Инна Федералова
Таро и Хиро. Становление адских правителей

Часть первая
В этой части показаны самые яркие события взросления Таро и Хиро в контексте воспитания асмодеевцами*, вплоть до заключения самого Асмодея под стражу агентами Поднебесья**.

*Асмодеевец – тот, кто принес клятву Асмодею и заключил с ним продолжительный контракт в целях общего благополучия Пекла.

Агенты Поднебесья** – ангелы в звании Серых Кардиналов, патрулирующие Манхэттен. Следят за равновесием между миром людей и мирами других существ. Рогатые и хвостатые у них на особом прицеле.

Упомянутые асмодеевцы из первой части:

Абигор – генерал Армии Карателей. Отец Хиро.

Уфир – экспериментатор в области медицины, медсоветник Асмодея. Первый надзиратель за Таро и Хиро. Обычно, все называют его Белоснежкой за длинные неонов-белые волосы.

Дар фон Кейзерлинг – вампир из влиятельного древнего рода, обосновавшегося в Демонии; политсоюзник Асмодея.

Агалиарепт Всезнающий – близкий друг Асмодея. Второй надзиратель за Таро и Хиро.

Себастиан и Бенджамин, – демоны на все руки, няньки Таро и Хиро; личные слуги супругов Илэриас и Асмодея.

Глава 1. Роды, гроза, бой на смерть

Музыка любви звучала приглушенно, и даже гости замерли в ожидании: наконец, настал этот неловкий момент.

– Можете поцеловать невесту, – тоненьким голосочком пискнула парящая над головой Асмодея и Илэриас маленькая феечка.

Затаив дыхание, инкуб поднял вуаль своей герцогини и испытующе взглянул в ее бездонные глаза. От его взгляда демоница прикусила нижнюю губку. Тогда он призывно взглянул в ответ и повторил то же, что и она.

Свидетель со стороны невесты – Абигор – нервно сжал кулаки. Дар, стоявший со стороны Асмодея, заметил это и растянул ленивую улыбку до ушей. Так же посвященный в пророчество, теперь он думал о том, что же их всех ждет, и уже перебирал наиболее выгодные варианты развития событий.

Агукавшие между собой дьяволята, которые находились в колясках рядом со своими опекунами, тоже затихли. Карие глаза Таро, вдруг вспыхнувшие нефритовым всполохами, устремились на родителей и, казалось, малыш даже приподнялся, чтобы получше разглядеть папу и маму.

Инкуб подался вперед, чтобы поцеловать Илэриас. Встретившись с ней взглядом перед заветным поцелуем, он облизнулся.

«Сладкая», – раздался его бархатный баритон в голове Лэр.

Глаза Асмодея задорно блеснули. «Неужели он так счастлив сейчас?» – не верила она увиденному. Его ладонь скользнула по ее талии и прижала к своему разгоряченному телу. Жар его груди демоница ощутила мгновенно. От этого взволновалась – и капля холодного пота тонкой струйкой скатилась по ее открытой спине.

На мгновение Асмодей задержал взгляд на ее губах. А потом, коснувшись их своими, с нежностью раздвинул языком. В свой поцелуй он вложил воспоминания о лучших прожитых с Лэр моментах и мысленно поделился ими с ней. Демоница открыла глаза – и тогда инкуб смог увидеть, как озорно полыхнули они огнем.

«Только скажи, – снова прошелестел его голос в ее голове, – и я с радостью повторю все, что между нами было». Герцогиня странно обмякла в его объятиях, изумленно взглянула в ответ, а инкуб уже не мог сдержать улыбки, мгновенно преобразившей его лицо.

Днем ранее…

Два месяца – срок, который оставался герцогине до родов, продлился для Асмодея подобно долгой паре лет. Он так и не решился побеспокоить демоницу, предпочтя остаться в тени сомнений и терзаний. «Ты почувствуешь, когда придет время твоего наследника», – сказал ему до того Агалир. И инкуб просто выжидал. За минувшие дни он переворошил в своей памяти все, абсолютно все, что связывало его в прошлом с Илэриас – земной певичкой из Куин-сити.

Он вспомнил, как его и ее – солистов «Asmodeum» – весь месяц после финальной части грандиознейшего фестиваля за всю историю рок-музыки без устали преследовали респонденты всемирно известных журналов «Darc city» и «Cosmopolitan». Они и им подобные ожидали их на каждом углу с предложением совместной эротической фотосессии его и Илэриас, жаждали услышать правду об их отношениях. И они дали, чего от них хотели, – при множестве камер поклялись друг другу: «Всегда будем вместе, что бы ни случилось!» В местных газетах Куин-сити пестрели компрометирующие заголовки и случайные кадры их совместного времяпровождения, отрывки клипов, записи с концертов и интервью, которые показывали даже на уличных экранах небоскребов.

– Прямо, как сумасшедшие Осборны в свое время, – не удержался инкуб от реплики.

Он достал из-под стола успевшую запылиться любимую гитару и, перебирая струны, заиграл знакомые мотивы. Держа в сердце тоску, он со страстью напел свою партию душераздирающей песни, любимой фанатоми:

Спокойствие – отныне это наш враг

Сердца непослушных детишек полны бунта.

Это природный инстинкт, которому ты не в силах противостоять.

Я собираюсь пробудить в себе зверя.

Настал мой черед

Ты слишком горяча! Освежись немножко.

Я прокручиваю у себя в памяти твое сбитое дыхание.

Яд слишком сильный, от него нет лекарства…

Ему пришлось внезапно остановиться, потому что в этот момент к нему в кабинет, как всегда, без стука ворвался Агалир.

– Сейчас начнется, – заходя, сказал Всезнающий, и инкуб заметил, что глаза его были широко распахнуты. – Я побуду пока здесь, с тобой. Вдруг тебе сдела…

Не успел он до конца озвучить мысль, что Асмодею может сделаться дурно, как тот на его глазах странно обмяк. Теперь выглядел он так, будто его со всей силы ударили под дых.

Тогда верный друг поспешил подхватить его под руки и помочь встать.

– Скорее. Мне надо к ней, – Асмодей судорожно вцепился в плечо Агалира, и тот, молча кивнув, приготовился исчезнуть вместе с ним в портале.

– Правильно, демон-отец всегда должен присутствовать на родах, иначе ребенок никогда не признает свое родство с ним. Им окажется тот демон, которого он увидит перед собой первым. И именно по этой причине принимает роды сам отец, – быстро затараторив, напомнил Всезнающий инкубу азы деторождения.

– Да, помню. Это зовется Созерцанием.

– Верно. – Обхватив Асмодея крепче, Всезнающий закрыл глаза и, мысленно представив себе райский уголок Дара фон Кейзерлинга, взмахнул рукой.

Они оказались на месте, вдвоем без труда переломив защиту Абигора. Инкубу мгновенно стало легче дышать. Он огляделся: вокруг было зелено, а луна казалось такой яркой и большой, что освещала все поместье. Позади кто-то зарычал. Они обернулись и увидели большого белого волка и двух адских гончих – все трое скалились до ушей, с пастей их капала ядовитая слюна.

– Уфир, – узнав питомцев, произнес Асмодей. – Я так и знал. Предатель, – прошипел он и тут же услышал крик Илэриас.

– Девочка!.. – инкуб хотел было броситься к дому, но волк и собаки медсоветника преградили ему путь, обступив с разных сторон.

– Псс, – тихо позвал друга Агалир, тут же коротко кивнув в сторону оборотня: – Ты посмотри в его глаза. Он же все понимает. Думаю, это друид.

– И точно! Может, нужно угадать его имя, чтобы он нас пропустил?

«Вот остолопы», – раздалось в головах демонов, и те удивленно переглянулись. Дали довольно осклабился и высунул язык. Выражение его морды сделалась таким, будто его только что потрепали за ухом.

Тем временем…

– Тш-ш.… У младенцев могут появиться синячки на голове и теле. Ты же этого не хочешь?.. Терпи, милая, постарайся делать глубокие вдохи, – причитал Уфир, стоя у изголовья герцогини.

Лоб Лэр уже покрылся мелкой испариной, а лицо, шея и грудь расцветились красными пятнами.

– Да сделай же хоть что-нибудь! – Абигор сидел перед ней на корточках и, держа ее руку, гладил по растрепанным волосам, пытаясь перенять часть боли. Ему тоже стало очень плохо.

Но не ему одному. Себастиану было не по себе, с тех пор как начались первые схватки. К тому же теперь он тоже знал правду о пророчестве и о том, что его ребенок может быть воспринят господином инкубом как собственный – потому переживал сейчас больше всех.

– Схватки, вообще, вещь болезненная, – поморщился Уфир. Ему невыносимо было смотреть на муки Илэриас. – Тут уж ничего не попишешь, – пожал он плечами.

– Выключите, выключите эту штуку! – разгневалась демоница, увидев, что камера в руках Себастиана вела запись всего, что происходило.

– Никак нельзя, ты же обещала, любовь моя, – успокаивающе произнес Абигор, в очередной раз пригладив демонице вспотевшие волосы. Другой рукой он судорожно промокал ее разгоряченное лицо салфеткой, предварительно смачиваемой в холодной воде.

– Вот вредина, – Уфир улыбнулся, а затем вновь просунул голову под простыню, чтобы проверить раскрытие шейки матки. – Окружность десять сантиметров в диаметре, дорогая. Скоро начнется, – донесся его голос оттуда.

Новый спазм настиг Лэр – и мышцы живота вновь напряглись, так что ее невольно скрутило, а слезы из глаз потекли ручьем.

– Десять, девять, восемь, семь, шесть, – отсчитывали в голос мужчины.

В течение этих секунд спазм постепенно ослаблялся, и затем она вновь могла пять минут отдохнуть.

– Скоро. Уже совсем скоро, – впервые следивший за родами Уфир немного растерялся и время от времени демонстрировал легкие формы безумия, принимаясь безудержно трясти плечами в неконтролируемом смехе.

За оставшийся до родов срок остальные демоны привыкли к сдвигам в его поведении и уже попросту не обращали на такую мелочь внимания.

Герцогиню настиг новый спазм, и она продолжила тужиться.

– Давай, любовь моя, еще чуть-чуть, уже видно головку, – умиленно залепетал Абигор, до того стремглав поменявшийся местами с медсоветником.

– Ты слышишь? – ходивший из стороны в сторону и покусывающий собственный кулак Уфир неожиданно для всех замер у окна. – Асмодей нашел нас.

