# Легкое пёрышко. Как свет во тьме

Мара Вульф

Больше никаких эльфов! Осенью Элиза решает начать учебу в университете Стерлинга. Скай и Фрейзер регулярно навещают подругу. Но девушке снова не удается пожить спокойной размеренной жизнью. Друзья уговаривают ее принять приглашение королевы эльфов на фестиваль Самайн в Аваллахе. Во время церемонии все идет не по плану: Элиза, ее друзья и Кассиан оказываются в странном доме, где с ними происходят невероятные чудеса. И со временем ребят настолько захватывает атмосфера этого магического места, что Элиза остается единственной, кто еще помнит о реальности и обычной жизни в Шотландии. Но как им теперь удастся вернуться домой? Возможно, этот путь потребует от них слишком больших жертв…

> Marah Woolf

> FederLeicht. Wie schatten im licht

> © 2018 by Marah Woolf und Oetinger Taschenbuch in der Verlag Friedrich Oetinger GmbH

> © Шомникова Д., перевод на русский язык, 2022

> © Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2022

> Легкий, как перышко, падает снег,
> Шар с волшебством облегчит твой побег.

> Часы остановят поток временной,
> Былое в момент станет вдруг торжеством.

> Флейта мечты твои в жизнь претворит
> И от несчастий тебя защитит.

> Зеркало мир весь покажет тебе,
> Ложь не поможет никак в колдовстве.

> Сила волшебная в перышке бдит,
> Помогает тому лишь, кто ее сохранит.

> Кольцо тебя скроет от сил извне,
> Пусть видят тебя, лишь кто нужен тебе.

> Ключ всегда защитит ото всех,
> Но будь осторожным и бойся помех.


## Пролог

Неужели было так сложно сопроводить Элизу на ее выпускной вечер? Хорошо, что она не просила его об этом. Но тот, кто хорошо разбирается в девушках, понял бы, что она этого ждет. Хотя было не очень-то тяжело. Элизу можно читать как открытую книгу. Она бесповоротно влюбилась в Кассиана. Бедняжка.

Но все же ему надо отдать должное: я никогда бы не подумал, что он поможет ей уберечь печать Вангуун от магов и колдунов. Наверняка он уже пожалел об этом. Мерлин и Элизьен наседают на него. Но этого уже не изменить. Печать осталась вне зоны их досягаемости у Эммы и Коллама. Элизьен не стоит слепо доверять магам. В каждом народе есть свои черные овцы.

Но меня это, в принципе, не касалось. Хотя было немного скучно. Кассиан взял на себя обязанности защитника Элизы, обвинив меня в том, что я не присматриваю за ней как следует. Что за нахальный негодяй!

Пусть попробует справиться лучше меня.

## Глава 1

Я не могла перестать хихикать, пока Финн вел меня к машине. Туфли болтались у меня на руке. Я не чувствовала себя такой свободной уже целую вечность, и даже сильный ветер, растрепавший прическу, не мог испортить хорошего настроения. Я танцевала, флиртовала, ела много мороженого и пила алкоголь. Мне было весело, и в тот момент ОН не был мне нужен. Все-таки ОН и сам веселиться как следует не умел. Даже сама мысль, что Кассиан однажды перестанет сдерживаться, была абсурдной, и я закачалась от собственного хихиканья.

Финн удержал меня, чтобы я не врезалась в машину. Затем открыл дверь и помог забраться в салон. Когда машина тронулась с места, я закрыла глаза и прислонила голову к прохладному оконному стеклу. Еще несколько минут, и я окажусь в своей уютной постели. Завтра буду спать до полудня, решила я. Впереди ждет еще много бестолковых дней, целое лето. Может, нам удастся отправиться в поход с палатками?

Несколько лет назад мы с мамой и Финном были на острове Малл, мы могли бы поехать туда еще раз! Скай, Фрейзер, Виктор, даже если Фрейзер не будет от него в восторге. Завтра я составлю план на лето, а заодно и на будущее.

Финн свернул на узкую тропинку, ведущую к нашему дому. Машина затормозила на грунтовой дороге, и я снова открыла глаза. Начался дождь. Водяные массы хлестали по крыше автомобиля, и в небе вспыхнула молния. Я ждала грома, плотнее закутываясь в шаль. Она не особенно меня грела, но зато идеально подходила к платью. Гром прекратился, но новая молния пронзила ночное небо. Финн выругался, а видимость становилась все хуже. Он замедлил ход автомобиля. К счастью, мы почти добрались до дома. Я заметила свет в кабинете папы, хотя было уже три часа ночи. Неужели ждал нас? За последние несколько недель он стал настоящей наседкой. Видимо, хотел наверстать все те потерянные годы, когда не заботился о нас. Это было мило, но все же раздражало. Я, чувствуя укол совести, вытащила из бардачка свой телефон, который спрятала перед балом. Десять новых сообщений. Я нахмурилась. Разумеется, все они были от папы. Но мы хотели дать ему понять, что уже достаточно взрослые, чтобы о себе позаботиться. По крайней мере, в большинстве случаев.

Молния снова сверкнула в потемневшем небе. За ней последовал оглушительный грохот. Финн нажал на педаль тормоза, и машина остановилась так резко, что меня отшвырнуло вперед, и я ударилась головой о приборную панель. На глаза навернулись слезы. Черт, это было больно.

– У тебя все нормально? – фыркнула я на брата, осторожно пощупав переносицу.

Когда провела по кончику носа пальцем, почувствовала влагу на ладони. Неужели вечер не мог закончиться так же идеально, как начался?

Финн включил внутреннее освещение.

– Почему ты не пристегнулась? – рявкнул он.

