Денис Ушаков
Волот. Чужая Земля

I

***

– Добрый вечер, господин Гринер, – послышался синтезируемый компьютером голос, принадлежащий виртуальному дворецкому – искусственному интеллекту, что управлял апартаментами.

Высокий и статный человек, на вид немногим старше пятидесяти, неспешно ступал по просторному помещению. Вокруг плавно загорался точечный свет, выполняющий роль декоративной подсветки некоторых элементов интерьера. Панорамное остекление, распространяемое частично и на потолок, впускало закатное солнце. Его лучи акцентировали внимание тёплым оранжевым светом на минималистичном интерьере раскидистой комнаты. Несколько сотен квадратных метров простора, заключённого в самых дорогих апартаментах города.

– Сегодня замечательная погода, – вновь раздался голос виртуального дворецкого. – Полагаю, вы планируете провести вечер на открытом воздухе? – поинтересовался он, раздвигая подвижные оконные секции, предоставляя доступ к открытой площадке на крыше самого высокого здания в округе.

Тёплый летний ветерок задувал в открытые окна, наполняя комнату приятной свежестью. Гринер очень любил это время дня, испытывая крайнее удовольствие от созерцания своих владений. Словно царь зверей над процветающей саванной, он выходил вечером на лоджию и наблюдал за архитектурой и активирующейся люминесценцией одного из крупнейших мегаполисов страны, большинство красивейших высотных зданий, небоскрёбов и жилых комплексов в котором принадлежали корпорации «ГРИНЕР-ТЕК».

– Нет, благодарю, – ответил Гринер, будто удивившись чрезмерной учтивости невидимого собеседника.

Он продолжал неторопливо наблюдать за расположенными на стенах и полу подставками, что хранили множество предметов антиквариата и других важных и ценных вещей. Останавливаясь рядом с некоторыми из них, Гринер с любопытством разглядывал свои собственные фотографии с известными и историческими личностями, с удовольствием и уважением пожимавшими ему руку.

Существенная часть просторной комнаты оказалась выделена под своеобразный музей его персоны, экспонатами которого являлись различные награды: дипломы, благодарственные письма, статуэтки, артефакты федеральных и международных организаций, конкурсов и фестивалей. Среди них выделялась серия наградных медалей Человеку Мира, которые Гринер получал несколько лет подряд. «Предприниматель года», «Инвестор года» и многие другие, что напоминали о его почётных заслугах. С интересом рассматривая каждый из своих трофеев, он словно впадал в забытое удовольствие, которого не испытывал уже длительное время. Все экспонаты были именными и предназначались для Григория Гринера.

– Будьте любезны, – обратился дворецкий, учтиво привлекая внимание. – Ваш рабочий стол, если позволите.

Тонкая линия света очертила на полу прямоугольник, внутри которого оказался Гринер. Он обратил на эту линию внимание и неловко отступил назад, с удивлением и любопытством наблюдая, как от пола отделилась часть поверхности. Массивная столешница толщиной около сорока сантиметров поднималась в воздух, левитируя над полом. Рядом с ней точно по такому же принципу появилась небольшая плоскость, выступающая в качестве сиденья.

На столе заиграли встроенные огоньки, издающие еле уловимые звуки, а через пару секунд появились проекционные консоли, демонстрирующие рабочий стол персонального компьютера. Гринер аккуратно расположился на предоставленном месте и хотел было воспользоваться сенсорной клавиатурой на поверхности столешницы, когда вдруг вся подсветка сменила цвет на красный и отобразилось сервисное сообщение.

– Ошибка доступа. Пожалуйста, авторизуйтесь, – послышался синтезированный компьютерный голос операционной системы.

На краю стола засветилась панель сканирования отпечатка ладони, которым Гринер поспешил воспользоваться. Однако система не смогла его распознать с первого раза. Как и со второго. Ближайшая проекционная консоль разделилась на несколько частей, одна из которых приблизилась к лицу Григория, излучая направленное свечение, что концентрировалось на его правом глазу. Считывание сетчатки прошло успешно, и система защиты предоставила доступ к компьютеру.

Проекция рабочего стола демонстрировала вкладки приложения для чтения новостной ленты, что агрегировала тематические информационные сводки. Самая актуальная из них содержала нелицеприятный заголовок: «Гуманитарная помощь корпорации “ГРИНЕР-ТЕК” в очередной раз привела к массовым беспорядкам и множественным жертвам. Каковы истинные цели благотворительной деятельности Григория Гринера?»

Бегло пробежавшись по тексту статьи, Гринер улыбнулся, вдыхая свежий воздух.

– Я и забыл, какие же люди всё-таки алчные и мелочные паразиты! – сказал Гринер, выдыхая с облегчением. – Соскучился я по чистому воздуху, – закончил он и направился к открытым окнам.

***

Мир удивительным образом преобразился за последние полтора века деятельности корпорации «ГРИНЕР-ТЕК», основал и владеет которой Григорий. Его научные лаборатории вели исследовательскую деятельность во всех направлениях, начиная с медицины и заканчивая военным сектором. Именно в них создавали революционные технологии, поражающие воображение даже самых продвинутых умов современности. Шутка ли, например, в медицине: разработка сыворотки, стимулирующей самоочищение клеток, отдаляя порог наступления старения? Были и побочные эффекты, куда уж без них: человек излечивался от большинства известных заболеваний. Это недешёвый процесс для пациента, однако за последние сто лет путём рефинансирования различными благотворительными фондами и специальной программой доступной медицины в Российской Федерации более 20% граждан страны уже получили укол с упрощённой формулой. Во всём мире почти 10% населения планеты получили сыворотку. Люди, что раньше и не смели мечтать о полноценной жизни, болея раком, СПИДом или, например, Альцгеймером, сейчас жили полноценной жизнью. Продолжительность которой, к слову, согласно аналитической сводке, на данный момент достигает ста восьмидесяти лет.

Технологические разработки в коммерческом и военном секторах достаточно быстро опередили Китай и США, а вскоре научная гонка и вовсе оказалась бессмысленной. Отрыв оказался не просто огромным – он стал недостижимым. Во всём мире признали превосходство технологий корпорации Гринера, а также его предпринимательский и научный гений. Лицензируя разработки «ГРИНЕР-ТЕК», другие компании смогли вывести на новый уровень свои ключевые исследования. Апогеем стали покорение космоса и формирование программ освоения Солнечной системы. Около тридцати лет назад люди принялись искать новые полезные ископаемые на других планетах и выстраивать на них колонии для разработки месторождений. Произошёл энергетический бум, созданы новые виды топлива. Экология Земли начала восстанавливаться. Человечество процветает, находясь на пике своего развития.

Погружённого в свои мысли Гринера, наблюдающего за прекраснейшим закатом, застал врасплох раздавшийся сигнал входящего вызова. Наверное, он бы так и не обратил внимания на мелодичный звук, если бы не увидел имя контакта, что высветилось на консоли. Это сразу отбросило сторонние мысли и чувства в сторону. Стремительно подойдя к своему столу, Григорий принял вызов.

– Господин Гринер, прошу прощения за поздний звонок, – зазвучал голос в извинительном тоне откуда-то из недр парящей столешницы. – Но дело не терпит отлагательств.

– Капитан Сухов! – радостно ответил Григорий. – Вы как никогда вовремя! – ободрил он мужчину, с интересом вовлекаясь в беседу.

– Направляю вам видеофайл. Полагаю, это именно то, чего вы и ожидали.

Гринер пробежался пальцами по сенсорной клавиатуре. Проекционная консоль вновь разделилась на несколько частей, одна из которых вышла не первый план и увеличилась в разы. А спустя мгновение на ней уже проигрывалось видео, которое полностью захватило внимание Григория.

– Как давно это случилось? – спросил он у капитана.

– Около получаса назад, в одной из добывающих колоний на Кноросоме. Произошедшее сложно описать. Благо с этим отлично справится видеозапись. По подтверждённым данным, инцидент унёс жизни тридцати семи рабочих, находившихся на новой ветке добычи. По факту мы не знаем, что произошло в действительности и что стало с этими людьми. Также более сотни сотрудников оказались заблокированы в тоннелях. Взрывов, утечек или сейсмической активности не зафиксировано. Присутствовали некоторые помехи, из-за них видео незначительно и рябит, а в целом всё было… обычно, – чётко говорил Сухов, подбирая слова. – Система контроля уровня индивидуальных жизненных показателей рабочих не может установить связь с тридцатью семью передатчиками. Те будто испарились, перестали существовать, или словно их и не было вовсе. Как и несколько единиц техники. Всё просто пропало в мгновение ока. Впрочем, вы и сами можете это лицезреть… – с некой опаской в голосе закончил капитан.

Пока Сухов рассказывал о случившемся, Гринер пристально смотрел на происходящее в записи. Она была непродолжительной – буквально пятнадцать секунд. Однако то, что на ней оказалось запечатлено, крайне интриговало и радовало Григория. Он словно знал или видел в ней то, чего не знал и не видел Сухов.

– Камеры наблюдения, которые не вышли из строя в момент инцидента, и зафиксировали это… явление, – сделал паузу Сухов, собираясь с мыслями и мужеством, чтобы закончить доклад. – Почему-то мне кажется, вы знаете, что произошло… – озвучил он свои мысли с опаской.

Но Гринеру уже не было до собеседника никакого дела. Капитан терпеливо дожидался его внимания. Григорий уже в который раз пересматривал видеозапись, а именно – один особенный момент. Несколько секунд, что вызывали наибольший интерес, по его мнению. Много рабочих в индивидуальных костюмах для глубинной добычи в неблагоприятной среде: одни налаживали работу оборудования, другие управлялись с техникой, кто-то просто стоял и разговаривал. Все занимались своими делами. Система освещения комплекса не оставляла затенённых участков, и на видео детально можно было разглядеть буквально всё. Подземная жизнь в шахте шла своим чередом, а всего через мгновение картинка менялась, грубо и нелепо, словно неудачный монтаж неопытного редактора.

Всё, что прежде отображалось в записи – люди, техника, оборудование, опорные конструкции, стены из грунтовых пород, – всё исчезло. Вместо них камеры видеонаблюдения фиксировали неизвестно откуда появившуюся металлическую плиту. Рядом с ней, в воздухе вокруг, еле различалось слабое фиолетовое мерцание, постепенно сходящее на нет. Эта смена картинки происходила неуловимо быстро, не оставляя возможности разобрать, что же случилось на самом деле.

Гринер пересматривал этот момент записи вновь и вновь, в поисках чего-то, что он мог упустить. Однако ничего нового так и не заметил. Лишь неизвестная массивная плита, отдалённо напоминавшая обшивку космического корабля, появлялась из ниоткуда.

– Господин Гринер, я правильно понимаю? Это то самое Явление, которого вы ожидали? – спросил Сухов с осторожностью.

– Похоже, что так, – ответил он. – Спасибо за информацию! Будем на связи, – закончил Григорий и отключил соединение с капитаном.

На этот раз он уже не отвлекался на видеозапись, а вместо этого инициировал другой вызов:

– Полковник Харатьян, вечер добрый! Мне нужно обсудить с вами ситуацию на Кноросоме.

– Гринер… И почему же я не удивлён? Даже у стен есть уши! – послышалось нескрываемое презрение в голосе полковника. – Так вот, не знаю, что услышали ваши, но на Кноросом доступ закрыт. Введено чрезвычайное положение.

– Даже так? – удивился ответу полковника Григорий. – С какой целью его ввели?

– Буквально пятнадцать минут назад с колонией оборвался крайний сеанс связи. А ещё через минуту они стали транслировать сигнал бедствия, сразу на всех частотах. Сигнал длился всего несколько секунд, после чего тишина.

– А это уже странно, – не обращая внимания на недружелюбный тон полковника, продолжил Гринер. – Что, по-вашему, произошло?

– Сложно сказать. А если уж быть совсем откровенным – понятия не имею. Сейчас всё внимание общественности обращено на кноросомскую колонию. Каждый гражданский телескоп направлен в небо, и все частоты прослушиваются радиолюбителями по всему миру. Нам пришлось закрыть сообщение с колонией, так как ситуация уже получила чрезмерную медийность.

– Давайте разбираться вместе, – предложил помощь Гринер, поспешив взять направление разговора под контроль. – Мне нужно отправить туда своего человека как можно быстрее, а вам нужны ответы. Давайте поможем друг другу.

– Вы, кажется, меня не услышали? Кноросом закрыт! Точка! Мы снаряжаем туда несколько специальных подразделений для разведки ситуации, установления контроля и восстановления связи. Всё под грифом «секретно». Сейчас слишком много глаз смотрят на нас сверху, а это внимание ни нам, ни вам не нужно!

– Харатьян, всё, что я прошу, – это один человек и двадцать минут на месте происшествия. Большего не нужно.

– Мы не знаем, что там сейчас происходит. На текущий момент планируется военная операция, и обеспечение безопасности вашего человека не будет приоритетом. Так что, отправив его туда, я не смогу обеспечить ему сохранность и гарантировать возвращение. У моих людей своя задача. Отвлекаться и нянчиться никто не будет.

– Не вопрос. Тогда я отправлю с ним своих ребят. Проверенные, надёжные. Они позаботятся о безопасности, а вашим людям они и не подумают мешать.

– Я отказал в вашем запросе на присутствие всего одного постороннего, а вы наглеете и хотите отправить туда целый отряд? – с недоумением ещё больше возмутился полковник. – Наши группы сформированы, на борту нет свободного места. Подождите несколько часов. Мы отработаем, и после я смогу удовлетворить вашу просьбу.

– Боюсь, у нас нет на это времени. Мне нужно отправить его как можно быстрее. Это крайне важно! – спокойно продолжал настаивать Гринер. – Выпишите допуск на космопорт Кноросома для одного грузового корабля. Никто ничего не заподозрит. У меня в компании полно таких, и они постоянно осуществляют рейсы туда и обратно. Как говорится, одна нога здесь, другая там, – не прекращал гнуть свою линию Григорий, чувствуя, что его собеседник вот-вот должен уступить. – Марат Вадимович, я бы предпочёл, чтобы мы с вами могли остаться в дружеских отношениях. Я крайне не люблю разочаровываться в людях, – закончил он всё в той же, свойственной себе, спокойной манере.

На проекционной консоли таймер сеанса связи ритмично отсчитывал секунды. Никто из собеседников не решался нарушить молчание. Гринер излучал пугающее хладнокровие. Полковник понимал: если не с его помощью, так с чьей-то другой этот таинственный человек, которого Григорию так важно отправить на Кноросом, всё-таки окажется там. При таком раскладе его позиция на текущей должности может стать критически шаткой, и Харатьяну точно предстоит пожалеть об упрямом решении. Дружить с Гринером было и опасно, и чертовски выгодно. Однако ещё опаснее было оказаться в его немилости.

– Хорошо, – начал Харатьян, проглотив свою гордость. – Я оформлю командировочные документы. Присылайте данные ваших людей, всё будет готово через тридцать минут.

– Спасибо, Марат Вадимович! Я ваш должник, – ответил Григорий. Своим голосом и интонацией он демонстрировал почтение с глубоким уважением, после чего прекратил сеанс связи.

Гринер очень не любил заканчивать переговоры на негативной ноте. Всякий раз, добиваясь своего, он старался сохранить хороший тон в отношениях с собеседником. Все понимали, за кем остаётся последнее слово. Но дарить людям ощущение, что они оказывают одолжение Григорию по собственному желанию, эффективно и выгодно. В долгосрочной перспективе это приносило значительно больше пользы, чем грубая сила.

II

***

Вечер – самое приятное время суток для процедуры посадки на самарский космопорт. Тёплые лучи света заходящего солнца мягко окутывали Землю, подчёркивая грани и оттеняя текстуру рукотворных застроек на её поверхности, большинство которых легко можно было рассмотреть из космоса. Сотни тысяч воздушных судов, больших и малых, курсировали по воздушному пространству, отражая солнечные лучи и создавая гармонию света на фоне ярких красок в пределах атмосферы. Мягкий градиент от тёмно-серого цвета, разрисованного миниатюрными огнями городов и воздушных магистралей в ночной части планеты, до светло-зелёного с переливами голубого в той части круглого гиганта, где солнце уходило в закат. Вся эта невероятная картина напоминала праздничные новогодние украшения и гирлянды, что наполняли светом и чувством уюта, даря праздничное настроение и ощущение волшебства.

Необычайной красоты зрелище, что ещё буквально менее века назад совершенно не вызывало трепета из-за нестабильной экологии планеты. Сейчас же эффективность технологий восстановления и природоохраны, особенно в части очищения атмосферы, в совокупности с современными высотными зданиями и комплексами, что возвышаются на тысячи метров над поверхностью планеты, производили неизгладимое, практически магическое впечатление. Необычная иллюминация и удивительные архитектурные решения современности вызывали детский восторг даже у самых циничных наблюдателей сей картины.

