Витамина Мятная
НЛО – надежда любовь одиночество

1.09.2021 г
Глубокий космос

Аварийный челнок давно потерял из виду остальных спасшихся, устроив саботаж на корабле ледышек мы последние покинули флагман инопланетян. Сколько воинов, сбежавших из ледяной тюрьмы, выжило? Живы ли Рурк и Дорн? А остальные меченосцы? На эти вопросы нет ответа. В спасательном корабле мы одни.

Бран сейчас спит, а я сижу на его коленях свернувшись жалким клубочком положив голову ему на грудь и смотрю в бескрайний космос. В иллюминаторе только темнота и редкие звезды. Это хорошо, значит, нас ещё не обнаружили.

Мы драпаем как зайцы, поджавши хвост, быстро и трусливо. Маленькой группке отчаянных воинов не суметь сломить сопротивление содружества ледяных планет.

За нами погоня, по следам оставшихся в живых неустанно летят звездолеты фризов, преследуют, не давая отдыха.

Мы разворошили осиное гнездо.

С тех пор как я покинула землю, страх стал моим постоянным спутником. Я боюсь всего.

Вокруг меня неизведанные космические дебри, где я чувствую себя первобытным человеком из каменного века. Странные машины, непонятные технологии, строгие правила, абсолютное подчинение Араны, а посреди всех этих запретов – я, растерянная и боящаяся сделать шаг, чтобы в тот же миг не наткнутся на очередной запрет или правило.

А ещё он. Соблазн. Боль и внеземное удовольствие одновременно.

Я не могу забыть его руки, грубые прикосновения, ледяной холод дыхания. Я одновременно хочу его и боюсь до смерти. Сон, о его глазах, в которые я смотрела, когда он ритмичными толчками входил в меня, снится мне по ночам. В синих как горный лёд радужках возбуждённого фриза сияет космос, такой же бескрайний, что и в иллюминаторе.

Я не могла выкинуть из головы ледяного бога и могла поклясться, что холодный демон не скоро забудет обо мне. Не в его привычках проигрывать и лишаться любимой игрушки.

Он будет преследовать.

* * *

Меня зовут Кэйли Доэрти. Я – землянка. С моей планеты меня украли фризы – раса ледяных существ. Они хотели использовать меня как живой инкубатор для выращивания детей, а Бран – воин-меченосец спас.

Я – Арана: временная избранница властного и деспотичного инопланетянина.

С этим огромным, мускулистым мужчиной у меня договор: я выполняю все его приказы, не перечу, не задеваю его самолюбие, не показываю свой поперечный характер, не заставляю его властную ладонь чесаться, все для того, чтобы потешить его эго, а за это он возьмёт меня с собой прочь с ледяной планеты-тюрьмы и отвезёт на Землю.

Космический варвар мой Норай – повелитель и защитник. Пока он мой временный спутник я не могу и шагу ступить без его приказа, не говоря уже о том, чтобы ослушаться.

Украв небольшой корабль, мы бежали от фризов, оказавшись в открытом космосе, отправились на родную планету воина, Варрив.

Когда мы были уже далеко в пространстве Варриец проснулся и подсел к приборной панели. Бран не успокаивался, с завидным упорством выходил на связь, используя только ему одному известные частоты. И добился-таки своего.

Ему ответили. Второй отряд, возглавляемый беловолосым, не потерял ни одного воина хоть и отделился от нашего. Рурк и Дорн с остальными меченосцами экспроприировали у фризов чуть больший звездолет, чем наш. И также, как и мы, полным ходом направлялись в содружество свободных зелёных планет.

Связавшись со своими людьми, Бран облегчённо выдохнул и отключил связь.

Спасательный челнок фризов казался мне хрупким как скорлупка, да он таким и был, маленький словно игрушечный. Все помещение сводилось к небольшой каюте, в которой гиганту было тесно, да двух закутков в хвосте челнока, санузла с душем и машинного отделения.

За неимением другого места варвар расстелил подобие постели прямо на полу посреди каюты. Импровизированное надувное ложе ледышек, круглое как гнездо, заняло все пространство от стены до стены. Ещё немного поковырявшись, варвар сломал охлаждение. На приборной панели тут же замигали красные лампочки и заверещала сирена, оповещая, что воздух в корабле нагревается до опасной температуры. Воин сломал и её.

Швырнув потную одежду в угол, варвар плюхнулся на мягкое, потянулся, хрустя суставами, поигрывая мускулами, и удовлетворенно выдохнул.

Гигант раскинулся, заняв всю кровать и закинув руки за голову, он подставлял своё загорелое тело струям тёплого воздуха из вентиляционных решёток. Я его понимала, на корабле фризов сама продрогла до костей, но… Черт возьми, дитя природы, разве можно демонстрировать голодным женщинам обнажённого мужчину? Да ещё во всей красе и столь доступного?!

Я не выдержала такого искушения. Крутанулась вокруг своей оси, стараясь не смотреть и не стонать от жара, вспыхнувшего в тайных складочках. То самое неугомонное местечко сладко сжималось при виде выпирающих статей варвара.

Когда я открыла глаза, взгляд упал на полупрозрачные створки душевой кабины. А почему бы мне не охладиться под ледяной водичкой? Пусть струи смоют всю глупость прочь.

Скромно прикрываясь, я разделась и мышкой шмыгнула за перегородку.

Инопланетная «вода» лишь раздразнила любовный голод и напомнила о фризе. Холодные струи моющей жидкости медленно ползли по телу, забираясь в потайные складочки, холодя их, это так сильно напоминало неспешные вкрадчивые движения ладоней сугроба. Живот свело сладостной судорогой.

В отчаянии я всхлипнула.

На миг мне показалось, что грозовая туча накрыла небо, но это был всего лишь недовольный чем-то Бран, заслонив свет, он вошёл в душевую кабину.

Воин навис надо мной, его широкие загребущие ладони схватили и стиснули. Огненные, будто лава ладони прогнали скользкие язычки моющего желе, смахнули крупные куски, растёрли по телу.

– Позови меня, – прорычал варвар в ухо. – Скажи моё имя вслух и попроси то, чего ты желаешь… Я выполню любое твоё желание.

Изогнувшись, я увидела, Брана, антенны Илири стояли торчком вместе с мужественностью. Но её-то я как раз не видела, я чувствовала её болезненный напор.

Я сама не знала хочу ли этого или нет, но телесная жажда была сильнее, и я подчинилась давлению воина. Голодное рычание варвара было настолько неистовым, что я мигом вспомнила все утренние способы проснуться и подумала: снять стресс было бы не плохо. А никто лучше воина не умеет этого делать.

Его руки уже на талии гладят и разминают бедра, норовя скользнуть повыше и ухватить за выступающие части. Сжать, смять причинив сладостную мимолётную боль.

Когда набухшая мужественность требовательно упёрлась в булочки – я сдалась.

– Брр-ран… – тихо проворковала я в ответ, превратив короткую «р» в утробное рычание тигра.

Просить не пришлось. Набухшая, вздрагивающая от сдерживаемого желания плоть ринулась в бой.

Стена в душевой кабине ещё не нагрелось и мне казалось я зажата среди двух стихий. Огонь и лёд.

Я наслаждалась жаром сильного мускулистого тела, при этом моя грудь упиралась сосками в ледяную стену душевой, от чего я получала не меньшее удовольствие. Соски сжались от прохлады, груди расплющились от давления, варвар ритмично толкался в меня все сильнее прижимая к стене.

Щека прилипла к поверхности, а резкие вскрики, вырывающиеся из горла, возвращались ко мне прохладным дуновением. Так похожим на дыхание фриза.

Лёд и пламень нравились мне в равной мере.

Примерно также я не могла выбрать между извращённым сексом с фризом и жаркой первобытной любовью варвара.

Ноги дрожали, обессилив, от удовольствия я сползла по стеночке вниз. Воин, посмеиваясь подхватил меня и придерживая продолжил свои развратно-поступательные движения.

Руки его, смазанные желе, скользили по телу. Игривые, наглые пальцы щекотали складочки дразнили потаённые местечки, намекая на сладостный разврат. Лёгкие, несерьёзные игры в мыльной пене – то, что нужно.

После плена у фризов мы с варваром оба были грязны, очень хотелось смыть с себя не только пот, но и память о приключениях на ледяном корабле и планете-тюрьме.

Я имела глупость набрать моющего желе и в ответ намылить варвара. Когда рука скользнула ниже, поглаживая кубики пресса в ладонь скользнуло нечто горячее. Я удивлённо посмотрела вниз.

В моей руке оказалась выдающаяся часть воина, твёрдая, мощная с крупными венами и округлой головкой. Плоть вздрагивала как сдерживаемое дикое животное, готовое тут же бросится, стоит дрессировщику ослабить бдительность.

Я подняла глаза и встретила пристальный взгляд Варрийца. На его самодовольной роже сияла наглая широкая лыба.

Гигант призывно подвигал бровями. От неожиданности я поскользнулась, но до пола так и не долетела. Варвар подхватил меня и уложил на холодную поверхность душевой кабины, а после накрыл меня своим возбуждённым телом.

* * *

Сигнал связи вырвал меня из сна. Воин резко проснулся, переложил меня со своей руки на кровать и немедленно принял входящее сообщение.

Из динамиков послышался хрипяще-рычащий говор. Бран облегчённо выдохнул и ответил на том же языке. Вскоре в иллюминаторе я увидела корабль, шедший навстречу. К нам на подмогу, на полной скорости двигался улан меченосцев.

Сирена взвыла вторично, но в этот раз это был не просто вызов, это был сигнал тревоги. Кроваво-красный свет озарил кабину челнока. Фризы обнаружили украденный нами спасательный модуль.

Я затаила дыхание. Наклевывалась битва, ставкой в которой была наша маленькая скорлупка.