Я зажмурила глаза от боли. Голова гудела.

– Дай посмотрю, – Финн схватил меня за подбородок и повернул к себе мое лицо. – Ты истекаешь кровью. Такое могло случиться только с тобой. – Он вытащил из пиджака чистый носовой платок и промокнул мое лицо.

– Я и сама могу это сделать, – пролепетала я. Прижала ткань к носу и откинула голову.

Финн выдохнул, а затем резко произнес:

– Черт подери! – Он открыл дверь. – Ты остаешься здесь, Элиза!

Что опять случилось? Снаружи стало намного светлее, чем было несколько секунд назад. Я вытерла слезы и наклонилась, чтобы рассмотреть происходящее, но тут же вздрогнула.

– Пресвятое дерьмо! – громко выругалась я.

Прямо перед машиной пылал огромный костер. Я забыла о приказе Финна и тоже вышла наружу. Под босыми ногами холодел острый щебень. Жар ударил по лицу, заставив отшатнуться. Огромный дуб, который, сколько я себя помнила, охранял маленькую кладбищенскую церковь, поразило молнией: во всяком случае, я так предполагала, потому что дерево пылало. В воздухе метались искры, а горящие ветки трещали и трескались под натиском огня. Хотя я стояла в двадцати метрах от него, с каждой минутой чувствовала жар все интенсивнее. Невозможно поверить. Я часто сидела под этим деревом, начиная с детства. Здесь поила Финна чаем, и со Скай мы пытались забраться по его ветвям, но молния в один миг разрушила значительную часть моих детских воспоминаний. То, что это произошло в день моего выпускного, можно было считать знаком свыше. Если бы викарий прицепил к церкви громоотвод, этого бы не случилось. Во всяком случае, я так думала. На уроках физики я была не очень-то внимательной.

Стоит ли позвонить пожарным? И где вообще брат? Финн наверняка знал, что делать. Я чувствовала легкое головокружение от алкоголя, травмы и, не в последнюю очередь, от дождя, который обрушился на меня. К тому времени я уже промокла до нитки. Воздух наполнился едким дымом. Огонь с невероятной скоростью поглощал древесину, и, видимо, дождь ему совершенно не мешал. А вот мне мешал. Как же холодно! Я вытерла с лица капли, пытаясь разглядеть брата в водной завесе.

– Финн? – крикнула я. – Где ты?

Это было бессмысленно. Дождь и шипение огня заглушали слова. Может, он пошел к дому, чтобы позвать на помощь? Я думала, какие у меня есть варианты. Я могла бы вернуться в машину, но испачкать и намочить салон. Хотя даже там мне вряд ли станет теплее. Я не смогу пройти мимо горящего дерева, это слишком опасно. Словно в подтверждение моих слов на тропу упала толстая горящая ветка. Спасибо за предупреждение, подумала я. Значит, остается только пройти через кладбище. Я, наверное, тысячу раз по нему проходила, но все равно сомневалась. Могла бы просто перелезть через небольшую стену.

Вздохнув, двинулась вперед. Уж с Финном как-нибудь объяснюсь. О чем он вообще думал, когда оставил меня одну рядом с горящим деревом под проливным дождем? Хотя кладбище было моим любимым местом днем, я не очень хотела бродить среди надгробий ночью. В любом случае, не в бальном платье. И все же шла дальше, игнорируя вонзающиеся в ступни камни. Чем ближе подбиралась к ярко пылающему дубу, тем теплее мне становилось. Осторожно пробираясь по узкой полоске газона, дошла до низкой стены, окружавшей кладбище. Только я хотела перекинуть ногу через стенку, как дуб с оглушительным грохотом рухнул. Я неожиданно заметила, как на меня летит что-то горящее. Оно не успело поразить меня, я вовремя упала на землю и обхватила голову руками. Я поскользнулась на земле и плюхнулась лицом вперед. Ну что ж, платье не выживет. В отчаянии пыталась подняться, и грязь подо мной чавкала. Где, черт подери, Финн? Я его прибью! Решительно встала на колени, убрала волосы с лица и прижалась к стене. Гнев кипел во мне. Чья-то рука схватила меня так внезапно, что я вскрикнула.

– Ты должна уйти отсюда, древесная кора взрывается от огня. Она могла серьезно тебя ранить.

Я врезалась в Кассиана не в силах ничего ответить. Этого он, очевидно, от меня не ждал.

Он поднял меня на руки и понес по тропинке. Что он здесь делает? Все еще ошеломленная, я обвила руками его шею и прижалась к груди.

– О тебе забочусь, что еще, – ответил он на мой немой вопрос. – Я ведь уже несколько месяцев не делаю ничего другого. Во всяком случае, складывается такое впечатление.

Все-таки было что-то хорошее в том, что он умел читать мысли.

– Ты сейчас весь испачкаешься. Могу и сама идти, – предложила я, хоть и не желая, чтобы он отпускал меня. Будь моя воля, я бы осталась еще немного у него на руках. С ним точно не испугаюсь кладбища.

– Ты босая, мокрая, грязная и с серьезной травмой носа.

Откуда, черт подери, он все это знал и с каких пор стал таким заботливым? Это был мой Кассиан или какой-то добрый двойник?

Он толкнул спиной решетчатую дверь, ведущую на кладбище, и она возмущенно скрипнула петлями.

– Почему на тебе вообще такая тонкая одежда? – спросил он, теперь уже недружелюбным тоном.

Я прижалась к нему сильнее. Значит, все-таки прежний Кассиан.

– Это платье, – объяснила я. – Я была на празднике, и там такое надевают. Для танцев и веселья.

Эльфы и сами толстых шуб не носили. Напротив, при виде их легкомысленных одеяний я не раз краснела.