– Говорит первый пилот судна «АМИ-714», запрашиваю разрешение на посадку, – спокойно сказал один из пилотов, ритмично отбарабанив пальцами по сенсорной консоли панели управления перед собой.

Послышался металлический гул сервоприводов, что потащили защитные экраны смотрового окна в разные стороны, расширяя обзор от пола до потолка. Небольшая кабина, рассчитанная на двух пилотов, сидящих друг возле друга, тут же залилась тёплым солнечным светом. Тот словно вытеснял искусственную иллюминацию бортовой подсветки от приборов на панелях вокруг.

– Мне кажется, я никогда не устану от этого вида! – вдыхая полной грудью, сказал второй пилот, представляя вкус воздуха на поверхности планеты.

– Говорит диспетчер самарского космопорта «Курумоч-2», вам для посадки выделена 172-я верфь на 21:45. Передаю швартовочные коды по вашему основному каналу, подтвердите.

– Ами, – обратился второй пилот к бортовому искусственному интеллекту. – Верифицируй шварткод от диспетчерской.

– Код верифицирован. – В ответ раздался приятный женский голос, синтезированный компьютером.

– Первый пилот судна «АМИ-714», коды получили, подтверждаю 172-ую верфь на 21:45.

– Мягкой посадки, «АМИ-714».

Диспетчер отключился, второй пилот вывел окно навигационной системы на проекционную консоль посреди кабины.

– Серёга, 172-я – это же частная, не коммерческая верфь, – удивился он, обращаясь к другу. – Пилотируемые грузовые корабли там не садятся! – закончил он, показывая пальцем на сводку навигационной системы перед собой.

– Согласен, Кирюха, странно это. Может, у них там аврал или ремонтные работы, в конце концов? Мы тоже не по расписанию, опережаем график. Видимо, подвинуть некого, чтобы нас принять. Так что не паримся, сами разберутся, – спокойно ответил Сергей, не отрывая взгляда от вида за передней смотровой оконной панелью.

– Всё может быть, – уже спокойнее отозвался Кирилл. – Но знаешь, просто странно. Не нравится мне это. Может оказаться плохой приметой перед наступлением отпуска, знаешь ли…

– Примету сам придумал? – улыбнулся Сергей. – Значит, будем надеяться, что она ни на что не повлияет, – сказал он, переключая свой коммуникатор на внутреннюю связь. – Миха, будем садиться на 172-ю в 21:45, приготовь там всё.

– Так это же частная верфь, чего это они нас туда? – послышался удивлённый голос по громкой связи.

– А ты там, в грузовом, ничего контрабандного не провозишь? – усмехнулся Кирилл, вклиниваясь в разговор.

– Если бы даже и так! – дерзко, но в шутливой манере ответил Михаил. – Если никто ничего лишнего не болтает, как руководство про это узнает?

– Ладно, – прервал полемику Сергей. – Разберёмся по прибытии. Сейчас на посадку будем заходить, у тебя пять минут, чтобы всё подготовить, – обратился он к Михе и отключил коммуникатор. – Ами, загружай полученные коды и приступай к выходу на посадочный курс.

– Загружаю шварткод диспетчерской службы. Инициализирую корректировку маршрута и выход на предоставленный транспортный коридор, – всё тем же приятным оцифрованным женским голосом ответил бортовой компьютер.

Теперь, когда управление посадкой полностью переведено в автоматический режим, можно было продолжить наслаждаться видом из смотровых окон кабины пилотов. Однако странный нюанс с частной верфью всё же вызывал незначительную тревогу, что отпечатывалась на мыслях, не давая с прежней непринуждённостью любоваться происходящим за бортом.

Вроде бы и ничего серьёзного. Но где это видано, чтобы коммерческий грузовой корабль, да на частную верфь? Странно это, необычно.

Менее чем через полчаса судно уже располагалось в механических манипуляторах, что фиксировали его на площадке базирования выделенной верфи. Технический персонал облепил корабль со всех сторон. Десятки рабочих подключали различные кабели к техническим разъёмам на обшивке для доступа к внутренним системам и сервисного обслуживания двигателей.

Пассажирский шлюз судна открылся, и на перрон вышли трое: два пилота и механик – стандартная численность экипажа пилотируемого транспортно-грузового корабля данного класса. Никто из служебного персонала не обращал внимания на троицу, полностью концентрируясь и занимаясь своими делами. На погрузочной платформе, что вела к перрону, показался человек, который направлялся навстречу экипажу.

– Слушайте! – удивился Миха, демонстративно приложив руку к своему уху.

– А что слушать? – с непониманием уточнил Кирилл.

– Спокойствие! – улыбнулся тот в ответ. – На коммерческой площадке сейчас шум-гам: три, а то и четыре корабля; куча народу, сервисные службы; оборудование и манипуляторы. Там без наушников с активным шумоподавлением долго не протянешь. А здесь, – сделал он паузу, вновь демонстративно прислушавшись. – Ну круто же! – радостно закончил он.

– Да, хорошо тут, – согласился Сергей. – Всегда бы так…

– Да ладно вам! – вмешался Кирилл. – Через пару минут начнут системы гонять, и тут так же будет.

Когда до приближающегося человека оставалось метров сто, парни узнали в нём дежурного коменданта. Тот однозначно спустился сюда ради них. Невысокий мужичок, со значительного размера пузом, в штабной одежде, совершенно не свойственной сотрудникам верфи. Чистый, опрятный и не засаленный моторным маслом, он сильно выделялся на фоне остальных. От несвойственной физической нагрузки комендант сильно потел, а его незначительное количество волос на голове, небрежно огибающих светлую лысину, растрепалось.

– Приветствую, мужики! – жадно глотая воздух в попытках отдышаться, бросил он торопливо. – Знаю, белиберда какая-то творится, мне и самому ничего не понятно. Позвонило начальство, дали устное распоряжение: выделить грузовой транспортник для отправки на Кноросом. Сказали, что поступило оно с самого верха, – демонстративно поднял он свой указательный палец в соответствующем направлении. – Поэтому и выделили вам аж целую частную верфь. У вас будет один внеплановый рейс – туда и обратно. Много времени не займёт, за сверхурочные оплата по тройному тарифу! Ну и, как положено, сразу после смены у вас отпуск и начнётся… Но, чёрт возьми, что поделать, указ начальства – нужно исполнять, – выпалил человек, опережая все вопросы и общее недовольство.

– Петрович, – пренебрегая банальной вежливостью, не здороваясь, начал возмущаться Сергей. – Почему не послать другой экипаж? – обратился он к дежурному. – Что у нас, грузовых бортов не хватает, что ли?

– Да-да, – не желая спорить, ответил неспокойно комендант. – Другое судно тоже думали, но надо срочно, а вы уже здесь. Ваш вот-вот и готов, – показал он на копошащихся техников вокруг их корабля, тщетно стараясь восстановить дыхание. – Вы же раньше графика, а другие ещё на маршрутах. Внеплановый вылет пока подготовишь – несколько часов потратим. А велено как можно быстрее – вот и получается, что, кроме вас-то, некому… Сам же я не полечу!

Серёга, начиная формулировать мысли о своём отношении к ситуации, повернулся к парням, оставляя Петровича без внимания.

– Да-да, – всё в той же нервной манере выпалил дежурный. – Вы там обсудите всё, приготовьтесь, лететь-то недолго. Туда и обратно. За пару часов управитесь. Вылет у вас уже, – посмотрел он на свои наручные часы, – через двадцать минут. Повезёте какого-то там важного доктора с его частной охраной. Их только и ждём, скоро прибудут, – закончил он.

– Грузовой корабль для доставки пассажиров? Петрович, ты издеваешься, что ли? – в недоумении и раздражении возразил Серёга, поворачиваясь к мужичку.

Но его слова остались неуслышанными. Дежурный к этому времени уже направлялся прочь той же скорой походкой, что и прежде.

– По тройному тарифу, – с некоторым энтузиазмом отметил важный для себя нюанс Михаил, провожая взглядом удаляющуюся фигуру Петровича. – К утру вернёмся, – закончил он, переведя внимание уже на парней.

– Тебе легко говорить, – нехотя возмутился Кирилл. – У нас с Машей весь отпуск расписан и распланирован…

– Если подумать, то как-то всё слишком странно складывается. Быстренько туда-обратно, оплата как за три рейса, при этом без ответственности за груз, – недоумевал Сергей. – Почему бы не взять частный борт поменьше и не отправиться на нём? Да и что, пилотов, что ли, здесь мало? Я что-то не до конца всё понимаю.

– Судя по всему, кому-то очень нужно, чтобы некий доктор попал на Кноросом, – сказал Миха. – Других пилотов найдут в лёгкую, наш-то корабль уже готов к вылету. Но тогда заработают они, а не мы.

– Не могу сказать, что я с радостью встречаю эту затею, – немного подумав, прервал воцарившуюся тишину Кирилл. – Но всё же соглашусь с Михой. Тройной оклад за один внеплановый рейс —намного лучше и быстрее трёх запланированных рейсов за те же деньги. К тому же грузиться не нужно, делов на полдня, если Петрович не обманул. Мы с Машей уже завтра вылетаем отдыхать по путёвке, и не самой дешёвой, я вам скажу… Так что деньги точно не помешают! И хорошо, что даже успеваем вернуться заранее, – помогу ей остатки вещей упаковать. Она точно будет не против. Но если мы всё же летим на Кноросом, то лучше позвоню и предупрежу её.

– Ну, меня никто и нигде не ждёт, – улыбнулся Михаил. – А деньги – они ведь лишними не бывают! Я точно согласен лететь. Ты, Серёга, я думаю, тоже, не спешишь возвращаться в свой холостяцкий уголок?

– У меня там ремонт ещё не закончен, я пока в отеле живу, – ответил тот.

– Ну так значит? – поинтересовался Миха с лёгким нетерпением и воодушевлением, глядя на парней. – Летим?

– Ну а что ещё делать? – ответил Кирилл, улыбаясь.

Не сказать, что решение далось парням с трудом. Сгрузить личные вещи с корабля они не успели, поэтому и собираться не требовалось. Оставалось лишь дождаться пассажиров, которых предстоит доставить на Кноросом.

III

***

Технический персонал минут десять как закончил обслуживание корабля. Топливные элементы не стали заправлять, для скорости подготовки к отбытию их просто заменили. Разрешение на взлёт из диспетчерской службы предоставили заблаговременно, а транспортный маршрут Кирилл уже загрузил в навигатор. Необходимые приготовления осуществлены, и всё было готово, дожидались только пассажиров.

Рабочие сидели на сервисной площадке, возле трапа в пассажирский отсек корабля, и просто ожидали вывода судна на пусковую площадку. После этого им предстоит привести верфь в должный вид. Находиться снаружи без специализированного допуска не разрешалось, поэтому экипаж ждал прибытия пассажиров, будучи уже на борту судна.

Через пять минут появился пассажирский аэромобиль, совершивший посадку на сервисной палубе рядом с рабочими. Как только из него вышли пятеро, машина быстро взмыла в воздух и стала удаляться. Четверо прибывших – трое парней и одна девушка – оказались одеты в синтетические тактические костюмы, что плотно покрывали тело и местами усиливались броне-пластинами из специальных полимерных материалов. Пятым рядом с ними шёл гражданский с небольшой спортивной сумкой серого цвета. Вероятно, это и был тот самый доктор.

Четверо бойцов охраны были вооружены винтовками различного калибра. На ноге каждого из них, чуть ниже пояса, в магнитных фиксаторах, висели автоматические пистолеты. На груди таким же образом крепились дополнительные обоймы, вспомогательное оборудование и экипировка. За спиной у них располагалось по рюкзаку. Всё их обмундирование имело матовый оттенок чёрного цвета, с небольшой волокнистой текстурой. Это выдавало в костюмах функцию активного камуфляжа – новейшей разработки, и очень дорогостоящей. Знаки отличия полностью отсутствовали. Эти ребята однозначно являлись яркими представителями частного сектора. Все атлетического телосложения, коротко стрижены, даже девушка.

Серёга с Кириллом смотрели за погрузкой группы прибывших через камеры внешнего видеонаблюдения. Изображение с них проецировалось на проекционную консоль кабины пилотов.

– Не очень разговорчивые ребята, – передал Миха по внутреннему каналу связи, чтобы слышали только пилоты. – Даже не поздоровались. Не то чтобы я обиделся… В общем, все на борту, готовы ко взлёту.

– Понял тебя. Диспетчерская держит свободным наш транспортно-воздушный коридор, так что сразу начинаем запуск. Через пятьдесят секунд выходим с верфи и вперёд, – сказал Серёга, набирая команды на клавиатуре панели перед собой.

Цепной привод пневматических зажимов вывел корабль из сервисной зоны, после чего началась отстыковка.

– Устанавливаю двигатели на семьдесят пять процентов. Пусковое зажигание в норме, рулевые форсунки в норме, компенсаторы давления активны, топливные элементы переведены в антистрессовый режим, – отчитался Кирилл.

– Ами, бери управление и выводи нас из атмосферы, – скомандовал Сергей, обращаясь к бортовому компьютеру.

– Принимаю управление, подтверждаю актуальный статус всех систем. Приступаю ко взлёту, – ответил виртуальный член экипажа.

Пилоты пристегнулись в своих креслах, вводя оставшиеся команды в компьютер. Корабль плавно оторвался от пневматических фиксаторов, направившись к открывающимся воротам. Невзирая на габариты, судно достаточно легко и быстро начало движение, и уже через несколько секунд покинуло пределы верфи, набирая высоту.

Воздушное пространство вокруг взлётно-посадочного сектора оказалось совершенно свободно – не было видно ни одного воздушного судна или аэромобиля. Погода портилась, и вскоре тучи густой ватой облепили всё вокруг, затрудняя обзор.

Спустя минуту позади уже остались десятки коммуникационных спутников на орбите Земли. Несколько транзитных космостанций располагались неподалёку. Радар фиксировал другие космические суда на допустимой дистанции.

– Корабль вышел из транспортного коридора. Плановый маршрут доступен для использования, перевожу системы в основной режим, – послышался компьютеризированный голос Ами.

– Мы покинули орбиту Земли, готовимся к выходу на плановый маршрут, – передал по громкой связи Кирилл.

– Ну что, Ами, давай работать, – скомандовал Сергей, проверив сводку показателей бортового компьютера.

Он потянулся к панели приборов, и его внимание привлекли волосы на правой руке. Вытягиваясь вверх, они словно стремились выпрыгнуть прочь, отделившись от тела. Кожа покрылась мурашками и стала напоминать гусиную. Это удивило и Кирилла, так как он наблюдал и чувствовал то же самое на себе.

Вразнобой загорались красные сигнальные индикаторы состояния систем. Лампы освещения кабины пилотов хаотично моргали. Подача питания становилась нестабильной, что приводило ко всё большему числу возникающих неисправностей. Из динамиков внутренней связи послышались щелчки помех, периодически сменяемые фонящим шумом и неприятным треском. Не прошло и пары секунд, как приборы, освещение и всё, что питалось электричеством, отключилось. Корабль несколько раз тряхнуло. Потеряв основную тягу для набора скорости и погрузившись во тьму, судно отправилось в дрейф, продолжая двигаться по инерции.

– Что произошло? – спросил Кирилл, тщетно перебирая комбинации команд на клавиатуре.

– Если через десять секунд не заработает резервная система питания – у нас проблемы, – спокойно ответил Сергей, осматривая помещение и остановив взгляд на товарище.

– Двигатели отключены, бортовой компьютер не отвечает… да ни одна система, в принципе, не отвечает… Нас сместило с курса и относит в открытый космос.

– Я думаю, тряска не сильно сбила нас с начальной точки инициации маршрута, – сказал Сергей, всматриваясь в звёзды и стараясь определить хотя бы на глаз, как быстро их относит прочь. – Так, Кирилл, пускай Миха посмотрит, что с питанием, резервное так и не запустилось. Сам займись изоляцией пассажирской палубы – без системы отопления скоро здесь станет достаточно холодно. И космо-костюмы с грузового тоже принеси – кислорода надолго не хватит. Будем надеяться, на ближайшей транзитной станции уже заметили, что мы сошли с курса, и скоро пришлют буксировщики. А я проверю космо-погрузчик – на случай, если придётся эвакуироваться своим ходом.

Не успел он договорить, как внезапно загорелся свет. Панель приборов включилась, сигнализируя индикацией о начале предстартовой диагностики ключевых систем. Из динамиков внутренней связи послышался не сильный шум, после чего сразу стих.

– Похоже, резервное питание заработало, скоро будет сводка по системам, – радостно воскликнул Кирилл, возвращаясь на своё кресло.

– Миха, что у тебя? – сказал Сергей, активировав внутренний канал связи.

– Чёрт его знает! Вышло из строя охлаждение первого и третьего двигателей. Топливная система выпала в аварийный режим – пока не могу сказать, безопасно ли запускать второй и четвёртый. Жду, когда прогрузится диагностическая программа. Что вообще случилось?

– Сам не знаю. Ждём данные от бортового компьютера. Что в пассажирском отсеке?

