Дарина Ромм
(Не) Лишняя для дракона

ПРОЛОГ. Из всех разновидностей ошибок, пророчество – самая бессмысленная

– Ваше Величество, Ваше Величество! Артефакт проснулся! Гному удалось открыть его, – выкрикивал толстенький запыхавшийся мужчина в домашнем халате и ночном колпаке.

Он подпрыгивал на коротких ножках и решительно отталкивал охрану, которая пыталась помешать ему прорваться в кабинет, где в этот поздний час работал Его Величество.

Король отбросил свиток, который изучал и медленно поднялся с кресла.

– Артефакт проснулся, – переспросил недоверчиво, цепко вглядываясь в сияющее лицо магистра Фоляриса, – это абсолютно точно?

– Абсолютно, Ваше Величество. Пророчество начало сбываться!

– Сколько у нас есть времени на подготовку, магистр?

– Мы должны быть на месте не позже, чем через десять дней, мой король. Плыть через море кораблю примерно неделю. И обратно столько же. На месте нам потребуется пять-шесть дней, не меньше. Значит, и на сборы у нас есть самое большее три дня.

Король замолчал на несколько секунд, ментально отправляя срочные вызовы старшему сыну, главе тайной канцелярии и своему личному помощнику.

– Магистр, вы ведь примете участие в экспедиции? Вы не передумали?

– Ваше Величество, как я могу отказаться от исполнения того, чего ждал почти всю свою жизнь? У меня все готово для экспедиции. Осталось только проверить магические накопители энергии и упаковать немного личных вещей.

– А что с артефактом призыва?

– Он уже пятьдесят лет ждет в землях граххов в полной готовности. Как только мы доберемся до него, я смогу активировать заклинание призыва и после этого нам останется только ждать знака.

Ждать и быть готовыми немедленно пуститься в обратный путь, когда призыв исполнится. Неживое море станет проходимым уже завтра, а ровно через месяц закроется. И если мы не успеем вернуться к этому дню… мы не вернемся никогда.

– Тогда идите готовиться, магистр. Через два дня корабль выйдет из порта.

Несколько минут спустя в кабинет короля зашли принц Санториан и личный помощник короля лорд Бериниани. Следом ворвался запыхавшийся глава тайной канцелярии лорд Гертарий. Его явно выдернули прямо из постели. Принц и секретарь также были одеты по-домашнему. Но поздний час и срочность вызова делали простительным такое нарушение этикета.

– Мой король, – дружно поклонились мужчины. – что-то произошло?

– Произошло. Артефакт проснулся. Послезавтра корабль отплывает…

Глава 1. Хаос всегда побеждает порядок, поскольку лучше организован

Третий день все было верх дном в Альбигене, родовом замке долинного клана Аль-Таундсен, одного из самых могущественных драконьих кланов королевства Ильдария.

Слуги носились по коридорам, исполняя распоряжения главной экономки и мажордома, сталкиваясь друг с другом, роняя вещи и путаясь в полученных распоряжениях.

В порядок приводили каждый уголок огромного замка: с помощью магии чистили портьеры и ковры, протирали столовое серебро и бесценный бисайский хрусталь. В комнатах для гостей перестилали постели и ставили вазы со свежими цветами.

Садовники подрезали кусты, чистили дорожки, ровняли клумбы и газоны. Магией подпитывали кусты роз и пышных гортензий, помогая им распуститься во всей красе.

На кухне целый штат поваров готовил бесчисленные блюда: мясо и рыбу во всех видах, запеченные и жареные овощи, закуски, десерты и напитки для важных персон, скорый приезд которых и вызвал всю эту суматоху. Конюхи в десятый раз чистили конюшни, готовя денники для лошадей многочисленных гостей.

За всем этим хаосом величественно и спокойно наблюдала миледи Аурелия, герцогиня Аль-Таундсен, глава клана.

Это была высокая дама, с идеальной осанкой, темными гладкими волосами, зачесанными на прямой пробор и собранными в строгий пучок на затылке. Манеры ее были властными, хотя не лишенными изящества.

Спокойный и твердый голос звучал так, что любые возражения или несогласие с мнением миледи казались невозможными даже помыслить, а не то, что произнести вслух. Обычно все ее распоряжения вызывали у слуг желание исполнять их немедленно и со всей тщательностью. Что-что, а заставить окружающих выполнять, все, что ей нужно, леди Аурелия умела виртуозно.

Как у всех драконов, лицо ее было гладким и свежим, тело стройным, а седина в волосах почти не проглядывала. Глядя на леди, можно было только гадать, сколько ей на самом деле лет. Конечно, в семейных хрониках была указана дата ее рождения и все близкие знали, что она давно перевалила за третью сотню, но вслух озвучивать ее возраст не решались даже ее заклятые подруги.

После смерти своего мужа, герцога Берниаля Аль-Таундсен, случившейся шестьдесят лет назад, леди Аурелия правила делами своего клана, семьи и замка ласковой ручкой в железной перчатке.

Притом что женщины становились главой драконьего клана так редко, что за всю историю государства их можно пересчитать по пальцам одной руки, главенство Леди Аурелии не было чем-то, из ряда вон выходящим.

Конечно, в свое время было много разговоров и сплетен о том, что заставило герцога Берниала указать в завещании своим преемником жену, а не кого-то из сыновей – старшего Сайрона или младшего Дорталя Аль-Таундсен. Однако оспаривать его решение не стал никто – ни сами сыновья, ни младшие братья лорда Берниала. Да и король не выказал никакого недовольства или удивления по этому поводу. Тем более что, леди Аурелия всегда была в хороших отношениях с королевской четой. И особенно с королевой, с которой была дружна еще с юности.

Послезавтра в замке ждали прибытия семьи жениха ленни Стефианы, старшей дочери Сайрона Аль-Таундсен и его жены Дельфины Эльф-Бритт.

Планировался большой бал и официальное оглашение помолвки Стефианы с Виароном Дел-Браниен, наследником клана горных драконов. По этому поводу все в замке пребывали в нервно-восторженном состоянии, а сама Стефи не находила себе места от волнения, измучив переживаниями и себя, и всю семью.

– Леди Траттиана, немедленно пройдите в комнату сестры и помогите ей успокоиться! – услышав голос бабушки, Тратти Аль-Таундсен, младшая внучка леди Аурелии поморщилась и попыталась слиться с портьерой, за которой пряталась в библиотеке. Все утро она успешно скрывалась от всего этого бедлама, сидя на широком подоконнике с книгой магистра Фоля, известнейшего архимага, жившего семь столетий назад.

Книгу девушка случайно обнаружила на прошлой неделе в лавке артефактов и древностей, когда ездила с семьей в столицу за покупками. Пока сестра и мама делали заказы в салоне самой модной портнихи, Тратти сбежала и направилась по более интересным для нее местам – магазинам артефакторов и лавкам целителей. Вот в одном из таких мест девушка и обнаружила трактат магистра Фоля.

Стоила книга несусветных денег. Гораздо, гораздо больше, чем у Тратти было в наличии. И больше, чем она могла попросить у мамы или сестры. Тем более что, все свои карманные деньги за три месяца вперед она уже потратила, накупив интереснейших книг по магическим плетениям и боевым щитам.

Но, едва увидев ЭТУ книгу, девушка поняла, что без нее из лавки не уйдет. Потому отодвинув в сторону мысли о своем происхождении, благородной драконьей крови и принадлежности к древнейшему роду, Тратти ринулась добиваться снижения цены на вожделенную книгу.

Торг был такой отчаянный, что владелец лавки лант Крег [1], пожилой гном, немало повидавший на своем веку, был ошарашен и даже возмущен: чтобы благородная леди из уважаемой, богатой семьи вот так торговалась? Как матерая торговка рыбой на гномьем базаре. Невиданное и неслыханное дело! Обычно такие девицы или платят, не споря, или, громко хлопнув дверью, возмущенно покидают его лавку, не добившись желаемой цены. Но эта была какая-то неправильная.

Раздумывая, как избавиться от непонятной девицы, гном вдруг вспомнил об одной вещи, которая хранится в подвале его лавки уже много десятилетий. Как будто кто-то прямо в ухо шепнул ему про эту штуку, о существовании которой гном уже давно позабыл. «Вот оно!» – озарило гнома. – Вот как я смогу исполнить долг, висящий на моей шее столько лет! Ну и заработать немножечко для своей пользы, как же иначе».

Убедившись, что странная девица уступать не собирается, и дошла до нужной кондиции в своем желании любой ценой получить книгу, гном решился предложить ей сделку. Немного нечестную сделку, конечно. Точнее сказать, очень нечестную сделку. Но ведь на то он и гном, чтобы все оборачивать в свою пользу!

– Милая юная ленни, – вкрадчиво начал старый проныра, – я могу уступить вам эту книгу по приятной для вас цене… Но с одним условием.

– Внимательнейше слушаю вас, уважаемый лант. – обрадовалась Тратти.

– Дело в том, что некоторое время назад в моей лавке появился один очень необычный артефакт. Он изготовлен очень-очень давно, еще до вашего и даже до моего рождения. Изготовлен он был в тех местах, что ныне называются землями Воплощенных драконов.

– Ого. – подскочила на месте девушка. – Из земель Воплощенных! Так ему много тысяч лет! Вы точно уверены? Я могу на него посмотреть? Откуда он у вас?

– Конечно, конечно, милая леди, я покажу вам его и отвечу на ваши вопросы. – заворковал гном. – Мало того, я хочу попросить вас помочь с ним, а взамен вы получите книгу магистра Фоля по цене, в три раза ниже означенной.

– Прошу вас, продолжайте, уважаемый лант. – слегка насторожилась Тратта. Она прекрасно помнила про бесплатный сыр и те места, где он встречается.

– Так вот, – вкрадчиво продолжил гном, – чтобы активировать этот артефакт нужно капельку крови дракона. Договоримся, что вы даете мне капельку вашей драгоценной крови, а я отдаю вам книгу по очень-очень привлекательной цене. Хорошая сделка, не правда ли.

– Неправда, уважаемый лант. – столь же вкрадчиво ответила Тратти. – Вы сами сказали – «вашей драгоценной крови». Капля драконьей крови на черном рынке стоит дороже, чем пять ваших книг, вместе взятых. Я, конечно, еще совсем юна, но глупостью не страдаю.

– Кхм, – поперхнулся гном, – вы, конечно, кое в чем правы…

– Не кое в чем, а во всем. – пропела, широко улыбаясь, Тратти. – Если вы имеете интерес к драконьей крови, то вот вам мои условия.

Во-первых, я забираю книгу магистра Фоля бесплатно. Во-вторых, вдобавок к этой книге я возьму вот этот артефакт для обретения краткосрочной невидимости. И тоже абсолютно бесплатно. Ну, и, в-третьих, я буду присутствовать при активации артефакта и свою кровь дам артефакту лично… Но сначала я его осмотрю, и вы ответите на все мои вопросы касательно него.

– Да уж, юная леди, – протянул старый гном, лохматя волосы на голове, – торговаться вы умеете. Ну что же, тогда по рукам… И предлагаю провести все части сделки прямо сейчас! – Плюнув дважды на раскрытую ладонь, гном протянул руку для традиционного гномьего подтверждения заключенного соглашения. Тратти радостно поплевала на свою правую ладонь и крепко пожала руку гному.

Ах, если бы в тот миг будущее открылось перед взором девушки и показало, к чему приведет это рукопожатие! Но в тот момент счастливая Тратти могла только радоваться своей удаче, не подозревая, как скоро и как странно изменится ее жизнь.

[1] Лант – обращение к любому почтенному пожилому гному

Глава 2. Будущее любого из нас – сундук с неведомыми сокровищами, из которого мы достаем одни только непрошеные дары

Вся эта история с гномом и книгой промелькнула в голове девушки, когда она услышала в библиотеке голос бабушки и поняла, что ее покою наступил конец. Увы и ах, бабушка обнаружила ее укрытие.