– С кем ты танцевала? – прорычал Кассиан, продолжая шагать в темноте так уверенно, будто шел по освещенной дороге. Для него, наверное, в этом не было никакой разницы.

– С Финном, Виктором, Фрейзером и еще несколькими парнями.

– А что Виктор тут делает? Ты должна его остерегаться.

– Я считаю его очень милым, к тому же он хорошо танцует, – защитила я парня Скай, усмехаясь себе под нос. Неужели Кассиан все-таки ревновал меня к нему?

– Он колдун. А им нельзя доверять, – пояснил Кассиан.

Мы добрались до другой стороны кладбища, и я была почти опечалена тем, что ему не пришлось защищать меня от заблудших душ.

– Раньше ты так и о людях говорил. Ты мне не доверяешь?

– Я не доверяю твоему чувству здравого смысла. Это сводит меня с ума. Ты все время суешь свой нос в дела, которые тебя не касаются.

– Мы все еще говорим о дереве и молнии?

Я слышала, как Финн и папа звали меня, но прежде чем отозваться, хотела получить от Кассиана ответ.

– Разумеется, нет, – в то же мгновение ответил он. – С тобой все время одно и то же. Ты должна откликнуться, иначе они будут переживать зря, – потребовал Кассиан.

– Папа! – закричала я. – Я здесь!

Сирена пожарной машины заглушила мой голос. Мы добрались до ворот, ведущих в наш сад. Бабушка посмотрела на нас с удивлением. И подняла черный зонтик в знак приветствия.

– Хм… Ну, вы уже знакомы, – смущенно сказала я, надеясь, что Кассиан меня отпустит. Но он не предпринимал к этому никаких попыток.

– Быстро отнеси ее в дом, – потребовала бабушка. – А ты переоденься, – обратилась она ко мне.

– Ты можешь опустить меня, – попросила я Кассиана. Одно дело, когда он нес меня в темноте, пока нас никто не видел, но перед бабушкой было как-то неловко. Он нерешительно выполнил мою просьбу.

Входная дверь была распахнута настежь. Везде горел свет. Я схватила Кассиана за руку и потащила за собой по лестнице. Так быстро я его не отпущу. Хочу знать, почему он решил обо мне позаботиться.

В комнате я вытащила из шкафа свежие вещи, пока он устраивался на стуле. К счастью, мама вчера заставила меня убраться, так что он, по крайней мере, ни обо что не споткнется. Наверное, это сон, подумала я и помчалась в ванную. Стащила с себя платье, прежде чем принять горячий душ и облачиться в чистую одежду. Вытерла волосы полотенцем и завязала их в пучок. Страх, что Кассиан был всего лишь миражом, усиливался с каждой минутой. Эльф не мог находиться в моей комнате прямо сейчас, этот сон слишком часто снился мне, не становясь реальностью. Может, я выпила слишком много контрабандной водки Фрейзера. Однако в голове ничего не кружилось. Я посмотрела на свое отражение в зеркале и пощупала нос. Почти не было больно. Собрала всю волю в кулак и вернулась в комнату. Я не буду рыдать, если он исчез.

Кассиан уже не сидел на стуле, а лежал в кровати. Он закрыл глаза, и складка на его переносице придавала ему измученный вид. Его рубашку усеивали брызги грязи. Он скрестил руки за головой, когда я села на край кровати.

– Ты, наверное, устала, – пробормотал он.

– Сна ни в одном глазу. На самом деле, мне стоило бы выйти и посмотреть, что там происходит.

Кассиан схватил меня за руку.

– Ты, конечно же, не будешь этого делать. У твоего отца, брата и других мужчин все под контролем.

Он сел так, что кончики наших носов почти соприкоснулись. Я почувствовала его теплое дыхание на лице.

– Это пожарные, – объяснила я, запинаясь. – Они тушат пожары, спасают кошек с деревьев и все такое…

Кассиан молчал, а я не шевелилась.

– Почему ты здесь? – Мое сердце билось слишком быстро. Почему он все время появляется и нарушает мой покой?

Я просто хотела получить ответ, не более. Тем не менее, наши губы соприкоснулись, и я растаяла, словно шоколадная конфета на водяной бане. Кассиан притянул меня к себе на колени, и я зарылась пальцами в его волосы, надеясь, что пожарные не заметят моего пылающего сердца через оконные стекла. Было бы неловко, если бы семья обнаружила меня обнимающейся с незнакомым мальчиком в моей комнате.

Представив это, я довольно долгое время ни о чем больше не думала. Кассиан полностью захватил мое внимание, хотя в дальнем углу моего сознания уже крутился вопрос, чего он на этот раз добивался своими поцелуями. Но смогу выяснить это позже. Я почувствовала его руки вокруг себя и поняла, что они не могут дать мне той безопасности, к которой стремилась. Я вдохнула его аромат и решила, что мне будет все равно, если нас застукают. Он еще никогда не был настолько моим.

Пальцы Кассиана рисовали маленькие круги на моей шее. Я бы замурлыкала, если бы это не выглядело по-идиотски. Все еще могла держать себя в руках. Я прижалась к нему крепче. Даже если огонь обрушится на наш дом, ни за что не вылезу из кровати. Его руки скользнули под мою футболку и легли на раскаленную кожу.

Снаружи уже рассвело, когда Кассиан оторвался от меня.

– Мне нужно идти, – прошептал он. – И я хочу, чтобы ты пошла со мной.

Сердце заколотилось в груди.

– Ты хочешь, чтобы я отправилась с тобой? В Лейлин?

– Нет, в Аваллах. Понятия не имею, как буду заботиться о тебе, когда окажусь там. Элизьен настаивает, чтобы я поехал туда с Рубином. Она очень беспокоится о нем.