– Ч-ч-что? Прости, я так увлекся… – нервно захихикал уже и сам Абигор, высунув голову из-под простыни, что было на него совсем не похоже. – Не может быть… – Он только подошел к окну, как тот исчез, оказываясь по ту сторону. Не веря своим глазам, провидец углядел герцога Агалиарепта рядом с инкубом и Дали с гончими. – Каких ангелов тут забыл, Всезнайка? – удивился провидец. – Придется идти, – он обернулся к Лэр и обеспокоенно добавил: – Я оставлю с тобой своего двойника. Он меня не подведет.

Тогда появилась его астральная проекция, настоящий Абигор стремительно пересек комнату, склонился над демоницей и поцеловал ту в потный лоб. Зная о том, как на Уфира влияет запах крови, он решил его одного наружу не выпускать: «А то разнесет все поместье в хлам и живого места не оставит…»

– Аби, не оставляй меня. А ну, иди сюда! – стала кидаться подушками герцогиня в собравшегося исчезнуть провидца. Нащупав рукой графин, она запустила и им.

– Любимая, я скоро буду! – Абигор уклонился – и тот, встретившись с противоположной стеной, разлетелся на мелкие осколки.

А точная копия провидца, подошедшая к изголовью кровати, принялась успокаивать Лэр и гладить ее по голове, не акцентируя внимания на очередной истерике.

– С тобой еще Себастиан, милая, – напомнил ей двойник Абигора.

Демоница недоверчиво взглянула на своего дворецкого: тот едва стоял на ногах у стены и качался из стороны в сторону от того, что его в очередной раз замутило. В конце концов, он вообще потерял сознание и медленно сполз вниз.

***

Боевая броня пазлом сомкнулась на телах Абигора и Уфира, когда они появились перед сильнейшими властелинами ада.

– Дали. Отставить, – скомандовал оборотню провидец, и тот покорно засеменил к ним.

– Вы посмотрите, кого я вижу. Да это же Белоснежка и Малой. Предатели… – вновь прошипел Асмодей.

Не успели те отреагировать на обидные прозвища, как внимание всех привлек Дали: из белого волка он неожиданно становился обычным человекоподобным существом, которое, подражая «своим», приняло боевую стойку.

– Оборотень, – рыкнул инкуб, на что парень мило улыбнулся.

– Нет, это был друид, – вежливо напомнил ему Всезнающий с таким невозмутимым видом, будто его нисколько не беспокоила грозящая развернуться битва.

– Асмодей, ты несколько не вовремя, – истерично хихикнул Уфир.

– А я когда-то появлялся вовремя для тебя?

– Кончайте этот балаган. Впустите его, – до нелепости спокойно молвил Агалир.

– Иначе что? – принялся дерзить Абигор, на ходу переоблачившись в доспехи генерала-карателя и уже в уме прикидывая силы сторон.

– Вообще-то, мы пришли с миром, – необыкновенно устало ответил Асмодей. – Пожалуйста, Абигор, я не хочу с тобой драться… Дай мне взглянуть на ребенка – и только, – попросил инкуб, испепеляя нефритовым взглядом.

– Будь ты трижды проклят, Асмодей. Я тебя презираю. Всей душой! – стиснув зубы, процедил провидец.

– Мы схлестнемся, потеряем на этом драгоценное время. Младенцы должны видеть своих отцов. Ты это знаешь не хуже меня, Абигор. Последний раз прошу, пропусти, – сейчас инкуб прилагал все усилия, чтобы говорить размеренно и спокойно.

– Вы только посмотрите, сам Асмодей просит! – не выдержав, провидец вульгарно сплюнул, как могли позволить себе только «земные людишки». – Противно. Ты жалок.

– Мне нужно запечатлеться со своим ребенком… Потом я уйду.

«Одно неосторожное движение – и все пойдет крахом. Для обоих», – губы инкуба сделались похожими на тонкую нить. Взгляд провидца был все такой же суров, челюсти плотны сжаты, и стало видно, как желваки перекатываются на его лице.

– Абигор. Уфир. Одумайтесь. – Асмодей закрыл глаза.

В подтверждение его мыслей когтистая рука стоявшего позади Агалиарепта полыхнула огнем. Этот демон обладал такой же силой разрушения, как и всякий асмодеец-каратель. И он был настроен идти до конца.

– Ни. За. Что, – до сих пор жаждущего крови Уфира этот жест только раззадорил.

– Начнем, пожалуй, – шепнул ему Абигор, – Асмодей, мой.

Провидец раздался вширь, увеличив мускулатуру, вокруг его тела образовалось облако живой тьмы. Он достал из-за спины топор-гильотину и несколько раз ловко крутанул длинную рукоять в пальцах, глаза его налились цветом расплавленного золота, а губы искривились в недоброй ухмылке.

Асмодей напрягся, мысленно вызывая в себе силу карателя, но ничего не получилось.

– Я забыл тебе сказать… – замечая его потуги, пробасил Абигор, – срок нашего с тобой контракта истек.

– Досадно. Ну, допустим. И все же боевыми приемами я владею не хуже тебя, – подражая ему, инкуб тоже сплюнул и принял боевую позицию.

Агалиарепт кинул в сторону Асмодея пламенный меч – и тот с легкостью лег в его руку. В подтверждение своих слов инкуб ловко прокрутил его на пальцах.

Раздался лязг холодной стали – и желтая искра металла посыпалась в стороны.

Между ладонями Уфира образовался яркий сноп света – и демон направил его в сторону Агалиарепта.

– Что я должен делать? – наблюдая за их боевыми приемами, поинтересовался оборотень.

– Ты и разговаривать умеешь? – улучил мгновение, чтобы съязвить, медсоветник. – Всезнающего хватит на двоих. Ты не смотри, что на вид он хрупкий.

Вмиг отчего-то нахмурилось небо, в нем сверкнули кривые ветки молний. Будто нарочно отгородив демонов друг от друга густой непроницаемой пеленой, обрушился ливень, а затем раскатился первый оглушительный гром.

Всезнающий взмахнул рукой – и сноп уфирова света будто столкнулся с невидимой преградой, размазавшись об нее, словно яйцо о стену.

Раздался неожиданный пронзительный крик герцогини – и головы демонов хищно вскинулись в сторону дома.

– Абигор, – басом взревел Асмодей, в бессильной ярости лицо его некрасиво искривилось.

Тот увернулся от длинного тяжелого клинка, чуть не обрушившегося на его голову, но ухо все же зацепило. Смешиваясь с дождем, горячая струя крови потекла по шее, а звуки с правой стороны теперь сделались едва различимыми. Провидец по-звериному зарычал и ринулся на инкуба. Тогда столкнувшаяся сталь вновь заискрила дождем, а лица противников слишком сблизились, нефритовый взгляд заполыхал напротив янтарного.

Развернув ладони, Агалиарепт направил два снопа огня – Уфира и Дали откинуло на несколько метров. Чтобы не рухнуть у стен дома, оба в ответ выстрелили из ладоней серебристыми лучами света. Такой цвет имела созидательная магия. Медсоветник и друид владели ею, но могли применять только в целях самозащиты. Созидательный и боевой огонь столкнулись, а затем слились в единый столб, который устремился в небо. Тогда снова раскатился гром и сотряс собой небо над поместьем.

Герцогиня вскрикнула в третий раз и взмолилась о том, чтобы ее мучения, наконец, закончились. Асмодей и Абигор в ужасе распахнули глаза. На этот раз крик Илэриас, который был еще пронзительнее, заставил остановиться всех. Они поняли, оставались считанные минуты.

– Если тебе дорога Илэриас, ты должен меня впустить, – прохрипел провидцу инкуб, вновь схлестнувшись с ним взглядом.

Они замерли, стоя друг напротив друга: в глазах их скакали бесы, а мускулы теперь напоминали высеченные из камня гравюры – такими плотными и напряженными они были. Остальные тоже затаились в оборонительной стойке.

Абигор ясно осознавал, что так и нужно сделать для свершения пророчества. Только вот был один нюанс… Если он не даст инкубу войти внутрь, второе родившееся дитя никогда не признает в Асмодее отца и будет считать им его, Абигора. От этой мысли ему мгновенно становилось не по себе. С другой стороны, он не понимал, каким образом Асмодей ощутил, что Илэриас была готова родить. «Неужели все дело в пророчестве? А если тайна отцовства раскроется, что тогда?» Сердце провидца рвалось на куски…

Асмодей увидел в его взгляде, вдруг ставшем совсем привычным, проблеск надежды. Ливень стал медленно стихать. Тучи расступились – и луна вновь осветила поместье. Инкуб первым отбросил в сторону меч. Тогда Абигор молча сделал то же с топором-гильотиной.

– Ох, я сейчас растрогаюсь до слез, – не упуская возможности для очередной колкости, воодушевленно воскликнул Уфир, и плечи его снова затряслись в едва удерживаемой истерике.

***

– Тише-тише, Таро, – Асмодей взял на руки своего сына, умело запеленатого Уфиром-двойником в кусок чистой белой ткани, и с любовью заглянул в глаза.

– Почему, Таро? – сдвинув брови, поинтересовалась Илэриас как можно спокойнее.

– Означает «великий сын», либо же «красивое дитя истории». Ты по-другому хотела его назвать?

Их взгляды встретились. Не выдержав такого напора, герцогиня отвернулась первой:

– Пускай будет Таро. Мне все равно, – поджала она губы, и Асмодей мог увидеть непрошенную слезу, вдруг скатившуюся по ее щеке, потом еще одну и еще…

Уфир, латавший ухо Абигору, с интересом наблюдал за происходящим, а потом неожиданно для всех изрек:

– Я буду опекуном Таро.

– Что? Что ты сказал? – требовательно дернул его за рукав Абигор.

– Глухня, – рассмеялся тот.

– Ты там долго копаться будешь? – окликнул Абигор двойника, и тот тут же поднес ему малыша.

– Глянь, какой красавец. Глаза мамины, большие и синие, – изрекла его проекция.

Провидец с осторожностью принял из рук другого себя сына и бросил сам себе:

– Достаточно. Исчезни. – Двойник с тихим хлопком испарился – и демон, склонившись над чудом в своих руках, принялся нелепо ему агукать. – Может, назовем тебя Хиро для созвучности с именем брата?

– В-вы… вы издеваетесь? – скрестив на груди руки, заплетающимся языком произнесла герцогиня. – Зачем имена такие р-р-р-ычащие?!

– Они вдруг подумали, что это красиво звучит, моя дражайшая Герцогиня, – великодушно улыбнулся ей пришедший в себя Себастиан, голос которого никто не ожидал услышать.

– Тогда я сделаюсь опекуном для Хиро, – привлекая к себе внимание, Агалиарепт приблизился вдруг к Абигору и, склонившись над малышом, затараторил: – Хочу-хочу-хочу породниться с Хиро, – засюсюкал он и улыбнулся одними глазами.

В спальне герцогини раздался дружественный тяжелый вздох, означавший, что Созерцание прошло как полагается. О том, что Таро не сын Асмодея, догадывался даже Агалир – только помалкивал, будто так и надо.