– Леди Траттиана, оставьте свои учебники и пойдите к сестре! Вы обязаны быть с ней в столь волнительный момент ее жизни! – сердито выговаривала старая леди.

Тратти со вздохом сползла с подоконника и предстала перед бабушкой. Если леди Аурелия начинала обращаться к ней на «вы» и называть полным именем, то самым безопасным было проявить послушание. Леди Аурелия очень любила свою младшую внучку. Но дисциплину, хорошие манеры и строгое следование клановым обязанностям и семейным ценностям ставила на первое место в деле воспитания всех своих детей и внуков. И, добиваясь поставленной задачи, могла использовать очень суровые методы.

– Бабушка, ну чем я могу помочь Стефи? Я не смогу быть полезной ни с платьем, ни с прической. Ты же знаешь, даже в лучшие времена мы с ней с трудом находим общий язык. Что уж говорить сейчас, когда она без перерыва переходит от одной истерики к другой?

Она так взволнована приездом ее обожаемого Виарона, что скоро сведет с ума маму и папу. А заодно братьев, всех служанок, лакеев, поваров и конюхов… Мне кажется, даже собаки во дворе скоро сорвутся с привязи и, завывая, сбегут из замка, подальше от этого сумасшедшего дома! Только ты одна в состоянии спокойно пережить Стеф с ее темпераментом.

– Тратти, девочка моя, – смягчилась леди Аурелия, – я знаю, что ты еще очень далека от милых женских штучек – платьев, туфелек, драгоценностей, букетов. И женихи, пока неподходящий для твоего интереса предмет. Тебя интересует магия, артефакты и магические плетения. Уверена, ты лучше купишь новую книгу по зельеварению, чем потратишься на ленточку или заколку. И обсуждению нового фасона платья предпочтешь диспут о свойствах слюны зенийских жаб.

Но сейчас у твоей сестры трудный период. Ты знаешь, как долго мы не могли прийти к окончательному решению по поводу свадьбы Стефи и Виарона. Клан горных драконов пытался, через согласие на женитьбу их наследника на нашей девочке, получить от нас слишком много. До последнего момента мы не были уверены, что все сложится и договор о помолвке будет подписан. Нашему клану выгоден этот брак. Породнившись с горными, мы обезопасим себя от нападений граххов.

– Тратти, ты умная девочка, и понимаешь, как важно для нас избавиться от того урона, который приносят граххи нашим дальним землям. Ну и главное, – ты ведь знаешь, что весь последний год Стеф спит и видит себя женой Виарона. И все эти неопределенности с ее замужеством довели ее до отчаяния. Твой долг поддержать сестру в этой ситуации.

– Было бы из-за кого так убиваться – из-за Рона Дел-Браниен! – тихонько, чтобы бабушка не услышала, пробурчала Тратт. – Смазливый зазнайка и надутый индюк.

– А что именно хотели от нас горные драконы? – добавила она громче. – Я спрашивала у папы, но он только отшучивается. И ты мне ничего не рассказываешь…

– Дорогая, все эти вопросы не детского ума. – строго произнесла леди Аурелия. – Ты прекрасно знаешь, что все, что тебе и Стефи нужно знать, вам уже сообщили.

Пожилая леди выпрямилась еще больше, строго посмотрела на внучку и повторила: – Я рассчитываю на твою ответственность и понимание, что сейчас сестре необходима твоя поддержка.

– Да бабушка, конечно. – потупив глаза, ответила Тратти. – Я только уберу книгу и пойду к сестре.

Леди Аурелия кивнула и вышла из библиотеки. За дверью сразу же раздался ее строгий голос, отдающий распоряжения служанкам.

Тратти с тоской вздохнула, посмотрела в окно и, как обычно, восхищенно застыла при виде открывшегося перед ней пейзажа.

Замок Альбиген получил свое название по имени долины, в которой он был построен примерно пять веков назад. Замок имел форму прямоугольника с трехэтажной квадратной центральной частью и двумя боковыми пристройками, отходящими вправо и влево от основного здания как два широких крыла.

Величественное, ослепительно-белое строение с четырьмя угловыми башнями, переходными мостиками и высокими окнами было расположено в центре долины, окруженной Атласными горами.

Невысокий горный хребет имел форму почти замкнутой окружности, только в одном месте открывая широкий, пологий проход. Дорога через эти природные ворота вела от замка через долину вниз к берегу Теплого моря – спокойного, ласкового, богатого рыбой, моллюсками и съедобными водорослями.

Хребет получил свое название за необычный цвет. Светло-бежевые, блестящие и гладкие на вид, Атласные горы были волшебно красивы и выглядели как застывшие сказочные исполины.

Окружая замок и земли Аль-Таундсенов, горы создавали естественный барьер для сильных ветров и преграждали путь удушливым жарким бурям, которые время от времени налетали со стороны пустынь граххов, высушивая все на своем пути.

С наружной стороны горного хребта лежала широкая полоса плодородных земель, также бывших собственностью Аль-Таундсенов. Заселяли ее люди – земледельцы и ремесленники. Они были подданными клана, платили умеренные налоги и находились под защитой и покровительством драконов. Эта земля тянулась широкой полосой от Атласных гор, доходя почти до пустынь граххов и отделяясь от них несколькими невысокими горными кряжами.

Один раз в месяц в замке принимали всех подданных, желающих подать жалобу, разрешить спор с соседом или обратиться за помощью. Принимала просителей обычно сама леди Аурелия или ее старший сын лорд Сайрон, который наследовал клан после своей матери.

Климат в долине был приятным. Зимы короткие и мягкие, а лето длилось долго. Теплые солнечные дни и душистые звездные ночи перемежались теплыми дождями. Вокруг замка цвели пышные фруктовые сады, весной восхищающие роскошью красок и волшебными ароматами сотен цветущих деревьев.

Осенью собирали огромное количество сладких сочных слив, яблок, груш и еще десятка различных видов фруктов и ягод. Одного винограда выращивались около пятнадцати сортов. Вино и крепкие напитки из долины Альбиген славились на все королевство и приносили клану немалый доход.

Из окон библиотеки было видно кусочек Теплого моря, переливающегося своими жемчужно-голубыми перламутровыми волнами и отражающее лучи яркого весеннего солнца. Разноцветные лодки рыбаков покачивались на волнах, добавляя красок этой прелестной картинке.

В который раз Тратти подумала, что красивее места, чем ее дом, эти горы и сады, в мире не найти. Улыбнувшись от накатившего счастья, девушка поставила книгу на полку, еще немного постояла, глядя в окно, и уже затем поплелась в комнату сестры. Там ее поджидали кошмарный кошмар и ужасный ужас.

Глава 3. Красавица все может себе позволить, красавице все можно простить (Мольер)

Стефиана, старшая сестра Тратти была красивой, очень белокожей блондинкой. Серебристые мягкие волосы и прелестные черты лица девушка унаследовала от матери, леди Дельфины. Довольно рослая и физически сильная, но вполне изящная, даже по строгим драконьим меркам, Стефиана Аль-Таундсен заслуженно считалась одной из первых красавиц королевства.

Фигура Стефи удивительным образом сочетала стройность с округлыми, женственными линиями. Лицо с изящным носиком, высокими скулами и нежным маленьким ртом было эталоном красоты. Ее безукоризненные манеры были примером для подражания других юных леди, и дополнялись отвратительным характером. Она была энергична, самолюбива, по-женски тщеславна и обладала гигантским самомнением.

С раннего детства Стефиана проявляла строптивый характер, была остра на язык, довольно злопамятна и терпеть не могла глупцов. Ее силе воли и упорству в достижении поставленной цели мог позавидовать самый могучий воин королевства. При всем этом Стеф в совершенстве владела искусством выглядеть нежной, милой, даже робкой и застенчивой.

Когда она смотрела на вас своими нежно-голубыми с серебряными искорками, чуть удлиненными к вискам глазами, трепеща ресницами и мило смущаясь, вы даже представить не могли, что это нежное создание может громко кричать и топать ногами, руку имеет тяжелую и за словом в карман не полезет.

Стефи не была злой или жестокой. Во всяком случае, ни одна служанка в жизни не получила от нее серьезных наказаний или оплеух. В отличие от младших братьев, сестры и многочисленных кузенов, которым Стеф щедро раздавала тумаки и подзатыльники. Делала это она исключительно в воспитательных целях, полагая, что это лучший способ донести до всей этой мелюзги, кто в семье самый–самый.

Много лет Стеф была единственным ребенком лорда Сайрона и леди Дельфины и привыкла получать всю любовь, внимание и нежность, как родителей, так и бабушки, для которой долго была единственной внучкой.

Когда Стефиана злилась, а злилась она часто, глаза ее наливались глубокой штормовой синевой. Серебряные искры вокруг зрачков превращались в молнии, делая их захватывающе прекрасными.

Ох уж эти глаза женщин рода Эльф-Бритт, родового клана леди Дельфины! Глаза эти были знамениты своей красотой на все королевство и даже за его пределами. Огромные, нежного голубого цвета, удивительной вытянутой к вискам формы, ясные и чистые – наследство от прапрабабушки по материнской линии.

Прабабка была эльфом, которую ее будущий муж-дракон увидел на ярмарке, тут же влюбился и украл через два часа после первой встречи.

Эльфийка оказалась принцессой и младшей дочерью Владыки эльфов и имела свои, собственные планы на жизнь. А уж становиться драконьей женой и вовсе не собиралась. Дева она была нежная, но решительная, и между нею и прадедом случилась настоящая война.

Но, по легенде, дракону все же удалось покорить гордое эльфийское сердце. Прадед привез принцессу в свой замок и сделал женой, невзирая на недовольство своих родителей.

Рассорившись со всей родней из-за женитьбы, прадед создал новый клан. К имени рода родителей прадед добавил приставку Эльф и стал родоначальником клана Эльф-Бритт. Жена родила ему двоих детей, и сейчас их потомки составляли большой, богатый и сильный клан.

Кровь драконов в их венах была не кристально чистой, но это не мешало членам рода Эльф-Бритт быть состоятельными, уважаемыми и иметь большое влияние в своем королевстве. Родство с Владыкой королевства эльфов играло не последнюю роль в процветании клана.

Как известно, связи решают все. А у клана Эльф-Бритт эти самые связи были очень крепкими и быстро решающими любой вопрос.

И да, все женщины основной ветви рода рождались красавицами с удивительными глазами своей прародительницы. Это делало их желанными невестами для каждого дракона из любого клана. Одна из двоюродных сестер леди Дельфины даже вышла замуж за второго принца соседнего королевства Акалитании, что еще больше укрепило положение рода.

В комнате сестры, к своему огромному удивлению, Тратти не обнаружила никого, кроме самой Стефи.

Все свободное пространство было завалено платьями, коробками с обувью, бельем и отрезами тканей, мехами и шляпками. Комод из драгоценного дерева вэбби трещал под шкатулками с украшениями, флакончиками духов, румянами, помадами, заколками и веерами.

Сестра сидела в кресле у окна, и вид у нее был настолько странный, что Тратти встала как вкопанная, с недоумением ее рассматривая.

– Ну, проходи, что застыла. – услышала Тратти. – Сядь со мной рядом, пожалуйста. Я выгнала всех, мне тошно от их суеты. И с мамой не могу поговорить об этом…

Тратти медленно подошла к окну, отодвинула стул от туалетного столика и осторожно присела на краешек.

– Стефи, что с тобой произошло? – шепотом спросила Тратт. – У тебя было видение?

Глава 4. Предсказывают все – предвидят немногие

Стефиана Аль-Таундсен была хорошим магом. Помимо общей драконьей магии она свободно владела стихией воды. Эти способности помогли ей успешно закончить королевскую академию магии и стать дипломированной магиссой.

И еще у нее был дар, о котором семья предпочитала не распространяться. Стефи видела будущее.