– А почему ты должен обо мне заботиться? – озадаченно спросила я. – Думаешь, я в опасности?

Последние несколько недель старалась не думать, что может произойти, если Дэмиан де Винтер снова напомнит о себе. Встреча с гигантской змеей была не очень веселой. Предполагала, что этот колдун был чертовски обидчив. Кроме того, его сын Виктор отправил Скай сообщение спустя некоторое время после нашего возвращения из Друид Глен. Тогда я предполагала, что мы его больше никогда не увидим. Но эти двое с тех пор постоянно болтали по телефону, а сегодня он еще и пришел на бал. Вернее, вчера. О печати он ничего не спрашивал.

– Пока печать не у Мерлина, ты в опасности, – прервал мои мысли Кассиан. – Ты должна попросить Эмму передать ему ее.

Я нахмурилась.

– А что мне, по-твоему, делать в Аваллахе? Осенью уезжаю в Стерлинг на учебу.

Хоть еще и не была на сто процентов уверена в своем решении, Кассиану об этом знать было необязательно. В любом случае, он не мог просто так появляться, целовать и грозить мне пальцем. Я не собираюсь плясать под его дудку.

– Неужели мысль, чтобы отправиться со мной, представляется такой ужасной? – мягким голосом спросил он. – Бьюсь об заклад, твой отец не будет против.

Я тихо рассмеялась.

– Мой отец сам вытолкает меня из эльфийских ворот и отправится в Аваллах, если Элизьен ему предложит.

Что-то в просьбе Кассиана казалось странным. Мне требовалось больше времени.

– Я лучше тебя с собой возьму, если ты не против.

– Могу ли взять время на раздумья?

Я судорожно пыталась вспомнить, что знаю об Аваллахе. Не так уж и много. Это что-то вроде школы в волшебном мире. Своеобразный колледж, который подростки должны посещать не менее двух лет. Что будет, если решу туда отправиться?

– Надолго это? – спросила я, хотя на самом деле это не имело значения, ведь наше время останавливалось, когда я находилась в мире эльфов.

– В Аваллахе ваше время идет как обычно, – пояснил Кассиан, не отвечая на вопрос о продолжительности моего там пребывания. Мысль, чтобы остаться с ним, была весьма привлекательной.

– И как мы будем там жить?

– В замке учеников распределяют на несколько групп. Народы смешиваются, никого не размещают отдельно. Все студенты живут в комнатах с большой общей гостиной.

– А мы не сможем жить в одной комнате? – вырвалось у меня.

Кассиан стукнул пальцем мне по носу.

– Не думаю, что Майрон нам это позволит.

– Майрон?

– Директор школы. Он вампир. Как правило, парни и девушки не живут в одной комнате.

– Значит, возможно, что я буду делить комнату с вампиршей и девушкой-оборотнем? – От этой мысли по спине побежали мурашки.

Кассиан усмехнулся.

– Возможно. Но ты также можешь разделить комнату с Джейд и Опал.

Я нахмурилась, причем по двум причинам. Во-первых, если Опал будет в одной со мной комнате, мы с Кассианом, вероятно, не сможем спокойно там обниматься. Во-вторых, мне казалось, будто он даже не предполагал, что я скажу «нет». У него в голове уже был план нашей комнаты, и я хотела знать, почему.

– Почему все-таки ты хочешь, чтобы я отправилась туда с тобой?

Если он сейчас скажет, что больше не проживет без меня, то пойду с ним, не раздумывая: босиком, в дурацких пижамных штанах с синими смурфиками и футболке. В конце концов, он их не видит. Он может также сказать, что смертельно влюблен и ни секунды больше не выдержит без меня, или…

Кассиан выпрямился.

– Ты должна поехать со мной.

Его пальцы беспокойно перебирали постельное белье. Обычно он никогда не нервничал. Я почувствовала, как внутри все похолодело. Воображаемый розовый воздушный шарик в моей голове лопнул, и кусочки резины посыпались на одеяло.

– Зачем ты пришел на самом деле, Кассиан?

Я должна была знать.

– Не потому, что ты больше без меня не выдержишь, не так ли? И не потому, что отчаянно хочешь защитить.

По крайней мере, у него хватило порядочности выглядеть смущенным. Мне стало тошно.

– Хочу защитить тебя, – неуверенно отстаивал он свою позицию. – И хочу быть с тобой. Ты должна поверить.

Он хотел схватить меня, но я встала и отошла от него. Не позволю ему ко мне прикасаться. На мгновение закрыла глаза, чтобы сдержать подступающие слезы. В Аваллахе он не будет моим, потому что никогда не был моим. Я была для него всего лишь способом внести в жизнь разнообразие. Или шахматной фигурой. Я задалась вопросом, ради чего он собирался мной пожертвовать.

– Почему я на самом деле должна поехать с тобой в Аваллах? – тихо спросила я еще раз.

Он сглотнул.

– Мерлин попросил Элизьен об этом. Он боится, что колдуны попытаются заставить тебя передать им печать Вангуун. Он хочет тебя защитить.

– Ты же сам в это не веришь, – я заставила себя перейти на шепот, потому что боялась закричать. – Он хочет сам заполучить эту дурацкую печать, не понимаешь? Хочет, чтобы я уговорила Эмму передать ее ему. Мерлин жаждет, чтобы ты обвел меня вокруг пальца и я сделала все, что ты скажешь. Виктор ни разу не просил меня об этом, а ты приходишь сюда, целуешь и думаешь, что сможешь так просто обмануть? – я все-таки сорвалась на крик.

Это снова произошло. Опять позволила ему меня использовать.

