Татьяна Ведьминская
Личная сказка

И были две державы великие, и стояли они бок о бок друг с другом.

И нередко мечи с врагом общим скрещивали,

но и меж собой не раз бранилися.

Сказания о Восточном крае

Пролог

Название вспомнилось не сразу. Горы Ночи – так, кажется, говорили. Если верить сказаниям, здесь обитал трёхглавый ящер, оберегающий несметные богатства. Так это или нет, всё равно. Нужно было просто миновать эти места.

Вдруг запахло палёным. Брошенный взгляд вниз заметил клубы дыма и сгустки огня. Неужели ящер пробудился?

Сколько ни старайся, миновать ущелье получится не так скоро, как хотелось бы. Надо отдохнуть. Внизу простирается лес. Ни конца ему нет, ни края. Кроны деревьев лениво колышутся под натиском ветра. Здесь можно перевести дух.

Сильный всплеск силы. Под одно из деревьев падает девушка без сознания.

Наследники

Не знаю, как все остальные царские отпрыски,

а Дмитрий был упрям и шибко своеволен.

Как в голову себе что втемяшит,

так не выбить никакими заверениями.

Руслан Ларский. О бедном целителе замолвите слово

Прославилась царевна сея своими чарованиями и тягой к приключениям да походам дальним. Как не держи волчицу в тепле да уюте, она всё на кроны лесные смотрит.

Сказания о Восточном крае. О царской династии Сарривии

I

Анна

В тот день в начале травня на улице ярко светило солнце, так и зовя понежиться в его лучах и подышать свежим воздухом за пределами четырёх стен. Птицы за окном пели до неприличия радостно, вызывая у меня приступы зависти и тоски.

Я готовилась к выпускным испытаниям в Школе международных отношений. Ну, как готовилась? Пыталась что-то выучить, постоянно отвлекаясь на разработку небывалого заклинания языков. После окончания учёбы в Школе чародейства и ведьмовства мне казалось, что ничего более сложного и изматывающего в моей жизни не будет. Как же я ошибалась.

Чародейка, которой подвластен даже огонь, я думала, что уж с внешним и внутренним управлением как-нибудь разберусь. Я должна была овладеть чародейством и знаниями управления государством, чтобы разбираться в делах царства и быть опорой деду.

Когда я соединяла два знака для заклинания языкознания, хотя должна была повторять законы престолонаследия, в мою дверь постучали.

– Даже позаниматься спокойно не дадут, – буркнула я и щёлкнула пальцами, снимая заклинание замка́ с двери.

– Госпожа, – в комнату просунулась голова нашего начальника стражи Ярополка.

– О! – появилась отличная возможность проверить заклинание. – Ты как раз вовремя, – радостно воскликнула я, подбегая к ничего не понимающему Ярополку и затаскивая его в комнату.

– Там… – начал было он, но в любом случае это могло подождать.

– Да-да, конечно!.. – я усадила его на стул и вгляделась. – Я помню, ты говорил, что ездил с дедой куда-то на запад, так?

– Ну-у-у… – протянул Ярополк, поглядывая на меня с опаской. – Было дело.

– Когда попрошу, ты должен сказать что-нибудь на другом языке, – сообщила ему я, хватая свои записи со стола и становясь напротив.

– Но я…

– Это не просьба. Всего несколько слов. Мне правда очень надо, – я похлопала ресницами, и Ярополку пришлось подчиниться.

Но что-то в моём заклинании было явно не так, потому что сказанные Ярополком слова как были непонятными, так ими и остались. Они прозвучали как набор каких-то звуков, к тому же мало похожих на человеческие. Видимо, перестаралась со знаком заимствования.

– Когда же получится?! – в сердцах воскликнула я, падая в кресло за столом и вычёркивая несколько знаков из заклинания.

– Анна, – осторожно сказал Ярополк. – К нам проникли два странных человека. Они требуют Ратислава…

– Что? – встрепенулась я. – К нам проникли двое неизвестных, и ты только сейчас мне об этом говоришь?

– Я тебе всё это время пытался об этом как раз сказать, – спокойно сказал начальник стражи, вставая и возвышаясь надо мной как скала над мелким кустиком.

– А, поняла, – робко улыбнулась я, складывая все пергамены в стопку. – Уже спускаюсь.

***

В зале для переговоров было полно стражников, и справедливая мысль «А кто же остался у ворот?» посетила мою голову. Решив, что с этим вопросом разберусь потом, я перевела взгляд на двух молодых людей, которых, собственно, и охраняли. Один из них рассматривал узоры на стенах между окнами, а второй что-то чистил, сидя на скамье. Как только меня заметили, вся сторожевая мощь встала по стойке смирно. Я кивнула, и начальник стражи отдал приказ «вольно».

– Госпожа, эти молодые люди требуют… – начал было Ярополк, но закончить ему не дали.

– Мы требуем, чтобы Кощей Бессмертный явился и ответил за свои поступки, – заявил второй парнишка, вскочив со скамьи и подпрыгнув ко мне.

Я поморщила носик. Опять этот «Кощей Бессмертный»! Другого, конечно, ничего придумать нельзя было. Я скрестила руки на груди и уставилась на парня своим самым испепеляющим взглядом. Любопытно, как будут называть меня?

– Молодой человек, – обратилась я к нему. – Кто это «мы» и с какой это стати вы требуете личного присутствия царя Ратислава?

Правда, царь Ратислав, по совместительству мой дедушка, отбыл в Ростонд несколько дней назад по весьма неотложному делу, в которое меня посвящать отказался. Градимир, первый советник по иностранным делам, умеющий найти выход и вход в любое дело, отправился вместе с ним, так что сейчас Сарривия осталась в моих руках (ну, не совсем моих, был ещё советник Белозар, но он сегодня отлучился по хозяйственным делам). И вот являются двое неизвестных, которые не только умудрились непонятно как проникнуть в самый охраняемый дворец страны, но и с неописуемой наглостью требовать личной встречи с правителем.

– Царя Ратислава? – юноша хлопнул длинными ресницами. – Э-э-э…

Тэк-с… Он, кажется, не совсем понимает, о ком я. Кого мне вообще подсунули?

Мальчишка был нескладный, лет на пять младше меня и худой, как щепка. Напоминал медвежонка, только что выползшего из берлоги: лохматые соломенные волосы торчали во все стороны, золотистые ресницы густо обрамляли большие зелёные глаза, курносый нос покрыт веснушками. Одет он был в простую белую рубаху и серые льняные порты, на ногах – кожаные поршни поверх лёгких онучей.

От моего пристального взгляда паренёк засмущался, покраснел и бросил взгляд на своего спутника в поисках поддержки. Тот лишь хмуро кивнул.

– Так я могу узнать, кто вы такие? – полюбопытствовала, поворачиваясь ко второму гостю.

Узнать его не составило труда. Это был… царевич Дмитрий. Из Ростонда. Я видела его на картине с изображением его отца, царя Светогора. Все царевичи всегда мне казались одинаковыми: холеными, высокомерными индюками. Дмитрий не был исключением, хоть и мог считаться красивым: высокий, широкоплечий. Даже в своей потрепанной одежде (рубаха непонятно какого цвета, порты и тёмно-синие сапоги со шнуровкой были в таком виде, что оставалось только гадать, в каких канавах и оврагах они побывали) он выглядел статно. Но взгляд его синих глаз из-под строгих бровей и вытянутые в тонкую светлую линию губы, особенно выделявшиеся на загорелом лице, подчеркивали его надменность, что сразу захотелось поскорее отвернуться и не иметь с ним никаких дел.

Сам царевич тоже был явно не в восторге от увиденного: ещё раз осмотрел меня, мотнул тоже излишне пышной каштановой гривой и с раздражением уткнулся взглядом в своего спутника.

Я же подумала о том, что царевич не должен просто так заявляться во дворец к другому правителю, а хотя бы для приличия уведомить о своём намерении заранее, хотя бы за четверть часа, что ли. Ну вот, подготовка к испытаниям приносит свои плоды.

– Я Руслан, – представился светловолосый парнишка. – А это царевич Дмитрий.

– И чем я могу быть вам полезна? – спросила я, нарочно не обращая внимания на царское положение одного из моих гостей. Сама-то тоже не лыком шита.

– Нам бы хотелось увидеть царя Ратислава, – промямлил Руслан.

– Его нет, он в отъезде. Так что все решения принимаю я.

– А кто вы такая? – грубо спросил Дмитрий. Голос его был приятный, но тон уж больно надменный.

– Царевна Анна, наследница престола Сарривии, – гордо ответила я. – Так что все ваши требования могу выслушать и по возможности их удовлетворить.

Я плюхнулась в дедово кресло, за что заслужила укоризненный взгляд Ярополка.

– Так что вам нужно от царя Ратислава? – включился в разговор и он.

– Дмитрий лучше объяснит, – сказал Руслан и выжидающе посмотрел на царевича.

– Я пришёл за своей невестой, – отчеканил тот.

И тишина.

Я только и смогла, что открыть рот от изумления. За какой ещё невестой? Я замуж не собираюсь… Пока…

– Моя невеста Василиса пропала, и нам известно, что её нужно искать в царстве Кощея Бессмертного, – решил всё-таки пояснить Дмитрий.

Я вспыхнула. Даже не знаю, что разозлило меня больше: опять это прозвище «Кощей Бессмертный», беспочвенное обвинение в похищении какой-то Василисы или то, что у Дмитрия была невеста.

– Какая ещё Василиса? – наконец смогла выпалить я. – Первый раз слышу!

Так вот по какому делу деда отправился в Ростонд? Его обвинили в похищении невесты царевича. М-да… Погодите-ка! Но что тогда тут делает сам царевич?

– Кажется, разговор предстоит долгий, – вздохнул Ярополк, отправляя одним движением руки большую часть стражи обратно на свои места и отдавая приказ принести немного снеди.

Вместе с мальчиками с кухни, несшими несколько подносов, к нам протиснулся огромный чёрный пёс. Его вид был самодовольный и торжествующий. Блестящие чёрные глаза смотрели с любопытством. Он потрусил ко мне.

– А что у нас тут происходит? – полюбопытствовал он.

Руслан и Дмитрий застыли в изумлении, глядя на животное. Тишка, не удостоив их и взглядом, уселся рядом со мной, почесал правой ногой за ухом и оскалился. В его понимании это была самая обворожительная улыбка, но иначе улыбаться он, увы, не умел.

– А-а-ань, и кто это такие? – его вопрос.

– Гости, – мой ответ.

При виде овощного кушанья в подливе у меня в буквальном смысле слова потекли слюнки, поэтому я не сразу заметила, что гости оказались не готовы к явлению разговаривающей собаки.

– Это Тиша, – пояснила я. – Да, он разговаривает. Но, думаю, у вас не так много времени, чтобы заглядываться на разговаривающего пса. Так что, может быть, расскажете, что произошло?

– Но как такое возможно? – прошептал Руслан, не отрывая взгляда от собаки.

– Как-нибудь при случае расскажу, – пообещала я, не думая, что такой случай выпадет.

– Так что там насчёт сбежавшей невесты? – строго вернул разговор в нужное русло Ярополк.

II

А рассказ был любопытный. Отец Дмитрия привёз сыну невесту с Востока. Судя по приданому, родители царевны явно желали как можно быстрее сбыть засидевшуюся в девицах дочурку, поэтому посулили ну уж очень выгодные договоры, да ещё и казну неплохо пополнили.

По дороге ей предоставили лучшие летописи о Ростонде и ближайших соседях. Несправедливая обязанность всех невест сильных мира сего, ибо жених с летописями о родине невесты не знакомился.

В честь помолвки был устроен бал, хотя Дмитрий невесту даже не видел. Царевич попросил хотя бы посмотреть на будущую жену. И посмотрел.

А будущая жена оказалась… лягушкой.

– Что? – я аж поперхнулась. – Кем? – решила уточнить. На слух я не жаловалась, но тут в мою голову пробрались подозрения вперемешку со страшными догадками и желанием срочно провериться у лекаря.

– Вы не ослышались, – кивнул Дмитрий. – Василиса – царевна-лягушка. Это у них по материнскому роду передавалось. И должно было прекратиться после первой брачной ночи. Отец об этом знал, но условия женитьбы были уж больно выгодными.

А когда наступила ночь, лягушка превратилась в девушку. По словам Дмитрия, она сбросила лягушачью шкурку. Но, как любой мужчина, вдаваться в подробности он не стал, поэтому мне пришлось довольствоваться своим воображением и его «и правда оказалась красивой». Гости на помолвке были ослеплены.

До свадьбы оставалось всего ничего. Василиса превращалась в девицу только с заходом солнца, поэтому пришлось изменить распорядок дня, чтобы подстроиться под её превращения.

В один из вечеров, незадолго до свадьбы, Дмитрий и Василиса прогуливались вдоль пруда, когда неожиданно царевне стало плохо. Царевич успел её подхватить, а она кричала и извивалась.

– Поначалу я ничего не мог понять, но когда разобрал слова, запутался окончательно.