Дар был странным и огромной редкостью среди непроявленных драконов, которыми были все драконы континента Анатария. И просыпался дар у Стефии спонтанно, без всякой логики и видимых причин.

Просто она вдруг застывала на месте, глаза становились черными и пустыми. Какое-то время она стояла, не шевелясь, не реагируя ни на что и почти не дыша. Любые попытки вывести ее из ступора в такие моменты были безуспешны. Через некоторое время Стефия резко глубоко вздыхала и теряла сознание. А когда приходила в себя, то произносила пророчество.

Когда это случилось первый раз, девочке было двенадцать. Неделю назад у нее случились первые месячные и все решили, что обморок связан с этим событием. Полтора часа никакие средства не могли привести девочку в чувство. Срочно вызванный замковый целитель перепробовал все, что мог. В конце концов, лекарь развел руками и заявил, что он бессилен привести юную ленни в чувство.

В этот момент Стеф открыла глаза и начала говорить. Речь ее была путанной, и все решили, что это бред. А через несколько месяцев история повторилась. Только обморок был короче, и когда девочка пришла в себя, то ясно, четко произнесла: «Пусть Джелайя не ездит сегодня на ярмарку».

Никто тогда не придал значения этим словам. Все просто радовались, что она так легко пришла в себя.

А на следующее утро в замок пришла весть, что Джелайя, их экономка, сгорела в пожаре, который произошел в трактире на воскресной ярмарке в соседней долине.

С тех пор, один-два раза в год у Стефии случались такие потери сознания и каждое ее пророчество сбывалось. Объяснить, откуда взялся этот дар и как он работает, не удалось ни магам, ни целителям, ни ученым. В книгах по магии и истории магии тоже не нашлось никаких упоминаний о подобном даре.

Со временем обмороки перед произнесением пророчества прекратились. Просто замерев на несколько секунд, Стефи сразу начинала говорить о том, что было в видении.

В итоге семья предпочла закрыть на дар глаза, ну, произносит девочка пару раз в год пророчества, и слава Триединому дракону, что не чаще. Тем более что после истории с Джелайей, никаких страшных или трагичных событий Стефи не предсказывала.

Так что, можно сказать, что это просто прелесть, а не дар. Не то, что у клана Изумрудных, например. Там у одной из дочерей открылся дар разговаривать с мантикорами. И теперь нежная ленни занимается разведением и дрессировкой этих чудовищ. Вот это действительно ужас, а не дар. Даже, несмотря на то что прирученных ею мантикор теперь используют в армии и охране королевского дворца. И, несмотря на то что по этой причине король очень благоволит клану Изумрудных. Все равно, благородной драконице не подобает иметь такой неблагородный дар!

А еще Изумрудным постоянно приходится искать новую прислугу в замок.

Как только очередная мантикора сбежит из загонов, расположенных на дальнем дворе, да пробежится по окрестностям, наводя ужас на все живое вокруг, и пока не будет изловлена и помещена обратно в магический загон, с десяток служанок успевают так перепугаться, что целители неделями не могут привести их в нормальное состояние.

После каждой такой истории половина прислуги сбегает из замка, даже не требуя причитающейся оплаты. Хоть бы ноги живьем унести! Так что, считай, повезло, что у ленни Стефии дар безопасный. И даже приятный, и полезный… где-то… временами…

А вот сейчас, глядя на лицо сестры, Тратти застыла от заползающего в сердце страха.

– Стеф, что ты видела? Можешь рассказать мне? Или мне маму позвать? – с трудом выдавила девушка. От страха у нее вдруг заледенели руки. И еще почему-то вспомнился лант Крег и артефакт, которому она скормила каплю своей крови.

– Нет, не надо. – прошептала Стеф, повернув лицо к сестре. Глаза ее были почти черными, огромными и пустыми. Лицо выглядело пугающе бескровным.

– Не надо родителям знать. Это касается нас с тобой. – с трудом произнесла девушка.

– Что? Что ты видела? – схватив сестру за руку, воскликнула Тратти. – Ну, рассказывай же!

Стефи смотрела в лицо сестре и молчала. Затем сглотнув, через силу произнесла:

– Я видела свою свадьбу. Но моим мужем был не Виарон. Какой-то огромный мужчина со шрамом через всю щеку держал меня за руку возле странного алтаря. И нас назвали мужем и женой.

– Фу-у-х, а может это хорошая новость? – выдохнула Тратти, пытаясь улыбнуться и придать голосу веселья. – Ты же знаешь, я всегда считала, что ты достойна более мужественного, смелого дракона в мужья, чем твой Виарон. Может мужчина из твоего видения настоящий принц или даже король, и будет всю жизнь обожать и носить тебя на руках. Виарон, сама знаешь, хлипковат и вряд ли сможет далеко унести такую красавицу, как ты.

Стеф попыталась улыбнуться, но ничего не сказала. Глаза у нее по-прежнему были почти черного цвета, застывшие, безжизненные, а лицо бескровным. Как будто она все еще была там, в своем видении.

– А я, что про меня ты видела? – попыталась растормошить сестру Тратт. Почему-то страх из ее сердца никак не уходил.

– Ты? Тебя я видела в красивом зале. – с трудом проговорила девушка. – Ты стояла на каком-то постаменте в странной одежде, и вокруг тебя ходил мерзкий старик. Он бросал на тебя противные взгляды и почти облизывался! И еще там было много других мужчин, и все они рассматривали тебя, как… как кобылку, продающуюся на ярмарке!

Тратти стиснула зубы и сжала ледяные пальцы в кулачки. Стараясь не показать вида, что слова сестры напугали ее, девушка рассмеялась и воскликнула:

– Ой, ну ты скажешь, сестричка! Ну, какой мужчина будет смотреть на меня плотоядным взглядом? С моей-то внешностью! Даже мерзкий старикашка не прельстится такой тощей, нескладной дылдой.

Стефи медленно повернула лицо к сестре. Из ее глаз начали уходить пугающие темнота и пустота, а на лицо возвращались краски.

– Просто ты еще ребенок, Тратти. Когда станешь взрослой, превратишься в настоящую красавицу, уж поверь мне. И бабушка всегда говорит, что хоть ты и заучка, и ничем, кроме своих книг и боевых искусств не интересуешься, но природа возьмет свое, и однажды ты сама захочешь стать красивой. Но там, в моем видении ты была такой, как сейчас. Ты еще не выросла и не стала красавицей. Значит, все произойдет скоро.

Тратти замерла. Стефи говорит что-то хорошее о ее внешности? Сколько себя помнила, она только и слышала от старшей сестры: страшилка, дылда, тощик, неуклюжка.

Конечно, во многом сестра была права. К своим пятнадцать годам Тратти оставалась такой же, какой была все детство – слишком высокой для своих лет, очень худенькой, с резкими движениями и способностью разбивать, ронять и опрокидывать все вокруг себя.

Конечно, ее темные, густые, как у отца и бабушки, волосы были красивы и волной спадали ниже спины. Но они никак, ну никак, не желали укладываться в аккуратную прическу и вечно торчали во все стороны, выбиваясь из косы и придавая девушке растрепанный вид. Длинные, тонкие руки – веточки, и ноги – палочки категорически отказывались двигаться плавно и изящно.

А уж улыбка! Вместо того чтобы складываться в красивую, округлую форму наподобие розового бутона, как учила современная мода, ее большой рот с полными губами постоянно растягивался в широкую, сияющую улыбку. Бабушка Аурелия все время ворчала, что леди не должна скалить зубы, как уличная танцовщица, завлекающая клиентов. Даже если эти зубы красивы.

Манеры ее тоже были далеки от идеала. Тратти бегала от уроков танцев и этикета с таким упорством, что заслужила искреннее презрение сира Леоналлио, их учителя изящных манер.

Зато на уроках по искусству боя ее наставник мэтр Алекс Борис, довольно улыбался и гордился успехами девушки, больше, чем кем-либо из своих учеников.

И действительно, стоило Тратти взять в руки шпагу, или меч, или парные кинжалы, как ее неуклюжесть испарялась без следа. Движения становились плавными и точными, тело приобретало кошачью гибкость и пластичность, а глаза горели таким огнем, что никто не смог бы назвать ее дурнушкой, неуклюжей, нескладной. Мэтр Борис не уставал повторять, что ленни Траттиана прирожденный воин. И магом она станет превосходным, как только ее дар полностью проснется.

Все это мгновенно промелькнуло в сознании девушки, и холодок страха еще быстрее побежал вверх по позвоночнику. Если Стеф похвалила сестру, это означает только одно – Стефи потрясена до крайней степени.

– Стеф, ну, подумай сама, какой старикашка может смотреть на меня, как будто покупает кобылу? – попыталась она успокоить сестру и себя, заодно. – Да разве наша бабушка позволит кому-то смотреть на своих внучек без подобающего почтения? И ты, разве ты можешь выйти замуж за кого-то, кроме Виарона? Ты уже так давно влюблена в него без памяти. Рон и его семья прибывают уже завтра. Вечером на балу официально объявят о помолвке, и через месяц вы поженитесь!

А, кстати, что за тобой дают в приданое? Ведь переговоры о свадьбе шли так долго именно из-за него?

– За мной дают сагнитовый прииск. Тот, что на границе с Пустыней.

– Ничего себе! – возмущенно воскликнула младшая сестра, сразу же позабыв про все страхи. – Сагнитовый прииск. Да клан горных станет в два раза богаче, чем сейчас, получив этот прииск. Он приносит огромную прибыль. Сагнит добывают всего в шести шахтах на нашем материке, и две из них принадлежат нашему клану. И мы должны будем отдать одну шахту!

– Иначе глава горных наотрез отказывался дать согласие на нашу свадьбу. – грустно улыбнулась Стефи. – Мне не рассказывали подробностей, конечно. Но я подслушала разговор мамы с отцом. Все наши были против такого приданного. Кроме бабушки. Она сказала, что так или иначе, прибылями с этого прииска будут пользоваться потомки нашего клана – мои дети, и дети их детей. И ради счастья внучки она готова отдать прииск.

– Да, бабушка ради тебя правую руку отдаст, а не то, что половину семейной добычи магического метала. Из всех внуков именно тебя она любит больше всех. – рассмеялась Тратти.

Стефи слабо улыбнулась и ничего не ответила. Некоторое время сестры сидели, молча глядя в окно и пытаясь успокоиться. Затем младшая весело произнесла:

– Стеф, а помнишь, как ты предсказала, что наша собака Афинка принесет восемь щенков, а у нее родилось всего четыре. Может, и в этот раз твое видение не точное?

– Ну да, в тот раз Афинка принесла четыре, зато в следующий раз целых двенадцать детей. Чуть не померла, бедная. А потом еле выкормила их всех. Вот и посчитай – четыре плюс двенадцать будет шестнадцать. Два раза по восемь щенков. Думаю, все точно в моем видении. Только вот знаешь…

– Что?

– Тот мужчина, в моем видении, – он был очень красив, хоть и со шрамом. И я не чувствую печали, хотя точно знаю, что нам не быть с Роном…

– Стеф! – потрясенно воскликнула Тратти. – Что ты такое говоришь?! Ты влюблена в Рона уже столько времени! С третьего курса академии!

– Я не знаю, не знаю, что со мной! Я дождаться не могла, когда мы с Роном поженимся. Дни считала. А сейчас я поняла, что не так уж и хочу быть его женой… – вдруг начала плакать девушка. – Еще и видение это!

Тратти так растерялась, увидев сестру плачущей, что не могла ничего сказать, только молча открывала и закрывала рот.

Стеф и плачет! Да она ни слезинки не выронила в жизни. Даже когда ее любимица, текинская кобылка Веснушка сломала себе передние ноги и мучилась так, что смотреть на это не было никаких сил. Даже тогда Стеф не проронила ни слезинки. Только искусала губы до крови, когда держала голову лошади и пыталась хоть как-то ее успокоить, пока целитель безуспешно пытался залечить переломы.