Улан меченосцев оказался более зубастым, чем рядовой крейсер фризов. Похожий на снежинку корабль был распылён на атомы в считанные секунды. Но я не сомневалась, весть о том, что мы обнаружены была отправлена до того, как звездолет ледышек ввязался в бой.

Слава всем богам корабль меченосцев искал именно нас!

Стыковка прошла без сучка и задоринки, мы беспрепятственно поднялись на борт. Варрийцы отнеслись к нам как к потерпевшим кораблекрушение, долгие дни до Варрива мы с Браном лечились в медотсеке. Надо ли рассказывать, что врачи нам не мешали выздоравливать и укреплять здоровье разными способами.

И вот когда мы были полностью здоровы, а я в принципе забыла, что такое одежда, в иллюминаторе появилась огромная планета вся покрытая зеленью и испещрённая каракулями голубых рек. Не голубая как наша Земля, а именно зелёная, я бы даже сказала изумрудная.

Варрив – родная планета Брана, входящая в содружество свободных планет.

У Варрийцев была своя собственная религия чем-то отдалённо похожая на земное поклонение богине матери, только Варрийцы поклонялись самой природе. В связи с этим все технические службы и заводы находились ближе к полюсам планеты. Сами же Варры селились ближе к экватору.

Мужчины работали в техноцентрах вахтовым методом, их жены и дети жили вдали от загрязненных заводами районов. В лесных поселениях Варрийцев не приветствовалась многочисленная техника и машины, портящие воздух и природу, хотя жители зелёной планеты охотно пользовались благами цивилизации. Просто в домах использовалась техника, работающая на водном, земном и солнечном электричестве, а все вредные вещества вроде космического топлива и прочего были вынесены за пределы жилой территории.

В быту Варры предпочитали все естественное и натуральное, за пределами промышленных городов они пользовались исключительно дарами природы.

Бран старался как можно быстрее убраться из техноцентра, и согласился на первых попавшихся скакунов. Чем вызвал неудержимый ржач у подчиненных. В целом он представлял собой человека, который невероятно опаздывает или бежит от кого-то.

Я здесь была единственной женщиной и неприкрытый мужской интерес инопланетян смущал меня и бесил космического варвара.

А возможно гигант просто соскучился по своему дому. Даже я уже скучала по земле, друзьям, городам и прочему.

Мне оставалось только гадать каким же был дом Брана, в котором мне предстояло стать временной прислугой. Наверно, это небольшой и аккуратненький лесной домик.

Я подозревала, что Бран, не столь богат как Рурк и Дорн. Прибыв на Варрив, те, слишком сильно задирали нос к небу и выпячивали себя. Уходя с корабля фризов, Варриец как мышь-скопидомка собрал вещи и всю аппаратуру, и загнал её в космопорте за хорошие деньги.

Мне немножко было жалко варвара, в этом приключении он чуть не лишился всего, потерял корабль, попал в плен.

Казалось все теперь в порядке – гигант дома. Но стоило нам оказаться среди его сородичей, с инопланетянином произошли странные изменения. Он удвоил усилия по разгону любых представителей иного пола вокруг меня. Стоило Дорну или Рурку подойти ко мне, Бран чуть ли не рычал на них. Гигант вёл себя совершенно безобразно, в нем вновь проснулись собственнические замашки, его тиранское нутро раскрылось полностью и засияло во всей красе. Инопланетянин делал вид как будто я без него и шагу ступить не могу! Меченосец и не собирался признавать за мной хоть каплю мозгов. Он считал, что та, кто согласилась играть с коварными и опасными фризами на раздевание, не имеет и крупицы здравого смысла в организме.

Бесило также то, что он практически не снимал свою шершавую лапу с моей булки, всем и вся демонстрируя – мы вместе. От этого властного захвата я смущалась и чувствовала себя ещё более неуверенной и потерявшейся. Это ощущение бессилия бесило. А от бесчувственного мускулистого брёвнышка не стоило ждать слов утешения.

Все то недолгое время, что мы мариновались в космопорте, у варвара было отвратное настроение и все почему? Потому что кругом были толпы мужчин. Одни Варры всех форм и расцветок. Они бесили Бранна, а меня развлекала ярость варвара.

Оказалось, что не все из них такого же высокого роста как мой воин, но практически все встретившиеся мужчины были в той или иной физической форме.

Одевались Варрийцы по-разному, однако «домашняя» униформа, неизменная одежда меченосцев, которую они носили на своей планете всегда состояла из коротких бридж до колен, безрукавка с запахом на груди и длинным цельнокроеным кушаком. Полы рубахи следовало запахнуть спереди и, перекрестив концы несколько раз обернуть вокруг тела, завязать.

У каждого в треугольном вырезе безрукавки висел золотой медальон – символ воина и меченосца. Рубахи и штаны были разных не ярких цветов. Коричневые, тёмно-синие, тёмно-зелёные, бежевые, оранжевые. Бриджи от чёрного цвета, до светло-песочного. У каждого, одетого подобным образом, за спиной всегда торчала рукоять меча.

Варрийцы других каст носили простые бриджи и рубахи с рукавами. На поясе у них могли висеть бластеры, связки инструментов, небольшие кожаные сумки. Но ни у одного из них не было меча из небесной стали.

Не только воины с медальонами на шее обращали на меня пристальное внимание, но и обычные Варрийцы при виде меня реагировали недвусмысленным образом, выпуская свои антенны Илири и направляя их в мою сторону.

Большая часть техноцентра представляла из себя рыночный лагерь.

Это был мужской рай. Не буду описывать разнообразие оружия, инструментов и машин, достаточно сказать: здесь их было в избытке и ещё с верхом насыпано.

Я сразу же прозвала техноцентр мужским городом.

Женских вещей в продаже не оказалось. За неимением правильной одежды варвар обрядил меня во все те же слои рубашек, только не ярких, как у себя, а тускло коричневого цвета.

Мы затаривались нужными вещами в дорогу, доступно и стоило все не дорого.

В общем на Варриве было терпимо, даже хорошо, до того момента как мы пошли на пищевой рынок за провизией. Тогда это и случилось.

Один торговец с лотком, уже пожилой Варр, протянул мне неизвестный фрукт.

Мы уже несколько часов ходили меж палаток, я устала и проголодалась. Потому с большим удовольствием вонзила свои зубы в сладкий и сочный плод. Он назывался Локра, и был очень забавен и декоративен. Внешне похож на наш персик, только пунцово-красный и мохнатый по сторонам, а между половинок торчит ещё один маленький плод. В целом похоже на двойное сердечко в гнёздышке из чёрного волоса.

А вкус! М-м-м…

У нас на Земле такое не растёт. Сладкий, терпкий, ароматный, насыщенный вкус, по сравнению с ним наши фрукты состоят из одной воды. Надо ли говорить, что я тут же захотела ещё один? Но не тут-то было.

На этом наши покупки резко закончились, и мы полетели домой. В буквальном смысле полетели. Варвар вприпрыжку, и я на нем, вернее поперек него, как на ковре самолёте. На одном плече я, на другом узел с покупками.

Надо ли объяснять, что стоило нам завернуть за угол, недоеденный фрукт выбили у меня из рук?!

И вот мы. Я, Варриец, остальные воины, пара тощих узелков с вещами, все что успели купить, и целая корзина Локры: мы все вместе спешно драпаем из мужского города.

Все это произошло столь скоропалительно, что наш отряд плохо экипированный на отвратительных вурлаках пулей вылетели из ворот техноцентра. Подальше от скопления мужчин.

Под ржач Рурка, Дорна и ишачий смех вурлаков мы углубились в лес.

И только после того, как мы далеко отъехали от города, я узнала, что до того места где живёт варвар ходит скоростной землеход.

Но было уже поздно.

* * *

За пределами техноцентра не было городов.

Скорее посёлки и участки земли. Обширные площади леса, где прямо между деревьев стояли дома и хозяйственные постройки.

Среди всей этой бушующей зелени, как лесные бандиты, совершенно свободно и без какого-либо контроля бегали детишки. Группами, стаями, бандами, толпами и по одиночке.

Детей здесь было очень много. Крепенькие, пухленькие, с чумазыми от ягод мордочками, здоровые и свободные.

Они совершали набеги на огороды, фруктовые плантации и ягодные поляны. Взрослые им не запрещали набивать животы. Все это изобилие росло вдоль дороги, посреди леса, и прямо вокруг жилищ без оград и заборов.

Домов здесь было видимо не видимо, как грибов, которые росли под каждым деревом. Да они и были похожи на грибы, под круглой будто черепаший панцирь крышей, с белёными стенами и круглыми окошками. Самые высокие здания не превышали трёх этажей. Больше напоминая не одно жилище, а много маленьких сбившихся в кучу.

Они расползались во все стороны, огибая деревья, разрастаясь маленькими открытыми двориками, пополам с огородами, фруктовыми садами и дикими участками леса.

Такие тянущиеся на многие километры поселения без конца и края, я тут же обозвала женскими.

Хозяйки строений сидели на крылечках, работали в своих огородах или просто стояли около дороги любопытствуя. Женщин было не меньше, чем детей и все они, как пёстрые бабочки одеты в яркие цветные одежды.

Я заметила, что Варрийки, живущие в одном доме носят одинаковые цвета.

Девушки и маленькие девочки одевались в такие же платьица, как и взрослые, только коротенькие, иногда поддевая под них штанишки, или комбинируя с бриджами.

Платья, если так можно назвать эти летящие кусочки ткани, представляли собой полоски полупрозрачной материи, разной длинны и ширины. Чем ближе к телу, тем короче и плотнее полотно. Куски скреплялись на плечах и руках в зависимости от фасона. Платье одевалось через голову, повисая на плечах и оставалось не скреплённым по бокам. Талию подвязывали широким поясом, собирая материю в складки.