Василиса промолвила: «Нельзя было этого делать. Моя лягушачья шкурка должна была сохраниться до свадьбы. А теперь ищи меня… ищи у… Кощея Бессмертного».

– Она превратилась в птицу и улетела, – Дмитрий рассказывал это всё с таким видом, будто отвечал заученный урок. – Оказалось, что шкурку сожгла служанка Василисы по приказу моего отца. А когда всё раскрылось, то в Сарривию был послан гонец. Ведь именно за здешним царём закрепилось прозвище «Кощей Бессмертный».

Дмитрий замолчал.

Я внимательно следила за его лицом, но он даже бровью не повёл, поведав столь странный сказ. И всё же я ему верила. Чувствовать ложь полезно для правителя, а я иногда отличалась этой особенностью.

– Понятно, – наконец отозвалась я.

– Только не совсем понятно, – хмуро отозвался Ярополк, – что ваше высочество делает тут, когда Кощей Бессмертный сейчас наверняка во дворце в Ростонде?

– Я решил сам найти Василису.

И сказано это было так легко и без запинки, что я поверила: да, он хочет найти Василису. И придушить. Сомневаюсь, правда, что главной движущей силой для такого решения послужило светлое чувство, но кто я такая, чтобы судить?

А вот Руслан в рассказе Дмитрия не присутствовал, но всё же он тут, сидит за столом и уплетает еду с поразительной скоростью.

– А ты кто такой? – обратилась я к нему.

– Я? – он уставился на меня удивлёнными глазами, хлопая светлыми ресницами.

– Кто я такая, я знаю. Как ты тут оказался?

– Так он со своими благими намерениями к нашей избушке притопал, – проговорил Руслан с набитым ртом. – Вот бабушка и отправила меня с ним.

– Избушка? Бабушка? – удивился Ярополк, подозрительно приподнимая правую бровь.

Что-то эти слова мне напоминали.

– Ну да, – улыбнулся Руслан, явно не собираясь что-либо прояснять.

– Его бабка – Баба-Яга, – вставил Дмитрий, наливая себе в кубок квасу. – И избушка у них на курьих ножках.

Руслан поморщился, а я чуть не вывалилась из кресла.

– Кто-кто? – решила всё же уточнить. Сегодня мой слух подвергается испытаниям гораздо больше, чем за всю жизнь.

– Ну да, – Руслан попытался быстро проглотить то, что успел запихнуть в рот, но лишь закашлялся. – А что такого? И вообще! Вашего же дедушку называют Кощеем Бессмертным! Вот и мою бабусю называют Ягой, – начал торопливо объяснять он. – Кстати, у людей очень богатое воображение. Вообще-то раньше избушка на курьих ножках существовала только в сказках. А я вот подумал и предложил бабушке приколдовать нашей избушке ножки, и здорово получилось – и народным сказкам соответствуем, и весной дом не затапливает, – его лицо осветила довольная улыбка.

– Кхм, – лишь издал начальник стражи, одарив меня многозначительным взглядом.

– Так, ладно, – остановила я Руслана. – Про свою семью и избушку расскажешь как-нибудь на досуге. Лучше поведай, как ты вступил в ряды благородных спасителей Василисы.

– Ну, – махнул рукой Руслан. – Всё просто. Этот, – он указал на Дмитрия, – отправился спасать свою невесту. Направление он, конечно, знал, как-никак царский сын и Школу окончил, но вот иногда блуждать любит. В общем, заблудился он в лесу и набрёл на нашу избушку. Мы его накормили, напоили, спать уложили. Утро ж вечера мудреней, – усмехнулся он. – А на утро Дмитрий нам опять завёл ту же песню. Мы-то его пытались отговорить от этого похода, а он упрямый как баран. «Пойду, – говорит, – и всё!». Бабушка и решила меня отправить. Вроде как: одна голова хорошо, а две – лучше. Тем более что вторая явно умнее будет.

Так шли мы, шли. Ночевали под деревьями, у костра, на голой земле. Питались, что удастся поймать или из рогатки подстрелить. Дмитрий был уверен, что найдёт Василису здесь. Моя бабушка, правда, убеждала, что Кощей уже не тот и ему эта Василиса не нужна. Но никакие доводы не помогали, – Руслан вздохнул так, что мне захотелось его пожалеть.

– А как вы проникли во дворец? – спросил Ярополк.

А и правда: мне казалось, защита у дворцовых стен сильная, а ров и цепь озёр с одним перекидным мостом защищает от незваных гостей, но, как оказалось, защищает, да не от всех.

– Это наше дело, – резко ответил Дмитрий.

– Больно вы расхрабрились, ваше высочество – снова приподнял правую бровь Ярополк. – Я ещё могу успеть отдать приказ о вашем заточении и передаче вас обратно в Ростонд под военным конвоем. Так что не советую скрывать сведения.

– Вот, – Руслан достал что-то из кармана.

Маленький клубок серых шерстяных ниток, едва попав в мои руки, сразу начал подрагивать. Я почувствовала путеводные чары. У меня с ней отношения были натянутые, но худо-бедно я этот предмет сдала.

– Твоя бабушка была у нас во дворце? Наколдовать путеводитель можно только в том случае, если знаешь точно, в какое место он должен привести, – Ярополк строго посмотрел на Руслана, а я подивилась его познаниям в ворожбе. Хотя, столько лет на службе самого Кощея Бессмертного…

– Наверное, – пожал плечами паренёк. – Бабушка много где была и много чего знает. Она ведунья.

– Твоя бабушка очень сильная ведунья, – сказала я, выпрямив ладонь, на которой лежал клубок.

Ни Руслан, ни Дмитрий не поняли, что я имела в виду. И только Тишка, успевший задремать во время разговора, лишь приподнял морду, почувствовав небольшой всплеск силы. После случившегося с ним чары он чувствовал хорошо.

Клубок завис в нескольких вершках от моей ладони, крутясь в правую сторону и светясь полупрозрачным желтоватым сиянием. Я пыталась прочитать порядок наложения чар, но они были так тщательно скрыты, что у меня ничего не вышло.

– Удивительно. И тот, кто наложил такое заклинание, сидит в лесу? Поразительно!

К действительности меня вернул Дмитрий, громко поставивший кубок на стол.

– А с чего вы взяли, что она похищена? – спросил Ярополк, предупредив его вопрос, а я зажала клубок в руке. Нужно будет потом изучить. – Почему вы так решили?

– Василиса? А куда она тогда делась? – в свою очередь осведомился Дмитрий. – Улетела, куда глаза глядят?

– Хм… – протянула я. – А что? Очень даже может быть…

Им такая догадка не понравилась.

– Посудите сами, – попыталась я воззвать к их здравому смыслу, который никак не хотел себя обнаруживать. – У нас вашей Василисы нет.

Дмитрий удостоил меня недобрым взглядом. Что? До сих пор сомневается?

– Напомните показать вам наши подвалы, – посмотрела я на него свысока, Ярополк лишь хмыкнул: естественно, никакие потайные места дворца он никому показывать не собирался.

– Зачем?

– А где нужно держать пленницу? В башнях у нас наблюдательные посты, вряд ли бы ее отправили туда. Остаются только подвалы.

Дмитрий всё равно мне не поверил, поэтому я решила прояснить всё до конца.

– Подумайте сами, господа. Зачем нам нужна Василиса? Мой дед уже давно вышел из того возраста, когда хотят жениться на молоденькой царевне, чтобы заиметь наследника. Если бы ему нужен был наследник, он бы женился лет этак пятнадцать назад. Я являюсь наследницей престола и никаких других претенденток не потерплю.

– А ещё говорят, мужчины жадные до власти, – хмыкнул Дмитрий, не отводя от меня взгляда.

– Не вижу ничего плохого в том, что хочу править своей страной, – пожала я плечами, не обращая внимания на чьё-либо неодобрение. – Да я ради своей страны даже Школу международных отношений оканчила…

Снова хмыканье от Ярополка.

– Ну ладно, – поправилась, – оканчиваю, а уж большей жертвы, кажется, быть просто не может.

Дмитрий подавил смешок. Я не обратила внимания и продолжила:

– Какая-то неизвестная царевна, будь она трижды самой прекрасной женщиной на земле, не нужна моему деду. А вот по поводу самой Василисы есть вопросы. Она уехала из дома, её выдают замуж за какого-то незнакомца, хоть и царевича. А любая девушка хочет выйти замуж по любви, даже не смотря на царственное положение, – тут я осеклась и в упор посмотрела на Дмитрия.

Думала, он начнёт заверять, что они с Василисой любят и жить друг без друга не могут, поэтому он и поехал её искать сам, ибо не мог сидеть сложа руки и ждать конца переговоров. Но я ошиблась. Никаких заверений в любви до гроба не последовало. Я лишь в очередной раз поймала хмурый недоверчивый взгляд и продолжила:

– Такого рода оборотнические особенности встречаются редко, но всё же встречаются. Это, конечно, отголосок какого-то древнего проклятья. А у каждого проклятья есть свои, так называемые, побочные действия. Василиса вряд ли знала, что, если сжечь её шкурку, она превратится в птицу. Представляю, какую свободу она почувствовала, превратившись не в жалкое земноводное, а в существо, способное улететь от всего ей ненавистного. Уж не знаю, – обратилась я к Дмитрию, – какие вас связывали отношения, но этого явно было недостаточно, чтобы побороть желание улететь.

– Но почему она просто не улетела, а сказала, что искать её надо именно у Кощея Бессмертного?

– А вы никогда не задумывались, откуда они вообще могут быть знакомы? – вопросом на вопрос ответила я.

Он захлопнул рот, не найдя слов протеста. Видимо, решил задуматься.

– Вот! – победно воскликнула я, ударив по столу кулаком. – Вы даже не разобрались, в чём, собственно, дело, а сразу начали строить нелепые доводы.

Дмитрий хотел было что-то возразить, но не успел.

– Сами же и сказали, что ей дали все лучшие летописи о вашей стране, – напомнила я. – Спорим, что там довольно красочно расписывали ваши войны, ваших соседей и врагов. И я почти уверена, моих предков не обошли стороной, представив не в самом благородном свете. Начитавшись этого всего, – я откинулась на спинку кресла, – она, естественно, приняла царство Кощея Бессмертного за вражеское Ростонду государство. А тут её шкурку сожгли.

– Но всё же почему она сбежала? – недоумевал Дмитрий.

Я задумалась.

Такое бывало: оборотень менял вторую ипостась. Проклятия – они такие, непонятные и неизученные. Всю жизнь она сидела взаперти, а тут вдруг из лягушки в птицу! Да как же тут не улететь!

– Отлично, – процедил сквозь зубы Дмитрий. – И где искать эту лживую… – он запнулся, со злостью посмотрев на меня.

– Нельзя во всём обвинять бедную девушку, – укоризненно сказала я. – Попробуй поставить себя на её место.

– С чего это? – у царевича даже глаза потемнели. – Мне и со своего места видно, что всё это – сплошной обман.

Он резко встал и быстро вышел из зала.

– Что это с ним? – опешила я, глядя ему вслед.

– Слишком много всего свалилось, – вздохнул Руслан. – Разрешите переночевать здесь, а завтра мы перестанем вам надоедать.

– Конечно, – спохватилась я. – Вам покажут ваши покои.

– И ещё, – робко произнёс мальчишка. – Мы своих коней оставили за дворцовыми стенами. Вы не могли бы…

– Я распоряжусь, – кивнула, желая как можно скорей от него отделаться.

Руслан встал, виновато поклонился и ушел. Мы остались с Ярополком одни. Рядом посапывал Тишка, лишь слегка приподнявший голову, когда Дмитрий громко топал к выходу. Почесав пса за ухом, я спросила вслух:

– Мне следует найти этого незадачливого царевича?

– Если он выпускать пар ушёл в рощу, то, наверное, следует, – ответил начальник стражи. – А то заблудится, потом нас ещё обвинят не только в похищении злополучной невесты, но и в пропаже не менее злополучного жениха.

Ярополк как всегда оказался прав.

– Послать за ним?

– Нет, я сама.

***

Погружённая в свои мысли, я направилась в рощу. Уж не знаю, как далеко мог зайти Дмитрий, но до темноты его нужно было отыскать. Конечно, я могла отправить за ним кого-нибудь из стражи, но мне не хотелось, чтобы он испугался. Вряд ли, правда, такой здоровый парень испугается стражника, но лучше перебдеть.

Тишка появился словно ниоткуда. Он всегда приближался тихо, чем иногда изрядно меня злил, заставая врасплох.

– У меня из-за этих двоих совсем вылетело из головы, – пёс запыхался, что даже высунул язык. – У меня же важная весть!

Я удивлённо на него уставилась. Мне казалось, что запас важных вестей за сегодня должен был иссякнуть…

– Ходят слухи, что Змей Горыныч пробудился. У его пещеры дымно, звери боятся к ней подходить.

У Тиши везде были свои глаза и уши. В Сарривии был повышен уровень обитания нечисти, которая с животными имела лучшую связь, чем с людьми, и Тишка был полезным и иногда даже чересчур ответственно подходил к своим обязанностям. Собаки готовы выболтать своему хозяину всё, что знают, но не могут. У Тиши же такая возможность была, а знал он много.

