Общая теория психотерапии
Том 2
Александр Лазаревич Катков

© Александр Лазаревич Катков, 2022

ISBN 978-5-0056-3163-3 (т. 2)

ISBN 978-5-0056-3161-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Раздел V.
Компоненты общей теории психотерапии четвертого матричного уровня – актуального профессионального поля

Вводные замечания

Настоящий, четвертый матричный уровень общей теории психотерапии по своему содержанию во многом является прагматическим следствием теоретических построений трех первых уровней системообразующей матрицы психотерапии. Однако по значению решаемых здесь прикладных задач – а эти задачи имеют непосредственное отношение к качеству психотерапевтической деятельности и самое прямое отношение к качеству оказываемой психотерапевтической помощи – представленные здесь концепции и модели безусловно заслуживают самого пристального внимания теоретиков, экспертов и практиков, действующих в сфере профессиональной психотерапии. Ибо даже и при наличии вполне проработанной эпистемологической и собственно концептуальной базы общей теории психотерапии – в нашем случае в этом нет никаких сомнений – вопрос, каким образом данные теоретические построения трансформируются в прикладные концепты, технологии и инструменты повседневной психотерапевтической деятельности, является более чем актуальным. Таким образом, «сквозная» задача, решаемая на рассматриваемом четвертом матричном уровне общей теории психотерапии, заключается в разработке концепции качества профессиональной психотерапевтической деятельности. Данная концепция, помимо прочего, включает описание базисных алгоритмов и модельных блоков управления качеством психотерапевтической деятельности, в том числе профессиональные стандарты и стандарты подготовки специалистов, действующих в сфере психотерапии.

Представленные здесь концепты и инструменты обеспечения качества психотерапевтической деятельности имеют прямое отношение к аргументации состоятельности общей теории психотерапии по важнейшему критерию наличия проработанной концепции и действенных инструментов по управлению качеством психотерапевтической деятельности. По настоящему, прагматическому уровню общей теории психотерапии позиция выведения структурированных эвристических следствий, соответственно, не рассматривается. Однако по мере реализации предлагаемой здесь модели управления качеством психотерапевтической деятельности есть все основания предполагать безусловно позитивное и долговременное обновление отношения к психотерапии со стороны нашего главного партнера – населения.

Актуальный исследовательский контекст

Вопросы качества психотерапевтической деятельности, прямо связанные с проблематикой определения эффективности психотерапевтической помощи, традиционно считаются одной из наиболее сложных проблем психотерапии (М. А. Притц, 1999; М. Перре, У Бауманн, 2012). Свою немалую лепту в формировании такого рода проблематики привнесли «эпатирующие» работы Ганса Айзенка, публикуемые этим автором с начала 50-х годов прошлого столетия, а также и обзорные исследования, проводимые в самые последние годы, в рамках которых традиционный тезис о том, что качество оказываемой психотерапевтической помощи напрямую связано с выполнением достаточно строгого регламента, устанавливаемого в рамках общепризнанных психотерапевтических методов, подвергается обоснованному сомнению (Р. У. Дворкин, 2012; С. Миллер, 2017).

Так, например, Рональд Дворкин в своей резонансной статье «Психотерапия и стремление к счастью» (2012) прямо говорит о том, что критерии качества психотерапевтической и консультативной помощи, принятые в среде традиционно подготовленных профессиональных психотерапевтов, не соответствуют таковым в среде клиентов, получающих профильную помощь, и что еще более важно – руководители страховых компаний, принимающие решение по оплате психотерапевтических и консультативных услуг, берут сторону клиентов, склонных оценивать только лишь степень удовлетворения своего собственного запроса и скорость достижения интересующего их результата.

В это же самое время известный эксперт в области оценки качества медицинской, в том числе психотерапевтической и консультативной деятельности Скотт Миллер (2017) приводит убедительные данные об отсутствии достоверной разницы в итоговых результатах профильной помощи, оказываемой подготовленными специалистами, студентами и парапрофессионалами. То есть в сфере оказания профессиональной психотерапевтической помощи имеет место ситуация «мимо-попадания» и «мимо-делания», прямо связанная со слабой проработкой инструментария, обеспечивающего более или менее постоянное наращивание качества такой помощи.

Все вышесказанное, с одной стороны, свидетельствует об отсутствии приемлемой для сферы профессиональной психотерапии концепции качества психотерапевтической деятельности. В то же время требования по обеспечению качества психотерапевтической помощи, выстроенные по «лекалам» регламентированной медицинской практики, в профессиональной психотерапевтической среде, мягко говоря, не приветствуются. По меткому определению Е. Ромек (1999), экспертам, предъявляющим такого рода требования, всегда есть что «отнять», но нечего предложить специалистам-практикам.

В этих непродуманных и неподготовленных нормативно-организационных инновациях специалисты-психотерапевты чаще всего видят угрозу своим с трудом завоеванным профессиональным позициям и статусу. В то же время ничего полезного для себя и для профессии от внедрения совсем необязательных с их точки зрения способов нормативного регулирования своей профессиональной деятельности специалисты-психотерапевты не находят. И далее в формировании негативного отношения к любым формализованным способам обеспечения качества профильной деятельности безусловно прослеживается дефицит продуманной мотивирующей информации, которая в идеале должна доводиться до каждого специалиста-психотерапевта по всем возможным каналам.

Вместе с тем совершенно очевидно, что наиболее действенным стимулом к реализации задач в сфере обеспечения высокого и постоянно растущего качества психотерапевтической деятельности, вне всякого сомнения, является ситуация все более обостряющейся конкуренции на рынке психотехнологий, на котором сектор профессиональной психотерапии, согласно многочисленным данным, существенно проигрывает. Понятно и то, что в этих условиях только лишь подлинные прорывы в теоретических, практических и организационных аспектах проблематики качества психотерапевтической деятельности смогут развернуть ситуацию в требуемом направлении. Именно такие прорывы в итоге и должны обеспечить концепты и инструменты рассматриваемого четвертого матричного уровня общей теории психотерапии.

Концепция качества психотерапевтической деятельности

Исходя из всего вышесказанного, наиболее приоритетное, социально ориентированное целеполагание концепции качества психотерапевтической деятельности заключается в достижении высоких уровней индивидуального и социального психического здоровья, формировании устойчивости к агрессивному воздействию среды, обеспечении высокого качества жизни и социального функционирования в группах населения, охватываемых квалифицированной психотерапевтической помощью.

Целеполагание концепции качества психотерапевтической деятельности заключается в обеспечении высоких темпов развития психотерапии как общепризнанного научно-практического направления, устойчивого роста социального рейтинга профессии и выигрыша специалистов-психотерапевтов в конкурентной среде. Планируемый результат здесь достигается за счет масштабного использования наиболее эффективных технологий психотерапевтической деятельности – научных, образовательных, практических, организационных, нормативно-творческих, экспертных. Таким образом, более узкое, технологическое целеполагание настоящей концепции заключается в обеспечении роста эффективности названных аспектов профессиональной психотерапевтической деятельности. В данной связи понятное, сугубо прагматическое и нацеленное на конкретные действия определение качества в рассматриваемой области следующее: под качеством в сфере профессиональной психотерапии следует понимать степень соответствия основных характеристик используемых технологий – научных, образовательных, практических, организационных, нормотворческих, экспертных, – потребностям основных целевых групп, а также научно обоснованным требованиям в сфере разработки, реализации и оценки эффективности данных технологий.

Приведенное определение качества предполагает, что в сфере профессиональной психотерапии, во-первых, должны быть разработаны способы выявления и критерии соответствия специфическим потребностям основных целевых групп, а во-вторых – научно обоснованные эталоны (стандарты) профессиональной психотерапевтической деятельности, которые, соответственно, и являются главным инструментом обеспечения качества в рассматриваемой сфере деятельности.

При этом надо понимать, что целевыми группами в данном случае могут быть не только потребители технологий оказания психотерапевтической помощи – дифференцированные группы населения, но также и сами специалисты-исследователи, практики, педагоги, организаторы, эксперты, действующие в сфере профессиональной психотерапии, и что специфические потребности данных целевых групп, касающиеся обеспечения их профессиональной деятельности, как и степень их удовлетворения, также должны учитываться.

Чуть забегая вперед, скажем, что в общей теории психотерапии и первый (соответствие потребностям целевых групп), и второй (наличие проработанных, научно обоснованных требований к технологиям профессиональной психотерапевтической деятельности) функциональные блоки, приведенные в определении качества психотерапевтической деятельности, в максимальной степени проработаны. Так, требования по первому блоку представлены в классической версии многофункционального опросника (МО), позволяющей проводить мониторинг скрытых и открытых потребностей в психотерапевтической помощи среди охватываемых групп населения, а также шкалами субъективного контроля в методологии психотехнического и комплексного анализа психотерапевтического процесса. Требования по второму блоку обоснованы в концепциях, концептах и инструментах второго, третьего и четвертого матричных уровней общей теории психотерапии.

Главными компонентами концепции качества психотерапевтической деятельности, с учетом которых выстраивается общая стратегическая линия по реализации данной концепции, являются: (1) наличие исходных условий, необходимых для осуществления профессиональной психотерапевтической деятельности и адекватная оценка имеющихся в распоряжении профессионального психотерапевтического сообщества ресурсов (информационных, организационных, образовательных, кадровых, материально-технических и финансовых); (2) разработанные стратегические линии повышения качества профессиональной психотерапевтической деятельности по главным технологическим направлениям – научному, образовательному, практическому, организационному, экспертному (при этом адекватная разработка и реализация организационной стратегии подразумевает эффективную координацию обозначенных стратегических линий в единую стратегию управления качеством профессиональной психотерапевтической деятельности); (3) наличие проработанных алгоритмов и, по возможности, календарных, индикативных планов реализации основных стратегических установок по каждому технологическому направлению профессиональной деятельности; (4) имеющиеся и разрабатываемые инструменты управления качеством профессиональной психотерапевтической деятельности (теоретические концепты, адекватно проясняющие эффективность психотерапевтических технологий; научно обоснованная методология исследования эффективности психотерапевтической деятельности; обоснованная система стандартов и правил профессиональной психотерапевтической деятельности; адекватная система нормативного регулирования профильной деятельности, включая эффективное организационное сопровождение).

При этом основным исходным условием и, соответственно, приоритетным исследовательским алгоритмом, реализация которого обеспечивает наличие такого условия, является:

• идентификация базисных потребностей основных групп населения в сфере психотерапевтической помощи, идентификация наиболее востребованных эффектов психотерапии;

• адекватная теоретизация и получение внятных объяснительных моделей, проясняющих условия воспроизводства таких востребованных эффектов, осуществление необходимой для этого глубокой проработки предметной сферы психотерапии;

• концептуализация полученного теоретического знания в отношении наиболее актуальных компонентов – слагаемых востребованных психотерапевтических эффектов;

• технологизация полученных здесь концептуальных моделей с пониманием механизмов обеспечения необходимого в психотерапии результата;

• полноценная инструментализация технологических процессов (разработка адекватного методологического инструментария профильной научно-исследовательской деятельности, практических (рутинных) инструментов определения эффективности, профессиональных и образовательных стандартов и проч.).

Выполнение данного основного условия на старте реализации общей стратегии управления качеством профессиональной психотерапевтической деятельности позволяет избежать типичной для рассматриваемой сферы ситуации «мими-опопадания» и «мимо-делания», когда усилия по обеспечению качества профильной деятельности сосредоточены на второстепенных или вовсе неадекватных профессиональных мишенях.

Здесь же стоит упомянуть о том, что в нашем случае основной и наиболее востребованный психотерапевтический эффект – возможность достижения желаемого и устойчивого психотерапевтического результата в минимальные периоды времени – был надежно идентифицирован на старте реализации Базисной НИП. При этом последовательность основных этапов реализации данной «большой» исследовательской программы в полной мере соответствовала вышеприведенному алгоритму обеспечения наиболее благоприятных условий по управлению качеством психотерапевтической деятельности. И далее общая теория психотерапии, выводимая в ходе реализации Базисной НИП – в отношении системообразующего матричного принципа выстраивания своих основных компонентов – полностью соответствует вышеприведенной функциональной иерархии базисных условий.

Ключевыми позициями в общей стратегии управления качеством профессиональной психотерапевтической деятельности, на которые следует обратить особое внимание, являются: использование потенциала эффективной самоорганизации профессионального психотерапевтического сообщества; адекватное научное обоснование и планомерное обновление разрабатываемой системы профессиональных стандартов; достижение максимального соответствия оказываемой профильной помощи утвержденным эталонам (стандартам) и правилам профессиональной психотерапевтической деятельности; достижение максимально возможного соответствия профессиональной психотерапевтической помощи потребностям основных целевых групп; обеспечение полноценного охвата нуждающегося населения наиболее востребованными видами профильной помощи.

Рекомендуемая общая последовательность действий (алгоритм) по реализации главных стратегических установок в сфере обеспечения качества психотерапевтической деятельности, соответственно, будет следующей:

• мобилизация ресурсов профессионального сообщества на обеспечение эффективной координации по управлению качеством профессиональной психотерапевтической деятельности;

• разработка и реализация программы мониторинга по уточнению ситуации, связанной с определением качественных характеристик психического здоровья населения и дифференцированных (возрастных, профессиональных и пр.) групп населения, распространением деструктивных социальных эпидемий всех типов, оценкой эффективности противодействующих усилий;

• исследование реальной ситуации в сфере психотерапевтической деятельности, включая вопросы управления качеством профильной деятельности; агрегация и экспертная оценка имеющихся здесь подходов;

• определение основных задач в сфере обеспечения качества научного, образовательного, практического и организационного направления психотерапевтической деятельности и формирование соответствующих индикативных планов по эффективному выполнению таких задач;

• реализация специальной тематической программы научных исследований (либо соответствующего фрагмента Базисной НИП) с выведением научно обоснованных принципов управления качеством психотерапевтической деятельности;

• разработка, апробация инновационных подходов в сфере управления качеством психотерапевтической деятельности; определение сравнительной эффективности инновационных и традиционных технологий профессиональной психотерапевтической деятельности;

• разработка и утверждение системы профессиональных стандартов и правил по каждому направлению психотерапевтической деятельности;

• масштабное внедрение соответствующих стандартов и правил профессиональной психотерапевтической деятельности;

• осуществление стартового, промежуточного, итогового контроля эффективности по отдельным направлениям психотерапевтической деятельности с выявлением проблемных зон и несоответствия установленным критериям эффективности;

• обновление системы профессиональных стандартов в соответствии с результатами итогового контроля, научно обоснованными данными и содержанием обратной связи от основных потребителей профильных технологий.

В ходе реализации соответствующих фрагментов Базисной НИП по вышеприведенному алгоритму была разработана специальная оценочная шкала с выведением промежуточных индикаторов по каждой приведенной здесь позиции (да / нет / не полностью) и конечных индикаторов (данные о распространенности адаптивных кризисных проявлений среди населения; динамика охвата квалифицированной психотерапевтической помощью целевых групп населения; сводные данные о терапевтической динамике в охватываемых группах населения), оценивающих состоятельность стратегии управления качеством психотерапевтической деятельности.

Здесь же отметим, что первые семь позиций, обозначенных в вышеприведенном стратегическом алгоритме, были в полной мере реализованы в ходе выполнения первых этапов Базисной НИП. Что же касается последних трех позиций, то их полноценная реализация предполагается в ходе осуществления полномасштабной институализации организационных аспектов общей теории психотерапии, в частности, обновленной рамочной концепции психотерапии и метамодели социальной психотерапии.

Модель управление качеством психотерапевтической деятельности

Модель управления качеством профессиональной психотерапевтической деятельности представляет собой фрагмент общей концепции качества в рассматриваемой сфере, сфокусированный в секторе организационных технологий.

Нами было разработано следующее рабочее определение: модель менеджмента качества (ММК), используемая в сфере психотерапии – форма организационно-управленческой деятельности, позволяющая четко идентифицировать предмет, параметры и методы оценки качества, а также использовать наиболее адекватные способы постоянного улучшения всех компонентов профессиональной психотерапевтической деятельности. Данное определение подчеркивает прагматическую направленность и тесную взаимосвязь ММК с концепцией качества в профессиональной психотерапии.

Как уже было сказано, ММК профессиональной психотерапевтической деятельности разработана на основании концепций и концептов второго, третьего и четвертого матричных уровней общей теории психотерапии, но также и с учетом трех наиболее известных и широко практикуемых подходов в сфере улучшения качества профессиональной деятельности – триады качества Донабедиана, компонентов качества ВОЗ, принципов и технологий Всеобщего менеджмента качества (TQM).

В ходе реализации соответствующих фрагментов Базисной НИП с учетом специфики сферы психотерапии была проведена необходимая модификация данных подходов, и далее были использованы функциональные возможностей и преимуществ каждого из них. При этом оказалось возможным определить предметную и функциональную специфику каждого подхода, с тем чтобы данные характеристики были адекватно представлены в общей методологии определения эффективности психотерапевтической деятельности и, соответственно, в схеме оценочных индикаторов.

Так, основное функциональное назначение триады качества Донабедиана – четко определять предмет качества применительно к профессиональной психотерапевтической деятельности. Основным предметом качества здесь являются характеристики целеполагания, структуры, процесса и результата профильной деятельности.

Компоненты качества ВОЗ: в данном случае делается акцент на оценку четырех универсальных компонентов обеспечения качества профессиональной психотерапевтической деятельности, проводимую с учетом специфики такой деятельности – адекватности, экономичности, обоснованности и эффективности. Основное функциональное назначение данного блока ММК – четко определить параметры, методы исследования и оценки качества профессиональной психотерапевтической деятельности. Соответственно, к каждому из вышеназванных компонентов прилагаются определенные методы и технологии оценки качества профильной деятельности.

Основные принципы и технологии Всеобщего менеджмента качества (TQM): данная совокупность принципов и технологий представлена стандартами ISO (Международная организация по сертификации в сфере управления качеством), содержащими основные требования и указания по улучшению качества. При этом имеется в виду необходимость реализации следующих основополагающих принципов: ориентация на заказчика и потребителя; ведущая роль руководства; вовлечение сотрудников; процесс-ориентированный подход; системный подход к управлению; постоянное улучшение; подход к принятию решений, основанный на фактах; взаимовыгодные отношения с партнерами. Основное функциональное назначение данного структурного блока ММК – определять наиболее адекватные и эффективные организационно-управленческие технологии постоянного совершенствования всех компонентов, обеспечивающих качество психотерапевтической деятельности.

Разработанная модель менеджмента качества выведена на основании реализации позиции 4—6 в общей последовательности стратегических действий по разработке и внедрению концепции качества в сфере профессиональной психотерапии, предусматривающей: формирование адекватных, научно обоснованных представлений об условиях и процессах, обеспечивающих высокое качество психотерапевтической деятельности; обоснование основных параметров, системы промежуточных и конечных индикаторов, используемых в процедурах исследования и оценки категории качества в психотерапии; определение наиболее адекватных методов и инструментов оценки данных параметров, позволяющих отслеживать динамику качества в рассматриваемой сфере деятельности; разработка наиболее эффективных организационно-управленческих технологий, способствующих непрерывному улучшению всех наиболее значимых компонентов основных направлений психотерапевтической деятельности.