– И как же это было? – Сцепила пальцы, чтобы подавить в себе желание по чему-нибудь ударить. – Вы трое сидели вместе и думали, как бы тебе меня обмануть? Может, вы и дерево подожгли, чтобы ты мог спасти деву в беде, а она была тебе во веки веков благодарна? Хочешь, чтобы я ела из твоих рук? Ты хоть раз думал, как я себя при этом чувствую? Ты такой идиот. Кажется, будет лучше, если ты уйдешь сейчас.

Пока я не начала выть. Кассиан встал и провел по растрепанным волосам руками. Сделал глубокий вдох.

– Извини меня, – сказал он.

– За что именно? – прошипела я, хватая ртом воздух.

Его слепые глаза еще никогда не выглядели так хмуро. Что еще он от меня скрывал? Желание остаться с ним навсегда всколыхнулось огромной волной. Это было ненормально. На этот раз он явно переступил черту. Эти эльфы, маги, колдуны и прочие должны уже слезть с моей шеи.

Он сделал шаг в мою сторону, а затем застыл на месте.

– Ты должна пообещать, что будешь осторожна. Эта молния не была случайностью, но ее сотворили не мы.

– Что ты имеешь в виду? – с недоверием спросила я. Пусть не пытается меня запугать.

– Если Виктор не донимает тебя расспросами о печати, еще не значит, что колдуны потеряли надежду ее найти. Может, они хотят застать тебя врасплох.

Кассиан все же приблизился, и я не смогла увернуться. Его рука легла на мою щеку.

– Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, Элиза, и я здесь не только из-за Мерлина. – Затем он поцеловал меня, и этот поцелуй был не нежным, а таким требовательным, что у меня закружилась голова. Я сердито оттолкнула его.

– Прекрати!

– Пойдем со мной, пожалуйста. Ты можешь злиться на меня и верить в худшее, но пойдем со мной. Молния была лишь предупреждением.

Неужели он действительно умолял меня об этом? Казалось, еще чуть-чуть, и он опустится передо мной на колени, если верно истолковала выражение его лица. Боже ты мой. Видимо, он действительно очень хотел выполнить приказ Элизьен и Мерлина. На этот раз ему не удастся к ним подлизаться. Во всяком случае, я ему в этом помогать не буду.

– Просто уходи, – потребовала я, и мой голос совсем не дрожал. То, что я делала, было правильно. Я еще никогда не была так уверена в своем решении.

Кассиан сделал глубокий вдох.

– Я должен был сразу сказать, зачем пришел. Мне очень жаль.

Он выглядел так, будто хотел добавить еще что-то, но потом, видимо, передумал и, не сказав больше ни слова, исчез за дверью.

Измученная, я упала на кровать, все еще пахнувшую Кассианом, и поняла, что забыла обо всем вокруг, пока он был со мной. Единственное, что интересовало меня, – его губы и руки. И все же не позволила ему со мной переспать. Наверное, мне бы это даже понравилось. Правда, он не предпринимал никаких попыток меня соблазнить. Ему и не пришлось бы прилагать больших усилий. Зарылась лицом в ладони. Я должна благодарить его за это. Первый раз с самым главным придурком на всей планете был бы опытом, без которого вполне можно обойтись.

Я подошла к окну и увидела обугленные останки дуба в тусклом утреннем свете. Площадь перед церковью теперь пустовала. Очевидно, моя семья прекрасно справилась без меня. Я бы им только помешала.

Вернувшись в кровать, натянула одеяло до носа. Возможно, Кассиан правда за меня переживал. Может, я что-то для него значила. Сделала глубокий вдох. Нельзя сказать, что это было маловероятно. В следующий раз должна вести себя как взрослая. Не целоваться, а сначала выяснить, чего он от меня хочет. Без уважительной причины он бы просто-напросто не пришел. СТОП. Следующего раза не будет. Ни в коем случае. Мне надо как-то избавиться от этих эльфов. Но они пристали ко мне как банный лист. Эльфы оказались достаточно приставучими для существ, которые не хотели иметь ничего общего с людьми.

## Глава 2

– Давай хотя бы съездим туда, – потребовала мама, и я заметила, как бабушка усмехнулась, качая головой. Рада, что хоть кто-то из нас веселился.

Я совсем не слушала речей мамы. Мои мысли были там, где и почти всегда: с Кассианом. Его поцелуи и прикосновения казались такими страстными…От воспоминаний об этом щеки запылали. Жар пополз по шее. Интересно, эльфы спали друг с другом? Было ли у них все так же, как и у нас, людей? Как-то ведь эльфийские дети появлялись. Глупо, что ни у кого об этом я не могла спросить. Потому что больше не хотела иметь ничего общего с эльфами. К сожалению, моя сила воли ослабевала с каждым днем.

Аваллах. Интересно, каково это – жить там? С тех пор как Кассиан практически напал на меня, прошло уже несколько недель. Лето подходило к концу. Я пыталась извлечь из этого времени максимум пользы. Мы провели несколько дней на фестивале в Эдинбурге, а еще больше двух недель провели на острове Малл. Мы со Скай жили в одной палатке, а Виктор с Фрейзером – в другой. Но ни серфинг, ни ночные посиделки у костра не выбили этих мысли из моей головы. Кассиан ни разу не появился. Вот как он хотел меня защитить. Видимо, Виктор все же не так опасен. Он ни разу не спросил ни о печати, ни об Эмме. На самом деле он смотрел только на Скай. Для меня оставалось загадкой, как Фрейзер выдержал эти две недели.