Только когда стало понятно, что лошадь не спасти, Стеф ушла к себе, не в силах видеть, как ее любимица умрет. Но если слезы и были, их не видел никто, кроме самой Стеф. У этой девушки был железный характер.

– Стефи, – прикоснулась к ее плечу сестра, – милая. Попробуй успокоиться. Я не знаю, сбудется твое видение или нет. Но сейчас ты должна вытереть слезы, умыться и вести себя, как ни в чем не бывало. И если твоя жизнь пойдет не по твоему плану, ты должна принять это с гордостью. И продолжать жить как настоящая Аль-Таундсен, как наследница рода.

– Триединый дракон! Меня утешает моя младшая сестренка. Утешает и требует быть сильной! Мир перевернется, это точно… – вдруг захохотала Стеф. – Ладно, ты права, дорогая. Давай умываться и делать вид, что все хорошо.

Глава 5. Быть красивой не так важно, как быть особенной

Утром Тратти проснулась в отличном настроении. Невзирая на вчерашний разговор с сестрой и тот страх, что она почувствовала, спала девушка отлично. Кошмары не мучили, бессонницы не было, все страхи улетучились.

Потянувшись и сладко зевнув, она вскочила и подбежала к окну. День обещал быть чудесным, по-весеннему теплым, напоенным ароматами цветов и трелями птиц.

Первым делом она проверила магическую почтовую шкатулку. Осенью Тратти планировала поступать в Королевскую Академию магии и несколько дней назад отправила заявление на поступление. И теперь с нетерпением ждала ответа из академической канцелярии.

Дар Тратти еще не раскрылся, и каким он будет, никто не мог сказать, пока ей не исполнится шестнадцать. День рождения был через два с половиной месяца, как раз в день праздника средины лета и вот тогда станет точно понятно, какой магией наградил ее Триединый.

Мама была сильным магом воды, как и старшая сестра. Отец – маг земли. А бабушка была универсалом. Все четыре стихии хорошо подчинялись ей и имели примерно равную мощь.

Ну и, конечно, у всех Аль-Туандсенов был высший уровень драконьей магии.

На территории континента Анатария жили представитель разных рас. В средней части континента располагалось самое большое королевство – Ильдария. Правили королевством драконы, как обладатели самой сильной магии. Кроме драконов в Ильдарии жили люди и гномы.

Гномы почти не владели магией, им была подвластна только бытовая, и то в небольших размерах. Преимущественно они занимались торговлей – держали маленькие магазинчики, различные лавки и таверны, в которых подавали отличный гномий самогон.

Все в королевстве знали, что, имея дело с гномами, нужно быть очень-очень осторожным: любой горный коротышка почитал за честь обмануть, обсчитать и обвесить клиента.

Людская магия была связана со стихиями земли, воды, воздуха и огня. Среди людей редко встречались сильные маги. Многие человеческие женщины хорошо владели бытовой магией, что позволяло им находить денежную работу в замках аристократов-драконов в качестве горничных, служанок и экономок.

Люди и драконы в Ильдарии были похожи внешне, и различить их можно было лишь по магической ауре. И еще, драконы были выше ростом, чем люди, а зрачки у них имели форму вертикального овала.

За Туманными горами было королевство эльфов. Рядом с Эльфирией на западе располагались территории нескольких небольших драконьих государств, независимых от Ильдарии. А также территории оборотней, покрытые лесами, в которых жили волки, медведи и кошки. Был еще Зачарованный лес нежити на северном окончании материка. Страшный, мертвый лес, населенный жуткими созданиями, по сравнению с которыми мантикоры казались ласковыми домашними питомцами.

Границу леса охраняли королевские патрули Ильдарии, зорко следившие, чтобы ни одна нежить не выбралась за его пределы. Тем не менее периодически нежить обходила патрули и пробиралась в людские поселки на окраинных землях, наводя ужас и сея смерть.

Драконы из окраинных кланов всегда были готовы отразить нападения нежити, защищая себя и своих людей. Поэтому детей в этих кланах с самого юного возраста учили держать в руках оружие и уметь сражаться. Причем обучали одинаково и мальчиков, и девочек, ведь нежити без разницы кто перед ней – суровый лорд или нежная девица – с удовольствием полакомится обоими.

В противоположном от государства эльфов конце континента, граничащем с землями клана Аль-Таундвен, располагалась пустыня, населенная странными существами – граххами. Это были оборотни, которые, кроме человеческой, могли принимать форму огромных червей.

Приняв свою вторую ипостась, они могли закапываться в песок и любую почву с немыслимой скоростью. Говорят, что под песками Пустыни у них был выкопан целый город.

Как они жили, никто точно не знал, так как граххи ни с кем не поддерживали официальных отношений. С людьми они контактировали, только когда устраивали набеги на людские поселения. Результатом были разрушенные дома, украденное добро и несколько десятков молодых женщин, которых граххи забирали с собой в каждом набеге.

Начались эти набеги лет пятьдесят назад и наносили немалый урон. К счастью, случалось это бедствие не слишком часто, хотя и регулярно – один раз в пять лет. Все территории, граничащие с пустынями, были готовы к нужному моменту, и последние десятилетия успешно отражали набеги граххов, сводя урон к минимуму. Однако сагнитовые шахты на границе с территориями граххов было трудно уберечь от нападений, так как граххи пробирались к ним под землей и обезопасить их от этих нападений не было никакой возможности.

Очередной большой набег как раз ожидался со дня на день. И это было еще одной причиной, почему клан Аль-Таундсен стремился как можно скорее, заключить помолвку с наследником горного клана. Помолвка, а затем свадьба, давала защиту их землям от набегов, благодаря официальному родству с горными.

Именно этим обстоятельством воспользовался глава Горного клана, буквально выбив из семьи невесты столь богатое приданое. Минерал, добываемый на сагнитовом руднике, ценился дороже любых драгоценных металлов за свои магические свойства. Ни один артефакт не мог быть изготовлен без сагнита. Он имел свойство накапливать и удерживать магию бесконечно долго и до невероятных размеров увеличивать любое магическое вливание в артефакт. Чем больше было сагнита в артефакте, тем мощней были его свойства и тем дольше он мог работать без перезарядки.

Почтовая шкатулка была пуста, что немного огорчило Тратти, но не смогло испортить настроения. В одной сорочке девушка подбежала к большому зеркалу и уставилась на себя.

Как обычно, отражение не порадовало. Увы, скоро шестнадцать, а тело, по-прежнему совсем детское, почти без изгибов и выпуклостей, положенных женщинам. Худющая, руки-ноги длинные и тонкие. И рост непомерно высокий.

Она уже была выше мамы и даже немного выше старшей сестры, и все еще продолжала расти. Но у мамы и Стефи к росту прилагалось все, что положено женщине – тонкая талия, округлые бедра, призывно выступающая грудь… А у нее только рост…

Девушка оттянула сорочку за спину, так чтобы ткань облегала тело и вгляделась в свое отражение, поворачиваясь к зеркалу то одним боком, то другим.

Последние месяцы она немного набрала вес и даже кое-где слегка округлилась, но по-прежнему выглядела слишком худой и угловатой. Девушка провела одной рукой по маленькой, совсем еще детской груди, пытаясь оценить ее размер и форму. А заодно и перспективы улучшения фигуры. «Интересно, есть ли у меня шанс стать хоть немного симпатичной, как обещают бабушка и Стеф?» – размышляла девушка, рассматривая себя в зеркале.

Пока что в это верилось с трудом. Рот слишком большой и губы чересчур полные, растянутые в сияющей улыбке. – Как у жизнерадостного лягушонка. – вздохнула девушка. Только небольшой прямой носик был милым и голубые глаза в сочетании со светлой кожей и темными, густыми волосами смотрелись красиво, хоть немного придавая девушке уверенности в себе.

Снова вздохнув и еще чуток попереживав, Тратти выпустила из рук сорочку, покружилась, раскинув в стороны руки, и пообещала себе, что однажды обязательно станет красавицей, каких еще свет не видывал.

В дверь постучали.

– Ленни [2] Траттиана, можно войти? – раздался голос маминой горничной Фелиси. – Я принесла вам завтрак. Ваша матушка просит вас поскорее поесть и спуститься.

– Заходи Фелиси, я уже встала.

Горничная внесла большой поднос с тарелками еды, прикрытыми магическими колпаками для сохранения блюд горячими, и кувшинчиком молока. У младшей дочери лордов не было своей личной горничной, и обычно ей помогала или Фелиси, или кто-нибудь из свободных на этот момент служанок.

Поставив поднос на столик у окна, горничная с улыбкой повернулась к девушке. Слуги в замке любили Тратти. Она была приветлива, не капризна и самостоятельна. Непоседливая добрая и улыбчивая девочка, Тратт была сострадательна – в случае необходимости всегда помогала своей магией и никогда ни на кого не жаловалась.

Свои проблемы Траттиана предпочитала решать самостоятельно и могла дать отпор практически любому, попытавшемуся ее обидеть: если не ехидным словцом, то хорошим болевым приемом из арсенала борьбы сами-бо. Тратти была миролюбива и не нападала первой, но защищаться умела отменно.

– Давайте я налью вам ванну и помогу помыться. – весело предложила горничная. Она была рада, что сумасшедшая подготовка к приему, заканчивается. И в ближайшие дни в замке будет веселье, танцы, много вкусной еды, которая перепадет и слугам. Старшая дочка хозяев, наконец, обручится и даст всем, хоть немного, пожить спокойно.

– Когда вы позавтракаете, я помогу вам одеться. Часть гостей приедет уже сегодня, ваши родители готовятся их встречать. К вечеру должны прибыть будущие родственники Дел-Браниен с женихом. Ленни Тратти, вы уже решили, какое платье сегодня наденете?

– Конечно, нет, Фелиси. Ты же знаешь, мне все равно. Выбери сама.

Горничная покачала головой.

– Ленни, ну как же так. Вы ведь взрослая уже, должны думать и о нарядах, а не только о книжках. Столько молодых драконов приедет сегодня и завтра! Может, вам кто-то и приглянется. Не все же вам на юношей смотреть, как на соперников в фехтовании или магии. Вот вам и надлежит на такой случай красивой быть, если вдруг кто понравится. Давайте, пока вы завтракаете, я что-нибудь выберу. Матушку вашу не будем с этим делом беспокоить, у нее и так хлопот хватает.

Горничная принялась перебирать платья, а Тратти взялась за еду – любимые блинчики с орехово-фруктовой начинкой, пончики с глазурью, омлет, пара бутербродов с ветчиной. И целый кувшин теплого молока. Аппетит у нее всегда был отменный. Окружающие только удивлялись, как в нее влезает такая прорва еды и куда все съеденное девается. Как можно столько есть и оставаться такой худой?

Тратти только посмеивалась. Попробовали бы, как она, каждый день по два–три часа упражняться с оружием или в удивительном искусстве борьбы, которую ее наставник называл «сами-бо». Затем верховая езда. Потом еще несколько часов занятий магией, математикой, историей и другими науками. И в довершение отработка заклинаний, изучение плетений, и тренировки магии с помощью артефактов. И так каждый день без единого выходного.

Тратти очень любила учиться. Ее живой ум и непоседливая натура не давали ей спокойно посидеть на месте. От ничегонеделания она уставала больше, чем от прохода полосы препятствий, которую соорудили на заднем дворе для тренировки братьев и кузенов, и которую девушка научилась проходить едва ли не лучше и быстрее их всех.

В этом они были так различны со своей старшей сестрой. Стефи предпочитала чисто женские занятия и развлечения: музыку, танцы, флирт. За исключением рукоделия, которое старшая сестра ненавидела так же сильно, как младшая уроки этикета. Магией Стеф занималась тоже очень по-женски: изящно и элегантно. Терпеть не могла пачкать руки или одежду или, и того ужаснее, вспотеть, когда магичила.