Инструменты обеспечения, оценки и управления качеством профессиональной психотерапевтической деятельности

Итак, в соответствии со всем сказанным можно говорить о разработанных в рамках общей теории психотерапии теоретических и практических инструментах обеспечения, оценки и управления качеством профессиональной психотерапевтической деятельности. Группа теоретических инструментов-концептов обеспечения качества психотерапевтической деятельности представлена следующими позициями.

Функциональные концепты и концепции второго матричного уровня общей теории психотерапии, содержание которых имеет непосредственное отношение к инструментам ММК: концепт адаптивно-креативного цикла (компоненты и фазы адаптивно-креативного цикла, прописанные в содержании данного концепта, используются в итоговой схеме-шкале метода психотехнического и комплексного анализа процесса психотерапии; в частности, с использованием данной схемы-шкалы делается вывод о скорости искомых терапевтических изменений, что в свою очередь является одной из наиболее существенных характеристик соответствия результата терапии с идентифицированными потребностями клиента); концепция качественных характеристик индивидуального и социального психического здоровья (в данном случае речь идет о промежуточных и конечных индикаторах эффективности психотерапевтического процесса, выводимых на основании ключевых качественных характеристик индивидуального и социального психического здоровья; данная система индикаторов представлена в шкалах объективного контроля метода психотехнического и комплексного анализа эффективности процесса психотерапии).

Функциональные концепции и концепты третьего матричного уровня общей теории психотерапии, имеющие прямое отношение к инструментам ММК: концепция трехуровневой психотерапевтической коммуникации (в данной концепции представлены «большие» технологии обеспечения качества психотерапевтического процесса; в частности, прописаны внятные объяснительные модели механизмов достижения наиболее востребованных психотерапевтических эффектов); концепт систематики и классификации мишеней в сфере психотерапии (представленные здесь классы мишеней являются методологической основой для выведения ранжированных шкал субъективного и объективного контроля эффективности в рамках метода психотехнического и комплексного анализа психотерапевтического процесса); концепт систематики и классификации психотерапевтических технологий (здесь описываются основные классы психотерапевтических технологий и техник, за счет которых достигается основной психотерапевтический эффект; кроме того, на основании данного концепта выводятся критерии адекватности и полноты использования техник и технологий профессиональной психотерапии в шкалах объективного контроля метода психотехнического и комплексного анализа психотерапевтического процесса); концепт взаимодействия техник и технологий профессиональной психотерапии в модели трехуровневой психотерапевтической коммуникации (структурно проработанное содержание данного концепта является методологической базой для важнейшего блока профессионального стандарта, представляющего наиболее эффективный алгоритм взаимодействия макро-, мета- и структурированных технологий и техник профессиональной психотерапии на этапах психотерапевтической коммуникации, а также в дифференцированных по времени форматах проведения психотерапии; именно такое структурированное взаимодействие в итоге обеспечивает планируемый результата психотерапевтической сессии, который в нашем случае полностью соответствует ожиданиям клиента); концепт учитываемых эмерджентных факторов, обобщающих механизмы достижения главного психотерапевтического эффекта (данный концепт представляет важнейшие сводные параметры определения эффективности психотерапевтического процесса, выводимые из ассортимента традиционно выделяемых общих факторов психотерапии); концепт негативных эффектов психотерапии (данный концепт и разработанная классификация негативных эффектов психотерапии являются методологической основой для определения и ранжирования соответствующих индикативных признаков, учитываемых в шкалах субъективного и объективного контроля по методу психотехнического и комплексного анализа психотерапевтического процесса; такого рода индикаторы являются важнейшей характеристикой качества психотерапии).

Функциональные концепции и концепты четвертого матричного уровня общей теории психотерапии, представляющие проработанную идею качества в сфере психотерапевтической деятельности и собственно инструментам ММК: концепция качества психотерапевтической деятельности (на основании данной концепции выводится функциональное определение категории качества в рассматриваемой сфере деятельности; формируются основные алгоритмы обеспечения непрерывного роста качества всех видов психотерапевтической деятельности; обеспечивается возможность достижения высокого социального рейтинга профессиональной психотерапии); концепт-модель управления качеством психотерапевтической деятельности (данный концепт представляет специализированные организационные технологии и систематизированные инструменты управления качеством профильной деятельности; настоящий концепт, таким образом, является наиболее активным функциональным звеном общей теории психотерапии в области обеспечения качества всех компонентов данной теории, в том числе и особенно – прагматических, практических и организационных).

Этические концепции и организационные концепты пятого матричного уровня общей теории психотерапии, имеющие прямое отношение к оформлению нормативных инструментов ММК: концепция психоэтики (данная концепция формирует базисные этические и методологические установки, на основании которых разрабатываются соответствующие этические кодексы, правила психотерапевтической деятельности, законодательные и отдельные ведомственные нормативные акты, регулирующие основные виды психотерапевтической деятельности).

Группа научно-методологических и собственно исследовательских инструментов обеспечения качества психотерапевтической деятельности

Безусловно, такими научно-методологическими инструментами являются и современные эпистемологические установки и принципы, адаптированные к специфике предметной сферы психотерапии, но также и методология построения Базисной научно-исследовательской программы, реализуемой в сфере психотерапии.

В частности, в первой позиции институционального раздела Базисной НИП представлен обязательный к исполнению тезис о том, что: «Общая теория психотерапии должна включать проработанную концепцию управления качеством профессиональной психотерапевтической деятельности, в том числе такие инструменты управления качеством, как модельные профессиональные стандарты и правила психотерапевтической деятельности, принципы их обновления; данные компоненты общей теории должны быть понятны и привлекательны для специалистов и наделены таким смыслом, что именно за счет масштабного внедрения предложенных инструментов управления качеством психотерапевтической деятельности возможен рост социального рейтинга профессии и профессионалов». Данный тезис подкрепляется первой позицией критерия (8) состоятельности общей теории психотерапии: «наличие проработанной концепции и действенных инструментов по управлению качеством оказываемой психотерапевтической помощи».

Еще один раздел мониторинга и коррекции настоящей программы содержит следующую предписывающую позицию: «Процесс реализации Базисной НИП в обязательном порядке должен сопровождаться регулярным мониторингом эффективности разрабатываемых и внедряемых технологий профессиональной психотерапевтической деятельности – научной, образовательной, практической, организационной, нормотворческой, экспертной».

И далее следует констатировать, что должным образом модифицированная доказательная исследовательская практика, реализуемая в сфере профильной научно-исследовательской деятельности, является стержневой методологической базой обеспечения качества не только научной, но и всех других видов профессиональной психотерапевтической деятельности. Соответственно, методы, технологии и инструменты, представляющие доказательную исследовательскую практику в сфере профессиональной психотерапии (см. предыдущие разделы), в частности метод психотехнического и комплексного анализа процесса психотерапии, являются действенными инструментами обеспечения качества психотерапевтической деятельности. Квалифицированная, уместная реализация данных методов в итоге обеспечивает выполнение основного требования в данной сфере – возможность регулярного воспроизведения полученных экспериментальных результатов в повседневной психотерапевтической деятельности.

Группа профессиональных и образовательных стандартов, а также протоколов, дифференцированных по основным видам психотерапевтической деятельности

Настоящая группа представляет основные рабочие инструменты, используемые в целях обеспечения и контроля качества в повседневной психотерапевтической деятельности.

Функциональный смысл выведения данных инструментов очевиден: именно таким образом и обеспечивается максимальная вероятность повторения полученного в соответствующей экспериментальной практике результата психотерапевтического процесса. Так, например, можно с уверенностью говорить о том, что показатели эффективности того или иного психотерапевтического метода будут регулярно воспроизводится в том случае, если: метод используется в отношении адресной клиентской группы, соответствующая психотерапевтическая практика проводится согласно разработанному технологическому протоколу; квалификация специалиста-психотерапевта, реализующего данный метод, соответствует утвержденному стандарту подготовки такого специалиста.

При этом в широком смысле под системой профессиональных стандартов в психотерапии понимается научно обоснованная, нормативно-заданная профессиональная активность, направления на повышение качества психотерапевтической деятельности. Узкофункциональное понимание профессионального стандарта, соответственно, подразумевает наличие утвержденного нормативного документа, в котором устанавливаются общие принципы, характеристики, правила и содержание различных аспектов профессиональной деятельности, многократное использование которых закономерно приводит к планируемому результату.

Универсальная структура каждого профессионального стандарта содержит следующие элементы: область применения; определение целей и задач стандарта; определение субъектов и объектов (целевые группы), вовлекаемых в поле функциональной активности определенного профессионального стандарта; определение обязательных базисных элементов, образующих функциональный каркас стандарта; определение конкретного содержания каждого базисного элемента; определение результатов, которые планируется достичь с использованием данного стандарта; определение инструментов и критериев оценки данного результата.

В схеме оформления профессионального стандарта, принятой в Российской Федерации, базисные профессиональные компетенции специалиста-психотерапевта должны быть представлены: требованиями к образованию; требованиями к опыту работы; особыми условиями допуска к работе; обобщенными трудовыми действиями; трудовыми действиями, конкретизирующими предшествующую позицию; необходимыми умениями; необходимыми знаниями; другими характеристиками, имеющими отношение к трудовым действиям.

Что же касается технологических протоколов психотерапевтической практики, то под ними понимается детальное описание логической и временной последовательности рекомендуемых психотехнических (макротехнологических, метатехнологических и структурно-технологических) действий специалиста-психотерапевта, предпринимаемых с целью развития определенных терапевтических изменений у клиентов или группы.

Разработанные и утвержденные протоколы, дифференцируемые по основным видам психотерапевтической деятельности, следующие:

• в сфере психотерапевтической науки – разрабатываемые и утверждаемые протоколы научного исследования;

• в области профессиональной подготовки специалистов психотерапевтического профиля – детально расписанная образовательная программа;

• в организационной сфере деятельности под протоколами подразумеваются разработанные регламенты проведения стандартных мероприятий, алгоритмы принятия организационных решений;

• в области профильной экспертной деятельности – утверждаемые алгоритмы проведения собственно экспертного исследования и регламентированный формат экспертного заключения.

И как мы уже говорили, основная проблема, чтобы психотехнический протокол реализации какого-либо признаваемого психотерапевтического метода не мешал, а наоборот, помогал специалисту-психотерапевту, решается за счет заложенных здесь степеней свободы. Данный инструмент таким образом обеспечивает планируемое высокое качество психотерапевтического взаимодействия клиента с терапевтом, позволяет избежать непродуктивных временных затрат, профилактирует развитие нежелательных негативных эффектов и добавляет уверенности профессионалам.

Группа правил профессиональной психотерапевтической деятельности, утверждаемых в соответствующих нормативных актах

Группа правил представляет собой инструменты нормирования и регулирования, используемые в целях обеспечения и оценки качества психотерапевтической деятельности. Данные инструменты принимаются на уровне государства, психотерапевтического сообщества в целом, а также на уровне отдельных профессиональных ассоциаций, профильных учреждений и центров.

Настоящая группа включает законодательные акты в сфере регулирования психотерапевтической деятельности, соответствующие ведомственные приказы, положения, а также кодексы правил психотерапевтической деятельности, принимаемые на уровне отдельных профессиональных организаций и ассоциаций.

Здесь же представлены и регулярно обновляемые реестры специалистов-психотерапевтов, реестры признанных психотерапевтических методов, публикуемых на доступных информационных ресурсах профессионального психотерапевтического сообщества.

Группа структурно-организационных и кадровых институтов, действующих в сфере обеспечения, оценки и контроля качества профессиональной психотерапевтической деятельности

Данная группа включает: комитеты по профессиональным и образовательным стандартам, комитеты и комиссии по аккредитации, аттестации, действующие в самостоятельных психотерапевтических организациях и ассоциациях национального и регионального уровней; подготовленные экспертные группы, ориентированные по основным видам психотерапевтической деятельности; комиссии по контролю качества, действующие в профильных научно-исследовательских и образовательных учреждениях.

Так, например, в Российской Федерации, в рамках саморегулируемой организации национального уровня «Союз психотерапевтов и психологов» активно работают комитеты по подготовке профессиональных и образовательных стандартов, комитеты по аккредитации и аттестации профильных учреждений и специалистов-психотерапевтов, действующих в частном секторе.

Вышеприведенный перечень инструментов, используемых в сфере обеспечения, оценки и управления качеством профессиональной психотерапевтической деятельности и разработанных в рамках общей теории психотерапии, позволяет констатировать состоятельность данной теории по критерию обеспечения качества профильной деятельности.

И далее с учетом того обстоятельства, что группа инструментов в сфере обеспечения качества научной деятельности была описана в предшествующих разделах, а группа инструментов нормативного регулирования представлена на следующем матричном уровне общей теории психотерапии, мы сосредоточимся на содержании модельных блоков профессионального стандарта психотерапевтической практики.

Модельные блоки универсального профессионального стандарта психотерапевтической практики

Общая информация

Представляемые в настоящем разделе модельные блоки, использование которых предполагается при подготовке стандартов психотерапевтической практики, разработаны на основании соответствующих фрагментов общей теории психотерапии. В метафорическом смысле такого рода модельные блоки – это строительный материал фундамента, на прочном и надежном основании которого могут выстаиваться любые другие психотехнические конструкции, формирующие «видимую часть» архитектуры психотерапевтических методов.

Разработка такого рода модельных блоков оказалась возможной лишь в результате выполнения первых шести позиций алгоритма реализации главных стратегических установок в сфере обеспечения качества психотерапевтической деятельности (см. предыдущий раздел). Основные позиции представляемых здесь базовых элементов – профессиональные знания, умения и действия (навыки) – в свою очередь являются универсальными структурными компонентами стандартных документов, принимаемых в различных областях профессиональной деятельности. Различия могут заключаться лишь в порядке номинации первого и третьего базового элемента, с понятной логикой того, что:

1) алгоритм и выводимый отсюда протокол профессиональных действий выстраивается на приоритетной основе психотерапевтического знания;

2) структурированные (кодифицированные) знания в сфере психотерапии, наоборот, привязываются к выверенному алгоритму реализации психотехнических действий.

В нашем случае общая теория психотерапии выстраивается именно таким образом, что первый вариант представляется наиболее обоснованным и логичным. Кроме того, базовый элемент профессиональных действий здесь дополняется важной характеристикой навыка реализации таких действий, что, собственно, и является индикатором профессионального мастерства – важнейшего компонента качества психотерапевтической практики.

Далее понятно, что настоящий проектный документ должен давать исчерпывающий ответ на вопрос, кем именно должен являться специалист-психотерапевт в смысле имеющихся у него универсальных профессиональных компетенций.

Модельные блоки профессионального стандарта являются необходимой информационной базой универсального образовательного стандарта специалиста-психотерапевта в части ответа на вопрос, чему именно должен учиться такой специалист, в то время как сам по себе документ образовательного стандарта дает исчерпывающие ответы на вопрос, за счет каких именно компонентов подготовки будут формироваться предусмотренные здесь профессиональные компетенции.

Нижеследующий модельный проект универсальных блоков профессионального стандарта психотерапевтической практики развернут в будущее психотерапии по двум главным позициям. Первая позиция заключается в том, что основной вектор психотерапевтической активности не сводится только лишь к помогающей функции – оказанию профильной помощи дифференцированным клинико-статистическим клиентским группам, но также включает развивающую, саногенную и социально-стабилизирующую функцию. Вторая позиция, полноценная реализация которой осуществима лишь вследствие подобного расширения общего поля функциональной активности психотерапии, заключается в возможности эффективного противодействия распространению деструктивных социальных эпидемий – наиболее опасного явления Новейшего времени – за счет раскрытия потенциала современной психотерапии.

Важно отметить и то обстоятельство, что настоящий модельный проект соответствует главным требованиям, предъявляемым к такого рода профессиональным эталонам – он содержит именно те компоненты, которые обеспечивают высокое качество психотерапевтической практики; приведенные модельные блоки принципиально выполнимы: здесь исключены какие-либо запредельно сложные и необязательные конструкции; но в то же время факт утверждения предлагаемого проектного документа является стимулом к повышению профессиональных кондиций в рассматриваемом секторе деятельности; основные позиции рассматриваемых модельных блоков подкрепляются разработанной системой подготовки специалистов-психотерапевтов.

Таким образом, представляемый модельный проект профессионального стандарта специалиста-психотерапевта является современным, эффективным инструментом управления качеством психотерапевтической практики, особенно востребованным в условиях существующей острой конкуренции на рынке психотехнологий.

Базовые функции и основные целевые группы

В настоящем подразделе приведена номинация базовых функций психотерапии, обоснованных с позиции концепций и концептов общей теории психотерапии. Здесь же обозначены целевые группы клиентов, психотерапевтическое взаимодействие с которыми осуществляется преимущественно по вектору каждой из поименованных базовых функций профессиональной психотерапии.

Представленный перечень целевых клиентских групп выведен на основании результатов реализации масштабных исследовательских проектов (см. Приложение 1) и многолетней психотерапевтической практики, проводимой автором. Данный перечень целевых групп – пример того, как может быть сформирован соответствующий фрагмент профессионального стандарта, безусловно, он может быть расширен и детализирован при наличии соответствующих аргументов доказательной исследовательской практики. Так, по вектору базовой функции «оказание психотерапевтической помощи кризисным группам населения» в качестве примера поименованы лишь те целевые клиентские группы, в отношении которых проведена официальная процедура доказательной регистрации используемого здесь метода интегративной (полимодальной) психотерапии в наиболее крупной психотерапевтической ассоциации России – Общероссийской Профессиональной Психотерапевтической Лиги, в ходе чего было продемонстрировано существенное повышение эффективности инновационной психотерапевтической практики, разработанной с использованием концепций и технологических подходов общей теории психотерапии.

Базовая помогающая функция «Оказание психотерапевтической помощи кризисным группам населения»

Общая характеристика целевых групп клиентов, представленных в данной рубрикации, состоит в том, что в данном случае практически всегда имеются признаки кризисного варианта прохождения адптивно-креативного цикла. При этом варианты адаптационных кондиций клиентов могут быть представлены как уровнями напряженной адаптации (признаки синдрома деморализации, невротические реакции и состояния), так и существенно более тяжелыми вариантами нарушения адаптации с декомпенсированными болезненными проявлениями.

К настоящему времени нами было получено подтверждение существенного повышения эффективности инновационных подходов психотерапевтической практики по методу интегративной (полимодальной) психотерапии с доказательной силой от (++) и выше в отношении следующих клиентских групп:

• лица с признаками адаптационного напряжения, проявлениями синдрома деморализации (по Дж. Франку), проблемными ситуациями и состояниями;

• лица с высокими рисками и признаками суицидального поведения, а также их родные и близкие.

• лица с признаками острой, подострой реакции на стресс, посттравматического стрессового расстройства;

• лица с признаками развития синдрома эмоционального выгорания (СЭВ);

• лица с расстройствами психики и поведения субпсихотического и психотического уровня, их родные и близкие;

• лица с признаками и установленными диагнозами вовлечения в химическую зависимость (алкоголизм, наркомании, токсикомании), их родные и близкие;

• лица с признаками и установленными диагнозами вовлечения в деструктивную психологическую зависимость (игромания, компьютерная зависимость, зависимые отношения, тоталитарные секты, экстремистские сообщества и проч.), их родные и близкие;

• лица с тяжело и длительно протекающими соматическими заболеваниями, их родные и близкие.