– Как назло, всё в одно время: Василиса эта пропащая, Ратислав уехал, теперь ещё и Горыныч. Ты же знаешь, чем чревато пробуждение Змея! Ань, ты меня слушаешь?

– Да… – я застыла на месте. – То есть, нет, подожди, не слушаю.

Пса я слушала, но мысли зацепились за несколько слов: «пробуждение Змея» и «пропавшая Василиса».

III

Дмитрий

Я бродил по рощице, особо не задумываясь, куда иду, но всё же начал понимать, что заблудился. Мне хотелось проветриться и подумать в одиночестве, потому что Руслан был слишком назойлив, а Анна слишком разговорчива. И ещё этот пёс.

Всё вокруг казалось какой-то плохой сказкой. Царевна-лягушка, Баба-Яга с Кощеем Бессмертным, оборотни и разговаривающие псы.

Кто бы мог подумать, что какая-то заморская царевна может принести столько хлопот. Тогда, наслушавшись сетований отца, решение отправиться искать Василису самому казалось единственно верным. Сейчас же, оказавшись здесь и выслушав доводы Анны, я вдруг понял, насколько сглупил.

Сзади послышались шаги. Я обернулся. Ко мне шла Анна. Она странно одевалась для молодой особы, да к тому же царевны. Светло-зелёные брюки в лучах заходящего солнца отливали золотом, свободная рубаха была ей великовата, волосы растрёпаны. В летних ко́тах она легко шагала по тропинке мне навстречу. Мой отец никогда бы не разрешил сёстрам так выглядеть.

– У меня есть новость, – выпалила эта странная царевна, не успел я задать вопрос. В руках у неё был свёрнутый в трубочку свиток.

Скрестив руки на груди, я вопросительно на неё посмотрел.

– Кажется, я знаю, где искать Василису, – выпалила она.

– Что? – с некоторых пор мне казалось, что происходящее вокруг – нелепый сон. И скоро он должен был закончиться. Но сейчас лишь приобретал всё новые и новые оттенки.

– Смотри… те! – Анна расправила свиток, и я увидел карту Соединённых Царств. – Смотри сюда, сюда и сюда, – она ткнула пальцем в Ростонд, Сарривию и участок между нашими странами.

Ростонд и Сарривия занимали большую восточную часть материка. От Запада нас отделяли горы и земли кочевников, с которыми сейчас был заключён мир после долгой и кровопролитной войны. На севере, на границах Ростонда и Сарривии расположилась Варравия, с которой у нас были договорённости по поставке дерева. На юге располагалась Павлания, больше всех пострадавшая от набегов кочевников, из-за чего и началась война. Главная битва тогда произошла на Южной равнине, что позволило отрезать противника от идущей конницы и разбить их с двух флангов.

Но сейчас Анна указывала не на место боевого действия, а чуть севернее, где, насколько я помню, располагалось маленькое Литарское графство, образованное несколько лет назад.

– Литария? – удивился я, пытаясь вспомнить тамошнего правителя. – При чём тут она?

Анна закатила глаза.

– Да не Литария. Посмотри…те, что южнее.

Я присмотрелся. Точно, её палец указывал на Горы Ночи, небольшую горную цепь между Ростондом и Сарривией. Горы там были невысокие, но скалистые, что делало возможность перехода почти невозможной. Поверх обозначения гор чьей-то рукой было написано «Логово Змея Горыныча».

Кого? Змея Горыныча? Да вы издеваетесь!

– В смысле? – я не мог поверить своим глазам. – Это рукой подписано. Какой ещё Змей Горыныч?

– Ты… вы про него не слышали? – удивилась Анна.

– Слышал, конечно! – оскорбился я. – Но это же байки. Вымысел. Детские сказки. Никто не верит в существование трёхглавого ящера. Да и вообще эти ящеры вымерли много лет назад.

– Он был в спячке, – терпеливо пояснила Анна. – А сейчас проснулся. Вам не кажется это странным?

– Нет, – честно ответил я, не понимая, к чему она ведёт. – Что странного в том, что кто-то на карте написал ахинею?

– Это не ахинея! – губы Анны превратились в тонкую полоску. – Змей существует, мне о нём в детстве рассказывали. Он даже сражался против кочевников. Что вы так на меня смотрите?!

– Потому что, ваше высочество, вы говорите ерунду. Эти сказки рассказывают маленьким детям.

– Вы пришли к внучке Кощея Бессмертного с внуком Бабы-Яги в поисках царевны-лягушки. В таком случае, мы сейчас находимся в вашей личной сказке, – отчеканила Анна, ещё выше поднимая карту.

***

– И вы считаете, что Василиса могла попасть к Змею Горынычу? – недоумённо уставился на нас Руслан, когда Анна озвучила свою догадку. – Но это же…

– Если и ты заикнёшься о том, что трёхглавый ящер – это сказка, я отправлю тебя обратно к твоей сказочной избушке на курьих ножках пинком под… – царевна не договорила, но мальчишка и так всё понял и благоразумно замолчал.

Анна уверяла, что если под подозрением оказался её дед, то почему виновным не может оказаться Змей? Ведь всем известно, что ящеры любят девиц и сокровища, да к тому же те, что только после спячки.

Начальник дворцовой стражи сохранял удивительное для всего происходящего спокойствия. Хотя, возможно, он уже просто привык к безумным затеям царевны.

– И ещё они сильно возмущают силовое поле. Василиса могла попасть под волну и превратиться обратно в человека, – Анна, кажется, не могла остановиться придумывать.

Несколько часов мы провели в библиотеке, где читали былины, летописи и сказания. Мне оставалось лишь признать, что отчасти царевна была права. И хоть я не верил в существование трёхглавого ящера, но ведь в пещере мог находиться и обычный.

– Убедила? – недоумевал Руслан. – Она тебя убедила?

– Кхе-кхе, – прокашлялась Анна. – Я вообще-то тут, ничего страшного?

– Извините, ваше высочество, – ехидно ответил ей Руслан. – Но только что из-за вас главный наследник Ростонда решил отправиться в логово Змея Горыныча, а мне его сопровождать.

– Ты не обязан меня сопровождать, – успокоил его я, откладывая в сторону книгу с древними преданиями. – Я могу отправиться один.

– Ха-ха, – изобразил смех мальчишка. – И заблудишься через два дня, как это был перед нашей встречей? Клубок уже не поможет. Нет уж, меня потом совесть замучает. Но как мы вдвоём справимся со Змеем? Пусть даже у него будет всего одна голова!

– Не вдвоём, а втроём, – между делом произнесла Анна, копаясь в стопке пергаменов.

– Это как понимать? – удивились я и начальник стражи одновременно, переводя на неё взгляд.

– Я пойду с вами, – и сказано это было уверенно, без малейшего сомнения в голосе, что мне вдруг пришла в голову нелепая мысль: она сама сочинила добротный сказ про ящера, сама себе придумала приключение.

– Нет, – твёрдо сказали я и стражник, и опять одновременно.

– Что значит «нет»? – поразилась царевна. – Кто ты такой, чтобы мне указывать? – возмутилась она только моему отказу.

– Я тот, из-за чего всё это началось. И я не собираюсь нести ответственность ещё и за вас. Мне хватает Руслана. Да, и не смотри на меня так. Твоя бабка обещала наслать на меня проклятие, если я не верну тебя ей в целости и сохранности. Мне хватит одной ведуньи. Прибавлять к своим смертельным врагам ещё и Кощея Бессмертного нет никакого желания.

– Дед уехал, а когда вернётся – неизвестно, – отмахнулась Анна. – И карта есть только у меня. Дорогу туда ещё Тишка может указать. Клубочек вам заколдовывать я не собираюсь, так что вам двоим без нашей помощи туда не добраться.

Я не удостоил её ответом. Спорить с такой упрямой особой было себе дороже.

– И да, кстати, – сказала Анна, вставая и направляясь к двери, – со Змеем из всех тут присутствующих могу справиться только я.

– Это почему? – подозрительно прищурился Руслан.

– Моя стихия – огонь.

Я должна была покорить их своим могуществом, но мгновение величия испортил Ярополк:

– Царевна, нам нужно поговорить.

***

Я лежал без сна, смотря в потолок и думая над словами Анны. Вся эта затея со Змеем казалась полной бессмыслицей, но ничего лучше в голову не приходило. Вдруг по пути удастся узнать что-нибудь о Василисе.

А если всё же в её исчезновении повинен ящер, то действительно, вряд ли нам двоим получится его одолеть. Анна же была внучкой могущественного чародея, если верить слухам о Ратиславе.

Чувствуя, что всё равно не смогу уснуть, я встал и подошёл к окну. Вид открывался на широкую поляну перед дворцом, где упражнялись стражники. Здесь вообще были странные порядки. В Ростонде стража упражнялась позади нашего дворца, чтобы никто не видел. Перед главным входом у нас располагались несколько изб для слуг и храм.

Приглядевшись, я заметил, как кто-то выскользнул на улицу. В лунном свете длинные русые волосы казались серебристыми, а лицо молочно-белым. Анна пересекла поляну, села на скамью недалеко от входа в рощу и у неё в руках появился огненный шар.

Огонь всегда меня и завораживал, и пугал, но девушка, казалось, играла с ним как с котёнком. Подбрасывала, гладила. Он становился у неё то высоким конусом, то пылающим кольцом, то яркой бабочкой. А потом она просто раскрыла ладони, и её послушный питомец взлетел вверх, рассыпаясь узкими искрами.

***

– Здорово у вас получается, – заметил я, подходя ко всё ещё сидящей на скамейке Анне.

Царевна вздрогнула, и очередной огненный шарик лопнул, испустив тонкую струйку дыма.

– Вы слишком тихо подкрались, – заметила она.

– Этому учат в Школе международных отношений, – сказал я, присаживаясь рядом.

– Нас не учили, – искоса посмотрела она на меня, будто не веря, что и я мог учиться там же, где и она.

– Учат мужчин.

– А, тогда понятно. Как всегда, – фыркнула она и отвернулась.

– Вы считаете, что я поэтому не хочу брать вас с собой? – изумился я.

– А почему ж ещё?

Я задумался.

– В Ростонде никто не знает, где я, – осторожно начал объяснять. – Ушёл ночью, никому ничего не сказал, оставил лишь матери записку, чтобы не беспокоилась. Пообещал, что рано или поздно вернусь. Правда, скорее поздно, чем рано.

– Очень безответственно, – пожала плечами Анна. – Вы – наследник, что должны подумать ваши родители?

– У меня три сестры и младший брат, так что, на крайний случай, найдётся кто-нибудь на моё место. Но да, вы правы, – поскорее поправился я, увидев её строгий взгляд. – Вот поэтому я и не хочу брать вас с собой. Где это видано, чтобы двое наследных высочеств разгуливали по окраинам и пытались выследить ещё одну пропавшую царевну?

– Там же, где и один царевич при помощи паренька, который ещё даже не бреется, собирается одолеть Змея Горыныча, – усмехнулась царевна.

– И все же…

– Ярополк мне то же самое сказал.

Мы помолчали.

На синем небосводе мигали звёзды. Небо было усыпано ими как плащ волшебника. Луна, сейчас идущая на убыль, мягко освещала лужайку и сидящую рядом девушку.

– Ты и правда можешь справиться с ящером?

– Кого-то в Школе МО учат бесшумно передвигаться, а кого-то в Школе чародейства учат сражаться с ящерами и разной нежитью.

IV

Анна

– Так ты целитель? – я недоверчиво сузила глаза.

– Ну-у-у… – Руслан смутился как девица на выданье во время сватанья, погладив свою сумку, с которой не расставался. – Я только учусь. Училище для лекарей и целителей окончил, но дальше учиться не пошёл.

– Тебе лет, кстати, сколько?

– Четырнадцать.

Дмитрий, ехавший на своём жеребце чуть в стороне от нас, многозначительно кашлянул.

– Ладно, тринадцать, но скоро будет четырнадцать, – неохотно признался паренёк. – Бабушка настояла на том, чтобы я окончил училище. Она у меня здорово во всяких травках разбирается, люди её боятся, но за помощью обращаются, когда больше никто помочь не может. Так что меня она себе на смену готовит, – мальчишка гордо выпятил грудь.

Мы ехали по лесу, наслаждаясь пением птиц и лёгким дуновением ветерка, который путался в наших волосах. Его братец гулял между вершинами деревьев, качая кроны. Листва вела между собой тихую шелестящую беседу. Травень выдался тёплым и, пока не пришли весенние грозы, в этом году припозднившиеся, стоило насладиться этим теплом.

Как же я радовалась, что наконец-то вырвалась из своего заточения. Правда, пришлось потрудиться. Ярополк, на попечение которого меня оставили, хмурил брови и ничего не хотел слушать, пока я не пригрозила, что сбегу втихаря.

– Анна, ты хоть понимаешь, чего просишь?