Передав Уфиру новорожденного зеленоглазого красавца Таро, Асмодей приблизился к постели Илэриас, демоница демонстративно поджимала губы и отворачивалась.

– Все же ты должна со мной обручиться, Илэриас, – раздался рядом его тихий хриплый голос. Вздрогнув, она обернулась. – Это нужно для соблюдения формальностей, – сказал инкуб и, поймав на себе взгляд Абигора, тяжело вздохнул. – Все же ты выбрала его. Не меня. Но я впредь не буду возражать против ваших отношений.

Как и Лэр, тот напряженно замер, переводя взгляд с нее на инкуба и осознавая в глубине души, чему быть – того не миновать. Пророчество сбывается.

Тем временем Асмодей опустился перед постелью Илэриас на одно колено и взял ее руку в свою:

– Вижу, что больше не могу претендовать на твое сердце. Надеюсь, когда-нибудь ты простишь мне боль, которую я тебе причинил. – Их взгляды снова встретились. – Я тебя отпускаю, Илэриас, – добавил он уже совсем тихо. И тогда она впервые увидела настоящие слезы в его глазах. – Я очень рад. Ты подарила мне прекрасного наследника.

«Прости. Прости меня, – умоляюще раздалось в ее голове. – Я был так глуп…»

…

Узнавший о рожденных в его поместье Таро и Хиро, Дар примчался в тот же час. Он подарил герцогине огромный букет черных роз и, узнав тайну отцовств, несколько опешил. Но этот маленький семейный секрет вампир поклялся унести с собой в могилу.

Дождавшись, когда герцогине полегчает, все демоны вернулись в Вертерон.

Сразу по приезде для мальчиков выделили отдельную от родительских комнату. На первое время, пока малыши не встанут на ноги, к ним заселили опытных нянек. Прием к Таро и Хиро заранее расписали на месяц. К тому же вплоть малышам нужно будет поминутно соблюдать особый режим, который организовал для них Асмодей, следуя всем педагогическим предписаниям своего друга Агалира. Не обошлось и без технического оснащения охранной системы Абигора.

На следующий день опекуны двойняшек занялись организацией грандиозной свадьбы. «Уж я прослежу за тем, чтобы Илэриас почувствовала себя как в сказке. Она этого заслуживает. И пусть Абигор подавится своей ревностью. Этот день будет моим», – подумал тогда инкуб.

Стоя у алтаря, он уже был не в силах отвести от нее взгляда. Она казалось необыкновенно милой, и ему хотелось скорее прижать ее к себе, чтобы поцеловать. «Таро – наш прелестный дьяволенок. В будущем станет весьма сладеньким инкубом для своих жертв, и никто не сможет перед ним устоять», – одна эта мысль согревала ему сердце, и оттого свадебное настроение было превосходным.

Глава 2. Трудности переходного возраста

Они отдыхали, после очередной утомительной тренировки лёжа в спортзале на матах. Хиро задумчиво подбрасывал фаербол, жонглируя пассами на расстоянии, Таро молча наблюдал за ним и наконец не выдержал:

– О чём ты думаешь?

В очередной раз поймав горящий мяч, Хиро мечтательно посмотрел в потолок и произнёс:

– Так хочется влюбиться…

– Что? – переспросил Таро, не веря своим ушам.

Хиро снова подкинул мяч и спросил:

– Как ты думаешь, что это за чувство?

Большой зал, словно по мановению волшебной палочки окунулся во тьму, так что даже стали видны звёзды, усеявшие потолок. Таро помолчал некоторое время, наблюдая за пульсацией фаербола, затем притянул его к себе, поймал, прокрутил на одном пальце и медленно проговорил:

– Себастиан говорит, что это… Это, как эйфория… То, от чего сердце то замирает, то стучит быстрее, то медленнее… Вот так: «Тук… тук… тук… тук-тук-тук-тук… тук… тук…» – Потускневший было шар вновь разгорелся, мигая в такт произносимому, словно Таро поделился с ним силой.

Хиро на мгновение замер, увлеченно наблюдая за его пульсацией, а затем, прищурившись, взглянул на брата и сказал со странной интонацией:

– А ещё говорят, что любовь – это зло, ощущение ложных чувств, которое толкает на глупые поступки.

От услышанного в глазах второго бесёнка вспыхнули нефритовые всполохи недоумения. Хиро смотрел, не в силах отвести взгляд, и неожиданно для себя подумал, почему они появляются у Таро, только когда тот удивляется? А удивляется-то он чему-то крайне редко… Тут же ему вспомнилось, что глаза у Асмодея тоже временами вспыхивали, но не только от удивления, к тому же, от природы карие, они порой затягивали в свой омут всё вокруг, подобно чёрной дыре. Хиро многое замечал, но не решался делиться своими наблюдениями ни с мамой, ни с Абигором, ни с вечно занятым Асмодеем. Дьяволенок не сторонился инкуба, но от его внимания не ускользало, что тот относился к нему несколько безразлично, а при встрече ограничивался небрежным полунаклоном головы и быстро развеивался по своим делам. Глядя на брата, который каждый раз резко менялся в лице после подобных уходов Асмодея, Хиро понял, что точно так же инкуб относился и к Таро. Он очень гордился своей внимательностью (одним из качеств, что передались ему от Абигора), которая позволяла ему читать брата – и не только его, – как раскрытую книгу.

Желая сгладить возникшую было неловкость, Таро решил сменить тему:

– У тебя ещё не проявлялись способности Абигора? Всё же здорово было бы видеть будущее или читать чьи-то мысли.

– Отец сказал, что я это почувствую, когда придет время.

– Вот и Агалиарепт нас еще не учит такому. Хотя должен.

– Должен… Но ты же знаешь, что он скажет.

Таро молча кивнул.

На мгновение повисла тишина, каждый задумался о чём-то своем. Мяч перестал полыхать синим и был отложен в сторону.

– А ведь за окном уже темно.

– Ой, да. Быстро так. Скоро Дар фон Кейзерлинг должен приехать.

– У нас что, снова званый ужин? – в удивлении изогнул бровь Хиро.

– Хм, а ему когда-то требовалось особое приглашение? Он каждый вечер заявляется в одно и то же время.

– Ну да. Ты заметил, что этот вампир глаз не сводит с нашей мамы? – наморщил нос Хиро.

– Она же красавица, – улыбнулся брат. – Отец говорил как-то, что она из Земных, и что однажды он украл ее душу… говорил, потерял голову.

– Асмодею, конечно, можно верить, – начал было Хиро, но вдруг осёкся.

– Тебя что-то смущает? – спросил Таро, видя, что брат погрузился в размышления.

Какое-то время Хиро молчал, сверля взглядом пол под ногами. Но стоило ему поднять глаза, как Таро перестал улыбаться.

– Да. Еще как смущает! – вдруг взорвался дьяволенок, поднялся, взял фаербол в руки и снова принялся яростно кидать его в стену, да с такой силой, что в ней образовалась дыра. – Думаешь, я не знаю, почему мать с твоим отцом при всех изображают образцовую пару? – От очередного паса мяч застрял в дыре, а рядом отвалился кусочек штукатурки. – И тебя самого-то не смущает та тайна, о которой знают только наши опекуны и вампир?

– Перестань, – фыркнул Таро, скрестив руки на груди. – Все у нас нормально. Ты слишком много думаешь об этом, поэтому тебе что-то там кажется. Все нас любят одинаково, и неважно, что у меня отец Асмодей, а у тебя – Абигор.

Хиро с досадой отмахнулся. Таро заметил, как на лице его заходили желваки.

Внезапно двери распахнулись.

– Здравствуйте, юные демоны, – с еле уловимой усмешкой в голосе поздоровался Дар фон Кейзерлинг, входя в спортзал.

– О, вы уже здесь? – Таро склонил голову в знак приветствия.

– Здравствуйте, – сквозь зубы поздоровался Хиро и отвернулся при мысли, что и этот вечер не обойдется без провокаций вампира, каждый раз усердно испытывавшего терпение Абигора.

Следом неожиданно появилась и сама Лэр и, не поздоровавшись с гостем, порывисто обняла их с братом, поцеловав каждого в лоб:

– Вы сегодня что-то долго, мои милые. Пора заканчивать.

– А меня обнять не хочешь? – всё так же иронично осведомился Дар.

– Я хотела сказать, что все приготовления к ужину закончены. Пока Бенджамин и Себастиан сервируют стол, у вас есть время привести себя в порядок, – вновь обратилась Лэр к бесятам, по-прежнему не обращая внимания на вампира.

– Надеюсь, сегодня будет не так, как в прошлый раз, – потирая шею, съязвил Таро.

– Таро! – Глаза Лэр укоризненно полыхнули синим пламенем. – Сегодня ими руководил Себастиан, и они наверняка постарались на славу.

Сын недоверчиво хмыкнул:

– Ну да… Вечно у них… то пересолено, то переперчено, то недожарено так, что ткнёшь вилкой – и чуть ли не кровь хлещет.

Стоявший рядом Дар фон Кейзерлинг рассмеялся и потрепал его по волосам:

– В тот раз ты по ошибке потянулся к еде, предназначавшейся мне. Себастиан знает, что нужно для такого, как я.

«Хищник», – с неприязнью подумал Таро и, поймав взгляд вампира, вспомнил, как Себастиан однажды сказал, что господин фон Кейзерлинг любит, когда ему подают мясо в луже крови с добавлением вина из лучшей коллекции Асмодея. При воспоминании о вкусе этого блюда, к которому бесёнок потянулся в тот вечер, по ошибке приняв поданное за сироп в десерте, его снова передёрнуло.

– Ну все, мальчики, быстро в душ, – напомнила Лэр, чуть заметно наморщив носик.

Таро понимающе кивнул и вместе с вампиром направился к выходу. Лэр улыбнулась, глядя вслед уходящим, и только хотела последовать за ними, как почувствовала, что Хиро осторожно тронул её за локоть:

– Мам…

Она внимательно посмотрела на сына: слишком уж непривычно робко звучал его голос.

– Да, милый, что-то случилось?

Пылая гневом, Лэр-Рэзамэль ворвалась в кабинет к своему супругу. Глаза демоницы искрили от плохо скрываемой злобы и раздражения.

– Ваше Томное Превосходительство… – начала она, усевшись на его стол, заваленный, как обычно, бумагами.

– Ох, и ты туда же, – приложив ладонь ко лбу, устало вздохнул он. – Что стряслось на этот раз?

– Хиро… – едва начала она, как ее нетерпеливо перебили:

– Вот же неугомонный…

– Хиро говорит, будто Таро чувствует себя ущербным… нежеланным ребенком, представляешь?!