Базовая саногенная функция «Достижение высоких уровней здоровья в заинтересованных группах населения»

По данной позиции нами было получено подтверждение существенного повышения эффективности инновационных подходов психотерапевтической практики по авторскому методу интегративной психотерапии с доказательной силой от (++) и выше в отношении следующих клиентских групп:

• лица, завершившие цикл психотерапии в отношении актуальных для них проблемных ситуаций или состояний и мотивированные на продолжение работы с универсальными саногенными мишенями;

• лица с первичным запросом на высокие уровни здоровья;

• лица с запросом на активное долголетие и высокое качество жизни.

Базовая развивающая функция «Форсированное развитие определенных психических качеств (свойств, процессов, состояний, навыков и проч.), обеспечивающих высокий уровень психологической адаптации и комфорта»

Здесь нами было получено подтверждение существенного повышения эффективности инновационных подходов психотерапевтической практики по используемому здесь методу интегративной психотерапии с доказательной силой от (++) и выше в отношении следующих клиентских групп:

• лица с актуальным запросом в сфере развитие определенных психических качеств (за исключением области мотивации);

• лица с актуальным запросом в сфере мотивации.

Базовая социально-стабилизирующая функция «Обеспечение социальной стабильности, высоких уровней устойчивости населения к агрессивному воздействию среды; эффективная профилактика распространения деструктивных социальных эпидемий»

По данной позиции нами было получено подтверждение эффективности инновационных подходов, используемых в разработке специальных психотерапевтических программ, с доказательной силой от (++) и выше в отношении следующих клиентских групп:

• специальные психотерапевтические программы, включающие активное использование интернет-ресурсов, и ориентированные на повышение устойчивости к агрессивному воздействию среды населения отдельных регионов;

• специальные психотерапевтические программы, реализуемые в отношении группы населения с идентифицированным низким уровнем устойчивости к агрессивному воздействию среды;

• специальные психотерапевтические программы, реализуемые в отношении группы населения с идентифицированными высокими рисками вовлечения в химическую зависимость;

• специальные психотерапевтические программы, реализуемые в отношении группы населения с идентифицированными высокими рисками вовлечения в деструктивную психологическую зависимость;

• специальные психотерапевтические программы, реализуемые в отношении уязвимых групп населения (мигранты);

• специальные психотерапевтические программы, реализуемые в отношении заинтересованных представителей властных, интеллектуальных, культурных и профессиональных элит.

Универсальный блок профессионального стандарта психотерапевтической практики

Настоящий блок профессионального стандарта психотерапевтической практики обозначается как «универсальный» именно потому, что содержит актуальную информацию о профессиональных знаниях, умениях, действиях-навыках, представляющих практический аспект проработанного интегративного вектора психотерапии. При этом приведенные здесь компоненты универсального блока ни в коем случае не конфликтуют, а наоборот, эффективно дополняют психотехнические конструкции множества психотерапевтических методов, что в итоге способствует повышению качества оказываемой с использованием таких модифицированных методов психотерапевтической помощи. То есть в данном случае мы констатируем полное соответствие прагматических аспектов общей теории психотерапии всем трем «большим» позициям в пятой группе критериев состоятельности ОТП, предписывающей необходимость «охранять» достижения многочисленных методов психотерапии.

Необходимые знания

Необходимые знания по первому универсальному уровню дисциплинарной матрицы профессиональной психотерапии – фундаментальных допущений:

• общая теория психотерапии как сложная многоуровневая система;

• принципы построения современной науки и организации научных исследований, отвечающие современному уровню развития фундаментальной и прикладной науки, а также сложности предмета исследования в сфере профессиональной психотерапии;

• концепт предметной сферы профессиональной психотерапии, в котором представлены основные требования к выведению сущностных характеристик и собственно содержание предметной сферы психотерапии;

• концепт дисциплинарной матрицы профессиональной психотерапии, демонстрирующий иерархию структурных уровней рассматриваемого научно-практического направления;

• разработанные теоретические, психотехнические и инструментальные концепты – компоненты общей теории профессиональной психотерапии, распределяемые по соответствующим уровням дисциплинарной матрицы;

• критерии состоятельности общей теории психотерапии, адекватные для рассматриваемой сферы деятельности, согласованные и принятые научным и профессиональным психотерапевтическим сообществом

• история становления психотерапии, в частности – рекурсивная история представлений о предметной сфере профессиональной психотерапии;

• философские основы профессиональной психотерапии, в том числе – эпистемологический анализ основных теорий психотерапии;

• авангардные научные представления о сущностных аспектах психотерапевтической коммуникации, фундаментальных аспектах феномена темпоральной пластики; обновленное понимание функциональной роли дифференцируемых инстанций психического в обеспечении наиболее востребованных психотерапевтических эффектов;

• базисные методы идентификации и исследования предметной сферы профессиональной психотерапии, имеющие отношение к обеспечению эффективности психотерапевтического процесса;

• эвристика теоретических концептов – гипотетические тезисы и положения первого матричного уровня профессиональной психотерапии, имеющие отношение к обеспечению эффективности психотерапевтического процесса.

Необходимые знания по второму универсальному уровню дисциплинарной матрицы профессиональной психотерапии – базисных научных дисциплин, теорий и концепций:

• современная теория адаптации, выстраиваемая в соответствии с концептом психопластического потенциала человека, в частности – общие закономерности биологической адаптации с пониманием логики выведения биологических мишеней и построения медицинской модели психотерапии; общие закономерности психологической адаптации с пониманием логики выведения соответствующих мишеней и построения психологической, педагогической, философской моделей психотерапии; общие закономерности социальной адаптации с пониманием логики выведения одноименных мишеней и построения социальной модели (метамодели) психотерапии;

• универсальная модель адаптивно-креативного цикла с проработанным алгоритмом и вариантами (нормативным, кризисным, сверхнормативным) прохождения данного цикла, возможностью понимания универсальных механизмов психотерапевтического процесса и построения интегративной модели психотерапии;

• блок общей психологии и психологии личности (общая теория психического; психические свойства, процессы, состояния; генез и основные этапы становления функций психического, концепции психического, имеющие отношение к формированию теоретической базы общепризнанных психотерапевтических методов; функциональная концепция психического, обоснованная с позиции концепций первого матричного уровня общей теории психотерапии, имеющая непосредственное отношение к объяснению наиболее востребованных психотерапевтических эффектов) в объеме, предусмотренном образовательным стандартом по профилю интегративной психотерапии;

• концепт качественных характеристик психического здоровья – индивидуального, семейного, группового (организованные группы), социального, – формирующих кластер универсальных мишеней профессиональной психотерапии;

• концепция деструктивных социальных эпидемий (неконтролируемое и масштабное распространение расстройств адаптации, химических и деструктивных психологических зависимостей во всем их многообразии) – наиболее опасного и непредсказуемого феномена Новейшего времени, обосновывающая необходимость обновления общего рамочного концепта профессиональной психотерапии;

• блок общей и частной психопатологии (с акцентом на изучение клиники дебютов наиболее часто встречающихся расстройств психики и поведения) в объеме, предусмотренном образовательным стандартом по профилю интегративной психотерапии.

Необходимые знания по третьему универсальному уровню дисциплинарной матрицы – собственно дисциплинарных теорий и концепций профессиональной психотерапии:

• Базисная научно-исследовательская программа, в которой представлена и аргументирована научная методология исследования фундаментальных и прикладных проблем психотерапии;

• концепт основных векторов дифференциации-интеграции профессиональной психотерапии, демонстрирующих как сущностное отличие психотерапии от так называемых материнских дисциплин (психологии, медицины, педагогики и пр.), так и «донорский» информационный потенциал данного научно-практического направления;

• концепт функциональных рядов предметной сферы профессиональной психотерапии: феноменологического (с акцентом на психотехнический анализа наиболее востребованного эффекта психотерапии), теоретико-методологического; технологического, параметрического; нормативно-этического;

• концепция и уточненные психотехнические аспекты феномена психопластичности с четкой идентификацией условий манифестации и специфических форм активности базисных инстанций психики, необходимых для достижения быстрых терапевтических изменений;

• модель трёхуровневой психотерапевтической коммуникации, в полной мере раскрывающая как универсальный, так и уникальный потенциал профессиональной психотерапии;

• классификация актуальных, специфических, а также макро- и метамишеней в сфере профессиональной психотерапии;

• классификация макро-, мета- и структурированных технологий профессиональной психотерапии, конкретизирующая механизмы трехуровневой психотерапевтической коммуникации и являющейся необходимой базой для понимания функционального смысла общетерапевтических факторов;

• концепт и базисный алгоритм взаимодействия техник и технологий профессиональной психотерапии в модели трехуровневой психотерапевтической коммуникации;

• классификация и функциональная модель общетерапевтических факторов, учитываемые эмерджентные характеристики таких факторов;

• приоритетный фактор психотерапевтических отношений терапевта с клиентом, психотехнический анализ;

• негативные эффекты психотерапии, систематика, классификация, психотехнический анализ, эффективная профилактика и коррекция;

• методология научных исследований в сфере профессиональной психотерапии;

• система параметров и индикаторов, оценивающих полноту и качество используемых макро- и метатехнологий, структурированных техник профессиональной психотерапии, а также скорость продвижения субъекта по этапам и фазам адаптивно-креативного цикла;

• метод психотехнического и комплексного анализа психотерапевтического процесса как научный и рутинный способ исследования эффективности проводимой психотерапии.

• классификация профессиональной психотерапии (направления, модели, методы; виды, формы; возрастная дифференциация; дифференциация по длительности психотерапевтического взаимодействия);

• место психотерапии в системе наук о психике и в общем корпусе науки.

Необходимые знания по четвертому универсальному уровню дисциплинарной матрицы – актуального профессионального поля:

• концепция качества психотерапевтической деятельности – научной, образовательной, практической организационной, нормотворческой, экспертной;

• понятие о базисных алгоритмах реализации главных стратегических установок в сфере обеспечения качества психотерапевтической деятельности;

• модель управления качеством психотерапевтической деятельности;

• инструменты обеспечения качества в сфере профессиональной психотерапии: группа теоретических инструментов-концептов обеспечения качества; группа научно-методологических и собственно исследовательских инструментов обеспечения качества; группа профессиональных и образовательных стандартов, а также протоколов, дифференцированных по основным видам психотерапевтической деятельности;

• характеристики рамочной структуры и аргументированного содержания основных групп профессиональных стандартов – исследовательской деятельности, профессиональной подготовки, организации профессиональной психотерапевтической деятельности, психотерапевтической практики (профессиональный стандарт специалиста-психотерапевта);

• понятие рекомендуемого психотехнического протокола (пошагового описания процесса реализации определенной психотерапевтической техники, либо последовательности используемых структурированных техник, реализуемых в отношении однородных клиентских групп) как структурно-технологического компонента профессионального стандарта специалиста-психотерапевта;

• универсальные блоки профессионального стандарта специалиста-психотерапевта в области психотерапевтической практики; обязательные компоненты знаний, умений, действий-навыков в подготовке специалиста-психотерапевта;

• универсальные диагностические компетенции специалиста-психотерапевта, позволяющие: оценить психический статус клиента, идентифицировать его личностные особенности, определить актуальные, специфические и универсальные психотерапевтические мишени, оценить особенности мотивационной сферы клиента или группы на достижение терапевтических изменений, отследить динамику терапевтических изменений в ходе психотерапевтического процесса;

• универсальные технологические компетенции специалиста-психотерапевта: макротехнологические, метатехнологические, структурно-технологические;

• рутинные – т. е. используемые в повседневной практике технологии оценки эффективности психотерапевтического взаимодействия;

• понятие о базисных и смежных компетенциях в сфере профессиональной психотерапии с обоснованием возможности приобретения соответствующих смежных компетенций специалистами медицинского, психологического, педагогического, социального и иного гуманитарного профиля; обоснование на данной основе эффективной метамодели социальной психотерапии с возможностью полноценного охвата населения квалифицированной психотерапевтической помощью;

• эффективная профессиональная самоорганизация специалиста-психотерапевта (диагностика собственных профессиональных кондиций с возможностью выявления проблемных зон и дефицита в сфере профессиональных знаний, умений, действий-навыков; адекватное выстраивание профессионального маршрута с акцентом на проработку проблемных зон; системная работа по становлению ресурсного личностного статуса «Я – профессионал»)

• последипломное, дополнительное и непрерывное профессиональное образование в интегративной психотерапии; модель эффективной «навигации» как способа доведения актуальной профессиональной информации до специалистов-психотерапевтов с возможностью конструктивного усвоения и воспроизведения в психотерапевтической практике.

Необходимые знания по пятому, нормативно-этическому уровню дисциплинарной матрицы общей теории психотерапии:

• концепция психоэтики как необходимая основа нормативного регулирования психотерапевтической деятельности; компоненты психоэтики – инфоэтика, психоэкология, профессиональная этика;

• общие принципы эффективного нормативно-правового регулирования профессиональной психотерапевтической деятельности; международные нормативные документы и национальное законодательство; государственное и общественное регулирование психотерапевтической деятельности;

• общий концепт правил психотерапевтической деятельности; основные группы правил, охватывающих наиболее существенные сферы психотерапевтической деятельности и обеспечивающих интенсивный качественный рост в этих сферах;

• общий алгоритм формирования, обсуждения, утверждения и обновления системы профессиональных стандартов и правил психотерапевтической деятельности;

• характеристика рамочной структуры и содержания правил оформления профессиональной психотерапевтической деятельности;

• принцип формирования экспертных групп, занятых разработкой стандартов и правил профессиональной психотерапевтической деятельности;

• особенности формирования этического стандарта (эталона) профессиональной психотерапевтической деятельности;

• регулирование деятельности социальных институтов, имеющих отношение к достижению промежуточных и конечных целей, декларируемых в сфере профессиональной психотерапии;

• механизмы контроля реализации стандартов и правил профессиональной психотерапевтической деятельности.

Необходимые умения

Умения в сфере макротехнологического оформления процесса психотерапии:

• выстраивать и эффективно реализовывать адекватные стратегии проводимой психотерапии: лонгитюдные, охватывающие весь терапевтический или развивающий цикл; кросс-секционные, сфокусированные на особенностях построения и прохождения этапов психотерапевтической сессии; когерентные, рассматривающие варианты «стыковки» психотерапии с другими лечебными, помогающими и развивающими практиками (консультативными, тренинговыми и проч.); ассоциированные, предусматривающие сочетание психотерапии с другими лечебными, реабилитационными и иными помогающими и развивающими технологиями;

• выстраивать последовательность этапов психотерапевтической сессии в соответствии с кросс-секционным макротехнологическим протоколом профессиональной психотерапии (предварительный; установления контакта; диагностический; определения психотерапевтической стратегии; реализации избранного проекта психотерапии; оценки достигнутых результатов; завершения психотерапевтической сессии; постсессионный этап);

• устанавливать степень реализации функциональных задач каждого этапа и переходить к следующему структурированному этапу психотерапевтической сессии;

• выстраивать последовательность дифференцированных по времени форматов психотерапевтической активности в соответствии с лонгитюдным макротехнологическим протоколом полимодальной психотерапии (экстренная психотерапия; экспресс-психотерапия; краткосрочная, среднесрочная и долгосрочная психотерапия; самопсихотерапия; формат клубных встреч, ориентированных на ресурсную поддержку клиента; формат поддерживающей референтной группы);

• устанавливать степень выполнения функциональных задач каждого из реализуемых макротехнологических форматов психотерапевтической активности и переходить к следующему, более продолжительному по времени формату при наличии соответствующих показаний и мотивации у клиента;

• соотносить структурированные этапы и временные форматы психотерапии с: системой общетерапевтических факторов по К. Гравэ; стадиями развития мотивации на терапевтические изменения Д. Прохазки, К. ДиКлементе; стадиями универсального алгоритма решения проблемной ситуации по модифицированному варианту проблемно-ориентированной психотерапии А. Блазера, Э. Хайма и др.; этапами и фазами прохождения адаптивно-креативного цикла;

• оценивать эффективность макротехнологического компонента психотерапии с использованием инструмента психотехнического и комплексного анализа психотерапевтического процесса;

• своевременно корректировать используемые макротехнологические стратегии психотерапии на основании результатов проведенного психотехнического анализа.

Умения в сфере метатехнологического оформления психотерапевтического процесса:

• выстраивать метатехнологическое целеполагание на каждом этапе психотерапевтической сессии;

• соотносить макротехнологическое и метатехнологическое целеполагание на каждом этапе психотерапевтической сессии;

• использовать адекватные контекстуальные метатехнологии в ходе психотерапевтического процесса («Я-техника», «ОНО-техника»);

• применять адекватные диагностические метатехнологии в ходе психотерапевтического процесса (схватывание-понимание-проникновение в отношении проблемной ситуации и состояния клиента; фиксация момента перехода от защитно-конфронтационной к синергетической адаптационной стратегии внесознательных инстанций; фиксация «утвердительных» невербальных сигналов в отношении диагностических версий и проектов терапии; фиксация промежуточных и общих результатов – объективные признаки первичного или устойчивого ресурсного состояния, – достигнутых в проекте терапии);

• применять адекватные конструктивистские метатехнологии в ходе психотерапевтического процесса (протекция процесса идентификации клиента с ресурсным статусом терапевта; невербальное подкрепление безопасности клиента; невербальное подкрепление активности, креативности клиента в ходе коммуникации; формирование стыковочных сценариев терапевтических изменений, достигаемых в ходе терапевтической сессии и в перспективе; позитивное подкрепление активности и креативности клиента в ходе реализации терапевтического проекта; позитивное подкрепление промежуточных и общих результатов, достигнутых в проекте терапии, подкрепление перспективных стыковочных сценариев; ненавязчивая презентация себя в качестве позитивной референтной фигуры при завершении терапевтической сессии);

• разрабатывать и осуществлять эффективное метатехнологическое оформление индивидуального проекта психотерапии;

• проводить эффективное метатехнологическое оформление выделяемых этапов психотерапевтической сессии (установления контакта; диагностический; определения психотерапевтической стратегии/проекта терапии; реализации избранного проекта психотерапии; оценки достигнутых результатов; завершения психотерапевтической сессии);

• проводить адекватное метатехнологическое оформление дифференцированных по времени форматов психотерапевтической активности (акцент на достижение феномена гиперпластики в форматах экстренной, экспресс- и краткосрочной психотерапии; акцент на стимуляцию и позитивное подкрепление креативной активности клиента в формате среднесрочной и долгосрочной психотерапии; акцент на адекватную ресурсную поддержку клиента в форматах самопсихотерапии, «клубных» встреч, поддерживающей референтной группы);

• оценивать эффективность метатехнологического компонента психотерапии с использованием инструмента психотехнического и комплексного анализа психотерапевтического процесса.

