупредив его, пропала на целых три дня, так ещё и только зря потратила время.

Тяжело вздохнув, отец подошёл ко мне и, приобняв за плечи, крепко прижал к себе.

– Ты молодец, – сдавленно проговорил он, нежно гладя меня по перепачканным в песке и глине волосам.

Эти слова прозвучали, как пощёчина, и я резко отпрянула.

– Молодец? – глаза застилали слёзы, а голос звучал визгливо и неприятно даже для моих собственных ушей. – Я ничего не смогла сделать! Всё было напрасно! Зачем нужна эта дурацкая магия, если я не могу никого спасти?

В комнате с плотно запертыми дверями и окнами поднялся сильнейший ветер, а крепкий дубовый стол мелко задрожал – магия, отзываясь на мою боль, вырвалась наружу, привычно сея вокруг хаос и разрушения.

Не желая оставить свою семью без крыши над головой, я выбежала из дома и бросилась бежать, куда глаза глядят, сопровождаемая столбом пыли и жуткими завываниями ветра, на который ещё пару минут назад не было даже намёка. Опасаясь попасться на глаза односельчанам, которые, хоть и знали о моей ненормальности, ни разу не видели её разрушительных проявлений, я скрылась в лесу. Сойдя с тропы, по которой все ходят к реке, я свернула в сторону болот – сюда не ходил никто и никогда, опасаясь увязнуть в трясине или столкнуться с болотным дьяволом – жутким монстром, скрывающимся под водой и отлавливающим случайных путников.

Я на болотах бывала регулярно, начиная лет с пяти, когда впервые начали проявляться мои магические способности. Мама привела меня сюда, она же научила выбирать безопасные тропы и не бояться страшилок, которые рассказывают местные – никакого дьявола на болоте не было. Во всяком случае, ни я за семь лет, ни моя мать до этого никакого монстра здесь не встречали.

Продравшись сквозь густые заросли боярышника и собрав на подоле платья множество репьёв, став похожей на этакого ёжика-переростка, я добралась до Дерева Мертвецов – так местные называют огромную сосну, на которой, согласное легенде, во время войны с колдунами королевская гвардия повесила сразу пятнадцать человек, обвинённых в использовании магии или пособничестве чародеям. Говорят, озлобленные души казнённых заключили сделку с болотным дьяволом и теперь с помощью своих чар заманивают к нему людей: то кричат разными голосами, то зажигают огни как от костра, – а он за это позволяет им остаться на земле и избежать страшных мук в Преисподней.

Неупокоенных духов, как и болотного дьявола, я ни разу не встречала. Впрочем, возможно, они просто чувствовали во мне свою и поэтому обходили стороной. Главное, болото и особенно поляну с Деревом Мертвецов избегали люди, что гарантировало мне спокойствие и уединение.

Опустившись на пожухлую траву в корнях дерева, я прислонилась спиной к шершавому тёплому стволу и устало прикрыла глаза – три бессонных дня давали о себе знать, и я была совершенно без сил. Хорошо хоть, отправляясь в путь, додумалась взять с собой полдюжины лепёшек и флягу с водой – этого вполне хватило, чтобы не умереть от голода и жажды.

Какое-то странное чувство – словно мурашки бегают под кожей, но не на спине, как это обычно бывает, а на груди и животе, – заставило меня открыть глаза. Вместо знакомых деревьев я увидела перед собой стены просторной комнаты, увешанные роскошными тёмными гобеленами, расшитыми разноцветными нитями, складывающимися в замысловатые узоры. Что примечательно, закрывая глаза в лесу, я сидела, а открыв их в незнакомом помещении, уже стояла.

Я растерянно повернулась. Справа от меня стоял небольшой прямоугольный стол на изогнутых ножках, заставленный серебряными тарелками с остатками чьей-то трапезы. Чуть дальше, возле окна, занавешенного тяжёлыми парчовыми шторами насыщенного зелёного цвета, возвышался массивный шкаф с медными ручками в виде колец из переплетённых виноградных лоз. Развернувшись в другую сторону, я обнаружила огромную кровать под балдахином, застеленную белоснежными простынями, комод и ширму из тёмного дерева.

Нахмурившись, я подошла к ширме и осторожно положила на неё ладонь, вернее, попыталась – моя рука прошла сквозь дерево, не встретив никакого сопротивления. Я вообще ничего не почувствовала, даже испуга не было, только бесконечная усталость и абсолютная пустота внутри.

В этот момент дверь, скрытая от меня за ширмой, распахнулась, и в комнату вошёл мой недавний знакомый, из одежды на котором были только штаны. Я окинула юношу флегматичным взглядом: судя по поджарому животу, мускулистым рукам и хорошо развитым грудным мышцам, он регулярно занимался физическим трудом. Учитывая убранство комнаты и неплохое владение мечом, моё первоначальное предположение об аристократическом происхождении находило всё большие подтверждения – наверняка парень натренировал такую впечатляющую мускулатуру, стремясь стать рыцарем или даже членом королевской гвардии.

Вытирая волосы полотенцем, хозяин комнаты, начисто игнорируя моё присутствие, прошёл к шкафу, открыл его и вытащил рубашку бледно-голубого цвета. Отбросив полотенце на край стола, едва не уронив недопитый кубок с каким-то красным напитком, – уж не вином ли? – юноша обернулся, и его глаза расширились в изумлении.

– Эй! – возмущённо воскликнул он, наконец-то обнаружив, что в комнате уже не один. – Как ты здесь оказалась?

– Понятия не имею, – абсолютно честно ответила я. – Вижу, тебе удалось выбраться из пещеры.

– А ты бы предпочла, чтобы я там умер? – в голосе юноши отчётливо слышалось обвинение наполовину с обидой. – Ты бросила меня одного с громадоном!

– Я тебя не бросала, – вяло возразила я. – Если ты не забыл, я пыталась помочь.

– Пыталась, – с явной неохотой признал мой собеседник. – А потом просто взяла и исчезла!

– Это не было моим выбором.

Этот разговор был абсолютно бессмысленным. Что я здесь вообще делаю? А главное, как? Ну, как я уже второй раз умудряюсь оказаться в том же месте, что и этот парень? Почему, если уж у меня вдруг проснулась способность к перемещению, я не перенеслась к матери?

От злости и обиды на глаза навернулись слёзы. Не желая демонстрировать слабость, я прикрыла глаза рукой и отвернулась.

Позади раздались быстрые шаги.

– Ты что, плачешь? – неуверенно спросил юноша.

– Не плачу я! – всхлипнув, возразила я и резко обернулась.

Парень стоял практически вплотную ко мне, а его правая рука лежала у меня на плече, причём было очевидно – пальцы прошли насквозь, как и в случае моей попытки взаимодействовать с ширмой.

– Ты призрак? – вопрос был задан почему-то шёпотом.

– Не знаю, – ответила я, отступая на шаг. – Скорее всего, нет. Там, в пещере, я тоже вроде как присутствовала в таком же виде.

– Но как?.. – юноша, очевидно, был потрясён до глубины души.

Я неопределённо пожала плечами.

– Понятия не имею. Оно само как-то получается.

На некоторое время в комнате повисло напряжённое молчание. Вспомнив, что всё ещё щеголяет обнажённым торсом, парень поспешно вернулся к шкафу и натянул рубашку, оставленную на дверце. Я же подошла к окну, из которого открывался изумительный вид на бескрайние зелёные луга, а где-то вдали, возле самой линии горизонта, тянулись тёмные верхушки деревьев и шпили каких-то крепостей.

– Где мы находимся?

Ответом мне стала тишина. Обернувшись, я встретилась с настороженным взглядом тёмно-серых глаз.

– Ты не знаешь, где мы? – с недоверием уточнил юноша.

– Не знаю, – призналась я. – Я ни разу не покидала пределы своей родной деревни.

– Мы в Лебносе – столице королевства.

Я растеряно моргнула – столицей нашего королевства был Мэйнос.

– А королевство как называется? – осторожно уточнила я, догадываясь, что ответ мне, скорее всего, не понравится.

– Диарнар.

Я шумно вздохнула и неверяще уставилась на пейзаж за окном. Королевство, в котором жила я, называлось Тарнатас, по имени правящего королевского рода. Ни о каком Диарнаре я никогда не слышала.

– Я живу в королевстве Тарнатас, – тихо проговорила я. – В деревушке Хун на границе с княжеством Сейнлан.

– Я впервые слышу об этих странах, – в голосе юноши слышалась та же растерянность, что чувствовала я сама.

– Я о Диарнаре тоже ничего не знаю, – призналась я, после чего, нервно рассмеявшись, добавила: – Ты понимаешь, что это значит? Между нами пролегает не одна тысяча километров!

– И всё же ты здесь, – каким-то странным голосом заметил парень.

– И всё же я здесь, – согласилась я. – Для тебя это, наверно, звучит безумно?

– Немного, – подтвердил юноша, а затем вдруг смущённо улыбнулся и сказал: – Меня, кстати, Орсэй зовут.

Действительно, мы с ним вместе сражались с опасной тварью, я сейчас стою посреди его спальни, а мы даже не знакомы. Непорядок.

– Дэйрэ, – представилась я, улыбнувшись.

– Значит, ты – ведьма, – в отличие от прошлого раза, в голосе юноши не было возмущения по поводу этого факта, только нескрываемый интерес.

– Да, я ведьма, – подтвердила я. – А ты, видимо лорд или граф какой-нибудь? В любом случае, судя по обстановке, – я жестом указала на комнату, – ты из знатных.

– Да, – просто ответил Орсэй.

– А я дочь кузнеца, – с вызовом сообщила я, ожидая увидеть брезгливость на смазливом лице. Однако новость о моём низком происхождении не произвела на юношу ни малейшего впечатления. Во всяком случае, выражение его лица нисколько не изменилось.