– Глупости, – не отрывая взгляда от очередного документа, буркнул Асмодей.

– Почему это глупости? Ты не думаешь, что Таро видит, как мы притворяемся? – наконец-то решилась озвучить свою догадку герцогиня.

Как Асмодей ни пытался делать вид, что занят, всё же при этих словах ему пришлось поднять глаза. Он долго молчал, вглядываясь в лицо Лэр и вспоминая, как ради нее он некогда забыл свою гордыню, затем заговорил:

– И Таро вправе так думать. Отчасти это твоя вина. Несмотря на то, что я на коленях молил тебя о прощении за все свои проступки, и ты знала, что я был готов начать с тобой все сначала, ты все же выбрала Абигора. Может, тебе стоит уравнять наши шансы? К примеру, расстаться с ним и разобраться в первую очередь в себе… Так ли уж он тебе нужен, м-м?

Лэр схватилась за голову, про себя подумав: «А что будет дальше?» – но всё же произнесла:

– Ты хочешь, чтобы я порвала с ним магические узы?

– Именно. Во всяком случае, мальчики уже взрослые и все прекрасно поймут.

– Вот еще! – По телу Лэр, выдавая её злость, прошли языки пламени.

– Кстати, я до сих пор не могу понять, как это у тебя получилось забеременеть от нас двоих сразу. Это нонсенс какой-то среди демонов.

– Расскажи им о пророчестве. Сделай с этим что-нибудь, объясни, я не знаю, ты же инк… – продолжала Лэр, не обращая внимания на речь своего господина, но вовремя осеклась, вспомнив странности, замеченные ею за Таро – например, манию при каждом удобном случае протирать невесть откуда взявшейся салфеткой подлокотник кресла или же подставку для вазы в гостевой зоне.

Асмодей не знал этого, как и того, что незадолго до игры в фаербол пятнадцать лет назад ею овладел и дворецкий Себастиан.

Как предсказало пророчество, Таро не является его сыном; даже несмотря на привязку самого инкуба к демонскому дитю в момент Созерцания.

То предание гласило, что Асмодея свергнет с престола лженаследник, которого явила Тьме порабощенная демоном земная наложница Илэриас, назвавшая своего сына именем Таро.

Таро должен лишить прародителя инкубов и суккубов главной особенности: все те души, которые тот беспощадно загубил и которые на протяжении вечности поддерживали его демонскую силу, должны будут высвободиться из заточения в его теле, чтобы, наконец, обрести покой.

В этом случае Асмодея настигнет страшная кара за всех замученных женщин, и он должен будет стать обычным смертным, обретя человеческую сущность.

Лэр прекрасно помнила тот день, когда впервые увидела Асмодея: концерт, толпа фанатов, ждущих ее выхода, первая химия чувств, возникшая где-то в подсознании… Непрошеным гостем, всплыло воспоминание, как они заключили меж собой договор: тогда глаза инкуба заволокла живая непроглядная тьма, которой она устрашилась. После этого Лэр жила как в тумане, порой чувствуя себя чем-то вроде марионетки, испытывающей чужие чувства, эмоции, желания… Поначалу она готова была поверить в то, что это самообман, но такое чувство охватывало её, хоть и редко, и на краткий миг, но с пугающей периодичностью и неотвратимостью. Она смутно помнила, кто такой Серпент, с трудом вычленяла из сонма знакомых лиц Абигора и лишь много позже из его слов узнала о том, что ему пришлось добиваться ее во второй раз.

Следом вспомнился пик славы их музыкальной группы «Asmodenium», лучшие моменты, проведенные на сцене, и то совместное интервью, когда их прямо на улице застали папарацци. Не удержавшись, Лэр хихикнула и снова привлекла внимание инкуба:

– Ты чему смеёшься?

– Знаешь, я бы не прочь повторить срыв какого-нибудь музыкального фестиваля, как мы сделали в канун свадьбы.

– Да, помню. Это было весело. Мы ещё тогда психов пугали… – мечтательно-задорно улыбнулся инкуб.

– По-моему, это вышло даже более забавным. – Лэр взглянула на Асмодея и, состроив глазки, вновь заговорила с деланной серьёзностью: – Мне кажется, к твоему первому предложению был бы не против присоединиться ещё кое-кто.

– Ты сейчас о ком? – подыграл ей Асмодей. – Не о Даре ли? Значит, всё-таки…

– Я не об этом! – Лэр ткнула его кулачком в грудь. – У него большой потенциал. Помнишь, как он его продемонстрировал?

– Ну как же не помнить! Эта его «Сладкая шлюха дьявола»… Ну, спой он так сейчас, всё было бы по-другому…

– Те, кто нас помнит, будут рады услышать любую песню. Особенно новую.

– Да, но наши поклонники-то уже не те. Понимаешь, о чём я? – вопросительно изогнул бровь Асмодей, взглянув на супругу с усмешкой. – Вероятно, и вкусы у них сейчас другие.

– И правда, – тут герцогиня замолкла. – Это ведь мы можем оставаться вечно молодыми. Ну, тогда завоюем новые сердца, зажжём как раньше. Мне так этого не хвата-а-ает, – застонала Лэр и, как ребенок, с мольбой взглянула в глаза инкубу. – К тому же мальчикам пора показать реальную жизнь. Пусть привыкают, набираются опыта. И хоть немного отвлекутся от рутины.

– А это идея. И вправду, можно устроить… Думаю, заодно и показать, какими мы можем быть. Тогда они сразу позабудут свои никчемные ущербные переживания.

– Вот и обрадуешь их за ужином. Все уже в сборе, кстати, одного тебя не хватает. – Герцогиня улыбнулась и направилась к выходу, мерно покачивая бёдрами и как бы случайно задев кончиком хвоста лицо Асмодея.

Глава 3. Новости на застолье

Все эти пятнадцать – нет, почти шестнадцать, – лет она чтила союз с Асмодеем, соблюдала дистанцию, уважала любое его слово, сказанное дьяволятам, была благодарна за всё, что он делал ради их развития и воспитания. Они выросли и уже видят бремя семьи. «Необычной семьи», как сказал бы Агалиарепт. Видят… А что чувствуют? Если Таро осознает себя ущербным, а Хиро страдает при его виде, значит, ей надо последовать этому нелепому совету. Ради них…

Лэр-Рэзамэль не заметила дороги от кабинета Асмодея в их с Абигором покои и пришла в себя, только оказавшись в них и прислонившись к двери. В голове звенело: «Как теперь смотреть в глаза Абигору? Что ему сказать?» Не справившись с тугим комком, она негромко застонала и осела; ноги сами собой разъехались в стороны, и в следующий миг непрошеные слезы хлынули из глаз.

Застолье уже началось. Асмодей как отец семейства сидел во главе стола, по правую от него сторону расположились сыновья. Абигор напротив Хиро, остальные гости – Серпент, Уфир, Агалиарепт, Дар фон Кейзерлинг – разместились кому где было удобно. Пустовало только место Лэр.

– Где же мама? – обеспокоенно спросил Таро, и его карие глаза во второй раз за сумрачный вечер подернулись нефритовыми сполохами.

Асмодей пристально взглянул на него, а Абигор, случайно обратив взгляд на братьев, заметил, как у стоявшего за их спиной Себастиана волосы внезапно приобрели белый цвет. Подобное бывало и у Лэр после сильнейших нервных потрясений, но так давно, что они оба уже начали забывать. «Что же могло случиться на этот раз?» – мелькнула тревожная мысль, ведь сейчас и именно с ним демоница так счастлива… Генерал Карателей невольно согнул в пальцах вилку, выражение его лица с озадаченного стремительно переменилось на озабоченное.

– Папа? – заметив это и подавшись вперед, осторожно прошептал Хиро.

…

Слезы продолжали обжигать лицо, сквозь соленую пелену очертания комнаты представали серым размытым пятном.

– Не могу… не могу…– уже в который раз прошептала Лэр самой себе и вздрогнула от того, что двери, к которым она прижималась спиной, легонько дернулись.

– Илэриас, – вкрадчиво позвал голос с другой стороны. – Открой мне.

Лэр быстро утерла слезы и, повернув защелку, отползла в сторону. Только после этого Абигор смог войти.

– Ты почему все еще здесь и взаперти? – От взволнованного взгляда демона новый тугой комок подкатил к горлу. Она уже все решила, и теперь оставалось самое сложное: оправдать такой ответственный для обоих шаг.

– Что бы там ни случилось, успокойся, ладно? – Абигор осторожно приблизился к герцогине, примирительно поднял ладони и встретился с ней взглядом.

Несколько долгих мгновений они смотрели друг на друга в ожидании.

– Нам… нам нужно расстаться… – Брошенное в звенящую пустоту, это прозвучало не совсем уверенно, а лицо Лэр было таким, словно она не утверждала, а спрашивала, и не его, а саму себя. Однако внутри у демоницы всё сжалось, и, не в силах выдержать взгляд любимого демона, она отвернулась.

– Что ты такое говоришь? – Абигор помотал головой и сделал шаг навстречу. Лэр испуганно отступила, но в следующий миг взглянула со всей холодностью, а лицо ее переменилось, сделавшись вдруг серьезным.

На миг сердце Абигора застыло, словно перестало биться, затем заколотилось как бешеное. «Это не Лэр. Не может быть Лэр…» – крутилась в голове мысль.

– Я могу тебе все объяснить… но не сейчас. – Лэр проглотила тягучий горький комок. – Оставь меня.

– Что за подростковые замашки? – скривился демон.

– Абигор, – в ее голосе послышался рык, – так надо… мне надо побыть одной.

«Что за нелепость?» В словах Лэр не звучало ничего такого, что могло бы одним махом перечеркнуть их любовь. Было видно, что она что-то недоговаривала. В голове Абигора само по себе всплыло имя того, кто был способен положить конец их отношениям – Асмодей!

Абигор вовсе не собирался позволять этому инкубу распоряжаться их с Лэр судьбой. Он приблизился к герцогине вплотную, взял ее руку в свою, горячо поцеловал в ладонь и удержал, когда она попыталась вырваться.

– Я действительно хочу побыть одна.

– Почему же ты плачешь? – недоверчиво сузил глаза Абигор.

– Я не знаю, – прошептали дрожащие губы, и одинокая слеза скатилась по щеке. – Наверное, у меня расстройство личности, – улыбнулась Лэр совсем слабо и вновь взглянула на него.

С минуту он пристально всматривался в большие синие глаза, но так и не увидел ответа. «Неужели поставила блок?» – мелькнула недоуменная мысль. Поначалу Абигор отмахнулся от неё, не веря, что после стольких лет, проведённых вместе, Лэр способна отгородиться от него, однако ещё раз взглянул в её глаза и вдруг отшатнулся, как от удара.