Умения в сфере структурно-технологического содержания психотерапевтического процесса:

• формировать и по мере возможности расширять используемый ассортимент «сподручных» структурированных психотерапевтических техник за счет углубленной проработки дифференцируемых кластеров (подклассов) помогающих, развивающих, саногенных, социально-стабилизирующих техник и технологий профессиональной психотерапии;

• формировать важнейшие контексты, обеспечивающие необходимую экологическую составляющую и гиперпротекцию эффективности используемых структурированных психотерапевтических техник: этический, герменевтический, психопластический, макротехнологический;

• использовать в качестве «большого» алгоритма реализации структурированных психотерапевтических техник правило «диссоциативной триады» (диссоциация клиента с проблемным сектором активности психического; терапевтическая трансформация идентифицированного проблемного сектора активности психического клиента в желательном направлении; ассоциация соответствующим образом трансформированных фрагментов в интегрированную систему психического клиента);

• использовать базисный алгоритм эффективной подготовки и реализации структурированных психотерапевтических техник (идентификация проблемного фрагмента психической активности, формирование наиболее адекватных – с учетом статуса клиента – психотерапевтических мишеней; индукция феномена психопластичности; актуализация ресурсного личностного статуса клиента; диссоциация ресурсного «Я» клиента с проблемным сектором активности психического (как вариант – «опредмечивание» последнего); терапевтическая трансформация проблемного сектора психической активности (в идеале – с активным привлечением личного или заимствованного опыта, вовлечением суперресурсных инстанций психического); репетиция адаптивной состоятельности модифицированного сектора психической активности клиента в терапевтических режимах активного воображения, ролевых действий, проработанных психодраматических фрагментов и проч. (по выбору клиента); ассоциация модифицированного фрагмента психической активности с психическим-целым клиента (то есть – обретение клиентом искомой целостности, или ис-целения); переживание деятельностного удовлетворения и ценности приобретаемых таким образом адаптивных изменений; позитивное подкрепление ресурсного личностного статуса субъекта с переживанием того, что «Я стал (а) сильнее»; успешная реализация приобретенных адаптивных достижений в реальной жизни клиента);

• реализовывать структурно-технологические блоки, ориентированные на базовые функции профессиональной психотерапии (помогающая, саногенная, развивающая, социально-стабилизирующая);

• реализовывать структурно-технологические блоки, ориентированные на выделяемые однородные клиентские группы, в соответствии с разработанными и утвержденными протоколами или методическими рекомендациями;

• реализовывать структурно-технологические блоки психотерапии, ориентированные по основным классам психотерапевтических мишеней (фокус актуальных проблем-мишеней; фокус специфических мишеней, основанных на оценке биопсихосоциального статуса клиента; фокус универсальных мишеней, основанных на исследовании качественных характеристик психического здоровья клиента);

• реализовывать сложные структурированные психотерапевтические техники-окна, «раскрывающиеся» как в сторону актуальных, так и универсальных психотерапевтических мишеней;

• использовать ассортимент структурированных психотерапевтических техник, ориентированных на задачи конкретных этапов психотерапевтической сессии (предварительного, установления терапевтического контакта, диагностического, определения психотерапевтической стратегии, реализации разработанного проекта психотерапии, фиксации полученных результатов, завершения психотерапевтической сессии, постсессионного);

• использовать ассортимент структурированных психотерапевтических техник, ориентированных на задачи, специфические для временных форматов проводимой психотерапии (экстренной психотерапевтической помощи; экспресс-психотерапии; краткосрочной психотерапии; среднесрочной психотерапии; долгосрочной психотерапии);

• использовать ассортимент структурированных психотерапевтических техник, модифицированных с учетом специфики режима очной онлайн-психотерапии;

• использовать ассортимент структурированных психотерапевтических техник, модифицированных с учетом специфики режима заочной (отсроченной) онлайн-психотерапии;

• использовать ассортимент структурированных психотерапевтических техник, ориентированных на задачи посттерапевтического сопровождения (дистанционное индивидуальное сопровождение, формат поддерживающей референтной группы; формат очных клубных встреч и проч.);

• использовать ассортимент структурированных психотерапевтических техник, ориентированных на задачи проведения эффективной самопсихотерапии клиентом (с учетом следующих вариантов проведения самопсихотерапии: как изначального способа индивидуальной самоорганизации клиентов с запросами на повышение личной эффективности; как основного или вспомогательного метода психотерапевтической помощи; как рекомендованной долговременной практики посттерапевтической саногенной активности клиента);

• генерировать и реализовывать существенно модифицированную или новую психотерапевтическую технику – исходя из специфики запроса, оценки состояния и с учетом «подсказок» клиента – с использованием проработанного стандартного и экспериментального ассортимента структурированных единиц психотехнического воздействия (определенных психотехнических процедур, манипуляций и проч.);

• выстраивать структурно-технологический проект психотерапии, реализуемый в рамках конкретной психотерапевтической сессии;

• выстраивать и эффективно реализовывать общую структурно-технологическую стратегию всего активного цикла проводимой психотерапии;

• оперативно перестраивать структурно-технологический проект психотерапии с учетом возникающих в ходе психотерапевтического процесса обстоятельств;

• адекватно сочетать стуктурно-технологическое, метатехнологическое и макротехнологическое оформление психотерапевтического процесса;

• оценивать эффективность структурно-технологического компонента проводимой психотерапии с использованием инструмента психотехнического и комплексного анализа психотерапевтического процесса.

Умения в сфере аналитического сопровождения и оценки эффективности процесса психотерапии:

• оценивать состоятельность каждого этапа психотерапевтической сессии по ключевым индикаторам психотехнической эффективности в ходе конкретной психотерапевтической сессии;

• оценивать состоятельность психотерапевтической сессии в целом по ключевым индикаторам психотехнической эффективности по ее завершению;

• проводить оценку эффективности реализованного психотерапевтического цикла с применением метода психотехнического и комплексного анализа психотерапевтического процесса (версии А, используемой в рутинной психотерапевтической практике), либо других верифицированных методов;

• проводить психотехнический и комплексный анализ эффективности по материалам проведенной психотерапевтической сессии, либо реализованного психотерапевтического цикла с формулировкой предварительных и итоговых выводов о состоятельности каждого из основных компонентов психотерапевтического процесса – макротехнологического, метатехнологического, структурно-технологического, идентификацией «слепых» или «серых» зон в подготовке специалиста-психотерапевта;

• проводить психотехнический и комплексный анализ эффективности психотерапевтического процесса с исследовательскими целями (версии В и С метода психотехнического и комплексного анализа, используемые в исследовательской практике);

• оформлять научные статьи, аналитические обзоры по теме профессиональной психотерапии;

• аргументировать – в духе доказательной практики – целесообразность использования авторского подхода в психотерапевтической работе с отдельными группами клиентов, в случае появления такой необходимости.

Умения в сфере документального оформления психотерапевтической активности:

• архивировать значимые данные о динамике психотерапевтического процесса в удобном для специалиста-психотерапевта формате с обеспечением правил информационной безопасности и исключением любой возможности несанкционированного доступа к профессиональной информации;

• оформлять документацию по динамике психотерапевтического процесса, предусмотренную стандартными нормативными требованиями по основному месту работы (ведомственными и иными приказами, положениями, инструкциями, требованиями и проч.);

• оформлять стандартную документацию, предусмотренную соответствующим протоколом проведения психотерапии (промежуточные и итоговые отчеты о проведении психотерапии и проч.);

• оформлять протокол психотехнического и комплексного анализа психотерапевтического процесса в части заполнения формуляров (шкал) субъективного и объективного контроля, а также промежуточного и итогового заключения;

• оформлять документы на профессиональную аттестацию и переаттестацию согласно установленным требованиям.

Умения в сфере профессиональной коммуникативной активности:

• устанавливать и поддерживать доверительные, открытые отношения конструктивного сотрудничества с клиентами, их родными и близкими как в ходе психотерапевтического процесса, так и по его завершении на основе правил профессиональной этики, принятых в профессиональном психотерапевтическом сообществе;

• устанавливать и поддерживать открытые, конструктивные взаимоотношения со специалистами-психотерапевтами на основе правил профессиональной этики, принятых в профессиональном психотерапевтическом сообществе;

• устанавливать и поддерживать долговременные партнерские отношения с дружественными специалистами, кабинетами, центрами медицинского, психологического, социального и иного профиля;

• участвовать и вносить свой конструктивный вклад в развивающую (интервизия, супервизия, балинтовские группы) и помогающую (обеспечение профессиональной экологии) деятельность профессиональных психотерапевтических сообществ, профильных саморегулируемых организаций;

• устанавливать и поддерживать конструктивные партнерские отношения с представителями медийной сферы, включая интернет-ресурсы;

• устанавливать и поддерживать открытые, конструктивные отношения с заинтересованными контактными аудиториями, представляющими наиболее масштабные и значимые группы населения.

Необходимые действия (навыки)

Действия-навыки на этапах построения психотерапевтической сессии

На предварительном этапе психотерапевтической сессии:

• обеспечение доступности необходимой профессиональной информации в сетевых и иных открытых информационных ресурсах (документы о необходимой профессиональной подготовке; сертифицированный доступ к профессии; свидетельство о включении практикуемого психотерапевтического метода в Национальный реестр психотерапевтических методов, признаваемых организованным психотерапевтическим сообществом; свидетельство о членстве в легально действующих психотерапевтических ассоциациях; полный текст «Декларации прав клиента при предоставлении ему психотерапевтической помощи»; образец контракта на оказание психотерапевтической помощи (включая оплату труда специалиста-психотерапевта), условия заключения и перезаключения контракта; информация по контактам со специалистом-психотерапевтом; информация о возможности получения предварительных сведений по всем интересующим вопросам и прочая актуальная информация);

• проведение процедуры мотивационного информирования о целях, задачах и возможностях психотерапии, конкретного психотерапевтического метода по адресным запросам клиентов;

• предварительное изучение имеющихся сведений (в том числе медицинской и иной документации), касающихся истории жизни, личностных особенностей и состояния здоровья клиента;

• проведение комплексного – клинико-психопатологического, функционально-психологического (психотехнического) – анализа имеющейся предварительной информации с выстраиванием возможных актуальных, специфических и универсальных мишеней, перспективных направлений психотерапевтической работы с клиентом.

На этапе установления терапевтического контакта:

• установление терапевтического контакта с клиентом с протекцией процесса формирования терапевтических отношений (реализация метатехнологических блоков: трансляции терапевтического отношения к клиенту – спокойно-деликатного интереса, дистанционной сердечности, со-чувствия, со-переживания, безоценочного принятия, эмпатии; отражающего, активного, рефлексивного слушания, использования языка принятия; оформления глубинного коммуникативного процесса схватывания-проникновения-понимания-моделирования состояния клиента);

• обсуждение и подтверждение правил полной конфиденциальности и безопасности терапевтической коммуникации, уважения к позиции клиента;

• выполнение главной метатехнологической задачи данного этапа – актуализации синергетической (сотрудничающей) адаптивной стратегии внесознательных инстанций психики клиента с развитием феномена психической гиперпластики;

• проведение метатехнологической диагностики в отношении наличия- отсутствия гиперпластического статуса клиента;

• полноценная реализация стартового блока конструктивистских метатехнологий, стимулирующих адаптивную (креативную) активность клиента;

• получение информированного согласия клиента на предлагаемую психотерапевтическую работу, проводимую с учетом его мнения о собственном состоянии, принятием высказываемой им точки зрения на причины имеющихся у него проблемных ситуаций и состояний, а также учетом его предпочтений в отношении вариантов проведения психотерапевтического взаимодействия.

На диагностическом этапе психотерапевтической сессии:

• проведение первичного интервью с клиентом, сбор анамнеза, уточнение всех важных для определения дальнейшей психотерапевтической стратегии обстоятельств формирования особенностей психики клиента, используемых адаптивных стратегий и становления актуального запроса на психотерапевтическую помощь;

• проведение первичной клинической, клинико-психопатологической, психологической, экспресс-психотерапевтической (использование специальных экспресс-тестов, имеющих дополнительную функцию встроенных экспресс-психотерапевтических технологий) диагностики состояния клиента в объеме полученных специалистом-психотерапевтом базисных или смежных диагностических компетенций;

• определение показаний к дополнительной клинической, клинико-психопатологической, психологической диагностике, установлению дифференциального диагноза в отношении имеющихся у клиента расстройств;

• обсуждение с клиентом показаний и возможностей к проведению необходимой дополнительной диагностики (желательно в «дружественных» диагностических центрах и кабинетах, где действуют подготовленные специалисты) в ключе «обнадеживающей правды»;

• обсуждение с клиентом имеющихся у него на руках и предварительно исследованных специалистом-психотерапевтом медицинских заключений и иной диагностической информации в ключе «обнадеживающей правды»;

• определение принадлежности клиента к какой-либо из дифференцированных терапевтических (клинико-статистических) групп, выделяемых в рамках профессиональной психотерапии;

• определение общих показаний/противопоказаний к проведению психотерапии, использованию какого-либо конкретного психотерапевтического метода, в частности – показаний/противопоказаний к использованию методов, ориентированных по однородным терапевтическим группам;

• определение на основании проведенной диагностики психотерапевтических мишеней разного уровня (выделение фокуса актуальных для клиента психотерапевтических проблем-мишеней; выделение фокуса специфических психотерапевтических мишеней, основанных на оценке биопсихосоциального статуса клиента; выделение фокуса универсальных мишеней, основанных на исследовании качественных характеристик психического здоровья клиента);

• проведение метатехнологической диагностики принятия клиентом логики какого-либо из обсуждаемых вариантов развития у него проблемного состояния; продвижение клиента по «лестнице» инсайтов до приемлемого для него на данном этапе терапевтической коммуникации уровня;

• полноценная реализация блока конструктивистских метатехнологий, специфических для данного этапа психотерапевтической сессии (подкрепление принятых правил безопасности, гиперпластического статуса клиента; скрытая коррекция неадаптивных эмоциональных реакций; фиксация явных и неявных «подсказок» клиента в отношении желательных и понятных для него вариантов оформления терапевтического взаимодействия и проч.);

• выполнение главной метатехнологической задачи диагностического этапа психотерапевтической сессии – протекции планируемых терапевтических эффектов, подготовки и тестирования компонентов стыковочного терапевтического сценария.

На этапе определения психотерапевтической стратегии:

• предварительное обсуждение с клиентом перспективной – с учетом его собственных представлений о генезе имеющихся у него проблемных ситуаций или состояний – общей психотерапевтической стратегии;

• обсуждение с клиентом наиболее приемлемых для него технических вариантов реализации психотерапевтической стратегии;

• оформление вполне понятного для клиента проекта терапии (индивидуальной психотерапевтической программы, разработанной с учетом результатов анализа всей совокупности полученной информации по случаю обращения за психотерапевтической помощью, а также явных или неявных предпочтений и «подсказок» клиента);

• обсуждение и утверждение структурно-технологической части проекта терапии на конкретную психотерапевтическую сессию;

• проведение метатехнологической диагностики «утверждения» стыковочного сценария планируемых терапевтических изменений в ходе реализации индивидуального проекта терапии как в отношении разработанной стратегии психотерапии, так и на конкретную терапевтическую сессию;

• проведение экспресс-диагностики мотивации клиента на продолжение психотерапевтического процесса в оговоренном формате и соответственно на достижения планируемых терапевтических изменений (данную процедуру рекомендуется оформлять как «встроенную» психотерапевтическую сессию мотивационной терапии);

• проведение процедуры заключения контракта на проведение психотерапии (данную процедуру рекомендуется оформлять как «встроенную» психотерапевтическую сессию, проводимую с использованием технологии SMART);

• полноценная реализация блока конструктивистских метатехнологий этапа определения психотерапевтической стратегии, стимулирующих адаптивную (креативную) активность клиента и продвигающих его по «лестнице» инсайтов до четвертого и пятого уровня;

• выполнение главной метатехнологической задачи данного этапа – формирования продуманной, экологически выверенной и «утвержденной», в том числе и на уровне внесознательных инстанций психики клиента, программы (стыковочного сценария) терапевтических изменений; достижения полноценной актуализации ресурсного статуса клиента.

На этапе реализации избранного проекта терапии:

• проведение акцентированного перехода к реализации структурно-технологического этапа психотерапевтической сессии (с пониманием того, в каком наиболее оптимальном для клиента темпоритме следует осуществляться соответствующую структурно-технологическую активность);

• реализация структурно-технологической составляющей избранного проекта терапии с отслеживанием динамики состояния клиента; последовательное – в соответствии с избранным проектом терапии – использование основных психотехнических блоков осуществляемого проекта психотерапии;

• полноценная реализация диагностических (фиксация признаков развития / стагнации первичного ресурсного состояния, оценка креативной активности клиента) и конструктивистских (акцентированное позитивное подкрепление активности клиента; позитивное подкрепление достигнутых промежуточных результатов и других) метатехнологий, специфических для данного этапа;

• реализация – по мере необходимости – уточняющих диагностических пауз с отслеживанием и адекватной интерпретацией промежуточных результатов психотерапевтической сессии, разбором сложностей или затруднений, которые могут возникать в ходе реализации проекта терапии, улавливание дополнительных «подсказок» клиента, имеющих отношение к модификации или дополнению технологического проекта;

• проведение – при наличии такой необходимости – оперативной коррекции проекта терапии и возврат к реализации основной структурно-технологической задачи настоящего этапа;

• выполнение главной метатехнологической задачи настоящего этапа – эффективной протекции желаемого результата терапевтической сессии за счет акцентированного подкрепления феномена гиперпластики, адекватного метатехнологического сопровождения процесса реализации стыковочного сценария.

На этапе фиксации результатов психотерапевтической сессии:

• обсуждение с клиентом и позитивное подкрепление достигнутых результатов именно в тех сферах психической активности, в которых «располагалась» проблемная область, а также в других, сопряженных сферах адаптивной активности;

• оценка терапевтической динамики и фиксация результата конкретной психотерапевтической сессии по общему параметру актуальных мишеней (используется соответствующий компонент психотехнического анализа общей методологи оценки эффективности процесса психотерапии);

• оценка терапевтической динамики и результата психотерапевтической сессии, проекта психотерапии по общему параметру специфических мишеней (используется соответствующий компонент психотехнического анализа общей методологи оценки эффективности процесса психотерапии);

• оценка терапевтической динамики и результата психотерапевтической сессии, проекта психотерапии по общему параметру универсальных мишеней (используется соответствующий компонент психотехнического анализа общей методологи оценки эффективности процесса психотерапии);

• проведение метатехнологической диагностики объективных признаков наличия у клиента ресурсного состояния, а также степени удовлетворенности результатом конкретной психотерапевтической сессии, проекта психотерапии в целом;

• позитивное подкрепление достигнутого в ходе психотерапевтической сессии и проекта психотерапии в целом результата с акцентом на рост самооценки клиента;

• стимуляция и метатехнологическое подкрепление процесса конструирования желаемого результата в проекции будущего (подготовка стыковочного сценария II);

• выполнение главной метатехнологической задачи настоящего этапа: позитивное – с использованием специфических метатехнологий – подкрепление процессов формирования первичного и устойчивого ресурсного статуса, самоорганизующей активности у клиента.