– Он тоже колдун?

Ответить я ничего не успела. Громкое «кар», раздавшееся совсем рядом, заставило меня вздрогнуть и… проснуться.

Я сидела на прежнем месте – на земле, прислонившись спиной к Дереву Мертвецов. За мной, сверкая жёлтыми глазами, с соседнего дерева наблюдала огромная ворона, и разбудившая меня своими криками.

«Безумие какое-то, – подумала я, нервно поправляя спутанные волосы. – Это был просто сон? Или я, правда, переместилась в другое королевство?»

* * *

Весь следующий день я провела на кузне вместе с отцом: оставаться одной в пустом доме мне было тяжело, да и отец после всего случившегося не желал выпускать меня из виду, опасаясь очередного побега.

– Пап, а где фляжка, которую я принесла? – устроившись на невысоком табурете в углу, спросила я, наблюдая за тем, как отец мехами раздувает горн.

– В шкафу, – коротко ответил он, а затем, после небольшой паузы, уточнил: – Зачем она тебе?

– Ну, воду же я целебную всё-таки принесла. Раз нам она не нужна, быть может, стоит её кому-то отдать?

– Я её вылил.

– Что? – изумлённо воскликнула я. – Зачем?

– Не стоит лишний раз показывать, что ты не такая, как все. Это только до поры до времени люди закрывают глаза на твои чудачества. Одно неверное действие или слово – и тебя отдадут под суд. А наказание за колдовство лишь одно – смерть.

Всё это было мне хорошо известно. И всё же…

– Не стоило выливать воду. Она могла спасти кому-то жизнь.

Тяжело вздохнув, отец повернулся ко мне: на его лице отразилась глубокая печаль.

– Не стоит вмешиваться в чужую судьбу, – твёрдо заявил он. – Вопросы жизни и смерти не во власти человека.

– Но ты же сам говорил, что нужно помогать людям! – я окончательно запуталась. – Раз Всевышний создал Тысячелетний Источник и даровал магию, значит, он хотел, чтобы их использовали во благо.

– Мы не можем знать его замысел, – возразил отец. – Однако нам известна воля короля. Он – против магии. И мы должны подчиниться его воле.

Я смиренно опустила глаза в пол и замолчала, хотя и в корне была не согласна с последними словами отца. Король – тоже всего лишь человек. Как он может соперничать с Божьей волей? Если Бог что-то создал, значит, это для чего-то было нужно. И не простому человеку спорить с ним.

– Отец, а ты что-нибудь слышал о королевстве Диарнар? – через достаточно долгое время, наполненное стуком кувалды, опускающейся на наковальню, спросила я, вспомнив разговор с Орсэем.

– Нет, – последовал ответ. – Почему ты спрашиваешь?

– Да так, мельком услышала на улице.

– Я – простой кузнец и учёностям всяким не обучен, – заметил отец. – Может, и есть где-то на земле такое королевство, но мне об этом неизвестно.

* * *

Стоит ли говорить, что ночью, заснув в своей постели, а спустя мгновение открыв глаза уже в спальне Орсэя, я нисколько не удивилась? Сам хозяин комнаты обнаружился за столом с толстенной книгой в руках.

– Привет! – громко поприветствовала я его.

Орсэй вздрогнул и поднял голову, встретившись со мной взглядом.

– Опять ты, – как-то обречённо проговорил он.

– Опять я, – подтвердила я, приближаясь к столу. – Что ты делаешь?

– Книгу читаю, – Орсэй наградил меня недовольным взглядом. – Ты мне соврала!

– Когда это? – искренне удивилась я.

– Ты сказала, что живёшь в королевстве Тарнатас. Я смотрел на карте – такой страны не существует!

– Правда? – а вот это уже, действительно, было странно. – Тогда я не знаю, что сказать. Могу только поклясться, что была абсолютно честна с тобой. Я, действительно, живу в крохотной деревушке у самой границы королевства Тарнатас.

Орсэй громко захлопнул книгу и с вызовом взглянул на меня.

– С чего бы мне тебе верить?

– А с чего бы мне тебя обманывать? – вопросом на вопрос ответила я.

– Потому что ты – ведьма? – голос Орсэя так и сочился ядом. – Вам ведь доставляет удовольствие обманывать порядочных людей. Вы только и делаете, что насылаете различные проклятья и болезни, изводите людей почём зря.

Его слова насторожили меня. Если не обращать внимание на суть этих сомнительных претензий, обнаруживалась интересная деталь…

– Ты говоришь так, словно ведьмы встречаются на каждом шагу, – заметила я.

– Не на каждом, – возразил Орсэй. – Мой отец приложил усилия, чтобы вычистить эту гадость. Но вас всё равно ещё осталось очень много! Ежедневно приходят просители из разных мест, где вы сеете хаос и разруху!

На словах «сеете хаос и разруху» я ощутила, как по спине пробежал неприятный холодок – я и сама так думала относительно себя и своих способностей. Но одно дело думать, и совсем другое услышать подобное от совершенно постороннего человека.

Впрочем, помимо этого, я поняла кое-что ещё.

– Почему к твоему отцу ходят просители со всего королевства? – впившись в лицо Орсэя пристальным взглядом, спросила я. Меня осенила догадка: – Он что, король?

Юноша поджал губы и ничего не ответил, чем, в общем-то, подтвердил моё предположение. Правда, его высокородное происхождение волновало меня меньше всего.

– Ты сказал, твой отец всё ещё воюет с колдунами, потому что их осталось довольно много, – проговорила я, чувствуя, как заполошно бьётся сердце в груди. – Какой сейчас год?

– Четыре тысячи тридцать третий.

Мои глаза, должно быть, стали размером с блюдца. Осознание пыльным мешком ударило по голове, и я судорожно сглотнула.

– Это невозможно, – тихо проговорила я. – Пять месяцев назад мы встречали тысяча сто девятый год!

Теперь уже лицо Орсэя вытянулось в изумлении.

– Это невозможно! – повторил он мои слова, правда, с большей экспрессией.

Я коротко рассмеялась.

– Для магии нет ничего невозможного, – с горечью заметила я. – По крайней мере, Ваше Высочество, вы можете спать спокойно: нас разделяет не только пространство, но и время. Целых три тысячелетия!

Бессонница

На следующее утро, выйдя во двор покормить куриц, я с изумлением обнаружила под окнами небольшое тонкое деревце – примерно мне по колено, – которого накануне вечером там ещё не было.

Вопрос, куда именно отец вылил принесённую мной воду Тысячелетнего Источника, больше не стоял.

Тонкие, полупрозрачные листья деревца едва заметно мерцали на свету, словно были покрыты каплями росы. Опустившись на корточки, я осторожно провела пальцами по стволу – он был абсолютно гладким, словно покрыт не корой, а кожей, – и ощутила слабое покалывание, ясно свидетельствующее о наличии магии.

Отцу незапланированный саженец во дворе закономерно не понравился. Взяв с полки топор, он решительно направился к дереву, намереваясь от него избавиться, однако я не позволила ему этого сделать.

– Пожалуйста, – повиснув на руке отца, отчаянно взмолилась я, проникновенно глядя в карие глаза. – Не надо. Оставь его.

– Если его кто-то увидит…

– Кто его может увидеть? У нас гостей в доме никогда не было. Да даже если и увидят. Подумаешь, дерево! Присмотрись – оно ничем почти не отличается от своих собратьев.

Отец долго сверлил меня пристальным взглядом, а потом всё же опустил топор.

– Зачем оно тебе? – недовольным голосом спросил он. – Сама говоришь, это всего лишь дерево.

– Оно похоже на меня, – горько улыбнувшись, ответила я. – Появилось на свет там, где ему не место, похожее на других и, одновременно, совершенно иное.

Тяжело вздохнув, отец положил руку мне на плечо и ободряюще сжал, после чего молча вернулся в дом – больше к теме дерева мы не возвращались.

После смерти матери забота о домашнем хозяйстве легла на мои плечи. Впрочем, все эти хлопоты – стирка, уборка, готовка и работа в огороде, – были мне хорошо знакомы: я всегда помогала маме всем, чем могла.

Воспоминания о матери бередили душу, терзали сердце и застилали глаза пеленою слёз. При отце я старалась держаться и ничем не выдавать своих чувств – понимала, что ему ничуть не легче, а может быть и во сто крат тяжелее. Однако по вечерам, скрываясь в тишине болот, где никто не мог стать свидетелем моей слабости, я горько рыдала, обняв шершавый ствол Дерева Мертвецов.

Если днём я была занята делами, то ночью отчаянно страдала от безделья. Стоило мне только лечь в кровать и закрыть глаза, как я сразу же переносилась к Орсэю. И оставалась рядом до рассвета, пока меня не будил крик петуха.

Его Высочество меня старательно игнорировал. После первого достаточно мирного разговора, когда мы выяснили, что между нами пролегает пропасть почти в три тысячи лет, юноша замкнулся в себе, и мои попытки вывести его на диалог не увенчались успехом, так что вскоре я оставила это бессмысленное занятие. Орсэй не закатывал истерик, не обвинял меня во всех смертных грехах – это уже было значительным прогрессом. Поэтому я предпочла не нарушать хрупкое равновесие. Оказываясь в комнате принца, я либо садилась на подоконник и любовалась пейзажем, либо скрывалась за ширмой – мне казалось, Орсэю будет спокойней, если я перестану мозолить ему глаза. Хотя о каком спокойствии может идти речь, когда он был вынужден спать в моём присутствии? Потому что, как оказалось, время суток у нас совпадало, так что «приходила в гости» я исключительно по ночам. Первые три раза Орсэй отчаянно пытался не заснуть, отвлекая себя чтением книг и выполнением различных физических упражнений. Однако каждый раз усталость брала своё, и он засыпал то на полу, то за столом. Тогда я с помощью магии – которая прекрасно работала, несмотря на отсутствие у меня тела, – переносила юношу на кровать и заботливо укрывала одеялом, чтобы он не простудился. На четвёртый же мой визит принц прекратил страдать ерундой и, не глядя в мою сторону, молча разделся и лёг спать. Я же всю ночь просидела на полу за ширмой, погружённая в свои мрачные мысли.