Траттиана же была сорванцом, обожающим те занятия, где не надо следить за манерами, прической или чистотой платья. На магические тренировки надевала мужские брюки и рубашку, чем приводила в ужас бабушку с сестрой.

Когда Тратти исполнилось двенадцать, ей сшили взрослое платье для верховой езды и изготовили дамское седло. Попытка усадить в него девочку закончилась, не успев и начаться: юная леди наотрез отказалась ездить в платье и сидя боком.

В академии магии Тратти выбрала факультет боевиков. Никакие виды магии ее не интересовали так, как боевая… Только боевая магия! Ну и артефакторика… И зельеварение… Целительство и так было частью драконьей магии. Все драконы, благодаря ментальным способностям, могли видеть раны, травмы и источники боли в теле и воздействовать на них своей магией регенерации.

– Вот, ленни, в этом платье вы будете прелестно выглядеть. – горничная держала на вытянутых руках светло-желтое платье с маленьким вырезом, отделанным белым кружевом и неширокой юбкой с нежной вышивкой по низу подола.

– Оно совсем детское, – недовольно скривилась девушка, – в нем я буду выглядеть как ребенок-переросток.

– Вовсе нет, ленни, вам оно очень пойдет и украсит вас.

– Впрочем, неважно, Фелиси, давай одеваться и вперед, встречать дорогих родственников. Кстати, а как себя чувствует моя сестра?

Пожилая женщина замерла и задумалась. Она служила леди Дельфине много лет и обе юные ленни выросли на ее глазах. Своих детей у нее не было, и Фелиси нянчила и любила девочек, как своих, собственных детей. Те отвечали доброй женщине искренней взаимностью и были с ней откровеннее и ближе, чем даже с матерью. Во всяком случае, про свои первые месячные Тратти сначала сказала Фелисии, а та уже сообщила госпоже.

– Вы знаете, ленни Стефи на удивление спокойна и молчалива. – медленно произнесла горничная. – Леди Дельфина даже забеспокоилась, не приболела ли ваша сестра. Но нет, с ее здоровьем все в порядке. Думаю, просто она так переволновалась, что у нее больше нет сил беспокоиться…

Горничная продолжала болтать, помогая молодой хозяйке, приводить себя в порядок. Тратти ее почти не слышала, думая о сестре и предстоящей помолвке.

Наконец все было готово: платье надето, прическа сооружена и девушка, даже не взглянув на себя в зеркало, поспешила в холл, где ее уже ждали родители.

[2] Ленни – обращение к незамужней благородной девушке. Ленн – обращение к неженатому дракону, не лорду и не наследнику.

Глава 6. Мужчины взрослеют к шестидесяти годам, женщины – примерно к пятнадцати

Большой холл замка Альбиген занимал почти треть площади первого этажа в центральной части замка.

Высокие, на все три этажа, потолки и украшенные лепниной колонны, придавали помещению размах и грандиозный вид. Широкая витая лестница, паркет из ценных пород дерева, драгоценные гобелены на стенах делали помещение роскошным и элегантным, а красивой формы настенные светильники и огромная люстра из ценнейшего бронского стекла придавали ему дополнительной торжественности. Самое отличное место, чтобы продемонстрировать всем прибывающим, сколь уважаемое и состоятельное семейство проживает в этом месте.

Леди Дельфина, посмеиваясь, говорила, что если вдруг вся семья обретет крылья и одновременно захочет обратиться в драконов, то в холе преспокойно разместятся все члены семьи во второй ипостаси, и еще для соседей место останется.

Мама и отец стояли поблизости от широких входных дверей и о чем-то вполголоса разговаривали. Бабушки и Стеф еще не было, и Тратти на секунду задержалась, чтобы полюбоваться на своих родителей.

Они были красивой парой и отлично смотрелись вместе. Нежная, стройная блондинка, леди Дельфиния и лорд Сайрон, статный, широкоплечий, черноволосый дракон, с красивым лицом и хитринкой в темных глазах. Лорд нежно поддерживал под руку жену, которую искренне любил и до сих пор чувствовал страсть, ревность и нежность к «своей малышке Деф».

Лорд был очень умен, дальновиден и расчетлив. Свои таланты он направлял в дело процветания поместья, рудников и благополучия семьи. Политика и дворцовые интриги мало его интересовали, и это было главной причиной, почему они с женой так редко бывали в столице и при королевском дворе.

Должности при короле лорд занимать отказывался наотрез. А на все предложения монарха отвечал, что наблюдать, как шалят его дети интереснее, чем принимать участие в светской жизни. И даже следить за сварами кобелей на псарне веселее, чем за любовными интрижками и супружескими изменами придворных. А в свинарнике его замка живут более приятные существа, чем большинство из присутствующих на королевских приемах. За это придворные отвечали лорду Сайрону злобным шипением в спину и попытками сделать хоть какую-то пакость и оговорить его перед королем. Сказать лорду Сайрону гадость прямо в лицо смельчаков почему-то не находилось.

Все это, впрочем, мало волновало самого лорда, веселило его мать и абсолютно не беспокоило его жену.

Дочери обожали лорда Сайрона, а он в ответ нежно любил своих девочек, гордясь красотой и умом старшей и успехами в учебе и магии младшей.

Сейчас лорд и леди выглядели расслабленными и довольными – они с удовольствием ждали приезда родственников и давних друзей. Сегодня прибывали только самые близкие, и хозяева замка были в предвкушении приятного дня и не менее приятного вечера.

В этот момент на улице послышался шум – топот копыт, скрип колес и окрики кучеров. Радостно завопили дети, толпящиеся на широком крыльце, загомонила прислуга. Несколько больших карет с серебряными гербами на дверях промелькнули мимо крыльца и затормозили на подъездной площадке.

– О, вот и Эльф-Бритты! – воскликнула леди Дельфина. – Сай, Тратт, скорее пойдемте их встречать. Как же я по ним соскучилась! Тратти, как ты думаешь, все ли твои кузены приехали или кого-то, во избежание грандиозных шалостей, оставили дома?

Лицо девушки вспыхнуло от возмущения.

– Ну, мама! Неужели ты никогда не забудешь ту дурацкую историю с кузеном Арчи и сбежавшими из свинарника поросятами! Ты же знаешь, мы не нарочно. Просто мы с Арчи хотели устроить соревнование, кто из поросят самый быстрый, а они взяли и разбежались. Это вышло случайно!

– Конечно, случайно, – рассмеялась леди, – и поросята совершенно случайно с ног до головы забрызгали навозом леди Формали и сбили с ног ее сына Берти. Твоей бабушке, чьей гостей была леди Формали, пришлось три часа успокаивать несчастную даму: хлопотать вокруг нее и приносить извинения.

– Да, а потом еще месяц всячески ублажать старую грымзу, которая не могла простить, что пострадало достоинство ее «дорогого Бертика». – ехидно добавил лорд Сайрон… – А так как, «достоинство» у него и так … эм… невелико, и после нападения поросят оно от пережитого ужаса совсем перестало… хм… кхм… функционировать, то его мамаша была в страшной ярости. Она только-только нашла ему невесту, а тут такая незадача. Пришлось приглашать к бедняге лучших королевских целителей. А оплачивала их визиты твоя бабушка, между прочим.

Лорд засмеялся, а леди Дельфина возмущенно зашипела и, сделав большие глаза, тайком погрозила мужу пальцем – ну разве можно при ребенке говорить о таких вещах!

Тратти с трудом сдержала смех. Что за достоинство, имел в виду отец, она прекрасно поняла. И какая проблема случилась у Берти Формали, она тоже сразу сообразила. Родители полагали, что их младшая дочка совершенно не искушена в вопросах отношений мужчин и женщин. И, тем более, наивна в вопросах мужской физиологии. Но это было большое заблуждение.

Конечно, Тратт была невинна и целовалась всего один раз в жизни. Абсолютно неудачный был поцелуй, кстати сказать – слюнявый и грубый. Но как устроено мужское тело, девушка имела представление.

Еще несколько лет назад она обнаружила в библиотеке закрытый на замок шкаф с разного рода литературой, не предназначенной для детского чтения. Открыть замок при помощи пары шпилек не составило труда.

И вот перед изумленной девочкой открылся, потрясший ее воображение, мир любовно-эротических романов, фривольных стихов и пособий для молодых людей и драконов, начинающих семейную или любовную жизнь. А еще несколько медицинских атласов и учебников с рисунками, во всех подробностях изображающих мужские и женские тела.

А главное – маленькая книжечка, в которой были рисунки обнаженных мужчин и женщин в разных странных позах, приведшие Тратти в ужасное смущение, когда она поняла, что именно эти картинки изображали.

Конечно, девушка самым тщательным образом изучила всю литературу из шкафа. Она ведь будущий ученый, маг и боевик и просто обязана иметь представление обо всем, что может быть связано с людьми и драконами, и с частями и органами их тел. Ведь ей и целительством предстоит заниматься. А как лечить, если не знаком с устройством организма живого существа?

Так что, после изучения секретного содержимого шкафа, Тратти точно знала, что тела людей и тела драконов в первой ипостаси ничем, абсолютно ничем не отличаются. Да и тела гномов с эльфами, и оборотней в людской ипостаси тоже. Только пропорции и степень волосатости у мужчин разные. Но вот ТАМ, у мужчин всех рас все одинаковое.

Тратти убеждала себя, что, только исключительно ради знаний она так тщательно изучила все, что было спрятано в том шкафу. Ради знаний, а не потому, что она не могла оторваться от этих книг, как приклееная, поглощая страницу за страницей, рисунок за рисунком. Эти книги будоражили ее воображение, рождали в голове неприличные фантазии, а в теле возникало блаженное, стыдное томление, разливающееся медовой негой, намекающей на нечто неизведанное и сладко-запретное.

Сейчас же, Тратти спрятала улыбку и, сделав возмущенное лицо, протянула:

– Мама, папа! Ну, сколько вы будете поминать эту историю! Может, пойдем уже встречать гостей? А то бабуля Эльф-Бритт не обнаружит нас среди встречающих и устроит нам такую выволочку, за непочтение к ее особе, что проблемы Берти Формали покажутся не стоящими выеденного яйца, по сравнению с нашими.

Глава 7.1. Бог дал нам родственников. Слава Богу, друзей мы выбираем сами

Семья дружно двинулась на крыльцо. Там уже ждали Стефи и сыновья лорда и леди – четырнадцатилетний Стивен, и Байрон, тринадцати лет. Они успели как раз вовремя – карета герцогини Амалии Эльф-Бритт затормозила у крыльца, а лакей выдвинул подножку и открыл дверцу.

– Ну, наконец, мы добрались. – воскликнула герцогиня, царственно выплывая из кареты. – Дороги у вас ужасны и никакие магические уловители тряски не помогли. Дельфи, ты, кажется, пополнела – неужели ты ждешь еще одного ребенка? Сайрон, тебе не идет этот камзол, это не твой цвет. Девочки, мои дорогие внучки, как я рада вас видеть. Стивен, Байрон вам нужно больше уделять внимания тренировкам – в вашем возрасте тело нуждается в хороших нагрузках.

– Мама, мы тоже рады тебя видеть. – леди Дельфина обняла мать. – Скорее проходи в дом, на улице свежо. Ты приехала одна? Где мои сестры?

– Все со мной, вон уже выгружаются. И, правда, пойдемте в дом, тут ветер. Стефи, девочка моя, дай я обопрусь на твою руку, и ты проводишь меня в комнату.

Герцогиня прошла в дом, а из других карет начали выгружаться многочисленные члены клана Эльф-Бритт – дети, внуки, правнуки герцогини Амалии, общим числом около двух десятков, не считая трех горничных, двух лакеев и двух нянь для малышей.

– Тратти, Тратти, я здесь. – Из окна кареты по пояс высунулась хорошенькая рыжеволосая девушка в сером дорожном платье и замахала руками.

– Эли, наконец-то. Скорее выгружайся и пошли в мою комнату. Ты будешь жить со мной. Ты, я и Ким. Гостей будет много, всем отдельных комнат не хватит, и я уговорила маму поселить нас втроем.

