Марина Умнова-Шелех
А давай я останусь мечтой…

От автора

Приветствую, мой дорогой читатель. Меня зовут Марина Умнова. Умнова-Шелех – это мой псевдоним, так как по нему меня чаще узнают в профессиональной среде. По образованию я журналист, по призванию, наверное, тоже. Мне посчастливилось заниматься, как я считаю, честной журналистикой, иначе бы ушла из профессии насовсем.

Стихи – это одно из моих хобби. Еще я профессиональный диктор, продюсер в СМИ, интервьюер, ведущая эфиров на радио и телевидении. Это моя основная деятельность.

В этом сборнике примерно 1/5 часть из написанного мною за 2020–2022 годы. Это новый виток в моем творчестве после затяжного, почти двадцатилетнего молчания.

У каждого из нас «бывают в жизни огорчения», никто от них не застрахован. Каждый справляется с ними как может. Я пошла по пути созидания. Когда весь мой мир был полностью разрушен, я начала выстраивать его заново.

Серьезных титулов в литературной среде у меня нет, так как просто лень участвовать в каких-либо конкурсах. Считаю, что признание автора, если он действительно хорош, найдёт и догонит само.

Приятного прочтения!

Фиолетовый

В моей обойме фетровых

Будет уже с пяток…

В кофточке фиолетовой

Мастер был ты, знаток.

Хмурый и неприветливый –

Помню тебя таким.

Мрачный и привередливый.

А ты бывал другим?

На комплименты щедрая,

Что не вопрос, то в лоб…

Холодно как-то, ветрено.

Зубы стучат. Озноб…

Слабой была и бледною,

Но не сломил… знаток…

Если душою бедный ты,

Жизнь бросит под каток.

Думала, незаметно я

Как-то сама решу…

Ты ж оказался Педрою,

С Педрами не спешу.

Я теперь неприветлива,

Молча и мимо вдаль…

Кто ты мне? Фиолетово…

Сказке конец. Мораль:

Новой весной под кедрами

Сбудется понемногу.

Звал меня? До победного?

Нет… Ну и слава Богу.

А вы не против?

А вы не против?

Я тут немножко не по моде…

Брезгливо смотрите. В народе

Вот, говорят, что… то к дождю…

Вот, пазл у вас в двоичном коде

По-своему сложился вроде.

Да, я одета не по моде.

Вы кушайте свое фондю.

В порядке

Душа всё, как и раньше, не на месте…

Но пульс другой, другой поток в крови.

И мне сейчас совсем не до любви,

Вчерашней и сегодняшней невесте…

Я снова засучила рукава,

Во весь опор опять нестись готова.

И понимать не надо с полуслова,

Порой (мы знаем) не нужны слова…

В какую даль… то рысью, то галопом…

Я думаю, и хочется мне скрыться.

Закрыт родник, и больше не напиться.

И дефицит со сладостным сиропом.

Любовь. Сегодня мне не до нее....

Я помню, эта стерва предавала:

В сердцах давила, тихо убивала.

Наверно, это чувство не мое.

Азарт, и в венах жжет адреналин.

Сто мыслей в голове, но будто пусто…

Я ж и цепляла этим… не искусство…

Но я не Джинн, а он не Аладдин.

Мне в тишине с собой наедине

Собрать все мысли нужно воедино,

С собой поговорить необходимо.

И это всё, что в целом нужно мне.

Кажется, вечером…

Кажется, вечером или всего в половине пятого

В центре и в каменных, но не гуляя по скверику,

Встретимся мы, и я думаю, будет девятое.

Питер? Да нет, я б узнала его по поребрику.

Нет, не Нева, а большие стеклянные знания –

Стражники нового мира, секьюрити грозные.

Встретимся мы обязательно, будут признания.

Всё по глазам прочитаем теперь-то как взрослые.

Будет, я знаю, свершится оно – наваждение…

Много людей, не протиснуться даже и яблоку.

Целились в нас, как обычно, без предупреждения.

Вновь дежавю… Только крепче держи меня за руку.

Нет каемочки той по краям

Нет каемочки той по краям,

И словами давно всё разбито…

Как писал нам бессмертный Хайям –

В жизни важно вино и либидо.