Несмотря на то, что я вроде как спала, силы медленно, но неотвратимо покидали меня, а усталость стала вечным спутником. Однако как прекратить бессмысленное еженощное бдение возле чужой постели, я не знала. И спросить совета было не у кого.

– Почему ты не проваливаешься сквозь пол?

На восьмую ночь Орсэй, видимо, вспомнил, что умеет говорить.

Я, в этот момент мирно сидевшая на подоконнике, прислонившись плечом к оконной раме, вздрогнула и повернула голову к принцу, расположившемуся за столом с книгой в руках. Правда сейчас книга лежала чуть в стороне, а тёмно-серые глаза пристально смотрели на меня.

Вопрос, если так подумать, был интересным. Опытным путём за эти дни я выяснила, что не могу пройти сквозь стены или пол. Более того, могу сидеть на подоконнике, прикасаться к столу и даже лежать на кровати. При этом сквозь стул, дверь и остальные предметы вроде одежды, книг и всякой мелочёвки моё тело легко проходило. Только вот объяснить причины столь избирательной проницаемости я не могла.

– Не знаю, – призналась я.

– А что ты вообще знаешь? – в голосе Орсэя проскользнуло раздражение. – Вот уже неделю ты маячишь у меня перед глазами, при этом даже не пытаешься хоть что-то предпринять, чтобы это прекратить!

– Ты думаешь, я удовольствие получаю от любования твоей самодовольной физиономией? – моему возмущению не было предела. – Семь ночей подряд, стоит мне только закрыть глаза, и я оказываюсь здесь. И вместо того, чтобы спокойно спать в своей постели, вынуждена лицезреть один и тот же пейзаж за окном и стены твоей комнаты!

Высказавшись, я тряхнула волосами и вновь отвернулась к окну. На некоторое время в комнате повисла гнетущая тишина, которая, впрочем, продлилась совсем недолго.

– Ты плохо выглядишь.

У меня появилось жгучее желание запустить в Его Высочество чем-нибудь тяжёлым. Жаль только, в руки я ничего взять не могу, а если использовать магию, то вполне могу ненароком и прибить этого самовлюблённого засранца.

– Любая девушка мечтает услышать нечто подобное, – с сарказмом заметила я, даже не думая оборачиваться.

– Я имел в виду, что ты выглядишь измождено. Но я не знал, что всё это время ты не могла спать.

Отсутствие полноценного отдыха столь продолжительное время негативно сказывалось на моём характере. И всё же я понимала, что Орсэй тут точно не виноват: принц оказался таким же заложником ситуации, как и я. Не было смысла вымещать на нём своё дурное настроение.

– Теперь знаешь, – вполне миролюбиво отозвалась я и обернулась. Впервые за эти дни Орсэй смотрел прямо мне в лицо, не избегая взгляда и не делая вид, что меня нет в комнате.

– Мне жаль, – тихо проговорил он. Мне показалось, вполне искренне.

– Твоей вины тут точно нет, – криво усмехнувшись, ответила я.

– Но ведь кто-то же должен быть виноват. Не просто же так ты появляешься именно здесь.

Я длинно вздохнула.

– Я не знаю, – в очередной раз сказала я. – Мне всего двенадцать, и я дочь кузнеца. Я понимаю, что тут каким-то образом замешана магия – иначе быть не может. Но как, зачем и почему – я не ведаю. Что самое обидное, даже спросить совета не у кого! – я зло ударила кулаком по оконной раме, из-за чего стекло мелко задрожало.

Орсэй на это ничего не ответил. Утолив своё любопытство, он вернулся к чтению, а спустя некоторое время благополучно отправился спать. Я же в очередной раз играла роль этакой сторожевой собаки и с трудом подавляла в себе желание что-нибудь поджечь, чтобы и Его Высочеству жизнь мёдом не казалась. Кровать, например. Или балдахин…

* * *

На следующий день я решила сделать всё возможное, чтобы сократить своё пребывание рядом с Орсэем. А для этого нужно было как-то не дать себе заснуть. Чтобы занять беспокойные руки я сначала под недоумевающим взглядом отца отциклевала пол, затем навела порядок в кузнице, а потом, уже в темноте, под слабым светом масляной лампы вырвала все сорняки вдоль забора. Как итог: совершенно обессиленная, заснула сидя прямо за столом с отцовской рубашкой в руках, которую мне нужно было заштопать.

Увидев перед собой знакомую кровать с балдахином, я с трудом удержалась от разочарованного стона.

– Добрый вечер, сударыня.

Незнакомый низкий мужской голос заставил меня вздрогнуть. Обернувшись, я увидела невысокого пожилого мужчину с короткими пепельными волосами и пронзительными голубыми глазами, одетого в тёмно-синий двубортный кафтан до колен, препоясанный широким светлым поясом, к которому была прикреплена круглая подвеска с выгравированной на ней десятиконечной звездой. Мужчина сидел на неудобном деревянном стуле, неизвестно откуда появившемся возле окна, хотя ещё накануне его и в помине не было.

– Добрый вечер, – вежливо отозвалась я, настороженно глядя на незнакомца.

– Вы, как я понимаю, Дэйрэ? – мужчина говорил ровным голосом, слегка склонив голову – типичный жест слуги перед высокородным господином. Что в применении ко мне выглядело полной дикостью.

– Да, – подтвердила я. – А вы?

– Моё имя Труар, я придворный алхимик короля Рэйегорна.

Эти слова заставили меня насторожиться ещё сильней.

– Я пригласил его сюда.

Только сейчас я заметила Орсэя, стоявшего возле двери.

– Зачем? – холодно уточнила я, предполагая самое худшее. – Полагаешь, он сможет избавиться от меня?

– Его Высочество сообщил мне, что у вас возникла небольшая проблема, связанная со сном, – полностью проигнорировав мои слова, проговорил алхимик. – На данный момент я являюсь обладателем самых обширных познаний в области целительства.

Я наградила его подозрительным взглядом.

– Целители лечат тело, – заметила я. – У меня на данный момент тела нет. Что вы собираетесь лечить?

– Труар не простой целитель, – прохладно проговорил Орсэй. – Вчера ты сказала, что понятия не имеешь, что происходит, и тебе не у кого спросить совета. Я подумал, что мастер Труар сможет помочь.

И тут меня осенило.

– Вы колдун? – прямо спросила я, глядя в непроницаемые голубые глаза мужчины.

– Бывший, – тут же поправил он меня. – Я верен королю и королевству, поэтому отказался от сил.

«Это невозможно, – подумала я. – Магия, не меч, который можно спрятать в сундук и забыть».

– Мастер Труар не причинит тебе вреда, – сказал Орсэй, очевидно, прекрасно понимавший причину моего недоверия. – Однако, возможно, он сможет помочь.

Не причинит вреда – понятие весьма растяжимое. Впрочем, в данном случае риск, действительно, был минимален: как можно навредить тому, кого, по сути, здесь даже нет?

– Хорошо, – согласилась я. – Что от меня требуется?

– Присаживайтесь, сударыня, – алхимик жестом указал на постель. – Я вас осмотрю.

Я покорно опустилась на край кровати и сложила руки на коленях. Труар медленно, слегка прихрамывая на правую ногу, подошёл ко мне и осторожно попытался взять меня за руку – у него, ожидаемо, ничего не получилось. Однако в тот момент, когда его ладонь прошла сквозь моё тело, я ощутила знакомое лёгкое покалывание, выступавшее однозначным свидетельством того, что алхимик – лжец, и никуда он свою магию не дел.

– Что-то случилось? – вежливо уточнил он, очевидно, уловив перемену в моём лице.

– Я вас чувствую, – спокойно сообщила я.

– Меня? – похоже, мужчина не понял, о чём именно я попыталась ему сказать.

– Это одна из моих способностей, – пояснила я. – Я всегда и везде чувствую магию: в воздухе, земле, воде. В предметах. И людях.

Труар коротко кивнул.

– Расскажите, Дэйрэ, что предшествовало вашей первой встрече с Его Высочеством?

Мне не особо хотелось об этом говорить. Но Орсэй был прав: мне не с кем было посоветоваться, а решать проблему было необходимо, причём чем скорее, тем лучше.

– В моём мире существует легенда о Тысячелетнем Источнике, – обречённо вздохнув, я начала свой рассказ. – Люди говорят, его воды могут исцелить любую болезнь. Однако путь к Источнику очень труден и опасен – многие хотели его найти, но никто не вернулся.

У меня тяжело заболела мама. Лекарь сказал, вылечить её нельзя. Поэтому я отправилась к Тысячелетнему Источнику. По пути я столкнулась с несколькими монстрами, и, убегая от одного из них, упала с обрыва, меня по голове ударил какой-то камень, и я потеряла сознание. Очнулась уже в пещере, пытаясь выбраться из которой столкнулась с Орсэем.

– Ясно, – задумчиво протянул алхимик. – А когда вернулись в свой мир, где вы оказались?

– На берегу подземного озера.

– Это и был тот Тысячелетний Источник?

– Скорее всего.

– Но вы неуверенны?

– Вода в нём, действительно, была наполнена магией – я это чувствовала. Однако доказательств у меня нет.

– А твоя мама? – неожиданно спросил Орсэй. – Ей эта вода помогла?