Элидари Бертиранд, дочь троюродной сестры леди Дельфины по материнской линии, была на четыре года старше Тратт. И вместе с Кималой Теренсент, еще одной троюродной кузиной, они составляли «сильнейшую боевую тройку в королевстве, благодаря которой все враги будут повержены, просто умерев от смеха над их проделками».

Кузен Берт Бертиранд, брат-близнец Элидари, которому принадлежала эта фраза, никогда не упускал случая поехидничать над девушками. Имел полное право, поскольку именно ему больше всех доставалось от проделок «боевой тройки».

Девушки кинулись в дом, оставив на родителей Тратт приветствия и размещение остальных гостей.

– Тратти, мне столько нужно тебе рассказать. У нас такое произошло. Мою старшую сестру, Десс, хотят обручить. А она заявила, что если родители заставят ее выйти замуж за этого противного Пинки Тегина, то она наймется по контракту в королевские боевые отряды, и тогда только король будет иметь над ней власть, а родители не увидят ее ближайшие десять лет.

– А что родители ответили?

– А родители сказали, что если она не выйдет за Пинки, то им придется отдать за него меня. Представляешь? Меня! Они, оказывается, еще много лет назад подписали с семьей Пинки договор, по которому обязались отдать в жену одну из дочерей. И если расторгнут договор, то им придется выплатить огромную неустойку.

– Какой ужас! Мы должны придумать, как помочь вам с сестрой отвязаться от этого слюнявого недоделка.

Девушки кинулись в комнату Тратт, закрылись на все замки и принялись обсуждать возникшую проблему, не откликаясь на стуки в дверь и никого не впуская, просовещались до самого обеда.

Глава 7.2. Победа становится неизбежной, если для поражения не оставишь ни одного шанса

Тем временем приехавших родственников разместили со всем возможным комфортом и леди Амалия, переодев дорожное платье, вплыла в малую гостиную, чтобы торжественно встретиться со своей заклятой подругой и родственницей, леди Аурелией.

Почти одного возраста и социального положения, нынче обе вдовые, дамы не первое десятилетие пребывали в состоянии неявного соперничества и тайных интриг друг против друга.

– Дорогая Амалия, прекрасно выглядишь. – жеманно протянула сидевшая на мягкой банкетке леди Аурелия. – Скорее, дай я тебя обниму. Присаживайся и рассказывай, что у тебя новенького

– Ай, Релия, оставь эти светские выкрутасы. Ты регулярно получаешь мои письма и знаешь, что у нас происходит. Думаю, нам с тобой лучше обсудить то, что действительно волнует нас обеих.

Вторая леди мгновенно посерьезнела и ответила уже нормальным, деловым тоном:

– Да, Ами, ты права. Меня волнует эта ситуация с помолвкой. Ты уже знаешь, что мы отдаем в приданое Стефы сагнитовый рудник. Но это еще не все…

– Попробую угадать. До тебя тоже дошли слухи о том, что наш король, да будет с ним сила Триединого, решил за счет нашего клана поправить дела своего троюродного братца?

Как известно, клан горных небогат и малочислен. Земель у них мало, да и те не слишком плодородны, но расположены в стратегически важном месте. Их территории примыкают к большей части границ Пустыни, и только маленький ее краешек упирается в земли Аль-Таундсенов. Как раз там, где расположены наши сагнитовые рудники.

– Да, и наши рудники страдают от нападений граххов… – начала говорить леди Аурелия.

– И только кровное родство с кланом горных может защитить рудники от граххов… – перебила ее вторая леди. – Да-да-да, эту сказочку мы слышали много раз, подруга.

Но давай начистоту, не так уж и сильно мы теряем от набегов граххов. Им сагнит не нужен. Я полагаю, что нападают они исключительно от скуки и из любви к грабежам. Что, на самом деле, заставило вас согласиться на этот брак и такой размер приданого?

– Приказ короля. – глухо произнесла леди Аурелия. – Нам прямым текстом велели заключить этот союз. Ну и Стеф питает нежные чувства к младшему Дел-Браниену, как тебе известно.

– Глупости. Обычная юношеское увлечение, от которого наша внучка не желает отказываться в силу своей врожденной упертости. Вот приказ короля – это уже посерьезнее.

– Ами, как я уже говорила, это еще не все… Клан горных очень закрытый клан, что там творится в их замке никто точно не знает. Но слухи просачиваются.

– Это ты сейчас о том, что младший Дел-Браниен извращенец? И предмет его любовных интересов вовсе не нежные дамы, а совсем даже наоборот, мужественные мускулистые самцы, причем, из любых рас, не только драконов. Сладкий Виарончик охотно увлекается и людьми, и оборотнями, и даже гномами не брезгует.

– Да, об этом я и хотела с тобой поговорить. Мы не можем отдать нашу девочку в лапы этого урода. Он ведь много лет избегал всякого общения со Стеф, хотя она явно выказывала ему свой интерес. А год назад вдруг заявился к нам с визитом, окончательно вскружил девочке голову и попросил ее руки. А следом пришел приказ короля. И вот уже завтра утром будет подписан брачный договор. Что нам делать, Ами?

Леди Амалия помолчала, раздумывая, рассказать ли родственнице о своем тайном плане, или ограничиться словами утешения. Кто его знает, получится ли задуманное? И если получится, то, как к этому отнесется родственница. В итоге, поразмыслив, решила ограничиться полуправдой.

– Релия, ты знаешь, что прабабка моего мужа была принцессой эльфов. Мы с ней были очень дружны, она любила меня, как родную. И она оставила мне один артефакт. Незадолго перед смертью она позвала меня, передала эту вещь и объяснила, что я должна буду его активировать в случае, если кому-то из женщин рода Эльф-Бритт будет грозить беда в виде нежелательного замужества или грозящего смертью преследования со стороны мужчины. Активировать артефакт можно только один раз и его сила решит проблему.

Так вот, недавно я сделала это – активировала его. Я не знаю, что должно произойти, но мы должны довериться завещанию моей гранд-свекрови.

– Леди Амалия, если бы я не была в таком отчаянии, я бы сказала, что это поступок, достойный ума птички, живущей у нас на заднем дворе и несущей яйца! Но сейчас я могу признаться, что дошла до такого состояния, что готова довериться даже этому.

И как бы ни решилась наша проблема, это точно не будет хуже, чем отдать внучку извращенцу, который через пару лет объявит ее бесплодной и законно разведется, опозорив на все королевство. Или еще что похуже сделает, чтобы избавиться от помехи в виде ненужной ему супруги. Ведь в случае развода по вине жены, как и в случае ее смерти, все приданое остается у мужа.

– Да, я в курсе условий брачного договора. Поэтому и пошла на такой шаг, обратившись к артефакту бабушки. Давай же, моя дорогая, доверимся высшим силам, успокоимся и подождем, как будут развиваться события. А пока выпьем чаю с моими любимыми вишневыми пирожными, которые так восхитительно печет твой кондитер, и просто поболтаем.

Глава 8. Больше всего люди интересуются тем, что их совершенно не касается

Тем временем гости в замке все прибывали. Леди Дельфина мастерски справлялась с обязанностями радушной хозяйки, встречая многочисленных родственников теплыми улыбками, нежными объятьями и ласковыми словами.

Слуги споро разносили вещи гостей по комнатам и помогали обустроиться. Приехала Кимала Теренсент со своими родителями, и, едва успев поприветствовать хозяев, сразу умчалась в комнату Тратт.

– Сейчас эта троица что-то придумает, и все гости на своих шкурах почувствуют силу их фантазии. – весело объявил Берт Эльф-Бритт своему другу Максу Торриани, приехавшему вместе с ним.

Макс, высокий темноглазый дракон, наследник не очень богатого клана из Залесья, был хорошим магом и подающим надежды боевиком. Через год Макс заканчивал магическую академию и уже сейчас получил предварительное приглашение на службу в королевскую гвардию.

Со своим другом он приехал к Аль-Таундсеном, так как в связи с помолвкой в замке собирались юные незамужние представительницы всех сильнейших кланов королевства. И Макс, будучи хоть и романтичным, но в первую очередь честолюбивым молодым драконом, рассчитывал присмотреть себе невесту, которая пришлось бы ему по сердцу. Брак с которой мог помочь и с продвижением по службе.

Молодые люди решили прогуляться по территории замка. Полюбоваться прекрасными видами, сходить на конюшню, чтобы посмотреть на лошадей атласской породы, которыми славились Аль-Таундсены. Заодно, если повезет, в неформальной обстановке приглядеться к юным девам. Болтая и перекидываясь шутками, они пошли по дорожке через фруктовый сад к дальнему краю конюшен.

Несколько низких прямоугольных строений располагались квадратом, внутри которого было поле для выгула. В данный момент конюхи как раз вывели несколько жеребцов, и молодые лорды решили прокатиться на паре из них.

Лошади были оседланы, и друзья, вскочив в седла, поскакали вокруг замка, огибая его по широкому полукругу, вплотную к линии гор. После получаса скачки решили сделать остановку возле небольшой пещеры, уводящей куда-то вглубь горы.

Лошадей привязали, и, продолжая болтать, друзья решили пройтись. Но не успели сделать и пары шагов, как какой-то звук заставил их насторожиться. Странные постукивания и тихое мерное гудение шли, казалось, прямо от скал, нависающих над их головами. Друзья застыли, прислушиваясь.

– Ты тоже это слышишь? – спросил Макс у приятеля.

– Уж не глухой, слышу, конечно. Пойдем, проверим что это.

Стараясь не шуметь, парни двинулись вдоль линии скалы, пытаясь определить, откуда идет звук. Возле входа в пещеру гудение и стук усилились, и друзья осторожно шагнули внутрь.

В пещере было темно, и Берт запустил магического светлячка, чтобы не переходить на драконье зрение.

Пещера оказалась длинным проходом высотой в полный рост драконов. Стенки были абсолютно ровными, гладкими, как будто просверленными каким-то огромным инструментом. В некоторых местах встречались более узкие и низкие боковые ответвления.

Слегка пригибаясь, приятели пошли по главному проходу, ориентируясь на звук, который становился громче с каждым шагом. Через несколько минут остановились возле стены, за которой постукивания и гудения слышались особенно четко. Как будто что-то мощное работало за стеной, создавая шум и гудение.

– Что будем делать? – спросил Берт.

Марк пожал плечами.

– Может, Аль-Таундсены ведут какие-то разработки в своих горах. Вдруг они начали добывать какой-то минерал?

– Я не слышал ни о какой добыче в Атласных горах. Если бы это было так, моя бабуля знала бы и нам сообщила. Нет, здесь что-то другое.

Приятели глянули друг на друга, затем снова уставились на стену и… И пропустили момент, когда им на головы обрушилось что-то тяжелое.

– Какого… – только и успел произнести Берт, прежде чем потерял сознание. Макс отключился, даже не успев ничего понять.

Когда друзья очнулись, солнце клонилось к закату. По всему выходило, что без сознания драконы пробыли несколько часов. Они лежали возле того места, где был вход в пещеру. Только сейчас его не было. Абсолютно гладкая скала, без каких-либо отверстий. И тишина. Никакого гула и стука, только пение вечерних птиц и стрекот насекомых.

– Это что было? – с трудом произнес Берт. Голова гудела, во рту было сухо и язык едва ворочался.

Ощупав голову, Берт не обнаружил никаких следов удара – ни шишки, ни ссадины – ничего. Это тоже было странно. Ведь от удара, отправившего друзей в беспамятство, должен был остаться хоть какой-то след. Даже повышенная драконья регенерация не могла так быстро залечить рану, которая остается после такой травмы.

– А где пещера, Берт? Здесь был вход в пещеру.

Какое-то время приятели молчали, собираясь с мыслями.