Таких слоёв на женщине могло быть больше трёх, но всегда верхний слой доставал до земли.

При быстрой ходьбе лёгкая ткань расходилась и взлетала, словно невесомое цветное облачко. Надо ли говорить, что в разрезах соблазнительно посверкивали бедра и прочие оголённые участки тела.

Эти слои полотна назывались Чарьма, традиционная женская одежда Варриек.

В подобных нарядах крупные и широкобёдрые Варрийки казались особенно хрупкими и ранимыми.

Местные женщины свободно красили лицо и волосы в разные цвета. Как я потом узнала, все красители были природного происхождения их делали из цветов, ягод и плодов. Краски были безопасны и подходили для всего: кожи, волос, ткани и прожорливых детских мордочек.

А вот обувь жительницы Варрива, предпочитали не надевать, все равно в лесу, где землю устилали мох и трава, не обо что было поранить ноги.

Широколицые, улыбчивые, крепкие и здоровые. Больше всего эти красавицы походили на богинь плодородия.

Я вдруг люто позавидовала их яркой внешности и разноцветным волосам.

Ко всему этому цветущему и здоровому образу прилагался ещё один кусок ткани, который использовали как плащ. Оборачивали вокруг тела на манер греческой тоги, во время дождя набрасывая один конец на голову. Накидки были в цвет всей остальной одежды и расшиты мелким гербовым узором.

Я видела разные оттенки жёлтые, зелёные, красные, голубые. Но даже в жаркую погоду женщины никогда не расставались с этими плащами, предпочитая на худой конец повязать их на талию.

Мы остановились только раз. Бран свесился с вурлака, спросил нет ли у Варрийки ткани на одежду, но женщина покачала головой, и мы поехали дальше.

Дорога проходила через эти частные участки земли и скрывалась в дремучей чаще.

* * *

На ночь мы сходили с дороги и вставали лагерем.

Я, как женщина и помощница, училась выполнять все обязанности, связанные со званием Араны.

У меня не получалось.

– Эй! – позвала я спутников. – Я уже все мясо сожгла, идите есть!

Воины нехотя стали стекаться к костру.

Ещё немного и я сделаю то, чего не добились фризы: потравлю меченосцев. Надо ли объяснить, что Варры, которые любили хорошо покушать были не в восторге? Все были не довольны, но ни один гигант мне не помог.

А все потому, что: «Мужчина не притрагивается к котелкам и сковородкам!» Первая заповедь воина.

Ну и ешьте угольки или голодайте!

На каждой стоянке за еду отвечала я, снова я, всегда я.

Стоит ли упоминать, что последний раз на открытом огне я готовила в далёком детстве, когда мы с родителями ходили в поход?!

Бесило все, куча правил и тонна запретов.

«Разжигать огонь – дело мужское. Женщина должна его поддерживать!»

Поляну тушили всей компанией, когда я случайно плеснула в погасший костёр слишком много зажигающей жидкости.

«Еду в дом приносит воин. Женщина не должна без позволения выходить из-под крыши.» – поучал меня варвар.

Я задирала голову к небу.

«Какая крыша? У нас над головами сплошные ветки!»

Бран вздыхал и сдавался.

По-видимому, землянки не обучаемы и не поддаются инопланетной дрессировке.

* * *

Постепенно на дороге мы остались вдвоём, варвар и я.

Остальные сопровождавшие нас воины свернули с главного тракта, чтобы навестить своих родственников. Встретиться договорились в столице.

Последними нас покинули Рурк и Дорн, они тоже решили заскочить домой.

Рыжеволосый прощался радостно и с шутками, а вот беловолосый нехотя. Я заподозрила что Рурк оставил нас под давлением Брана.

Многочисленные посёлки кончились и начались дожди. Тёплые и частые. Широкая дорога превратилась в песчаную тропку.

Я не могла сильно жаловаться на погоду, не смотря на постоянную сырость. На то, что на Варриве гравитация была чуть сильнее, чем на земле я не обращала внимания, легко перенося лишнюю тяжесть.

Дитя каменных джунглей, обитательница душных городов, пользователь искусственных вещей, радовалась как ребёнок любым проявлениям природы.

Чистый воздух бодрил, свежая еда насыщала, вода давала сил, крепкий сон лечил. Для меня это было не опасное путешествие через дикий вечный лес, а весёлый пикник на природе.

Когда в очередной раз зарядил дождь, Бран сказал, что он кончится не скоро. Мы сошли с тропы и встали лагерем на поляне.

Леса Варрива представляли из себя рай.

Рай для гурманов. Стоило воинам скрыться за горизонтом, как варвар тут же сместил меня с поста шеф-повара и назначил главным едоком, впрочем, со своими обязанностями я справлялась из рук вон плохо. Хотя поесть на Варриве было что. Каждый куст пестрел ягодами, а в траве под этим самым кустом прятались съедобные растения, корешки, клубни, злаки.

Ветки деревьев гнулись от плодов и лиан-паразитов, которые тоже, между прочим, давали съедобное – цветы.

Везде и на всем росли грибы, не такие, как наши земные, более плоские и низкорослые из-за высокой гравитации, но всех форм и расцветок.

И из всего этого изобилия несколько раз в день Бран готовил невероятные блюда. На каждом привале разные, а останавливались мы ну очень часто, просто гигант уставал носить одежду, норовил остановиться и скинуть ее побыстрее. Не ехать же по лесу голым! Значит, что? Очередной привал! Ему вообще было тяжело стоять, и он старался прилечь. На меня.

Коронным блюдом к корнеплодам, грибам и цветам было, конечно же, мясо – того, кому посчастливилось превратиться в шедевр походного кулинарного искусства. Тарелок не существовало, но варвар со вкусом сервировал придорожные лопухи и листья растений.

– Кушай-кушай, – приговаривал Бран, впихивая в меня очередной лопух, полный снеди, – а то совсем худышечка. С такими хрупкими косточками не получится рожать воинов… – При этих словах я подавилась и закашлялась, а варвар, маслено щурясь, похлопал меня по спине.

В общем, такими темпами мы с ним до столицы доберемся к концу года, если не в следующем обороте.

Муссоны, что застали нас в дороге, на несколько недель помещают нам двигаться вперед. Поэтому Бран решил изменить маршрут и переждать сезонную непогоду в охотничьих угодьях меченосцев. В это время года поселок воинов пустует, но там есть дома и крыши, сухость и тепло, по которым я так соскучилась.

План воина я поддержала на все сто, надоели сырой мох, сырая палатка и мокрые ноги.

Но один вид мокроты я любила и даже жаждала. В нескольких минутах ходьбы от последнего пристанища в скалах скрывался водопад. Я нашла его случайно, когда собирала съедобные грибы, правда, местоположение водных каскадов я смогла определить только по журчанию. Пришлось не один час лазить по кустам, пока я не нашла проход в каменной гряде.

Поэтому рано утром выскочив из палатки, я направилась прямиком в свое секретное местечко.

Когда исчезла такая мнимая опасность, как остальные меченосцы, варвар стал не столь тоталитарно относиться ко мне и уже позволял отходить от него не только в кустики и не только на расстояние трех шагов.

Вымыться без сальных взглядов – верх мечты, а самое главное – без помощи Брана, который совершенно не дает мне ничего делать самостоятельно, будто я немощная калека. Следствие этой помощи: долгое отвлечение от процесса мытья, не меньше нескольких часов.

В общем, скинув одежду, я вступила в воду с двойным чувством блаженства.

У берега было неглубоко. Мелкий песок на дне, прозрачная, словно воздух, вода доходила до пояса. Но вот в центре зияла дыра, откуда поднимался поток ледяной воды, видимо, в это озеро стекали все ручьи с окрестных возвышенностей и терялись в глубине подземной впадины, смешиваясь там с источниками.

Я почти отвернулась от темной воды, когда краем глаза заметила тень. Инстинктивно я шарахнулась в сторону – и не зря. Мимо скользнула слизистая тварь, меня обдало илистой вонью и ошметками водорослей.

Дальше шли сплошные рефлексы, потому что головной мозг передал управление спинному, мозжечку и мышцам ног. Эти части тела реагировали быстрее, не задаваясь сложными вопросами, такими как: бить, бежать или попить чайку? Они делали то, что нужно, не задумываясь.

Рыба – бледная, рыхлая и одутловатая, словно аллергик, съевший тонну арахисового масла, приподнявшись на плавниках, прыгала за мной, я шарахалась от нее во все стороны. Существо вставало между берегом и мной. Постепенно до меня дошло: этот гигантский илистый прыгун пытается согнать меня с мелководья на глубину, не иначе чтобы утопить. В отчаянном прыжке я кинулась к возвышающимся над озером водопадам. Царапая руки об острые камни, полезла вверх – это было мое единственное спасение. Скалы оказались не столь высоки, а мест, куда можно поставить ногу или зацепиться рукой – единицы. Я банально срывалась и скользила вниз вместе с водой и каменным крошевом.

Ультразвуковой сигнал страха и паники всполошил окрестности. Высоко надо мной появилась тень. В ту же секунду на вершине водопада показался варвар. Я счастливо выдохнула. Бран! Здесь! Какое облегчение!

Хоть я и висела на двух пальцах, царапая ногами камень, невольно залюбовалась им.

Воин вмиг оценил ситуацию, напрягся, собрался, приподнял бровь и… не двинулся с места.

Расслабленно присел на корточки и, глядя на меня сверху вниз, подпер щеку кулаком.

Я тщетно визжала его имя, пока мои окоченевшие пальцы миллиметр за миллиметром разжимались. Все это время бездушный варвар осматривал окрестности, играл камушками, ковырялся веточкой в зубах, выискивал в шевелюре блох, лениво почесывался, в общем, наслаждался природой.