Если бы Кассиан позвал меня в Аваллах, не имея скрытой причины, я, скорее всего, согласилась бы. Но так… Каково это – остаться в волшебном мире навсегда? Жаль, что мы с Эммой провели совсем немного времени вместе. Она бы могла кое-что рассказать об этом. Хотя остаться навсегда мне никто и не предлагал. Они бы выгнали меня, стоило только отдать им эту дурацкую печать.

– Элиза, я с тобой говорю.

Ложка, которой я мешала свою суперздоровую кашу, выпала у меня из руки и упала на пол. Мама подняла ее и отдала, качая головой.

О чем, черт возьми, она говорила? Ах, да! Стерлинг и тетя Линдси. Неужели она не могла оставить меня в покое? В конце концов, оставалось еще три недели до начала учебы в сентябре. Даже при одной мысли об этом у меня скрутило живот. Чужой город, чужие люди, чужие, чужие, чужие. Все изменится. Мысль, чтобы зацепиться за ноги Кассиана и отправиться в Аваллах, внезапно показалась не такой уж и жуткой.

Даже Опал я бы вытерпела, ну, или выгнала бы из своей комнаты.

Больше не стоит думать об этом. Я сама отвергла такой вариант, поступив правильно.

– Может, тебе понравится там больше, чем ты думаешь, – сказала мама, и в ее голосе почти звучало отчаяние.

Еще один человек сильно хотел от меня избавиться – я задыхалась от жалости к себе. Скай больше не могла это слушать, хотя уже две недели жила в Лондоне, чтобы попрощаться с Виктором, собиравшимся в Аваллах, и подыскать себе жилье. Она искренне радовалась, что уехала из Сент-Андруса. В какой-то момент в последние несколько недель мы поменялись ролями, и Скай из суперосторожной девушки превратилась в авантюристку.

Я вздохнула и решила сдаться. Хотя и не могла представить, чтобы в Стерлинге было что-то волнительное, у меня постепенно кончались аргументы. Мама настаивала, чтобы поехать со мной и освежить наше знакомство с тетей Линдси. Я бы с удовольствием обошлась и без этого. К сожалению, у тети Линдси в доме имелось несколько свободных комнат, а мои родители не были готовы платить за комнату в общежитии, если я могла жить у старушки.

– Почему я не могу жить в общежитии? Тетя Линдси будет требовать, чтобы я помогала ей целыми днями.

– Мы не можем отказаться. Не надо устраивать театр, она – часть семьи, и у нее больше никого нет.

Я видела, как мама обменялась взглядами с бабушкой, но та, защищаясь, подняла руки.

– Не надо и меня в это вмешивать, девочка моя.

– Она твоя кузина, – не сдавалась мама, – и я раньше любила у нее бывать!

– Может, тогда ты в Стерлинг поедешь? – предложила я.

– Не веди себя как ребенок, – отмахнулась мама. – Врачи считают, что ей больше нельзя жить в доме одной, но переезжать она отказывается.

И что, теперь это моя проблема? Не хотела казаться бессердечной, но меня не радовала перспектива провести студенческие годы, которые представляла себе самыми яркими в жизни, ухаживая за старушкой. Никто не мог требовать этого от меня. Если верить рассказам родителей, они отлично проводили время в молодости, а я должна от этого отказываться?

После всех историй с эльфами и магами я, наконец, заслужила тайм-аут. В защиту мамы стоило упомянуть, что она не могла знать, в какую историю нас втянул папа. Печать и судьба Кассандры останутся для нее такой же тайной, как и мое знакомство с эльфами.

Финн и папа спасли меня, когда зашли на кухню.

– Ну, как оно? – мама выжидающе посмотрела на них. – Может, вы уже уберете этого монстра с дороги?

Утром пришло письмо, в котором папе разрешили порубить старый дуб на дрова.

Папа налил кофе в чашку, а Финн схватил кусок пирога.

– Дерево действительно было очень большим, – сказал Финн, как будто мы этого не знали. Дуб был огромным уже тогда, когда я ходила в начальную школу.

– Значит, лучше бы вам уже приступить к работе. Дерево все-таки преграждает половину дороги. Скоро к нам перестанут ходить посетители. – Она хлопнула Финна по руке, когда тот собирался намазать маслом еще одну булочку. – Они для наших гостей! – сказала мама. – Ты уже позавтракал.

– Это был какой-то кроличий корм, а не завтрак, – Финн покосился на хлопья, которые я тоже ела без особого удовольствия, и поднял брови.

Обычно брат не вел себя так вспыльчиво. Неужели у него на душе скребли кошки? С самого выпускного вечера он пребывал не в настроении, что, возможно, было как-то связано с Грейс. Я надеялась, что во время учебы в университете он познакомится с более приятной девушкой.

Папа хлопнул в ладоши.

– Тогда пора начинать. Мы же не хотим, чтобы торт, который испекла ваша мама, самим пришлось доедать одиноким вечером.

В принципе, я не возражала. Обменялась взглядами с Финном, который, казалось, тоже находил эту перспективу довольно-таки приятной, но брат покорно пожал плечами.

– Я принесу пилу, – сказал он, уходя.

Быстро засыпала в себя оставшиеся хлопья, потому что желудок тревожно урчал. Покачала головой, глядя на хихикающую маму, которую только что поцеловал папа. Родители иногда казались такими неуклюжими.

Я как раз собиралась выйти из кухни, когда мама вдруг меня окликнула:

– Ну что, едем к тете Линдси?

Я повернулась.

– Если поеду туда с тобой и решу, что там жутко, позволишь мне заселиться в общежитие?

Отец обнял маму одной рукой. Они прислонились к раковине.

– Хорошо, – согласилась мама.