– Прошу отпустить меня в Близгорье. На Ярмарку. Сопроводить этих чужестранцев, – складно пела я. – Разве это не мой долг перед высокородным гостем?

Высокородный гость в это время о чём-то яростно спорил с мальчишкой, поэтому не видел, что его высокородность используется в корыстных целях.

– Я не виноват, что наследникам близлежащих стран не сидится в своих дворцах, – отрезал суровый муж. – Мне велено охранять тебя, а не его.

– Мы должны помогать нашим соседям. Указ о содружестве пять, страница семь, положение девять гласит…

– Ваше высочество, – взмолился Ярополк. – Мне голову снесут за ваши выдумки!

– Ну миленький, ну пожалуйста, – продолжала ластиться я, зная, что устоять перед моей лестью он никогда не мог. – Царская тайная служба всё равно не оставит меня без присмотра. Даю слово, обернусь в две седмицы туда и обратно, деда раньше меня никак не поспеет!

– Ваше высочество…

– Ярополк, – строго молвила я. – Ты же знаешь, мне не нужно твоё разрешение. Я уже взрослая, так что от тебя лишь зависит, отправлюсь ли я в путь с твоего ведома или же без оного.

Начальник стражи лишь тяжко вздохнул, но сдался. Правда, ещё столько же времени ушло на уговоры не отправлять со мной охрану. Привлекать лишние глаза совсем не хотелось.

По лесной тропинке от нашего дворца можно было срезать большой участок дороги и выйти на большак, а потом в небольшую деревеньку, откуда к нам во дворец привозили продовольствие.

Из-за мелькающей на горизонте грозы мы старались двигаться быстрее, чтобы добраться до корчмы. Мерина Руслана нагрузили поклажей, которая должна была пригодиться нам в пути, если бы пришлось ночевать в лесу, что нам всё равно предстояло, но не скоро.

Моя Веда не любила, когда на ней было ещё что-то, помимо седла, поэтому я даже свой меч не снимала. Из особой стали с серебряной сердцевиной, меч висел у меня за спиной. Ножны для него делались на заказ – меч скользил и движение, которым я его доставала, было чётким и отработанным.

Меч Дмитрия, рукоятку которого я внимательно разглядывала, висел у него в ножнах на поясе. Он так любовно поглаживал его по рукояти, блестя на солнце своим перстнем, что к оружию можно было бы и приревновать. На луке седла в отдельном чехле у Дмитрия висел ещё и походный боевой топорик.

– В этом году бабушка грозилась отправить меня учиться в Светоград, – хмыкнул Руслан. – Я, конечно, не против, но сомневаюсь, что получится поступить.

– Да ладно, – махнула я рукой. – Если уж я в своё время поступила в МО. Меня взяли с огромным скрипом.

Дмитрий, ехавший чуть впереди, остановился и обернулся к нам. Мы поравнялись, и он спросил:

– Почему в МО со скрипом взяли? Там для каждого царского отпрыска отведено место со дня его рождения. Школа за это столько получает, что отказываться от наследника…

– Обо мне шла не очень хорошая молва после учёбы в Школе чародейства, – уклончиво ответила я, не дав ему закончить.

– Я о тебе не слышал…

– Не удивляйся, я тоже о тебе не слышала, если это тебя утешит. Ты окончил обучение до того, как я туда поступила.

– Полагаю, подготовка к испытаниям сорвалась из-за нашего появления? – поддел меня Дмитрий, понимая, почему я не хочу продолжать разговор.

Я промолчала, посчитав, что ответа от меня не требуется.

– Вы наследники, – вклинился Руслан. – Вам там место с рождения отведено. А у меня денег нет.

– В Школе чародейства и ведьмовства, как и в любом другом учебном заведении Светограда, есть бесплатные места. Вся привилегия наследника состоит в том, что он обязан отучиться в Школе МО, на этом поощрения заканчиваются.

Ни в одной школе не обращали внимания на то, к какому сословию принадлежит учащийся. Будь ты хоть царём – в Школе ты один среди многих.

Любое высшее учебное заведение, в котором училась молодёжь десяти ближайших стран, находилась в Светограде – свободных землях, где располагались многочисленные училища, школы, а также общежития для учащихся, дома преподавателей, торговые лавочки, корчмы, мастерские и многое другое.

В Светограде существовало самоуправление. Высшим органом власти являлся Вече, состоящее из глав всех высших учебных заведений. Светоград не входил в состав какой-либо страны и никому не подчинялся. Поэтому все старались поддерживать с городом-государством хорошие отношения, потому как именно Вече давало право на учёбу выходцам из соседних стран. Если вдруг начиналась распря, то Светоград оставался в стороне. Если кто-то посягал на свободу города, то таким вольнодумцам давался решительный отпор, а школы закрывали свои двери для потомков зачинщиков.

Учитывая всё это, легко догадаться, что в школах не смотрели на происхождение и родственные связи. Чаще всего преподаватели даже и не знали, что учат того или иного наследника престола.

Большинство отпрысков богатых, знатных семей и правителей учились в Светограде тайно, часто называя вымышленные имена. Только главам школ было известно, кто к ним приходил учиться, но они обычно не вмешивались в учёбу венценосных особ. Поэтому сейчас я погрузилась в раздумье над мучившим меня вопросом: как я пройду итоговые испытания?

– Дай-ка угадаю, – отвлёк меня Дмитрий. – Ты не готова. А мне казалось, чародеям легче учиться, вы же наверняка знаете заклинания, чтобы можно было легко запомнить все правила престолонаследия.

– Ха-ха, – изобразила я смех, стараясь не краснеть. Ведь я как раз на этих правилах и застопорилась, когда явились эти двое. Ну, не совсем на них, конечно. – Для запоминания, увы, никаких заклинаний нет. А на испытаниях используются такие заклятия, которые глушат любое колдовство. Или ты думаешь, я первая чародейка, которая учится в МО?

– И то верно, – серьёзно кивнул царевич.

– Да много там эта школа даёт, – отмахнулся Руслан.

– В первую очередь, школа учит сдерживать силу и применять её в нужном направлении. Я чувствую, у тебя есть дар, но ты не можешь им управлять так, чтобы это шло тебе на благо. Смотри, – и я одним движением руки подбросила в воздух огненный шар. В следующий миг он принял облик волны и растворился в воздухе.

– Ух ты!.. – изумлённо открыл рот Руслан. – И я так смогу?

– Не знаю, – пожала я плечами. – Эта стихия любит меня. Но огонь опасен, поэтому поиграть с ним можно, но заигрываться нельзя.

Скоро начало темнеть. Большак должен был вот-вот появиться из-за деревьев, а Цаплянка, деревушка, названная так из-за большого количество цапель, живших недалеко на озере, находилась сразу за лесом.

Ночевать в лесу мне о-о-очень не хотелось, поэтому я подгоняла спутников, не прислушиваясь к перешёптываниям Дмитрия и Руслана за спиной.

Наконец среди ветвей забрезжил свет от окон домов, и я так обрадовалась, что хотела уже пуститься к домам галопом, но Дмитрий удержал мою лошадь за поводья, предупредив, что животное может оступиться или споткнуться так, что я полечу кубарем. Я вынуждена была согласиться, хотя оказаться в тёплых сенях хотелось ну очень сильно.

В деревню мы ввалились мокрые и грязные, потому что начался дождь. Моя лошадь несколько раз поскальзывалась, а на голову мне нежданно-негаданно свалилось гнездо. Настроение у меня резко испортилось, и теперь мысль сопровождать еле знакомых царевичей показалась мне не такой уж привлекательной.

Мы постучались в крайний дом, из-за открывшейся двери которого сразу показалась косматая голова хозяина и упитанное личико хозяйки. Увидев моё высочество и даже меня узнав, они тут же открыли. Есть не хотелось. Быстро ополоснувшись в бадье с тёплой водой в сенях, моё высочество сопроводили в отдельную, подозреваю, супружескую горницу. Подумать о том, где будут ночевать сами хозяева и мои спутники, не успелось. Я заснула, едва коснувшись головой подушки.

V

Мне снилась какая-то ерунда. Сны у меня бывали яркие, но запоминала я их крайне редко. Последнее, что видела в этот раз, как почти дописала знак для своего языкового заклинания, осталось две последние черточки, но тут передо мной возник деда. Он подошёл, погладил по голове, нагнулся и… лизнул меня в щёку. Я опешила и уставилась на него, широко раскрыв глаза. Он ни капельки не смутился, а лишь миленько так гавкнул. Я вздрогнула. Серые глаза поменялись на чёрные, а человеческие черты превратились в собачью морду нагло глядевшего на меня Тишки.

– А-а-ань, вставай! – он опять лизнул меня в щёку. – Хватит спать!

Я схватила первое, что попалось под руку, и запустила этим в пса. Раздался приглушённый звук, и по мне начали топтаться сразу четыре лапы.

Я села на кровати, злая, как ёжик после зимней спячки, голодная и лохматая.

– Ты ночью с подушками дралась? – Тиша спрыгнул с кровати и уселся на полу.

– Нет, они со мной! – огрызнулась я. – Надо было меня так рано будить? – жалобно спросила, снова откидываясь на подушку, но лишь больно стукнулась головой о спинку кровати.

Тишка вместе с подушкой смотрели на меня с пола. Так вот чем я запустила в этого чёрного изверга! Как больно теперь!

– Эти еще, небось, спят! – простонала, потирая ушибленный затылок. Всё, теперь шишка будет.

– Ничего подобного, – мотнул головой пёс, схватил подушку зубами и вернул на кровать. – Они уже давно встали. Зарядку делают, – Тиша кивнул в сторону окна, в которое совсем недавно улетел мой сон.

Солнце поднялось уже высоко. Природа давно проснулась и принялась за свои ежедневные труды.

Я встала и, закутавшись в одеяло, с беспорядком на голове таким, что любая кикимора позавидует, подошла к окну. Картина передо мной предстала и впрямь поучительная.

В маленьком дворике, который прилегал к дому и отделял жилую часть от огорода, в середине стоял пенёк, а на нём – полено. Над ним стоял Руслан с топором в руке. Судя по дровам, валявшимся вокруг, зарядкой парень занимался уже часа два. Да ещё к тому же давал частные уроки.

Руслан занёс над головой топор, замахиваясь над поленом, и что-то на ходу объяснял стоящему рядом Дмитрию. Царевич сосредоточенно кивал и делал вид, что всё понимает (никогда не думала, что дрова требуют особого подхода). Руслан со всего маха ударил по дереву, раздался жалобный треск, и поленце разломилось на две равные половинки. Ну… что сказать? Здорово!

Руслан указал на готовые дрова и обратился к царевичу. Тот неуверенно кивнул и принял протянутый Русланом топор.

Так-так-так! Любопытно! Когда ещё удастся посмотреть, как его высочество дрова колет? Такое нельзя было упускать!

На пенёк снова взгромоздилось увесистое полено, выглядевшее намного крепче предыдущего. Дмитрий с опаской посмотрел на зловещее дерево, но топор не опустил.

И когда царевич занёс над головой топорик, из огорода во двор вальяжно, с чувством собственного достоинства, вышло три гуся. Они по-хозяйски осмотрелись, чинно прошествовали дальше и увидели занесённый над головой какого-то незнакомого дядьки топор.

В следующий миг два самца, словно по приказу, сделали шаг вперёд, а гусыня, оставшись за спинами своих защитников, громко, с чувством, что аж у меня мурашки по спине пробежали, зашипела. Да так, что любая змея обзавидуется. Только что ядовитая слюна из клюва не капала.

Дмитрий с испугу отвлёкся, косо глянул в сторону испускающей страшные звуки домашней птицы, но топор уже летел вниз. Дёрнувшись, царевич косо ударил по полену. Топор прошёлся по дереву боком и, отскочив, тут же приземлился обухом на ногу Руслану. Парень запрыгал на здоровой ноге, в опасной близости от разъярённых птиц.

Меня распирало от смеха. Дмитрий пытался извиниться перед осевшим на землю Русланом, потиравшим ушибленную ногу, но вид шипящей гусыни и надвигающихся самцов окончательно сбил его с толку, и он начал позорно отступать.

От гусиных укусов парней спасло появление хозяйки. Она быстро загнала сердитых птиц обратно в огород, откуда с любопытством выглядывала маленькая розовая свинка. Дмитрий помог Руслану доковылять до сеней, где я, не без запинки, но всё-таки наложила на мальчишку лёгкое обезболивающее.

День начинался весело.

***

Дмитрий и Руслан после утренней зарядки отправились в баню, стоящую рядом с сараем во дворе. Я же лишь умылась тёплой водой из большой лохани в сенях.

В горнице уже ломился от всевозможных кушаний стол, подозреваю, выставленных по случаю пребывания таких дорогих гостей. Меня вообще в Цаплянке любили, с детства я здесь была частым гостем, а уж время ярмарок только тут и проводила. В деревне был постоялый двор, но местные жители любили принимать меня у себя, а я никогда не отказывала себе в удовольствии понежиться на деревенских перинах, а в детстве и вовсе ночевала только на печи.