Лупоглазая тварь подо мной продолжала делать «гам-гам» беззубым ртом с упорством машины-убийцы, ей было все равно, кто еще стал свидетелем нашей короткой борьбы за жизнь. Рыба видела только цель – завтрак в моем лице – и шла к нему кротчайшим путем.

Я цеплялась из последних сил кончиками пальцев. Ногти находили уже совсем мизерные щели и выступы и в отчаянии хваталась за них.

Но это ненадолго, когда кровь совсем уж перестала поступать в конечности, пальцы разжались, и я полетела вниз, прямо в радостно распахнутую пасть чудовища. В честь такого радостного события илистый прыгун щелкнул челюстью, вынимая ее из паза, растопыривая подвижные кости, раззявил глотку еще шире, чтобы я уж точно не промахнулась и не пролетела мимо. Увы, я попала в самую цель. Рыба сделала долгожданный сладостный «чавк» и подавилась мной.

Мощным толчком ног воин отправил свое тело в полет, гигантский прыжок в пасть к монстру. На секунду в моем больном от испуга и вселенской паники мозгу вспыхнула мысль: он последует за мной куда угодно, даже в пасть к самой смерти!

Но титанический фонтан брызг взметнулся рядом, окатив волной пережевывающую рыбу.

Прежде чем вытащить меня на берег, варвар позволил громадной рыбине, держа ее за спинные плавники, поползать за мной по мелководью, а мне «поубегать» от нее на четвереньках.

А после пинками прогнал прочь так и не позавтракавшего монстра.

* * *

Мы сидели на прибрежном песке и обсыхали. Меченосец, развалившись, облокачивался одной рукой о бревно, второй елозил по моей булке. От чего я начинала сильно злиться и от этой самой злости согреваться.

У меня началась затяжная икота.

– Ик! Почему? – всхлипнула я, и воин понял, что я спрашиваю: почему он не помог мне сразу, а позволил сорваться и упасть.

– Бран устал говорить Кэйли, чтобы она не отходила от него далеко.

– А если бы… Если бы… Ик!

– Воин всегда контролирует ситуацию, никакого «если» быть не может. Его избраннице грозит опасность, значит, воин сделает все, что в его силах, чтобы спасти ее. Но мне кажется, ты нарочно провоцируешь такие ситуации, где тебе постоянно грозит опасность. Или, может, ты хочешь, чтобы я спасал тебя почаще? – Варвар придвинулся вплотную, можно сказать, притиснулся, подхватил и буквально вклинился в меня своими выступающими частями тела, так что я повисла на нем, плотно прижатая к его груди, паху и другим жарким местечкам. Но меня не так-то просто было сбить.

– Какая чушь! Я не специально!

– И в тюрьме не специально забралась в звездолет, и на Вайюри…

– Просто этажом ниже были ледышки!

– И поэтому ты полезла в покои к предводителю фризов этажом выше, – перебил меня гигант.

Здесь мне нечем было крыть, обычные ледышки во сто крат безопаснее главдышки, можно сказать, пушистые котята. Я обиженно надулась, а варвар мечтательно продолжал, потираясь об меня выступающими участками тела.

– И рыбок ты тоже случайно пошла кормить…

Тут уж я обиделась очень сильно. Но гигант, зануда космический, не переставал пилить в своей обычной нудной манере.

– У меня уже ладонь устала чесаться, небольшая трепка от маленькой рыбки пойдет тебе на пользу.

– Ничего себе маленькая! – возмутилась я. – Да она меня чуть не загрызла!

– Чушь, у Окуля нет зубов, и это был малек. Взрослые особи засасывают смертельно, могут за раз проглотить целого Тагура.

«Ни черта себе малек! – ругнулась я про себя. – Еще бы сказал, что это была икринка!»

Стало стыдно и обидно, сама не знаю почему. Я тут чуть не умерла, правда, от страха, а не от зубов, но все равно, можно сказать, я смертельно испугалась.

Мне так и хотелось закатить глаза: неужели все воины такие черствые и бездушные бревна! Ни слова утешения, одни нотации, да и то с этаким презрительным превосходством. Как же эта мужская надменность бесит! Я наморщила нос.

Воин опять все понял по-своему.

– На всякий случай покажу тебя лекарю, вдруг чего, – выдал он, глядя на мою гримасу.

Но меня это не порадовало, неужели нельзя понять, что после пережитого ужаса девушке хочется только одного: сочувствия и утешения?!

Я все еще выглядела хмуро.

– И поскорее, – уточнил варвар.

Нет, он невыносим. Каждое его слово звучит как приказ, не терпящий возражений.

Мне захотелось прибить гиганта.

* * *

Охотничий поселок оказался не столь заброшен, как думалось варвару.

Наряду с пестрой флорой Варрив населяет не менее разнообразная фауна. С которой слишком часто и с большой охотой контактируют воины. К сожалению, с ней сталкиваются и остальные жители: дети и женщины. И для них все заканчивается не так радужно.

Поэтому в поселке постоянно дежурил шаман. Другого названия этому седому мужчине я не смогла подобрать, лекарем или врачом он не был, но исправно лечил всех.

Первое, что сделал Бран, – сплавил меня с рук на руки этому врачевателю душ, а после скрылся из виду на целый час.

Шаман был одноруким глубоким стариком, вероятно, именно поэтому ревнивый гигант не побоялся оставить меня с ним наедине.

Врачебный осмотр проходил интересным способом, я скучала и попивала чаек из местных травок, а шаман сидел напротив меня, топорщил антенны-илири и мычал на одной ноте. Весь осмотр занял не более получаса.

Когда все закончилось, Варр важно произнес:

– Кости не сломаны, внутренних повреждений нет. Но я вижу два лица и две души в одном теле.

– Что это означает? – поразилась я. – Вы хотите сказать, что мы, землянки, двуличные?

– Это не мое дело, сколько у вас лиц, а ваши души полностью принадлежат только вам, вы с ними и разбирайтесь, сколько бы их у вас ни было. Сходите к ведунье по этому поводу. Я в основном лечу воинов, а у них совершенно другие проблемы. Мое дело предупредить, что я и сделал.

– Ну да, всякие Окули и прочие несчастные создания, желающие жить, но повстречавшие на дороге меченосца…

– Нет, потеря конечностей, раны от сражений, болезни – это дело городских врачей и камер оживления. Мы лечим «возможность» и «невозможность» Варров.

И тут я зависла, повторила про себя эти слова, и до меня начало доходить.

– То есть вы хотите сказать, что когда они «не могут», то вы помогаете им корешками и травками?

– Воины могут всегда! – оскорбился бывший меченосец. – Проблема в другом: иногда бывают моменты, когда воины «могут», но нельзя. А воин не в силах противостоять влечению к своей спутнице жизни. Тогда на помощь приходит медицина!

«Вот же ж гад этот Бран! Он что, меня к мужскому врачу привел? Сиди тут теперь и красней! Шаман тоже хорош. Что же получается, лечение заключается в том, чтобы меченосцы были менее похотливы и не столь любвеобильны?»

Внутренне я кипела, но пожар гнева тушило неуемное женское любопытство, которое невозможно было затоптать никакими средствами.

Меня так и подмывало спросить, и я не выдержала:

– А… Бран, он э… «здоров»?

– Не стоит волноваться. Здоровее не бывает, таких «здоровых» еще поискать надо.

– То есть ему ничто не угрожает? – уточнила я, осознавая, что дело мое – труба, варвар залюбит меня до смерти.

– Более чем, он даже принимает лекарство. Чтобы быть немного… «нездоровым».

Я побледнела. Ну да, этот немного «нездоровый» хоть бы «чихнул» или «кашлянул» раз! А то я уже забыла, что такое носить одежду. Стоит ее надень, как с меня тут же ее стаскивают и на руках несут в палатку!

– И не травками, а грибочками и ягодками, – уже немного обиженно дополнил Варриец. Кажется, шаман догадался, что я не считаю эту отрасль варварской медицины самой главой. Я все же решила уточнить.

– То есть существует средство, чтобы варвар не…

– Есть, чтобы «не»… – Шаман кивнул на ряды маленьких скляночек. – Это все вопросы?

– А на женщин они также действуют?

– Совершенно, разницы нет.

– Да, спасибо! – поблагодарила, все еще пребывая под влиянием информации.

Выходя, я обернулась, убедилась, что шаман повернулся ко мне спиной, и воровато цапнула одну маленькую скляночку. Просто не устояла. Мои ладони чесались не меньше, чем у меченосца, я считала, что варвар тоже заслуживает наказание и урок.

* * *

Я вышла от врачевателя в недоумении, сжимая в кулаке склянку, мое тайное оружие от господина «все будет по-моему». Теперь не все будет по приказу его варварства.

Увы, я не на все вопросы получила ответы, в списке еще остались пункты, но я решила выяснить все подробности после.

Меня больше волновали эти подозрительные лица и души в моем теле. Они мне не помешают жить? Хотя шаман сказал: я совершенно здорова, Окуль меня даже не помял, так, обслюнявил маленько.

Очень хотелось есть: как только я вспомнила про страшную рыбу, рот тут же наполнился слюной.

Самое время перекусить.

Убитого и закопченного на костре Окуля мы таскали с собой как трофей и угощение для каждого встречного.

Бран перед отъездом из лагеря решился нанести урон местным водоемам. Глупая обжора сама пошла к нему в руки.

Он зашел по пояс в воду и одним ударом кулака промеж глаз уничтожил последнего представителя вида в этом крохотном озерке. Окулю все равно нечего было в озере есть.

Я дошла до края поселка, углубилась в лес, отыскала там почти сухое упавшее дерево и присела на него.

Развернула тряпицу, запах рыбы ударил в нос подобно кувалде, меня замутило, и я согнулась в три погибели, повиснув на бревне.

* * *

Я сидела, прислонившись к бревну мокрой от пота спиной. Поела рыбки, черт побери! За упавшее дерево я даже боялась заглянуть, чтобы ненароком не увидеть то, что минут десять извергалось из меня.

