Елена Конева
Эффект Клинти

Новый сотрудник

Игорь Сергеевич позвонил из лаборатории Тимура:

– Инга, зайди на минутку. Тут тебя ожидает подарок.

– Бегу, – уже на ходу сообщила Инга.

Все пространство в фойе, около входа во владения Тимура, было заставлено коробками – видимо, он получил новую аппаратуру. Инга пробралась узеньким проходом и приложила идентификатор к считывающему устройству двери. В институте все заведующие лабораторий одного и того же отдела могли свободно входить в помещения друг друга. Дверь открылась, и, перед тем как войти в нее, Инга успела посмотреть направо. Через широкую щель между стеной и коробками она увидела человека, сидящего на стуле у окна. Его серые глаза взглянули на нее лишь на мгновение, но Инга почувствовала озноб.

– Иди сюда, – позвал ее Тимур из дальнего угла, где они с шефом рассматривали какой-то лист бумаги.

Но Игорь Сергеевич не стал дожидаться и пошел девушке навстречу.

– Подарок находится не здесь, Инга, – в фойе.

Лицо Инги изобразило показной ужас:

– Да вы что, Игорь Сергеевич? Зачем мне нужна вся эта крепость из коробок?

Шеф улыбнулся. Эти двое молодых сотрудников его отдела вызывали у него теплые чувства.

– Подарок сидит у окна. Твоя наблюдательность наверняка отметила его своим вниманием.

Внутри Инги что-то напряглось, но она все же пошутила:

– Сидящий на стуле объект, конечно, замечен мной, Игорь Сергеевич. Но какое отношение имеет он к обещанному мне подарку?

– Самое непосредственное. Ты просила лаборанта – получай.

Инга посмотрела на подошедшего Тимура. Тот кивнул:

– Да-да, новый лаборант.

– Игорь Сергеевич, но ведь Тимур первым подал заявку. Значит, этот подарок предназначен ему, – попробовала возразить Инга.

– Не совсем… – замялся Тимур. – Вернее, лаборант мне, конечно, нужен, и я был бы рад, если бы ты отказалась…

– Но из этого ничего не выйдет, – закончил за Тимура шеф.

Он взял из рук молодого человека лист бумаги и передал его Инге.

– Это заявление о приеме на работу. Сам текст можешь не читать, а вот с резолюцией дирекции ознакомься.

Инга взяла листок и прочитала вслух: «Зачислить Клима Федоровича Александрова в лабораторию Инги Егоровны Андреевой».

– Какая странная резолюция. Вы когда-нибудь такую видели, Игорь Сергеевич?

– Ни разу. В институте много отделов и еще больше лабораторий. Но чтобы вот так, поименно, направляли нового сотрудника, не припомню.

– Тимур, – обратилась Инга к коллеге, – ты не подумай, что я где-то у кого-то что-то специально просила.

– А то я тебя не знаю!

Шеф посмотрел серьезно, и молодые люди затихли.

– Есть, ребята, во всем этом одна непонятная деталь. Вам она станет ясна, когда вы пообщаетесь с новым лаборантом.

– Я, кажется, кое-что уже почувствовала, – поделилась Инга. – От него веет каким-то нечеловеческим холодом.

– Я сейчас, – Тимур быстро вышел в фойе.

Вернулся он весьма озадаченным.

– Твоя интуиция, Инга, работает без сбоев. Знаешь, на кого он похож? На биоробота.

Тимур вдруг осекся.

– Игорь Сергеевич, неужели это рэб?!

Шеф смотрел с интересом.

– Догадка не беспочвенна. В нашем институте ведутся разработки в этом направлении.

– Вы что – хотите сказать, что в мою лабораторию направляют рэба?! Но зачем?! – Инга ощущала сильное возбуждение.

Игорь Сергеевич забрал у нее листок с заявлением и предположил:

– Возможно, наши коллеги проводят эксперимент. Возможно, в нем должна участвовать именно женщина.

– Но почему они не предупредили нас? – Тимур был взбудоражен не менее Инги.

– Иногда чистота эксперимента требует неоглашения его условий. В любом случае мы должны выполнить то, что нам предписано.

Шеф направился к двери и, обернувшись, закончил:

– Думаю, Инга, что вы с Тимуром разберетесь.

В лаборатории Инги

Тимур забежал к Инге в конце рабочего дня.

– Рэб еще здесь? – спросил он.

Инга кивнула.

– Что-нибудь о себе рассказывает?