– Знаешь, дружище, – произнес наконец Берт, – не представляю, что это было, и что могло нас так приложить по голове, но, думаю, нам стоит отправляться в замок и молчать о том, что произошло. А завтра или послезавтра наведаемся сюда снова и попробуем разобраться с произошедшим.

– Завтра не получится, слишком много гостей будет в замке. Лучше послезавтра.

На этом друзья и порешили. И, с трудом взобравшись на коней, медленным ходом двинули к замку. Каждый шаг отзывался тупой болью в их затылках и вызывал одно желание – лечь и не шевелиться.

Кое-как добравшись до конюшен и передав лошадей конюхам, приятели отправились по своим комнатам, где благополучно завалились спать, оставив решение всех вопросов на потом.

***

В трактире «Веселый гном», в небольшом городке Тремб, в лиге от замка Альбиген, всегда было шумно и многолюдно. Гномий самогон лился рекой, еда была вкусной, а подавальщицы веселыми и приветливыми. Вот и в этот поздний час главный зал трактира был полон. Большая компания мужчин по виду мастеровых занимала несколько столов в центре зала. Еще пара компаний, поменьше, веселились за соседними столами. Все были пьяны, веселы, заняты едой и разговорами.

Поэтому никто особо не обращал внимания на компанию из трех высоких мужчин со смуглыми лицами, сидящую за дальним столиком под лестницей.

– Брани, у вас все готово? Пути подготовили? – задал вопрос красивый атлетичный мужчина, главный в этой компании. Самый юный из них, с виду совсем мальчик, ответил:

– Да, Трой, все сделали и закрыли пологом невидимости. Правда ….

– Что…? – насторожился Трой.

– Да просто, когда уже заканчивали, притащились два дракона. Пришлось их оглушить заклинанием «Белого молота». Пока они были в отключке, мы все закрыли и спрятали.

– Смотри, Брани, если что-то сорвется, нам не поздоровится. Сам знаешь, какая цена у этого дела.

– Что у вас, Дирк, – обратился он к третьему компаньону – коренастому брюнету с короткой бородкой.

– Корабль уже прибыл. Их маг настроил артефакт и ждет какого-то знака, чтобы активировать его. Вы ждете с другой стороны тоннеля. Когда птички будут у нас, вы их пакуете и уносите. Наша задача закрыть за вами вход в тоннель, иначе можете не успеть добраться до корабля, если вдруг за вами пустят погоню.

– Не волнуйся, у нас все подготовлено…

Мужчины склонили головы ближе друг к другу, заговорив совсем тихими голосами. Доев еду, поданную румяной подавальщицей, они бросили несколько монет на стол и, стараясь не привлекать ничьего внимания, быстро покинули трактир.

Друзья, если вам нравится эта история – ставьте лайки, оставляйте комментарии и подписывайтесь на автора.

Приятного чтения!

Глава 9. Жадная гусеница запуталась в яблоке и укусила себя за зад

Для Стефианы день, когда должна состояться ее помолвка, начался с видения. Она проснулась рано, еще до появления служанки, умыла лицо и подошла к окну. В этот момент все и случилось.

Стефи замерла, взгляд ушел в небытие, и она увидела драконов. Трех настоящих драконов, летящих под облаками, рассекая воздух мощными кожистыми крыльями. Блестящая чешуя сверкала и переливалась металлическими огненными отсветами под лучами закатного солнца. И они были прекрасны!

Дракон, летевший первым, светло-стальной, огромный и мощный, с жесткими гребнями на спине и вытянутой мордой, вдруг повернул хищную голову на изогнутой длинной шее и посмотрел на Стеф. Янтарные глаза с вертикальным зрачком поймали ее взгляд, лишая сил и возможности отвести глаза. Его пасть раздвинулась в ухмылке, а в глазах вспыхнуло яркое, опасное пламя.

Стефи вздрогнула и очнулась, с трудом переводя дыхание и пытаясь успокоить колотящееся в испуге сердце. Она долго стояла, прижавшись лбом к прохладному оконному стеклу, приходя в себя и размышляя об увиденном.

Третий день она была сама не своя. Что-то происходило с ней, но что именно, девушка не могла разобрать. Одно было ясно – она не хочет выходить замуж за Рона.

Как-то резко ее чувства изменились: страстное желание стать женой красивого, обходительного дракона, превратилось в недоумение – что она в нем нашла? Почему целых три года млела от каждого его взгляда и бережно хранила воспоминания о любом мгновении, проведенном возле Виарона Дел-Браниена?

Сейчас Стефи с трудом представляла себя рядом с ним. Да еще эти видения! О чем они? И почему в ее душе с каждым часом крепнет уверенность, что она никогда не станет женой Рона? Она точно знала – что-то важное произойдет в ее жизни. И совсем скоро.

В дверь постучала служанка и Стеф отключилась от своих мыслей, занявшись насущными делами. Вчера Дел-Браниены не приехали, прислав гонца, что будут рано утром следующего дня. И сейчас нужно было срочно приготовиться к встрече с будущими родственниками.

Торопливо одевшись и позавтракав, девушка сбежала на первый этаж, где уже собрались ее родители и бабушки. И вовремя. Не успела она спуститься, как послышался шум, крики, топот лошадиных копыт – во двор заезжали кареты клана Дел-Браниен.

Первым вышел глава рода, высокий, сухопарый мужчина со светлыми волосами и серыми холодными глазами. Церемонно отвесив поклон лорду Сайрону, поцеловал ручки старшим дамам и приобнял Стефи со словами: «Ну, здравствуй, дочка». Стеф вспыхнула и отстранившись пробормотала: «Пока рано так меня называть, лорд Дел-Браниен».

– Ничего, ничего, лучше рано, чем поздно. – ухмыльнулся лорд, в упор, оценивающе разглядывая Стефи. Взгляд у него был таким липким, что Стефи с трудом сдержала желание передернуть плечами от отвращения.

Леди Амалия и Аурелия, внимательно наблюдавшие за происходящим, многозначительно переглянулись. У обеих мелькнула одна и таже неприятная мысль. Их уверенность, что свадьбу нужно отменять любой ценой, выросла еще больше.

Виарон Дел-Браниен появился вслед за отцом. Такой же высокий и светловолосый, как его родитель, Рон был красив: аристократическое лицо с прямым носом и серыми глазами под густыми бровями притягивало взгляды. Полные, чувственные губы сложены в приветливую улыбку, волосы красиво уложены, а бархатный камзол так богато украшен золотым шитьем, что совсем не походил на дорожный костюм. Рон полагал себя абсолютно неотразимым. Впрочем, любой дракон неотразим (или ему так кажется).

В отличие от отца, Рон выглядел дружелюбным и приветливым. Приблизившись к невесте, ухватил ее за ручку:

– Стефиана, моя дорогая, как я счастлив видеть тебя, – протянул Рон с придыханием. – не могу дождаться счастливого мига, который навсегда соединит нас!

– Да, соединит, и заодно позволит захапать наш рудник. – ядовито прошептала на ушко своей подруге леди Амалия. – На пару со своим прощелыгой папашей спит и видит приданое нашей девочки. Мужеложец!

– Ами, когда и как должен начать действовать твой артефакт? – в ответ спросила леди Аурелия. – Ты видишь, что творится – для Стеф уже готово место в постели старшего Дел-Браниена.

– Я не знаю точно, но до свадьбы дело не дойдет. Прабабка говорила об этом точно и определенно.

– Ладно, держим ухо востро и следим за ситуацией. Будем действовать по обстоятельствам.

– Дорогие гости, прошу вас в дом. Сейчас вам подадут легкие закуски и чай, а через час ждем вас на завтрак. – громко объявила леди Аурелия.

– Прошу прощения, леди, но вначале мы хотим решить самый важный вопрос и подписать брачный договор. Ну а потом уже спокойно позавтракать.

– Ну что же. Прошу вас в мой кабинет, лорд Дел-Браниен. Покончим с формальностями поскорее.

Леди Аурелия решительно повернулась и двинулась в сторону кабинета. За ней вслед отправились лорд Сайрон и Дел-Браниен. Когда все участники разместились в кабинете на креслах, дверь отворилась и в комнату величественно вплыла леди Амелия. Дел-Браниен вскинул голову и злобно уставился на даму:

– Леди Эльф-Бритт, ваше участие в подписании не обязательно. Не смеем вас задерживать.

Леди Амалия даже не повернула голову в сторону хама, и ни один мускул не дрогнул на ее лице. Она неспешно прошла до ближнего к окну кресла, спокойно уселась в него и одарила присутствующих ласковой улыбкой, от которой у лорда Браниена по спине пополз неприятный холодок.

– Ну что же, можем начинать. – возвестила леди Амалия.

– Леди Эльф-Бритт, – зашипел горный лорд – вам нет нужды здесь оставаться. Вы не участвуете в подписании договора.

– Уже участвую. – спокойно произнесла леди. – А если вам что-то не нравится, попробуйте вывести меня отсюда. – И леди с комфортом откинулась на спинку кресла, ехидно поблескивая глазами.

– Ну знаете, я отказываюсь что-либо подписывать в таком случае. —вскочил на ноги Дел-Браниен.

– Отказываетесь подписывать договор, лорд? – с усмешкой протянула леди Аурелия. – Мне сообщить королю, что вы отказались от помолвки?

Дел-Браниен с ненавистью буравил взглядом леди, в ярости сжимая кулаки. Несколько минут в кабинете стояла тишина. Пожилые дамы с интересом наблюдали за борьбой, которая шла в душе гостя.

Для леди происходящее было тонкой игрой, острой и опасной, будоражащей им нервы и придающей вкус их застоявшейся жизни. Тем более, на кону стояла судьба их любимой внучки.

– Дружище, зачем так переживать. – миролюбиво произнес лорд Сайрон. – Леди Амалия, как старший представитель клана моей супруги, имеет полное право присутствовать на подписании такого важного документа. Давайте все сядем и окончательно обсудим все параграфы договора.

Дел-Браниен скрипнул зубами, однако сел в кресло. По непонятной ему причине присутствие леди Амалии вызывало ярость и подозрение, что эта леди принесет ему много проблем. К сожалению, формально у него не было причин запретить ей присутствовать в этом деле.

Был приглашен стряпчий, составлявший брачный договор. Невысокий, немного сутулый мэтр Сорнан, смесок человека и оборотня, обладал поистине волчьей хваткой в составлении договоров, купчих и торговых контрактов. Леди Аурелия много лет вела с ним дела и полностью ему доверяла.

Стряпчий начал зачитывать договор и на лорда Дел-Браниен снова накатила злоба:

– Стоп, остановитесь мэтр. Почему датой передачи рудника и прочего приданного указан следующий день после свадьбы? Мы желаем получить приданое сразу же после подписания брачного договора. Как только свои подписи поставят законные опекуны жениха и невесты, сделка заключена, и имущество переходит в клан жениха.

– Уважаемый лорд, вы верно заметили, что ваш сын остается в статусе жениха и после подписания договора. – с удовольствием в голосе произнесла леди Амалия. – Только церемония в храме Триединого сделает его мужем Стефианы. И только после консумации брака обряд будет завершен, а ваш сын получит полное право распоряжаться приданым супруги. Так гласит закон короля Играниана V, который легитимен и действует на всей территории королевства.

– Этому закону пятьсот пятьдесят лет! Про него никто не помнит, и никто его не применял последние столетия! Что вы задумали, леди Аурелия? – обратился лорд Браниен к хозяйке дома, намеренно игнорируя леди Эльф-Бритт.

– Это что ВЫ задумали, лорд Дел-Браниен? – холодно поинтересовалась леди. – Ваш сын еще не стал мужем моей внучки, не подтвердил того, что он способен сделать их брак реальным, а вы хотите получить наше имущество?

Горный лорд позеленел, открыл рот и начал кричать.

С его уст посыпались обвинения в нечестности и желании обмануть клан горных. Он грозил немедленно оправить жалобу королю, обвиняя Аль-Таундсенов в попытке уклониться от исполнения договоренностей. Пугал страшными карами, если немедленно не изменят содержание договора.