«Значит, я здорова, как корова?! – скаламбурила я, покрывая ругательствами липового врачевателя. – Чертов однорукий шарлатан!»

Или, может быть, рыба уже пропала, при такой-то жаре и влажности? Но я не съела ни кусочка! Взглянув на Окуля, валявшегося на траве, я поморщилась и отбросила его подальше.

Переводя дух, я гадала, что это может быть. Чертов мир! Хочу назад на свою планету, где есть машины и бытовая техника, нормальные врачи и таблетки…

Стоп. Стоп. Что еще нормального есть там, чего нет здесь? Всяких вещей типа мыла, зубной щетки и прочих предметов личной гигиены… и таблеток, и предметов…

Шок ударил в мозжечок и растекся по нервным окончаниям жаркой волной.

Я выпрямилась и начала подсчет. Минут двадцать я топырила и загибала пальцы, считая их.

Получалось, что, как ни крути, с момента последних «дней» прошло очень много времени и мне так и не понадобились ни таблетки, ни предметы гигиены.

Я пересчитала пальцы еще раз, задействовав и те, что были на ногах.

В любом случае у меня еще есть время. Если это то, что я думаю, это всего лишь первые недели, да и есть ли что-то на самом деле? Возможно, это мои фантазии. Не стоит выдавать желаемое за действительное. В последний раз, когда я думала о беременности (вот и сказано это страшное слово) и о детях, я потеряла парня и была украдена инопланетянами.

Это может быть простое несварение или сбой на почве нервов. Плен у фризов, холод их корабле – все это вместе не лучшим образом сказалось на моем здоровье. Кто угодно может заболеть, доведись ему пережить то, что пережила я. Ну и еда-вода здесь чужеродные, да и сам воздух не такой, как у нас на Земле.

«Стоп! – одернула я себя. – Не будь идиоткой! Воздух здесь не такой?! Как же!»

Именно так все и начинается. Моя подруга Сьюзи думала похожим образом, относилась ко всему легкомысленно и играла с парнями в «бутерброд» налево и направо, а потом внезапно уехала, не сказав нам ни слова. И только спустя год мы узнали, что она вовсе не поехала учиться в другой город, а просто нагуляла себе проблему. У нее был ребенок, родители настояли на скорой женитьбе, надавив на ее бойфренда. Только ни к чему путному это не привело. Не выдержав трудностей семейной жизни и родительских обязанностей, молодая пара развелась. Теперь Сьюзи мать-одиночка.

Но у нее хотя бы был парень и муж. Да, она развелась, но где-то есть отец ребенка. И они видятся с ним хотя бы по выходным.

А я? Я ведь даже не встречаюсь с варваром! И с ледышкой упаси боже еще раз встретиться, хоть его глаза я и не в силах забыть.

Если я рожу, чей это будет ребенок? Ничей? Что я ему скажу, если он спросит: «Где мой папа?» Нигде. Твоя мать – космическая ш… Дура вселенского масштаба! Она думает не головой, а противоположной стороной тела.

Нет, этот вопрос надо будет незамедлительно поднять сразу же, как только мы доберемся до столицы. Там сосредоточена вся передовая техника и инновации Варрийцев, шаман, конечно, знающий врачеватель, но я на современные технологии как-то больше полагаюсь. Да и лечить здесь надо не душу, а тело.

Доберусь до города, выясню точно, есть ли ребенок или это плод моего больного воображения и раненого самолюбия. В моем возрасте выдавать желаемое за действительное – норма, особенно если ты все еще без бойфренда.

Мне не дали долго заниматься раскаянием и самокопанием. Варвар как-то быстро нашел меня. Я заподозрила его в слежке или в том, что он навесил на меня маяк. Ну, вот скажите мне: как он мог узнать, что я сижу в лесу на поваленном дереве, скрытая густой листвой, и предаюсь размышлениям и самотерзаниям?

Узел с выменянной одеждой шлепнулся к моим ногам. Так вот куда он бегал. То, что осталось от тушки рыбы, он сменял на женские тряпки. Скатертью дорога, я не могу ни видеть, ни чуять этого Окуля. Если меня стошнит прямо на глазах у варвара, он что-то заподозрит. Бран и так вопросительно смотрит на меня.

Только спустя неполную минуту до меня дошло: необходимо переодеться. Было жалко снимать балахоны варвара, я с ними уже свыклась. Ткань, пропитанная запахом воина, давала ощущение защиты и спокойствия. Я уже привыкла засыпать, вдыхая ее терпкий древесно-мускусный аромат.

А напялив полупрозрачные одеяния, я сразу же почувствовала себя ранимой, хрупкой и незащищенной. Когда от каждого шага или легкого ветерка участки кожи оголяются – невозможно чувствовать себя иначе.

Я взглянула на варвара, чтобы увидеть его реакцию.

Брана прям распирало от гордости. И чем он так гордится? Тем, что достал местную одежду?

Чувство хрупкости ощущалось неприятно, я сразу невзлюбила эти метры полупрозрачной ткани, которые не давали мне той защиты, что приносила одежда меченосца.

– Мне не нравится… – попыталась пожаловаться я. – Хочу обратно штаны и рубаху.

– Араны не носят штанов, женщины тоже, это запрещенная для них одежда. Штаны только для воинов-покровителей.

Что ж, если здесь такие обычаи, придется носить национальный костюм.

Пока я в ужасе вертелась, осматривая себя, гигант чуть не лопался от удовольствия.

Ужас какой-то, и я должна в этом ходить? На Варрийках Чарьма выглядит превосходно, слов нет, но на мне… Мрак! Господи, как же все эти слои одежды толстят! Бедра под тремя покрывалами из ткани смотрятся, как два бегемота, завернутых в одеяло. Нижнее белье под Чарьмой не предусмотрено, материя врезается между булочками, получается, что каждый бегемот обернут в свое отдельное трехслойное одеяло. Кошмар!

Варвар сначала зарычал на манер дикого животного, потом издал какой-то рокочуще-влажный звук, будто подавился слюной, да так оно и было. Я видела это по его горящим глазам. А как эти черные и бесстыжие глаза сверкали! Страстно, голодно, развратно и пошло!

– Больше всего на свете я хочу видеть тебя в своих цветах и в плаще с гербом, – прохрипел варвар, сглатывая вожделеющую слюну.

Все. Приехали! Можно было выдохнуть: долго на мне эта одежда не провисит, сейчас гигант сорвет ее и…

– Бран! – окликнули меченосца, когда он уже потянул ко мне свои шаловливые лапы. К нам ковылял однорукий шаман и еще группа каких-то подростков. – Есть дело, – проговорил старик, стреляя глазами по мне, моей одежде и лицу.

Вы бы видели голодный взгляд варвара – одновременно восхищенный, обескураженный и расстроенный из-за того, что свидание с моим голым телом внезапно откладывалось.

– Не уходи из поселка. Не заходи в лес, – только и смог выдавить из себя мой разгоряченной воин, прежде чем взять себя в руки и, резко развернувшись, пойти прочь. Даже издалека было видно, как напряженно сжаты его кулаки от усилий владеть собой.

Я вновь осталась сама по себе и пошла бродить по поселку. Тут было на что посмотреть. Чисто мужское поселение. Здесь присутствовала техника, новая и старая, куча оружия, загадочных механизмов, машин и инструментов.

Я разглядывала примитивную, здоровую, как шкаф, рацию. Чудо-машина была сделана из волос какого-то животного, металлических пластин и дерева, но все-таки работала. Не просто работала, этот примитивный приемник мог ловить передачи с другой планеты. Насколько же сильно относительно Земли шагнули технологии Варрийцев, несмотря на то, что они максимально стремились упрочить свою связь с природой!

В детском восторге я крутила ручку, перебирая частоты, слушая космический белый шум.

«Кей-ли-и… Кей-ли-и…» – звук вьюги, шепот холодного ветра. Я вздрогнула, что-то внутри меня надломилось и заледенело.

Это он. Снежный. Нашел меня даже здесь. Его зов. Слышимый на всех частотах. Его призыв. Ищущий меня в пространстве. Мне не убежать от его ледяных ладоней.

– На помощь… – пискнула я и тут же закрыла рот ладонями, передатчики работают не только на прием.

– Кейли-и… – уже отчетливо слышимый зов.

В испуге я рванула ручку приемника, ломая ее, и побежала прочь, надеясь, что никто не увидит моих действий.

Забежав за угол дома, я, тяжело дыша, прислонилась к стене.

Наверно, со стороны я была похожа на полоумную. Потому как в этом круглом внутреннем дворике уже кто-то был: группа молодых девушек и крепкая на вид старуха в таких же развевающихся одеждах, что и я. Эти девушки шокированно замерли, глядя на меня круглыми от страха глазами.

Конфуз ситуации был в том, что я так же смотрела на них. У каждой из Варриек в руках было оружие. Когда я ворвалось в их пространство, старуха показывала им приемы самообороны, и они повторяли за старой.

Бабка, по-видимому, относилась к более поздней эпохе, сухонькая, крепкая, с прямым, сильным взглядом выцветших глаз.

Единственное, что я смогла выдавить из себя – только придушенное:

– Я тоже хочу это уметь!

Старуха улыбнулась на эти слова и сказала:

– В преддверии конфликта с содружеством ледяных планет мы не можем возлагать всю тяжесть войны на мужчин, мы обязаны разделить с ними это бремя. Пусть сражаются и не беспокоятся за нас. Мы, женщины, тоже кое на что способны. Становись сюда. – Старая указала на место радом с молодой Варрийкой.