– Сейчас посмотрю, мне как раз кое-что оттуда нужно.

– Хорошо, дай знать потом, – попросил Сергей. – Посмотри заодно, что с коммуникационной установкой, – не могу ни с кем выйти на связь!

– Коммуникация работает! Но нет ни одного входящего сигнала, – вмешался в разговор Кирилл. – И наш тоже никто не принимает. Ещё и на радаре пусто.

– Выведи изображение с внешних камер, – скомандовал Сергей. – Миха, у вас там за бортом через окна видно что?

Предпусковая диагностика завершила работу. Мониторы принялись демонстрировать всплывающие сообщения о статусе различных систем корабля. Большинство находились в рабочем состоянии, остальные не отвечали.

– Только космос. Разве нас могло отнести дрейфом так далеко за столь небольшое время? Слушайте, мы действительно остались без первого и третьего движков, топливная система исправна, но вот зажигание и модули ускорителей недоступны через основную сеть управления. Я попробую запустить оставшиеся двигатели вручную, но что-то мне подсказывает: мы практически нетранспортабельны! Нужно связаться с диспетчером – пускай высылают ремонтников.

– Мы не можем ни с кем связаться. Возможно, усилители вышли из строя. Ждём от тебя зажигание и будем разворачиваться. Может, хотя бы до транзитников дотянем, – сказал Сергей. – Ами не отвечает, компьютер на ручном режиме.

Кирилл наконец вывел проекцию с внешних камер. С дюжину изображений демонстрировали мрачные, бескрайние просторы открытого космоса, и лишь несколько камер в задней части судна транслировали иную картину.

Взору предстала незнакомая планета, атмосфера которой оказалась затянута серыми и грязно-коричневыми облаками. Местами они рассеивались, реже оканчивались чёткой границей, и там просматривалась поверхность.

– Ни кораблей, ни станций, ни спутников. Пусто! – сказал удивлённо Кирилл, не переставая изучать показания радара. – А планета… Я не узнаю, что это за планета. Где мы оказались?

– Выведи те камеры на основной экран, – настороженно вглядываясь в несколько последних изображений, попросил Сергей.

– Судя по траектории и расстоянию, что успели пройти, мы не должны быть далеко от Земли. Не говоря даже уже о том, чтобы приблизиться к другой планете в системе. И что это, чёрт побери, за планета?

Кирилл нажал пару кнопок на клавиатуре – и несколько последних изображений с камер заполнили всё доступное для отображения пространство экрана. Ещё несколько раз пробежавшись по клавишам и сенсорному манипулятору, он увеличил одно из них на максимально возможную степень приближения. Однако чрезмерная наполненность атмосферы облаками не давала рассмотреть что-либо на поверхности. Кроме того нюанса, что местами она напоминала коричневую пустошь.

– Выглядит так, словно на Красной планете что-то не то с погодой, – саркастически отшутился Кирилл. – Но ведь это не может быть Марс, верно? – закончил он вопросом, отбросив шутливый тон в сторону.

– Если верить приборам навигации (а можно ли им сейчас верить – не берусь судить), эта планета… – Сергей сделал паузу, повторно сверяясь с данными навигационной аппаратуры. – Это и есть Земля…

– Что значит Земля? Погоди, тут явно что-то не то! Не может быть! – спокойно, почти с улыбкой возразил Кирилл.

– Парни, приготовьтесь, включаю второй и четвёртый двигатели, – послышался голос Михаила по внутренней связи.

– Сейчас запустимся, и можно будет развернуться, там и посмотрим, – ответил Сергей Кириллу. – Запускай, мы готовы, – дал он добро на старт.

Спустя несколько секунд на мониторах панели посыпались новые сервисные сообщения и загорелись индикаторы, что прежде были не активны.

– Тяга набрана, управление есть, сейчас попробуем развернуться, – комментировал свои действия Сергей, взаимодействуя с клавиатурой перед собой.

***

– Что эти парни там учудили, что за тряска? – недовольно возмутился один из солдат, показывая рукой в сторону кабины пилотов. – Надо было самим лететь, а то из-за этих недотёп мы выбьемся из графика! А это деньги…

– У Маньяка, как всегда, кто-то виноват, кроме него! – ухмыльнулся второй солдат.

– А здесь-то я в чём виноват? Я же не сижу за штурвалом! Бур, это ты у нас пилот с тридцатиминутным стажем!

– Шути больше, шути чаще! Смех и радость продлевают жизнь, – ответил Бур спокойно. – А лётных часов у нас с тобой, между прочим, одинаково.

– Ваня, заканчивай! – сказала девушка, обратившись к Буру. – Маньяк, успокойся! Уверена, не в пилотах дело, – закончила она, переведя взор на недовольного бойца.

– Ой, да ладно тебе, я спокоен! Просто интересно, что происходит. Не очень мне нравится, знаешь ли, быть запертым в консервной банке посреди космоса, в темноте и без электричества.

– Мы не успели даже от Земли отлететь, а ты уже паникуешь.

Свет появился так же внезапно, как и отключился.

– Вообще-то, я согласен с сержантом Савельевой, – сказал гражданский.

– Зовите меня Лин, – перебила его девушка.

– Ого, мне несколько месяцев пришлось ждать разрешения называть тебя так, а этому… – сказал Маньяк, указывая пальцем на человека, которого им предписано охранять. – Ему ты разрешила в первый же день?

Но Лин не обратила на его замечание ни малейшего внимания.

– Хорошо, спасибо за доверие, Лин, – поблагодарил доктор. – Я не думаю, что устроить такое возможно силами экипажа корабля. Судя по всему, это глобальный сбой систем. Выключить их все разом можно, синхронизируя вмешательство через центральный блок управления, а с такой задачей дано справиться не каждому хакеру. Тут нужны технологии высокого уровня, ну, или по крайней мере достаточно сильный электромагнитный импульс. На корабле нет ни одного источника, способного выдать заряд такой мощности.

– Так к чему вы ведёте, Док? – спросил четвёртый солдат. – Ничего, что я вас так называю? По фамилии – «Морозов» – как-то долго и неудобно обращаться.

– Может, будем звать его Мороз? – улыбнулся Маньяк. – В принципе, подходит! Доктора вечно морозят какую-то бредятину, понятную только им самим.

– «Док» меня вполне устроит, – ответил Морозов с некоторым презрением. – Вот если бы вы мне дали договорить, майор Неделин, то я бы высказал предположение, что это может быть диверсия конкурентов. У компании «ГРИНЕР-ТЕК» достаточно много недоброжелателей, как вы можете понять по необходимости в вашем присутствии здесь.

– То есть нас, получается, кто-то подставил? – разозлился Маньяк. – Узнаю кто – тому не жить!

– Мой коммуникатор не работает, – сказал Док. – Не могли бы вы связаться с Землёй? – обратился он к майору.

– Бур, свяжись и доложи о нашей ситуации. Я пойду у пилотов узнаю, что происходит, – ответил Неделин и направился на выход.

– У вас тут всё в порядке? – поинтересовался Михаил, входя в помещение.

– Что случилось? Как сильно это отложит наше прибытие на Кноросом? – спросил Морозов.

– Однозначно сложно сказать, но, похоже, у нас произошёл сильный энергетический всплеск – скачок напряжения. От перегрузки многие системы корабля отключились, а сейчас мы на резервном питании и пытаемся разобраться в ситуации, – ответил Михаил, открыв настенную панель с инвентарём и достав некий инструмент.

– Многие системы отключились? Да весь корабль выключился! – возмутился с недовольством Маньяк.

– Что значит «скачок напряжения»? Как это произошло? Из-за чего? Вы запросили эвакуацию? – недоумевал Док.

– Связь тоже барахлит, – ответил Михаил, неохотно отрываясь от своего дела.

– Тон, – сказал Бур, привлекая внимание майора.

Неделин не вышел из помещения, так как хотел послушать, что скажет Михаил. Но по выражению лица было понятно, что услышанное его не удовлетворило.

– С Землёй не связаться. Никто не отвечает, совсем! – продолжил Бур. – Непонятно: то ли связь барахлит, то ли коммуникатор спёкся…

– Маньяк, Лин, что с вашими коммуникаторами? – спросил майор, достав и свой.

– Мой не включается, – ответила Лин.

– Сдох, – констатировал Маньяк и швырнул устройство в дальний угол.

Михаил, совершенно не обращая внимания на остальных, собрав необходимый инструмент, удалился прочь.

– Что-то здесь не так, – задумчиво сказал Док. – Посмотрим, что они скажут.

То ли что-то подозревая, то ли просто оставшись недовольным информативностью ответов Михаила, Морозов направился в кабину пилотов.

– Сергей Николаевич, у нас тут не работает ни один коммуникатор, а компьютеры не подключаются к сети. Я так понимаю, энергетический всплеск вывел усилители из строя? Или что происходит? Почему заминка и что с кораблём? – В кабину к пилотам зашёл Док, с ходу закидывая парней вопросами. – Все эти задержки – непозволительная роскошь при нашем графике. Очень важно попасть на Кноросом как можно скорее!

– Энергетический всплеск? О чём вы? – с непониманием отвлекся на доктора Серёга. – Мы разве знакомы? – удивился он такой осведомлённости Морозова о его персональных данных.

– Незнакомы, просто у меня были время и возможность ознакомиться с вашими личными делами. Михаил Валерьевич – ваш механик – сказал, что произошёл скачок напряжения и это привело к масштабному сбою систем. Насколько всё серьезно?

– Честно говоря, затрудняюсь ответить по технической части корабля, но могу вас заверить, что до Кноросома мы не долетим. Нам один путь – развернуться и обратно на космопорт.

– Возможно ли на космопогрузчике добраться до Кноросома? – перебил Сергея Морозов.

– Погрузчик не предназначен для дальних перелётов. Нет достаточной мощности двигателей, система навигации не совсем подходит. Но в целом можно было бы, думаю, за несколько дней долететь. Согласитесь: эффективнее будет вернуться на Землю и там уже использовать другой корабль.

– Тогда разворачиваемся и летим обратно, верно? – практически приказным тоном озвучил доктор.

– Проблема в том, что мы не можем определить местоположение Земли.

– Как это? Мы же буквально только взлетели…

– Система навигации вышла из строя. То, что мы наблюдаем через внешнее видеонаблюдение, компьютер идентифицирует как Землю. Но взгляните, это явно не наша планета! – ответил Сергей, указывая на проекцию перед собой. – Сейчас развернёмся и сможем увидеть уже собственными глазами, что же там такое.

– Не наша планета? – удивился Морозов. – Чужая Земля… Не может быть! Нужно проверить, – воодушевился он и сорвался с места, убегая прочь.

Док продолжал говорить, однако его голос утихал по мере удаления от кабины пилотов. Заинтересованность Морозова в увиденном на экране удивила Сергея. Казалось, он что-то да понимает в происходящем.

– Бери управление, разворачивайся и фиксируй положение судна. Пойду посмотрю, что там происходит и что могут знать наши пассажиры, – скомандовал он Кириллу.

Сергей отстегнулся от своего кресла и направился в пассажирский отсек.

***

Доктор подбежал к серой сумке и аккуратно уложил её на пол, присев поближе на одно колено. Раскрыв молнию, он раздвинул края, открывая доступ к содержимому. Внутри находился прибор, который практически полностью повторял размеры сумки. Нехитрыми манипуляциями Морозов включил питание устройства. Тут же загорелись лампочки и послышалось мягкое и ритмичное пиканье. Экран прибора включился, и всё внимание доктора сосредоточилось на отображаемом интерфейсе.

– Что за аппарат, Док? – спросил Бур, переключив внимание на устройство.

– Погодите немного, не отвлекайте!

– Что там произошло в кабине, что он влетел сюда как ошпаренный? – спросил Маньяк, обращаясь к вошедшему пилоту.

Сергей не обращал особого внимания на окружающих, будучи сосредоточенным на действиях Морозова, который нервно барабанил пальцами по прибору.

– Стенцов, вы знаете, что происходит? – спросила Лин у Сергея.

– Кирилл, выведи нам видео планеты на экраны в пассажирском.

Спустя несколько секунд все присутствующие уже наблюдали за изображением неизвестной планеты, похожей на Марс.

– На что мы здесь смотрим? – спросил Тон.

– Я развернулся и зафиксировал наше положение. За бортом приятного мало, а что тут у вас? – отчитался Кирилл, входя в помещение к остальным.

– Вы сказали, Сергей Николаевич, что мы не знаем, где находимся. Планета незнакомая, но система навигации определяет её как Землю? – перебил всех доктор.

– Вот это? – удивился Маньяк, указывая на проекцию.

– Да, так и есть.

– Связаться мы по-прежнему ни с кем не можем. Правильно я понимаю, Кирилл Алексеевич? – продолжил Морозов.

– К сожалению, это так. К чему вы клоните?

– Я не уверен, но слишком много совпадений… Слишком много!

– О чём вы говорите, Док? – спросил Бур, уже нескрываемо заинтересованным голосом.

– Если я прав, то мы… Я даже не представлял, что такое может произойти в реальном времени, не говоря уже о том, чтобы можно было всё зафиксировать вживую. Это же просто невероятное везение, просто фантастическое! – продолжил Морозов.

– Все собрались, отлично! – встрял в разговор Михаил, войдя в помещение. – Нам срочно нужно возвращаться – система охлаждения и зажигания работают взаймы. В любой момент мы можем застрять здесь окончательно.

– Мы не можем вернуться! То, что произошло с нами, что произошло с этим кораблём, – это уникальное Явление, очень ценное для науки. Мы не можем просто так взять и покинуть это место, мне нужно провести тесты для сбора информации. Нужно задержаться хотя бы на полчаса! – возразил доктор.

– Жаль огорчать ваши амбиции, но у нас нет этого времени. Сейчас каждая минута на счету – пока двигатель в рабочем состоянии, у нас есть шанс вернуться обратно. В противном случае мы застрянем тут, возможно, навсегда! – с небольшой долей раздражения парировал Кирилл.

– Если мы останемся, то только тогда у нас и появится шанс вернуться! Вы просто не понимаете: сейчас актуальный вопрос для нас не в том, где все или что с ними случилось и почему мы не можем ни с кем связаться. Сейчас для нас самый важный и актуальный вопрос – это где и когда мы находимся. Только располагая этой информацией, мы сможем вернуться назад!

– «Когда» мы находимся? Морозов, вы в себе? – спросил Бур с недоверием.

– Это секретная информация, но какая сейчас уже разница, верно? – Словно не обращая внимания на вопросы к его персоне, Док продолжал монолог. – На Кноросоме произошло похожее Явление – аномальное событие для физического состояния материи времени и пространства, если позволите. Мы направлялись туда как раз ради его изучения и сбора всей возможной информации и дальнейшего анализа полученных данных. Возможно, мы обнаружили бы на месте артефакт, а то и не один – предметы, которые попадают к нам из других мест или даже времени. Но то, с чем мы столкнулись здесь и сейчас, – это нечто уникальное. Такого ещё никто и никогда не фиксировал, не отслеживал. Мы оказались в самом центре Явления. Искажение времени и пространства – мы могли оказаться за долю секунды в нескольких световых годах от начальной точки нашего положения в пространстве или же могли вовсе перенестись во времени. В будущее, в прошлое – точно не скажу. Мы не понимаем ещё пока, как это всё устроено и как работает, но готов утверждать, что именно это и произошло с нами только что. Прибор. – Морозов показал на устройство, расположенное на полу у серой сумки. – Он позволяет считывать энергетическое поле, которое формируется у объектов в зоне Явления и здесь, у нас, прямо сейчас, – прибор фиксирует самое мощное поле, которое когда-либо удавалось засечь. Со временем оно развеется, и чем дольше будем ждать, тем меньше информации сможем получить. Поэтому очень важно остаться здесь, хотя бы на полчаса. Разве мы не можем себе такое позволить?

– Погодите-ка, вы в какой сфере доктор?

– Я не медик, если вы про это. Я учёный. Руковожу целым штатом лучших умов планеты. С помощью научных сотрудников мы разрабатываем технологии на грани возможностей нашего времени. По сути, всё технологическое развитие за последние сотни лет – это плод нашей исследовательской деятельности. Мы делаем открытия, которые становятся донорами для прорывов в развитии технологий и изобретений человечества по всему миру. Представьте себе, какой технологический скачок позволит нам совершить изучение того, что произошло с нами сейчас!

– Получается, нам крупно повезло? – саркастически встрял в разговор Маньяк, не до конца понимая, как реагировать на слова Морозова и стоит ли ему вообще верить. – Значит, мы оказались где-то в другом месте или даже другом времени? И где же точнее, по вашему мнению?

– Судя по тому, что система навигации функционально может определить наше положение без фиксации погрешностей и сбоев, могу предположить, что актуальным вопросом для нас сейчас всё же будет не где мы оказались, а именно когда. Без проведения анализа, судя по текущим данным и сигнатуре сигнала, что я фиксирую, полагаю, мы переместились на сотни или даже тысячи лет во времени. Возможно, в будущее. Точнее не могу сказать – это же не в календарь заглянуть.