– Прости, – прошептала Лэр.

…

Абигор вернулся очень быстро. По паркету неестественно громко скрипнул стул, который он отодвинул, и генерал Карателей уселся на место. Весь его вид выдавал внутреннее напряжение. Хиро по обыкновению считал на отцовском лице все эмоции, которые хоть и были видны невооруженным глазом, но по большей части оставались непонятны, и почувствовал, как его наполняет нечто странное – будто внутри внезапно образовалась пустота, от которой стало грустно. Дьяволёнок сам не понял, откуда вдруг взялась эта пустота, но догадывался, что это как-то связано с тем, что произошло за пределами зала.

Следом вышла герцогиня, и все присутствующие сразу же заметили, какими белыми были её волосы.

– Лэр, ты вновь решила сменить имидж? – попытался пошутить Уфир, наблюдая за тем, как она усаживается напротив Асмодея. Взбешенная герцогиня пропустила его реплику мимо ушей, а самого инкуба удостоила колким взглядом. Поняв, что на него никто не обращает внимания, Уфир устремил взгляд в свою тарелку

Супруг выдавил равнодушную улыбку.

– Папа? – прошептал Хиро Абигору, чуть подавшись вперед.

– Все нормально. – Абигор поднял глаза и, ободряюще подмигнув, покосился на инкуба. Асмодей смотрел на него и снисходительно улыбался.

– Мальчики! – провозгласила Герцогиня, удобнее располагаясь на своем месте, пока Себастин наливал ей красное вино. – Себушка, хватит, – шепнула она уже дворецкому, заметив, что ежевечерняя доза была выше обычной. Дворецкий чуть слышно усмехнулся в ответ.

Таро, Хиро и остальные немо взглянули в другой конец стола.

– У меня приятная новость. – Лэр подняла свой бокал и, подобно Агалиарепту, отставила мизинчик в сторону. – Мы все отправляемся на убойный уик-энд. – Сказанное сопровождала белизна улыбки и взгляд, полный предвкушения и ожидания, которым Лэр обвела по очереди всех присутствующих.

– Уик-энд? – по своему обыкновению иронично повторил Дар. – Это весело… И я тоже приглашён?

Увидев, как вопросительно изогнулась бровь Асмодея, а Абигор застыл в ожидании, Лэр-Рэзамель немного помолчала и затем как можно более мягко ответила:

– Конечно, мой дорогой друг. Если ты этого хочешь.

– Конечно же, хочу! – в тон ей отозвался вампир.

Инкуб устало закатил глаза. Абигор взъерошил пепельные вихры, ладонью провел по лицу. Уфир встретился взглядом с молчаливым Агалиарептом, застывшим с поднесенной ко рту вилкой. Себастиан опасливо переглянулся с Бенджамином, доливавшим Асмодею вина: понизившийся до должности дворецкого, второй демон чуть заметно пожал плечами.

– А что такое «уик-энд»? – тихо шепнул Таро изумленному Хиро.

– Не знаю, но надеюсь, девушки там будут нормальные, – бросил тот в ответ и опасливо взглянул на своего отца. Взгляд которого был весьма заинтересованным.

Внутри аэропорта «Ла гардиа» оказалось людно. Что было только на руку: обычно их приход в мир Земных сопровождался всякого рода чертовщиной и специфическим запахом. В этот раз тоже не обошлось без того, чтобы все здание аэропорта на мгновение не окунулось во тьму, будто в районе «Королей» внезапно отключили электричество. Люди взволнованно охнули, но, не успев толком испугаться, успокоились, через несколько секунд все вернулось на круги своя: заработали кондиционеры, замигали таблички с расписанием авиарейсов и светодиодные указатели. Однако среди сновавших туристов прошлись шепотки о том, что запахло гарью.

Внезапно появившиеся асмодеевцы попытались слиться с толпой. Шедшие впереди остальных Лэр и Уфир даже с подозрением заозирались по сторонам, дескать, откуда мог идти этот самый запах. Лишь поймав на себе пару удивленных взглядов, демоны облегченно вздохнули и стали пробираться в направлении выхода – столпотворение было еще то…

Снаружи их ожидал адский водитель, который уже успел припарковать семейный минивэн на площадке перед аэропортом как можно ближе к самому зданию.

– Ты вовремя, – поравнявшись с ним, кивнул Асмодей.

Глава 4. Первый день дьяволят среди людей

Вошедший первым Абигор сдвинул на кончик носа темные очки и осмотрелся. Внутри коттедж оказался более просторным, чем снаружи. Минималистически обставленная прихожая была длина почти до чрезмерности. В нескольких метрах от двери высилась закрученная в спираль лестница. Абигор подошёл к ней и увидел расположенный в стороне знакомый механизм в виде демонского трезубца, которым в Вертероне открывали потаенные помещения. Он потянул вниз острие, и откуда-то сверху разлился мягкий зеленый свет. Абигор задрал голову и, увидев, как осветился второй этаж, опустил оставшиеся острия. Пространство верхнего пролета, оканчивавшегося на третьем этаже, тут же заволокло приглушенным красным светом, а прихожая утонула в сапфировых сумерках.

– Забавненько, – одобрительно произнес Асмодей, возникая рядом с Абигором.

– А по мне, так ничего особенного, – оглядываясь по сторонам, хмыкнул демон-генерал.

Однако дьяволята, похоже, не разделяли пренебрежительного одобрения старших демонов и тут же унеслись вперёд. Пока они бегали по дому, считая комнаты и занимая понравившиеся, Лэр в сопровождении остальных с интересом заглядывала в каждый уголок.

Всюду царила простота, однако настолько продуманная, что создавалась неуловимая атмосфера уюта. Во внутреннем дворе находился бассейн и ухоженный садик. В дороге Серпент упомянул, что дом им достался «со всеми удобствами». В его понимании это значило, что демоны могли не беспокоиться по поводу ежедневной рутинной уборки, случайно оставленных включёнными электроприборов или, что было ещё хуже, открытых кранов в санузлах. На то в доме было несколько робо-устройств: по команде охранной системы они вмиг появлялись, чтобы установить и устранить причину появления подозрительного запаха или звука. Когда же взглядам гостей предстала огромная стильная кухня, Бенджамин и Себастиан, тут же позабыв обо всём на свете, стали увлечённо разбираться во всевозможных кнопках и в обилии необычной утвари, даже не заметив, как их оставили одних.

Дальняя комната оказалась настоящей домашней студией – с гитарами, синтезатором, ударной установкой и даже пультом для записи. На Асмодея и Абигора нахлынули воспоминания, и они, словно зачарованные, тут же начали подбирать себе гитары, которые напоминали бы им их прежние инструменты. Дар же направился к ударной установке. Ловко перекрутив палочки в руках, он начал выстукивать ритм старого хита Disturbed «Indestructible», гримасничая и напевая себе под нос. Абигор и Асмодей уселись поудобнее и начали подбирать аккомпанемент вампиру. Агалиарепт, как и при «Asmodenium», занял место за синтезатором, и в нестройное пока гитарно-ударное звучание вплелись «симфонические перепады».

– Ну, теперь ещё мне осталось запеть как Дэвид Дрейман, – сложив руки на груди, хмыкнула Лэр, дождавшись, когда прекратится шум.

Стоявший рядом Уфир пожал плечами:

– Нет, всё же мне больше по вкусу другая музыка.

– Драмамбейс свой в машине будешь слушать, – ответил ему Асмодей.

– Ух ты-ы-ы-ы! – послышался издалека голос Хиро.

Дьяволята спустились к ним, как стадо слонов, и, с восторгом глядя на старших демонов, остановились рядом с Лэр.

– А нас научите?! – Таро приблизился к вампиру и то ли с трепетом, то ли с осторожностью погладил звучавшие минуту назад тарелки барабанной установки.

– Таро, Хиро, – неожиданно окликнул их невесть откуда взявшийся Себастиан, – не хотите прогуляться с нами по магазинам?

– Э-э-э… – задумчиво протянул Хиро.

– Кстати, магазин – отличное место, чтобы познакомиться с какой-нибудь девчонкой, – отвлёкся вдруг Абигор и, подмигнув дьяволёнку, выжидающе взглянул на Лэр.

– Я еще не учила их разбираться в… – хотела было возмутиться она, но все ещё обиженный демон бесцеремонно прервал:

– Себастиан знает толк в девушках, научит.

Лэр изумленно подняла бровь, фыркнула и, ничего не сказав, с гордо поднятой головой растворилась в глубине гостевого зала. Абигор проводил её оценивающим взглядом и, отставив гитару, встал и потянулся, разминая мышцы.

Таро и Хиро, расценив молчание матери как разрешение, вновь восторженно взвизгнули и умчались вслед за дворецким.

…

– Тш-ш! – беспрестанно шикал на мальчиков Бенджамин, краснея под взглядами множества глаз, прикованных к ним. – Вы привлекаете внимание.

Хиро уже разорвал пакет с чипсами, отправил в рот два первых сухих лепестка, прожевал и тут же выплюнул прямо на пол.

– Таро… – только и смог вымолвить Себастиан, слишком поздно заметив, как отбежавший на приличное расстояние демоненок глотал что-то синее из громоздкой тары.

Подойдя к брату вместе с сопровождающими демонами, Хиро завистливо облизнул губы: по довольному выражению лица Таро было видно, как ему нравилось то, что он без опасений решил употребить.

– Мда-а-а… – выразительно протянул Бенджамин, глядя на Себастьяна и мысленно ругая того за идею взять демонят с собой по магазинам. – Сегодняшний день не заладился.

Себастиан виновато кивнул и перехватил недоуменный взгляд перемазанного синей жижей Таро.

– Это средство для стирки белья, бесопузик ты мой неискушенный, – натянуто улыбнулся он и не без усилия выхватил ополовиненную тару из его рук, чтобы поставить на место.

«Зачем стирать белье таким вкусным средством?» – хотел было спросить «бесопузик», но тут его внимание привлекла одна милая девушка, стоявшая неподалёку и с любопытством на него глазевшая. Трудно было понять, что её больше привлекло: обнаженный торс и сильные руки Таро, которые не скрывала майка-топ, или же то, что в отделе хозяйственных товаров он жадно глотал синюю жидкость, которая неприлично растеклась по узкому подбородку и запузырилась в уголках причмокивавших губ. Заметив, что на неё смотрят, девушка улыбнулась и поинтересовалась:

– Ну как, вкусно?

Таро не успел ничего ответить, его внезапно ослепила белая вспышка.

– Класс! Наберёшь как минимум миллион просмотров! – недоуменно моргая, услышал он весёлый тоненький голосок, сопровождаемый стуком удалявшихся каблучков.

– Чего? – непонимающе нахмурился демонёнок и с интересом взглянул ей вслед.