Я судорожно сглотнула. В уголках глаз собралась влага, и мне стоило неимоверных усилий не позволить себе позорно разрыдаться – душевная рана была ещё слишком свежа.

– Я не успела, – тихо ответила я. – К тому моменту, как я вернулась, мама уже умерла.

– Мне жаль, – в голосе Орсэя отчётливо звучало сострадание.

Я лишь покачала головой, но ничего не сказала.

Труар вновь протянул ко мне руку, однако на этот раз не стал пытаться дотронуться: его ладонь замерла над моей грудью, и я вновь ощутила лёгкое покалывание под кожей.

– Невероятно! – вполголоса пробормотал алхимик. В его глазах отразился чистый восторг. – Ещё никогда я не встречал столь огромного магического потенциала. Неудивительно, что вы, Дэйрэ, столь легко перемещаетесь во времени и пространстве – с вашими силами можно стереть с лица земли целое королевство.

– С чего бы мне это делать? – я слегка отстранилась, задетая словами мужчины.

– Я не говорил, что вы собираетесь сделать что-то подобное, – тут же пошёл он на попятную. – Просто привёл пример. Простите, если он вас обидел.

Я наградила алхимика недовольным взглядом.

– Из-за того, что все считают, будто маги только и делают, что убивают всех направо и налево, в моём мире и не осталось колдунов, – мрачно заметила я.

Во взгляде Труара промелькнуло понимание.

– Что нам это даёт? – вновь подал голос Орсэй. – То, что она сильная – это понятно. Но как сделать так, чтобы она оставалась в своём мире и не появлялась здесь каждую ночь?

– Пока я не могу дать ответ на этот вопрос, – дипломатично сообщил алхимик. – Мне нужно провести некоторые исследования и понять, что именно притягивает Дэйрэ к вам, Ваше Высочество. Это займёт некоторое время.

– Я тебе говорил: она уже целую неделю нормально не спит, – в голосе Орсэя слышалось недовольство. – С этим нужно что-то делать!

– А что мешает вам лечь спать здесь? – спросил у меня Труар.

Подобный вопрос поставил меня в тупик.

– Я как-то об этом даже не подумала, – честно призналась я. – Я ведь, вроде как, уже сплю. Как можно спать во сне?

Тонкие губы старика растянулись в улыбке.

– А вы попробуйте, – посоветовал он. – Вдруг получится?

– А я что должен в это время делать? – мрачно спросил Орсэй. – Я не могу просто поселить её в гостевых покоях – отец сразу об этом узнает. А если прикажу принести сюда ещё одну кровать, это вызовет много вопросов.

– Можем спать по очереди? – предложила я. – Сначала я, потом – ты.

– Ты собралась спать в моей постели? – возмутился принц. – Это недопустимо!

– Почему? – насмешливо уточнила я. – Тела как такового у меня нет, так что ни испачкать твои драгоценные простыни, ни натаскать в кровать вшей я не смогу.

– У тебя вши? – ужаснулся юноша. – Тем более ты не будешь спать в моей постели!

– И как ты мне помешаешь?

С вызовом взглянув на принца, я демонстративно медленно забралась на постель и откинулась на подушки – оценить их качество я была не в состоянии, так как не чувствовала ровным счётом ничего, однако моральное превосходство приятно согревало душу.

– Просто великолепно! – Орсэй, очевидно, был разгневан, но ни на что повлиять не мог. – И долго мне терпеть её?

– Некоторое время, Ваше Высочество, – в голосе алхимика слышалось неприкрытое веселье. – У меня сохранилось несколько старинных гримуаров – я немедленно займусь их изучением. Возможно, где-то описывается ситуация, подобная вашей. В любом случае, на данный момент я ничем помочь не могу. Как верно заметила госпожа Дэйрэ, её тело находится не здесь, а на душу повлиять никто и ничто не способен, так как она нематериальна.

– Ясно, – хмуро кивнул Орсэй. – Вы свободны, мастер Труар. Как только что-то узнаете – сразу же сообщите мне.

– Непременно, Ваше Высочество.

Во сне и наяву

Как оказалось, спать во сне вполне возможно, и, более того, очень приятно и полезно. Теперь, попадая в комнату к Орсэю, я сразу же заваливалась на огромную кровать, игнорируя недовольное ворчание её владельца, закрывала глаза и позволяла себе подремать пару часов, прежде чем Его Высочество возмущёнными воплями сгонял меня на подоконник.

Как ни странно, даже пары часов оказалось достаточно, чтобы моё самочувствие заметно улучшилось, и я перестала валиться с ног от усталости.

Труар заглядывал в покои принца почти каждую ночь. Страдая бессонницей, алхимик с удовольствием коротал время в моей компании. Опытным путём нам с ним удалось выяснить, что, хоть я и перемещаюсь исключительно туда, где находится Орсэй, я не привязана на короткий поводок к принцу и свободно могу отходить от него на какое угодно расстояние. Во всяком случае, путь от покоев Его Высочества до башни алхимика, находившейся в противоположном крыле замка, я проделывала без проблем.

Мастер Труар оказался крайне интересным и образованным собеседником. Помимо исследования моей магии, он много расспрашивал о моём мире, взамен рассказывая о своём, одновременно посвящая меня в тонкости колдовства.

– Зачем вы это делаете? – задала я давно волнующий вопрос.

Орсэй к этому времени уже благополучно спал в своей постели, так что Труар забрал меня к себе в башню. Теоретически, я бы могла дойти и сама, но замок ночью патрулировали рыцари, и появление незнакомой девушки, особенно покидающей королевское крыло, вызвало бы много вопросов. А так я была всего лишь безликой спутницей придворного алхимика, на которую никто не обращал никакого внимания, что меня полностью устраивало.

– Что именно вас интересует? – Труар внимательно посмотрел мне в глаза. В отличие от того же Орсэя, алхимик всегда смотрела на меня во время разговора, тогда как принц даже будучи вынужден обращаться ко мне, отводил глаза в сторону, словно я представляла собой какое-то отвратительное зрелище.

– Вы, будучи колдуном, помогаете королю истреблять себе подобных, – пояснила я. – Но при этом помогаете и мне, хотя я ведьма. Зачем вы это делаете?

– Как я сказал при нашей первой встрече, я верен королю и королевству, – спокойно ответил Труар. – Да, я помогаю Его Величеству в войне с магией. Потому что многие колдуны злоупотребляют своей силой и представляют серьёзную угрозу для окружающих. Что же касается вас, Дэйрэ, – губы мужчины тронула мимолётная улыбка, – здесь стоит поблагодарить принца. Он просил мне помочь вам – и я помогаю всем, чем могу.

– А если бы не попросил? Вы бы меня убили?

В комнате повисла неловкая пауза.

– Если бы вы представляли угрозу для королевства – да, убил бы, – твёрдо проговорил Труар. – Принимая титул придворного алхимика, я присягнул Его Величеству. И я исполню свою клятву.

– Даже если ваш король чудовище?

– Я бы никогда не стал служить чудовищу, – безапелляционно заявил Труар. – Дэйрэ, вы ещё очень молоды и неопытны. Со временем вы поймёте, что всё в этой жизни не так просто и однозначно, как кажется на первый взгляд.

– Что неоднозначного в истреблении людей по причине того, что они не похожи на тебя? Неужели все, кого король казнит на площади, являются преступниками, представляющими угрозу для королевства?

Труар длинно вздохнул.

– Дэйрэ, давайте оставим эту тему? – мягко предложил он. – Я не хочу с вами ссориться. Вы пока не готовы выслушать мои объяснения поступков Рэйегорна, понять и принять их.

Я покорно замолчала, хотя и осталась при своём мнении. Не может быть оправдания убийству сотен ни в чём неповинных людей.

* * *

– Ты много времени проводишь с мастером Труаром.

Как бы между прочим заметил Орсэй, когда я, в очередной раз материализовавшись в комнате, сразу же растянулась на постели, чтобы продолжить прерванный сон.

– И что? – я приоткрыла один глаз и взглянула на принца. – Ты бы предпочёл, чтобы я всё время торчала здесь? Тебе же лучше, что я теперь коротаю ночи у него – можешь спокойно спать, не опасаясь, что я сделаю с тобой что-нибудь нехорошие.

– Я никогда так о тебе не думал, – нахмурившись, заметил Орсэй.

– Да неужели? – мой голос был пропитан сарказмом.

Во взгляде Орсэя на мгновение промелькнула досада, но продолжать разговор он не стал.

– Почему ты попросил Труара мне помочь? – раз уж сегодня у Его Высочества хорошее настроение, и он снизошёл до диалога со мной, я решила воспользоваться этим и задать несколько вопросов.

Ответа не последовало. Повернув голову, я увидела, что Орсэй что-то сосредоточенно пишет пером на листе пергамента.

Видимо, на сегодня его благодушие по отношению ко мне исчерпало себя.

– Пару лет назад во время охоты на меня и моих сопровождающих напал колдун, – после довольно продолжительной паузы неожиданно заговорил принц. – Он произнёс какое-то заклинание и призвал жутких монстров, приказав им нас убить. Рыцари, естественно, сразу же вступили в бой и погибли все до одного – твари разорвали их прямо у меня на глазах. Я думал, что и меня постигнет та же участь, но тут появился мастер Труар. С помощью магии он уничтожил сначала монстров, а потом и создавшего их колдуна, – Орсэй оторвал взгляд от пергамента и посмотрел на меня. – Он спас мне жизнь – и я в долгу перед ним.

– Это не объясняет, почему ты попросил его помочь мне.

– Ты тоже спасла меня, – напомнил Орсэй. – Тогда, в пещере, ты могла просто уйти. Однако осталась и сражалась вместе со мной. Если бы не твоя магия, я бы уже был мёртв. Сейчас помощь нужна тебе. И я буду последним подлецом, если брошу тебя в беде.