Я уже уплетала третий пирожок, когда в избу вошли двое моих спутников. Вокруг нас кружила хозяйка, тётя Руся, сын которой служил в нашей дворцовой страже. Я всегда питала слабость к её стряпне, а тут такие разносолы, каких раньше не видывала! Чего тут только не было! И пирожки с капустой и клубникой, и пирог с мясом, и сливки, и грибочки с лучком, и картошечка в сметане, и кабачки с чесноком, и ещё куча всего, что в меня просто не влезло.

– Всё, я больше не могу!

Руслан был больше похож на хомяка, Тишка сосредоточенно грыз огромную кость, а Дмитрий удивлённо на меня посмотрел, накладывая себе ещё картошки. И куда в него влезает! С виду такой худой.

– Тёть Лаис, – я повернулась к хозяйке. – Помощь нужна?

– Да ваши спутники уже дров нам накололи, Риньке моему совсем работы не оставили, так что даже и не знаю. Разве что… – она замялась.

– Вы говорите, не стесняйтесь, – я встала, чтобы отнести посуду к бадье с горячей водой.

– Холодильная яма… – начала она, но не успела закончить.

Я случайно локтем задела кувшин, но Дмитрий успел его подхватить, да только вот сливки всё равно разлились.

– Вот леший, – выругалась я.

– Ничего страшного, – натянуто улыбнулась Руся, видимо, вспомнив, как в прошлый раз я уронила миску с окрошкой.

У Дмитрия в глазах играли смешливые искорки. Представляю, как в глубине души сейчас он ликует. Не только он не умеет дрова колоть, но и я не могу донести посуду до мойки.

– Сейчас займусь холодильной ямой, – я повернулась, чувствуя на себе взгляд царевича, и споткнулась о ножку стола.

***

Мы спокойно ехали по большаку, чуть дальше переходящему в Близгорский тракт. Где-то позади слышался скрип телеги, впереди шла тройка всадников. Дмитрий задумчиво глядел вдаль, Руслан же выстраивал дальнейший путь с Тишкой. Пёс отлично знал эти места. Мы вместе часто приезжали в Близгорск к моему дяде, так что в княжестве он облазил все подворотни, леса и болота.

Я же углубилась в учебные записи, догадавшись взять их с собой. Несмотря на путешествие, в которое я ввязалась, всё равно нужно было готовиться к испытаниям, их-то никто не отменял. Казалось, что даже если я не вернусь к их началу, деда достанет меня из логова любого змея, лишь бы отправить в Школу.

– Над чем размышляешь? – от неожиданности я вздрогнула, но Дмитрий ничуть не смутился. Он даже верхом умудрялся приближаться бесшумно. Его выразительные глаза с любопытством смотрели на мои записи. – О, смотрю, учёбу с собой прихватила. Молодец.

– Между прочим, – заметила я. – Именно из-за тебя я сейчас не готовлюсь к испытаниям. Так что советовала бы ценить.

– Ценить? – изумился царевич. – Да я первым был против, чтобы ты с нами шла. Так что кто ещё ценить должен!

– А тебя-то за что ценить? За то, что пробрался в мой дворец с нелепыми обвинениями? – искренне удивилась я такой наглости. Тоже мне, царевич на белом коне.

Хотя конь у Дмитрия был чёрный, вороной красавец из пород, разводимых на юго-западе его страны. Моя кобылка была родом как раз из Близгорья, где у нас тоже был прекрасный заводчик.

– Ты должна ценить, что рядом с тобой тот, кто может помочь тебе подготовиться, – невозмутимо сказал Дмитрий.

– Ты, что ли?

– Я, что ли.

– Хочешь сказать, что ты настолько силён во всём этом и помнишь всё с тех пор, как сам сдавал? Не смеши! – фыркнула я, но осеклась, когда увидела строгий взгляд Дмитрия. – Да ладно, – не поверила. – Не можешь ты помнить всю эту ерунду.

– С чего ты взяла, что это ерунда? – удивился царевич. – Все эти знания ещё никому не помешали, так что зря язвишь. Я просто предлагаю помощь. Должен же чем-то тебя отблагодарить…

Я задумалась. Надо же, какой любезный попался. Собственно, что я теряю?

– Там, чуть в стороне от большака есть дубрава, можно в ней устроить привал, – крикнул нам Руслан.

– Где Тишка?

Пса уже давно не было видно, и я опасалась, что он мог попасть в лесу в ловушку или силки.

– Убежал на разведку, – сообщил мальчишка, спешиваясь и ведя своего мерина под уздцы. – Сказал, что лучше сейчас отдохнуть, а потом сделать рывок.

– Да, до села осталось совсем недалеко. Там есть постоялый двор, – согласилась я.

Руслан был прав, и совсем скоро мы и правда нашли удобное место для привала. Задерживаться надолго не стоило, с востока шла ещё одна гроза, которую встречать в дороге совсем не хотелось, а в лесу было к тому же опасно.

– Анна, – робко обратился ко мне Руслан, сваливая хворост к моим ногам. – А почему Тишка разговаривает?

– Это тайна, – улыбнулась я, выкладывая сухие ветки так, чтобы костёр разгорелся не высоко, но плотно. Щелчок пальцами, и пламя уже занималось.

– Да ладно тебе, – заканючил мальчишка.

– Когда это мы успели перейти на «ты»? – удивилась я, снимая с его конька сумки со снедью.

– Э-э-э… Извините, ваше высочество, – Руслан поклонился так низко, что я поняла – издевается.

– Ладно, можно и на «ты», – благодушно разрешила. – «Ваше Высочество» слишком громкое обращение. У моего деда уши везде и всюду, не хочется привлекать лишнего внимания.

– Так что, расскажешь? – загорелись глаза у паренька.

– Нет, – отрезала я.

– Что расскажешь? – из-за деревьев вышел Дмитрий и свалил ещё кучу хвороста на землю.

– Почему Тишка разговаривает, – хмуро буркнул Руслан, плюхаясь на сваленное дерево. В молодой дуб ударила гроза, от чего он не устоял, сейчас очень кстати образуя что-то вроде скамьи.

Дмитрий с любопытством приподнял брови и устроился рядом с мальчишкой.

– И правда, почему? – обратился он ко мне. – Давай так. Ты рассказываешь эту тайну, а я тебе, так уж и быть, помогаю с подготовкой.

– Так уж и быть? – возмутилась я.

– Так уж и быть, – кивнул царевич.

От такой наглости у меня перехватило дыхание.

– Да нечего рассказывать! Давным-давно, мой прапрадед, увлёкшись тёмными чарами, проводил опыт и применил одно сильное проклятие. Случился взрыв. Сейчас там пустошь. Несколько лет назад деда проезжал мимо того места и увидел щенка. Его мать лежала неподалёку, мёртвая. Деда его достал, но никто не знал, повлияло ли на него проклятие того места. После долгих проверок его подарили мне. Ну и потом выяснилось, что у него видоизменились связки, и он научился говорить.

Из соседних кустов, к нам зад… хвостом вперёд вылез Тишка, что-то таща в пасти. Оказался это тетерев. Пёс протащил его до уже разгоревшегося костра, гордо поднял голову и уставился на двух парней.

– Чего сидим? Кого ждём? – не выдержал Тишка.

– Вот бы его изучить, – медленно произнёс Руслан.

Пёс вдруг ощерился, оскалил зубы и глухо зарычал на мальчишку.

– Спокойно, – кинулась я на Тишу и оттащила его в сторону. – Он не то имел в виду, – попыталась успокоить пса.

– А что же он имел в виду? – прогавкал пёс, так что мне даже пришлось отстраниться, а то осталась бы без носа.

– Чт… что я не так сказал? – просипел Руслан, удивлённый такой переменой в казавшемся таким добром псе.

– Мы сначала всё скрывали. Но когда правда открылась, многие захотели, как ты выразился, изучить. Из Ирии приезжали, деньги предлагали, договоры всякие. Но я отстояла. Так что без излишней любознательности, ладно?

– Извини, Тиш, – тихо попросил прощения Руслан, осторожно приближаясь к псу. – Я и правда не это имел ввиду. Я хотел сказать, что можно было изучить то место, где тебя нашли, как оно на тебя повлияло. Я в училище изучал целительство зверей, разве я могу причинить вред животному.

Я чуть ослабила хватку. Тишка подозрительно глядел на парнишку, но рычать перестал и укусить не пробовал. Когда Руслан тихонько погладил пса за ухом, я услышала, что царевич еле заметно выдохнул.

– Так что насчёт обеда? – громко хлопнул он в ладоши, разглядывая птицу, которую притащил Тишка.

– Я вчера был дежурным по кухне, – сказал Руслан. – Теперь ваша очередь. Тетерева можно зажарить и сварить гречневую кашу.

– Анна, вперёд! – уступил мне место повара царевич.

– Не, я в следующий раз, – замотала головой я, отчаянно пытаясь придумать, как в следующий раз увильнуть от готовки.

– Но для этого не надо было оканчивать Школу, – приподнял бровь он.

– Да ты что? – не поверила я. – Если не хочешь есть, так и скажи. Лишних запасов у нас нет.

– Это же легко! Сварить кашу, – развёл руками царевич.

– Вот сам и вари! – предложила я.

– Я готовить, к твоему сведению, не умею! – огрызнулся Дмитрий.

– А! – воскликнула я. – Какое упущение в твоём царском образовании!

– Мне по положению не положено!

– Мне тоже!

– Ты девушка!

– Да? Правда? Спасибо, что наконец-то понял и сообщил мне эту радостную весть! А то я не заметила!

Дмитрий хотел ещё что-то сказать, подозреваю, сделать ещё одно величайшее открытие, но не успел.

– Замолчали, – прикрикнул на нас Руслан. – Я всё понял, быть мне вечным дежурным по кухне, а то вы так до вечера пререкаться будете, а я голодный останусь.

Мы насупились, как хомяки на семечки, и отвернулись друг от друга.

Присоединиться к приготовлению обеда нам всё-таки пришлось. С тетеревом Руслан справился сам, быстро и проворно очистив его от перьев. Мы не успели оглянуться, как Дмитрия посадили поворачивать над огнём вертел с птицей, а я должна была помешивать в дорожном котелке гречку, чтобы она не пригорела.

Руслан на удивление легко вошёл в роль главнокомандующего полевой кухней, нам же оставалось только подчиниться.

А обед получился вкусным.

VI

В селе с говорящим названием Сотенка, по количеству домов – когда-то их тут было ровно сто, мы немного задержались. Нам пришлось попроситься на ночлег к местным, поскольку здешний постоялый двор был забит спешащими на ярмарку в Близгорске гостями. Ярмарка эта проводилась каждый год в последний месяц весны перед тем, как начиналось летнее урожайное и купеческое время. Близгорск, столица приграничного княжества Сарривии, был неким оплотом развития ремёсел и налаживания связей. На Весеннюю ярмарку съезжались все мало-мальски успешные купцы и ремесленники, чтобы заключить новые или продлить старые соглашения и обязательства. К тому же, именно в травне устраивались первые лошадиные скачки, которые должны были показать, насколько хороши близгорские скакуны.

Князем в Близгорске был мой двоюродный брат по материнской линии. Он был старше меня на шесть лет, упрям, угрюм и своеволен. До недавнего времени и вовсе отказывался принимать княжение, пока наш общий дядя Зорий его просто не заставил. Пришлось подчиниться. И хоть дед был доволен состоянием дел в Близгорске, но я-то знала, что братишка всё равно частенько сваливает дела на дядю, а сам основную часть времени проводит в родной деревне, где собрался открыть Серебряную гильдию.

– Дело в том, – рассказывала я спутникам по дороге в Сотенку, – что на Близгорском взгорье добывают больше всего серебра, а мастерских, его обрабатывающих, там мало. Приходится отправлять серебро на обработку в другие области и на продажу. Поэтому князь решил, что выгоднее построить две школы, мужскую и женскую, а также ювелирные и кузнечные мастерские.

– А всё остальное свалил на дядю?

– Ну, ещё есть чародей, который тоже помогает управлять княжеством. У нас вообще в каждом княжестве есть чародей, который помогает в делах.

– У вас чародеев выбирают сами князья, – сказал Дмитрий, поджав губы. – У нас это делает царь.

– У нас больше независимости от верховной власти, чем у вас, – лишь пожала плечами я.

Ростонд и Сарривия сильно отличались друг от друга, но и были сильно похожи. Язык у нас был почти одинаковый, вся разница лишь в говоре и произношении никоторых слов, но управлялись страны по-разному. И в стародавние времена нередко воевали друг с другом.

– И когда начнётся ярмарка? – спросил Руслан.

Тишка, после выяснения отношений, не отходил от паренька ни на шаг. Пёс привык, что вне дома надо хранить молчание, но с мальчишкой был особенно разговорчив, а теперь ещё и привязался к нему. Почти как ко мне. Надеюсь.

– Мы как раз успеваем на открытие, – улыбнулась я, представляя, как удивится дядя Зорий.

– Мы отправимся на ярмарку? – удивился Дмитрий. – Мне казалось, мы хотели обходить людные места, чтобы не привлекать внимания.