На этапе завершения психотерапевтической сессии:

• информирование клиента о времени завершения психотерапевтической сессии (или проекта психотерапии в целом);

• обсуждение с клиентом динамики статуса заявленной им на старте психотерапевтической коммуникации проблемы, сопоставление желаемого и фактически достигнутого результата, позитивное подкрепление достигнутого клиентом результата;

• акцентированное формирование стыковочного сценария (II) конструктивных изменений в проекции будущего;

• обсуждение – по желанию клиента – возможностей по дальнейшему сотрудничеству в плане ресурсной поддержки (формат дистанционной, либо клубной ресурсной психотерапевтической поддержки), или же перехода в формат саногенной, развивающей психотерапии;

• оценка уровня мотивации клиента на продолжение психотерапевтического сотрудничества в желаемой для него форме;

• оговаривание – по желанию клиента – возможности перезаключения контракта на продолжение психотерапевтического сотрудничества;

• обсуждение – по желанию клиента – возможности деликатного включения в референтную (особо значимую для клиента) группу специалиста-психотерапевта с дополнительным, акцентированным подкреплением сценария конструктивных изменений в будущем;

• проведение промежуточного либо итогового тестирования в исследовательских целях (в случае если условиями контракта подобная процедура предусматривалась) с использованием методологии психотехнического и комплексного анализа эффективности процесса психотерапии;

• подтверждение актуальности регулярных сообщений о состоянии клиента, согласно соответствующему пункту контракта;

• выполнение главной метатехнологической задачи настоящего этапа – эффективной протекции устойчивого ресурсного состояния клиента в проекции будущего за счет адекватного метатехнологического подкрепления достигнутого позитивного результата.

На постсессионном этапе:

• оформление стандартной документации, предусмотренной утвержденными Правилами психотерапевтической деятельности;

• проведение психотехнического анализа завершенной психотерапевтической сессии с оценкой важных – с позиции обеспечения эффективности – психотехнических аспектов по основным уровням психотерапевтической коммуникации, формированием обучающего опыта;

• реализация собственно аналитического (исследовательского) компонента психотехнического и комплексного анализа с выведением итоговой оценки эффективности избранного проекта психотерапии;

• коррекция – при наличии такой необходимости – профессионального маршрута в части непрерывного профессионального образования.

Действия-навыки, реализуемые в дифференцированных по времени форматах психотерапевтической помощи

Формат экстренной психотерапевтической помощи:

• мобилизация специальных ресурсных характеристик проработанного личностного статуса «Я-профессионал» у специалиста-психотерапевта, оказывающего экстренную помощь;

• проведение психотерапевтической сессии в экстремальных условиях;

• выстраивание макротехнологической и метатехнологической составляющей экстренной психотерапевтической сессии с учетом специфики данного формата (акцент на этап установления терапевтического контакта и адекватное метатехнологическое сопровождение вариантов оформления структурированной психотерапевтической активности);

• оперативная оценка стадии формирования острой реакции на стресс, которая чаще всего и является поводом для оказания экстренной психотерапевтической помощи;

• оперативная оценка актуальных потребностей клиента (часто не осознаваемых и не предъявляемых в виде осмысленного запроса на психотерапевтическую помощь);

• оценка проблемной стадии прохождения адаптивно-креативного цикла и, по возможности, степени кризисной деформации жизненного сценария у клиента;

• оформление психотерапевтических посланий и действий в общем контексте диагностированных потребностей (обычно: ты не один – тебе помогают и будут помогать, нужно только принять эту помощь – жизнь продолжается, а значит почти все можно исправить, и если не сейчас, то со временем);

• выстраивание проекта экстренной психотерапевтической помощи с учетом стадии формирования острой реакции на стресс, проблемной стадии адаптивно-креативного цикла, диагностированных у клиента;

• акцент в стартовой технологической активности на формировании первичного ресурсного статуса у клиента;

• акцент в базисной технологической активности (этап реализации проекта терапии) на процессах восстановления самоорганизующей активности клиента;

• формирование мотивации на продолжение психотерапевтической работы, в том числе и с целью профилактики долговременных негативных последствий пережитого стресса, на завершающих этапах психотерапевтической сессии.

Формат экспресс-психотерапии (1—2 терапевтические сессии):

• мобилизация специальных ресурсных характеристик проработанного личностного статуса «Я-профессионал» у специалиста-психотерапевта, оказывающего экспресс-психотерапевтическую помощь;

• проведение психотерапевтической сессии в формате экспресс-психотерапии, ориентированном на полноценную реализацию основного правила ЭП: максимум терапевтических изменений у клиента в минимальное отведенное для этого время (1—2 психотерапевтические сессии);

• выстраивание макротехнологической, метатехнологической и структурно-технологической составляющей психотерапевтической сессии с учетом специфики данного формата (особый акцент на актуальный запрос клиента, генерация феномена гиперпластики, формирование проекта психотерапии – в части структурированных технологий экспресс-психотерапии – с учетом «подсказок» и иной креативной активности клиента);

• блокирование и эффективная редукция состояния деморализации, перевод клиента в первичное ресурсное состояние на этапе установления терапевтического контакта;

• метатехнологическое и структурно-технологическое обогащение подсказанной клиентом идеи психотерапевтического взаимодействия;

• акцентированная проработка стыковочных сценариев (I) и (II) на этапах проводимой психотерапевтической сессии;

• акцентированное выделение и четкая реализации структурно-технологической части психотерапевтического проекта по оговоренной последовательности соответствующих технических компонентов и в оптимальном для клиента темпоритме;

• использование – по возможности – «техник-окон» (специальный технический блок полимодальной психотерапии, ориентированный как на работу с приоритетными для клиента проблемами-мишенями, так и на актуализацию и стартовую проработку – в формате отведенного времени – универсальных психотерапевтических мишеней);

• мотивация клиента – при наличии прямых показаний – к переходу в краткосрочный, среднесрочный формат проведения реализуемого психотерапевтического метода;

• перезаключение контракта на продолжение психотерапевтического процесса с оформлением данной процедуры в виде «встроенной» психотерапевтической сессии с дополнительной проработкой стыковочного сценария (II) по технологии SMART.

Формат краткосрочной психотерапии (5—10 терапевтических сессий):

• разработка программы краткосрочной полимодальной психотерапии, ориентированной на полноценную проработку актуальных для клиента проблемных ситуаций и состояний (фокус актуальных проблем-мишеней), интенсивную стартовую работу с идентифицированными специфическими, а затем – при наличии такой возможности – и универсальными психотерапевтическими мишенями;

• реализация разработанной программы краткосрочной полимодальной психотерапии с акцентом на редукцию состояния деморализации, форсированное развитие первичного ресурсного состояния, стимуляцию креативной активности клиента; четкое оформление структурно-технологической части проекта терапии;

• использование модифицированного алгоритма проблемно-ориентированной психотерапии как базисной (матричной) технологии структурно-технологического уровня краткосрочной психотерапии;

• мотивация клиента – при наличии показаний – к переходу в среднесрочный или долгосрочный формат реализуемого или иного психотерапевтического метода;

• перезаключение контракта на продолжение психотерапевтического процесса с оформлением данной процедуры в виде «встроенной» психотерапевтической сессии с дополнительной проработкой стыковочного сценария (II) по технологии SMART.

Формат среднесрочной психотерапии (11—25 терапевтических сессий):

• разработка программы среднесрочной психотерапии, ориентированной на полноценную проработку как актуальных для клиента проблемных ситуаций и состояний (фокус актуальных проблем-мишеней), так и на работу с идентифицированными специфическими и универсальными мишенями психотерапии;

• реализация разработанной программы среднесрочной психотерапии с акцентом на развитие устойчивого ресурсного состояния и других качественных характеристик психического здоровья у клиента;

• полноценное использование имеющегося макротехнологического (оформление первых психотерапевтических сессий с клиентом в режиме экспресс- и краткосрочной психотерапии), метатехнологического и структурно-технологического потенциала профессиональной психотерапии;

• мотивация клиента – при наличии показаний – к переходу в долгосрочный формат реализуемого или иного психотерапевтического метода;

• перезаключение контракта на продолжение психотерапевтического процесса с оформлением данной процедуры в виде «встроенной» психотерапевтической сессии с дополнительной проработкой стыковочного сценария (II) по технологии SMART.

Формат долгосрочной психотерапии (свыше 25 терапевтических сессий):

• разработка программы долгосрочной полимодальной психотерапии, ориентированной на полноценную проработку фокуса актуальных специфических и универсальных мишеней с акцентом на долговременную психотерапевтическую работу со специфическими и универсальными мишенями;

• реализация разработанной программы долгосрочной психотерапии с возможным включением сюда когерентных и ассоциированных макротехнологических стратегий (по показаниям);

• использование всего имеющегося макротехнологического (оформление первых психотерапевтических сессий с клиентом в режиме экспресс-, краткосрочной и среднесрочной психотерапии), метатехнологического и структурно-технологического потенциала профессиональной психотерапии, включая блок специальных психотерапевтических тренингов;

• мотивация – при наличии показаний – к переходу психотерапевтического процесса в формат клубных встреч, ориентированных на ресурсную поддержку клиента;

• проработка вариантов эффективной самопсихотерапии с ресурсной поддержкой специалиста-психотерапевта.

Формат клубных встреч, ориентированных на ресурсную поддержку клиента:

• определение показаний к проведению психотерапии в формате клубных встреч, ориентированных на ресурсную поддержку клиента;

• проведение процедуры мотивационного информирования клиента о целях, задачах и технических особенностях психотерапии, проводимой в формате клубных встреч;

• реализация данного формата ресурсо-ориентированной, поддерживающей психотерапии в продолжении оговоренного временного периода с отслеживанием промежуточных и итоговых результатов.

Формат поддерживающей референтной группы:

• определение показаний к проведению психотерапии в формате поддерживающей референтной группы;

• проведение процедуры мотивационного информирования клиента о целях, задачах и технических особенностях психотерапии, проводимой в формате поддерживающей референтной группы;

• реализация данного формата психотерапии в продолжении комфортного для клиента времени с отслеживанием – по возможности – промежуточных и итоговых результатов.

Формат самопсихотерапии:

• разработка совместно с клиентом программы самопсихотерапии в ходе проведения специальных обучающих психотерапевтических сессий;

• тестовая реализация программы самопсихотерапии при активной ресурсной поддержке специалиста-психотерапевта (проработка ресурсного личностного статуса клиента; проведение техники «внутренней расстановки по личностным статусам» с разбором ключевого вопроса, кто и кому оказывает психотерапевтическую помощь в этой «внутренней семье» актуализированных личностных статусов; проработка универсального алгоритма эффективной самопомощи с использованием модифицированного варианта проблемно-ориентированной психотерапии; проведение – при наличии такой необходимости – встроенной техники «внутренней расстановки по ролевым статусам генератора идей, критика-эксперта, реалиста», акцентированное позитивное подкрепление ресурсного личностного статуса клиента; проработка правила «обнадеживающей правды»);

• проработка вариантов сопровождения – в качестве представителя значимой для клиента референтной группы – специалистом-психотерапевтом процесса реализации технологий самопсихотерапии в продолжении оговоренного периода времени.

Действия-навыки, реализуемые в дифференцированных по возрасту клиентских группах:

• оформление и реализация психотерапевтической стратегии, программы и конкретных проектов психотерапии с учетом специфики детского возраста клиентов;

• оформление и реализация психотерапевтической стратегии, программы и конкретных проектов психотерапии с учетом специфики подросткового возраста клиентов;

• оформление и реализация психотерапевтической стратегии, программы и конкретных проектов психотерапии с учетом специфики пожилого и старческого возраста клиентов.

Действия-навыки, реализуемые в дифференцированных по количеству участников клиентских группах:

• проведение индивидуальной психотерапии с использованием разработанного макротехнологического, метатехнологического и структурно-технологического потенциала профессиональной психотерапии;

• проведение групповой психотерапии с использованием специфики данного формата, включая специальные алгоритмы стимуляции групповой динамики (модель «группового психотерапевта»; встроенные психотерапевтические сессии, проводимые с участниками группы в формате экспресс-психотерапии; встроенные компоненты тематических психотерапевтических тренингов; технологии форсированного развития феномена эффективной групповой самоорганизации и проч.);

• проведение семейной психотерапии с учетом специфики данного формата (включая модифицированный психообразовательный подход, реализацию базисных технологий «Семейная скульптура I и II», «Семейная конституция», «Внутренняя семья» и проч.);

• проработка с клиентом формата самопсихотерапии, с последующим использованием данного формата клиентом в целях эффективной самопомощи и саморазвития.

Действия-навыки, реализуемые в дистанционном режиме оказания психотерапевтической помощи:

• проведение психотерапии в онлайн-режиме с учетом специфики ограничений и преимуществ данного формата;

• проведение психотерапии в режиме телефонного консультирования с учетом специфики данного формата;

• проведение психотерапии в режиме письменной поддержки с учетом специфики данного формата (референтное сопровождение клиента).

Образование в психотерапии. Общие принципы подготовки специалистов в сфере психотерапевтической деятельности

Главным условием непрерывного повышения качества психотерапевтической деятельности является углубленная проработка принципов подготовки специалистов всех уровней, действующих в сфере психотерапии, и модернизация образовательных технологий в соответствии с концептуальными построениями 1—4 матричных уровней общей теории психотерапии.

Вместе с тем такого рода инновации должны учитывать и главные тенденции в сфере психотерапевтического образования, представленные в международных документах стратегического значения.

Принципы психотерапевтического образования в Страсбургской Декларации по психотерапии 1990 года

К таковым, вне всякого сомнения, относится Страсбургская Декларация по психотерапии, принятая в 1990 году. В частности, в этом документе декларируется важнейший тезис о том, что: «Психотерапия является особой дисциплиной из области гуманитарных наук, занятие которой представляет собой свободную и независимую профессию». Соответственно, процесс подготовки специалистов психотерапевтического профиля позиционируется как научно обоснованная, сложная и ответственная сфера профессиональной деятельности, в свою очередь требующая высокого уровня подготовленности педагогического звена. Такое заключение выводится из содержания следующего тезиса Декларации: «Психотерапевтическое образование требует высокого уровня теоретической и клинической подготовленности», который по смыслу и общему посылу рассматриваемого документа следует отнести ко всем участникам образовательного процесса, а также тезиса о том, что «Доступ к профильному образованию возможен при условии широкой предварительной подготовки, в частности, в области гуманитарных и общественных наук». И конечно, особое внимание мы обращаем на требование высокого уровня клинической подготовленности участников образовательного процесса, что в существенной степени снижает остроту претензий, предъявляемых к специалистам-практикам сектора «психологической психотерапии».

Далее в цитируемом документе прямо говорится о том, что: «Образование в области одного из психотерапевтических методов должно осуществляться интегрально», и что одновременно с углубленным изучением какого-либо конкретного психотерапевтического метода должны приобретаться «широкие представления о других методах». То есть интегративному вектору профессиональной психотерапии здесь уделяется существенное значение, но в то же время внятно говорится и о том, что в подготовке специалистов-психотерапевтов: «Гарантированным является разнообразие терапевтических методов». И следовательно, ни одно из магистральных направлений развития современной психотерапии – центробежное и центростремительное – в рассматриваемом стратегическом документе не упущено.

Между тем Страсбургская Декларация по психотерапии по своему содержанию в большей степени ориентирована на подготовку специалистов-практиков и традиционное понимание интегративных модусов профессиональной психотерапии, что, безусловно, соответствовало уровню развития профессиональной психотерапии в 90-е годы прошлого столетия, но явно недостаточно для современного состояния развития психотерапевтической науки, практики и требований в сфере психотерапевтического образования.

Основные положения данного наиболее важного международного документа последних десятилетий в сфере психотерапевтического образования – при понимании всей значимости и важности приведенных тезисов – безусловно должны быть дополнены и модифицированы, в том числе и с учетом самых последних достижений в общей теории психотерапии.

Принципы психотерапевтического образования, выводимые из общей теории психотерапии

Инновационный контекст психотерапевтического образования, выводимый из концепций и концептов матричных уровней общей теории психотерапии, в первую очередь касается профессиональной метапозиции специалистов психотерапевтического профиля – т. е. вопроса, который обычно выносится за скобки психотерапевтического образования. Однако в нашем случае именно переосмысленная профессиональная метапозиция является важнейшей характеристикой профессионального статуса специалиста психотерапевтического профиля, и не только идеологической – а мы знаем, что проработанная, вдохновляющая идея дает и поддерживает импульс к развитию любого организованного сообщества (вспоминаем Арнольда Тойнби и Карла Ясперса), – но и вполне технологизированной, и даже инструментальной, т. е. содержательной характеристикой.

Проведенные в ходе реализации Базисной НИП эпистемологический анализ и глубокая историческая реконструкция процесса становления первородной психотерапевтической традиции, теории и практики, исследование и выявление подлинных эпистемологических оснований научной психотерапии позволяют утверждать, что специалист психотерапевтического профиля является носителем величайшей традиции, так или иначе представленной на всех этапах развития человеческой цивилизации.

Данная традиция, представленная различными вариантами интерпретации и технологизации феномена темпоральной пластики психического, в продолжении всех отслеженных исторических эпох безусловно опережала рутинный адаптивный опыт человека (включая и ограниченный неадекватными эпистемологическими установками опыт научного исследования категории реальности), и в силу данных обстоятельств существовала в виде некой параллельной по отношению к светской магистрали цивилизационного становления линией духовного развития, попечения и заботы («психотерапия» в буквальном значении – «чуткая забота о душе»).

Не вдаваясь в подробности этого не всегда мирного и благостного сосуществования, укажем лишь на то, что непростой период, в продолжении которого специалисты в сфере «чуткой заботы о душе» вынуждены были балансировать на двух шатких и к тому же разъезжающихся в разные стороны платформах, наконец закончился. С завершением разработки общей теории психотерапии мы получаем научно обоснованную, т. е. вполне надежную, ассоциированную эпистемологическую платформу, которая, помимо всего прочего, «исцеляет» вот этот почти уже состоявшийся цивилизационный разрыв и объединяет потенциал духа и разума современного человека. Таким образом, специалист, действующей в авангардном крыле современной психотерапии, является не только носителем «вечной» – в понимании Олдоса Хаксли – традиции, но и представителем обновленной, в полном смысле целительной и весьма оптимистичной цивилизационной идеи, открывающей новые горизонты бытия для человека и общества.

Последовательное, пошаговое продвижение и утверждение настоящей профессиональной метапозиции в программах подготовки специалистов психотерапевтического профиля, вне всякого сомнения, самым позитивным образом отразится на субкультуре профессионального сообщества, понимании подлинной миссии психотерапии и ресурсном статусе ее носителей.

Общий алгоритм подготовки специалистов психотерапевтического профиля

Современная психотерапия – это, безусловно, поле деятельности не только для психотерапевтов-практиков, но и для специалистов научного, педагогического, организационного и экспертного профилей. В то же время приходится констатировать, что традиционные подходы в сфере профессионального психотерапевтического образования в основном фокусировались на подготовке психотерапевтов-практиков. Так, например, в уже процитированном документе Страсбургской Декларации по психотерапии 1990 года говорится о том, что психотерапевтическое образование «включает теорию, личный терапевтический опыт и практику под руководством супервизора». В то же время о каких-либо других спецификациях подготовки специалистов психотерапевтического профиля в данном стратегическом документе не сообщается.