Словно каторжный стон вдоль реки,

Раздается печальное эхо…

Эти путы горьки, нелегки,

Только мимо паромщик проехал.

Из-под носа журавль улетел.

Сон остался мечтой, небылицей…

Огонек сигареты истлел,

Остается мне верной синица.

Вновь желанным, не тягостным днем

Утро смотрит улыбчиво в окна.

Мы вдвоем песню жизни споем,

Не покинув ее раньше срока…

Мир покоя – единственный дар,

Без излишеств в любви, без страстей.

И единственный в жизни нектар

Подсластит память прожитых дней.

Всё в тумане и в прошлом бреду,

Но поэт без любви не поет.

Если в память опять забреду,

Мне на помощь никто не придет.

Особые люди

Мы с тобой больше ближе не будем –

Поселилась обида внутри.

Нас сильней бьют особые люди,

Бьют во имя священной любви…

Вот ирония жизни и драма:

Кто-то, скорчившись, слезно молчит…

У других от зияющей раны

Сердце в гневе истошно кричит.

Почему для жестокости место

Мы находим, при случае – бьем?

Я не знала ответ. Интересно,

Для чего же тогда мы живем…

Я лежачих не бью, я жалею,

Но с истерикой часто дружу.

Я ударить в ответ не сумею.

Я чужим, как своим, дорожу.

Мы с тобой больше ближе не будем.

Ты меня не жалел, не берёг…

Нас больней бьют особые люди.

Этот вывод звучит как упрек.

Сон мой всё ближе к контральто…

Сон мой всё ближе к контральто…

Диапазон на айфон…

Незавершенным гештальтом

Мне по ушным режет фон.

Бьется, в груди раздается,

Музыкой вечной не в такт.

По нейросетям несется,

Без завершенья. Антракт.

Сцены, нечеткие роли…

И бенефис не на бис…

Стерты все явки, пароли,

Шепот лишь из-за кулис.

Жидким, насмешливым фоном,

Холодом душу пронзив,

Вечно придирчивым тоном

Держите, не раскусив.

Проще найти отступные

И второпях невдомек....

Пришлые, полуживые.

Низкий без люстр потолок.

К своре привыкла. За пятки

Вечно кусали меня…

Игры то в салки, то в прятки,

Ради забавы… «любя».

В репликах видя спасенье,

Вечность меняя на блажь…

В вихре страстей и веселья

Больше… меня… не предашь.

О плюсах одиночества

В жизни нет, и слава Богу, драмы.

Мне легко и радостно вдали.

Соглашусь со всем, что были правы,

Кто угодно. Даже фонари.

Мне давно нет дела до истерик

Недалеких женщин и мужчин.

Я в душе, наверно, эзотерик.

Он в душе, наверно, маргарин.

Я совсем не злюсь, не обижаюсь,

Пазлы все уложены давно.

Не кручу пластинку, не кусаюсь,

Не глушу и литрами вино.

Не могу теперь остановиться.

Мне одной спокойно, счастье, рай…

Только есть нюанс – боюсь влюбиться.

…Сердце, осторожней выбирай.

Хорошо, но иногда паршиво

Я одну деталь в себе открыла,

Хотя много времени прошло…

Мне сегодня без тебя паршиво,

Значит, завтра будет хорошо.

Я давно как есть, но ощутила –

Время всё измелет в порошок.

Мне сегодня без тебя паршиво,

Значит, завтра будет хорошо.

Может, тебе льстило – не забыла,

Может быть, истлел давно слушок…

Мне сегодня без тебя паршиво,

Ну а завтра будет хорошо!

Что в твоей душе когда-то было…

Но вопрос тобой давно решен.

Мне сегодня без тебя паршиво,

Знаю, завтра будет хорошо.

Не позвать тебя и в мыслях: «милый»…

Ты в закат давным-давно ушел.

Мне сегодня без тебя паршиво.

Знаю – завтра будет хорошо!

На бокале моем отпечаток презрения

На бокале моем отпечаток презрения,

Блеск помады коралловой, словно привет.

Что-то мямлил он, помню, почти откровения.