– То есть мы перескочили несколько веков, вот так легко, без каких-либо последствий? Одной ногой там, а другой тут?

– Это необъяснимо, признаю. Мы ещё многого не знаем и не понимаем в достаточной степени о подобных Явлениях и, возможно, ещё долго не сможем понять. Но в целом да, в мгновение ока закрыли глаза в прошлом – открыли уже здесь, в будущем. Вот так быстро.

– Как такое вообще возможно? Это же не до Луны слетать! Для такого путешествия потребуется колоссальное количество энергии на создание портала, на поддержание его открытым с обеих сторон и в прошлом, и будущем. Иначе мы бы не успели пройти через него. Да и как мы не заметили самого процесса перемещения? Разве подобное путешествие не сказалось бы на нашем самочувствии, здоровье, на корабле в конце концов? – недоумевал Бур.

– Так вы посмотрите, что стало с кораблём! – не унимался доктор. – Вы хотите сказать, что мы пережили произошедшее без каких-либо последствий? А как же связь, как же само судно, которое теперь практически полностью пришло в негодность и представляет из себя дрейфующую в космосе недвижимость?

– Я бы попросил! – возмутился Михаил. – Мне частично удалось восстановить работоспособность систем.

– Ну вы уж простите! Я в качестве примера, но никак не для того, чтобы обидеть ваши способности! – парировал Морозов. – Я не знаю природу этих явлений перемещения в пространстве и времени. Не знаю, что стоит за их появлением, что питает и управляет их возможностями. Для этого мне и нужно изучить оставшееся Запекание.

– Что изучить? Явление, Запекание, Перемещение, Порталы? – возмутился Маньяк. – Мне кажется, или Док держит нас за идиотов? Он вообще сам по себе вменяемый? Чего мы его слушаем вообще, надо думать, как выбираться из ситуации!

– Маньяк, угомонись! – властно осадила Лин. – Ты начинаешь напрягать даже больше обычного…

– Ладно, – бросил резко Маньяк в ответ, отводя недовольный взгляд в сторону.

– Мы называем это Явлением, так как это более по-научному, что ли. А дело в том, что остаточная сигнатура сама по себе напоминает энергетический рубец в пространстве. Как ожог или порез на коже, который со временем зарастает рубцовой тканью. В сравнении с прочей поверхностью кожи вы сразу можете сказать, что такая ткань – это шрам от какого-либо повреждения: царапина, ожог, порез и так далее. Так и здесь. В пространстве остаётся определённый энергетический фон, который можно зафиксировать специальной аппаратурой. Нужный прибор у меня как раз с собой. Один из моих учёных предложил название «Запекание пространства». В официальных документах «Запекание» не прижилось, а между собой мы иногда его используем. В принципе, если не вдаваться в подробности, то оно достаточно точно описывает происходящее в процессе Явления.

– Если честно, склонен ему поверить, – высказался Кирилл. – Разворачивая корабль, я видел Луну, Солнце тоже на месте. Это должна быть Земля, по-другому просто никак!

– Я же вам говорю! – воскликнул Док. – Вы можете противиться, но это – факт!

– Как же нам вернуться обратно, в наше время? – спросила Лин.

– Так об этом я и говорю! Изучить Запекание – пожалуй, единственная возможность для нас найти ответ на этот вопрос. Без исследования я даже предполагать не берусь. Мы никогда ещё, ни разу в жизни не были так близки к разгадке происходящего.

– То есть вы утверждаете, что мы перенеслись во времени, но как это повторить в обратном направлении, вы не знаете? – перебил доктора Сергей. – Странно это всё, что нас дёрнули непонятно зачем, непонятно для чего, на рейс до Кноросома. А сейчас вдруг всё это… Откуда нам знать, что это не ваш эксперимент, в котором мы просто оказались подопытными?

– Это не эксперимент, – ответил Морозов и на мгновение погрузился в свои мысли. – Нет, это точно не может быть экспериментом! – возмутился он. – Меня не стали бы использовать так незначительно. Я бы скорее руководил процессом и находился за своей аппаратурой, чтобы зафиксировать всё происходящее должным образом. Иначе я не вижу смысла во всём этом!

– Достаточно разговоров! Киреев, – перебивая всех, обратился к Михе майор, – вы уверены, что техническое состояние корабля столь плачевно?

– Однозначно! Нужно садиться для ремонта. Если нас никто не эвакуирует, мы можем остаться здесь один на один со всеми сопутствующими проблемами.

– Я предлагаю возвратиться на космопорт, починить корабль и разведать обстановку, – продолжил Неделин властным тоном.

– Послушайте меня, нам очень важно исследовать Запекание и провести анализ! И жизненно необходимо сделать это именно здесь и сейчас. Возможно, это единственное место во всей Вселенной, откуда мы сможем попасть обратно домой! – прервал его Морозов.

– Моя первоочередная задача – ваша безопасность, а не эксперименты! Если произошедшее здесь и само место очень важны – зафиксируйте координаты. Как только мы перегруппируемся на Земле, вернёмся сюда. Такой вариант вас устроит?

– Нет, в корне не устроит. Вы работаете на меня, а значит, должны слушаться!

– Вообще-то, доктор, мы работаем не на вас, – пренебрежительно ответил майор.

– Хорошо, значит, вы можете посадить меня в космопогрузчик и оставить здесь! Я успею сделать свою работу, а потом вы меня заберёте. Как вам такой вариант? – раздражённо предложил Док. – И учтите: каждая минута на счету! В противном случае мы можем вообще никогда не вернуться в своё время!

– Стенцов, может кто-то из пилотов остаться с Морозовым? – спросил майор у Сергея после непродолжительной паузы. – Если это действительно важно, давайте дадим доктору сделать то, что ему нужно.

– Я останусь, – ответил Кирилл. – Транспортник ты и без меня посадишь, а уж с погрузчиком я как-нибудь справлюсь, – закончил он, обращаясь к Сергею.

Майор терпеливо смотрел на Стенцова. Решать нужно было прямо сейчас. Однако то решение не из лёгких, и казалось, что время нещадно ускоряется, подгоняя кровь, приливающую к голове и неприятно пульсирующую в висках.

– Если ты уверен, – наконец сказал Сергей, глядя на Кирилла, – то давай так и поступим. Будем держать вас в курсе. Как закончите, направляйтесь сразу на космопорт!

– Решено! – громко сказал майор. – Бур и Лин, вы с Доком и Алиевым – на погрузчике. Остальные на космопорт.

– Тон, давай я вместо Бура? – поспешил вызваться добровольцем Маньяк.

– Погрузчик рассчитан максимум на троих. Кому-то нужно остаться, – уточнил Кирилл.

– Понял. Бур, не задерживайтесь тут, как только закончите – возвращайтесь.

– Понял, Тон.

– Хорошо, – успокоился доктор. – Это всё, о чём я и просил! Спасибо, майор.

– Миха, с рулевыми двигателями всё в порядке, проблема только с маршевыми? – спросил Сергей.

– Да, рулевые в порядке. Нужно будет начать тормозить заранее. Два основных двигателя в реверсивной тяге потребуют больше времени для замедления.

– Согласен, хорошо. Тогда на тебе машинное, – ответил он Михаилу. – Кирюха, возьмите с собой костюмы, майор верно сказал: не задерживайтесь здесь лишнего! Держите канал связи открытым.

Кирилл с лейтенантом и доктором удалились по направлению в грузовой отсек. Миха уже был на пути к моторному.

– Есть у ваших бойцов лётный опыт? – спросил Сергей, уже обращаясь к майору. – Мне бы для подстраховки, на всякий случай, кого-нибудь в кресло второго пилота.

– Маньяк, подсоби Сергею Николаевичу.

– Маньяк? Это позывной? – удивился Сергей.

– Долгая история, – ответил боец и проследовал за ним в кабину пилотов.

Как только створки грузового отсека плотно закрылись, оставляя космопогрузчик наедине со всепоглощающей тишиной космоса, корабль начал набирать скорость, держа курс на Землю.

IV

***

По мере приближения к поверхности взору открывалось больше неприятных подробностей, подтверждающих факт того, что это Земля. Некогда красивая, голубая от морей и океанов, наполненная зеленью деревьев и рукотворных вертикальных флора-парков планета представала в ужасающем виде. Коричневая, иссушенная земля, похожая на пустыню. Изредка проглядывались высотные жилые комплексы, коммерческие здания, вросшие в поверхность коричневой пыли и песка, медленно уползающие вниз, поглощаемые пустыней.

Даже свет восходящего Солнца не помогал лучше рассмотреть поверхность. Прежде тёмная сторона Земли постоянно подсвечивалась иллюминацией мегаполисов, воздушных судов и монорельсовых дорог, опоясывающих планету повсеместно, – миллиарды огней, окутывающих земной шар. Сейчас же от былого великолепия голубого гиганта не осталось и следа. Тёмная, затянутая туманной дымкой облаков, коричневая, словно вымершая – пустошь.

Сергей и Маньяк летели молча. Что произошло и почему они оказались здесь – единственное, что занимало голову. В уме крутилось много вопросов, ответами к которым они не располагали.

– Док обложился оборудованием и играется с ним, – передал Маньяк по внутренней связи, выслушав сообщение Бура у себя в наушнике. – Собирает данные. Пока ничего конкретного.

Майор что-то ему отвечал, но Сергей сконцентрировал всё внимание на приборах и обзорных окнах кабины, полностью сосредоточившись на посадке. Тревожило, что космопорт находился в затуманенной области, а лететь через неё на такой махине, как транспортный корабль, может оказаться крайне опасно. Бортовой компьютер не работал должным образом. Ами не реагировала на команды, даже введённые вручную, и от неё помощи ожидать не приходилось.

– Подходим к стратосфере. До поверхности семьдесят километров, приближаемся к облачной массе, – передал по внутренней радиосвязи Сергей. – Замедляемся; трясти будет сильнее, чем обычно, из-за перегрузки двигателей. Стандартная дистанция, требуемая на торможение, – пятнадцать километров. С недостающим количеством двигателей нам понадобится не меньше пятидесяти, так что будьте готовы.

Облака стремительно приближались. Сергей простроил маршрут таким образом, чтобы входить в них под острым углом. Это максимально растягивает посадочную дистанцию и позволит выиграть больше времени на снижение, меньше нагружая двигатели. Корабль ощутимо потряхивало. Сергей недовольно смотрел на показания приборов, бегло перебирая пальцами по клавиатуре.

Спустя несколько мгновений корабль скрылся в серой, обволакивающей планету пучине. В тот же момент радиоэфир наводнили помехи. Сергей обратил внимание, что голос майора стал пропадать, а у Маньяка не получается связаться ни с Неделиным, ни с Буром. Энергопитание корабля забарахлило: освещение то пропадало, то появлялось. То же самое происходило и с проекционными консолями. Внезапно тяга двигателей пропала и корабль принялся ускоряться в свободном падении.

– Нам очень нужны двигатели! – стараясь сохранять спокойствие, обратился по внутренней связи Сергей к Михаилу.

Однако в ответ из динамиков, изредка прерывая тишину, доносились лишь треск и шум. Питание корабля периодически на мгновение возвращалось, а затем вновь пропадало. Усиливающаяся с каждой секундой тряска добавляла масла в огонь. Обстановка накалялась.

– Что происходит? – спросил Маньяк у Сергея, пытаясь наладить связь.

– Понятия не имею, – недоумевал он. – Я с подобным не сталкивался!

– Что тут у вас творится? – спросил майор, вошедший в кабину пилотов.

– Да чёрт его знает… Ничего толком не работает. Летим вслепую! Двигатели не стабильны, тяги нет. Мы падаем и резво набираем скорость вместо её сброса. Так что вам бы вернуться и пристегнуться!

– Этот туман, облака – как хотите называйте, – вбежал в кабину Миха, – создают мощное электромагнитное поле, воздействие которого сказалось на нашей системе питания. Мне удалось перенаправить скапливающийся заряд с обшивки корабля во внутреннюю сеть – именно это позволяет нам не отключиться окончательно.

– Аппарат жизнеобеспечения для корабля? – удивилась Лин, стоявшая позади майора.

– Ну что-то похожее, да. Долго так не продержаться – рано или поздно мы поджаримся!

– Если не впечатаемся в поверхность планеты раньше, – выдвинул Сергей негативную гипотезу.

Внезапно облака закончились такой же резкой и чёткой границей, которой начинались. Обзорность по-прежнему была недостаточной, однако серой пелены за окном уже не наблюдалось. Напротив, удалось более-менее разглядеть происходящее на поверхности Земли.

Оказалось сложно принять то, что предстало перед глазами. До земли оставалось ещё около двадцати километров, однако уже отчётливо вырисовывался пустынный рельеф поверхности, которая оказалась испещрена каньонами. С такого расстояния они напоминали сети трещин, покрывающих всё обозримое пространство. Виднелись возвышающиеся горы и полуразрушенные высотные рукотворные постройки, затянутые пустыней; обрушенные монорельсовые дороги и ещё много всего, что сложно поддавалось опознанию. Рассмотреть лучше мешали песок и неплотный туман, что потихоньку рассеивался с приближением к поверхности.

Тряска продолжала усиливаться, освещение на борту перестало сбоить и просто отключилось. Панель приборов в нескольких местах выбросила массивные пучки искр, и большинство проекционных консолей погасло.

– Дотянем до космопорта? – поинтересовался Неделин.

– Я очень надеюсь, что мы дотянем хотя бы до поверхности. Будем садиться здесь. Корабль слишком быстро снижается, – ответил Сергей. – Займите наконец места, посадка будет жёсткой! – скомандовал он, застёгивая фиксирующие замки на ремнях своего кресла и приводя его в режим готовности к катапультированию. – Миха, держи двигатели рабочими так долго, как сможешь. Нам нужно всё, что они могут дать!

– Чем помочь? – поинтересовался Маньяк. Его выражение лица было как никогда серьёзным. Пожалуй, впервые за всё время на борту он казался собранным и сфокусированным.

– Наблюдай за периферией; если вдруг я что-то упущу из виду, дай знать! – торопливо ответил Сергей.

– За какой такой, чёрт побери, периферией? – удивился Маньяк. – Это что, приборы такие? Скажи по-русски! – возмутился он, повторяя операции с ремнями и фиксируя себя в кресле второго пилота.

Все поспешили удалиться из кабины. Сергей принялся плавно, но с усилием тянуть штурвал на себя. Нос корабля торопливо пошёл вверх, но судно от этого не замедлялось.

В какой-то момент двигатели заработали должным образом, а тряска практически прекратилась. Следом почувствовалась тяга и улучшилась управляемость. Теперь корабль уже медленнее терял высоту. Однако сложно было однозначно сказать, что происходит на самом деле: заход на посадку или хотя бы мало-мальски контролируемое падение. Поверхность Земли стремительно приближалась. Маньяк, выглядывая в окно, уже хорошо различал проносящиеся мимо разрушенные здания, оставляющие за собой унылое впечатление.

– Держитесь! – скомандовал Стенцов. – Контакт через 3… 2… 1… – кричал он что было сил, вытягивая штурвал на себя.

Несмотря на то что привод рулевой тяги управлялся компьютерными датчиками и сенсорами, степень сопротивления прилагаемому пилотом усилию настраивалась автоматически, в соответствии с испытываемыми кораблём перегрузками. Опытным лётчикам это порой давало больше информации, чем все приборы вместе взятые.

До поверхности оставалось всего несколько сотен метров. Сергей как смог просчитал траекторию, чтобы ни во что не врезаться до контакта с поверхностью, в надежде максимально сохранить целостность корабля и не отклониться с выбранного курса от преждевременного удара. Ещё пара мгновений, и корма судна на огромной скорости задела землю. Корабль плюхнулся на брюхо, поднимая огромное количество пыли, песка и камней в воздух. Большие куски породы собирались перед транспортником, приподнимая нос и формируя насыпь. По ней, словно с горки, судно скатывалось вниз, вновь закапываясь носом. Корабль терял скорость, ощутимо замедляясь.

Но внешнюю плавность и лёгкость посадки, учитывая сложившуюся ситуацию, можно было отметить, лишь наблюдая за происходящим со стороны. На борту корабля же ситуация напоминала неожиданный удар о стену. В один миг, совершенно внезапно, тела всех находящихся на борту стали весить в разы больше, а инерция пыталась сохранить их скорость движения. Лишь ремни безопасности, больно впиваясь в тело до треска в костях, противились ей, оставляя пассажиров на своих местах.

На борту царил оглушительный грохот, словно по судну вели артиллерийский обстрел с дюжину воздушных батарей. Ещё несколько скачков по песку – и, окончательно клюнув носом, зарывшись в землю, корабль остановился. За ним следом тянулась глубокая, многокилометровая, вспоротая днищем по земле рытвина. В воздух же поднялась плотная стена пыли, смешанная с клубами чёрно-серого дыма и разномастных обломков песчаника. Всё это градом устремилось к земле, продолжая барабанить о бортовую обшивку.