– Молчит. Я поручила ему записывать результаты эксперимента, и он делает это пунктуально каждые десять минут.

– Его поведение вполне соответствует тем байкам о рэбах, которые ходят внутри института. Сами рэбы бесед не начинают, но на конкретно поставленные вопросы отвечают.

– Это интересно, Тимур. Давай попробуем его порасспрашивать.

Инга провела коллегу в соседнюю комнату. Прозрачный резервуар, похожий на огромный, во всю стену, аквариум, притягивал к себе внимание. Он был заполнен чем-то голубым, и в этой однородной среде то тут, то там вспыхивали серебристые искорки, хорошо заметные под специально подобранным освещением.

Тимур видел эту картину далеко не в первый раз, но все же воодушевленно произнес:

– Никогда не перестану восхищаться этой красотой!

Лаборант сидел у стола и что-то записывал, никак не реагируя на появление в комнате людей.

– Клим, – позвала его Инга, – рабочий день закончился. Ты собираешься идти домой?

– Я останусь, – прозвучал бесстрастный голос.

– Это невозможно, – возразила Инга. – Я должна покинуть это помещение последней.

Отклика не последовало.

– Надо задавать вопросы, – напомнил Инге Тимур. – Клим, где ты живешь?

Ответа по-прежнему не было.

– Твой вопрос, наверное, звучит абстрактно, – предположила Инга. – Спроси как-нибудь поконкретнее.

– Клим, у тебя есть место, где ты питаешься и спишь?

– Да, – голос Клима был все таким же безучастным.

– Это место находится в институте?

– Да.

– Мы можем туда пойти с тобой?

– Нет.

– Почему?

Ответом было молчание, и Инга посоветовала еще раз:

– Спрашивай определеннее.

– Кто тебя кормит, Клим?

– Рита.

– Рита послала тебя к Инге?

– Да.

Тимур принес два стула, и они с Ингой расположились рядом со столом.

– Давай теперь я попробую, – предложила Инга и спросила: – Клим, Рита работает в нашем институте?

– Да.

– Ей сорок лет?

– Тридцать.

– У нее короткие светлые волосы?

– Темные длинные.

– Она высокая?

– Да.

– Она работает на пятом этаже?

Клим молчал.

– Возможно, он этого не знает либо эту информацию закодировали в нем как запрещенную, – предположил Тимур.

– Тогда спросим по-другому. Клим, когда ты выйдешь в фойе, ты пойдешь направо?

– Я пойду прямо, а потом исчезну.

– Ты перестанешь ощущать свое тело?

– Нет.

– Ты станешь невидимым для нас?

– Да.

– Что сделает тебя невидимым?

– Кокон.

– Ты находишься сейчас в коконе?

– Да.

– Кокон изменит свои свойства в фойе?

– Да.

Тимур вдруг насторожился.

– Клим, кокон нужен тебе для работы в лаборатории Инги?

– Да.

– Он может фотографировать происходящее?

– Нет.

– Он примет участие в эксперименте?

– Да.

Инга и Тимур переглянулись.

– Кокон изменит ход эксперимента? – быстро спросила Инга.

– Да.

– И эксперимент даст другие результаты?

– Да.

– Ты передашь результаты эксперимента Рите?

– Да.

– Рита поблагодарит тебя?

– Она покажет мне Аню.

Тимур и Инга замолчали. Лаборант взял ручку и продолжил запись. Неожиданно ручка выскользнула из его рук, покатилась по столу и упала на пол. Сидевшая ближе к Климу Инга инстинктивно нагнулась к нему и положила руку на его ладонь.

– Не беспокойся, Клим, Тимур сейчас ее поднимет.

Тимур встал со стула, нашел ручку, а выпрямившись, увидел странную картину – рука Инги по-прежнему лежала на ладони Клима и они оба, не отрываясь, смотрели друг другу в глаза. Тимур ощутил, что происходит что-то важное, и решил пока не вмешиваться, а понаблюдать.

Глаза Клима потеплели, в лице его появились краски. Через некоторое время он сердечно произнес:

– Я очень прошу тебя, Инга, – не убирай свою руку.

Тимур больше не мог бездействовать.

– Клим, ты рэб? – прямо спросил он.

– Я человек, – отозвался Клим, по-прежнему глядя в глаза Инги.

Инга была на удивление спокойна.

– Ты сумела извне пробить кокон, – пояснил ей Клим, – и установила канал связи со мной. Пока твоя рука лежит на моей, я человек; но как только ты ее уберешь, я стану рэбом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.