– Это будет лучшее прикрытие, – терпеливо пояснила я. – Все знают, что царевна Анна любит Близгорск и его ярмарки. Остановившись на денёк-другой в княжеской усадьбе, мы сможем исчезнуть из поля зрения, когда ярмарка будет в самом разгаре.

– И сколько это займёт времени?

– Ненамного больше, если бы мы не заворачивали к дяде. Это самая прямая дорога, к тому же по объезженному тракту. Сегодня мы остановимся в Сотенке, от неё к этому тракту идёт большак. Завтра переночуем в придорожной корчме, а послезавтра уже будем в Близгорске. Потом нам придётся набрать больше снеди, потому как к Горам Ночи путь предстоит не близкий, да к тому же лесами, где мы сможем располагать лишь зимовьем и избушками лесников.

Спорить со мной Дмитрий не стал, а лишь сказал, что до Сотенки не отказался бы почитать мои учебные записи.

– Надо же с чего-то начинать готовиться, – был ответ на мой вопросительный взгляд, и царевич протянул руку.

До Сотенки мы добрались, когда уже спустились сумерки. Найти ночлег не составило труда, здешние жители привыкли, что весной и осенью к ним стучатся с просьбой приютить на ночь.

Нас угостили козьим молоком и остывшим, но свежим хлебом. Я посчитала оставшиеся деньги и решила, что до Близгорска должно хватить, а там можно будет взять у дяди в долг. Хотя в лесах деньги нам и не понадобятся.

***

Проснулась я от того, что солнце самым наглым образом светило мне в глаз. А ещё за окном раздавались странные звуки. Я уже было подумала, Руслан снова учит Дмитрия колоть дрова, но поняла, что звуки совсем другие. Я уже говорила, что моё женское любопытство родилось раньше меня?

Я вскочила с кровати и бросилась к окну. На этот раз моему взору предстала картина точно такая же, как в первой деревне, где мы ночевали. Только… наоборот.

Во дворе, прямо перед моим окном, Дмитрий и Руслан устроили состязание на… мечах! Только моё богатое воображение могло назвать сие действо «состязанием». Мечи-то были, но вот управляться с ними умел только Дмитрий. Руслан же с безумными глазами размахивал моим оружием, напоминая бешеного зайца, вышедшего бороться с матёрым медведем.

Я уселась на подоконник, скрестив ноги, и начала наблюдать за битвой. По поводу того, что мой меч позаимствовали без моего согласия, решила высказать недовольство позже.

События развивались стремительно. Дмитрий пытался объяснить Руслану, как правильно держать в руках меч, показывал сам. Мальчишка вроде всё делал правильно: стойка, ноги пружинят, спина прямая. И всё же выглядел нерасторопным и неуклюжим. Парнишка ловко обходился с дровами, вкусно готовил и знал чуть ли не все названия трав и их применение, но биться на мечах не умел. Да оно и понятно: живя в лесной избушке на курьих ножках с бабушкой не то, что на мечах сражаться не умеешь – драться не научишься.

Дмитрий объяснял медленно и доходчиво. Показывал приёмы и выпады. Руслан кивал и говорил, что всё понятно, но как только сам брался за меч, снова превращался в неуклюжего медвежонка.

Я тихонько хихикала над тем, как из рук Руслана вылетал меч. Дмитрий хватался за голову и метал такие грозные взгляды на паренька, что никакой меч был не нужен. Тот только разводил руками.

Вот Дмитрий снова подаёт меч мальчишке. Показывает, что нужно делать, чтобы отражать следующие выпады. Руслан с умным видом кивает и встаёт на исходную.

Первый удар отражён. Руслан поднимает меч высоко над головой, чтобы начать атаку, но… меч его просто перевешивает! Парнишка приземляется на мягкое место, а меч, жалостливо дзынькнув и подпрыгнув, падает рядом с его левой рукой.

Я закрыла рот руками, чтобы меня никто не услышал и не заметил, но вскоре уже держалась за живот и умирала со смеху, грозясь вывалиться из окна на росшие под ставнями цветы. Ребята, услышав надрывный хохот, обернулись. На лице Руслана мелькнуло столько досады, а у Дмитрия – ехидного самодовольства, что я всё-таки свалилась в цветы, переломав сразу половину. Моё высочество никто не торопился поднимать, поэтому пришлось выбираться самой.

Я встала, отряхнулась. Парни молча одарили меня поистине оскорблёнными взглядами. Рубашка, в которой я обычно спала, и штаны, которые успела натянуть перед просмотром зрелища, были в земле и листьях. Но я ничуть не смутилась своему нецарскому виду и лишь скорчила им рожицу.

– Из тебя вышел отличный учитель! – заверила я Дмитрия.

– Нечего смеяться! – отрезал Дмитрий. – У него неплохо получается для первого раза.

Руслан гордо выпятил грудь.

– А! Теперь это так называется? Знаешь, – обратилась я к мальчишке, – ты мне нравишься, но всё же тебе лучше держаться за нами, когда встретимся со Змеем, а то ты первым превратишься в жаркое!

Руслан насупился, а Дмитрий бросил на меня уничижительный взгляд.

– Ой! – скривился он. – Можно подумать, сама умеешь сражаться лучше него.

– Я? – выпрямилась. – Руслан, а ну дай меч!

Руслан послушно отдал мне оружие. У Дмитрия округлились глаза от вида взбешённой и лохматой царевны с мечом в руке.

Это я не умею сражаться? Ну держись!

Я первой нанесла удар. Царевич еле отбил. Он уже, конечно, изрядно выдохся, занимаясь обучением Руслана, но меня это сейчас заботило мало.

Мы наносили удары, уходя от столкновения и вновь бросаясь вперёд. День выдался жарким, и под палящим солнцем я быстро вспотела, одежда прилипла к телу. Царевич тоже то и дело отбрасывал назад мокрые волосы, спадающие на глаза цвета морской волны.

Руслан и Тишка наблюдали за нашим поединком молча, здраво рассудив, что два высочества сами знают, что делают, а если и не знают, то грош им и цена как наследникам.

Некоторые удары я отражала, от большинства же просто уворачивалась. Дмитрий сделал ложный выпад, и я чуть было не пропустила удар, но вовремя спохватилась и отразила. Он слишком резко повернулся, от чего рубашка порвалась. Я невольно задержала взгляд на его груди.

– Не отвлекайся! – тявкнул Тишка, чем вернул меня обратно к трезвым мыслям. Я встряхнулась и встала на исходную.

Дмитрий окинул меня насмешливо-оценивающим взглядом, от чего я почувствовала, как кровь прилипает к щекам.

Ах так? Ну ладно.

Отскочив немного в сторону, я провела по шее и груди рукой, делая вид, что вытираю пот. Дмитрий изменился в лице, взгляд стал строгим и колючим.

Вот кусок льда, леший его побери! Ничем его не проймёшь!

Он опять сделал ложный выпад и повернулся так, что сразу все его мышцы напряглись. Невольно залюбовавшись, я допустила ошибку. Миг – и я прижата мечом к стене дома.

Наши лица были так близко, что я не слышала – чувствовала его тяжёлое дыхание. Мы смотрели друг на друга, и я готова была утонуть в морских глубинах его глаз…

…лёгкое касание губ, словно воздушный поцелуй…

…он отскочил от меня, глубоко вдохнул, прикрыв глаза, и метнулся к двери.

Я стояла, прижавшись к стене. Меч валялся у моих ног. Мысли разбежались в разные стороны и не торопились возвращаться. Кусая губы от досады, я вспоминала его дыхание…

VII

Дмитрий

Избегать Анну было глупо. Легче сделать вид, что ничего не случилось. Собственно, царевна вела себя именно так. Не сказать, чтобы меня это задевало, но и не особо нравилось. Я был смущён, а она, казалось, вовсе забыла про утренний случай.

Мы не спеша двигались по большаку, нас то и дело обгоняли рыдваны, телеги, повозки и просто всадники. Если уж быть откровенным, то задерживал нас Руслан. Придорожный лесок приманил мальчишку какими-то редкими травами, так что его постоянно приходилось оттаскивать то от куста, то от дерева, а один раз он вообще умудрился упасть в ручей, потянувшись за лиловым сорняком. Из ручья незадачливого травника вытащил за рубашку Тишка, следовавший за Русланом по пятам. Что-то они друг в друге нашли.

Анна уткнулась в свои записи. Я видел, как она пытается учить, но свою помощь не предлагал.

– Ты говорил, что нужно начинать готовиться, – не выдержав, обратилась ко мне Анна. – С чего начинать?

– Я обычно делю на разделы, – пожал плечами, дабы она не подумала, что я горел желанием ей помогать. – Легче учить разделами, понимаешь?

Анна понимала про разделы, но не понимала, как можно, как она выразилась, всю эту тягомуть, разделить.

Как в моих руках оказалась вся кипа и карандаш, я и сам не понял, но деваться было некуда, и я в пути исписал добрых два свитка.

В последних лучах заходящего солнца купался тонкий месяц. Сумерки мягким покрывалом опустились на большак, в придорожных кустах запели цикады.

Тогда-то Анна и начала всех поторапливать. Я уже не в первый раз замечал за ней волнение, когда начинало темнеть, но решил, что она просто не хотела ночью оказаться на дороге. Мало ли кто может встретиться.

Когда мы всё-таки добрались до придорожной корчмы «Вечёрка», комары уже окончательно обнаглели и летали с песнями, пьяные от нашей крови.

Хозяин корчмы даже узнал Анну. Она была тут частой гостьей. Видимо, и правда любила ездить в Близгорье.

По такому случаю царевна попросила хозяина особо о нас не распространяться. Егор, крупный, широкоплечий, с круглыми глазами и пышными усами, кивнул и с завидным проворством скрылся в кухне, чтобы отдать приказ об ужине.

Освежившись, мы с Русланом спустились вниз. Просторная трапезная уже почти опустела, но поздние гости, такие как мы, только приступили к еде. Мы заняли столик в углу. Вошли трое мужчин и сразу заказали два кувшина медовухи, которые распили ещё до того, как им принесли закусь. Семья, ужинающая в противоположном углу от нас, притаилась, стараясь есть как можно тише и быстрее.

Наконец-то спустилась Анна. Правда, одного взгляда хватило, чтобы подумать: лучше бы она не спускалась вовсе. Появление в обтягивающих штанах и открытой рубашке, где верхних пуговиц не наблюдалось вовсе, она объяснила тем, что дорожную одежду ей пришлось отдать в стирку. Недолго думая, я снял свой плащ и отдал ей. Она надела без всяких вопросов, что, безусловно, радовало. Я хотел было сказать что-нибудь нравоучительное, но принесли ужин, и воспитательную беседу пришлось отложить.

О том, что что-то не так, мы поняли по предостерегающему рычанию Тишки. К нам подошли те трое, только что громко опустошившие третий кувшин медовухи.

– Детка, – обратился к Анне парень, напоминающий молодого бычка. – Кажись, заскучала, пересаживайся к нам!

– Нет, спасибо, – ледяным голосом ответила царевна, даже не удостоив мужчин взглядом. Я старался держать себя в руках. Только драки нам не хватало.

Руслан же просто вжался в спинку, осторожно наблюдая за происходящим. Тишка стоял рядом с Анной и тихо рычал.

Подобный ответ вряд ли мог устроить изрядно подвыпивших мужчин, поэтому они лишь присвистнули, а «бычок» упёрся ладонями в стол.

– Да ты никак брезгуешь, красавица, – начал нагибаться он.

Я выставил вперёд руку.

– Эвона, парни, женишок заступается. Вона как напрягся. Стал-быть, твоя баба? – «бычок» наклонился ко мне. От него несло медовухой и потом.

– Господа, – вклинился хозяин, испуганно переводя взгляд с постояльцев на Анну и обратно. – Давайте…

– А давайте без «давайте», давайте? – толкнул его в плечо второй парень. – Чевой-то ты рот открыл? Али забыл, чем в прошлый раз закончилось? Так мы напомнить могём.

И они снова повернулись к нам. Кинув взгляд на Анну, по застывшему взгляду понял, что она задумала применить чары. Вспомнив её пристрастие к огню, я решил, что помимо драки нам ещё только пожара не хватало.

Я встал, загораживая девушку собой. Детина оказался ненамного выше меня, правда, шире в плечах, да и руки были толщиной с мои ноги.

– Видали, как напыжился? – кинул он дружкам, стоявшим позади него. – Да мы таких как ты на раз два отседова выкинем. На улице заночуешь, – и он положил свою тяжёлую руку мне на плечо. Я почувствовал, как привстала за моей спиной Анна.

Шаг назад, уклон, замах, удар и вот «бычок» уже сползает со стула, на который осел после удара, на пол. Его дружки, не зная, что делать в первую очередь – то ли ему помогать, то ли на меня кидаться, застыли как два изваяния.

– Хозяин, – окликнул я побледневшего усача, обнажив наполовину меч. Благо не оставил его в комнате наверху.

Двое дружков тут же очнулись, схватили «бычка» под руки и утащили в другой угол. Семья, недавно там ужинавшая, благоразумно скрылась незадолго до начала спора.