Мои губы сами собой растянулись в улыбке.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я. – Я ценю твою помощь. И твою, и мастера Труара.

Орсэй коротко кивнул в ответ и вернулся к прерванному занятию.

– Что ты делаешь? – меня одолело любопытство. Поднявшись с постели, я подошла к столу и взглянула на лист, наполовину исписанный непонятными мне закорючками.

– Отец просил меня написать приглашение сыну графа Армэра на рыцарский турнир, который состоится через два месяца. – Орсэй поднял голову и взглянул на меня. – Ты ведь не умеешь писать, да?

– Я и читать не умею, – пожав плечами, ответила я.

– А хочешь научиться?

Подобное предложение стало для меня неожиданностью. Обычно Орсэй всем своим видом демонстрировал, что не желает иметь со мной ничего общего и вообще мне здесь не место. А тут такая щедрость!

Я внимательно посмотрела в тёмно-серые глаза, настороженно взиравшие на меня в ожидании ответа. Впервые за всё время нашего знакомства мне пришла в голову мысль, что принц очень даже недурен собой. А ещё у него доброе сердце, хоть он и старательно пытается скрыть его за высокомерием.

– Да, – тихо ответила я. – Это было бы здорово.

* * *

Деревце, напившееся воды из Тысячелетнего Источника, росло с неимоверной скоростью и уже спустя три дня сравнялось макушкой с крышей дома, распушив сочные зелёные листья во все стороны. Днём оно выглядело, как самое обыкновенное дерево. А вот по ночам его листья и ствол испускали слабое, но вполне заметное свечение. Моего отца это обстоятельство крайне беспокоило, но, памятуя мою бурную реакцию, избавиться от дерева он больше не пытался.

Между тем к деревне потянулись животные и птицы. Обычно охотникам приходилось несколько дней бродить по чаще, чтобы раздобыть хоть какую-то добычу. Сейчас же дичь сама шла им навстречу. И вместо того, чтобы радоваться данному обстоятельству, люди испугались. Со всех сторон начали доноситься шепотки о том, что «это всё неспроста», «дело тут нечисто» и «это всё от лукавого». Стоило мне показаться на улице, как люди тут же расходились, словно опасались заразиться от меня какой-нибудь страшной болезнью.

Чувствуя на себе тяжёлые, настороженные взгляды односельчан, я всё больше и больше времени проводила на болотах, чем добавляла тем для пересудов.

Отец ко всему происходящему относился с присущими ему спокойствием и непоколебимостью. Он продолжал работать в кузнице и не запрещал мне бродить, где вздумается – знал, что запреты меня не остановят. Да и люди поговорят, поговорят и успокоятся. Так уже бывало много раз, стоило моей магии выйти из-под контроля. Яркое огненное шоу в моём исполнении – паника окружающих – остракизм. А затем всё возвращалось на круги своя до нового инцидента.

Однако на этот раз привычный ход вещей был нарушен – в деревню заявились незваные гости. Небольшой отряд королевской гвардии – облачённые в доспехи с красными плащами рыцари верхом на белоснежных лошадях, – заблудился в лесу. И сгинуть бы им безвозвратно в пучине болот, если бы ни воля случая, выведшего меня прямо на них. Естественно, я не могла оставить их умирать, вот и привела в деревню, чтобы они смогли отдохнуть, покормить лошадей и поесть сами.

Ни постоялого двора, ни даже захудалой таверны у нас не имелось, так что ночевать рыцарям пришлось прямо на полу в церкви, куда их, не раздумывая, пустил отец Карст. Местные же принесли немного продуктов, кто сколько мог, и спальные принадлежности: одеяла, пледы и подушки. В благодарность за гостеприимство гвардейцы с каждым расплатились серебром – несколько монет досталось и мне.

Отец появлению королевских гвардейцев совершенно не обрадовался, что было понятно: у него дочь – ведьма, и все в деревне об этом знают. Одно слово, и эти самые рыцари, искренне благодарившие меня за своё спасение, закуют меня в кандалы и доставят на суд к королю.

– Тебе стоит на несколько дней уйти, – категорично заявил отец. – Отец Краст сказал, гости задержатся в деревне на три дня. Тебе на это время лучше скрыться на болотах.

Перспектива три дня кормить собой мошкару и спать под открытым небом мне совершенно не улыбалась. Однако я понимала, что отец заботится обо мне, поэтому не стала спорить. Собрав тёплые вещи – несмотря на разгар лета, ночами бывало прохладно, да и спать на земле в разы удобней, если под себя что-нибудь подстелить, – и корзинку с провиантом, я вооружилась небольшим ножом и ушла к Дереву Мертвецов.

Довольно быстро я поняла, что проводить на болте несколько часов днём и ночевать там – совершенно разные вещи. При свете солнца всё казалось совершенно другим, обыденным и безопасным. С наступлением же темноты болото словно ожило, наполнилось непонятными звуками, похожими не то на крики, не то на стоны. И, да, сквозь непроглядную тьму безлунной ночи где-то над топью вспыхивали и гасли слабые бледно-оранжевые огоньки, от одного вида которых у меня мурашки бежали по спине.

Ни о каком сне не могло быть и речи. Разведя костёр, я, крепко сжимая в руке отцовский нож, удобно устроилась на вчетверо сложенном шерстяном одеяле и настороженно озиралась по сторонам, внимательно прислушиваясь, вдруг хрустнет ветка или раздастся звук шагов, выдавая чужое присутствие.

К счастью для меня ночь прошла абсолютно спокойно, и никакое чудовище не нарушило мой покой. На рассвете я позавтракала пшеничными лепёшками с ягодным морсом и потушила костёр – днём в нём не было необходимости. Во всяком случае, до тех пор, пока мне не потребуется согреться или что-то приготовить.

Сидеть на болоте в полном одиночестве было откровенно скучно. Дома у меня было целое хозяйство, требующее постоянного внимания, так что бездельничать не приходилось – дай Бог за день успеть все дела переделать. Сейчас же я не знала чем себя занять. В голову пришла заманчивая идея попытаться навестить Орсэя. Да, обычно я это делала исключительно во время сна. Но мастер Труар был уверен, что путешествие возможно и в бодрствующем состоянии. Правда, как это сделать, он не знал: самому ему никогда ничем подобным заниматься не приходилось. Но он предполагал, что если войти в состояние транса, полностью отрешившись от окружающего мира, можно вынудить своё сознание переместиться. Прежде у меня не было ни времени, ни желания проверять данную теорию. Теперь же, чтобы хоть как-то убить время, я решила всё же попробовать.

Полностью развернув одеяло, я легла на спину и закрыла глаза, сосредоточившись на дыхании, как и учил алхимик. Глубокий вдох, затем глубокий выдох. Вдох – выдох. Вдох – выдох. Над головой раздавались бойкие птичьи трели – где-то вдали стрекотали кузнечики. Все эти звуки практически сразу наполнили сознание, не позволяя отрешиться и «очистить разум». Я честно пыталась не обращать внимания на посторонний шум. Но шорох листвы, треск и ещё огромное множество самых разнообразных звуков не давали мне покоя, вызывая лёгкое раздражение.

А потом до меня вдруг дошло: среди общего гвалта я слышу звук текущей воды, которого ну никак не может быть возле болота!

Резко распахнув глаза, я задохнулась от восхищения: вокруг меня до самого горизонта вместо тёмного леса простиралось бескрайнее поле, заполонённое ярко-розовыми цветами, внешний вид которых был мне совершенно незнаком.

Памятуя о том, что мои перемещения всегда связаны с Орсэем, я огляделась по сторонам. Позади меня виднелась широкая полноводная река, через которую был переброшен добротный каменный мост с красивыми деревянными перилами, стилизованными под побеги какого-то растения. На этом мосту и обнаружился принц. Он сидел на краю, закатав брючины штанов до колен и опустив ноги в воду, с умиротворённым выражением лица наблюдая за чем-то в воде. Заинтригованная, я неспешно приблизилась к юноше и выглянула у него из-за спины: в абсолютно прозрачной, кристально чистой воде плескались разноцветные рыбки, шустро виляя широкими плавниками.

– Доброе утро.

От звука моего голоса Орсэй вздрогнул и обернулся, встретившись со мной взглядом.

– Доброе утро, – после небольшой заминки отозвался он. – Что ты тут делаешь? Сейчас же утро. В это время ты должна заниматься своими делами.

– Меня временно выселили в лес, поэтому я от скуки решила попробовать навестить тебя в бодрствующем состоянии, – улыбнувшись, безмятежно сообщила я.

– Что значит, выселили в лес?

Пришлось мне поведать принцу о своих небольших злоключениях.

– Если бы я мог, то предложил тебе остаться здесь, – задумчиво проговорил Орсэй, когда я закончила свой рассказ. – Мы бы с мастером Труаром сумели тебя защитить. Ты бы могла жить в замке – места у нас полно.

Мне это заявление показалось просто смехотворным.

– В качестве кого бы я жила в твоём замке? – уточнила я, продолжая улыбаться. Несмотря на непростую ситуацию, настроение у меня было просто превосходное, так что я была не прочь немного поболтать на отвлечённые темы.

– В качестве ученицы Труара? – предположил Орсэй. – Мы много говорили с ним о тебе.

– В самом деле? – я была заинтригована. – И о чём именно вы говорили? О том, какая я невыносимая, не даю тебе нормально спать и постоянно выгоняю из кровати?

Впервые за время нашего знакомства Орсэй рассмеялся, и его смех неожиданно отозвался у меня в груди, заставив сердце пропустить удар.