– Сейчас я покажу простейшие приемы самообороны. Как поступить с противником, который сильнее тебя? Главная цель: вывести его из равновесия, для этого вам поможет его же сила…

Это были незабываемые часы, столько знаний, сколько я узнала от этой старой женщины, я не получала за всю жизнь. Теперь я стала чувствовать себя намного увереннее: попадись мне на пути опасность, я буду знать, как с ней справиться, особенно если угрожающий мне враг превосходит силой. Теперь Фризы казались не столь кошмарными существами из глубин космоса, я знала, что противопоставить им.

Пребывая под впечатлением от уроков старой Варрийки, я тренировалась в отведенных для нас гостевых комнатах, когда меня застал Бран. Воин застрял в дверях, не веря своим глазам, смотрел на кухонный ножик в моих руках.

– Женщинам запрещено носить оружие – брось немедленно! – Это звучало зло, отрывисто, негодующе, как резкий приказ, не терпящий возражений. Впервые варвар кричал на меня. От испуга я выронила смешное для этих мест оружие, ведь каждый воин, даже отдыхая в своем доме, был вооружен в десятеро серьезнее, чем я.

– Но это такая мелочь, совершенно не опасно, мне так хочется научиться сражаться! – попыталась канючить я. Должен же варвар разрешить мне хоть что-то! Неужели он мне и кухонный ножик доверить не может? Я с ума от безделья сойду!

– Ты под моей защитой, и этого достаточно. Я твой Норой, а это означает – ты должна подчиняться мне. Вместо этого ты хватаешься за оружие, подвергаешь себя опасности и попадаешь в неприятности, а в довершение всего препираешься со мной?

Мне только и осталось опустить глаза, вспомнив про правила временных помощниц: не перечить Нораю! А так хотелось! Сколько времени он меня в малышках держать будет? Я пометила для себя еще один пункт: когда окажусь в столице, во всех подробностях узнать все правила про временных помощниц и постоянных спутниц, чем они отличаются и каковы их права.

– Из тебя выходит плохая Арана… – сокрушенно проговорил Бран, садясь на местную разновидность стула. Это звучало как обвинение. Стало до боли обидно. Я старалась как могла сдержать себя, памятуя о нашем договоре, но это было выше моих сил. Я повторно опустила глаза, надулась и обиделась на воина.

– Все это, чтобы защитить, если ты всегда будешь со мной – тебе ничто не грозит. – Широкие ладони обхватили мое лицо, заставили задрать голову и посмотреть в глаза меченосцу. Большой палец руки нежно поглаживал меня по щеке. В этом весь Бран: в нем жесткость и непреклонность сочетается с нежностью. – Дело в доверии, ты пока не доверяешь мне, но когда ты привыкнешь жить на Варриве, станешь выполнять все правила, как и остальные Варрийки…

– Но я не Варрийка! Я с Земли! – Мои возражения были отметены как недостойные.

– Ты станешь ей! – заверил варвар. – Когда ты перестанешь бояться и тебе больше не будут сниться страшные сны про холод, ты поймешь, что я прав и оружие тебе совершенно не нужно.

Доверие? Я не поверила своим ушам. Привыкну жить на Варриве? Хотелось возразить: «А как же Земля? Ты же обещал отвезти меня туда?!» Но не смогла. Варвар уже взял мое будущее в свои мускулистые руки и распланировал его до последнего дня жизни.

В первый раз после прибытия на Варрив я не послушалась гиганта, сделала это сознательно и расчетливо. Когда воин отошел в соседнюю комнату, я присела и вороватым движением схватила нож, на всякий случай. Тайно сунула его в складки Чарьмы, сделав из куска ткани импровизированную подвязку. Что бы ни говорил воин о защите и покровительстве, пора взрослеть и выходить из-под его опеки, а то того и гляди он начнет сиську давать и носик утирать.

Бран как-то быстро вернулся из соседней комнаты с нашими баулами, уже компактно упакованными. Я даже не успела одернуть юбки, так и застыла, демонстрируя голое бедро воину. Меченосец явно спешил.

– Мы сию же минуту уезжаем! Сюда двигается большой отряд воинов. А женщинам запрещено здесь быть.

– Кто бы сомневался! – буркнула я, но варвар меня не услышал. Он уже вышел из дома, запрыгнул на вурлака и протянул мне руку.

Раз сейчас здесь будет толпа воинов-конкурентов, необходимо скрыться с глаз долой. Я вспомнила ученую старуху и догадалась: бабка тоже являлась воином, представителем той эпохи, когда женщины не были бесправными, покорными, хрупкими и оберегаемыми созданиями.

Меченосец заговорил, только когда мы на полном скаку выехали за ворота и галопом понеслись по дорогам.

– Твой проступок с оружием требует серьезного наказания. – Вот так просто, сухо и информативно. И все, дальше полная тишина, ни намека на то, что меня ждет впереди…

Несмотря на то что Бран был очень зол (я чувствовала его ярость, по голосу и по напряженным мускулам рук), он, видя, что я не справляюсь со скачкой, усадил меня поудобнее, прижав к себе. Да еще и подложил под мою пятую точку свернутую рубашку, предварительно облапав булочки и убедившись, что с ними все в порядке. Я уже даже не обращала внимания на эти хватательные движения, они, по-видимому, нужны были гиганту для того, чтобы убедиться, что я не исчезла и по-прежнему с ним.

В варваре все противоречило одно другому, инопланетянин сочетал в себе невероятную для мужчины заботливость с запредельной строгостью и воинской суровостью. Значит, он уже придумал для меня кару, а я сиди, трясись на этом вонючем вурлаке, бойся, жди и молчи? Не тут-то было!

Что-то мне подсказывало, что пора преподать варвару урок.

10.11.2021 г
Варрив. Столица

Арк – столица Варрива. Утопающие в зелени дома, широкие улицы, механический, а не животный транспорт и… Беженцы. Толпы людей с узлами, повозками. Бредут по улице или сидят группами у стен домов. Ничто больше в огромном городе не говорило о том, что Варрив как предводитель содружества свободных планет, готовится к войне с фризами.

По улицам прогуливались все те же женщины в Чарьмах с летящими юбками, в разноцветных, вышитых гербами плащах. Обязательно с сопровождением из грозных воинов, которые расхаживали позади своих избранниц так, словно на их женщин сейчас нападут. А рядом куча ребятишек толпами вращаются вокруг пары, будто планеты-спутники, и глаза воина вращаются, пытаясь уследить за детьми, не потеряв их из виду. В целом идиллия. Если бы не затаенное, гнетущее чувство ожидания.

Мы медленно ехали по улицам, приближаясь к самому центру города. Внезапно вспомнив, я встрепенулась:

– Мне нужно в обсерваторию или еще куда-нибудь, где есть звездные карты и списки планет! – напомнила я Брану.

– Консерваторий на Варриве нет, про карты я помню. – Варвар угрюмо кивнул, подтверждая, что услышал. Помнит он, как же! Уже в коренные Варрийки меня записал.

Мое упоминание испортило настроение гиганту, он, конечно, помнил, что я стремлюсь домой на Землю, но старался забыть.

Нет, ну ничем его не прошибешь: лицо, словно кирпич, строгое и сосредоточенное, только глаза бегают, пересчитывая беженцев. Ни единого чувства, ни грамма эмоций. Варвары – это только строгий военный расчет и ничего больше, переживания им не свойственны, как роботам.

Увидев улицу, битком набитую магазинами и лавками, я чуть ли не выпрыгнула из седла. Варвар невозмутимо придержал меня, чтобы я не шлепнулась на дорогу. Мимо нас проплыл магазин, полный диковинных вещей. Около дверей толпились Варрийки в разноцветных Чарьмах, перебирали мотки цветных ниток, необычные, ярких цветов. Женщины рылись в корзинках, выбирая и подбирая цвета, складывали мотки вместе, стараясь сочетать оттенки. Только спустя какое-то время, исключительно по металлическому блеску я поняла, что пряжа для гербовых плащей, которые все здесь носили. А это нечто вроде магазина для рукоделия. Значит, эти накидки не покупают, а изготавливают самостоятельно, вручную, долго и нудно. Как это по-варварски!

Дорога вовсе стала непроходима от людского потока, мы пробирались сквозь него уже со скоростью больной улитки, смотреть на пестрые витрины магазинов мне наскучило, тем более все, что я там видела, было мне недоступно.

– А зачем нам в самый центр? – недоумевала я.

– Консерватория, – отозвался варвар.

– Что-о? – не поняла я.

– Во-первых, мы обязаны сообщить правительству о том, где базируется флот содружества ледяных планет. Во-вторых, мы приезжие, нам надо отметиться во дворце содружества, а ты к тому же еще чужестранка и не имеешь права проживать на Варриве. Тебя необходимо зарегистрировать.

– А-а… – только и смогла ответить я, понимая, что еще нескольких часов нудного, медленного дрейфа сквозь толпу беженцев к центру столицы мне не избежать.

Спустя бесконечный час, когда я с ног до головы покрылась дорожной пылью и вся измучилась от безделья, мы таки подъехали к огромному зданию.

Впервые за долгое время у Брана на моське играла довольная лыба, и он даже напевал какую-то песенку! Я заподозрила неладное: если варвар так радуется, значит, все получилось в точности, как он хотел. Я пораскинула мозгами, пытаясь понять, что так обрадовало гиганта.

– Скажи, а ты ведь все равно направлялся сюда, даже если бы мне не пришлась регистрироваться и искать звездные карты, то ты приехал именно сюда?

– Угу… – довольно мурлыкнул Варр, продолжая напевать. Он радовался, словно ребенок, вернувшийся домой. Стоп! Так это же и есть его дом! – осенило меня, и, похоже, здесь все его знают. Я проследила за слугами, подбежавшими к нам.

– С возвращением, господин! С возвращением! – кланялись они, взяв под уздцы вурлака. Прислуга стала слаженно снимать со скакуна поклажу. Все помощники были из немезидцев-беженцев. Похоже, война с ледяными длится не первый год, вон как эти потерявшие свой дом освоились на Варриве.