Тело болело, особенно на месте прилегания ремней безопасности. Движения давались тяжело, но Сергею удалось отстегнуться от кресла. Перебирая руками, стараясь держаться за всё, что попадалось, он подошёл к Маньяку. Тот был в сознании, однако сильнее дезориентирован и медленнее приходил в себя.

– Ты в порядке? – попытался было спросить Сергей, однако не услышал собственного голоса.

В этот момент стало понятно, что весь шум и гул находился лишь в его ушах. Он помог отстегнуть ремни и жестами поинтересовался, всё ли у Маньяка хорошо. Получив утвердительный кивок в ответ, Стенцов перевёл внимание на смотровое окно. Кабина оказалась засыпана песком, кусками скалистых образований и песчаника, сквозь которые ничего не было видно. Тогда он вновь повернулся к Маньяку и указал рукой на проход в пассажирский отсек, куда и направился. Голова кружилась и болела. Шум в ушах медленно утихал, однако по-прежнему даже своего голоса не было слышно.

Войдя на пассажирскую палубу, Сергей окинул взглядом присутствующих. Неделин и Лин активно жестикулировали. Вероятно, и у них были проблемы со слухом.

«Хорошо, что целы», – подумал Сергей и направился к машинному отсеку.

Ему навстречу, держась за стены, вышел Михаил. Он указал на уши, дав понять, что ничего не слышит. Очевидно, никто не избежал последствий от громких и резких звуков во время посадки. Лин достала аптечку из своего рюкзака и протянула всем по автоматическому инъектору, один оставив себе. Она скинула с него крышку и плотно вжала в шею. Остальные последовали её примеру. Уже спустя минуту самочувствие улучшилось, а слух стал возвращаться.

– Никто не ранен? – поинтересовался майор.

– Да вроде нет, – ответил Маньяк, оглядев присутствующих.

– Терпимо, – ответила Лин.

– Нужно осмотреться и проверить целостность корпуса, понять серьёзность повреждений, – сказал Миха, вытаскивая космокостюм для проведения ремонтных работ. – Думаю, у нас получится добраться на аэропогрузчике до космопорта. Это будет долго, но возможно.

– А что если мы не найдём нужных запчастей? Может, просто взять другой корабль? – поинтересовалась Лин.

– Неплохой вариант, если на космопорте будет хоть один, – согласился майор.

– Если не будет нужных запчастей, будем искать другой ближайший космопорт, и так далее, пока не найдём, что ищем. Не хочу здесь оставаться дольше необходимого! – высказался Миха.

– Будем отталкиваться от того, что найдём, – сказал Сергей, надевая космокостюм.

– А мы немного осмотримся – может, поблизости есть что полезное, – сказал Неделин, передавая Лин один из костюмов.

Снарядившись, все направились к эвакуационному шлюзу, так как его легко открыть вручную. Кроме того, наличие камеры компенсации давления позволяет сохранить целостность внутренней атмосферы корабля, а она ещё может пригодиться. Как только Михаил закрыл за собой дверь в грузовой отсек, Сергей повернул ручку управления механическим выравниванием давления. После чего они уже смогли попасть наружу.

– Проверка связи, – сказал майор по встроенному в костюм коммуникатору.

– Сигнал достаточно сильный, помех совсем немного, – ответил Миха. – Датчики костюма говорят, что состав воздуха не токсичен, но беден на кислород и с кучей примесей. Дышать можно, но будет крайне некомфортно.

– Оставайтесь пока в костюмах, на всякий случай.

– Верно говорит, – согласился Сергей с майором.

– Мы осмотримся и вернёмся к шлюзу через двадцать минут, – сказал Неделин. – Лин – северо-восток, – скомандовал он, указывая ей направление. – Маньяк, тебе северо-запад. Я пойду на юг. Перекличка каждые три минуты.

– Хорошо, мы пока осмотрим корабль и будем выводить аэропогрузчик, – ответил Сергей.

– Держите, – протянул майор два пистолета. – Просто на всякий случай.

В воздухе ещё оставалась мелкая пыль. Крупные частицы оседали на землю достаточно быстро, и обзор становился всё лучше. Проходя мимо большого валуна, Маньяк почувствовал, как что-то пронеслось прямо у него под ногами, поднимая дорожку пыли в воздух. Из-за этого, неожиданно для себя, он потерял равновесие и упал.

– Что это за чертовщина? – вскрикнул он, стараясь вскочить обратно на ноги как можно быстрее.

– Что ты видишь? – поинтересовался майор.

– Земля уходит из-под ног, – ответил раздражённо Маньяк. – Меня что-то толкнуло.

– Толкнуло? – удивлённо переспросила Лин.

Маньяк вновь почувствовал движение под землёй, поэтому её вопрос остался без ответа. На этот раз он увидел стремительно появившийся холмик земли, примерно с полметра в диаметре и в высоту сантиметров десять. Песчаная насыпь увеличивалась по мере приближения и спустя пару секунд уже высилась на полметра. Холм пронёсся мимо и вновь пропал. Вскинув автомат к плечу, Маньяк пристально осматривался вокруг в поисках подземного Нечто.

– Внимательнее под ноги, оно движется! – воскликнул он с ощутимой паникой в голосе.

– Что там? – поинтересовался майор. – Что ты видишь?

– Так просто не объяснишь… – не успел он договорить. Сигнал передачи коммуникатора прервался.

Сергей и Миха остановились, всматриваясь сквозь заполненный пылью воздух в еле заметный силуэт Маньяка. До него оставалось ещё несколько сотен метров. Из-за этого сложно было разобрать, что происходит.

Не решаясь пошевелиться, они вслушивались в диалог по рации и следили за происходящим вокруг. Фигура Маньяка, как игрушечная, в мгновение оказалась на несколько метров выше своего прежнего положения. Перевернувшись несколько раз в воздухе, его тело упало на землю.

– Неделин, там кто-то есть! – крикнул Сергей, уже направляясь на помощь. – На него напали!

– Лин, что видишь? – уточнил майор.

– Ничего! Слишком плохой обзор, – ответила она.

– Возвращаемся, быстро!

– Мы почти у него! – отчитался Михаил.

Раздались звуки автоматных выстрелов, вспышки от которых рассеивались в пылевой завесе, подсвечивая фигуру Маньяка неподалёку. Все наперебой кричали в коммуникаторы, пытаясь добиться от него хоть какого ответа. Однако тщетно. Он перестал выходить на связь.

Это насторожило Сергея, и он решил сбавить скорость. Его примеру последовал и Миха. Пригнувшись, оба медленно приближались к месту, где прежде видели вспышки выстрелов.

– Маньяк жив! – послышался радостный голос Лин. – Он целится винтовкой в землю, – удивлённо подметила она следом.

– Маньяк со мной! У него от падения повреждён коммуникатор, – передал майор секунд через десять. – Орёт мне, что в земле есть Нечто огромное.

Вновь раздались выстрелы. На этот раз отчётливо слышались автоматные очереди нескольких винтовок.

– Что у вас происходит? – спросил Сергей, ускорив шаг.

– Всем быстро назад к шлюзу, сейчас же! – приказным тоном прокричал майор.

– Что происходит? – непонимающе спросила Лин. – Что вы видите?

Факт, что Неделин кричал, настораживал больше неизвестной угрозы. Все направились в сторону шлюза. Звуки выстрелов не прекращались и становились всё ближе. На фоне вспышек внезапно промелькнуло что-то большое и быстрое. Сергей вновь замедлился, всматриваясь в развернувшуюся игру теней.

В космокостюмах присутствовала система активного шумоподавления, поэтому раздавшийся хлопок никого не удивил. Однако мгновенно последовавшая за ним взрывная волна, прогоняющая зависшую в воздухе пыль, оказалась крупной неожиданностью.

– Взрыв? – послышался встревоженный голос Лин. – Это Маньяк?

– Это не наше, мы на подходе к шлюзу, – кричал Неделин.

Воздух стал чище, видимость улучшилась. Перед взором парней предстал огромный, десятиметровый ящероподобный зверь. Плотная кожа; массивные лапы с длинными и острыми когтями; извивающийся хвост с роговыми образованиями на всём его протяжении, что продолжались на спине существа, увеличивая свои размеры и длину, формируя естественную броню. Глубоко посаженные глаза терялись на фоне широкой и вытянутой пасти, заполненной сотнями острых зубов, идущих рядами и направленных внутрь. Такого никто прежде в своей жизни не видел.

Извиваясь, словно змея, постоянно меняя направление движения, уворачиваясь от выстрелов, Монстр стремился к шлюзу вслед за Маньяком. Лин стояла у корабля, когда увидела то невероятное существо.

– Что это за тварь? – воскликнула она, прицеливаясь снайперской винтовкой в ящера.

Монстр одним прыжком преодолевал десятки метров, изменив цель и молниеносно приближаясь уже к Неделину. Тот только и успел, что отпрыгнуть в сторону, повалившись на землю. Ящер грузно приземлился неподалёку и, сгруппировавшись, мгновенно сменил направление движения, оставив под собой грубо взрытую лапами землю. Несмотря на габариты и массу, существо оказалось крайне быстрым и проворным. За несколько секунд, отпрыгнув ещё пару раз, оно вновь изменило цель и опять направлялось к Маньяку.

В этот момент Михаил заметил, как мимо промелькнуло что-то маленькое, черное, размером с яблоко, и с силой угодило в тело Монстра. В момент попадания произошел хлопок, звук которого оказался уже знаком, а следом появилась яркая вспышка. Существо залилось неистовым рёвом, и от взрыва его отбросило в сторону. Одна из лап, оторванная ударной волной, упала неподалёку.

Совершенно не обращая внимания на ранение, Монстр предпринял попытку подняться на оставшиеся лапы, однако ещё один чёрный снаряд подоспел ему прямо в шею. Вновь разнёсся хлопок, отсёкший голову и разорвавший тело на несколько массивных кусков. Такое ранение не оставило Монстру ни единого шанса на выживание.

– Кто стреляет? – спросил Сергей, оглядываясь по сторонам.

– Все на борт, быстро! – кричал майор. – Лин, видно, кто ведёт огонь? – поинтересовался он, пока Маньяк помогал ему подняться.

– Нет, я не успела сориентироваться.

Тем временем воздух очистился ещё сильнее. Обзор на ближайшие сотни метров улучшился. На самой границе видимости Сергей заметил появление группы движущихся песчаных насыпей. Их численность с такого расстояния не удалось оценить. Скорость передвижения не оставляла сомнений, что уже очень скоро придётся столкнуться с новой проблемой. Практически не меняя траектории, поднимая раскидистые столбы пыли в воздух, полуметровые холмы приближались.

Лин так и не удалось обнаружить неизвестного гранатомётчика, однако в прицеле она поймала одну из движущихся насыпей и выстрелила. Холм поменял направление движения, но не замедлился. Она выстрелила ещё несколько раз, что не дало никакого эффекта. Насыпей становилось всё больше, и вскоре они образовали плотную стену из пыли и песка, поднимаемых в воздух.

Где-то вдали послышался приближающийся звук автомобильного двигателя. После чего линию движущейся группы холмов разбила пара взрывов. Это замедлило движение земляной насыпи, разделив её на несколько малых групп. Прямо из этих холмиков хлынула дюжина огромных ящеров, точно таких же, что и предыдущий Монстр. Издаваемый ими неистовый рёв не позволял усомниться в их агрессивном настрое. Существа приближались очень быстро, создавая страшное, но эффектное зрелище. А факт, что этих тварей почти ничто не брало, ужасал ещё больше, закрепляя ощущение беспомощности и обречённости.

Тем временем звук двигателей приближался, и из-за корабля выскочил пустынный багги размером с малый военный бронетранспортёр: метров восемь в длину и около двух с половиной в высоту. Мощный каркас, сваренный из труб и обшитый металлическими пластинами, создавал очертание кузова. Поверх внедорожника располагались вращающиеся башни с закреплёнными станковыми гранатомётами. Перед машины покрывали рваные куски металла, напоминающие грубые лезвия.

Багги, не останавливаясь ни на секунду, дерзко мчал навстречу монстрам, щедро поливая их ряды снарядами гранатомётов. Следом за первым багги показался второй, точно такой же. Взрывы нещадно изничтожали ящеров, разрывая их тела на куски и поднимая в воздух месиво из плоти, крови и грязи. Часть выживших тварей, что были поменьше, вгрызались в землю и удалялись прочь. Лишь оставшиеся две, самые большие ящерицы, уворачиваясь от гранат, стремились приблизиться к врагу на колёсах.

Но, несмотря на ловкость и прыть земноводных тварей, металлические демоны не уступали им в проворности. Задние колёса поворачивали одновременно с передними, подруливая в противоположную сторону. Они были расставлены широко и, наряду с крепкой подвеской, компенсировали перегрузки при резких поворотах. Это позволяло маневрировать, практически не сбавляя темпа.

– Кто это? – удивилась Лин, опуская винтовку.

– Может, их отправили на поиски нас? – предположил воодушевлённо Михаил. – Сложно было не заметить посадку нашей махины.

Тем временем все уже собрались у шлюза, но пройти внутрь не торопились, наблюдая за происходящим боем, словно заворожённые. Не спуская глаз.

– Приятно видеть подкрепление! – радостно продолжила Лин свою мысль.

Взрывы не утихали, гранатомёты расплёвывались снарядами вокруг, даже не стараясь попасть по монстрам. Вероятно, стремясь запугать или отвлечь. Достаточно быстро одна из машин пронзила невнимательного ящера передними лезвиями. Второй багги не заставил себя ждать и, резко развернувшись, встречным движением поравнялся с первой машиной. Ящер оказался меж наковален, что разорвали его на части. Тело монстра продолжало извиваться, но угрозы уже не представляло. Выворачивая на второго ящера и ускоряясь при этом, первая машина дорвала тушу монстра, сбросив её на землю.

Вторая машина проехала немного вперёд, резко остановившись. Висевшая часть туши аккуратно сползла по лезвиям на землю. Без труда переехав разорванные останки врага, багги направился к последнему ящеру. Однако желания продолжать неравный бой у монстра не осталось. Последовав примеру младших сородичей, тот резко врылся в землю и стремительно направился прочь, спасаясь бегством.

Машины не стали преследовать тварь. Напротив, быстрее прежнего они развернулись и вскоре оказались у корабля. Прямо на ходу боковые стенки кузова откинулись кверху, демонстрируя солдат, готовящихся спешиться. Как только багги остановились, из них повыскакивали вооружённые люди. Они были одеты в плотные комбинезоны, поверх которых находились обычные бронежилеты и местами – элементы дополнительной бронезащиты в виде накладок для рук и ног. Голову каждого, вместе с лицом, скрывал военный тактический шлем. Поверх шеи у многих висело намотанное тряпьё, свисающее широким шарфом по спине до лопаток.

На самом деле одежда, обмундирование и техника производили впечатление собранного на коленке из различных запчастей. Всё было не просто поношено, можно сказать – измучено в ходе нещадной эксплуатации. Единственное, что выбивалось из общего вида, – новенькие и технологичные винтовки. Всего, вместе с водителями, отряд неизвестных насчитывал восемь человек. Вся их группа двигалась хаотично, не опуская оружия, даже если на линии огня маячил товарищ.

– Это точно не спасатели, – сказал Неделин, укладывая свою винтовку на пол.

– И не солдаты, – поддержала Лин, повторяя за майором.

Остальные последовали их примеру, лишь Маньяк что-то кричал неразборчиво, продолжая держать автомат наготове. Без работающего коммуникатора никто не мог разобрать и слова. Всё, что ему осталось, – с досадой бросить винтовку на землю.

– Сколько вас? – спросил один из неизвестных, что подошёл ближе прочих.

Удивительным фактом оказалось то, что его голос звучал по внутренней связи, на которую извне настроиться проблематично. Тем не менее эти люди смогли с этим справиться за считаные секунды.

– Больше никого. Вышла из строя аппаратура на корабле, и мы рухнули на землю. Нам нужна помощь, – ответил Миха, показывая на судно.

– Кто вы? – спросила Лин.

– На колени, живо! – скомандовал человек после небольшой паузы.

Из всех незнакомцев говорил только он и, вероятно, являлся их главарём.

Переглянувшись с остальными, Неделин выполнил, что велено. Ему казалось, что таинственные неизвестные не меньше их самих удивлены неожиданной встрече. Вступать в конфронтацию те не стремились. Да и организованности у них никакой. Это явно не солдаты: вооружены хорошо, но из оружия лишь станковые гранатомёты и винтовки. Неизвестные помогли защититься от монстров, скорее всего, своими намерениями, угрозы они не представляют. Начало положено – осталось лишь продолжить на хорошей ноте и постараться заручиться их поддержкой.

– Если бы нас хотели убить, зачем спасать от этих существ? – высказал майор свои мысли, уже стоя на коленях.