– На самом деле, я не особо против, что ты отбираешь у меня постель, – смущённо потупив взгляд, признался принц. – Меня больше беспокоит, что из-за визитов ко мне ты не можешь полноценно отдыхать.

– Ты волнуешься за меня? – удивилась я.

– Немного беспокоюсь, – поправил Орсэй. – Всё-таки ты страдаешь из-за меня.

– В каком смысле?

– Помнишь нашу первую встречу в пещере?

Я утвердительно кивнула: такое забудешь! Одна только встреча с громадоном чего стоит.

– Я там оказался не случайно. Недалёко от той пещеры стоит ветхая избушка – в ней живёт ведьма, старинная знакомая Труара. Колдовать она практически не может, зато обладает даром предвидения.

– И ты пошёл к ней? – догадалась я.

– Да, – подтвердил Орсэй. – Мне уже двенадцать, и отец начал активно подбирать мне невесту. Вот я и решил спросить у ведьмы, кто станет моей женой, и будем ли мы счастливы.

Подобное поведение, на мой взгляд, было больше характерно для девушек, нежели для парней. Но кто я такая, чтобы судить?

– Ты нашёл её?

– Да, – подтвердил Орсэй, и на его лицо набежала тень. – Мерзкая старуха, вся в лохмотьях, волосы грязные, ещё и одного глаза нет – кошмар просто.

Я укоризненно покачала головой на столь нелестный отзыв о пожилой женщине, но вслух осуждать принца не стала, а вместо этого, подстёгиваемая любопытством, спросила:

– И что она тебе сказала?

– Что всё в моих руках, – Орсэй проникновенно взглянул на меня. – Она сказала, что мой отец выберет мне хорошую жену, красивую, умную и верную, которая родит мне наследника. Она подарит мне покой и удовлетворение, но не любовь. Однако если я осмелюсь пойти против воли отца и брошу вызов всему миру, то наградой мне станет сердце женщины, рядом с которой я буду по-настоящему счастлив.

Я насмешливо фыркнула.

– Слишком расплывчатое предсказание, ты так не думаешь? Больше похоже на слова какой-нибудь шарлатанки, нежели настоящей провидицы.

– После визита к ведьме я должен был сразу же вернуться в замок, однако вместо этого свернул с тропы, чтобы срезать путь и навестить друга. По пути на меня напал громадон, и я бы вынужден скрываться от него в катакомбах, где и встретил тебя.

Я с недоверием взглянула на юношу.

– Ты сейчас намекаешь, что та ведьма говорила обо мне?

– Я не исключаю такой возможности, – Орсэй отвёл взгляд и уставился в воду. – Ты – ведьма, а значит максимально неподходящая кандидатура в мои супруги по мнению отца.

– Вот поэтому я и говорю, что та знакомая Труара обыкновенная шарлатанка! – заявление принца звучало совершенно абсурдно, и я собиралась ему это доказать. – Начнём с того, что фраза «бросить вызов отцу» может трактоваться как угодно. Да, возможно, речь о выборе жены. А, возможно, дело в несогласии с какими-то его действиями? Например, ты можешь отказаться пойти в военный поход на какое-нибудь соседнее королевство, вместо этого заключив с ним мир. Или спасти кого-нибудь от казни. Да вариантов превеликое множество! Кроме того, неясен срок исполнения данного якобы предсказания. Когда именно ты должен бросить вызов отцу? Сегодня? Завтра? Через десять лет?

Орсэй очень внимательно выслушал мои доводы: судя по нахмуренным бровям, мне удалось пошатнуть его слепую веру в это сомнительное пророчество.

– Полагаешь, её слова – ложь, а наша встреча просто случайность? – уточнил он через некоторое время.

– Я говорю, не стоит воспринимать её слова слишком серьёзно, – заметила я. – Не торопись рубить сгоряча и не подгоняй все события под это псевдопророчество. Живи, как жил раньше. А дальше время покажет, кто прав.

Несколько мгновений Орсэй сверлил меня долгим, задумчивым взглядом, а затем кивнул.

– Хорошо, – сказал он. – Я так и сделаю.

Охота на монстра

Как ни странно, фокус «перемещение в сознательном состоянии» за три дня кукования на болоте удался мне лишь единожды. Все последующие разы меня постоянно что-то отвлекало, не позволяя в достаточной мере сосредоточиться. Меня это, впрочем, не сильно огорчало – ни один навык не может прийти сразу. Необходимы регулярные тренировки, чему я была намерена посвятить всё свободное время – мне было интересно увидеть всё королевство Орсэя, а не только замок. А для этого я должна была научиться перемещаться по собственному желанию в любое время дня и ночи.

Королевские гвардейцы, как и сказал отец Карст, провели в деревне ровно три дня, после чего благополучно отправились восвояси. Я же смогла вернуться домой и спать не на холодной земле, а в удобной постели.

К сожалению, долго мой покой не продлился. Спустя два дня после отбытия королевской гвардии в деревне поднялась паника: пропал Джиба – десятилетний племянник деревенского старосты. Ушёл утром вместе с друзьями на рыбалку. Его приятели после обеда вернулись домой, а Джиба бесследно исчез.

Естественно, на поиски ребёнка отправились всем миром. Мужики, вооружившись вилами и топорами, пошли прочёсывать лес. Мой отец, само собой, пошёл с ними. Я же направилась привычным маршрутом к болотам – единственному месту, откуда человек, живущий в деревне с самого рождения и знающий здешние леса, как свои пять пальцев, мог не суметь выбраться самостоятельно.

Стоял ясный, солнечный день, всё пространство между деревьями хорошо просматривалось, что добавило мне уверенности. В конце концов, раз даже ночью я не столкнулась здесь ни с чем по-настоящему опасным, значит, при свете дня мне тем более ничего не угрожало. Придя к такому выводу, я сломала хорошую, толстую слегу и, тщательно прощупывая ей дорогу, храбро вошла в воду.

Двигаться в болотной жиже было не очень удобно: тина обвивалась вокруг ног, затрудняя движение, плюс то и дело в кожу впивались голодные пиявки, которых я отгоняла крохотными разрядами магии.

Внезапно прямо посреди пути я почувствовала, как моё сердце быстро-быстро забилось в груди, как от испуга, а по спине пробежали мурашки. Понять, что именно вызвало столь странную реакцию, я не успела – под кожей миллиардами искр взорвалась магия, а спустя мгновение я поняла, что переместилась из болота в лес. Причём выбрала для этого крайне неподходящий момент.

Справа от меня, со свистом разрезав воздух, пролетела стрела, вонзившись в дерево за моей спиной.

– Не стрелять!

Повернувшись на крик, я увидела Орсэя в компании пятерых взрослых мужчин, облачённых в кольчуги, как, впрочем, и сам принц. Они были окружены плотным кольцом странного вида существ, напоминавших маленьких человечков – Орсэю они были примерно по пояс,– покрытых густой чёрной шерстью. Существа теснили вооружённых рыцарей, размахивая непропорционально длинными руками с небольшими каменными кувалдами.

Не задумываясь, я наколдовала мощный порыв ветра, раскидавший мохнатую мелюзгу в разные стороны. Им подобное обращение, разумеется, не понравилось, и монстрики переключили своё внимание на меня. Только вот – какая жалость! – хоть как-то навредить были не в состоянии: их кувалды просто проходили сквозь моё тело. И даже попытка укусить меня за ногу не увенчалась успехом. Убедившись в том, что теперь перевес не на их стороне, существа, недовольно бормоча что-то на своём языке, удалились, напоследок швырнув в мою сторону несколько еловых шишек.

– Что у вас тут происходит? – удостоверившись, что угроза миновала, я обратилась к Орсэю. Воины тут же оттеснили принца себе за спины и выставили вперёд мечи.

– Мы на охоте, – недовольным голосом объяснил Орсэй, пытаясь выйти из-под защиты своих провожатых. – Да опустите вы мечи! Она не причинит нам вреда.

– Она ведьма, Ваше Высочество, – мрачно заметил один из воинов – высокий широкоплечий брюнет с массивной нижней челюстью и выразительными ярко-синими глазами.

– И что с того? – не позволив Орсэю сказать и слова, вступила в полемику я. – По-моему, я только что спасла вам жизни. Разве нет?

– Мы бы и сами справились с обыкновенными шишигами, – высокомерно заявил рыцарь. – Они опасны разве что для маленьких детей да безоружных крестьян, но никак не для воинов.

– Как скажете, – пожала я плечами. – В любом случае, они ушли, и вы можете продолжать свой путь.

Никто и не подумал двигаться с места. Рыцари всё ещё не спускали с меня настороженного взгляда.

– Использование магии запрещено в королевстве Диарнар, – строгим голосом проговорил брюнет, видимо, являвшийся главным в этом отряде. – Мы должны доставить вас на королевский суд.

– Да неужели? – усмехнулась я, после чего медленно стала подходить к рыцарям. – Уверены, что силёнок хватит?

Я заметила, как побледнел Орсэй после моих слов. Неужели решил, что я собираюсь перебить его рыцарей? Вот дурачок!

Ни один из рыцарей не дрогнул при моём приближении, их взгляды пристально следили за каждым моим движением – эти мужчины, определённо, были храбрыми воинами и не собирались отступать при виде одной единственной ведьмы. Это делало им честь.

Подойдя вплотную к брюнету, я позволила кончику его меча замереть возле самой груди, а затем, выдержав театральную паузу, сделал ещё один шаг, позволив мечу свободно пройти сквозь тело.

Мужчины дружно ахнули. Один – совсем ещё молоденький, на вид не старше восемнадцати лет, – осенил себя крестным знаменьем.

– Так как вы собираетесь доставить меня в замок для суда? – улыбнувшись, спросила я. – И, другой вопрос: какой толк от суда? Ни казнить меня, ни запереть ваш король не сумеет.