Задрав голову, осматривая дом варвара, я поднимала глаза все выше и выше, и еще выше, и еще… пока мой взгляд не затерялся где-то в облаках. Хоромы воина были поразительно огромны и входили в некий дворцовый комплекс. Дома под все теми же черепашьими крышами этаж за этажом росли один над другим, подобно китайской пагоде. Это были самые высокие и самые пышно украшенные здания в столице. Не чета всем остальным домам. Что-то это да должно было означать.

Я и не знала, что Бран владеет таким огромным домом. Мне казалось, он не очень богат, раз поехал в город самым варварским способом, или попросту скуп!

Варриец, отпустив слуг, повел меня за собой. В здании был настоящий лифт, механический, конечно, поднимался посредством мешков с песком, но все-таки почти современная техника! Я любовалась видом из стеклянной кабины.

На дома и улицы я смотрела с воскресшим вдохновением. Город! Столица! Это означало передовые технологии, звездные карты и лучшие медицинские учреждения. Где я точно смогу узнать ответ на волнующий меня вопрос. Но поход в подобное заведение стоит проводить тайно. Варвар узнает – вообразит, что я умираю, загоняет по врачам, поднимет по тревоге полгорода. Мне такой позор не нужен.

Пока мы не спеша ехали, гигант расписывал мне устройство Варрийского дома. Нижние подземные и надземные этажи для посетителей и общественных нужд, рабочие кабинеты, залы заседаний и советов. Там принимают просителей и решают споры. А вот уже выше идут жилые помещения, кухни, прачечные, столовые. Спальни и личные комнаты находятся на самом верху. Я слушала и мотала на ус.

Ясно, значит, Бран среди своих нечто вроде чиновника. Запомним это.

Варвар ввел меня в свои покои.

Передо мной в ряд стояли пятеро молодых широкобедрых Варриек. Секунду я не понимала, кто такие эти вызывающе накрашенные девушки, пока они синхронно не склонились в низком поклоне, и тут меня осенило: вот она, ложка дегтя в бочке меда…

Это домашние помощницы варвара. Моего варвара.

* * *

Я, Араны и Бран, все в нерешительности замерли, кроме служителя, вбежавшего какой-то шаркающей иноходью. Не особо поднимая ноги, но быстро ими перебирая, гонец прошаркал к Брану и с поклоном передал ему свиток. Варвар развернул бумажку и застонал. Я же почувствовала признаки попандоса, ну не могло все так хорошо закончиться.

– Помощницы помогут тебе во всем. Искупайся, переоденься, отдохни, – давал указания воин, а Варрийки кивали, ловя каждое его слово, будто он к ним обращался, – останется время – распакуй вещи и ложись спать. Я вернусь затемно.

Гигант вышел вслед за спешащим служителем, а я осталась одна. Прислужницы все так же отрешенно и клыкасто улыбались. Создавалось впечатление, что вокруг меня стая хищных Окулей.

* * *

Все так и остались стоять в оцепенении.

Мне было необходимо время, чтобы прийти в себя от шока, но, похоже, судьба решила поиздеваться надо мной. Та прислужница, что стояла в центре, улыбнулась так ласково, показав клыки. Они вообще все клыкасто лыбились, глядя на меня. Я почувствовала себя маленькой и незначительной, в основном потому, что Варрийки были выше и мясистее.

Особенно крупной была та, что стояла в центре: широкие бедра, высокая грудь, копна светлых блондинистых волос взбита в пышную прическу. Остальные девушки старательно подражали, но куда им до такого роскошного стога сена. Остальные Араны были бледным подобием той, что сейчас изучающе пялилась на меня, все так же демонстрируя клыки, только вот глаза с вертикальными зрачками смотрели холодно и испытующе.

На всех прислужницах были одинаковые распашонки, по форме напоминающие трапеции, нечто вроде коротеньких платьиц-фартуков с завязками на спине. Больше всего походило на униформу уборщиц. Только цвета яркие и у каждой девушки свой оттенок. На всех домашняя форма сидела мешковато. Только одна из них затянула завязки на спине так, что ткань облепляла бедра, грудь и талию. Вот-вот треснет на сочном загорелом теле. А еще все Араны были накрашены, ухожены, красивых одежд они не носили из-за униформы, но компенсировали это гроздьями браслетов на руках и ногах. Обуви девушки не носили, предпочитая ходить в доме босиком.

Рассмотрев меня, блондинка пришла к какому-то выводу, ее улыбка засияла еще ярче, и я услышала хрипловатый голос:

– Прошу сюда, бассейны для омовения находятся позади главных комнат. – Девушка по-хозяйски пошла вперед, даже не убедившись, что я следую за ней. Остальные Араны также развернулись и отправились по своим делам. У меня просто не было выбора, глупо стоять в прихожей, да и слово «омовение» было слишком желанно для меня, уставшей и запыленной в дороге.

За нами последовали только две девушки. Когда я случайно обернулась, они неслышно шли сзади, как конвой, мягко ступая босыми ногами по покрытому ковром полу.

Ванна! Я была рада одному только виду пустых купален для воды.

Блондинка подошла к малому бассейну и безразлично раскрутила на всю вентили. В ванну хлынула уже горячая, подкрашенная чем-то розовым вода, и тут же запенилась и забурлила.

Когда купальня набралась, все трое выжидательно посмотрели на меня. Ничего не оставалось, кроме как начать раздеваться, глупо было так и стоять в пыльной одежде, с песком в волосах рядом с наполненной ванной.

Три пары глаз пристально следили за моими движениями. Это было так непривычно и неприятно, от этих немигающих глаз с вертикальными зрачками бросало в дрожь. Я повернулась к троим спиной, но прислужницы все так же придирчиво рассматривали меня, ловили каждое движение, их взгляды липли к бедрам, груди, скользили по ногам, задерживались на интимных местах, беззастенчиво оглядывая и заглядывая. Сжавшись в стыдливый комок, закрывшись руками, я залезла в пену и чуть не вылетела из нее. Кипяток! Блондинка даже не потрудилась проверить, нормальная ли вода!

Я стоически перетерпела жар, уговаривая себя, что после холода планеты-тюрьмы он мне полезен, покраснела, как свекла, но победно уселась в воду полностью и даже откинулась на бортик. Чем заслужила приподнятую густую бровь блондинки. Прислужницы переглянулись, но все так же продолжали молчать.

Сидя в пене, краем глаза я заметила, как девушки с интересом подняли с пола мою подержанную Чарьму с чужого плеча и, насмотревшись на нее вдоволь, вопросительно переглянулись. У светловолосой подбородок стал квадратным от сильно стиснутых зубов.

Я сидела в воде, никто мне не собирался предлагать мыло или мочалку, да, вероятно, их вообще не было на планете. Кто их знает, этих Варров и Варриек, как они моются, возможно, скребутся песком, как папуасы. Пена на ощупь была скользкая, как мыло, невозмутимо зачерпнув горсть, я стала смывать с себя дорожную пыль. Мне оставалось только надеяться, что я делаю все правильно. Не хватало только выглядеть смешной и отсталой инопланетянкой в глазах этих прислужниц.

Время от времени я встречалась с пристальным взглядом блондинки.

В душу закралось подозрение: а не специально ли эта Варрийка набрала в ванну кипяток? Если с умыслом, то что это было такое? Случайность, преступная неосторожность или попытка добиться чего-то от меня, но чего?

Поразмыслив, пришла к выводу, что это не что иное, как проверка, только что она дала блондинке – неизвестно.

Когда вода практически остыла, я решительным движением восстала из купальни. Никто не пошевелился, я так и стояла, словно Венера, вышедшая из пены, но не сидеть же в еле теплой воде вечно.

Никто не двинулся с места, а светловолосая Варрийка смотрела мне в глаза пристальным, немигающим взглядом, будто гипнотизирующая змея. Да что она вообще от меня хочет? Должна же была сообразить, что я правил не знаю. Это у них тут гостеприимство такое на Варриве? Помощницы еще называются, гостью радушно принять не умеют!

Встречусь с варваром, наябедничаю ему с три короба!

Подруги беловолосой так же пялились на меня. В общем-то, никто из них не делал ничего плохого, только играли в гляделки, пытаясь меня заморозить в прохладной воде.

И что дальше, я так и буду мерзнуть?

Пришлось так же уставиться в глаза этим трем горгонам.

Одна из девушек дрогнула и покосилась на дверцы в стене. Я прошла к ним и рывком открыла. Благословение небесам! Там висели огромные мужские халаты и лежали стопки полотенец, я схватила первый попавшийся балахон и завернулась в него, еще и капюшон накинула на голову, чтобы вода из волос быстрее впиталась в ткань. Не хватало только простудиться. А после вернула прислужницам их излюбленный прямой змеиный взгляд.

Все трое нахмурили брови, обменялись уже традиционным вопросительным переглядыванием и, развернувшись, пошли в соседние покои.

Что бы здесь ни происходило, я решила во всем разобраться. На Варриве есть правила, и я не я, если через неделю не буду здесь как рыба в воде.

* * *

Араны пришли в огромное помещение, разделенное на участки столами и лавочками, за которыми группками сидели Варрийки.

Здесь были старухи, маленькие дети, девочки постарше, молодые девушки и женщины среднего возраста. Руки их не бездействовали, как и языки, в помещении стоял ровный гул голосов. Каждая рукодельница была одета в Чарьму, только создавалось впечатление, что их платья так же, как и мое, с чужого плеча. Ткань не новая, многие из женщин без украшений и не накрашены.

Стоило нам войти, воцарилась небывалая тишина.