В этой связи одним из главных принципов психотерапевтического образования является обеспечение его дифференциации по основным спецификам профессиональной деятельности с одной стороны, и его методологической целостности – с другой. Такого рода задача решается за счет проработанного алгоритма систематизации обширного материала общей теории психотерапии, который, собственно, и является единым методологическим стержнем образовательных программ по каждой из названных спецификаций профессиональной психотерапевтической деятельности.

Данный алгоритм представлен следующими позициями:

• адекватная, продуманная проблематизация общего поля психотерапии (соответствующий проблемный сектор определяется в том числе по каждой специфике профессиональной психотерапевтической деятельности);

• теоретизация и концептуализация эмпирически исследованной феноменологии психотерапии (на данном этапе должны быть представлены удовлетворительные объяснительные модели исследованного феноменологического поля психотерапии);

• проработанная технологизация полученного таким образом психотерапевтического знания, проведенная с учетом специфики каждого вида профессиональной психотерапевтической деятельности;

• продуманная и проработанная инструментализация инновационных технологий психотерапевтической деятельности – научной, образовательной, практической, организационной, экспертной;

• интериоризация (эффективное усвоение) всех вышеприведенных – согласованных, взаимообусловленных и взаимосвязанных – позиций специалистами психотерапевтического профиля за счет эффективных образовательных технологий, дифференцированных по каждой специфике профессиональной психотерапевтической деятельности.

В итоге мы имеем обширную проработанную и систематизированную информационную базу (теоретические и прагматические блоки общей теории психотерапии), единый методологический стержень построения тематических образовательных программ, в совокупности обеспечивающих необходимую методологическую целостность процесса подготовки специалистов психотерапевтического профиля.

В то же время практически по каждой позиции в дополнение к базисному содержанию присутствуют и специфические акценты на аналитическую, технологическую, навигационную (образовательную), нормативно-этическую и собственно экспертную составляющую общего информационного континуума, выполняющие важную функцию дифференциации профессионального поля современной психотерапии. Психотерапия, таким образом, перестает быть стихийно сложившейся практикой с размытыми границами, представляемой, по сути, лишь «мастерами» и их «учениками», а трансформируется в зрелую, легитимную и дифференцированную – в соответствии с актуальными тенденциями развития современной психотерапии – сферу профессиональной деятельности с понятными и далеко идущими перспективами.

Профили, секторы и уровни психотерапевтического образования

В соответствии со всем сказанным, в общем поле современной психотерапии выделяются следующие вполне оформленные профили профессиональной деятельности: научной, образовательной, практической, организационной (включая функцию разработки нормативных документов), экспертной. Информационно-просветительная и рекламная деятельность в отдельный блок не выделяется, поскольку данный профиль в той или иной степени присутствует в сфере активности любого специалиста.

Каждый из приведенных здесь профилей профессиональной деятельности в идеале подкрепляется профессиональным стандартом такой деятельности, а также образовательным стандартом, учитывающим специфику подготовки специалистов – исследователей, педагогов, практиков, организаторов, экспертов. И вместе с тем понятно, что основной объем профессионалов, действующих в области психотерапии, представлен специалистами-практиками, оказывающими профильную помощь населению. В конечном итоге все усилия исследователей, педагогов, организаторов и экспертов направлены на то, чтобы общий объем, ассортимент и качество такой помощи соответствовали актуальному социальному запросу. Таким образом, вопрос высокоэффективной подготовки специалистов психотерапевтов-практиков всегда остается в центре внимания стратегии обеспечения качества психотерапевтической деятельности.

В настоящем блоке общей теории психотерапии аргументируется такая позиция, что область психотерапевтического образования должна быть представлена как минимум тремя секторами образовательных программ. Первый и наиболее сложный сектор профессионального психотерапевтического образования представлен программами подготовки специалистов по всем обозначенным здесь спецификациям. Следующий по сложности сектор психотерапевтического образования охватывает обширную группу клиентов, завершивших активный психотерапевтический цикл и мотивированных на продолжение взаимодействия в режиме самопсихотерапии с информационной поддержкой, прохождением программы психотерапевтических тренингов, специальной программы эффективной самоорганизации. Третий сектор психотерапевтического образования, наименее дифференцированный с точки зрения представленных здесь образовательных программ, охватывает тем не менее наиболее объемную и сложную аудиторию населения в целом. Данный сектор ориентирован на активное продвижение социально значимых информационных проектов в сфере развития психотерапевтической культуры населения. Настоящий образовательный сектор, собственно, и представляет программы социальной психотерапии, предназначенные для населения и его дифференцированных групп.

Следует иметь в виду, что обозначенные здесь различия в сложности структуры и содержания выделяемых секторов психотерапевтического образования ни в коем случае не означают различий в степени ответственности и в качестве реализации предусмотренных здесь образовательных программ. Напротив, область взаимодействия современной психотерапии с дифференцированными по различным функциональным признакам группами населения, а также клиентами, заинтересованными в продолжении развивающей образовательной практики психотерапевтического профиля, является не менее приоритетной, чем подготовка профессиональных кадров.

Что же касается выведения уровней профессионального психотерапевтического образования, то в настоящее время мы видим смысл в следующей градации профессионального образование в психотерапии:

• уровень базисных компетенций (высшее психотерапевтическое образование, полученное в соответствии с утвержденным стандартом высшего образования);

• уровень смежных компетенций (дополнительное психотерапевтическое образование, полученное специалистом с иным высшим образованием);

• уровень компетенций специалиста-эксперта (соответствует статусу подготовки кадров высшей квалификации; предполагает получение дополнительного фрагмента высшего образования, либо прохождение специальной программы дополнительного образования).

Здесь следует иметь в виду, что во многих регионах мира, например, в Российской Федерации, психотерапия не выделена в отдельную профессию, академическую дисциплину и в силу этого может быть представлена лишь уровнем смежных компетенций. Однако в специально оговоренных случаях (здесь учитывается объем и качество соответствующих образовательных программ) дополнительное психотерапевтическое образование может быть приравнено ко второму высшему образованию.

Виды программ профессионального психотерапевтического образования

В соответствии с предшествующей позицией, целесообразным представляется выделение следующих видов программ профессионального образования, реализуемых в сфере психотерапии:

• программы высшего (додипломного) психотерапевтического образования, реализуемые в том числе по профилю психотерапевтической практики, науки, подготовки педагогических кадров, организации психотерапевтической деятельности, подготовки специалистов-экспертов;

• программы дополнительного (последипломного) психотерапевтического образования, в том числе программы, приравниваемые ко второму высшему образованию, программы специализации и усовершенствования по избранным психотерапевтическим методам и дисциплинам, программы дополнительной подготовки специалистов-экспертов с возможностью прохождения процедуры аккредитации на статус специалиста-эксперта по определенному профилю профессиональной психотерапевтической деятельности;

• программы непрерывного профессионального образования, реализуемые в ходе участия в тематических конференциях, съездах, конгрессах и других масштабных информационных мероприятий, проводимых организованным психотерапевтическим сообществом;

• программы непрерывного профессионального самообразования, реализуемые непосредственно специалистами, действующими в сфере профессиональной психотерапии.

Специально следует отметить значимость всех представленных здесь видов психотерапевтического образования. В частности, признанными экспертами в сфере оценки качества психотерапевтической помощи (С. Миллер, 2017) отмечается, что главным фактором, демонстрирующим разницу между успешными и неуспешными психотерапевтами-практиками, является наличие постоянного профессионального самоанализа и самообразования у первой категории специалистов. По нашим данным, еще одним таким фактором является наличие осмысленного, проработанного на глубину от пяти до семи лет профессионального маршрута, включающего приемлемые для специалиста-психотерапевта виды профессионального обучения.

Основные блоки подготовки специалистов-психотерапевтов

По результатам многочисленных тематических обзоров, а также многолетней педагогической деятельности атора в секторе профессионального психотерапевтического образования, наиболее эффективной представляется следующая общая схема построения программы высшего или приравниваемого к высшему психотерапевтического образования (в данном случае используется образец программы подготовки психотерапевтов по профилю интегративной – полимодальной психотерапии).

Теоретический блок образовательного процесса представлен: общей теорией психотерапии со всеми ее компонентами; возможностями углубленной проработки функциональной концепции психического с внятными объяснительными моделями основных и наиболее востребованных психотерапевтических эффектов; такими же моделями наиболее распространенных психотерапевтических методов с проработкой вариантов существенного повышения их эффективности; функциональными моделями профессиональной психотерапевтической деятельности по основным профилям такой деятельности.

Содержание теоретического блока представлено соответствующими дисциплинами (модулями), которые включает: дисциплины (модули), относящиеся к базовой части программы; дисциплины (модули), относящиеся к специальной части программы; и дисциплины (модули), относящиеся к ее вариативной части. Специфика научной, педагогической, организационной, а также экспертной профессиональной психотерапевтической деятельности представлена в основном в дисциплинах и модулях специальной и вариативной части теоретического блока программы высшего и приравниваемого к высшему профессионального образования.

Каждая дисциплина в свою очередь представлена определенным набором учебных модулей – проработанных стандартных циклов профильного обучения. Каждый учебный модуль включает определенное число кредитов – компактных образовательных микроциклов, удовлетворительное усвоение которых является основанием для получения необходимых зачетных единиц обучающимся по программе высшего или приравниваемого к высшему профессионального психотерапевтического образования.

Практический блок образовательного процесса включает следующие дифференцированные виды практики.

Практика, относимая к базовой части образовательной программы: проработка основных моделей – в том числе заведомо неэффективных и неэкологичных, а также эффективных и экологичных – профессиональной деятельности психотерапевта-практика; проработка этапов формирования профессионального мастерства; психотерапевтические тренинги по развитию основных компонентов личностного статуса «Я-профессионал»; классы профессионального мастерства в модели «психотерапевтическая лаборатория» с максимальным вовлечением курсантов в прорабатываемые аспекты психотерапевтического процесса; отработка базовых психотерапевтических техник и технологий с использованием «формуляра учебных проблем» или «кейсов», и возможностью оперативной педагогической коррекции; личная терапия курсантов (учебная), осуществляемая в режиме «психотерапевтической лаборатории»; собственная психотерапевтическая практика курсантов (учебная) с интервизией и супервизией; собственная супервизорская практика (учебная) с экспертной оценкой супервизорского процесса; практика участия и проведения модифицированного варианта балинтовских групп; практика психотехнического и комплексного анализа психотерапевтического процесса; собственная психотерапевтическая практика с проведением психотехнического и комплексного анализа эффективности проводимой психотерапии и обобщением полученных результатов; преддипломная практика и выполнение дипломной работы по специализации «Оказание психотерапевтической помощи».

Практика, относимая к специальной части программы: исследовательская практика; практика разработки, реализации и защиты исследовательского проекта по избранной тематике (дипломная работа выпускника программы высшего или приравниваемого к высшему образования по специализации «Научно-исследовательская деятельность в сфере профессиональной психотерапии»); специальная педагогическая практика с супевизорским сопровождением по избранной тематике и обобщением полученных результатов (дипломная работа выпускника программы высшего или приравниваемого к высшему образования по специализации «Образовательная деятельность в сфере профессиональной психотерапии»); специальная организационно-управленческая практика с супевизорским сопровождением по избранной тематике и обобщением полученных результатов (дипломная работа выпускника программы высшего или приравниваемого к высшему образования по специализации «Организационно-управленческая деятельность в сфере профессиональной психотерапии»).

Практика, относимая к вариативной части программы: практика усвоения необходимых навыков по реализации технологических блоков интегративной психотерапии в дифференцированных клиентских группах; педагогическая практика в избранном сегменте подготовки специалиста-психотерапевта; актуальная исследовательская практика в избранном сегменте научной деятельности; актуальная практика организационно-управленческой деятельности по избранной спецификации.

Что же касается существенно более компактных циклов дополнительного или непрерывного профессионального образования, то обозначенные компоненты образовательного процесса могут быть представлены здесь в виде отдельных модулей общей образовательной программы, либо – более или менее целостных фрагментов таких модулей.

Важным моментом является такая аргументированная позиция, что к программам профессионального психотерапевтического образования допускаются лица, соответствующие правилам допуска к профессиональной психотерапевтической деятельности, в том числе – при наличии первого высшего образования, что является некой гарантией присутствия у претендента необходимого общего кругозора, культуры и жизненного опыта, а также навыка по усвоения значительных объемов информации высокого уровня сложности.

Обеспечение качества психотерапевтического образования

По данному направлению профессиональной деятельности нами обосновывается тезис о том, что высокое качество профильного образования и особенно сектора профессиональной подготовки специалистов психотерапевтического профиля обеспечивается:

• качеством информационного контента (концепции и концепты общей теории психотерапии), соответствующего самым строгим требованиям в отоншении научного обоснования и состоятельности представленного здесь теоретического и прагматического содержания;

• качеством образовательных программам, в частности, разработанной системой стандартов психотерапевтического образования;

• качеством подготовки преподавательского состава, реализующего программы психотерапевтического образования;

• инструментами контроля качества в сфере образовательной деятельности: предварительного контроля (аккредитация образовательных программ, аттестация преподавательского состава), текущего контроля (супервизия образовательного процесса, процедуры тестирования курсантов, зачеты, экзамены), итогового контроля (итоговая оценка знаний, умений, навыков профессиональной деятельности, аттестация на статус специалиста-психотерапевта с оформлением допуска к профессиональной деятельности).

В данной связи важным компонентом системы управления качеством психотерапевтического образования является подготовка кадров экспертного уровня, способных разрабатывать, реализовывать и оценивать соответствующие образовательные программы.

Заключение по пятому разделу

Настоящий раздел раскрывает содержание четвертого матричного уровня общей теории психотерапии – актуального профессионального поля, – ориентированного на содержание профессиональных знаний-умений-навыков специалиста-психотерапевта.

Такого рода прагматическое содержание выводится из разработанной и представленной на рассматриваемом матричном уровне ОТП концепции управления качеством психотерапевтической деятельности. То есть данный компонент ОТП выполняет важную функцию системообразующего организационного стрежня для прописываемых здесь технологий и инструментов управления качеством психотерапевтической деятельности.

Содержание настоящего раздела, таким образом, обосновывает состоятельность общей теории психотерапии по следующим группам используемой системы критериев соответствия.

В отношении второй группы критериев, оценивающих принадлежности общей теории психотерапии к системе кодифицированных научных знаний, фиксируется состоятельность представленных здесь концепций, технологий и инструментов – пятой позиции, предписывающей необходимость их соответствия принципу системности.

По третьей группе критериев, оценивающих уточняющие характеристики предметной сферы психотерапии, фиксируется соответствие по шестой позиции, предписывающей возможность выведения основных профессиональных установок и институций, адекватное нормативное оформление профессиональной психотерапевтической деятельности.

Далее можно говорить о соответствии теоретических и технологических конструкций настоящего уровня ОТП пятой группе критериев по трем главным позициям (в схеме критериев Д. Прохазки и Дж. Норкросса – первому пункту).

Также необходимо отметить соответствие рассматриваемых здесь компонентов ОТП некоторым существенным характеристикам внутреннего вектора дифференциации-интеграции (седьмая группа критериев, третья позиция), сфокусированных на возможности давать адекватные представления об универсальных теоретических и технологических составляющих психотерапевтического процесса.

Основным достижением настоящего раздела является соответствие по восьмой группе критериев, оценивающих степень проработанности организационных концептов общей теории психотерапии: позиция (1) – наличие проработанной концепции и действенных инструментов по управлению качеством психотерапевтической деятельности.

Раздел VI.
Компоненты общей теории психотерапии пятого матричного уровня – нормативно-этического

Вводные замечания

Основные компоненты настоящего матричного уровня ОТП – концепция психоэтики, декларация прав клиента и универсальная модель этического кодекса в психотерапии – были разработаны нами в ходе реализации завершающих этапов Базисной НИП, на которых основное внимание уделялось этическому содержанию и соответствующему оформлению психотерапевтической деятельности.

В ходе выполнения данного исследовательского фрагмента, психоэтика – в функциональном смысле – определялась нами как учение о нравственной стороне психотехнологической деятельности человека, разрабатываемое на основании важнейших принципов и компонентов общей теории психотерапии. Фактически данное определение означает, что концепция психоэтики в полной мере учитывает: обновленную «информационную генетику» и функциональную сущность психического; необходимость крайне бережного и экологически выверенного отношения к психике, тем более в тех видах профессиональной деятельности, которые связаны с рисками развития соответствующих негативных эффектов; необходимость обоснования, разработки и утверждения достаточно строгих этических регламентов любой психотехнологической и, безусловно, профессиональной психотерапевтической деятельности.

Настоящее определение, следовательно, означает еще и то, что концепция психоэтики в своем завершенном виде генерирует функциональные смыслы и принципы нормативного регулирования в сфере психотерапевтической и любой другой психотехнической деятельности. Согласно таким принципам психоэтическое целеполагание безусловно и постоянно должно присутствовать в фокусе внимания специалистов-психотерапевтов. То есть идеологией психоэтики должно быть пронизано концептуальное, технологическое и нормативное обеспечение процесса психотерапии и других ментальных дисциплин. Сама же психотерапия в свете всего сказанного должна быть генератором, ключевым носителем и активным проводником идеологии психоэтики в стремительно расширяющемся поле агрессивных психотехнологий.

Актуальный исследовательский контекст

Необходимость обращения к теме психоэтики в первую очередь связана с обстоятельствами, которые с известными оговорками можно обозначить как внешние и которые имеют крайне неблагоприятную тенденцию стремительного и неконтролируемого кризисного развития с предсказуемым катастрофическим итогом.

Речь здесь идет о глобальных экологических проблемах, эффективное решение которых невозможно без «прорывных» достижений в сфере эволюционной этики: экологии разума (Г. Бейтсон, 2005, 2016), психоэкологии, психоэтики, но также и о процессе распространения деструктивных социальных эпидемий Новейшего времени, на наших глазах перерастающим в главную угрозу существующему социальному порядку.

Нет никакого сомнения в том, что, с одной стороны, мы являемся свидетелями абсолютно беспрецедентного роста степени агрессивности среды – и в большей степени даже информационной среды, нежели природной. С другой стороны, мы наблюдаем все более ускоряющуюся динамику разрушения адаптивного потенциала (или потенциала здоровья) человеческой популяции, притом что какого-либо ощутимого успеха в сфере противодействующих усилий – а по другим, более жестким оценкам речь идет о вполне очевидном провале таких усилий – идейное и технологическое содержание как Третьей, так и Четвертой промышленных революций нам так и не принесло. И мы также абсолютно уверены в том, что только лишь радикальный разворот упомянутых двух векторов цивилизационного развития – в сторону существенного снижения степени агрессивности среды и «прорывного» улучшения адаптивных кондиций современного человека и общества – способен изменить обозначенную здесь тревожную ситуацию в позитивном направлении. А такой разворот возможен лишь с разработкой и принятием идеологии психоэтики, выстроенной на основе обновленной «информационной генетики» общей теории психотерапии.