Маньяку не нравилось решение командира. Сейчас он предпочёл бы отработать всех и забрать их транспорт. Но майор был непреклонен, а играть с ним в гляделки, да ещё и с поломанным коммуникатором, крайне неудобно. Поэтому ничего не оставалось, кроме как подчиниться, вслед за остальными.

Словно не ожидая подобного повиновения, вооружённые люди замешкались и принялись что-то бурно обсуждать. Водители спешно вернулись к машинам.

– Кто вы такие? – вновь поинтересовалась Лин.

– Прикуси язык! – резко ответил один из бойцов, что молчал до этого момента.

По голосу стало понятно, что за шлемом скрывается ещё совсем молодой парень. Его голос дрожал, выдавая неуверенность и страх. Главарю не понравилось подобное вмешательство, и он наградил своего подчинённого отдельным вниманием, жестом отправив к багги.

– Поднимайтесь, – обратился он к стоящим на коленях. – Все в машину.

Внутри оказалось просторно и с лёгкостью удалось разместиться на металлических лавочках вдоль обоих бортов багги. Как только все оказались на местах, боковые стенки кузова закрылись. Рядом с водителем сидел человек, не спускавший ни глаз, ни винтовки с пленников.

Первый багги сорвался с места. Второй внедорожник направился следом, не отставая. Мощная подвеска со значительным запасом хода позволяла проглатывать не только значительные неровности пустыни, но даже камни и валуны. Колёса резво отстреливали и амортизировали, компенсируя сложность рельефа. Резина с глубоким протектором на колёсах взрывала клубы песчаной пыли в воздух, окутывая ею багги.

Несмотря на полное отсутствие дорог, а также малую обзорность смотровых отверстий в лобовой защитной конструкции, скорость набиралась быстро. Спидометр отсутствовал, но и без него можно смело сказать, что машины двигались быстрее ста километров в час. И это по пересечённой местности. Удивительным образом водители маневрировали на полном ходу, и как им это удавалось – загадка.

Незнакомцы не торопились общаться и идти на контакт. Всё, что оставалось, – ждать.

V

***

– Ты веришь в историю с перемещением во времени, которую нам с энтузиазмом скармливает Морозов? – поинтересовался Бур. – Может, у него просто крыша поехала? – закончил он риторически.

Кирилл наблюдал за грузовым кораблём, что с такого расстояния на фоне Земли представлял из себя небольшую тёмную точку. Не понимая, иронизирует Бур или действительно интересуется, он не нашёлся, что ему ответить.

– Странно, пропала связь, – удивился Ваня, изучая происходящее на экране перед собой. – Только что был чёткий сигнал, а теперь тишина.

– Может, из-за облаков? Корабль как раз только что в них скрылся, – предположил Кирилл. – Док, скоро там?

– Тороплюсь как могу, быстрее не получается. Я здесь занимаюсь крайне щепетильным делом и, – прервался он.

– Что «И», Док? – после небольшой паузы спросил Кирилл, параллельно пытаясь восстановить связь с грузовым судном.

– Моё предположение оказалось верным! – радостно воскликнул Морозов, глядя на научное оборудование. – Добро пожаловать в будущее, господа! – не скрывал он радости.

– Отлично! – саркастически отметил Бур. – И в насколько далёкое будущее мы вляпались? – скептически поинтересовался он.

– Здесь вам не в новостных сводках дату подглядеть… Это не точная наука, но, насколько я могу судить, не меньше пары-тройки сотен лет, – совершенно не обращая внимания на скепсис лейтенанта, ответил доктор.

– Получается, мне сейчас сколько? Около двухсот пятидесяти лет?

– Минимум, – улыбнулся Кирилл. – За такой возраст многие отдают целое состояние, а мы раз – и здесь! – поддержал он Ванино настроение.

Ему больше Бура не нравилась сложившаяся ситуация. Он понимал, что, если Док окажется прав, придётся сделать всё возможное, чтобы вернуться домой.

Тем временем связь не восстанавливалась, и это настораживало. Прошло уже несколько минут, как корабль пропал. Морозов воодушевлённо занимался делом, а Бур по-своему относился к ситуации. Кирилл не понимал, с кем поделиться переживаниями, и тревожность нарастала.

– Док, нам нужно убираться отсюда! Сколько времени вам ещё потребуется? – стараясь скрыть раздражение, спросил он.

– Ну, в целом мы здесь закончили.

– Можем выдвигаться обратно? – перебил Бур.

– Да, можем догонять остальных, – ответил доктор, не отрывая глаз от монитора оборудования.

Всё это время Кирилл поддерживал космопогрузчик в пределах нужных Морозову координат. Он заблаговременно развернул судно по направлению к Земле и, как только доктор дал добро, сразу направился вслед за основным кораблём. Бур только и делал, что пытался выйти на связь с майором и остальными.

Док по-прежнему не отлипал от своих приборов, что-то вычитывая, сравнивая и выбивая команды на клавишах планшета. Все трое молча занимались своими делами, окутанные мыслями, главная из которых – как дела у остальных и почему они не выходят на связь.

Стандартная траектория для захода на посадку грузовому кораблю не подходила, ведь двигатели в лучшем случае выдавали половину необходимой мощности. В сложившейся ситуации требовалось значительно большее расстояние для торможения. Кирилл это понимал и направлялся не напрямую к космопорту, а в точку последней видимой позиции транспортника. Если повторить его маршрут, вероятность найти остальных близилась к максимальной.

Приборы показывали высоту под семьдесят тысяч метров, масса облаков становилась ближе.

– Примерно здесь у них начались проблемы со связью, – сказал Бур, периодически отрываясь от показаний приборов и осматриваясь по сторонам. – У нас же пока всё нормально.

– Тогда следим за состоянием систем, и с богом! – сказал Кирилл, направив погрузчик прямиком в сизую пелену.

Понятно, что нужно лететь в сторону космопорта, повторяя траекторию транспортника. Но что скрывает туман и почему пропала связь с грузовым кораблём – открытый вопрос. Воображение с большой охотой подсовывало разные ответы на него, однако ни один из них не успокаивал, лишь сильнее разжигая тревогу и опасения.

Спустя несколько секунд, проведённых в серой пучине облаков, бортовые приборы начали сбоить. Дальше становилось только хуже. Мониторы мерцали, в радиоэфире шумели помехи, двигатели теряли мощность, по всему корпусу пошла ощутимая дрожь.

– Теперь понятно, что случилось с транспортником! – воскликнул обеспокоенно Бур. – Наша птичка выдержит такое? – с нескрываемой заинтересованностью спросил он.

– Не знаю… Если так продолжится, системы корабля могут отключиться, – возмутился происходящему Кирилл. – Двигатель перегружен, нужной мощности не выдаёт. Чертовщина какая-то!

– Вокруг формируется мощный электромагнитный фон. Мы буквально окутаны неким энергетическим полем – оно и влияет на системы корабля! – вмешался Морозов.

– Что мы можем с этим сделать? – растерянно спросил Кирилл.

– Не знаю, но его мощность растёт! Причём быстро. Везёт, что мы не такие габаритные, иначе впитали бы заряд как губка, выжигая электронику перегрузкой, – ответил Док, впопыхах выключая своё оборудование.

Кирилл посмотрел на альтиметр. Датчик показывал высоту около шестидесяти тысяч метров до поверхности планеты. Скорость снижения увеличилась, но двигатели пока ещё справлялись с заложенной траекторией.

– Есть идея! – воскликнул Кирилл, стараясь замаскировать неуверенность максимально твёрдым тоном. – Будем переходить к управляемому падению.

– Что? На этом? – удивился Бур, не скрывая скепсиса.

– Управляемое падение? – возмутился доктор. – Разве так можно?

– Всё верно, – начал программировать команды на панели управления Кирилл. – Если у нас будет работать только двигатель, то мы продолжим держать траекторию, а системы не сгорят.

– Ты уверен, что это сработает? Мы не ускорим свою смерть? – Бур по-прежнему не доверял затее.

– Мы выиграем время, а когда окажемся ближе к поверхности планеты, у нас будет шанс оттормозиться перед посадкой. А если всё отключится сейчас, нас уже ничто не спасёт! Понимаю, план ещё тот… Но другой толковой идеи у меня нет – может, у кого-то из вас? – спешно выпалил Кирилл, не желая тратить ни одной лишней секунды на обсуждение.

Бур покачал головой, обернувшись на Морозова с вопросительным выражением лица. Но Док и сам не понимал, что происходит.

– Тогда пробуем, – сказал Кирилл, нажав клавишу запуска введённых команд.

Он ещё раз взглянул на мерцающий экран, демонстрирующий высоту в сорок пять тысяч метров, после чего все приборы выключились. Док закончил с отключением своего оборудования.

– Кажется, получилось, – прислушиваясь к происходящему за бортом, отметил Кирилл, убирая руки со штурвала.

– Это ты зря! – поспешил высказать недовольство Бур. – Угробить нас решил?

– Всё равно нет управления, ведь оно завязано на бортовом компьютере. Система руления зафиксирована в нужном нам положении. Двигатели работают. Без функционирующего перераспределительного контроллера мощность будет нарастать. Это должно помочь сохранить текущую траекторию. И это хорошая новость.

– Есть ещё и нехорошая? – саркастически отреагировал лейтенант.

– Ну… Мы летим как бы вслепую, – совершенно спокойно ответил Кирилл, словно ничего плохого не происходило. – Если что-то попадётся на пути, – сделал он небольшую паузу, подбирая слова, – на такой скорости, в принципе, мы даже ничего не почувствуем. Так что можно не переживать, – уже менее уверенно ответил он.

Самым неожиданным образом облака закончились резкой границей, и погрузчик на огромной скорости вылетел в относительно чистое воздушное пространство. Это случилось так внезапно, на фоне сказанного Кириллом, что на секунду показалось, будто судно действительно во что-то врезалось на полном ходу.

– Док, скорее, что там с вашим полем? – поинтересовался Кирилл.

– Это не моё поле, – ответил возмущённо Морозов.

– Я не хотел вас обидеть, – постарался он спокойнее реагировать в ответ, – Но эта информация сейчас крайне необходима!

Бур внимательно смотрел то на Кирилла, то на копошащегося в своих приборах доктора, в попытке понять, что же происходит.

– Чисто! – воскликнул наконец Док. – Никакого внешнего энергополя или иного воздействия я не фиксирую! – через пару секунд после включения аппаратуры ответил он.

– Значит, можно, – воскликнул Кирилл, инициируя зажигание.

Лампочки загорелись, веером световых точек покрывая приборную панель. Мониторы вновь замерцали, и через мгновение всё наконец заработало. Двигатели по-прежнему функционировали и, кажется, были в порядке. Системы погрузчика подключились достаточно оперативно – буквально в считаные секунды.

– Получилось! – воскликнул Кирилл.

Все начали ликовать, и даже доктор заулыбался. Альтиметр показывал высоту чуть меньше пятнадцати тысяч метров. Навигация демонстрировала незначительное отклонение от заданного маршрута. Это оказалось не критично, и Кирилл подкорректировал его на ходу.

Но радости на смену достаточно быстро пришло удивление. Оно плавно перерастало во всецело охватывающий и парализующий шок. Особо не размышляя прежде над тем, что их ждёт на поверхности планеты, парни точно не предполагали увидеть картину, представшую их глазам. Коричневая пустыня, раскидывающая волнообразные дюны на всё обозримое пространство. В песке, как в болоте, тонули разрушенные здания и остатки городской инфраструктуры, местами окружённой природными скалистыми образованиями.

– Что же здесь произошло? – удивился Док.

Повсеместно попадались множественные кратеры, многие из которых частично занесло песком, погоняемым ветром. Другие были настолько глубоки, что с большого расстояния не удавалось разглядеть их дна.

– Судя по всему, здесь разворачивались боевые действия. Использовали тяжёлую артиллерию, – высказал предположение Бур, указывая на кратеры.

– Не вижу птиц, – сказал Кирилл, оглядываясь по сторонам. – Да и в принципе, каких бы то ни было животных.

– Я вообще ничего не вижу! – воскликнул доктор. – Здесь повсюду руины, останки цивилизации. Но нет ни транспорта, ни техники, ни флоры, ни фауны – ничего. Как такое может быть? – удивился он.

– А что удивляться? – поинтересовался Кирилл. – Всё занесено песком. Здесь, похоже, очень давно ни к чему не прикасалась рука человека. К тому же приборы говорят, что в атмосфере куча всяких примесей, углекислого газа и пониженное содержание кислорода. Дышать без противогазов долго не выйдет.

– Что за башня вон там? – удивился Бур, указывая на крупное строение вдалеке. – Это космопорт?

– Вот это махина! Не знаю, что это, – ответил Кирилл, вглядываясь сквозь лёгкий туман. – Нам ещё лететь и лететь до космопорта, это явно что-то другое.

– Мне кажется, такого я ещё не видел…

Строение находилось практически по пути и с каждой секундой становилось всё ближе. С такого большого расстояния, даже с учётом тумана, можно было разглядеть его масштабы. В высоту оно вытягивалось от земли и до небес, сформированных плотным туманом. А это порядка пятнадцати километров. Сложно было определить истинные размеры башни, оставалось лишь радоваться, что не врезались в неё прежде, пока летели в облаках.

– Погоди, – не спускал Бур глаз с башни. – Она же нам почти по пути! Может, подлетим поближе, осмотримся?

– Не уверен, что у нас есть на это время… Нужно найти остальных.

– С того момента, как мы попали в атмосферу, вокруг лишь пустыня, скалы и руины – ничего полезного. А теперь посмотри туда, – показал Бур на башню. – Тебе не кажется, что эта штука может дать нам какие-нибудь ответы, может, там есть что-то полезное для нас? Да чёрт возьми, может, там есть кто-то, кто сможет нам помочь!

– А это интересная мысль, лейтенант! – поддержал его Док. – Если там действительно есть кто-то или что-то – помощь нам будет не лишней.

Кириллу хотелось скорее добраться до космопорта и увидеть друзей. Его тревожило нахождение непонятно где и когда, в компании незнакомых ему людей. А самое главное – не работает связь и непонятно, добрались парни до пункта назначения или нет.

Мысли, словно иголки, проникали мурашками под кожу. Ощущение беспомощности нарастало. Кирилл боялся потерять самообладание и имеющийся контроль над ситуацией. Хотя контроль был иллюзорным, ровно таким, как у глубоководного водолаза во время шторма в пучине океана. Стихия – внешняя среда, и она диктует условия, управляя ситуацией. Человеку остаётся лишь подстраиваться.

Кирилл решил не противиться и не упрямиться, идя на поводу у страха. Быстро взяв себя в руки, он направил погрузчик в сторону башни. Не зная, верное решение принимает или нет, понимал он лишь одно: башня действительно выбивается из общей картины. Возможно, в ней ещё сохранилось хоть что-то полезное. Да и вообще, сложно не заметить эту махину на пути к космопорту – возможно, Сергей с Михой и остальными тоже не пролетели мимо.

– Не пойму: этот туман испускает башня? – прильнув ближе к окну, удивился Бур.

Вопросом Ваня перебил мысли Кирилла. Всматриваясь в приближающийся небоскрёб, несложно оказалось разглядеть, что на земле он занимал минимум пару километров поверхности всего по одной из своих сторон. Под самым сводом плотных облаков, во многих тысячах метров над землёй, в строении виднелись крупные отверстия, из которых неспешно выходили клубы серого тумана.

Скорость и направление его движения вторили основной массе тумана в воздухе. Из-за этого было неясно, испускает башня туман или просто пропускает его через себя. Отверстия всего-навсего могли быть частью вентиляционной очистки воздуха.

– Больше похоже на фильтрующую систему. Возможно, здесь плотность тумана меньше из-за этого строения, оно фильтрует и разжижает его, – предположил Кирилл.

– Звучит логично… Это же хороший знак, как я полагаю? – практически утверждающе спросил Бур.

– А что это там? – перебил Док.

Он указал на верхнюю часть башни, в которой образовалось отверстие, испускающее слабый свет. Через несколько мгновений из него показался небольшой летательный аппарат, по форме напоминающий военный шаттл. Скорректировав курс, воздушное судно направилось на сближение.

– Кажется, нас заметили, – констатировал Кирилл. – Бур, можешь попробовать поймать их частоту и выйти на связь?

– Разворачивайся и уводи нас отсюда, быстро! – скомандовал Ваня, перебирая кнопки на панели приборов.

Кирилл очень удивился ловкости лейтенанта. Оказалось, что Бур достаточно хорошо разбирался в аппаратуре и быстро отключил систему связи, перенаправив часть питания на двигатели погрузчика. Это позволило частично увеличить мощность, что дало ощутимый прирост скорости.

– Что происходит? – поинтересовался доктор. – Разве не на это мы надеялись – что встретим кого-то?

Его крайне удивило, что Кирилл молча и без вопросов быстро повернул прочь, удаляясь от приближающегося неизвестного судна.

– Я точно не надеялся на кого-то враждебного, ведь никто не пытался выйти с нами на связь. Не думаю, что они вылетели навстречу, чтобы поговорить, – серьёзным тоном ответил Бур.