– Милсдарь, они наши постоянные гости, – залебезил Верий. – Просто выпили чутка лишнего, а так обычно щедрые. Вы уж простите их, погорячились.

– Чтобы больше к нам не совались, – строго сказал я, положил на стол серебрушку, схватил Анну за руку, сделал знак Руслану, чтобы тоже поднимался, и пошёл к лестнице.

Втолкнув Анну в комнату и войдя следом, краем глаза увидел позади нас Руслана и Тишку, но успел захлопнуть дверь прямо перед их носами.

– О чём ты думала?

Царевна смотрела на меня уставшими глазами. В них можно было бы увидеть раскаяние, но для этого её взгляду не хватало выразительности, а мне – воображения.

– Сглупила, – пожала она плечами. – Но, если не веришь, посмотри в мою сумку. Там больше нет одежды.

– Могла надеть плащ, – процедил я сквозь зубы.

– Не подумала, – отозвалась она, подошла ко мне, взяла за руку, посмотрела на костяшки пальцев. – Опухнет, – сказала, и я почувствовал лёгкую прохладную волну, окутывающую ладонь. – Я не сильна в целительстве, но так краснота спадёт, и болеть не будет.

– Не подумала она, – буркнул я, когда царевна отошла. – И как я вообще мог подумать, что Ратислав похитил Василису, когда у него самого дома такое чудо!

Анна вспыхнула и посмотрела на меня с такой злостью во взгляде, что я сразу понял: перегнул.

– Я не заставляла тебя вваливаться в мой дворец! И вообще надо было дома оставаться! Ишь ты, раскомандовался! Василисе своей указания будешь давать! Ты её жених! А мне ты кто? – вызывающе бросила она мне.

Сам не понимая, что творю, я сделал два быстрых шага и схватил её за плечи. Она тут же смолкла.

– Да как ты не понимаешь…

Чего я хотел этим добиться? Просто испугался: и она могла пострадать, и Руслану могло достаться.

– Что? – тихо спросила Анна.

Выругавшись про себя, я отстранился. Анна смотрела на меня со смесью недоверия и разочарования.

Я вылетел из комнаты, захлопнул дверь и прислонился к ней спиной. В комнате что-то ударилось о стену, упало и разбилось.

Руслан и Тишка не спали, дожидаясь меня, но по моему лицу поняли, что лучше ни о чём не спрашивать. Мальчишка улёгся на кровать, отвернулся к окну и укрылся с головой. Пёс забрался в кресло, стоящее в углу комнаты.

Я сел на кровать и только сейчас вспомнил, что мой плащ остался у Анны. Благоразумно рассудив, что забрать его лучше завтра, я задул свечу.

***

Рука на следующее утро и правда не болела.

С большака мы вышли на оживлённый Близгорский тракт. Напряжённое молчание решила нарушить Анна.

– Ладно, я была неправа.

– Хорошо, что ты это понимаешь.

– Но и ты был не прав.

– В чём же?

– В том, что повысил на меня голос.

– Я не повышал на тебя голос.

– А что ты сделал?

– Всего лишь указал на очевидное.

– Так вот указывай на очевидное своей невесте.

– Опять ты про неё! Причём тут она?

– При том, что указывать мне у тебя нет никакого права.

– Что именно тебя не устраивает? Что я хочу, чтобы мы безопасно окончили путь, раз уж по моей милости девица и юнец вовлечены в сомнительное путешествие? Или что я не хочу, чтобы мы привлекали лишнее внимание? Или же тебя не устраивает, что ты надела мой плащ, чтобы прикрыть свои прелести, дабы не привлекать это лишнее внимание?

Анна замолчала. Но ненадолго.

– Я дура.

– Я такого не говорил.

– Но подумал.

Молчание.

– Значит, и правда дура.

– Вряд ли бы я подумал так о наследной царевне.

– И долго ты будешь на меня дуться?

– Я не дуюсь.

– Вряд ли бы ты мог дуться на наследную царевну, верно?

– Верно.

Близгорье

Княжество сие у подножия гор стояло, приграничные земли занимая.

Много горя здешний люд повидал от напастей всяких, но то раньше было.

Ныне же серебро в реках, торговля процветает.

И заправляет всем этим князь Близгорский,

Анны Сарривской близкий родственник.

Сказания о Восточном крае. О Близгорье

I

Грозы, так не вовремя зачастившие, нас задерживали. Приходилось чаще останавливаться в деревнях, так что мы уже побывали в Лютиках, Нижней и Верхней Чурсинке, стоявших на реке Иволга, исток которой, по словам Анны, брал начало в Горах Ночи. Именно в долине этой реки лёг Близгорск, а её многочисленные рукава, уходящие на юго-запад, образовали в Малом Взгорском ущелье серебряные отмели, где сейчас и добывалось серебро. Большим ущельем назывались леса и низины в Горах Ночи, там Иволга разветвлялась на рукавчики, самым малоизученным из которых оставалась река Смородина.

Близгорское княжество, или Близгорье занимало почти все гористые земли Сарривии, гранича с Ростондом, Варравией и Литарией. Удивительно живописный край, где были развиты торговля, промышленность и заготовительные работы. Несколько лесопилок, куда поставлялся лес с Востока по раскинувшейся вдоль всей страны сети рек, а потом, уже обработанный, отправлялся не только в граничащие страны, но и в Павланию и даже в далёкую Ирию. Здесь же была крупнейшая каменоломня и карьеры с известняком. Именно в подобных точках возникали поселения, обросшие домами, постоялыми дворами, местами встреч для гонцов. Так разрастались деревни.

Ещё даже не доехав до Близгорска – главного и, собственно, единственного города княжества, с западной и южной стороны уже виднелись горы. Серо-голубые вершины Большого ущелья возвышались над лесными кронами и городом, возникшим перед нами совершенно неожиданно. До них было без малого несколько дней пути, а казалось, будто рукой подать.

С севера в Иволгу впадали две реки, по которым сейчас шли и шли корабли. Тракт тоже был загружен: все хотели как можно скорее оказаться в городе, и хоть ярмарка начиналась только через два дня, в любом случае уже сейчас место в гостиных дворах и корчмах найти было сложно.

– К вечеру будем в Близгорске. Дядя нас встретит, как полагается, уж поверьте, – улыбалась Анна выглянувшему в кои-то веки из-за туч солнцу, предвкушая ночь не на пахнущей плесенью и кишащей клопами кровати постоялого двора, а в усадьбе родственника на большой кровати под теплым одеялом.

– А ты не боишься, что дядя твой отправит тебя обратно? – Руслан решил вернуть её с небес на землю.

Мальчишка в обществе двух высочеств совсем обвыкся и иногда даже забывался. Дабы не привлекать внимания, приходилось терпеть его вольности, но иногда он получал от Анны затрещины, а от меня грозный взгляд. Правда, ни затрещины, ни взгляды долго на него не действовали.

– Не отправит, – как-то не очень уверенно отозвалась Анна, не открывая глаз и продолжая подставлять лицо солнечным лучам. – Все учебные записи у меня с собой, а от Близгорска до Светограда ближе, чем от нашего дворца. Скажу, что приехала погостить и прямиком отсюда двинусь в Светоград.

– Приехала погостить без вещей и свиты? – удивился я.

– А вы у себя в Ростонде всегда в гости ездите с толпой придворных и кучей вещей в сундуках? – открыла один глаз царевна.

– Не с толпой, конечно, и не с кучей вещей, но точно не на таком легке, как мы сейчас, – пожал я плечами, не желая снова пускаться в споры.

– Я провела в Близгорье больше времени, чем в родном Тесаре, так что никто не удивится моему прибытию на ярмарку.

– А потом ты просто сбежишь, и дядя твой останется в неведении? Ты не думаешь, что это, мягко говоря, нечестно по отношению к нему?

– И это говорит мне тот, кто сбежал из дома втихаря, никого не предупредив, на поиски невесты, которая, быть может, совсем не хочет, чтобы её нашли.

– Сравнение всё равно не в твою пользу, – снова встрял Руслан.

Царевна от удивления даже забыла про загар и посмотрела на паренька:

– Это кто тут вякает, а?

– Он прав, – поддержал я.

Анна лишь фыркнула, одарив нас неприязненным взглядом, ударила шпорами, и кобылка вместе с ней прошествовала вперёд, лавируя между телегами и повозками.

***

Анна

Близгорск я любила с детства. В Тесарском княжестве, где проживала царская семья Сарривии, не было той загадки приграничья, которая царила здесь. Самый крупный город этой части Соединённых стран, он всегда поражал своей чистотой, безопасностью и обилием всяких увеселений.

Ещё при старшем князе Владимире, отце князя нынешнего, в Близгорске процветала торговля и ремесло. От того иноземный люд стекался сюда отовсюду, чтобы, как говорится, на людей посмотреть – себя показать.

В Тесаре такого не было. Мы жили уединённо, почти затворнически, и называться стольным градом никак не могли. Дворец и прилежащие к нему земли и вполовину были не так обширны, как один Близгорск. Дед не любил скопления праздного люда, зато любил военные смотры.

Особняк князя Близгорского находился рядом с главной площадью города. Рядом располагался не менее главный постоялый двор с яблоневым садом, просторной конюшней и лучшей на всё приграничье корчмой.

Простояв на въезде в город больше часа, перед встречей с братцем и дядюшкой я решила сначала подкрепиться у моего обожаемого Будимира. Он славился своим жареным мясом и овощами на углях.

– Ба, кого я вижу! – не успела я войти в «Ложку и кружку», как услышала позади себя голос, а в следующий миг меня уже обнимали и кружили над полом.

– Велор, пусти! – потребовала.

Кто же ещё может вести себя настолько вольготно по отношению к царевне? Только друг детства. Правда, другом он был скорее княжеским, меня же считал младшей сестрой, и именно поэтому доставал в детстве так, что нередко я жаловалась на него дяде Зорию.

– Коли её Высочество требует, не смею ослушаться, – парень поставил меня на пол, отвесил издевательски низкий поклон, затем резко выпрямился и теперь уже просто обнял, да так, что кости затрещали.

– Да ты издеваешься! – прохрипела я.

– Эй, сестрёнка, я тебя так давно не видел! Куда пропала?! – он всё ещё держал меня в объятиях, а я отчаянно пыталась вдохнуть.

– Кхм, – синхронно раздалось позади нас.

– Велор, отпусти, я тебя представлю моим друзьям.

– О, да ты не одна пожаловала, – расплылся в очередной улыбке всегда улыбчивый «братик», наконец-то меня отпустил и повернулся лицом к моим спутникам.

– Это Дмитрий и Руслан, мои друзья и…

– Извини, – Велор наклонился к моему уху, – Дмитрий? У меня что-то с глазами или я вижу перед собой того самого Дмитрия? Который Росто…

– Попрошу, – грозно прошипел тот самый Дмитрий.

– А, мы скрываемся, конечно-конечно, – понимающе кивнул парень и перевёл взгляд на Тишку. – О, Тиша, привет, мой закадычный пёс! – Руслан удостоился взора последним. – Какой чудный паренёк! Тебя я не помню. Ты какой-нибудь бастард или…

– Велор! – одёрнула я.

– А что, – невинно хлопнул глазами тот. – Я только спросил. Просто его я не знаю.

– Слишком громко спрашиваешь, – рыкнула. – Мы весь день в пути. Ничего толком не ели.

– Что ж ты так с важными гостями обращаешься, – укоризненно покачал головой Велор. – Сейчас мы с Будимиром быстро вам что-нибудь сварганим. И, представь себе, я тоже ещё не завтракал!

– Ты хочешь сказать – не ужинал.

– И не ужинал тоже, – отмахнулся он. – Позволишь присоединиться?

– Позволю, – вздохнула я, понимая, что всё равно избавиться от него не получится.

И друг детства умчался прямо на кухню.

– Что это было? – недоумённо вопросил Руслан.

– Велор, – тихо произнёс Тишка, чтобы остальные постояльцы не услышали: на нас и так глядели со всех сторон.

– Пошли вон туда, – я кивнула на стол в углу, скрытый от посторонних глаз.

– Почему сразу нельзя было пойти к князю? – прошипел Дмитрий, усаживаясь на скамью. – Что за панибратские отношения у тебя с этим… кто это вообще?

– Это близкий друг нынешнего князя. Он чародей.

– Тоже? – поразился Руслан.

– Он научную работу пишет… – я запнулась. – Должен писать. А что он здесь делает? – спросила сама у себя.

– Скоро кушанья будут поданы, – тут же возник рядом чародей, плюхаясь рядом со мной.

– А что ты здесь делаешь? – озвучила я.

– Как понять, что? Живу, работаю, существую! – напыщенно взмахнул рукой Велор.

– Ты же научную работу должен был писать. В Светограде.

– Так я уже написал давно. И даже защитил уже. Так что я уже звание высшего чародея получил. Может быть, и до волхва когда-нибудь доберусь…

– Когда успел?!