Не думала, что она так быстро сдастся. Это было совсем не в ее духе. Хотя, возможно, и было. С тех пор как папа вернулся домой, она изменилась. Стала более общительной, смеялась куда чаще и не жаловалась, что я слишком часто кусочничаю и сижу перед компьютером. Она даже перестала подкладывать мне в комнату старые, затхлые книги. Я почти скучала по этому. Финн прошел мимо окна с пилой в руке. Я повернулась и пошла к нему.

– Тогда мы поедем в субботу. Тетя Линдси ждет нас на чай после обеда, – крикнула мама мне вслед.

– Ты уже все с ней распланировала? – я ошеломленно повернулась к ней.

Мама только пожала плечами.

– А что мне было делать? Нужно же планировать свое время. Не хочу брать замену в кафе.

Ее голос звучал так, будто она жертвовала драгоценным временем ради меня. При этом мне совсем не хотелось уезжать. Все, как всегда, а я уже думала, что у меня есть право голоса. Я нахмурилась.

Не успела хоть что-то сказать, как бабушка удивительно быстро для своего возраста вскочила со стула.

– Ты должна помочь мне полить розы, – сказала она. – Мужчины сами справятся с этим деревом. А то тебе еще кусок древесины на ногу упадет.

Мама удовлетворенно улыбнулась и налила себе чашку кофе. Она за это поплатится! Настало время взять жизнь в свои руки. Я слишком часто позволяла другим – эльфам и матерям – решать за меня.

– Скай поедет со мной, – крикнула я из коридора, пока бабушка тащила меня за собой. Вот тебе и взяла жизнь в свои руки. Все в этом доме знали, что я почти беспомощна без лучшей подруги. – Мне нужен кто-то, кто будет на моей стороне.

– Без проблем, – пропела мама. – Скай – очень разумная девушка. Я уже сказала тете Линдси, что мы приедем втроем.

– Гррр!

Интересно, что она сказала бы, если бы узнала, что разумная девушка сейчас встречается с колдуном со странными татуировками на теле, который был практически похищен собственным отцом и жил в заколдованной деревне.

…Но, разумеется, об этом я ей ничего не скажу. Да и нельзя этого делать, хотя мне было все труднее не рассказывать никому об эльфах, Лейлине и моих приключениях. Нам с отцом приходилось прятаться в его кабинете. Плюсом было то, что Квирин стал навещать нас чаще. Я, конечно, дала ему понять, что ничего больше не хочу знать об эльфах, и он тут же согласился. Если бы я была умнее, с самого начала бы к нему прислушалась. Он предупреждал, что эльфам нельзя доверять. Но мне хотелось самой в этом убедиться.

Я до сих пор не понимала, почему папе позволили узнать обо всей этой эльфийской истории. Мне, в конце концов, разрешили посвятить в это только трех человек. Но, вероятно, в этом и заключалась суть: не я рассказала ему о волшебном мире, а он сам выяснил, что тот существует. С тех пор как узнал, что мы делим мир с эльфами, магами и другими существами, он развлекался ведением переписки с доктором Эриксоном и Питером. Квирин работал их посыльным. К сожалению, папа очень неохотно делился со мной своими изысканиями, что сильно злило. В конце концов, из нас двоих экспертом по магическим существам была я. Без меня он бы все еще торчал в тюрьме колдунов, где его запер отец Виктора, чтобы шантажировать нас и получить печать Вангуун. Для меня оставалось вопросом, почему он до сих пор считал меня ребенком.

Я неохотно забрала лейку из рук бабушки. Она настаивала, чтобы ее любимые розы поливали исключительно дождевой водой. Это значило, что приходилось примерно двадцать раз наливать в лейку воду из канистр, стоявших у стены участка, и тащить ее к грядкам. Самой бабушке это, разумеется, уже было не под силу, а мужчины сейчас рубили дерево. Грохот наверняка был слышен по всей деревне.

– Твоя мама хочет для тебя только лучшего, – бабушка срывала с розовых кустов увядшие цветы, когда я шла мимо.

– Она хочет для меня того, что сама считает лучшим, – застонала я, таща две лейки.

Каким бы прекрасным ни был наш сад, окружавший старый дом из ветхого песчаника, эта работа представляла сущую пытку. Если я когда-нибудь отсюда перееду, в моей квартире не будет ни одного растения. Я уже перевыполнила жизненный план по уходу за цветами.

– Ты раздражена. Может, тебе стоит ответить хотя бы на одно из сообщений, которые посылает Кассиан. В последнее время ты постоянно злишься.

Ах да, сообщения, которые он отправлял через этого лицемера Квирина! Думала, что хотя бы тролль был на моей стороне. Я жгла письма, не читая.

– Я ответила на одно. И дала ему понять, что не заинтересована ни в нем, ни в защите магов или эльфов. Тема закрыта.

– Для него, очевидно, нет, – резко заметила бабушка. – Вчера Квирин принес новое письмо. Я на самом деле жду, когда парень лично придет в наш сад.

– Пусть только посмеет, – прорычала я.

– Я до сих пор не понимаю, почему ты так на него злишься. В конце концов, это он помог тебе сохранить печать Вангуун.

– Очевидно, он давно об этом пожалел, а чтобы подлизаться к Мерлину, хочет заманить меня в Аваллах.

– Или же он действительно убежден, что ты в опасности. Хотя бы поговори с ним еще раз!

– Ни в коем случае. Я больше не хочу его видеть. – В этот раз я держалась стойко, хотя письма, конечно, меня интриговали.