Просветление, что ли? Но вижу, что нет.

Я чрезмерно строга? Не валяйте мне войлок.

Просто рвотный рефлекс от отдельных персон.

Они вместо любви мне дешевое пойло

Всё стремятся поставить на праздничный стол.

Вместе с ним подают мне несвежие блюда,

Их в моем нет меню, но меня не спросили.

Они мнят – проглочу, а наутро забуду.

Ну а я кочевряжусь – характер спесивый.

Ну подумаешь, скатерть обляпана жиром,

Грязь засохла в тарелках и рыбка с душком.

И в компании странной с немым пассажиром

Предлагается мне в никуда с ветерком.

У меня нет очков, где оправа застыла,

Разомлев от оттенков наивных зеркал.

Я, конечно, когда-то беспечно любила,

И кому-то был нужен восторг и вокал…

Вновь дешевое пойло. Легко отравиться.

Снова жаркие речи, опять откровения.

На словах и «люблю», и «желаю жениться»…

На бокале моем отпечаток презрения.

С мечтой о вас. С любовью М.

Беспечный дух, моё бунтарство

И «автомат наперевес».

Мне ваше странное коварство

ЧуднО, как тот дремучий лес.

Мне ваши странные обиды

За целый век не разгадать…

И наши глупые гамбиты,

Которых и не сосчитать.

Лихие мысли, но случайно?

И я нетронутым цветком…

Я вас люблю необычайно,

А вы вслед смотрите тайком.

Порой смущенный, как мальчишка,

Как узник в сладостной тюрьме.

И ваша радостная вспышка

Прошлась как ураган по мне.

И как мне хочется касаться

Тех губ, что нежностью полны,

Но я не смею приближаться,

Должны решиться всё же вы…

Мне кажется порой, что игры

Со мной ваш странный ум ведёт.

Что вы почти уже настигли,

Что вы всё знали наперед…

Я где-то чувствую угрозу,

«Но так не может быть», – твержу....

Настроены ли вы серьезно?

Вопрос. Ответ не нахожу.

Ошибками усеян путь

Ошибками усеян путь,

И шишки от граблей в почете.

Ведь я же чувствовала – врете,

И эта ложь была как ртуть.

Но как-то отвела судьба,

Оставив шрам мне во всю спину.

С моими крыльями, любимый,

Негодны лук и тетива.

Дрожа натянутой струной,

Мой нерв остался на беззвучном.

Не в первый раз мне стало скучно.

Как дети говорят – отстой.

Рука на пульсе, жизнь в узде.

Нет холодка от вашей тени,

Как, впрочем, нет давно сомнений,

Что наследили вы везде.

Вам было скучно, я пойму,

Но роль на ниточках нелепа.

Самонадеянны… Как слепо

Ножом по сердцу и уму.

Я не веду подсчет потерь…

Вы сами знаете – их много.

Однажды приведет дорога

И вас стучаться в мою дверь.

Проблема в том, что вас не ждут,

И вы ко мне же не с любовью.

Сосед, явившийся за солью,

Как правило, обычный плут.

Кошатник

От себя куда хочешь беги –

По запросу дается немножко.

У меня есть любовь и стихи,

У него – только похоть и кошки.

Без набоек мои каблуки,

По дороге сплошные подножки.

У меня есть мечты и стихи,

У него – только бабки и… кошки.

Мои помыслы были легки,

Как из ситца простая одежка.

У меня снова сны и стихи,

У него – лицемеры и… кошки.

Я сказала: «Себя береги»,

Трезвым взглядом измерив немножко.

У меня есть душа и стихи,

У него только злоба и… кошки.

Я давно все списала долги,

Хоть крупнее бревна эти сошки.

У меня жизнь кипит и … стихи,

У него, как всегда, кошки… кошки.

И опять с новой музой грехи

За сверкание той на обложке.

Неплохи мои стали стихи,

У него – макарошки для кошки.

Долог век, и печали долги,

Только сердце на все я застежки.

Отовсюду стрекочут стихи…

У него лишь мяукают кошки.

Обвинять его за косяки?

Мы как спринтеры с разных дорожек.