– О-о-о, дорогая, – протянул высший чародей, вальяжно облокотившись о спинку. – Да ты не знаешь о последних событиях.

Дмитрий и Руслан недовольно засопели, но я не обратила на это внимания.

– Каких?

– Так я ж теперь главный! – довольно сказал Велор.

– Как это – главный?

– Да ты, я смотрю, совсем заучилась? Главный – значит главный. Городской чародей я теперь, не знала?

– А Израм где?

– Смылся.

– Как понять – смылся? – опешила я.

– У них с князем размолвка какая-то вышла, так что он велел передать все дела мне и… в общем, теперь я тут самый важный. К тому же Зорий не может со всем один справиться, так что…

– Один? А где?..

– А братец твой ненаглядный тоже пропал. Повесил на нас все дела и был таков. В неизвестном направлении, да.

– Так князя нет? – подался вперёд Дмитрий.

– Нет, если это так важно, Ваше Высоче…

– Без имён.

– Вы хотели сказать, без званий. Ладушки. Нет князя дома, Дмитрий. Подозреваю, что нет его и в Близгорье. Когда вернётся – неизвестно. Он последнее время раздражительный был, скрытный. Всё чего-то узнавал, что искал…

– Деда будет недоволен, – покачала я головой. – Но брат не маленький, сам разберётся. Он никогда не оставляет княжество, если на то нет веской причины.

– Анна, дитя моё! – услышала я уж очень знакомый голос.

Радостно обернулась, вскочила и повисла на шее у Будимира – самого лучшего повара всех времён и народов.

– Дядь Мир, как я соскучилась!

– Давно не бывала в наших краях, совсем заучилась, – погладил он меня по голове.

Он был роста невысокого, с пузиком таким миленьким и лысиной на круглой головке. Хотя, поговаривают, в молодости ещё тем красавцем был, что все девицы округи жене его обзавидовались, так даже пришлось ставить защиту от всяких сглазов да завистливых взглядов.

– Заучилась, дядь Мир, заучилась, – вздохнула я. – Вот выбралась наконец-то!

– Надолго к нам?

– Да хотелось бы, – вздохнула я, – да только на Ярмарку погляжу, как пустимся в Светоград.

– Ну-ну, девочка, ученье свет, – щёлкнул он меня по носу.

– А неученье – приятный полумрак, но кто ж меня оставит в этом полумраке? – подмигнула ему я. – Так ты нас кормить сегодня будешь?

II

Дяди Зория дома тоже не оказалось.

– А, я забыл совсем, ведь он мне говорил, что уезжает с Милой в Выссу, – ударил себя по лбу Велор, – проверить, всё ли готово к скачкам. Но, думаю, вы прекрасно и без него устроитесь. Ведь тебе здесь всегда рады!

– У тебя, наверное, множество дел накопилось, пока ты праздновал наш приезд, – многозначительно заметила я.

– Понял-понял, – широко улыбнулся Велор. – Ты ведь знаешь, да, что послезавтра скачки?

– Знаю я, знаю, – я не выдержала и уже откровенно выставляла его за порог. – Ещё слово, – предупредила, видя, что он хочет сказать что-то ещё, – и я тебя поджарю.

– Я ухожу, но знай, – он поднял вверх указательный перст, – ты меня не испугала. Высший чародей тут я, а не ты, так что…

– Иди уже, высший, – и она закрыла за ним дверь.

– Госпожа надолго к нам? – откуда не возьмись взялся слуга, что Дмитрий с Русланом аж подскочили.

Будигост как всегда олицетворял собой спокойствие и равнодушие. Он был высок и прям, как доска. Казалось, вдоль хребта у него палка, заставляющая ровно держать спину. Длинное лицо обрамляли тёмно-каштановые волосы, уголки губ всегда опущены вниз, а на лице навечно застыло выражение устойчивого безразличия ко всему происходящему.

Никогда не понимала, почему дядя держит его столько лет на службе. Мне он никогда не нравился. Будигост знал всех и обо всех, хотя всегда казался отстранённым. Его невозмутимость сбивала с толку, потому что понять, что он о тебе думает, было решительно невозможно. Да и вообще понять, что он думает, было невозможно.

– Для нас найдутся комнаты? – спросила я стоящего столбом слугу.

– Ваше Высочество не предупредили заранее о приезде, – скучающим голосом ответствовал тот.

– И?..

– Господа также останутся здесь?

– Да.

– Господам нужны две комнаты или можно одну?

– Желательно две, но если нет, то можно и одну, – я старалась держать себя в руках.

– Ваше Высочество будет жить в тех же покоях, что и всегда? – невозмутимый Будигост, судя по сопению сзади, начинал раздражать не только меня, но и господ.

– Да, я всегда там живу, зачем спрашивать? – вопросила я.

– Уточнить, чтобы потом не было недовольства, – безразлично ответили мне.

– Это были просто мысли вслух.

– Я понял.

– И к чему мы пришли?

– Комнаты готовы, позвольте сопроводить вас наверх?

Я не позволила.

– Зачем он всё это спрашивал, если комнаты уже готовы? – недоумевал Руслан, идущий за мной по лестнице. Тишка уже ждал около двери в мою комнату.

– Ему нравится вытягивать жилы из людей, – процедила я.

– Кажется, ему всё равно, кто мы такие?

– Ошибаешься, – сказал Дмитрий, шедший последним. – Он уже всё про нас знает.

– С чего ты взял? – удивилась я. – Ему безразлично всё, что происходит вокруг. Он служит здесь вот уже двадцать лет, и ни разу не выказал хоть какое-нибудь любопытство. Равнодушный и замороженный.

– Внимательный и спокойный, – сказал царевич. – Твоему брату повезло, что у него служит такой человек. Его невозмутимость всегда будет остужать недовольных посетителей, равнодушие никогда не выдаст пытливый ум и внимание к мелочам.

– Вот ваши комнаты, – указала я на двери напротив своей. – Если что – кричите. Возможно, внимательный и спокойный Будигост прибежит на ваш зов.

***

Дмитрий

Проснулся я от ощущения, что на меня кто-то смотрит. Приподнялся и увидел два больших карих глаза, выглядывающих из-за кресла. Встретившись со мной взглядом, глаза быстро скрылись.

Я потянулся за рубашкой, дабы не предстать перед утренним гостем обнажённым. У Анны глаза были зелёные, у Руслана голубые. Насколько вчера я мог разглядеть, у Будигоста глаза были чёрные. Конечно, я не знал, какого цвета глаза у Зория, но дядя Анны вряд ли бы удостоил меня своим вниманием с утра пораньше.

– Мне уже начинать бояться или повременить с криками о помощи? – я осторожно ступил на пол.

– Нет, не надо криков, пожалуйста, – сказал кто-то из-за кресла.

– Хоть покажись, а то ведь могу испугаться, – я как можно тише сделал шаг в сторону гостя.

На свет вышло дитя. То ли мальчик, то ли девочка, определить сразу я не смог. Одето оно было в одежду для верховой езды, как назло подходящую для обоих полов. Дитя смотрело на меня настороженно.

– Мне сказали, что у нас остановился царевич. Мне захотелось посмотреть, – ребёнок виновато опустил головку.

– Ну что ж, смотри, – добродушно разрешил я, гадая, как к нему обращаться. – А могу я узнать, кто ты?

– А вам Анна про меня не рассказывала? – дитя снова подняло взгляд, в котором теперь читалось удивление и любопытство.

– Нет, она говорила только о своём брате, – я попытался вспомнить что-нибудь о детях, но не получилось.

– Вот и спросите у неё, – дитя крутанулось на месте и быстро упорхнуло за дверь, легко стуча каблучками.

Я осмотрелся. Вчера хватило сил лишь раздеться и повалиться на кровать. Просторная комната выходила окнами на восток. Солнце уже поднялось высоко, осторожно заглядывая в дом сквозь занавески. Кровать, письменный стол, кресло у очага. Всё просто и со вкусом. Утварь дорогая, лёгкая и удобная.

У очага стоял кувшин с водой и глубокая миска. Прохладная вода освежила и помогла окончательно проснуться. Покопавшись в дорожной сумке, я выудил оттуда свежую, хоть и мятую одежду, и вскоре уже спускался вниз, надеясь, что положение венценосного гостя заменит мне гладильный рубель.

Спустившись, я прислушался. Из комнаты рядом с лестницей доносились звуки. Я прошёл чуть дальше и увидел, что около двери застыло дитя, совсем недавно подглядывающее за мной. На этот раз оно подслушивало.

– Где твои манеры? – тихонько спросил я, приблизившись так, что ребёнок подскочил от неожиданности.

– Мои – что? Там дядя ругает сестрицу, – шепнуло дитя и помахало, чтобы и я тоже прислушался. Я не преминул воспользоваться приглашением.

– О чём ты только думала? – услышал по ту сторону двери. – У тебя испытания на носу, а ты пустилась в путешествия.

– Дядя, дорогой, не ругайся, отсюда сразу и поеду в Светоград. Что такого-то?

– Ратислав наверняка не знает, где ты! Ты подумала, что с ним будет, когда он поймёт, что ты сбежала? – у Зория голос был высокий, или это просто он из-за волнения чуть ли не визжал.

Анна издала какой-то нечленораздельный звук.

– И не фыркай мне тут! – совсем рассердился дядя. – Кто твои спутники? Почему ты путешествуешь с двумя мужчинами?

– О, – засмеялась царевна. – Назвать Руслана мужчиной можно с большой натяжкой.

– А кто такой Руслан? – тихо спросило дитя.

– Наш друг, – шёпотом ответил я.

– Если он не мужчина, то кто? – удивилось оно. – Ты меня обманул?! Царевич не ты, а он?

Я удивлённо воззрился на ребёнка, не ожидая такого поворота, а тем временем спор продолжался.

– Тем более непонятно, почему ты рассекаешь страну вместе с мальчишкой и мужчиной, который даже неизвестно, царевич вообще или нет!

– Как это понимать? – на этот раз пришла очередь Анны удивляться.

– Откуда ты знаешь, что это Дмитрий Ростонсдкий? Ты его ни разу не видела! – воскликнул Зорий.

Я почувствовал себя уязвлённым. Теперь мне не верят, что я – это я.

– Дядя, – не сдавалась девушка. – Не забывайте, я чародейка, я могу определить, когда мне лгут, а когда говорят правду.

– Откуда ты знаешь, что он не умеет закрываться? По твоим словам, Руслан тоже чародей, так откуда тебе знать, что они всё это не задумали с самого начала?

Тут я не выдержал.

– Что мы задумали, могу я узнать? – моё появление всех застало врасплох, и Анну, и Зория, и дитя, застывшее в дверях, и даже самого меня. – Что мы такого должны были задумать, что теперь кажемся вам такими подозрительными?

– Так это вы – царевич Дмитрий? – вопросил дядя Анны, маленький, тщедушный человечек с большой залысиной на лбу. Большие глаза под кустистыми бровями создавали на лице какую-то непонятную неправильность, что казалось, будто верхняя часть больше нижней. Забавная бородка опушила маленький острый подбородок. Тонкие губы и нос крючком застыли в презрительной усмешке.

И всё это в дорогой одежде и в очень недовольном виде уставилось на меня. Карие глаза буравили насквозь, но я выдержал тяжёлый взгляд и даже выпрямился, дабы казаться представительней. Правда, куда уж представительней, не знаю, я и так был выше него на локоть, а то и на полтора.

– Да, действительно похож, – медленно проговорил маленький человечек и двинулся ко мне.

– Полагаю, мне стоит радоваться, что я оказался похожим на самого себя? – невозмутимо отозвался я.

– А это ещё надо доказать!

– Что именно? – полюбопытствовали мы с Анной хором.

– Что вы – это вы.

– Дядя!.. – хотела возмутиться царевна.

– Хорошо, – не стал упорствовать я. – И как вы хотите это доказать?

– Я?! – изумился Зорий.

– Ну не я же.

– Почему это я должен доказывать сам себе, что вы – это вы?

– А вы хотите, чтобы я доказывал себе, что я – это я? – приподнял я брови. – Но позвольте, – не дал себя перебить. – Ведь ни я, ни Анна, ни даже вот это чудное дитя не усомнились, что я – это я.

– Вы должны доказать мне, что вы – это вы! – воскликнул Зорий, оглянулся и заметил ребёнка, жмущегося к двери. – Дитя моё, подслушивать не хорошо.

– Извините, дядя, но мне хотелось посмотреть на царевича. А он что, не царевич вовсе? – дитя хлопнуло длинными ресницами и посмотрело на меня так укоризненно, будто я разрушил все его мечты.

– Царевич, царевич, солнышко, – Анна протянула к ребёнку руки. – Иди ко мне, я тебя обниму.

Солнышко радостно кинулось в объятия царевны, которая тут же обняла его так, что ребра захрустели. У солнышка, не у меня.

– И всё-таки я считаю… – попробовал встрять дядя Зорий.

– Дядя, ну хватит уже. Не забывайте, что чародейка тут я. И Велор тоже его узнал. И к вашему сведению, у правящей семьи Ростонда в роду никогда не было чародеев, так что…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.