Себастиан, частенько проводивший отпуск среди людей, сразу понял, что именно имела в виду девушка, когда радовалась набору каких-то «просмотров».

Самой же девчонке, уже стоявшей в очереди к кассе, парень показался чуточку сумасшедшим. А увидев, что тот на нее смотрит, она весело помахала в ответ и обворожительно улыбнулась.

Хиро проследил за взглядом Таро, который оказался прикован к чудачке, минуту назад в буквальном смысле ослепившей его брату глаза.

«Ну, еще бы! Эта детка привлекательна, не то, что те полугибридные демонички, с которыми мальцам приходится учиться бок о бок», – мелькнула в голове искушённого Себастиана мысль, когда он ненароком увидел, как Хиро чему-то молча кивнул. На расстоянии девушка казалась донельзя хрупкой и миниатюрной, а длинные густые темные локоны придавали ее облику необычайный шарм.

Из оцепенения Таро и Хиро (всё-таки не каждый день на них обращали внимание такие девушки) вывел голос Бенджамина.

– Да, хорошенькая. – Его рука невольно потянулась к шее, чтобы по привычке поправить отсутствующий галстук.

– Ну почему у нас в Демонии таких красоток нет? – не в силах оторвать от нее взгляда, тихо произнес Хиро.

В очереди раздались недовольные голоса: девушка уже должна была стоять возле кассира, но вместо того чтобы пройти вперёд, мечтательно смотрела куда-то в сторону. Словно очнувшись, она вздрогнула, быстро достала из сумки карту и прижала ее к чему-то чёрному. Таро было слышно, как это «чёрное» пиликаньем отозвалось на прикосновение. Затем девушка взяла пакет с немногочисленными покупками и покинула этот чудо-склад, пройдя через самораздвижные стеклянные «стены».

– О-о-о, не-е-ет… м-м-м, – тоскливо проскулил демоненок.

Хиро заметил, каким взглядом его брат проводил незнакомку, и одобряюще похлопал его по плечу:

– Да ладно тебе… Мы ещё немало таких встретим.

– Таро, – добродушно-насмешливо проговорил Себастиан, – пригласи эту девушку к нам домой. Твои родители страсть как любят устраивать вечеринки. Думаю… – Он не успел договорить, как Таро сорвался с места.

«Да, парень, я бы тоже так сделал», – внезапно послышалось стоявшему рядом с Себастианом Хиро. Он с интересом поднял глаза и вдруг заметил на лице демона странное, несвойственное ему выражение то ли грусти, то ли озабоченности. Хиро знал, что у Таро и Себастиана давно сложились тёплые, доверительные отношения, но сейчас мысль об этом его уколола. «Ну почему не у меня?» – с обидой подумал он.

Выбежав на улицу, демонёнок долго искал глазами незнакомку, пока не увидел, как она садится в автомобиль. Ему захотелось окликнуть её, но во рту от жажды пересохло, а воздух вокруг сделался знойным. Боясь, что больше никогда ее не увидит, Таро побежал и, оказавшись рядом, опустил ладонь на крыло автомобиля, не давая закрыть дверцу. Незнакомка подняла на него изумленные зеленые глаза, и он поймал себя на мысли, что тонет в них, словно в омуте, и готов это делать еще и еще.

– Привет, – улыбнулся он, обнажая синеватые зубы.

Чтобы скрыть смех пополам со смущением, девушка опустила голову.

– Как тебя зовут?

– Александра. Но можешь звать меня Лекса. Просто Лекса.

– Таро. Просто Таро, – обворожительно улыбнулся он и протянул руку в знак знакомства.

Лекса охотно ее пожала и неожиданно заметила блеснувшие нефритом искорки в карих глазах.

– Ты такой смешной, – не удержавшись, хихикнула она, глядя на его синеватые зубы. – Хм… Таро… Такое имя интересное. Ты, наверно, не из Нью-Йорка?

– Так заметно? – пожал плечами Таро. Неожиданно налетевший ветерок играючи взъерошил ему волосы.

Лекса машинально прикусила нижнюю губку, отчего у заметившего это демонёнка чаще забилось сердце, зашумело в ушах и запульсировало в висках.

– Ой, прости, не знаю, что на меня нашло, – она заметила, что их рукопожатие длится дольше, чем положено при первом знакомстве, и деликатно высвободила руку.

– Я хотел позвать тебя на свою вечеринку, – Таро подался вперед и опустил обе руки на убранное в двери стекло. – У нас с братом сегодня день рождения.

– М-м, это здорово! И сколько же вам исполняется? – Лекса окинула его заинтересованным взглядом.

– Шестнадцать.

– Шестнадцать? – задумчиво повторила девушка. – А по тебе не скажешь.

– Ну так я тебя жду?

Лекса на мгновение отвернулась и сделала вид, что задумалась, потом взглянула на него и с еле уловимой насмешкой поинтересовалась:

– Ты всегда первую встречную девушку зовешь к себе домой?

– Нет. Только тебя, – в тон ей отозвался Таро, уверенный в том, что она не сможет отказать.

– А родители?

– Родители далеко. Я тут со своими ребятами на каникулах.

– Хорошо отдыхать без родителей, правда?

– Ага.

– Ну, говори адрес.

– Таро, мы всё! – неожиданно услышал он голос Хиро.

– Это и есть твой брат? – улыбаясь, кивнула она на парня, которого успела мельком разглядеть еще в супермаркете.

– Да, верно. Кстати, можешь пригласить ещё кого-нибудь – подругу, например.

– Без вопросов, – взмахнув руками, рассмеялась Лекса. – А, Таро… можно тебя кое о чем спросить? – отчего-то смущенно проговорила она.

Демоненок заметил, что девушка время от времени косится в сторону ожидавшей его у супермаркета «троицы», и, постаравшись придать своему голосу и виду беспечность, произнёс:

– Спрашивай, конечно.

– Это все ваши друзья, с которыми вы тут будете отдыхать?

– О нет, все остальные в доме. Кстати, об адресе! – Таро, отчего-то заволновавшись, почесал пальцем нос и, оглянувшись на своих «друзей», подумал: «Ну и вид же у них…» – Девяносто шестой на Пятой Авеню. Только не забудь… Лекса, я с нетерпением буду ждать тебя.

– Таро! – вновь окликнул его Хиро.

– Ну, тогда до встречи? – повела плечами девушка и нажала кнопку зажигания.

Таро побежал к ожидавшим его «друзьям», злясь на них за то, что те торопили его в такой важный момент: «Хоть бы поняли, что ли, или головой подумали…»

Догнав брата и дворецких, он обернулся: девушка все еще смотрела ему вслед. Встретившись взглядами, она будто спохватилась и прокричала:

– А когда начало-то?

– По девяти Сумеречного! – крикнул за него Хиро и тут же почувствовал тычок локтем в бок. – Ой, больно же… – укоризненно и вместе с тем удивлённо взглянул он на Бенджамина, стоявшего к нему ближе всех.

– Откуда ей знать, что это значит? – проговорил тот и тут же испугался, вспомнив, что он всего лишь дворецкий. – Начало в девять вечера! – прокричал он уже Лексе, стараясь сгладить неловкость, но не встречаясь взглядом со смотрящим на него Хиро.

Таро в последний раз оглянулся, чтобы помахать Лексе рукой, но её автомобиль уже выезжал с парковки. «Услышала, нет?» – со странной грустью подумал демонёнок.

…

С порога их оглушила музыка.

Смешно пританцовывая, из гостиной в прихожую прошла Лэр с бутылкой вина из коллекции Асмодея, которую, вероятно, Серпент телепортировал им прямо в дом. Судя по поведению, мама «семейства» была уже навеселе. Она потянулась было к дверной ручке ванной комнаты, но тут увидела их, радостно взвизгнула, подбежала и зачем-то обняла Себастиана, откинулась назад в импровизированном танго, затем повернулась спиной и, поводя бедрами, изобразила что-то уж совсем несуразное.

Move and show me what you can do

When you step into the circle and shake like we do.

Move when you just can't take it

And move if you just feel like breaking it

– пропела герцогиня так бойко и красиво, что оба демонёнка взглянули на нее с восхищением. На то, как она себя вела, ни Таро, ни Хиро не обратили внимания: веселой Лэр бывала, лишь когда позволяла себе вино не только во время ужина, но и после него. Такое случалось очень редко, и сейчас братья только порадовались тому, что их мама разрешила себе немного расслабиться. К тому же она явно нуждалась в этом после сцены за вчерашним ужином.

– Госпожа, что вы такое вытворяете? – наклонившись к уху извивающейся возле него Лэр-Рэзамэль, осторожно, но еле заметно улыбаясь, проговорил Себастиан, бросив быстрый взгляд на глазевших на неё сыновей.

На пороге гостиной показался Асмодей. Он явно намеревался пройти следом за Лэр, но, увидев её телодвижения, остановился и принялся наблюдать за взрослым шоу, прислонившись к дверному косяку. Себастиан встретился с ним взглядом, и они одобрительно улыбнулись друг другу. Затем инкуб увидел разглядывавших его во все глаза демонят. Поначалу такое внимание слегка удивило и одновременно позабавило, но Асмодей тут же понял, в чём дело: они впервые видели его обнаженным по пояс. Самодовольно ухмыльнувшись, он прильнул губами к горлышку бутылки, которую держал в руке, и в несколько глотков допил оставшееся.

Таро невольно улыбнулся, вспомнив, чем привлек внимание Лексы, и неожиданно для самого себя подумал, что, в сущности, взрослый демон ничем не отличается от такого подростка, как он, особенно если ему нужно произвести впечатление на женщину и при этом совершенно неважно, сейчас он с ней познакомился или прожил вместе не один год. «Интересно, а у людей так же?» – спросил демонёнок сам себя, вспомнив моющее средство, которое отведал в супермаркете. Конечно, разумом Таро понимал, что элитное вино из отцовской коллекции нельзя даже сравнивать с синей жидкостью, которой люди зачем-то стирали своё бельё, но он не сомневался, что по вкусу одно ничем не отличается от другого. К тому же сейчас его больше интересовало не сравнивание вкуса, а забавная похожесть взрослого и наверняка опытного в таких делах Асмодея (Таро заметил ту будто нарочитую небрежность, с которой он потягивал вино) с юным и неискушённым демонёнком.

Следом за Асмодеем из гостиной показался Абигор, в зубах которого торчала незажжённая сигарилла. Разомлев от вина, он хотел пригласить приятеля выйти на веранду, чтобы покурить и поговорить, но, увидев то, что вытворяла Лэр, открыл от удивления рот. Сигарилла выпала, но Асмодей подхватил её ловким движением. В следующую секунду прихожую наполнил характерный терпкий запах вишни и шоколада. Не замечавшая никого вокруг себя и словно впавшая в какое-то забытье или транс, Лэр оставила Себастиана в покое и поймала на себе взгляд любимого.