Предложения сердца, руки

Глупо ждать от любителя кошек.

Ищи в других меня

Ищи в других меня. Прекрасная игра.

И распыляйся вновь на лоск дешевых тел.

В объятиях чужих все дни и вечера.

Их много будет, да. Ты этого хотел?

Получше же найдешь. Они меня милей.

Ты ври. Не в первый раз. Во благо эта ложь?

Живи, лети и ври, обманывай смелей…

Еще других чужих с десяток ты найдешь.

Обласкан и велик, но и не ровен час,

Искать в других меня – пустое ремесло.

Ты верно всё решил, ты всё решил за нас:

Обманывал, ломал и мстил… кому назло?

Живи же для других и распыляйся зря.

Самообман порой ценнее всех объятий…

И век тебе теперь искать в чужих меня.

Как хочешь понимай цыганское проклятье.

Показалось

Вот же незадача, какая жалость…

Вовремя всё, однозначно, не стоит грустить.

Доблесть и сила в тебе? Мне показалось.

Вижу, мираж, но не стану мечтами грузить.

Вот же печаль, а я думала – ты благородный,

Честь и отвага, красив и умен, вон какой…

Вижу теперь, четко вижу, что просто ты… модный,

Может, кому-то и годный, но точно не мой.

Вот же облом, нет, о принце-то мне не мечталось.

Мне, знаешь, очень заходят мужчины с мозгами.

Ты не загадочный, нет… мне опять показалось…

Ты креативный дебил. Не хочу с дураками…

Я-то же думала, слежку зачем ты устроил?

Видимо, план. Ты, наверно, великий стратег…

Ты ж поглазеть просто так… ну, тогда успокоил.

Ладно, смотри, что поделать – такой человек.

Откуда у маленькой женщины силы?

Откуда у маленькой женщины силы?

Погасшей звездой была только вчера…

Вчера эту девочку что-то бесило,

Вчера прогнала эту боль со двора…

Вчера был сочельник, бенгальские свечи…

Вчера были песни о вечной любви…

Вчера же сердечком по-детски доверчивым

Хотелось обнять всех… (Потом не реви…)

Вчера в бесконечность под Шуберта вальсы

И лучшее имя не вслух повторять…

Шептать одному лишь: «Останься, останься…

И вместе мы будем миры покорять».

Погасшей звездой от удара прикладом

Лететь и неясное слышать вдали,

Что так, мол, и надо… что так ей и надо.

Хотелось ей к небу – отведай земли…

Чтоб в кровь, переломаны ребра и ноги…

Чтоб знала, где плинтус, не вякала впредь.

Душа онемела, пропали тревоги.

И просто хотелось быстрей умереть…

Не вышло, у неба отдельные планы.

Она отряхнулась и дальше идет.

Всё силясь сказать, что чужие неправы,

Но жизнь им сама предоставит расчет.

Откуда у маленькой женщины силы?

Откуда беспечная вера в добро?..

Она за обидчика небо просила,

И небо сказало: «Ему повезло».

Ты счастлив, милый?

Не пригорает, и всё остыло?

Серьезно? Милый…

А что у нас с тобою было?

Звездец унылый?

Ты счастлив, котик?

Душа спокойна?

Ты рвешь животик

Для тех, кто более достоин?

Серьезно? Милый…

Они ценней, милее, лучше?

И это тоже я проходила

Душой заблудшей…

Ну что, сгодились тебе советы:

Из сердца в попу?

Обрел свободу, нашел ответы

Все сразу, скопом?

Зашел в обитель. Какие строки

В ней ищешь, зая?..

Давно отжаты все мои соки…

Сегодня злая…

Да всё нормально,

Оригинально, что всё остыло.

Скрываешь тайну…

Ну что ж, печально…

Ты счастлив, милый?

Если БЫ ты

Если БЫ ты однажды набрал мой номер,

Полный надежд и страха, чуть дыша…

Если БЫ позвонил, то никто Б не помер,

Не отлетела бы к небу ничья душа.