– Вы – призрак? – спросил брюнет, опуская меч, который всё так же свободно «разрезал» моё тело, не причинив при этом ни малейшего вреда.

– Не совсем, – ответила я, после чего послала весёлый взгляд Орсэю. – Скорее ангел-хранитель вашего принца.

Орсэй на столь нескромное заявление с моей стороны закатил глаза, однако спорить не стал.

Рыцарь повернулся к принцу.

– Ваше Высочество, вы знакомы с ней?

– Знаком, – подтвердил тот. – Можете не волноваться, сир Бэкмор, она не причинит никому вреда.

– Его Величество не одобрит, – подал голос один из рыцарей – рыжеволосая громадина с куцей бородой и жалким подобием усов.

– Не одобрит что? – надменно уточнил Орсэй. – Что мы в лесу наткнулись на бесплотное существо, обладающее магией, которое не выказало ни малейших признаков агрессии и даже попыталось нам помочь?

Мужчина недовольно поджал губы и почтительно склонил голову перед принцем.

– Продолжим путь, – распорядился Орсэй, обращаясь к кому-то позади себя. Только сейчас я заметила лошадей, стоявших чуть поодаль, ближе к деревьям, в компании троих слуг.

Я не знала, как мне поступить. Пойти за ними? Зачем? Только лишний раз буду нервировать своим присутствием рыцарей и добавлю Орсэю проблем. Остаться здесь? Нет, как вариант, можно побродить по здешнему лесу, полюбоваться пейзажами и, возможно, познакомиться поближе с местной флорой и фауной. И как долго я буду здесь бродить? Обычно, когда меня переносит к Орсэю ночью, я возвращаюсь обратно с пробуждением. В тот единственный раз, когда я заявилась в этот мир среди бела дня, я пробыла здесь от силы минут двадцать, после чего утратила концентрацию и вернулась назад. Однако сегодняшнее перемещение кардинально отличалось от всех предыдущих – на этот раз моя собственная магия почему-то посчитала, что я нужна здесь. Возможно, она же меня и вернёт назад? Но когда?

– Дэйрэ!

Погрузившись в свои мысли, я не заметила, как рыцари вместе с принцем и слугами успели оседлать лошадей. Встрепенувшись от окрика, я подняла голову и увидела Орсэя, восседающего верхом на роскошном гнедом рысаке.

– С тобой всё в порядке? – не обращая внимания на присутствие посторонних, с искренней тревогой спросил принц, глядя на меня сверху вниз. – Почему ты здесь оказалась? Просто практиковалась?

Я отрицательно покачала головой.

– Магия перенесла меня сюда, – честно ответила я. – Сначала меня накрыло паникой, хотя никаких видимых причин для этого не было. Потом я почувствовала, как магия внутри забурлила, и вот я уже здесь.

– Ты можешь вернуться назад?

– Не уверена… Раньше мне никогда не приходилось думать о подобных вещах – возвращение происходило само собой.

– Ясно, – Орсэй на мгновение задумался, а затем заявил категорично: – Ты идёшь с нами.

– Ваше Высочество! – тут же возмутился сир Бэкмор.

– Ты предлагаешь мне бежать за лошадьми? – насмешливо уточнила я, даже не думая скрывать своего веселья. – Я, конечно, девочка талантливая, но летать ещё не научилась!

Орсэй смутился своей оплошности.

– Но не могу же я оставить тебя здесь?

– Почему нет? – удивилась я. – Со мной точно ничего не случится.

Юноша не выглядел убеждённым. Улыбнувшись, я подошла к нему вплотную и накрыла его руку, державшую поводья, своей ладонью. Ну, как накрыла: положила свою руку над его рукой, обозначая прикосновение, которого нет.

– Не переживай обо мне, – твёрдо проговорила я. – Со мной всё будет хорошо. Если повезёт, скоро вернусь домой.

Орсэй судорожно сглотнул: его взгляд буквально прикипел к нашим псевдосоединённым рукам, причём на лице принца отразилось настолько сложное выражение, что интерпретировать его оказалось мне не под силу.

– Хорошо, – наконец, проговорил он, после чего повернулся к своим людям: – Поехали.

Я отступила в сторону, позволяя лошадям беспрепятственно проехать. Стоило стуку копыт стихнуть, как я почувствовала странное давящее чувство в районе груди, а затем мне в нос ударил тошнотворный гнилостный запах.

Открыв глаза, я обнаружила себя неподвижно лежащей посреди болота, а надо мной нависала жуткая волосатая морда гигантских размеров с горящими жёлтыми глазами.

Я буквально задохнулась от ужаса при виде этого нечто. Его огромная пасть с гнилыми зубами находилась в опасной близости от моего лица, и создавалось впечатление, будто существо вознамерилось откусить мне голову. Я очень сильно хотела закричать, однако крик застрял где-то в глотке, и наружу вырвалось лишь жалкое сипение.

Монстр, заметивший, что я очнулась, слегка наклонил голову на бок, пристально разглядывая моё лицо. Несколько мгновений ничего не происходило, и я с громким клацаньем захлопнула раскрытый в немом крике рот. Земля подо мной зашевелилась, и я поняла, что лежу не на какой-нибудь кочке, а на покрытых густым мхом лапах монстра, а вся моя одежда пропиталась болотной водой.

«Если я во время переправы переместилась к Орсэю, то моё тело, скорее всего, ушло ко дну, – мелькнуло у меня в голове. – Получается, этот монстр спас меня?»

После этого я по-новому взглянула на жуткое существо перед собой. Оно всё также спокойно взирало на меня, не выказывая ни малейшего признака агрессии. Да, внешний вид у него весьма угрожающий, если не сказать отталкивающий. Но с чего я взяла, что это существо обязательно плохое?

Мне стало стыдно за свою первоначальную реакцию.

– Спасибо, что спас меня, – прямо взглянув в огромные жёлтые глаза монстра, проговорила я.

Существо в ответ издало какой-то нечленораздельный звук, похожий на мычание, после чего, продолжая аккуратно держать меня в своих руках, медленно поднялось. Перевернувшись на бок, я опасливо взглянула вниз – до земли было метра три, не меньше. Это впечатляло!

Неторопливо пройдя через болото, вода в котором едва ли доходила существу до щиколотки, монстр осторожно опустил меня на землю.

– Спасибо, – нервно улыбнувшись, ещё раз поблагодарила я его.

Существо на это ничего не ответило, просто молча развернулось, прошло до середины болота и погрузилось под воду. Как ему это удалось, учитывая столь внушительные размеры – непонятно. Наверняка не обошлось без какой-то особой, болотной, магии.

* * *

Опасаясь повторения внезапного перемещения, я была вынуждена вернуться домой. К счастью, потерявшийся мальчик обнаружился – он свернул не на ту тропинку, провалился в яму и сломал ногу, поэтому и не смог самостоятельно выбраться из леса. Как говорится, то хорошо, что хорошо кончается.

Я же с нетерпением ожидала наступления ночи, чтобы вновь отправиться к Орсэю и расспросить его о странных существах – шишигах, – с которыми мне пришлось столкнуться. Ну, и выяснить, с чего бы магии вздумалось перемещать меня к нему против воли, тоже не помешает. Но это вопрос скорее к мастеру Труару, нежели к Орсэю. И то не факт, что алхимик скажет что-нибудь дельное – для него все эти перемещения были так же в новинку, как и для меня.

К моему изумлению, вместо привычных богато обставленных покоев, я оказалась на небольшой лесной полянке возле разведённого костра, вокруг которого собрались уже знакомые мне воины в компании Орсэя.

– Доброй ночи, господа, – вежливо поприветствовала я собравшихся, не рискуя подойти ближе, чтобы не напугать мужчин, непривычных к моему эффектному появлению.

– Дэйрэ, – Орсэй жестом успокоил встрепенувшихся рыцарей, одним взглядом велев им оставаться на своих местах. Как ни странно, те подчинились без лишних вопросов. – Ты снова здесь.

– Как всегда, – заметила я. – Полагаю, моё общество сейчас нежелательно?

Орсэй бросил быстрый взгляд на рыцарей, настороженно прислушивающихся к нашему разговору.

– Не самое удачное время для бесед, – согласился Орсэй, а затем нахмурился, очевидно, быстро что-то обдумывая, после чего уверенно проговорил: – Впрочем, пусть привыкают к твоему обществу. – И жестом предложил мне расположиться у костра.

Я не смогла сдержать улыбку: мне было приятно, что Орсэй, несмотря на ненависть отца к магии и собственную неприязнь к ней, уважительно относился ко мне и пытался навязать такое же отношение своим рыцарям.

Орсэй вернулся на своё место возле костра, выстланное еловыми ветками, накрытыми шерстяным одеялом. Я опустилась рядом с ним, и если бы у меня было тело, то мы непременно бы соприкоснулись плечами.

– Итак, что отряд королевских рыцарей во главе с наследным принцем забыл в лесной глуши? – поинтересовалась я, даже не пытаясь скрыть лёгкой насмешки в голосе.

– Отец получил тревожные новости: в здешнем лесу завелась какая-то тварь, повадившаяся похищать людей, – мрачно ответил Орсэй. – Мы приехали, чтобы обнаружить её и убить.

– Похищают именно людей? – уточнила я, нахмурившись. – Не скот? Только людей?

– Про скот ничего неизвестно.

Это было странно. Люди, живущие в лесу, никогда не ходят безоружными, и большинство хищников предпочитает нападать на более лёгкую добычу вроде овец или коз. Некоторые особо шустрые, – лисы, например, – пролезают прямо во дворы и воруют кур и гусей. Но чтобы целенаправленно истреблять людей…

– Полагаете, к этому причастны колдуны?