Наконец музыка стала тише – видимо, кто-то в комнате убавил звук, – и все услышали, как инкуб рыгнул. Абигор тут же повторил за ним безо всякого стеснения.

– Папа? – Правая бровь Таро взлетела вверх. Уж чего-чего, а такого он явно не ожидал. Остальные тоже выглядели по меньшей мере удивлёнными.

– Им троим явно нужна помощь, – ни к кому не обращаясь, проговорил Бенджамин и, поправив сползшие на нос очки, направился с пакетами в кухню.

– Таро, мы же договаривались в земном мире так друг к другу не обращаться. Здесь мы просто друзья. Так что на людях зови меня Асми, – сказал инкуб, не обратив внимания на колкую реплику слуги.

– Хорошо, – кивнул демонёнок.

– А у нас сегодня вечеринка будет, знаете? – донёсся уже из кухни беспечный голос Бенджамина.

Услышав шуршание пакетов, Себастиан словно очнулся и, вспомнив о том, что надо готовить ужин, поспешил присоединиться к другу. С озабоченным видом разбирая очередной пакет, он не заметил, как рядом появился Абигор, и вздрогнул от неожиданности, когда тот заглянул через плечо.

– Вечеринка? – повторил демон, смакуя сказанное слово. – Это хорошо. Будет что-нибудь особенное или вкусное?

– По-моему, я всегда готовлю вкусно, – обиженно насупился Себастиан. – Ты что, тоже успел напиться? Зря…

– По-другому не мог…

– Что случилось?

– Илэриас меня бросила.

Понял, о чем говорил Абигор – по старой памяти Лэр частенько делилась с Себастианом некоторыми тонкостями своих взаимоотношений с Асмодеем, и вчерашний вечер исключением не стал, – дворецкий на мгновение замер, а затем решительно сказал, опустив руку на плечо Абигора:

– Сядь, я тебе фреш сделаю.

Демон покорно опустился на стул. Себастиан и сам не знал, с чего ему вдруг пришло в голову предложить Абигору фреш, но это было единственное, что он мог пока сделать. Готовя коктейль, дворецкий бросил взгляд через плечо и, увидев, что они одни (Бенджамин незаметно исчез), негромко произнёс со всей свойственной ему мягкостью и вежливостью:

– Я уверен, это временно. Все ещё наладится, мой господин. Ты сам понимаешь, это не решение Лэр, и она несвободна… м-м-м, в некотором смысле… – Ему хотелось добавить что-то типа «она вас всё равно безумно любит», но вместо этого Себастиан спросил: – Может, вам стоит сейчас сбежать?

– Сбежать? Ты о чём? – Абигор уставился на дворецкого вдруг ставшими круглыми от удивления глазами.

– Не понимаешь? Ну, ты и Лэр… Пока все в таком состоянии… Думаю, вас нескоро хватятся. И вообще, – он склонился к самому уху Абигора и прошептал, – надо ее постоянно контролировать: вдруг ей взбредёт в голову рассказать Асмодею правду о Таро.

Абигор мысленно пожелал, чтобы Асмодею пришлось уже совсем скоро пожалеть о своем решении. Выяснять отношения с помощью кулаков, хотя они и чесались в прямом и переносном смыслах, не имело никакого смысла, и он понимал это, как и то, что если хочет как-то отомстить инкубу и вернуть Лэр, должен действовать его же методами.

– Не смей, – проговорил Себастиан, угадав его настроение. Его карие глаза загорелись ярко-красным. – Ты заваришь кашу, которую придется расхлёбывать всем до десятого поколения.

Увлеченные разговором, они не заметили Хиро, только намеревавшегося переступить порог кухни.

Оторопев, дьяволенок схватил кожаную куртку и вышел на улицу. Ему было душно в доме: горло сдавил спазм, в груди клокотала злоба, и всё это мешало нормально вздохнуть. Хиро очень хотелось кого-нибудь спровоцировать на драку, а потом избить, как он не раз уже делал в Вертероне. Правда, каждый раз довести дело до конца ему мешал неизвестно откуда появлявшийся Агалиарепт, но сейчас ведь его рядом не было…

Глава 5. Мятежник Хиро. Раскрытие тайны пророчества

В голове у Хиро путалось: то он принимался ненавидеть Себастиана и Лэр, то наоборот, ни с того ни с сего начинал их жалеть, а заодно и Абигора с Асмодеем. «Это что же получается: отец Таро – Себастиан?.. Как так? Как она могла… Ведь мой отец так её любит, а она… Поэтому она его бросила? Ради кого?.. Ангелы меня побери, что же происходит? И что делать? А что я могу сделать?.. Всё рассказать – но кому? И что будет, если Асмодей узнает правду?..»

Хиро так погрузился в свои мысли, что не заметил, как оказался в Грамерси. Он практически летел, не обращая внимания на удивлённые взгляды прохожих. Выскочив на 13-ю Авеню, увидел перед собой тумбу с мусором, тут же схватил её и с яростью отшвырнул в сторону, совершенно не заботясь, что может кого-то задеть. Лишь заметив, что прохожие с опаской обходят его стороной, он остановился перевести дыхание и оперся о какую-то гладкую прохладную поверхность. Нахмурившись, Хиро взглянул на свою опору. Ею оказался фонарный столб. Не в силах сдержать новый приступ ярости, дьяволёнок обхватил его покрепче и с легкостью свернул в узел.

Люди шарахнулись от Хиро, как от чумы, и стали прятаться в первые попавшиеся подворотни. Кое-кто, оказавшись под их спасительной защитой, принялся снимать на телефон странного разбушевавшегося парня, который зачем-то решил продемонстрировать свою силищу. Две шедшие навстречу девушки упали в обморок. Несколько мужчин, оживлённо болтавших друг с другом у «Таверны Пита», замолкли на полуслове, вытаращив в изумлении глаза. Алкоголь мгновенно выветрился из их голов, и один, набравшись смелости, выкрикнул:

– Эй, парень, ты что творишь?

– У тебя какие-то проблемы? – угрожающе повёл головой Хиро.

– Эй, полегче, я просто спросил, – отступил назад «смельчак».

– Пойдем отсюда, – шепнул ему на ухо приятель и, поторапливая, похлопал по плечу. – Уходим.

Злость исчезла так же внезапно, как и появилась. Хиро удивлённо огляделся по сторонам, словно приходя в себя. Те, кто не сбежал, испуганно смотрели на него. Заметив, что девушка всё ещё лежит без чувств посреди тротуара, а её подруга – видимо, более крепкая, – придя в себя, хлопочет над ней, демоненок приблизился и, неожиданно волнуясь, спросил:

– Она в порядке?

Девушка хотела было взвизгнуть, но крик застрял в ее горле – получился только жалкий хрип.

– Не бойся, – как можно более дружелюбно произнёс Хиро и попытался приветливо улыбнуться, – я девушек не обижаю. Дай помогу.

Он уже успел перекинуть руку лежавшей девушки через шею, и незнакомке, поднявшейся с колен, чтобы помочь ему, оставалось только натянуто улыбнуться. Золотистый каскад волос, упавший ей на плечо, донес до Хиро сладковатый запах духов. Демоненок закрыл глаза и на мгновение замер, стараясь не упустить ни одной нотки этого аромата. Когда же он вдохнул полной грудью, то открыл их и встретил укоризненный девичий взгляд, от которого сразу же стало неловко.

– Моя подруга так и будет лежать? – произнесла незнакомка, выводя его из оцепенения.

Хиро спохватился и, чтобы скрыть своё смущение и наверняка глупый вид, без труда поднял лежавшую девушку и спросил:

– Куда нести-то?

Поражённая незнакомка молча указала ему за спину.

«Значит, придется возвращаться домой», – тоскливо подумал демоненок и повернулся в ту сторону, откуда пришёл.

Они спустились вниз по узкому тротуару и миновали несколько старинных домов, перемежающихся с барами и ресторанами. Неловкое молчание затягивалось, и чтобы немного его разбавить, Хиро бросил на свою спутницу взгляд и спросил первое, что пришло на ум:

– Ты знаешь эти места?

Незнакомка заметно удивилась, кивнула и, от волнения сцепив руки в замок, проговорила:

– Да, знаю. Это Ирвинг-Плейс. – Она чему-то улыбнулась и мечтательно взглянула наверх. Хиро последовал её примеру. Небо в этом мире было необычайно голубым, но сейчас его затянули невесть откуда взявшиеся облака, воздух повлажнел и будто бы сгустился, в нём витал пар от раскаленного асфальта. – Ой, кажется, сейчас дождь пойдет, – расстроенно заметила девушка.

– Это же хорошо. Можно освежиться безо всякого душа.

Незнакомка взглянула на Хиро и, заметив, что он улыбается, засмеялась в ответ. В этот момент оглушительно ухнули первые раскаты грома, а края тяжелых синих облаков озарились вспышками молний. Стало темно, как вечером.

– Ты только взгляни, как красиво! – в попытке перекричать шум крикнул он.

Девушка снова взглянула на своего спутника и неожиданно встретилась с ним глазами. Которые отчего-то стали синими-синими и такими яркими, словно какая-то сила заставляла их светиться изнутри. Удивившись этому, она неосознанно принялась разглядывать этого странного парня: высокие скулы, прямой нос, четкая линия подбородка, слегка удлиненного и чуть выдававшегося вперед, напряжённая шея и грудь, хоть он и старался сделать вид, будто ее подруга ничего не весит. Он производил впечатление натренированного парня, и даже обтягивающие джинсы подчеркивали силу его ног, не говоря уже о майке под расстегнутой кожаной курткой, так бесстыдно оголявшей его безупречный торс.

Первая капля дождя, внезапно упавшая девушке на лицо, подействовала отрезвляюще, и, вспомнив о том, что так долго разглядывать парней неприлично, она заставила себя взглянуть на небо:

– Да, и впрямь красиво.

– Я могу узнать твое имя? – спросил Хиро, и ей на мгновение показалось, что вопрос прозвучал слишком уж застенчиво для такого видного парня.

– Блэр. – Она взглянула на него и неожиданно для себя выдала: – Ты такой чудной.

– Я Хиро. Очень приятно, Блэр. – Девушка покраснела, и демонёнок обрадовался тому, что ему удалось произвести впечатление. Заметив, что она уже не так скованна, он поинтересовался: – Ты не знаешь, здесь можно куда-нибудь сходить и развлечься?

– Почему не знаю – знаю. Тут, на Ирвинг-плейс, частенько выступают разные группы – и популярные, и неизвестные.