Если БЫ ты мне сказал, что тебе нужна я,

Если БЫ не метался, не плел интриг,

Если Б не та стена, что всегда глухая…

Если Б однажды в дверях моих возник…

Если Б с потерею главной не смирился,

Если БЫ ты боролся за меня…

Если БЫ ты, наконец, определился,

То я, конечно, простила БЫ тебя.

Если Б меня позвал, забрал, увез… но…

Только, сам видишь, «МВ не разрешает».

Я не могу воспринимать тебя серьезно,

Я БЫ хотела, клянусь! Но… «БЫ» мешает.

Сорок два

Год почти тянулся в ожидании

Появленья в жизни моей вас....

Много я писала без внимания

Хлестко, сладко, жестко, без прикрас.

Тишина и пошлое молчание,

Лишь светились фоточки в сети.

Я забила болт и на прощание

Пожелала доброго пути.

Жизнь кипит, и новые события.

У любви закончились слова.

Ваша цель, смотрю, в одном соитии –

Вы теперь «читатель сорок два».

Не спою

Я спою тебе о любви, хочешь?

О которой все грезят, но скромно молчат…

Да, о той, без которой мучительны ночи.

Не о той, что стучится назойливо в чат.

Я спою, но вокал мой, конечно, не очень…

Из английского знаю одно «ай лав ю».

Рассказать тебе всё? Ты, действительно, хочешь?

Или просто приятно послушать «люблю»?

Я стихами спою, и в эфире частично

Ты услышишь меня, только если не спишь.

Не поймешь, может быть, да, и то некритично.

Может, ты это чувство опять ощутишь.

Я тебя возвращать не могу и не буду.

Всё на волю судьбы, как решат небеса.

Я спою о любви. Спи своим непробудным.

Я твоей не была. Значит «петь» нам нельзя.

Уже бегу, и волосы назад

Щелк зажигалкой, затяжка… другая…

Вечер загадочный снова в окне.

Вы мне твердили, что я дорогая,

Медленно шаря глазами по мне.

Что ж вы вздыхаете тяжко, натужно…

Смелость мужская в отключке? А зря…

Вы пригласили бы, что ли, на ужин

С виду суровую даму… меня.

Вы подаете мне робкие знаки

И всё бормочете вновь невпопад.

Взломщик сердец. Незадачливый хакер…

Вы пригласили бы на променад.

Бог с ним! В кино, на концерт, в галерею.

Или вы ждете чудес от меня?

Что вы, мужчина, я так не умею.

Мне не к лицу эта вся беготня.

Очаровательно

От красной шляпки ваш суровый

Меняется на ласковый.

Под этим взглядом можно снова

Как в поп–культуре массовой…

Я нервно тереблю сережку

И хлопаю ресницами.

Как будто резко на обложку…

Такое ж не приснится мне.

Вы шутите несмело даже,

Я вас смутила… чувственно…

А я стою, как будто в саже,

Как будто всё искусственно.

Другая бы уже вас в сети

Тащила очень грамотно…

Таких я видела, поверьте –

Завалят даже мамонта.

Я в шляпке красной растворяюсь

Вдали московских двориков.

Иду и мило улыбаюсь,

Смущая скромных дворников.

Сапожки, красная помада,

От взгляда на душе тепло.

О чем вы думали? По взгляду:

«Кому-то повезло…»

По букве

Хотелось тепла этих рук ли

Или замерзла сегодня случайно.

Я называла тебя по первой букве.

Это была наша тихая тайна.

Мало ли что я наговорила…

Как и неважно, что мы натворили…

Кто нам судья? Кто посмеет с мерилом?

Мы – ненормальные – всё заварили.

Что торговаться, кто сделал больнее,

Кто проиграл, ну а кто победитель.

Кто оказался сильнее? Мудрее?

Сон и покой возвратились в обитель.

Снова на жизнь, мне, наверное, двести!

Только о нежности. Хочется рук мне…

Ты всегда был на особенном месте.

Я, как и прежде… по первой по букве.

Как рада я, что я не вы

Да, хоть сто раз всё от сумы

Не зарекайся и не кайся.

Как рада я, что я не вы,

Что вы не я, как ни старайся…

Что мне брезгливо, вам зачет,

И в представлении убогом

Любой залетный идиот

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.