Дон Нигро
Обесчещенная

«Но нет такого совершенства,
В котором не таится скверна».

Шекспир «Изнасилование Лукреции»[1].

Действующие лица:

ЛУКРЕЦИЯ

КОЛЛ

ТАРКВИН[2]

Декорация:

Время настоящее, или около того. Одна простая декорация включает несколько мест одновременно: дом ЛУКРЕЦИИ, ее сад, квартиру ТАРКВИНА, кладбище и некое место в неназываемой другой стране несколькими месяцами раньше. У сцены справа маленький деревянный стол с вазой красных роз. Справа кровать. У сцены слева деревянный стол со стульями. У сцены по центру свечение, словно от тлеющих углей костра. В глубине слева от центра некое подобие сада. Все должно быть максимально просто. Актеры легко переходят из одного временного пространства в другое, часто лишь переключив внимание на другого актера. Нет изменений в декорации, как и нет разрывов в действии.

(Свет падает на ЛУКРЕЦИЮ, сидящую на кровати. ТАРКВИН сидит за столом у сцены слева. КОЛЛ стоит справа от центра, смотрит на ЛУКРЕЦИЮ, которая смотрит на ТАРКВИНА).

ЛУКРЕЦИЯ. Розы в холле. Раскаленные угли в темноте. Дыхание прерывистое. Щеки горящие. Его руки на моей талии. Он раздевает меня, его губы на моих грудях. Я слышу биение его сердца. Эти деяния темноты. Эти особые потребности. Никаких извинений. Обладание – это иллюзия. Любовь всегда двойственная.

КОЛЛ. Что такое? Что-то не так? Что-то не так. Что именно? Ты не такая, как всегда.

ЛУКРЕЦИЯ. Все не такие. Все возвращаются другими, и все, к кому они возвращаются, тоже другие. Нельзя дважды войти в одну и ту же женщину.

КОЛЛ. И что это означает?

ЛУКРЕЦИЯ. Ты спрашиваешь меня, что я означаю? Ты никогда не спрашивал, что я означаю.

КОЛЛ. Что-то с тобой случилось. Что случилось?

ЛУКРЕЦИЯ. Он говорил с тобой обо мне?

КОЛЛ. Кто?

ЛУКРЕЦИЯ. Твой друг. Он говорил с тобой обо мне.

КОЛЛ. Какой друг?

ЛУКРЕЦИЯ. Друг, которого ты послал ко мне.

КОЛЛ. О ком ты говоришь?

ЛУКРЕЦИЯ. Я не хочу называть его имени.

КОЛЛ. Чьего имени?

ЛУКРЕЦИЯ. Тарквин. Его зовут Джон Тарквин. Во всяком случае, он сказал, что его так зовут.

КОЛЛ. Ты знаешь Джона Тарквина?

ЛУКРЕЦИЯ. Он – твой друг, так?

КОЛЛ. Мы работали вместе.

ЛУКРЕЦИЯ. На войне.

КОЛЛ. Да. На войне.

ЛУКРЕЦИЯ. Вы работали вместе на войне.

КОЛЛ. Откуда ты его знаешь?

ЛУКРЕЦИЯ. Однажды я открыла дверь, а на пороге стоял он.

КОЛЛ. Джон Тарквин был здесь? В этом доме?

ЛУКРЕЦИЯ. Ты не знал?

КОЛЛ. Почему Джон Тарквин оказался здесь?

ЛУКРЕЦИЯ. Ты попросил его прийти и повидаться со мной.

КОЛЛ. Это сказал тебе он?

ЛУКРЕЦИЯ. Ты не просил?

КОЛЛ. Думаю, что нет.

ЛУКРЕЦИЯ. Ты думаешь, что нет?

КОЛЛ. Да.

ЛУКРЕЦИЯ. Но полностью не уверен?

КОЛЛ. Думаю, я бы это помнил. Да, наверняка помнил бы. Что он здесь делал?

ЛУКРЕЦИЯ. Он обещал тебе.

ТАРКВИН. Я обещал ему, что приеду и повидаюсь с тобой. Он просил об этом так настойчиво, что у меня возникла мысль, а не потребует ли он от меня вскрыть вену и поклясться кровью. Похоже, для него это было действительно важно. Вот и я и приехал.

ЛУКРЕЦИЯ (встает с кровати и делает шаг или два к ТАРКВИНУ, тогда как КОЛЛ остается на месте, наблюдает и слушает). Как он? У него все хорошо?

ТАРКВИН. Никому там нехорошо. Он тоскует по тебе.

ЛУКРЕЦИЯ. Он тебе это сказал? Он говорил с тобой обо мне?

ТАРКВИН. С наступлением темноты он редко говорил о чем-то еще.

ЛУКРЕЦИЯ. Правда? Это странно.

ТАРКВИН. Почему странно?

ЛУКРЕЦИЯ. Потому здесь он практически ничего не говорил.

ТАРКВИН. Там все иначе. Другое место. Альтернативная реальность, в которой люди едят собак.

ЛУКРЕЦИЯ. Я практически не получаю от него вестей. Это так трудно, ждать. Ничего не слышать. Томиться в тюрьме собственного воображения. Почему он говорил обо мне с тобой в темноте каждую ночь, но никогда не писал и не звонил мне? Почему он никогда не звонил?

ТАРКВИН. В сложных обстоятельствах личное общение запрещено.

ЛУКРЕЦИЯ. Каких обстоятельствах?

ТАРКВИН. Сложных.

ЛУКРЕЦИЯ. Почему личное общение запрещено?

ТАРКВИН. Обеспечение секретности.

ЛУКРЕЦИЯ. Какой секретности? И что вы вообще делаете?

ТАРКВИН. Что я делаю?