Далее необходимо иметь в виду, что наиболее агрессивный агент внешней среды – рынок деструктивных психотехнологий – в последние десятилетия не только увеличивался в объемах, но и непрерывно расширялся по ассортименту используемых технологий. Озабоченность по этому поводу выражали многие известные ученые и философы, в том числе известные специалисты в области лингвистики, технологий контроля сознания Н. Хомский (1989), С. Хассен (2001), Н. Д. Узлов (2011). Этими специалистами в конце прошлого и начале нынешнего века отмечался взрывной рост использования психотехнологий, ограничивающих свободу человека: информационного манипулирования сознанием и поведением человека, деструктивного социального влияния, манипулирования личностью, манипуляции сознанием, скрытого управления человеком, тайного принуждения личности, контроля сознания, «промывания мозгов», рефлексивного управления, психоинжиниринга, психологического кодирования, несанкционированного программирования, «зомбирования», «шизофренизации» массового сознания, «теневой» психологии, создания виртуальных «групп смерти», создания компьютерных игр, стимулирующих суицидальные тенденции и проч., при том что сектор конструктивных психотехнологий – в первую очередь профессиональной психотерапии, психологического консультирования, экологически выверенных трениговых технологий и, с некоторыми оговорками, воспитания и образования – так и не был надежно отграничен от деструктивного психотехнологического сектора. В теоретических концептах, на которых базировались данные технологии, вопросы современного понимания, сохранения и развития крайне важной категории индивидуальной свободы в ходе прохождения соответствующего психотехнологического цикла, в должной степени не прорабатывались, в силу чего некоторые чрезмерно критически настроенные авторы до самого последнего времени причисляли психотерапию, консультирование и тренинги к полюсу манипулятивных психотехнологий, сродни технологиям «промывания мозгов».

В данной связи еще один «внутренний» импульс к углубленной разработке рассматриваемой темы исходит уже от профессионального сообщества психотерапевтического и психологического профиля, озабоченного проблематикой отделения «зерен» собственно профессиональных технологий от «плевел» парапрофессиональной практики. В недрах этого сообщества – медленно, с досадными перерывами и возвратами к «спасительной» идее запретительной правоприменительной практики в отношении сомнительных, не легализованных должным образом психотехнологий – вызревает общее мнение о том, что простого решения данной проблемы не существует, и что желаемое, устойчивое и набирающее интенсивности перераспределение рынка психотехнологий в пользу психотерапии возможно лишь в результате подлинных прорывов в сфере обеспечения качества профессиональной психотерапевтической деятельности. А значит – и глубокой проработке этической составляющей такой деятельности, ибо, как уже было сказано, та позиция, что категории эффективности и этики в случае психотерапии слабо или вообще никак не соотносятся, есть вредная иллюзия.

Таким образом, именно лидерами профессиональной психотерапии была осознана необходимость углубленной проработки концепции психоэтики, выведения на данной основе обновленных этических принципов и правил оформления профильной деятельности. И далее – воспринят тезис о том, что вот эти обновленные нормы и правила оказания психотерапевтической помощи в итоге окажутся настолько привлекательными для населения, что у представителей иных психотехнических практик просто не останется выбора, кроме как следовать этим этическим правилам.

Соответственно, в среде экспертов, действующих в сфере профессиональной психотерапевтической деятельности, осознается необходимость поиска обновленных подходов и критериев оценки этического содержания психотерапевтической коммуникации, в том числе в отношении механизма власти-свободы, безусловно присутствующего в терапевтических отношениях; оценки влияния используемых здесь психотехнологий на качественные характеристики индивидуального и социального психического здоровья, высокий уровень развития которых, как мы знаем, обеспечивает устойчивость человека и общества к агрессивному влиянию среды, а значит, и более высокие уровни свободы.

Все вышесказанное свидетельствует о том, что профессиональная психотерапия в лице своих лидеров, экспертов и действующих специалистов все более осознает необходимость продвижения и утверждения психотерапии в статусе профессии, которая гарантированно не угрожает, а наоборот, обеспечивает и повышает уровни личной свободы клиента.

Таким образом, модифицированная в соответствии с обновленными рамочными концепциями современная психотерапия – это наиболее свободная, во всех смыслах данного термина, профессия, область наиболее эффективного противодействия манипулятивным тенденциям последних десятилетий, из-за чего она является наиболее востребованной социальной практикой Новейшего времени.

Далее следует иметь в виду, что в области ментальных дисциплин – и в первую очередь в психотерапии и психологическом консультировании – приоритетный этический принцип «не навреди» был реализован за счет введения в данную сферу профессиональной деятельности базовых принципов и требований биоэтики. При этом главные требования здесь заключались в использовании только таких технологий и методов профессиональной помощи, эффективность которых доказана и не вызывает никаких нареканий с позиции прочих этических принципов.

Проведенный нами анализ (А. Л. Катков, 2015) показывает, что несмотря на существенные претензии, предъявляемые к используемой в настоящее время системе оценок эффективности оказываемой психотерапевтической и психологической помощи, последняя выполняет свою главную функцию: определяют и дифференцируют собственно психотерапевтические, психологические, клинические, социальные, экономические и другие учитываемые эффекты, а также позволяет делать однозначные выводы об адекватности конкретного вмешательства или используемой технологии в целом. Методологический инструментарий, позволяющий проводить такую дифференцированную оценку, в основном представляет технологию доказательной исследовательской практики, адаптированную к особенностям сферы профессиональной психотерапии и консультирования. Стержнем данной технологии являются рандомизированные контролируемые испытания, которые призваны решать задачу разнообразия, генетической полноты исследуемых представительств генеральной совокупности, на которую затем переносится полученный результат (например, на популяцию с определенными адаптационными расстройствами). Такая стержневая технология позволяет получить научно обоснованное утверждение в отношении того, что исследуемое вмешательство: 1) действенно, 2) бесполезно, 3) вредно, 4) на сегодняшний день ничего сказать об эффективности данного вмешательства нельзя.

В качестве примера сочетания требований доказанной эффективности и других этических принципов (например, информированного согласия и проч.) можно привести следующие критерии, используемые для определения степени научной обоснованности используемых в психотерапии методов: доказанная эмпирическая эффективность используемых методов; эти методы не основываются на предпосылках, которые не совместимы с научными выводами; эффекты психотерапевтического вмешательства можно объяснить, прибегая к научно обоснованным психологическим теориям; в идеальном случае эти методы обосновываются с помощью так называемых нормопрагматических высказываний, которые выводятся из проверенных нормативных положений (например, из соответствующего профессионального стандарта); цели терапии, которые достижимы с использованием данного метода, этически узаконены, метод этически оправдан; свойства и вероятность ожидаемых негативных побочных эффектов находятся в благоприятном соотношении с ожидаемыми позитивными основными эффектами; объем затрат, которые связаны с применением метода, находится в благоприятном соотношении с ожидаемой пользой (М. Perrez, 1983).

И здесь же мы можем сослаться на следующие параметры, рекомендуемые для оценки психотерапевтической эффективности:

1) действенная эффективность, которая в свою очередь раскладывается на такие категории, как: статистическая значимость измерений, клиническая значимость измерений, процентная доля пациентов с улучшением, спектр действия, стойкость изменения (определяемая по катамнезу), масштабы негативных эффектов; 2) рентабельность, понимаемая как соотношение стоимостных значений пользы к аналогичному показателю затрат; 3) удовлетворенность пациентов; 4) практическая эффективность (т. е. пригодность и эффективность в реальных условиях); 5) этическая приемлемость (R. D. Stieglitz, U. Baumann, 2001).

При этом важно понимать, что сама по себе методология доказательной исследовательской практики позволяет получать значимые ответы даже и без исчерпывающих знаний механизма вмешательства, и в этом смысле она не подменяет фундаментального исследования. Однако фундаментальные исследования, проводимые в сфере профессиональной психотерапии, не могут обойтись без процедуры верификации своих гипотетических положений по стандартам доказательной исследовательской практики, после чего и возможно масштабное внедрение исследуемых психотерапевтических технологий.

Исходя из всего сказанного, разработка сложнейших этических вопросов и концепции психоэтики в психотерапии является своевременной, актуальной и особенно востребованной в формате социальной психотерапии.

Концепция психоэтики

Общая информация

Концепция психоэтики, как понятно из всего сказанного, является одним из основных фрагментов общей теории психотерапии и важнейшим эвристическим следствием теоретических построений первого-третьего матричного уровня ОТП. Концепция психоэтики – а в нашем случае и подлинно научная этика – представлена следующими компонентами: объяснительная модель феномена этики; новая модель адаптивного (этического) интеллекта; этическое содержание и правила оформления психотерапевтической коммуникации; принципы нормативно-этического регулирования психотехнологической деятельности; этическая подготовка специалистов-психотерапевтов, психологов и других специалистов ментального профиля. В этом порядке мы и будем рассматривать перечисленные здесь функциональные компоненты психоэтики.

Объяснительная модель феномена этики в ОТП

Итак, согласно концептуальным построениям первого матричного уровня общей теории психотерапии – объемной реальности и обновленного понимания функциональной активности психического, – каждый актуальный план объемной реальности (т. е. определенная структура пространственно-временного форматирования) имеет свою информационную генетику, обусловленную пластичными характеристиками универсального алгоритма репрезентации базисных характеристик реальности. Генерация таких информационных характеристик является главной сферой функциональной активности психического. Данный универсальный алгоритм представлен в следующей формуле: генеративная активность психического – фиксируемый импульс активности сознания (ФИАС) – феномен субъективного времени – первичная информация – память – личность – актуальные планы «объективной» и «субъективной» реальности (вторичная информация) – модификация ФИАС – генерируемые атрибуты «объемной» реальности. В приведенной формуле ключевой компонент ФИАС выполняет функцию темпорального «гена» и формирует не только пространственную структуру объектного статуса реальности, но и определяет весьма сложные закономерности взаимодействия статусов объемной реальности – субъектного, объектного и потенциально-непроявленного.

Понятно также и то, что в рамках предельно ограниченной модели «единственно возможной объективной реальности» на первый план выводятся закономерности объектно-субъектного плана, а все, что не вписывается в эти рамки, отходит в сферу трансцендентного. Однако в темпорально-пластической модели реальности – никак не менее, а в определенных условиях и более приоритетной является интереснейшая сфера взаимодействия статуса субъекта и проявляемого именно в этих условиях потенциального статуса объемной реальности. То есть «нравственный закон внутри нас» является в данной модели таким же «легитимным», что и закон всемирного тяготения. А сфера трансцендентного интерпретируется как поистине безграничный сектор объемной реальности, который теперь доступен для исследования и весьма интересных выводов – в частности выводов о возможности формирования подлинно научной этики.

С точки зрения такой новой этики становятся, наконец, вполне проявленным и понятным источник этических императивов и вообще природа этических инсайтов, столь красочно и поэтично описываемых основателями мировых религий, пророками, но также и великими мыслителями минувших эпох (см. фрагменты эпистемологического анализа в настоящем разделе). И более того, главная моральная дилемма о неконфликтном сосуществовании «вечных» этических принципов и «сиюминутных» эгоистических мотивов только и находит свое решение в обновленном контексте научной этики.

Такого рода достойный компромисс, безусловно предполагающий креативное и «взаимовыгодное» решение возникающих здесь мотивационных коллизий, в полной мере воплощается в содержательных характеристиках процесса индивидуальной и социальной самоорганизации. В частности, в функциональном содержании выделяемого в ОТП важнейшего уровня процесса индивидуальной самоорганизации – разработки и реализации ситуационно-стратегических, адаптивных моделей поведения в соответствии со значимыми краткосрочными, среднесрочными и долгосрочными целями. В данном случае существенное внимание уделяется способности субъекта эффективно использовать все преимущества конкретной ситуации для достижения значимых промежуточных и конечных стратегических целей, соотносить множественные варианты развития событий, адекватно определять приоритеты и следовать им без какого-либо ущерба для этических установок и принципов, а при наличии неустранимых препятствий – гибко менять используемые подходы с сохранением высокого темпа продвижения к планируемым результатам. Таким образом, из актуального жизненного пространства субъекта в существенной степени устраняется один из главных дестабилизирующих факторов, связанный с расхождением имеющихся стратегических и этических установок с возникающими ситуационными императивами.

Интересно и то, что такой неконфликтный способ сосуществования, а также и взаимодействия рассматриваемых адаптивных стратегий в нашем случае прямо адресуется к теме синергии «гнозиса» и «логоса», обеспечиваемой фундаментальными уложениями ассоциированной эпистемологической платформы. То есть научная этика у нас является не только эвристическим следствием общей теории психотерапии, но и подкрепляется инновационным методологическим инструментарием ОТП.

Из всего здесь сказанного, как нам представляется, можно сделать вывод о том, что если в человеке и есть некая «божественная искра», то такая «искра» представлена в виде темпорально-пластической функции психики человека, которая и является основой первичного «гнозиса», или способа познания сложнейшей категории объемной реальности. Вопрос, следовательно, заключается в возможности осмысленной и произвольной актуализации феномена темпоральной пластики и адекватной интерпретации получаемых таким образом планов реальности и соответствующих этических императивов. В ясном понимании, каким именно образом – в неконфликтном, а наоборот, в синергетическом режиме – могут взаимодействовать основополагающие архетипы познания сложнейшей категории реальности «логоса» и «гнозиса». В полноценной проработке появляющегося здесь горизонта возможностей по адаптивной трансформации и сверхэффективному взаимодействию носителей основополагающих способов репрезентации статусов объемной реальности – инстанций психического, традиционно обозначаемых как осознаваемые и внесознательные, – с достижением суперресурсной целостности, но также и в понимании того, какая же внятная и привлекательная, обоснованная с позиции авангардной науки, проработанная в инновационной психотерапевтической практике идея этического императива идет на смену понятиям «Божественного завета», «трансцендентного императива», психологическим конструктам «Сверх-Я» и Self, и каким образом могут быть представлены и реализованы обновленные этические принципы и метапозиция бытия-в-мире человека Новейшего времени, при том что духовно-этическое и научное наследие предшествующих эпох ни в коем случае не «выплескивается», а только лишь просветляется, дополняется и обогащается в этой первородной купели продолжающегося чуда жизни. Обоснование все этих возможностей, собственно, и является функциональным стержнем концепта обновленной модели адаптивного (этического) интеллекта, краткое описание которого представлено ниже.

Новая модель адаптивного (этического) интеллекта

Обозначение «новая модель» применительно к термину «адаптивный интеллект» используется нами по той причине, что первое научное описание психологической модели адаптивного интеллекта было сделано выдающимся швейцарским психологом-исследователем Жаном Пиаже в середине прошлого века. Согласно Пиаже, «Интеллект является наиболее необходимым и эффективным орудием во взаимодействиях субъекта с окружающим миром, самым совершенным из всех адаптационных механизмов» (Ж. Пиаже, цит. по изд. 2004).

В начале 2000-х известным специалистом в области психологии управления Гари Култоном и его сотрудниками была разработана бизнес-модель адаптивного интеллекта. Определение «адаптивный интеллект» понимается здесь как сложная, многоуровневая система, которая состоит из четырех способностей человека: ценностей, способности поддерживать эмоциональную стабильность в условиях изменений и неопределенности, интеллектуальной гибкости и специальных коммуникативных навыков. Данная модель получила широкое распространение в деловых кругах Запада.

Настоящая концептуальная версия обновленной модели адаптивного (этического) интеллекта изучалась в ходе реализации Базисной научно-исследовательской программы (2001—2021 гг.), нацеленной на разработку общей теории психотерапии, в частности – определения универсальных мишеней психотерапии. В соответствии с известным логическим правилом относительно того, что не следует множить сущности без необходимости, а также с учетом полученных здесь научных аргументов в пользу обновленного понимания рассматриваемого психологического концепта, нами было принято решение об использовании наиболее адекватного в данном случае термина «новая модель адаптивного (этического) интеллекта».

Что же касается дополнительного определения «этический», то именно таким образом подчеркивается особая значимость этического аспекта обновленного понимания адаптационного процесса и раскрывающегося здесь горизонта возможностей. Такого рода углубленная разработка адаптивных аспектов этики полностью соответствует тенденции последних лет в отношении адекватного осмысления, поиска доказательств и научного обоснования адаптационной и эволюционной функции этических компонентов поведения (например, К. М. Ольховский, 2001; А. Д. Вяткин, 2004; Ф. де Вааль, 2018). То есть мы можем быть уверены в том, что научная этика «работает» лишь на пользу адаптации человека и общества и абсолютно необходимого ускорения эволюционного процесса, а также надежно профилактирует тупиковые и откровенно опасные для homo sapiens варианты цивилизационного развития.

В данной связи необходимость разработки обновленной модели адаптивного (этического) интеллекта в первую очередь связана с поиском новых решений – а значит, и новой рациональности, и стилей мышления – в отношении наиболее заметных проявлений углубляющегося кризиса несущих параметров биологического, социального, этического порядка: очевидного несоответствия между степенью агрессивности среды и ухудшающимися адаптивными кондициями человека; беспрецедентных темпов и масштабов распространения деструктивных социальных эпидемий; нарастающих проблем в связи с использованием техногенных достижений; продолжающейся стагнации институтов религии и науки как основных генераторов ресурсного статуса современного человека.

Аргументы методологического ряда здесь связаны с тем обстоятельством, что в самые последние десятилетия общее понятие интеллекта дробится на множество отдельных «интеллектов»: логико-математического, лингвистического, пространственного, сенсомоторного, телесно-кинестетического, физического, эмоционального, межличностного, внутриличностного, социального, музыкального и проч., в связи с чем системный стержень понятия интеллекта во многом теряется, а значит, и размывается его функциональный потенциал. И следовательно, перед сектором наук о психике выстраивается задача разработки такого обновленного понимания интеллекта, которое «собирает», восстанавливает и развивает адаптивный потенциал данного важнейшего концепта.

Главным прагматическим аргументом в данном случае является констатация того, что разработанная нами метамодель социальной психотерапии нуждается в понятной универсальной мишени, ясно демонстрирующей функциональный смысл предпринимаемых здесь усилий, их масштаб, направленность, особую социальную и этическую значимость. Все перечисленные аргументы в итоге сводятся в телеологический вектор разработанной модели адаптивного (этического) интеллекта, генерирующий именно такие развивающие стимулы для человека и общества, которые способствуют сущностному решению наиболее острых, в том числе этических проблем Новейшего времени и поиску новых горизонтов бытия в этой интереснейшей эпохе.

Традиционные представления об интеллекте

С тем, чтобы специфика обновленного понимания интеллектуальной функции психического была представлена наиболее рельефно и внятно, обратимся к традиционным представлениям об интеллекте, приведенным в известных психологических и социологических дискурсах.