Однако все присутствующие сохраняли невозмутимость и полное равнодушие к выкрикам разозленного лорда. И когда тот выдохся, лорд Сайрон все так же добродушно сообщил, что клан Аль-Таундсен готов выполнить все свои обязательства в полном соответствии с прежними договоренностями, но сделает это строго в соответствии с законом. И если лорду Дел-Браниену не хочется отложить помолвку на неопределенный срок, то стоит подписать договор. А его сыну необходимо выполнить все пункты соглашения, связанные с консумацией.

– И как же вы будете проверять, лишил ли мой сын вашу дочь невинности? – грубо поинтересовался папаша жениха. – Будете стоять у брачного ложа и контролировать процесс?

– Что вы, уважаемый лорд, для этого у нас есть специальный артефакт, который сможет определить, невинна ли девушка на следующее утро после свадьбы или по-прежнему девица.

Дель-Браниен задумался. Его сын спать с девкой по доброй воле не будет. Увы, извращенные пристрастия наследника не были секретом для лорда.

«Ладно, что-нибудь придумаем, до свадьбы еще месяц. – размышлял он. – Надо поговорить с артефакторами. Может, придумают, как наложить иллюзию на новобрачную и представить ее в образе смазливого парня, чтобы этот щенок сумел возбудиться. Или придется самому занять его место рядом с невестой в брачную ночь. Я в любом случае окажусь в ее постели, но, возможно, придется сделать это раньше, чем планировалось. – злорадно усмехнулся лорд. – Что же, Аль-Таундсены, рудник все равно будет моим, но за ваше упрямство ответит ваша дочь. Я с удовольствием и пристрастием буду лично наказывать ее за свое сегодняшнее унижение!»

Приняв решение, благородный глава горного клана взял перо и подписал документ. Следом подписи поставили лорд и леди Аль-Таундсен, а стряпчий заверил чистоту сделки.

– Поздравляю вас, милорд. Скоро вы станете обладателем богатейшего приданого. Надеюсь, вы довольны. – с улыбкой произнесла леди Амалия.

Все шло по плану, который они обговорили с Релией. Теперь осталось только отделаться от свадьбы.

Если артефакт все же подведет, придется придумывать какой-то план. В качестве крайнего варианта, леди Амалия даже подумывала об устройстве несчастного случая для отвратительного женишка.

Глава 10. Взросление – чертовски трудная штука. Гораздо легче перейти из одного детства в другое

Через час хозяева и гости замка собрались на завтрак в летней столовой – изящном помещении, с огромными окнами во всю стену, отделанном нежно-зеленой, с позолоченной лепниной на потолке и стенах.

Пока слуги разносили еду-кашу с ягодами, пироги, блинчики, яичницу с ветчиной, запеканку, тушеные овощи – гости смеялись, болтали, обсуждали предстоящий вечером бал. Девушки и юноши обменивались быстрыми осторожными взглядами, стараясь не выдать свою заинтересованность кем-либо.

Стефию и Виарона усадили рядом друг с другом на правах жениха и невесты. Рон был сама любезность и очарование, и сумел обаять почти всех присутствующих леди.

Траттиана со своими верными подругами сидела на противоположном конце стола, поедая завтрак и болтая одновременно.

Полночи они провели в обсуждении вопроса, как помочь сестре Элидари избежать брака, при этом не подставив саму Эли. Планы рождались один кровожаднее другого, и поражали своей изобретательностью и богатством фантазии. Но к сожалению, ни один из них не отличался реалистичностью.

После завтрака все разбрелись по парку насладиться теплой погодой и прекрасными видами.

Несколько девушек собралось на широкой солнечной лужайке – Траттиана, Элидари Бертиранд и ее старшая сестра Дессиния, Кимала Теренсент и Лаурина Баркелей, дочь старого друга лорда Сайрона. Девушки расселись на большом покрывале прямо на траве. Они были давними приятельницами и все, кроме Траттианы, в настоящее время учились в Королевской академии магии.

– Тратти, ты будешь поступать в этом году в академию. Решила, какой факультет выберешь? – спросила Лаурина, хрупкая, зеленоглазая, с черными гладкими волосами, девушка.

– Боевой, конечно же. – засмеялась Кимала, отвечая вместо подруги. – Она же фехтует лучше, чем танцует, а ее любимая борьба сами-бо привлекает ее гораздо больше, чем прогулки с поклонниками.

– Какие поклонники, Ким? Всех поклонников папа разгоняет вплоть до моего шестнадцатилетия. Я же еще несовершеннолетняя, в отличие от вас, старушек с большим жизненным опытом.

– Ах ты язва, – засмеялась двадцатилетняя Ким. – да мы еще нежные нераспустившиеся цветочки. Девочки, а кто из вас уже целовался?

Девушки заахали от такого вопроса. Все они были воспитаны в строгости, и тщательно оберегались от нежелательных контактов с противоположным полом.

– Ким, ты что? Да мои родители запрут меня на чердаке и не выпустят в ближайший год, если только узнают, что я с кем-то целовалась! – воскликнула Эли.

– А зачем им об этом знать? – рассудительно спросила Дессиния.

Она была самой старшей из девушек. Осенью ей исполнялось двадцать два года. Через год она заканчивала академию и вступала в официальный брачный возраст, который в королевстве наступал в двадцать три. Дессиния была отличной целительницей и хорошо владела искусством зельеварения. Все ее подруги пользовались кремами, притирками и духами, которые изготавливала Дес.

Про поцелуи Десс кое-что знала. Как и про мужскую анатомию и про то, чем супруги занимаются наедине в спальне. Знала в теории, конечно. Девственность свою Десс хранила строго, как и положено каждой благородной незамужней драконице.

Жениха родители ей уже выбрали, но это вовсе не значило, что Дес собиралась послушно идти с ним к алтарю. Девушка имела решительный характер и отличалась завидным хладнокровием в любой ситуации. Выбранный для нее жених не взволновал ни ее душу, ни ум, так что шансов у него не было.

Родителям Десс заявила, что замуж за Пинки она не пойдет, и пусть родители лучше решают, как они будут отменять брачные договоренности. Если ее потащат к жениху силой, то она опылит его пыльцой сон-травы, смешанной с корнем кариана. И, единственное, на что Пинки будет способен в супружеской спальне – это храпеть и пускать слюни, как младенец.

– Десс, ты с кем-то целовалась? – вытаращила глаза ее младшая сестра. – С кем, когда? Ну, расскажи!

– Вот еще, буду я вам душу изливать. Тем более что Тратт несовершеннолетняя, ей нельзя слушать о таких непристойностях. —засмеялась Десс.

Девушки еще некоторое время мусолили тему поцелуев, но так как опыта в этом деле у них на всех пятерых было – кот наплакал, то вскоре они перескочили на другие темы. А затем и вовсе разбежались в разные стороны.

Десс и Ким пошли играть в шары с молодыми лордами, Лаурина вернулась в свою комнату, а закадычные подружки Эли и Тратти отправились навстречу приключениям.

Девушки называли это приключением, но, на самом деле они всего лишь уходили в самый дальний конец парка, густо заросший деревьями, куда никто, кроме них, никогда не забирался. Даже садовники со своими ножницами обходили этот угол стороной.

Неизвестно, что тому способствовало. Может быть, отдаленность от замка. А может, потому, что здесь находились развалины старого храма древних драконьих богов, разрушенный много веков назад, но сохранивший какую-то силу. Многие, оказавшись поблизости от этих развалин, начинали чувствовать себя неуютно и спешили убраться подальше…

Лишь юные кузины обожали прибегать сюда. С самого раннего детства, еще когда были малышками в коротких платьишках, они прятались здесь ото всех и секретничали, уверенные, что никто их не подслушает.

Вот и сейчас, они направились в свое тайное убежище.

Однако, подойдя к старому храму, девушки насторожились, услышав шум, не свойственный этому безлюдному месту.

Возле длинной полуразрушенной каменной стены кусты росли широким полукругом, упираясь в стену и огораживая маленькую полянку, скрытую от взглядов густой зеленой порослью.

Как раз с этой полянки и раздавались голоса и странные звуки. Переглянувшись, девушки осторожно начали подбираться к тому месту, где кусты росли чуть менее густо. Стараясь не шуметь, аккуратно отодвинули ветки в том месте, где они были короче остальных.

Два любопытных носика высунулись в образовавшееся окошко и две пары заинтересованных глаз вытаращились на открывшуюся им картину.

На поляне была пара – мужчина и женщина. Она лежала спиной на мужском камзоле, расстеленном на траве, а ее юбки были заданы до самой талии. Корсет платья, наоборот, сполз вниз, открывая две полные, молочной белизны, груди.

Ноги ее были раскинуты в разные стороны и согнуты в коленях. Запрокинутое лицо с прикрытыми глазами было искажено в сладкой муке, с губ срывались хриплые стоны. Руками женщина держалась за плечи мужчины, который разместился между ее бедер, нависая над ней и двигая бедрами в томительном плавном ритме, то ускоряясь, то замедляясь. Одной рукой он мял белоснежные женские груди, то одну, то другую, дыша хрипло и рвано, делая паузы и с рычанием наклоняясь, чтобы губами ухватить алый сосок.

Девушки застыли, не в силах оторвать взглядов, завороженные зрелищем.

Мужчина двигался все ритмичнее и быстрее, мощно вбиваясь в женское тело. Женщина стонала громче и громче, и в один миг закричала, содрогаясь всем телом и хватаясь за мужчину.

Мужчина двинулся еще несколько раз и громко застонав, обмяк и замер. Наступила тишина, в которой слышались только утихающее дыхание любовников.

Девушки, окаменело стоявшие и глазевшие на парочку на траве, отмерли и, переглянувшись, начали быстренько отползать в сторону. Выбравшись из кустов, они, не сговариваясь, со всех ног припустили в сторону замка.

Через несколько минут, запыхавшиеся подружки затормозили у маленькой беседки, увитой лианами. Переглянувшись, они зашлись в хохоте, хватаясь за животы и утирая бегущие из глаз слезы.

– Ты видела, кто это был? – отсмеявшись, спросила Эли.

– Женщина – это леди Пола Волерн. Она училась со Стеф в академии, но старше на три года. Сразу по окончании ее выдали замуж за лорда Воккери Он совсем старый, на шестьдесят или даже больше лет старше ее. – сморщила носик Тратти.

– Я помню лорда Воккери, он еще, к тому же скрюченный набок. А кто был мужчина, ты не рассмотрела?

– А мужчина – это… – закатила глаза Тратти, сделав драматичную паузу.

– Тратт, не томи, кто это?

– Это наш новый конюх, Глим. Он наполовину оборотень-медведь, наполовину человек.

– С ума сойти. Она ведь леди и дракон! А он конюх! Разве так может быть? – тормошила кузину недоумевающая Элидари.

– Эли, ну ты же все видела своими глазами.

Некоторое время девушки молчали, думая каждая о своем. Лицо Эли было расстроенным, и Тратт заподозрила, что сегодня разбились какие-то юношеские идеалы ее нежной кузины.

– Знаешь, я никогда не думала, что ЭТО настолько интересует женщин, что они готовы лечь под кустом с конюхом. – медленно проговорила Эли. – Неужели в браке женщинам это нужно, так же как мужчинам? Я знаю, мой брат ходит в веселые дома, и его друзья тоже ходят. Хотя от меня это скрывают, но я в курсе, что мужчины не могут долго быть без женщины. Но неужели и нам это нужно? Ведь меня не тянет ни к каким конюхам. И вообще, к мужчинам не тянет. А как ты, Тратт? Что у тебя с этим?

Тратти некоторое время размышляла над вопросом.

– Знаешь, просто может быть ни ты, ни я не влюбились еще. Потому нас и не тянет ни к каким конюхам. – пожала плечами Тратти. – Давай возвращаться, скоро обед и начнем готовиться к балу.