Шаттл оказался быстрым и манёвренным, ощутимо сокращая дистанцию. Погрузчик не был предназначен для гонок, и Кирилл искал глазами, где можно укрыться.

– Не сбавляй скорость! Попробую выиграть нам время, – сказал Бур и направился в грузовой отсек.

– Выиграть время? как? – удивился Морозов.

Ответа не последовало. В грузовом отсеке лейтенант взял крепёжный трос, которым обычно фиксируют мелкогабаритный груз при транспортировке. Им он пристегнулся к карабину на полу, а подбежав к задней погрузочной двери, нажал на кнопку её открытия.

Краем глаза Кирилл заметил неподалёку расширяющийся разлом в земле, формирующий каньон, и направил погрузчик к нему. Меж скалистых стен нависали гигантские мосты из породы. Как канаты, стягивающие стены, они будто не давали им разойтись. В каньоне преимущество преследователей в скорости и маневренности станет не столь определяющим.

Кирилл решил всё же проверить частоты связи в надежде разрешить недопонимание в сложившейся ситуации. Но ни одна активная частота бортовым коммуникатором не фиксировалась. Никто на шаттле не пытался выйти на связь.

Послышался звук пневматического компрессора. Зашумел механизм открытия двери, которая достаточно быстро, разделившись посередине на две равные части, уползла в разные стороны.

Преследующее судно быстро отреагировало и сместилось в сторону на несколько десятков метров, после чего взмыло вверх. При этом оно совершенно не сбавляло скорости. Бур, наблюдая за шаттлом, понял, что пилот специально держится поодаль.

– Стараются держаться на безопасном расстоянии, – передал Бур по внутреннему каналу. – На связь не выходят?

– Нет. Пытаюсь поймать их частоту, но в ответ тишина, – ответил Кирилл.

– Чего они ждут? – поинтересовался лейтенант.

– Изучают нас, – предположил доктор. – Мы не знаем, какого уровня технологии в их времени. Наш транспорт, вероятно, выглядит для них странно, даже чужеродно. Думаю, они к нам присматриваются.

Космопогрузчик совершенно не располагал вооружением и не мог тягаться с преследователями в скорости. Бур это понимал и решил попытать счастья с разрывными патронами в своей винтовке – открыть огонь по враждебному шаттлу. Если удастся попасть в технический отсек, то можно с лёгкостью вывести неизвестный борт из строя. Ваня решил не открывать огонь первым, чтобы не выложить единственные карты, что у него имелись на руках. Занять выжидающую позицию – не самый плохой вариант. Если целью преследователей был бы перехват или уничтожение, то импровизированные догонялки уже закончились к настоящему моменту.

Автоматическая винтовка Бура была оборудована цифровым прицелом, с небольшим множителем приближения. Решив им воспользоваться, он быстро достал оружие из-за спины, но не успел осуществить задуманное. Бортовые орудия шаттла отреагировали мгновенно, сработав на опережение и открыв огонь: два ракетных снаряда прямой наводкой стремительно сокращали дистанцию. Ваня отреагировал. Вскинув винтовку для прицельной стрельбы, он короткой очередью подрезал один из них. Раздался оглушительный хлопок, и яркая вспышка взрыва бросилась в глаза. Ракета превратилась в дымное облако, оставшееся позади. Переведя внимание на оставшийся снаряд, Бур готовился разделаться и с ним. Однако погрузчик неожиданно сменил траекторию движения, и ракета пролетела мимо, взорвавшись от удара о землю и подняв огромный купол пыли в воздух.

– Что это было? – спросил Кирилл.

– Сезон охоты, – крикнул Бур в ответ, выцеливая шаттл винтовкой, – на нас!

Попав в каньон, пришлось сбить скорость, поскольку маневрировать там оказалось тяжело. Кроме того, видимость ухудшалась. Шаттл не стремился оказаться среди нависающих скалистых мостов и оставался на прежней высоте, систематически стреляя ракетами по движущейся цели. Безрезультатно – все снаряды догоняли либо скалы, либо каменистые мостики между ними. Последнее оказалось самым неприятным для Кирилла, поскольку взрывы обрушивали сотни тонн породы, замедляя движение и усложняя рулёжку из-за массивного града валунов.

Пилот шаттла заметил это. Опередив преследуемый погрузчик, он открыл массированный огонь по всем скалистым образованиям в нескольких сотнях метров перед основной целью. Десятки взрывов обрушили рельеф, заваливая каньон и поднимая плотную пылевую завесу в воздух. Это сработало. Кириллу ничего не оставалось, и, набирая скорость и высоту, он вылетел из каньона. Преследователи того и добивались. Не дожидаясь дальнейшего развития событий, четыре ракеты оказались пущены вдогонку погрузчику.

На этот раз снаряды подлетали с фланга, и Бур не мог встретить их автоматной очередью. Всего одна из ракет достигла своей цели, угодив прямо в сопло двигателя, но этого оказалось достаточно. От взрыва заднюю часть погрузчика подбросило вверх. Крепкий корпус выдержал удар, не нарушив целостности. Сперва Бура вдавило в пол, после – резко откинуло к потолку. Однако Ваня быстро сориентировался в происходящем, и ему удалось удержаться за свою импровизированную страховку – трос, закреплённый на полу.

– Теряем высоту! – крикнул Кирилл. – Держитесь!

Голова кружилась – вероятно, из-за удара о потолок. Да ещё и погрузчик неистово пикировал, добавляя Буру тошнотворных ощущений. В одно мгновение подбитое судно скрылось в каньоне, в другое – почувствовался удар. В глазах резко потемнело, и Ваня потерял сознание.

– Вставай, лейтенант, – старался привести его в чувство Док.

Бур ощутил у себя на лице противогаз, точно такой уже был на остальных. Кирилл кричал что-то неразборчивое по рации, вероятно, стараясь связаться с Серёгой и Неделиным. Ударом Ваню оглушило, и он плохо слышал происходящее вокруг, в глазах всё плыло. Док кричал на лейтенанта, однако тот не мог ничего разобрать. Повернувшись к открытым дверям грузового отсека, через которые лениво пробивался солнечный свет, Бур увидел заходящий на посадку шаттл.

Боевое судно зависло на высоте трёх метров, поднимая в воздух песчаную мглу. Из него выпрыгнули четверо бойцов в тактических костюмах, с боевыми шлемами на голове, полностью закрывающими лицо. Трое оказались вооружены массивными штурмовыми винтовками, четвёртый – одним лишь пистолетом, да и тот находился в магнитном крепеже на правом бедре.

Словно не замечая высоты и тяжёлого обмундирования, солдаты с лёгкостью приземлились, подняв в воздух достаточно пыли. Вероятно, их костюмы обеспечивали поддержку, выступая аналогом экзоскелета. В считаные секунды бойцы преодолели десяток метров и оказались на борту погрузчика. Двое неизвестных, первыми вошедших в грузовой отсек, сходу подлетели к Морозову и Буру, лежавшему на полу.

– Не стреляйте, не стреляйте! У нас тут раненый! – вскинув руки вверх, истерически закричал Док.

Солдат с лёгкостью, одной рукой, оторвал страховочный трос, что крепил Бура к полу погрузчика. После, откинув в сторону винтовку, схватил его за шкирку и выволок наружу. Ваня чувствовал, словно его голова вот-вот расколется от боли. Окружающие звуки по-прежнему воспринимались приглушённо, а зрение возвращалось слишком медленно. Бур хотел начать сопротивляться, но тело не слушалось. Он пытался говорить, но только и смог, что выдавить из себя пару мямлящих, глухих слогов. На этом тело сдалось, и лейтенант потерял сознание.

– Куда вы его тащите? Подождите, ему нужна помощь! – продолжал Док в истерической манере обращаться к захватчикам.

Второй солдат подошёл к Морозову и быстрым ударом в челюсть вырубил его. Тело Дока обмякло, но не успело упасть. Боец лёгким движением подхватил его и, закинув через плечо, направился на выход.

Солдаты орудовали молча. Мотивы их действий остались неочевидными, а цели – непонятными. Возможно, изначально задача заключалась в уничтожении, однако всё переиграли на ходу, когда осуществить желаемого не удалось. Появились выжившие, и их пришлось пленить.

Кирилл осознал, что ничего не может противопоставить этим людям, и решил не сопротивляться. Чтобы не выдать наличие другой части своей группы, он бросил попытки выйти на связь с транспортником и поднял руки вверх, направившись навстречу оставшимся солдатам. Удивительно, но они не проявляли агрессии. Тот, что был с пистолетом, отошёл от прохода, указывая рукой на улицу, словно учтиво приглашая Кирилла проследовать к выходу.

Последним из погрузчика выбежал четвёртый боец, который немного задержался внутри. Все погрузились в ожидающий неподалёку шаттл. Пленников сходу бросили на пол, и судно стремительно взмыло вверх. Сами солдаты расположились на небольших скамеечках вдоль стен.

Из-за набора высоты тело тяжелело и сильнее вжималось в пол, дышать становилось сложнее. Сердце гоняло кровь по венам с бешеной скоростью. Чувствовалось влияние переизбытка адреналина в трясущихся конечностях и сводимых судорогами мышцах по всему телу. Нарастали страх и ощущение безысходности. Мысли путались, сливаясь к одной-единственной: «Во что же, чёрт возьми, мы вляпались?»

VI

***

– Мы уже возвращались с маршрута, когда летающая махина промчалась прямо над нашими головами и рухнула на землю. И она, говорю вам, была просто огромна… А самое удивительное – за ними никто не прилетел. То есть совершенно! Ни рейдеры, ни сёрчеры – никого! Словно они появились из ниоткуда и никому не было до них дела. Мы продолжали наблюдать – мало ли что. А потом заметили стаю нэсков, но те люди даже ничего не подозревали. Что ещё было делать? Решили помочь… Когда подъехали ближе, ящеры практически уже устроили себе пир, – воодушевлённо рассказывал человек в комбинезоне с бронежилетом. – Если б только мы не вмешались, их всех уже разорвали бы на куски.

Он поставил свой тактический шлем на стол и повернулся к одному из присутствующих:

– Виктор Михайлович, послушайте, мы не знаем, кто эти люди и что у них за корабль. Я такой вообще никогда не видел. Разве вам не интересно, кто они? Откуда? Что могут рассказать? Возможно, они не одни и есть другие, о которых мы не знаем! К тому же их техническое обеспечение явно лучше нашего, а самое главное – они не проявили к нам враждебности! Поэтому мы и решили привезти их.

В небольшой комнате, похожей на кабинет, присутствовали четверо. Все внимательно слушали, но не скрывали скепсиса и недоверия к услышанному. Лишь Виктор Михайлович, самый старший из них, слушал с пониманием и интересом.

– Андрей, – обратился пожилой мужчина к бойцу в бронежилете. – Не думал ли ты, что их могли подослать, дабы внедриться в наши ряды? А выразительная доброжелательность – не что иное, как попытка втереться в доверие?

– Нужно было убить всех сразу, на месте! Зачем тащить сюда? – перебил, не сдержав раздражения и злости, один из присутствующих. – Это слишком большой риск для нас! Не стоило вмешиваться, надо было оставить их на растерзание нэскам.

– Возможно, вы правы, оба. И я не исключаю любой вероятности. Но они не могли защититься от нэсков и понятия не имели, что мы поблизости. Как можно бросить людей в такой беде? – возмутился Андрей. – Да и потом, когда у них была возможность открыть по нам огонь, они этого не сделали и по первой же команде сложили оружие.

– Андрей, ты только подумай на минуточку! А что, если Михалыч прав и у них всё заранее спланировано? Если всё произошедшее – лишь инсценировка, для того чтобы выйти на нас? Что если их цель – выведать расположение других групп кочевников? Церемониться они не будут и разбираться, кто вооружён, а кто нет, как это делаешь ты, – не станут. Всех расстреляют! Или что того хуже, – оборвал свою речь человек, сдерживая гнев, стараясь не сорваться.

Обстановка накалялась; толстячок средних лет, с засаленными волосами и в не самой опрятной одежде, не унимался. Виктор Михайлович смотрел то на Андрея, то на пухлого товарища.

– Семён Григорьевич, успокойся, пожалуйста. Ты же понимаешь, что нам нужно рассмотреть все варианты. Для этого мы здесь и собрались, – сказал пожилой мужчина. – А ты что молчишь, Станислав? Неужто добавить нечего?

– Если Андрей прав и их летающая машина действительно нам не знакома, то, возможно, мы сможем почерпнуть что-то полезное из общения с этими людьми, – высказал мнение Станислав.

– Солдаты на таком не летают, это что-то другое. При них было оружие, но очень странного образца, явно не из актуального вооружения гитроидов! – поддержал Андрей.

– Вы с ними уже разговаривали?

– Нет, мы их изолировали на нижних уровнях руин, на подступах к основной пещере. Кроме моей группы, их пока больше никто не видел.

– Тогда чего же мы ждём? Семён Григорьевич, выделите нам комнату для допроса, чтобы никто ничего не увидел и не заподозрил. Мы пообщаемся с этими людьми, но всё нужно держать в тайне – паника нам сейчас ни к чему.

– Михалыч, может, всё-таки… – попытался было противиться толстячок.

Однако Виктор Михайлович совершенно уже не обращал на него внимания, направляясь к выходу.

– Ты правильно поступил, Андрей, на твоём месте я сделал бы то же самое, – подбодрил он бойца в бронежилете и вышел из комнаты.

– Я надеюсь, мы об этом не пожалеем, – с презрением обратился Семён Григорьевич к Андрею, проходя мимо него на выход.

– Андрей, не хочу ждать, пока Григорич всё организует. Мне кажется, он сейчас специально будет время тянуть, – сказал Станислав почти шёпотом, даже несмотря на то, что с Андреем они остались одни в комнате. – Где вы держите пленников? Не скажу, что не доверяю подходу Семёна к работе, но я бы хотел поговорить с ними как можно быстрее.

– Хорошо, пойдём со мной, я как раз направляюсь к своей группе, заодно и тебя провожу.

***

– Пёс бы тебя подрал, Тон, какого чёрта мы здесь делаем? – бесновался Маньяк. – Зачем было сдаваться? – не утихало его возмущение, пока он метался меж стен комнаты, в которой их заперли. – Помяни моё слово: нам это ещё отрыгнётся…

В помещении висела парочка настенных ламп, и их мощности не хватало для достаточного освещения комнаты. Приходилось сидеть в полумраке.

Определить актуальное местоположение – та ещё задачка. Водитель часто менял направление движения и в целом активно работал рулём. А плохая видимость из задней части кузова крайне мешала сориентироваться. Ехали долго. Затем стало резко темно – парней привезли в некое заброшенное строение. Это стало понятно по полуразрушенным коридорам, по которым их водили какое-то время, прежде чем запереть в комнате.

По внутреннему интерьеру комплекс напоминал полуразобранное здание технического назначения: много металлических колонн, балконов и парапетов. Стены повсеместно покрывали провода. Во многих проёмах отсутствовали двери. Вся территория выглядела крайне запущенной. Аппаратура, мелькающая то тут, то там, оказалась не подключена к сети питания и не демонстрировала признаков функционирования.

– Успокойся, Саня, – хладнокровно ответил Неделин. – Мы сейчас на незнакомой территории, а эти бойцы, по сути, спасли нас. Очевидно, что за пропущенное нами время многое изменилось и нужно заручиться поддержкой, если мы хотим повысить свои шансы. Повоевать мы всегда успеем. Сейчас необходимо действовать дипломатичнее – это в наших же интересах.

– Меня одну смутили эти гигантские ящерицы? – удивилась Лин. – Что это вообще за существа?

– Вот у наших новых друзей обо всём и спросим, – подметил майор.

– А что вы здесь делаете? – послышался детский голос.

Он прозвучал так внезапно и совершенно неожиданно, что поверг в небольшой шок практически всех.

– Зачем вас здесь заперли? – вновь раздался детский голос, уже громче прежнего.

– Кто ты? – спросил Сергей, осматриваясь по сторонам в поисках ребёнка.

– Я здесь, за стеной, – сказал мальчуган.

Донёсся металлический стук. Им нежданный гость сигнализировал о своём расположении. Все подошли ближе к стене, из-за которой вещал паренёк.

– Как тебя зовут? – спросил Неделин.

– Евгений. Но все зовут меня Жека. А тебя как?

– Антон, но все зовут меня Тон, – ответил Неделин.

– Жека, это Саня! Очень приятно! Вот и познакомились. Теперь будь другом, скажи, пожалуйста, кому-нибудь, чтобы нас поскорее отсюда выпустили! – вмешался Маньяк.

– Нет, не могу. Мне нельзя тут быть. Если отец узнает, он меня вновь накажет и не будет выпускать из дома, – с досадой ответил Евгений. – А почему вас тут заперли?