С нашей точки зрения, таковыми безусловно являются основополагающие тезисы Жана Пиаже, высказанные им на страницах фундаментального труда «Психология интеллекта». Здесь он, во-первых, говорит о том, что интеллект есть некая эмерджентная функция когнитивных процессов: «Интеллект невозможно оторвать от других когнитивных процессов. Он, строго говоря, не является одной из структур, стоящей наряду с другими структурами… Интеллект – это не более чем родовое имя, обозначающее высшие формы равновесия когнитивных структурирований». И далее Пиаже высказывается в том плане, что интеллект не может быть сведен и к некой когнитивной над-структуре, но этот концепт всегда «располагается» между логическим полюсом психики и биологическими программами жизнеобеспечения (телом), между эмоциональным и логическим полюсами активности психического: «Интеллект – это определенная форма равновесия, к которой тяготеют все структуры, образующиеся на базе восприятия, навыка и элементарных сенсомоторных механизмов… Если интеллект не является способностью, то это отрицание влечет за собой необходимость некой непрерывной функциональной связи между высшими формами мышления и всей совокупностью низших разновидностей когнитивных и моторных адаптации».

В этих же фрагментах содержится и внятный посыл к эффективному интеллектуальному управлению «нижележащими» формами активности психики и организма в целом. И далее Пиаже говорит о том, что основная функция интеллекта все же сводится к организации адаптивного взаимодействия субъекта и средой: «…И тогда интеллект будет пониматься как именно та форма адаптивного равновесия, к которой тяготеют все эти адаптации… Все это сводится к тому, чтобы тем или иным образом, в той или иной степени структурировать отношения между средой и организмом» (Ж. Пиаже, цит. по изд. 2004).

Если суммировать все вышеприведенные ключевые тезисы, то речь идет о внешнем, направленном на эффективное взаимодействие со средой, и внутреннем, нацеленном на такое же эффективное взаимодействие субъекта с иерархическим структурами организма векторе адаптивной активности интеллекта. И здесь же можно с уверенностью констатировать, что выдающийся ученый-исследователь Жан Пиаже – как это и случается с истинно великими умами – предвосхитил основные магистрали в разработке концепции интеллекта на многие десятилетия вперед.

Весьма интересными и значимыми представляются обобщающие высказывания об интеллекте выдающегося американского психолога, автора всемирно известной «Истории психологии» Мортона Ханта. На страницах своего труда Хант внятно говорит о том, что: «В последние годы ученые выдвинули новую концепцию: интеллект не является ни всеобъемлющей умственной способностью, набором связанных способностей, а представляет собой конгломерат различных процессов и стратегий, оперирующих на различных уровнях» (Мортон Хант, цит. по изд. 2009). То есть нам предлагают внимательно присмотреться к дифференцированным уровням адаптивного взаимодействия, на которых активно функционирует некий конгломерат «различных процессов и стратегий». И тогда встает вопрос, а на каких, собственно, уровнях активности психического образуется вот этот интеллектуальный конгломерат и далее происходит наиболее эффективное адаптивное взаимодействие субъекта – носителя интеллектуальной функции – с внешней и внутренней средой? Однако внятного ответа на этот важнейший вопрос мы здесь не находим.

Следом обратимся к широко цитируемому определению интеллекта, данному известной представительницей американской психологической и социологической науки Линдой С. Готтфредсон в серии публикаций 80-х – 90-х годов прошлого столетия. Интеллект, согласно Л. С. Готтфредсон, это весьма общая умственная способность, которая включает возможность делать заключения, планировать, решать проблемы, абстрактно мыслить, понимать сложные идеи, быстро обучаться и учиться на основании опыта. Это не просто изучение книг, узкие академические знания или навыки проходить тесты. Напротив, интеллект отражает более широкую и глубокую способность познавать окружающий мир, понимать суть вещей и соображать, что делать в той или иной ситуации. В этом определении, с нашей точки зрения, наиболее интересным является тезис о «более широкой и глубокой способности познавать мир». Однако насколько широко и глубоко может простираться такая способность за границами тех примеров, о которых говорит Линда Готтфредсон, можно судить лишь приблизительно.

Далее мы, конечно, должны иметь в виду и знаковые высказывания выдающихся представителей интеллектуальной элиты современности, которым предмет нашего обсуждения «близок не понаслышке».

Так, например, Клаус Шваб, основатель Давосского форума и автор футурологических бестселлеров, считает, что мерилом интеллектуальной состоятельности человечества является расширение доступа к процессу непрерывной трансформации объектов окружающего мира.

Известный ученый, эксперт-футуролог Югваль Ной Харири полагает, что интеллектуальный потенциал современной технологической элиты, помимо прочего, проявляется в той степени, в какой мы сможем управлять реалиями человеческого организма: «Биоинженеры теперь умеют выращивать новые органы и обновлять старые, вмешиваться в организм на генетическом уровне и т. д. Есть и более радикальные подходы – по сути, они предполагают слияние человека и компьютера» (Ю. Н. Харири, 2015).

Рэй Курцвейл, известный футуролог, автор мировых бестселлеров и технический директор Google, также говорит о том, что интеллектуальный путь человечества в том, чтобы изобретать и использовать все более изощренные технологии или «способы изменения окружающей среды и самих себя, и этот процесс будет продолжаться, даже если сами технологии будут эволюционировать» (Р. Курцвейл, 2015).

Илон Маск, культовая фигура последних десятилетий, в своих опубликованных интервью говорит, что общественный интеллект проявляется еще и в том, чтобы правильно мотивировать поведение человека и общества в отношениях со средой.

И если попытаться выделить сущностный стержень всех этих определений, тезисов и высказываний, то речь опять же идет о векторе интеллектуальных усилий, ориентированном на внешнее (среда) и внутреннее (организм) пространство, и направленном на «умное» управление пространственными характеристиками реальности.

Позиционирование новой модели адаптивного (этического) интеллекта

Рассматриваемая модель адаптивного (этического) интеллекта (АИ), безусловно, не является только лишь дизайнерской конструкцией – т. е. содержащей ранее известные понятия, положения, закономерности в более современном терминологическом и маркетинговом обрамлении. Новая модель АИ также не является и чисто технологическим – лишенным обновленной сущностной идеи и основывающимся только лишь на проработанных психотехнических компонентах проектом. Позиционируемая модель АИ, таким образом, есть оригинальная, научно обоснованная и методологически выверенная концепция, которая имеет проработанный топологический статус в ОТП и полный цикл собственно концептуального построения: адекватную проблематизацию, теоретизацию, технологизацию и инструментализацию. Новая модель АИ тем не менее содержит необходимую дизайнерскую и технологическую составляющую, адекватную для метамодели социальной психотерапии.

В структурно-функциональном отношении (специальные топологические характеристики) рассматриваемая модель АИ является:

• важнейшей эмерджентной характеристикой основных психологических конструкций – свойств, состояний и процессов, – представляющих качественные характеристики индивидуального и социального психического здоровья в ОТП;

• стрежневой характеристикой процесса эффективной самоорганизации, осуществляемого с использованием механизма осознанного управления темпоральной пластики психического (третья позиция в системе качественных характеристик психического здоровья ОТП);

• универсальной мишенью, фокусирующей и систематизирующей усилия социальных институтов, представленных в метамодели социальной психотерапии.

Специфика понимания интеллектуальной функции в новой модели АИ

В ходе разработки концепта обновленной модели АИ нами было показано, что традиционные определения вектора функциональной активности интеллекта направлены на осмысленное управление пространственными характеристиками реальности (А. Л. Катков, 2021).

В разработанной версии АИ мы в первую очередь рассматривали вектор интеллектуальных усилий, ориентированный на возможность управления такой сложнейшей пластической характеристикой объемной реальности, как феномен времени. И в нашем случае именно сюда – в интереснейшую сферу темпорально-пластического взаимодействия сущностных компонентов объемной реальности – простирается такая ключевая функциональная характеристика интеллекта, как «широкая и глубокая способность познавать мир».

Таким образом, главной идеей и функциональным стержнем обновленной версии АИ является возможность беспрецедентного повышения адаптационных кондиций человека за счет феномена психопластичности (А. Л. Катков, 2020). При этом сами эти возможности темпоральной пластики должным образом осмысляются и осознаются, т. е. становятся функциональным достоянием субъекта. И далее эти «усиленные» адаптивные возможности используются для активизации ключевого процесса диссоциации – адаптивной трансформации – ассоциации соответствующих фрагментов психической реальности в обновленную ресурсную целостность объемной реальности. Осмысленная актуализация феномена психопластичности в данном случае приводит к тому, что с «выпадающим» фрагментом реальности теперь уже имеет дело не какая-то деморализованная или действующая в автоматизированном режиме «часть» психического, и даже не актуализированный ресурсный личностный статус, но целостность более высокого порядка – взаимодействующие в особом адаптационном режиме осознаваемые и внесознательные инстанции психического. Или, можно сказать и так, выведенное в суперресурсный статус психическое-целое субъекта.

Здесь же у нас складывается и ясное понимание того, каким образом может происходить интеллектуальное обогащение, а значит, и форсированное развитие любых психических свойств, способностей, процессов, состояний и даже элементарных психических актов, которые совсем не обязательно обозначать в качестве «отдельных интеллектов». Но что еще более ценно – у нас формируется адекватное представление относительно возможностей интеграции уже объявленного «множества интеллектов»

И далее необходимо прояснить функциональное содержание терминов «осознанность» и «осмысленность», имеющих важное значение в идее АИ. Уточненное содержание понятия «осознанность» предполагает знание факта «о том, что у меня есть», относимое в данном случае к самой возможности использования феномена темпоральной пластики, в то время как дополненное содержание понятия «осмысленность» предполагает наличие проработанного представления о феномене темпоральной пластики и наиболее эффективном алгоритме реализации соответствующей функции психического. При полном понимании того, что дифференциация такого рода достаточно условная и опирается на выделение последовательности этапов единого процесса осознания-осмысления и лексические различия в анализируемых терминах.

Краткое и развернутое определение новой модели адаптивного (этического) интеллекта

В связи со всем сказанным предлагается следующее краткое определение новой модели АИ: новая модель адаптивного (этического) интеллекта определяется нами как система обновленных, научно обоснованных представлений об адаптивной активности психики человека – в частности, о возможностях существенного повышения адаптивных (этических) кондиций человека и общества за счет осмысленного управления темпоральной пластикой психического.

Приведенное здесь краткое определение безусловно должно быть дополнено расширенной версией определения новой модели АИ, в которой обобщаются и систематизируются наиболее важные характеристики данного инновационного концепта. Соответственно, в расширенной версии новая модель адаптивного (этического) интеллекта определяется нами как: оригинальная, научно обоснованная концепция интеллектуально-адаптивной активности психического (осуществляемой в том числе и за счет осмысленного управления феноменом темпоральной пластики), представленная следующими важнейшими характеристиками:

• методологическими — новая модель АИ ни в коем случае не противоречит, а только лишь дополняет известные модели и определения интеллекта, а также способствует реинтеграции объявленного «множества интеллектов» в общую функциональную конструкцию адаптивного интеллекта, обладающую необходимым эвристическим потенциалом;

• сущностными – стрежневая характеристика рассматриваемой модели АИ безусловно является обновленным пониманием процесса эффективной самоорганизации человека и общества, осуществляемого в том числе с использованием механизма осмысленного управления темпоральной пластики психического;

• структурными — рассматриваемая модель АИ, помимо прочего, является важнейшей эмерджентной характеристикой идентифицированных психологических свойств, состояний и процессов, представляющих качественные характеристики категории индивидуального и социального психического здоровья в общей теории психотерапии;

• функциональными – обновленное понимание АИ способствует беспрецедентному расширению адаптивных возможностей человека и общества в условиях непрерывного роста агрессивности среды и прогрессирующего снижения биологического (генетического) качества популяции;

• телеологическими – новая модель АИ стимулирует процесс генерации новых решений, новой рациональности и стилей мышления, особенно востребованных в сфере проявлений углубляющегося кризиса несущих параметров биологического, социального и этического порядка; данная модель является универсальной мишенью, фокусирующей и систематизирующей усилия социальных институтов, представленных в метамодели социальной психотерапии.

Эвристический потенциал новой модели адаптивного (этического) интеллекта

Степень эвристичности какой-либо концепции или модели есть главный признак ее научной состоятельности и востребованности. Поэтому нам важно рассмотреть эвристические следствия новой модели АИ в такой ключевой сфере, как самоорганизация человека и общества, понимаемой в данном случае достаточно широко.

Термин «самоорганизация» обычно употребляется в качестве основной функциональной характеристики сложных, нелинейных и открытых систем, к которым, вне всякого сомнения, можно отнести любое живое существо и в первую очередь человека. И далее процесс самоорганизации традиционно понимается как «Процесс пространственно-временного упорядочения в открытой системе за счёт согласованного взаимодействия множества элементов её составляющих» (Г. Хакен, цит. по изд. 2014).

В сложных живых системах данный процесс осуществляется в том числе и в результате взаимодействия множества наследуемых (филогенетических) и сложившихся (онтогенетических) программ, так или иначе регулирующих адаптивную и развивающую активность биологических существ. Однако в «случае человека» эти программы далеко не всегда пребывают в синергетических отношениях, а наоборот, весьма часто обнаруживают признаки конфронтации, на чем, к примеру, основана идея психоанализа. И здесь еще раз необходимо обратиться к истории эпохального конфликта таких способов познания сложной категории реальности, как гнозис, (понимаемого в том числе и как базисная адаптивная программа внесознательных инстанций психического) и логос (понимаемого также и как адаптивная программа, выстраиваемая за счет активности осознаваемых инстанций психики). Собственно отсюда и выводится задача поиска и нахождения именно такого параметра порядка, который способен выполнять важнейшую миссию системообразующего стержня для разнонаправленных и конфликтующих информационных (адаптационных) программ гнозиса и логоса, действующих в ментальном пространстве субъекта и, соответственно, в идиоматическом пространстве социума, что в нашем случае прямо связано с возможностью существенного обновления и укрепления этических идиом Новейшего времени, представляющих важнейший компонент нового параметра порядка.

Именно такая важнейшая задача и решается за счет разработки новой модели адаптивного (этического) интеллекта, которая и призвана выполнять функцию искомого параметра порядка. Ибо концепт новой модели АИ в данном случае выполняет тройственную адаптивную функцию: усиливает потенциал индивидуальной самоорганизации (за счет креативного переосмысления и развития идеи самопсихотерапии); генерирует новые ресурсные идиомы и смыслы и, соответственно, существенно повышает потенциал социальной самоорганизации; выполняет функцию «проводника» идеи ассоциированной эпистемологической платформы в сферу науки и религии, способствуя преодолению эпохи «расколотого бытия» этих фундаментальных адаптивных институтов, вследствие чего этическая проблематика из малопонятной сферы трансцендентного имеет все шансы выйти в предметную сферу темпорально-пластического взаимодействия основополагающих статусов объемной реальности. То есть этические приоритеты имеют все шансы укрепить свои позиции за счет адекватного переосмысления и расширения крайне важного ареала «здравого смысла», который, собственно, и является основным адресантом и носителем ресурсных идиом Новейшего времени.

В отношении второй и третьей позиций в приведенной формуле адаптивной активности новой модели АИ при описании предшествующих матричных уровней общей теории психотерапии было сказано достаточно. Что же касается переосмысления – в свете перспективы осмысленного использования феномена темпоральной пластики – возможностей самопсихотерапии, то речь здесь в первую очередь идет о том, что феномен темпоральной пластики в процессе профессионального психотерапевтического взаимодействия осмысленно генерируется и адекватно отслеживается подготовленным специалистом-психотерапевтом, в то время как для клиента этот базисный аспект психотерапевтической коммуникации остается скрытым и в его повседневной жизненной активности, как правило, не воспроизводится. Между тем углубленная проработка и осмысленная трансляция данного ключевого компонента адаптивного (этического) интеллекта клиенту и «присвоение» клиентом этой важнейшей функции в процесс эффективной самопсихотерапии и решает обсуждаемую функциональную задачу по существу.

Таким образом, самостоятельный эвристический потенциал новой модели АИ, так же как и возможность дополнительного прагматического наполнения эвристических следствий концепций и концептов предшествующих матричных уровней ОТП, представляются весьма значительными.

Этическое содержание и правила оформления психотерапевтической коммуникации

Психотерапевтическая практика, безусловно, не является единственной областью профессиональной психотерапевтической деятельности, требующей основательной проработки этического стержня такого рода деятельности, и уж тем более не представляется неким уникальным полем психотехнологической активности, требующим постоянного и действенного этического контроля. Однако именно психотерапевтическая практика предъявляет конечный «продукт» профессиональной этики, который суммирует соответствующие достижения специалистов научной, образовательной, организационной, нормотворческой, экспертной, информационно-просветительной, а также иных видов психотерапевтической деятельности. Отсюда повышенное внимание к вопросам этического содержания и оформления психотерапевтической практики с полным пониманием того, что именно таким образом мы и сможем приблизиться к «золотому стандарту» этических требований в бурно развивающемся секторе психотехнологий Новейшего времени.

Исследование содержания и особенностей психотехнического оформления этического аспекта психотерапевтической коммуникации предполагает выделение следующих важнейших позиций: проработанного контекста терапевтической коммуникации, обеспечивающей приоритет этических установок специалиста-психотерапевта; наличия особых тематических блоков в программах подготовки специалистов-психотерапевтов, способствующих «постоянному присутствию» проработанного этического стержня на выделяемом метатехнологическом уровне профессиональной коммуникации; наличия отчетливых этических акцентов в разработанном универсальном алгоритме подготовки и реализации структурированных психотехнических действий; наличия проработанных техник-правил оформления психотерапевтической активности, четко прописанных в системе профессиональных стандартов и в содержании протоколов легализованных психотерапевтических методов; обеспечения возможности постоянного и действенного этического контроля, а при наличии такой необходимости – оперативной коррекции этической составляющей психотерапевтического процесса. И далее мы сосредоточимся именно на этих направлениях анализа.

Научно обоснованный контекст психотерапевтической коммуникации

Наиболее общим и действенным контекстом, обеспечивающим неизменный приоритет этических установок практикующих психотерапевтов, является доказанный и всестороннее обоснованный тезис общей теории психотерапии в том отношении, что этическое содержание психотерапевтической коммуникации ни в коем случае не противоречит, а наоборот, способствует высокому качеству и скорости достижения требуемого результата, при том что речь идет и о таких актуальных и универсальных психотерапевтических запросах-мишенях, которые не содержат проблематики этического конфликта. Ибо научно доказанным фактом является «генетическое» сродство механизмов темпоральной психопластики – сущностной основы наиболее востребованных психотерапевтических эффектов – и генерации собственно этических императивов, предполагающих возможность осмысления и гармонизации разноплановых мотивационных комплексов. А мы помним, что ответственная и высококачественная профессиональная психотерапия как раз и стремится к тому, чтобы «из рук в руки» передать и научить пользоваться этим чудесным инструментом всех заинтересованных клиентов.

Существенное значение имеет и полученное нами обоснование необходимости привязывание «больших» планов построения психотерапевтического процесса к естественному, экологически выверенному алгоритму прохождения субъектом адаптивно-креативного цикла, в ходе чего имеющиеся и формируемые адаптивные этические установки и ценности клиента предстают в виде эффективной стратегии пребывания в конструктивном полюсе прохождения данного цикла на долгосрочную перспективу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.