Помощницы, сбившись в кучку, сели за стол к своим, девушкам в «униформе домашней прислуги», как я их окрестила. Пришлось последовать их примеру, я нашла свободный столик и присела за него. Все были заняты работой: шили, вышивали, плели, работали за неизвестными мне станками. Чтобы не выделяться, я взяла со стола пару мотков ниток и стала перематывать их на специальные конусы, которые потом вставлялись в вязальные и прядильные машины.

Женщины входили и выходили со своими корзинками, полными рукоделий. Несколько подошли и сели за мой столик, и я, все еще с переводчиком в ухе, вдоволь наслушалась разных сплетен.

В не застекленном окне солнце уже давно клонилось к горизонту, рядом со мной высились горы перемотанных ниток, а я сама клевала носом.

В помещение вошел Бран, усталый, с опущенными плечами. Вскочив, я бросилась к нему. Остальные из тех, кто остался еще в комнате, не обращали на Варрийца внимания, более того, прятали глаза, старались на него не смотреть, если он к ним не обращался. В целом просто занимались своими делами, игнорируя варвара, но все это с достоинством королев.

Помощницы давно разошлись, только беловолосая все еще сидела, время от времени бросая на меня взгляды.

«Сторожит, будто кошка мышь!» – подумала я.

Подбежав к гиганту, я повисла на его руке. Выглядела я не очень, хоть и была чистой, но все еще в мужском банном халате, с высохшими, но нечесаными волосами, без нижнего белья или какой-либо одежды. Вот что смущало более всего.

Вероятно, это верх распущенности, но с тех пор как я познакомилась с инопланетным варваром, стала спать исключительно без одежды, в чем мать родила.

Вот и сейчас, когда уставший, издерганный внезапными совещаниями воин вернулся в свои покои и собрался ложиться, я радостно выпрыгнула из банного халата и заголопопила. Гиганта я не стеснялась совершенно: после того, что мы делали вместе в лесу без одежды, стыд отпал полностью. Инопланетянин вообще не знал, что такое срам, и все делал исключительно ради удовольствия. Говорил, что без одежды уставшее тело лучше отдыхает.

К покровительству меченосца я уже привыкла, ночью в мокром и влажном Варрийском лесу без горячего тела мужчины не обойтись.

Это уже вошло в мою еженощную привычку: устраиваться поудобнее, прижимаясь голой спиной к горячему паху Варрийца и, накрыв себя его рукой, засыпать, обнимая огромный бицепс.

Спустя какое-то время без Брана рядом уже не спалось. Вот и сейчас я заснула, только когда смогла прижаться к огненному телу, но, к своему огромному разочарованию, проснулась совершенно одна!

Варвар, не проспав и пяти часов, уже встал и засобирался. Понимая, что без него все равно не усну, покорилась ситуации, чуть не порвав себе рот зевотой, тоже встала.

Меченосец одевался хмурый, озабоченный.

Разбуженная ранней утренней прохладой, я капризничала:

– Мне не нравится эта одежда! Хочу назад свои широкие подштанники и свободный балахон.

– Это невозможно. – На мое нытье мужчина отреагировал совершенно спокойно и невозмутимо, так, словно капризничать и быть чем-то недовольной – для женщины это нормально. – На Варриве все женщины и девочки носят Чарьму. Каждый воин, который увидит тебя в мужской одежде, будет оскорблен и потребует ее снять. – Мне не верилось, что у них здесь такой домострой, подумаешь, одета не в традиционную одежду! Да кому какое дело, кто во что одет?! Может, у меня денег на Чарьму нет. Кстати, о деньгах, надо попросить на расходы. Без местных монет мне до врачевателей не добраться, и не забыть напомнить гиганту о звездных картах. Я продолжала вредничать.

– Ну и пусть!

– Решила прогуляться голой по Варриву? – со вздохом спросил Бран, в тоне его сквозила усталая снисходительность. – Тогда мы не скоро доберемся до твоих звездных карт. Потому что мне придется сразиться с каждым из воинов за твою честь.

Я все еще нерешительно держала пышную груду материи, не решаясь напялить на себя все эти метры ткани.

– Но ведь в космосе я носила штаны! И остальные воины…

– Остальные воины ничего не могли сделать, потому что я приказал им как своей команде не обращать на это внимания. Здесь же каждый Варриец свободен и будет возмущен женщиной в бриджах.

Я недовольно сморщила нос и полезла в отверстие для головы, надевая один шуршащий слой за другим.

– И плащ, – коротко приказал варвар. – Никогда не выходи на улицу без плаща.

Я скептически посмотрела на новое приобретение: жесткая от металлизированных ниток, стоящая колом ткань. Вышитая изображением неизвестного зверя на фоне яркого солнца.

Когда я проснулась, эта вещь уже была в комнате, значит ли, что одна из помощниц заходила в спальню? Почему-то меня это смутило. Не хотелось, чтобы кто-то лез в наши с варваром отношения, и уж точно мало приятного в осознании, что за тобой подглядывают, пока ты спишь.

– Впрочем, он тебе и не понадобится, – задумчиво проговорил гигант, прицепляя перевязь с мечом. – Я бы не хотел, чтобы ты выходила из дворца советов без меня. Из-за содружества ледяных планет заседания продлятся до самого вечера, стало известно, что флот ледышек сдвинулся с места. И почему им там не сиделось?! – воюя с застежкой ремня, ругнулся воин.

А я побледнела, поняв, что это означает. Снежный не стоит на месте, он в поиске! В поиске меня! Что стоит этому избалованному уроду заставить все содружество холодных планет скакать под его дудку?! Да ничего! Он с радостью бросит на поиски меня каждого фриза, вплоть до самой завалящей рабышки!

– В общем, мне будет спокойнее, если ты будешь здесь, – продолжал Бран, уже собираясь уходить. – Займись делами, как-никак, ты Арана – временная помощница, домашние обязанности – твоя прямая задача… – С этими словами воин вышел, оставив меня одну.

Отлично! Ни секса, ни свободы! Я домохозяйка, заперта в доме. Как самка дятла в дупле! Видела я по Дискавери такой фильм. Самец дятла сначала соблазняет самку своим прекрасным оперением и танцами с потрясанием этими самыми перьями. Заманивает ее в свое дупло, где уже свито мягкое гнездышко. А когда самка садится в это гнездо, откладывать яйца – он замуровывает ее в этом дупле глиной! Оставляя крохотную дырочку, через которую приносит ей и птенцам еду.

Космический мрак! В этом огромном доме с черепашьим панцирем вместо крыши я чувствую себя именно так!

– Ну уж нет! – решила я. – Сегодня я во чтобы то ни стало займусь чем-нибудь поинтереснее. С тех пор как меня похитили фризы, у меня накопилась куча незавершенных дел!

Перекинув через руку тяжелую накидку, я закрыла за собой дверь в спальню, тем более без Брана там ничего интересного, и остановилась в нерешительности. Огромные гулкие помещения, продуваемые всеми ветрами, на Варриве не бывает зим и холодов, окна не застеклены. Незнакомые Варрийки, спешащие с корзинами, полными «женской работы». Вот уж увольте меня от подобных занятий! Я гожусь на что-то больше, чем управление иголкой и ниткой. Если признаться честно, то больше всего я мечтала вновь сесть за штурвал космического звездолета, но мечты-мечты…

Развернувшись спиной к спешащим женщинам, я решительно пошла исследовать дом, где проживал мой варвар.

Несколько раз я встречала убирающую и спешащую по делам прислугу из немезидских беженцев. Деятельные и неутомимые, они бежали по своим делам, но больше всего здесь было женщин всех возрастов и рас. В целом во дворце советов и в той части, что принадлежала Брану, проживала куча народу.

В одной из комнат нижних этажей я обнаружила прислужниц и очень смутилась. Девушки опять были во всеоружии – причесаны, накрашены, одеты в короткие распашонки, полностью выставляющие напоказ ноги. Эта чрезмерная ухоженность смущала.

Разве не должны они заниматься домашними делами? Араны – это ведь нечто вроде экономок и горничных? Так зачем им излишества в виде гроздей украшений? Или я не понимаю сути слова «прислуга», потому что иномирянка? В общем-то, девушки не бездельничали, убирая комнату, оказавшуюся чем-то вроде кабинета. Дружно и слаженно, ну кроме их неформального лидера.

Блондинка сидела на столе, вальяжно развалившись, одной рукой она упиралась в стопку бумаги, нога была задрана непозволительно высоко и попирала подлокотник кресла, так я случайно и узнала, что Варрийки не носят нижнего белья. Арана совершенно не стеснялась демонстрировать светлые кучеряшки. Я стыдливо отвела глаза, рассматривая остальных прислужниц. Все работали.

А главная жевала местный фрукт, откусывая сочные волокнистые куски острыми клыками. Губы блондинки были измазаны пурпурным соком, и она слизывала его острым язычком.

У меня от одного терпкого запаха потекли слюнки и язык прилип к небу, глаза просто впились в фиолетовый плод, не знаю почему, но готова была поклясться, что фрукт имеет кисловато-сладкий вкус. А еще я внезапно поняла, что душу готова отдать за то, чтобы съесть хотя бы один такой.

В общем, блондинка прохлаждалась, объедаясь вкусностями, пока остальные прислужницы стирали пыль с полок и складывали бумаги в аккуратные стопочки.

Арана жевала и смотрела на меня прямым, нагло-оценивающим взглядом. Ничего не оставалось, кроме как в очередной раз вернуть ей этот «доброжелательный» прищур.

Прислужница моргнула первая. Знай наших! После снежных уродов я любому отпор смогу дать!

Убедившись, что в гляделки я играю не хуже нее, Риз, так звали прислужницу, снизошла до ленивого вопроса:

– Заблудилась? Помочь чем-нибудь? – В тоне вовсе не было сочувствия или хотя бы легкого намека на желание что-то сделать, только небрежная, безразличная издевка. Но я решила воспользоваться блондинкой для решения своих проблем, поэтому смело ответила:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.