– Отлично! То, что нужно моим ребятам. Надо будет сказать…

– Твоим ребятам?

– Да. Это мои друзья, они тоже играют. И неплохо, кстати. – Хиро вспомнил тот джем-сейшн, который устроили старшие демоны в снятом ими домике, и, улыбнувшись, предложил: – Приходи ко мне сегодня, и я тебя с ними познакомлю. Может, заодно и послушаешь, как они играют.

– Ты серьёзно? – с каким-то детским восторгом воскликнула девушка, чуть не подпрыгнув на месте. – Ух ты, как классно! А они любители или профессионалы?

– Да как сказать, – задумчиво произнес Хиро. – Скорее, любители. Они молча шли ещё какое-то время, пока Блэр со словами «вот мы и на месте» не остановилась напротив невзрачного домика.

Ее подруга осторожно открыла один глаз, несложно было догадаться, что та давно уже очнулась и все это время притворялась. Блэр внезапно поймала себя на мысли, что ей бы тоже хотелось, чтобы этот парень нес ее подольше. «Вот хитрюга!» – пронеслось в ее голове, когда девушка, как ни в чём не бывало, встала на ноги.

– Быстро же вы добрались. – Это было сказано ею с некоторой досадой, и Блэр едва сдержалась, чтобы не рассмеяться. Словно не замечая этого, ее подруга продолжила, обращаясь к Хиро: – Я слышала, о чём вы болтали, и у меня есть предложение. Почему бы нам вместе как-нибудь не сходить на один из концертов? Они бывают каждую пятницу, и я слышала, что там любая группа может договориться о выступлении.

Блэр шутливо толкнула её плечом.

– Э-э-э… – только и смог промолвить Хиро от неожиданности. Он ясно видел, что незнакомка пытается с ним флиртовать, и не знал, как себя вести. Демонёнок понимал, что такое внимание со стороны земных девушек должно тешить его самолюбие, но вместо этого ему почему-то было неуютно от мысли, что рядом стоит Блэр и всё видит. «А вдруг ей это не нравится, хоть она и делает вид, что всё в порядке?» Невольная пауза затягивалась, а он только и смог, что улыбнуться как можно приветливей.

– Кстати, я Дженнифер, но можешь звать меня Дженни. – Девушка уверенно протянула руку, которую он сразу пожал.

– Хиро. Но ты, наверно, и моё имя тоже услышала? Да, я со своими ребятами с удовольствием бы выступил здесь, но и вы должны пообещать мне прийти сегодня в гости. – Демоненок замолчал, глядя на Дженни, а потом вдруг добавил: – Мы с братом устраиваем вечеринку в честь дня рождения.

– У тебя есть брат? – От удивления та чуть не схватила Хиро за ворот куртки. – А вы близнецы? Да даже если двойняшки – тоже сойдет… – затараторила она. Хиро взглянул на Блэр, как бы ища помощи, но она лишь рассмеялась. – И сколько же вам? – вдруг осознав, что их новый знакомый слегка опешил от такого неожиданного напора, Дженни с деланым смущением завела руки за спину, а затем зачем-то принялась оправлять короткое платье.

– Шестнадцать.

– Сколько-сколько? – переспросила она.

Заметив изумление и на лице Блэр, демоненок осторожно поинтересовался:

– А что?

Дженни полуобернулась к подруге и, наклонившись к её уху, прошептала: «Как бы нас не посадили за совращение малолетних», – затем, бросив взгляд на парня и убедившись, что он всё слышал, выпрямилась и зачем-то произнесла неожиданно серьёзным тоном:

– Нам обеим двадцать один.

Правая бровь демоненка в удивлении взлетела вверх:

– Это что-то меняет?

Блэр тепло улыбнулась и мягко ответила:

– Все нормально, это она так шутит. Конечно, мы придем, Хиро. – Мгновение помолчав, девушка вдруг спохватилась и спросила: – А где твой дом?

– Мы приезжие, на Манхэттене остановились. – Хиро назвал адрес, и в это же время прогремел гром и хлынул дождь.

– Я запомнила! – кивнула Блэр и добавила, стараясь перекричать шум: – Мы обязательно придем!

Демоненок проводил девушек взглядом: те миновали невысокие черные ворота, быстро взобрались по ступенькам, чтобы оказаться под спасительной крышей, а затем обернулись и энергично помахали ему, а Дженни даже послала воздушный поцелуй. Хиро взмахнул рукой в ответ, и девушки скрылись за дверями.

Как только Хиро остался наедине с собой и своими мыслями, ему вновь вспомнился разговор между Абигором и Себастианом, и улегшиеся было чувства вспыхнули с новой силой. «Может, поговорить с Уфиром? Он наверняка знает подробности и, может быть, передаст их мне…» Вот только стоит ли говорить об этом брату, демоненок еще сомневался.

Наконец, он решил повременить, пока он сам не докопается до истины, поговорив с матерью. Эта мысль его немного успокоила. Если Асмодею и Таро суждено узнать правду, то это случится, и тогда наказания Лэр не избежать. А оно может быть разным, вплоть до изгнания. «Уж лучше это, нежели смерть». О плохом думать не хотелось: страх за мать был настолько силён, что вспыхнувшая злость улетучилась сама по себе.

В памяти Хиро вдруг всплыло «созерцание». Этим словом, которое не раз употреблял Агалиарепт, назывался процесс деторождения у демонов – вернее, обязательное присутствие при родах отца, чтобы младенец первым увидел его. Родитель-отец запечатлевается с новорожденным, и между ними возникает связь, которая затем стает настолько сильной, что оба чувствуют малейшее изменение в настроении друг друга. Хиро знал, что это такое не понаслышке: так они с Абигором чувствовали друг друга. «Но почему глаза у Таро карие – прямо как у Себастиана? Неужели Асмодей настолько занят своими важными бумажками, что до сих пор не обратил на это внимания? А если обратит, если узнает… может, это и к лучшему? Вряд ли он начнёт трезвонить о своём позоре на весь Вертерон: он же слишком зависим от всех, кто его окружает, от их мнения… Наверно, будет скрывать тайну, и мама избежит смертного приговора. А потом остынет – всё равно ж уже всё сделано. Может, ради Таро он и сошлёт её в какое-нибудь место. А если надо будет объяснить, то найдёт, что сказать…»

Мысли роились в голове подобно пчелам в улье, и демоненок не заметил, как приблизился к своему дому. Музыка, доносившаяся оттуда, была слышна даже на улице. Хиро хотел незаметно проскользнуть в двери и присоединиться к остальным так, будто никуда и не отлучался, но, переступив порог коттеджа, сразу понял, что это ему не удастся.

– Где ты был? – обеспокоенно спросил Таро.

– Решил освежиться, – произнес он как можно будничнее.

– И исчез на пару часов? Я думал, ты заблудился.

На миг ему показалось, что Таро испытал облегчение от его слов, но верилось не очень.

– Да, так и было, – улыбнулся Хиро и отвернулся, чтобы повесить куртку. Таро оказался рядом, и демонёнок неожиданно ощутил исходящий от него запах перегара. – Фу-у, да от тебя разит! Тебе разрешили выпить?

Таро хотел было ответить, но из гостиной вышла мать и воскликнула, почти слово в слово повторяя его:

– Хиро! Куда ты подевался?

Вслед за Лэр в прихожей показались старшие демоны.

– Все на месте? – осведомился Асмодей. – Ну так пора уже отмечать. – По его внешнему виду и голосу демонёнок понял, что инкуб уже пьян.

– Ловите! – крикнул им Абигор и бросил каждому по зеленой стекляшке с яркой этикеткой посередине.

Реакции дьяволят позавидовали бы многие подростки: перелетевшие через всю прихожую бутылки были тут же пойманы ими. Пш-ш-ш, раздалось слева от Хиро. Следуя примеру Таро, он вскрыл крышку и принюхался. «Фу, как горько!» – скривился демонёнок.

– Нам всем нужно чокнуться! – рассмеялся Абигор. Стоя напротив, он поднял точно такую же стекляшку с горьким содержимым, Лэр, Уфир и Асмодей повторили его жест, и в прихожей раздался звон стекла.

Хиро заметил, что отец выглядел вполне веселым и счастливым. «Может, они успели помириться?» – с надеждой подумал он и внутренне улыбнулся.

– Так что, малыши, теперь вас можно считать взрослыми? – шутливо произнес Уфир и по-приятельски похлопал его по плечу.

В это время Себастиан и Бенджамин закончили накрывать к ужину. По дому распространился запах жареной утки, от которого у демонов мгновенно потекли слюнки.

Хиро взглянул на настенные часы. По местному времени уже был пятый час вечера, до прихода Блэр и Дженни оставалось четыре часа. «На ужине всё скажу – и про гостей, и про группу, и про то, как себя вести… ну так, на всякий случай».

…

С едой давно было покончено, сумерки за окном уже сгустились. «Значит, скоро совсем стемнеет», – подумал Хиро и заметил, что каждый демон развлекался как мог – вероятно, чтобы скоротать время до прихода гостей. «Ой, надо же ещё успеть поговорить с Уфиром». Он взглянул на часы – половина седьмого.

Уфир вместе с Даром лежал в бассейне, наполненном красной жидкостью. Приблизившись к ним, демоненок с подозрением прищурился: «Хм, но ведь это не вода…» Дар зачерпнул бокалом мутную жижу и отпил. «Если это и кровь, то наверняка она смешана с вином», – подумалось Хиро.

– Вообще-то я только что сюда облегчился, – хихикнул Уфир.

– Что? – поперхнулся вампир. – Да быть не может, опять твои шуточки… – Он отвернулся и с важным видом снова отпил из бокала.

– Скукота с тобой смертная, – заявил демон и закатил глаза.

Хиро стало так стыдно за опекуна, что он не удержался и с досадой шлепнул себя ладонью по лицу, а затем взглянул на них сквозь пальцы: «Вот идиоты». Он вспомнил, что хоть и редко, но заставал их за подобными проделками ещё в Вертероне. В такие моменты к ним могла присоединиться и мама.

Через некоторое время Дар поднялся и вышел из бассейна. Его тело покрывали бурые подтёки. Вампир странно взглянул на Хиро, накинул черный махровый халат и молча ушел, оставив их с Уфиром наедине.

– Принеси сигарет! – крикнул старший демон ему вслед и, думая, что остался один, добавил уже чуть слышно: – Скурюсь сегодня ко всем ангелам.

Он вытянул было ноги и облокотился о борт, но тут Хиро окликнул его. Дернувшись, тот грязно выругался и обернулся. Демоненок увидел, что глаза его окрасились в причудливый льдисто-сиреневый цвет, раньше им не свойственный.

– Какие они у тебя… странные, – произнёс Хиро первое, что пришло на ум.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.