ЛУКРЕЦИЯ. Что вы с Коллом делаете в той альтернативной реальности, где люди едят собак?

ТАРКВИН. Ты не знаешь, что он делает?

ЛУКРЕЦИЯ. Он не говорит со мной. Похоже, только с тобой. В темноте.

ТАРКВИН. Я делаю то же, что и он. Только чуть более успешно.

ЛУКРЕЦИЯ. Не сильно ты меня просветил.

ТАРКВИН. Мы – частная компания. Когда государству нужно что-то сделать, они вызывают нас, и мы для них это делаем.

ЛУКРЕЦИЯ. Делаете что?

ТАРКВИН. То самое, что позволяет военным делать что-то еще.

ЛУКРЕЦИЯ. То есть вы – наемники.

ТАРКВИН. Любой, кто берет деньги за свою работу, наемник. И это не то, что ты думаешь.

ЛУКРЕЦИЯ. Да откуда тебе знать, что я думаю?

ТАРКВИН. Что бы ты ни думала, мы делаем другое.

ЛУКРЕЦИЯ. Это связано с насилием?

ТАРКВИН. Толика насилия присутствует везде. Ты можешь это признать и постараться использовать его для тех целей, которые считаешь справедливыми. Или можешь не признавать, и тогда тебя уничтожат.

ЛУКРЕЦИЯ. Должен быть третий вариант.

ТАРКВИН. Третьего варианта нет.

ЛУКРЕЦИЯ. А как насчет любви?

ТАРКВИН. Причем тут любовь?

ЛУКРЕЦИЯ. Насилие присутствует в любви?

ТАРКВИН. По части любви я не специалист.

ЛУКРЕЦИЯ. Только по насилию?

ТАРКВИН. Я делаю свою работу.

ЛУКРЕЦИЯ. Вы убиваете людей?

ТАРКВИН. Мы – не солдаты.

ЛУКРЕЦИЯ. То есть вы не убиваете людей.

ТАРКВИН. У нас есть право защищать себя.

ЛУКРЕЦИЯ. И вы часто защищаете себя?

ТАРКВИН. А какой у нас выбор?

ЛУКРЕЦИЯ. Я не знаю, какой у вас выбор. Я не знаю, что вы делаете. Что вы делаете?

ТАРКВИН. Мы обладаем необходимыми навыками и подготовкой для выполнения различных работ, в зависимости того, как складывается ситуация. Как я понимаю, с тобой та же история.

ЛУКРЕЦИЯ. Но я не убиваю людей. Пока не убивала.

ТАРКВИН. Я не говорил, что мы убиваем людей. Мы делаем то, что необходимо.

ЛУКРЕЦИЯ. И вы – мастера своего дела.

ТАРКВИН. Поэтому нам и платят.

ЛУКРЕЦИЯ. Вам это нравится?

ТАРКВИН. Вопрос не в том, нравится нам это или нет.

ЛУКРЕЦИЯ. Тогда в чем?

ТАРКВИН. Мы просто делаем нашу работу. Это очень важно, делать свою работу.

ЛУКРЕЦИЯ. А какая это работа – неважно? Надо просто ее делать?

ТАРКВИН. По большей части это обеспечение безопасности.

ЛУКРЕЦИЯ. Безопасности.

ТАРКВИН. По большей части.

ЛУКРЕЦИЯ. Можно обеспечить безопасность в таком месте, как это?

ТАРКВИН. Полную безопасность нигде не обеспечишь.

ЛУКРЕЦИЯ. И хаос скрывает многие преступления. Иногда это идет на пользу тем, кому хочется верить, что их миссия – сражаться с хаосом, пусть и создавая при этом немножко хаоса, разумеется, с благими намерениями. Особенно, когда есть финансовая заинтересованность. Моральный долг. И стремление к самосохранению.

ТАРКВИН. Для того, чтобы управлять, иногда необходимо быть жестоким. Если руководит добрый человек, все равно чем, жди беды. Ты не согласна?

ЛУКРЕЦИЯ. В каком-то смысле я тебе завидую. Я уверена, благодаря насилию все для тебя слишком реально, но нереальности повседневной жизни в этом месте тебе просто не выдержать. Утром ты смотришь в зеркало и говоришь себе: я совсем не такой. Это не мое лицо, это не я, это кто-то еще, где-то еще, что-то случилось с ним, чего не случалось со мной, потому что я – кто-то совершенно другой. Но с твоей работой нет у тебя времени волноваться об этом, так?

ТАРКВИН. Какого цвета у тебя глаза?

ЛУКРЕЦИЯ. Что?

ТАРКВИН. Твои глаза. Какого они цвета?

(ЛУКРЕЦИЯ и ТАРКВИН смотрят друг на дружку).

КОЛЛ. Я не понимаю, что он здесь делал.

ЛУКРЕЦИЯ. Он сказал, что ты просил его приехать. Ты действительно этого не помнишь? Что с тобой не так? С тобой что-то случилось?

КОЛЛ. Если на то пошло, да. Взрыв. Я какое-то время был без сознания. Теперь все отлично. Но в моем мозгу есть места, куда я попасть не могу. Некоторые воспоминания. Словно проходы туда заблокированы. Их надо расчистить. Но я не понимаю, с чего я заставил его поклясться, что он приедет сюда. Не знаю, какую цель я этим преследовал.

ЛУКЦЕЦИЯ. Он сказал, ты все время говорил обо мне. Всю ночь. ОН сказал, это все, о чем ты мог говорить. Это была ложь? Он говорил мне это, думая, что именно это я хотела услышать?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Shakespeare, "The Rape of Lucrece". Другие названия на русском: «Обесчещенная Лукреция», «Лукреция».

Вернуться

2

Коллатин и Тарквиний, соответственно, у Шекспира.

Вернуться