– Если честно, то мы и сами не знаем, – ответил майор. – В пустыне мы столкнулись с гигантскими ящерицами, и, если бы не ваши люди, нас бы уже, скорее всего, не было.

– Ого, вам сильно повезло не попасть в лапы к нэскам! Хорошо, что дядя Андрей успел вовремя!

– Спасибо! Теперь мы знаем, как называть этих существ. А сколько тебе лет? – поинтересовался Неделин.

– Одиннадцать! – гордо ответил мальчуган. – Мне пора, приятно было познакомиться! – закончил он намного тише прежнего, после чего послышались быстро удаляющиеся шаги.

– Что здесь, чёрт подери, происходит? – возмутился Маньяк. – Откуда тут дети?

– Нэскам? – удивилась Лин. – Мальчишка так спокойно это сказал, словно речь идёт про декоративных домашних кроликов.

– Так каков наш план действий? – переключился Маньяк на майора.

– Пока ждём. С нами рано или поздно захотят поговорить. Уверен, они в таком же замешательстве, что и мы. А может, даже и больше. У них будут вопросы, и у нас тоже они есть. Так или иначе, уверен: диалог состоится. Потом уже будем отталкиваться от сложившейся ситуации.

– И что… Мы вот так вот, – перебил Саня Неделина, но не успел договорить.

– Однако, – не дал ему завершить майор, бросив тяжёлый взгляд. – Однозначно сказать об успехе нашего дипломатического мероприятия наперёд нельзя, поэтому запасным планом будут захват, получение разведданных и возврат к кораблю. Теоретически я запомнил, как нам добраться обратно.

– Вот это я понимаю! – воскликнул Маньяк. – С этого и нужно было начинать! Я уж подумал, у тебя крыша поехала со своей дипломатией.

– Думаю, это реально. Пока нас везли, я прикидывал скорость, направление и простраивал в голове маршрут. Уверен, у нас получится вернуться к кораблю в случае необходимости. Нужно только раздобыть транспорт, – согласился Сергей.

– Отлично! – ободрился Неделин. – Все на одной волне – это радует.

Из-за стены доносились приближающиеся шаги. На этот раз их было несколько, и они становились всё громче. По ритмичности и звонкости можно смело утверждать: шаги не детские.

– Кажется, начинается, – сказал Михаил.

***

Все повернулись в сторону двери, ожидая её открытия. Раздался металлический скрежет блокирующего засова, после чего она со скрипом ушла в сторону.

В проходе стояло несколько человек в уже знакомых комбинезонах и бронежилетах, только на этот раз без тактических шлемов на голове. Все выглядели молодо, лет на тридцать, и были аккуратно стрижены. Они расступились, и среди них показался мужчина, что казался незначительно старше. Его одежда была перепачкана и множество раз застирана. Выглядел он неопрятно, со слегка запущенной щетиной. Но ничего неприличного – впечатления неряхи он не производил.

– Стас, только давай недолго! – попросил Андрей, заходя вместе с товарищем в комнату к пленникам.

– Эм… день добрый! – сказал неизвестный, стараясь проявить вежливость.

Он присел на небольшой пустой ящик, множество которых в комнате играли роль мебели.

– Я бы хотел немного разузнать о вас и о том, что с вами произошло в Пустоши. Почему ваша летающая машина упала с неба?

– Летающая машина? – с нескрываемым удивлением переспросил Миха негромко, словно не ожидая ответа на свой вопрос.

Переглянувшись с Сергеем, он вновь переключил внимание на незнакомого человека.

– Что вы сказали, простите? – переспросил Станислав, не расслышав вопроса Михаила.

– Кто вы такие и где мы находимся? – спросил Неделин.

– Вот так сразу, переходим к делу? – улыбнулся Стас. – Может быть, начнём с самого элементарного? Мы с вами не знакомы. Я не знаю вас, вы не знаете меня. Давайте это исправим? Меня зовут Стас.

– Неделин, Антон, – ответил майор.

– Очень приятно, а остальные?

– Это Александр, – показал Тон на Маньяка. – Лина, Сергей и Михаил, – представил он остальных товарищей.

– Вот и познакомились, замечательно!

– Долго вы нас тут планируете удерживать? – спросил Маньяк нетерпеливо, сделав резкий шаг навстречу Стасу.

– Это не нам решать, – вмешался Андрей, подняв пистолет на уровень его лица.

Несмотря на твёрдость руки, уверенно держащей пистолет, намерения Андрея остались туманными. Видно, что стрелять он не желал, но и терпеть необоснованную агрессию не станет. Пыл Маньяка поутих. Пришлось нехотя отступить назад, не сводя взгляда с пистолета. Он уже несколько раз проиграл у себя в голове варианты завладеть этим оружием. В комнату вошли двое, и лишь один из них вооружён. Остальные ожидают снаружи, и, прежде чем они сообразят, что к чему, и попадут внутрь, здесь бы уже всё закончилось. Имея на руках хотя бы пистолет, с кучкой этих оборванцев можно будет справиться и с закрытыми глазами.

Любой из вариантов казался беспроигрышным, особенно учитывая то, что Маньяк подметил прежде, ещё в Пустоши: эти люди не солдаты и не бойцы, по их тактике и повадкам можно смело сказать о полном отсутствии спецподготовки. Но, как говорится, за слово выкуп не получишь. Раз с майором уже договорились решить всё дипломатически – значит, пусть будет дипломатически.

– Андрей, давай попробуем без этого, – поспешил успокоить товарища Стас.

– Послушайте, это вполне резонный вопрос. Мы не проявляли агрессии, более того, мы вам крайне благодарны за помощь в ситуации с этими гигантскими ящерицами. По сути, вы спасли нам жизни. Мы не представляем для вас никакой опасности и не желаем конфликтовать. Мы просто хотим понять, что с нами произошло и как нам вернуться туда, откуда мы прилетели. После мы вернёмся к своему кораблю, и вы нас больше не увидите.

– Вот это очень интересный момент – про то, откуда вы прилетели. Не могли бы вы поподробнее рассказать, откуда вы? Возможно, это многое даст понять, в том числе и то, как мы можем вам помочь.

– Да ни черта они не могут нам помочь! Кудрявый сказал же, что они ничего не решают, – возмутился Маньяк, указывая на Андрея и его недлинные кудрявые волосы каштанового цвета.

– Я начинаю сомневаться в своём решении сохранить вам жизни и привезти сюда, – недовольно подметил Андрей.

– Не знаю, как принято у вас, а у нас всё решается на общем голосовании. Каждый может высказаться, свободно выразив свои мысли. В любом случае, так или иначе, наше мнение будет учтено. Многие относятся к вам предвзято и уже всё для себя решили. Однако вас никто не спрашивал, никто не дал вам слово, и никто не слышал того, что вы могли бы рассказать. Мне кажется это неправильным, и поэтому я пришёл сюда. Не стану скрывать корыстные мотивы моего присутствия. Я с удовольствием узнал бы как можно больше про ваши технологии и летающий корабль.

– Андрей! – подозвал кудрявого один из бойцов, вошедших в помещение.

– Что такое? – удивился Станислав.

– Не знаю, – ответил кудрявый, подходя к товарищу.

Выслушав то, что ему хотели донести, Андрей молниеносно переменился в лице.

– Нам пора уходить, – подхватив под руку Стаса, потянул он его к выходу.

– Погоди, что происходит?

– С дальних рубежей донесли: гитроиды обнаружили наше местоположение и направляются сюда, – со злостью ответил Андрей, выводя Станислава из комнаты. – Ты и сам понимаешь, чтó это для нас значит.

– Тон, что делаем? – спросил напряжённо Маньяк.

– Пока не знаю, – ответил майор, осторожно следуя за нехотя выходящим из комнаты Стасом.

– Убить всех! – скомандовал Андрей, кивнув в сторону пленников сразу, как только ему удалось вытащить Станислава из комнаты.

Майор услышал это и, поскольку находился уже очень близко ко входу, резким движением сместился в сторону и прильнул к ближайшей стене. Повезло: люди Андрея его не заметили, когда входили в комнату. Приглушённый свет сыграл на руку. Не дав им возможности приготовиться к стрельбе, Неделин крепкой хваткой схватил ближайшего к себе бойца за шею, заведя свою левую руку ему под подбородок. Ударив ногой тому под колено, одновременно, резким движением левой руки одёрнул голову своей жертвы по дуге вверх. Контролируя его правую руку, Неделину не составило никакого труда завладеть автоматом поверженного бойца. Спустя несколько мгновений тело охранника обмякло и рухнуло на пол. Тот потерял сознание.

Как только Неделин напал на первого бойца, Маньяк неожиданным для всех рывком кинулся на второго вошедшего. Левой рукой он схватил автомат, не позволив своему противнику его поднять для стрельбы. Правой рукой, одним резким, невероятно сильным ударом, чётко поставленным в ухо, удалось отправить нерасторопного охранника в глубокий нокаут.

Вероятно, охрана не ожидала никакого сопротивления, и в комнату зашло всего два бойца. Однако на шум потасовки в дверях появились ещё трое. От увиденного они замешкались и потянулись за оружием, но не успели сделать ровным счётом ничего.

Неделин был ближе всех к троице. Несильным ударом ноги в область живота ему удалось оттолкнуть ближайшего к себе человека. Падая назад, тот навалился на товарищей, затруднив их и без того безрезультативные потуги воспользоваться автоматами для стрельбы. Спустя мгновение, не удержав равновесие, все трое оказались на полу. Недолго думая, майор вскинул трофейную винтовку в их направлении, выйдя из комнаты в коридор.

– Лежать и не двигаться! – скомандовал он, глядя на поваленных на пол, испуганных людей.

Следом выбежал Маньяк. Он сразу направил автомат на удаляющихся Андрея и Станислава.

– Стоять на месте! – скомандовал он.

Стас остановился в десяти метрах от происходящего, рефлекторно подбросив руки вверх. Андрей, выпустив из рук товарища, резко развернулся и вскинул пистолет в сторону вооружённых пленников.

– Бросайте оружие, вам не выбраться отсюда живыми!

– Я не хочу с вами драться, но вы не оставляете другого выбора! – крикнул Неделин. – Всё, что нам нужно, – вернуться к себе на корабль. Отпустите нас, и никто не пострадает!

– Тон, что делаем? – спросил Маньяк, отбирая оружие у охраны на полу и передавая его Лин.

Спустя несколько секунд уже все пленники оказались вооружены. Выйдя в коридор, Лина осмотрелась по сторонам и прицелилась в Андрея. Сергей с Михой встали позади всех, прикрывая тыл.

– Я защищал вас! Говорил всем, что вы не с ними! – кричал Андрей. – Как же я ошибался… Привёз вас сюда, чёрт подери! А вы привели их за собой, и скоро всё будет кончено!

– О чём ты говоришь? – удивлённо спросил Неделин. – Я не знаю, про кого ты, но уверяю: мы никого с собой не приводили! Я даже не знаю, где мы! – стремился он успокоить Андрея. – Послушай, мы не желаем вам зла! – выставил он автомат прочь от себя, показывая нежелание конфликтовать. – Мы просто защищаемся. Это вы напали на нас, захватили в плен и привезли в эту клетку. Мы даже не знали, что кроме нас в той пустыне кто-то есть!

– Что за бред вы несёте? – истерически усмехнулся Андрей. – Вы не знали, что там кто-то есть?

– Что ты здесь делаешь? – удивился Сергей.

В нескольких метрах от себя он увидел небольшой проход в стене, похожий на старую вентиляционную шахту. Она явно была в нерабочем состоянии. Из неё выглядывал мальчуган. Судя по всему, это был Евгений.

– Я услышал, как Стас сказал дяде Андрею, что у вас есть летающая машина, и мне стало интересно!

– Майор, тут парнишка! – крикнул Сергей Неделину. – Здесь опасно, уходи отсюда! – закончил он, обращаясь уже к Жеке.

– Что за мальчишка? Женька, это ты? – удивился и тут же разозлился Стас. – Там Женька, погоди, не стреляй! – обратился он к товарищу, сделав шаг вперёд и встав перед ним.

– Что? – удивился Андрей. – Какого чёрта он тут делает?

Мальчуган, как ни в чём не бывало, вышел из укрытия и подошёл к Сергею.

– Я вам верю! – сказал Жека, доброжелательно улыбаясь.

Сергей опешил от такой решительности и безрассудства юнца.

– Дядя Андрей, не убивайте этих людей! Я подслушал их разговор, и они действительно не хотят никому зла!

– Твою мать! – негромко выругался Андрей. – У меня нет на это времени.

Было видно, что он нервничает и явно куда-то торопится.

– Отпустите людей, – предложил Станислав. – Я останусь с вами и помогу вам!

– Что? Ты сошёл с ума? – недоумевающе вскликнул Андрей.

– Всё в порядке. Возьми Женьку, своих и уходите отсюда. Помогите с эвакуацией! – ответил Стас. – Я думаю, им всё же можно доверять.

– Я останусь с тобой! – возразил мальчуган, продемонстрировав самое серьёзное выражение лица, какое только смог.

– Ты сумасшедший! – воскликнул Андрей.

– Забирай своих людей и уходите, – ответил майор, опустив оружие.

– Тон, ты уверен? – поинтересовался Маньяк.

– Нам нужно доверять друг другу, иначе всё станет только хуже. Опустите оружие, пускай уходят.

– Вставайте, – сказала Лин, глядя на парней, которые осторожно поднимались с пола.

– И тех двоих не забудьте, – рекомендовал Маньяк, указывая на охранников, лежавших без сознания в комнате.

– Жека, ты тоже! Дуй сюда! – скомандовал Стас.

– Нет, сказал же: я останусь с тобой!

– Хоть раз можешь не упрямиться и послушать, что я говорю? Твой отец себе места не найдёт, если ты не поедешь с ним!

– Да он и не заметит, что меня нет, пока будет эвакуировать свою лабораторию!

– Дуйте в штаб, быстро! – скомандовал Андрей своим людям, проходящим мимо него. – Стас, нужно уходить! Эвакуация началась, скоро они будут здесь.

– Чёрт возьми! – разозлился Стас на мальчишку. – Ну и упрямый же ты!

– У меня нет времени на ваш детский сад… Присмотри за юнцом! – хлопнул товарища по плечу Андрей. – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь…

Он опустил пистолет и, развернувшись, бегом направился вслед за остальными, быстро скрывшись за поворотом.

– Что только что произошло? – в недоумении прервал воцарившуюся тишину Михаил, удивлённо глядя на присутствующих.

VII

***

Кирилл старался осмотреться по сторонам, но не мог даже поднять головы. Один из бойцов навалился на него всем весом, придавив коленом сверху. Стало трудно дышать. Руки, сцепленные магнитными наручниками и заведённые за спину, наливались кровью и затекали. Становилось холодно, а тело совершенно перестало слушаться.

Противогаз сорвали с лица, и в нос ударил резкий запах пота, сдобренный металлическим привкусом. В горле запершило. Не сказать, чтобы Кирилл относил себя к ряду трусов, однако происходящее его пугало. Лейтенант без сознания, Док в отключке, и неизвестно, что их теперь ожидает. Радовало одно: если бы хотели убить, не церемонились и давно уже сбили погрузчик ракетным залпом, уничтожив всех на борту. Солдаты однозначно хотели именно пленить, но для чего – непонятно. Пока непонятно.

Звук работающего двигателя полностью заполнял помещение. Но Кириллу, как опытному пилоту, и этого было достаточно, чтобы по тону его работы и крену корпуса при манёврах определить, что везли их в сторону башни. Скорость начала снижаться, и вскоре шаттл полностью остановился.

Пленников вывели наружу, в огромный ангар. Они оказались в самом его центре, на небольшой посадочной площадке. Освещение тускло пробивалось сквозь темноту, и оказалось сложно что-либо разглядеть, за исключением длинного помоста, что уводил в сторону массивных ворот, подсвечиваясь на всём своём протяжении.

Рядом ожидала группа из пяти человек, в более лёгком обмундировании и вооружённых автоматическими винтовками, более напоминающими пистолеты-пулемёты, оборудованные прикладом. Вероятно, охрана внутреннего периметра. Около них стоял компактный транспортировочный кар, на котором осуществляли внутреннее перемещение по комплексу и перевоз различного груза. Кирилл сразу обратил на это внимание – размер комплекса изнутри на деле превышал впечатление, создаваемое его наружным видом.

Охранники сделали Доку и Буру по уколу инъектора, введя объёмную дозу какого-то препарата. После чего погрузили их в кар. Кирилл не стал исключением и тоже получил укол. Тело наливалось теплом, что разносилось по кровеносной системе и в считаные секунды попало в сердце. Стоя на ногах, он уже приготовился к потере сознания. Но никаких неприятных ощущений не последовало, разум не помутился. Его подтолкнули вслед за охранниками, взбирающимися на грузовую платформу кара. Крыша на нём отсутствовала, а сидячих мест оказалось всего несколько, и располагались они в передней части машины. Позади импровизированной кабины находилась большая, обнесённая невысоким бортом просторная площадка для размещения груза.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.