Кто писал их за него? Это не мог быть его почерк (признаюсь, один или два раза все-таки прочла их перед сожжением). Так аккуратно даже я не писала, а у меня были два здоровых глаза. Он, конечно, не стал бы просить Рэйвен о помощи. Эльфийка слишком предана своей королеве, а Элизьен не одобряла столь тесную связь между нами. Оставались только Джейд и Софи. Это не были любовные письма (чего, разумеется, и не ждешь, когда письмо пишет кто-то третий). Скорее письма, которые отправляют лучшей подруге или матери. Ладно, звучит слишком язвительно. Письма и вправду были добрыми. Они даже смешили меня, а юмор не являлся сильной стороной Кассиана. Может, он даже ничего и не знал об этих письмах.

Я полила розы и погрузилась в свои мысли. Возможно, во время учебы я познакомлюсь с симпатичным парнем. Вернее, точно познакомлюсь. Вероятно, не так уж и плохо, что я еду в Стерлинг одна, ведь тогда я буду вынуждена завести новых друзей и не смогу прятаться за Скай и Фрейзером. Ужасная перспектива. Но мне, наверное, придется с этим смириться.

– Элиза! – прервал мои мысли отец. Я взглянула на окно его кабинета, выходившее на сад. – Подойдешь сюда?!

Это не звучало как просьба. Что опять случилось? И почему он не помогал Финну рубить дуб? Вероятно, оставил физический труд во имя науки. Мужчины!

– Я сейчас встречаюсь со Скай, – крикнула я.

Сегодня даже душ принять не успею. Эта семья меня доведет. Мысль о комнате, расположенной далеко от этого сумасшедшего дома, вдруг показалась довольно заманчивой.

– Это ненадолго.

Я вздохнула и вытерла влажные руки о джинсы. Значит, придется ехать до Сент-Андруса на велосипеде. Когда папа начнет лекцию, об автобусе можно будет забыть.

– Ты справишься с остальными растениями одна? – спросила у бабушки, поливавшей саженцы крошечной лейкой.

– Конечно, дитя мое. Иди. Ты же знаешь, как твой отец не любит ждать. Судя по тому, как он кричит, наверное, снова обнаружил что-то впечатляющее.

Я хихикнула.

– Вероятно, узнал, что у троллей на зубах растут волосы.

– Если он продолжит так громко спорить с Квирином, твоя мама вскоре станет еще более подозрительной, – бабушка неодобрительно покачала головой, и я задумалась, не предсказали ли ее карты очередной конец света.

Эта семья явно сошла с ума, и виновата в этом я. Если бы не прошла через те ворота, мы бы многого смогли избежать. Впрочем, раскаиваться уже поздно.

Мой маленький кот Носочек болтался под ногами, когда я вошла в дом. Хотя «маленьким» назвать его уже было нельзя. За последние месяцы он вырос и изрядно прибавил в весе. Нужно срочно посадить его на диету и запретить маме постоянно подкармливать. Хотя поначалу она и высказывалась против животного в доме, сейчас была совершенно влюблена в малыша. У отца уже случилось несколько приступов ревности, связанных с тем, что Носочек постоянно сидел у нее на коленях. Так ему и надо. Он надолго оставлял нас с мамой и Финном. Я погладила кота по мягкой шерсти и побежала вверх по лестнице.

Папа помахал письмом перед моим носом.

– Ты знала, что Дэмиан де Винтер нашел Кассандру? – строго спросил он.

Я кивнула.

– Виктор рассказал об этом на выпускном вечере. – Значит, теперь и папа это знал. – Он считает, что с ее помощью его отец хочет найти третью печать. Печать Белиозара.

Я забыла о похищении Кассандры после выпускного вечера, потому что переживала из-за предательства Кассиана. Теперь, вспомнив об этом вновь, почувствовала себя очень виноватой. Но разве отец сможет как-то повлиять на ее судьбу?

– Напомни, что может делать эта печать? – спросил папа. Как будто сам не знал лучше меня.

– Она якобы может оживлять мертвых, что, как по мне, мегажутко.

Я надеялась, что Дэмиан никогда ее не найдет. На прошлой неделе мы с Фрейзером и Скай смотрели фильм про зомби. Не могу представить, что будет, если это станет реальностью. Правда, главный зомби в «Тепле наших тел» показался мне почти милым.

– И ты не сочла нужным рассказать об этом?

– Нет, – я постаралась придать голосу уверенности. Конечно, я думала, чтобы сказать, но Скай убедила меня, что лучше оставить эту информацию при себе. Папа начал бы вмешиваться в дела, которые нас не касались. – Что ты хочешь с этим сделать? По словам Виктора, ей не причиняют вреда, она просто все время молчит.

Гнев отца иссяк.

– Это неправильно. Она не хотела бы там жить. Ей не место в Друид Глен.

– Откуда ты вообще узнал, что она там? – с любопытством спросила я.

– Доктор Эриксон написал и упомянул об этом. Как ты знаешь, мы обмениваемся с ним новостями. Поскольку мать Кассандры, будучи искательницей, нашла печать Вангуун, мы задались вопросом, куда делась Кассандра. Мерлин выяснил, что она находится во власти Дэмиана. Если бы об этом узнал ее отец, он бы в гробу перевернулся.

Папа, разумеется, был прав. Я снова почувствовала укол совести, но ни за что не хотела подвергать опасности кого-то из нашей семьи. Того, что колдуны захватили папу в плен, было достаточно, хоть он, вспоминая, и считал это невероятным приключением. Если бы Дэмиан что-то сделал с бабушкой, мамой или Финном, я бы никогда себе этого не простила. Эгоистично с моей стороны, но пока он искал печать Белиозара, был шанс, что он оставит нас в покое. Пока я не отдала печать Мерлину, у главного колдуна не нашлось бы причин на меня злиться. По крайней мере, в теории. Мы не могли помочь Кассандре, это могла сделать только она сама.