Мне сразу же вспомнился разговор с мастером Труаром, когда он заявил, что не всё так однозначно, как кажется на первый взгляд, и что король не просто так затеял войну с магами.

– Отец не исключает такой вероятности, – кивнул Орсэй. – Но пока судить сложно. Вот прибудем на место – там и разберёмся.

– А шишиги?

– Что шишиги?

– Ну, что они за существа? Они вели себя достаточно агрессивно. Они не могут похищать людей?

– Нет, – категорично заявил Орсэй. – Шишиги всего лишь мелкая нечисть. Они могут доставить определённые неприятности, запугать случайного путника или сбить с пути. Но до убийства не опускаются никогда.

– А по внешнему виду не скажешь, – заметила я, улыбнувшись. – Выглядели они очень грозно с этими своими каменными кувалдами.

Орсэй ответил мне крохотной улыбкой.

– Не всё, что выглядит опасным, является таковым на самом деле, – заметил он. И мне тут же в голову пришёл монстр, вытащивший меня из болота.

– Да, ты прав, – согласилась я.

В этот момент где-то неподалёку раздался громкий, надсадный женский крик, заставивший всех мужчин повскакивать на ноги и обнажить мечи. Я повернула голову на звук, но даже не подумала вставать.

– Не советую отходить от огня, – заметила я спокойно.

– Там кому-то нужна помощь! – возмутился Орсэй. Однако никто из его рыцарей даже не подумал идти в лес в поисках невинной жертвы монстра. Все мужчины как один неподвижно замерли возле костра и настороженно вглядывались в темноту. Подобное поведение, очевидно, поставило принца в тупик, и он растеряно спросил: – Чего вы ждёте?

– Они ждут, пока твари надоест играть в прятки, и она нападёт, – объяснила я. Поймав недоумевающий взгляд Орсэя, я пояснила: – Никто по ночам по лесу не бродит, тем более женщины – это опасно. Зато очень многие существа способны имитировать человеческий голос. Чаще всего именно женский или детский.

– Госпожа много знает о повадках монстров, – мрачно заметил рыжеволосый рыцарь.

– Я не госпожа, – возразила я. – Можете называть меня Дэйрэ. Что же касается моей осведомлённости… просто я сама живу в крохотной деревушке посреди лесной чащи. И знаю, что бывает с теми, кто решается прийти на помощь деве, зовущей на помощь.

– И что с ними бывает? – поинтересовался Орсэй.

– Они умирают.

Крик между тем повторился, на этот раз намного ближе. Лошади нервно заржали и принялись рыть копытами землю – слуги немедленно подошли к ним и попытались успокоить.

– Лошади всегда чувствуют опасность, – назидательно сказал принцу сир Бэкмор. – Луки на изготовку!

Двое рыцарей убрали мечи и проворно натянули тетиву на луки. Я продолжила сидеть на земле перед костром, предпочтя сначала понаблюдать за тем, кто – или что, – придёт полакомиться человечинкой. И только в случае, если рыцари не справятся самостоятельно, можно будет вступить в бой, используя магию.

На некоторое время на поляне повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь треском пламени костра и протяжным уханьем совы вдалеке. А затем из чащи, покачиваясь из стороны в сторону, вышла красивая молодая девушка, всё платье которой было изодрано и покрыто кровью.

– По-мо-ги-те, – по слогам проговорила она и рухнула на землю, как подкошенная.

Это стало для меня настоящим сюрпризом – вот уж кого, а обычного человека я точно не ожидала увидеть. Рыцари, судя по изумлённо-испуганным выражениям лиц, тоже.

Сир Бэкмор, убрав меч в ножны, торопливо приблизился к девушке и опустился перед ней на колени. Я выпрямилась и подняла руку, приготовившись к атаке: происходящее с каждой секундой нравилось мне всё меньше и меньше. В тот самый момент, когда рыцарь взял девушку за плечи, чтобы перевернуть её на спину, та резво развернулась сама и полоснула его по лицу внезапно удлинившимися когтями. Второй удар должен был разорвать ему горло, но я направленной волной магии отшвырнула тварь в сторону, тем самым, возможно, сохранив мужчине жизнь.

– Айвур! – закричал кто-то из рыцарей. В девушку тут же полетели стрелы, однако она ловко увернулась, на ходу меняя облик, из молодой красавицы превратившись в сморщенную седовласую старуху с горящими адским пламенем глазами и острыми, как бритва, зубами.

В эту же секунду раздался громкий треск ломающихся веток, и из темноты на поляну выскочило около дюжины волков. Пятеро сразу же набросились на лошадей и карауливших их слуг, а остальные сосредоточили своё внимание на рыцарях.

Вокруг воцарился настоящий хаос. Со всех сторон слышались крики, конское ржание, свист стрел и волчье рычание. Рыцари отважно сражались, прикрывая друг другу спины, но численный перевес был не на их стороне.

Понимая, что дела плохи, я подняла руки вверх, сконцентрировалась и наколдовала небольшой смерч, который прошёлся по поляне, отгоняя прочь волков и их зубастую хозяйку, после чего протянула правую руку к костру: его пламя сначала взметнулось вверх, а затем гигантским кольцом метра три в высоту окружило поляну, отсекая людей от кровожадных тварей.

Оглядевшись по сторонам, я увидела сильно потрёпанных, но вполне себе живых рыцарей в местами разодранных кольчугах. Даже слуги, явно не отличавшиеся боевой подготовкой, умудрились уцелеть во всём этом безумии. Чего не скажешь о лошадях: возле их распотрошённых туш уже сгрудились волки с явным намерением устроить себе праздничный ужин.

– Спасибо, – с чувством проговорил Орсэй, подойдя ко мне. – Твоя помощь была очень своевременной.

– Не за что, – ответила я. – Что это было, ты знаешь?

– Айвур, – вместо принца ответил Бэкмор, прижимавший окровавленный платок к лицу, располосованному когтистой лапой старухи. – Мерзкая тварь, разновидность ведьм-оборотней. Она может менять облик и обладает способностью управлять некоторыми животными, вроде, волков, шакалов и медведей.

– Ясно, – я окинула воинов подозрительным взглядом. – Она может принимать абсолютно любой облик?

– Да, – подтвердил Бэкмор.

– Тогда где гарантия, что она сейчас не среди вас?

На поляне тут же повисла зловещая тишина. Рыцари тревожно принялись оглядывать друг друга.

– Нет такой гарантии, – был вынужден признать рыжеволосый. – И как нам быть? – он повернулся ко мне. – Быть может, госпожа ведьма сможет найти свою подружку?

Я наградила рыцаря холодным взглядом.

– Она мне не подружка, – отрезала я. – Но, вы правы, сир зануда, я, действительно могу её найти.

После этих слов я стремительно приблизилась к нему и резко погрузила ладонь в грудь – рыжеволосый, коротко выругавшись, тут же отскочил назад и наставил на меня меч.

– Человек, – спокойно резюмировала я, после чего оглядела остальных рыцарей, не сводивших с меня настороженного взгляда. – Кто следующий?

Орсэй, знавший, что я чувствую магию, и моё прикосновение не может никому навредить, уверенно подошёл ко мне, добровольно позволяя прикоснуться к себе.

– Это совсем не больно, – заявил он, обращаясь к своим воинам. – Зато мы будем точно уверены, что среди нас не затесался враг.

Рыцари всё ещё не выглядели убеждёнными. Я же заметила, что один из слуг как-то очень странно смотрит на меня, с какой-то необъяснимой затаённой злобой. Впрочем, возможно это из-за того, что я – ведьма? Судя по всему, здешние колдуны не отличаются добрым нравом и успели многим навредить.

Проверка не выявила ничего подозрительного: все внутри огненного круга были обычными людьми.

– И что теперь? – мрачно спросил рыжеволосый.

– Подождём до утра, – ответил Бэкмор. – Айвур не выносит солнечного света и днём нападать не станет. Волки подчиняются её магии, значит, уйдут следом.

Я нервно закусила губу: слова рыцаря звучали вполне логично. Только вот была одна небольшая проблема…

– Я не могу гарантировать вам защиту до утра, – призналась я. – Поддерживание огня отнимает много сил, а их запасы у меня не безграничны.

Я выразительно посмотрела на Орсэя. Ему было хорошо известно, что моё присутствие в этом мире обеспечено исключительно магией. Израсходовав все силы, я просто вернусь назад, в свой мир. И они с рыцарями останутся один на один со злобной, кровожадной ведьмой и её мохнатой стаей.

– Продержись столько, сколько сможешь, – сказал принц, твёрдо глядя мне в глаза. – А дальше мы сами как-нибудь справимся.

Айвур

Несмотря на близкое соседство с целой стаей кровожадных волков, неторопливо бродящих вдоль огненной стены, периодически зловеще подвывая, основная масса рыцарей вместе со слугами после сытного ужина, состоявшего из наваристой похлёбки, сваренной тут же в небольшом походном котелке, благополучно отправилась спать. Нести дозор выпало Бэкмору, к которому присоединился Орсэй, заявивший, что просто не в состоянии уснуть после всего случившегося. Особо испуганным принц не выглядел, из чего я сделала вывод, что он просто не захотел оставлять меня наедине с рыцарем.

– Итак, Дэйрэ, – Бэкмор устремил на меня испытующий взгляд. – Кто вы и откуда?

– Я просто дочь кузнеца из далёкой, богом забытой деревушки, название которой вам ничего не скажет, – спокойно ответила я.

– И давно вы знакомы с Его Высочеством?

– Пару месяцев.

– Шестьдесят четыре дня, – поправил меня Орсэй. Я изумлённо уставилась на него. Он, что, в самом деле, считал дни, прошедшие с нашей первой встречи? Это было… пугающе. И странно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.