Екатерина Антонова
Запретная для Альфы

Пролог

Я шла на собственную свадьбу, как на похороны. Утомительно долгая церемония, речи священника, поздравления и напутствия. Ведь девушка должна быть счастлива, выходя замуж? Тогда почему еле сдерживаю слезы? Да потому что у алтаря стою подле чудовища, монстра в обличье человека. Мужчина, купивший меня у собственной семьи за баснословные деньги, за капитал и перспективы. Но ведь всю жизнь готовилась к этому дню. Меня растили, воспитывали, как куклу для удовлетворения мужских потребностей. Рядом со мной даже самый мерзкий и чванливый старикашка казался королем. Фигура, лицо, манеры и осанка. Я – украшение, но не более.

У красивого тела не было лишь одного – души. Которую я обрела на короткий срок, а затем потеряла. Отдала другому монстру – настоящему, страшному, но… каждое касание моего жениха отдавалось неприятными спазмами в желудке, а сердце кричало: «Это не должен быть он!». Один бокал шампанского, затем следующий. Легче не становилось, лишь нервная дрожь на мгновение успокаивалась, чтобы сотрясти тело спустя короткий миг. Смотрела в толпу, в надежде найти Его, своего Лео. Неужели больше не увижу яркую и открытую улыбку?

Всюду сновали журналисты и щелкали камерами фотографы. Лорды и леди со всей Англии собрались на свадьбу дочери знаменитого сэра Уайтбёрда. Со всех сторон сыпались комплименты наряду, сшитому ведущим миланским дизайнером специально для этого дня. Но я бы предпочла белому классическому платью облачение вдовы. Судорожно сновала среди гостей в попытках найти что-то крепче шампанского. День стремительно бежал к закату, который никогда еще не казался мне столь зловещим.

Ближе к завершению всеми силами старалась оттянуть момент первой брачной ночи. И дело не в том, что отец обещал сэру Грегори девственницу, а я… все внутренности скручивало в нервных спазмах, стоило подумать о том, как он будет касаться меня, трогать и входить внутрь. Не хочу его, хочу только Лео! Тело отказывалось, кричало и умоляло не подпускать к себе мужа. Я жажду только моего волка. Чувствовать его шершавую щетину на своей щеке, гладить растрепанные волосы, изучать губы. Поддаваться, покоряться и умирать в любимых руках. Но мне не сбежать. Охрана отца отловит, где бы не спряталась.

Особняк, который сэр Грегори купил по случаю женитьбы, наполнял свет пламени электрических свечей. Вся прислуга будто испарилась, оставляя молодых супругов наедине. Холодный мертвый дом. Такой же, как у моих родителей. Открыв массивную дверь, мой новоиспеченный муж развернулся и быстро набрал код на панели сигнализации. По пустым комнатам раздался зловещий писк. Я же чувствовала, как тело стремительно деревенеет.

Он держал меня за руку и с каждой ступенькой, которую мы преодолевали, все сильнее сжимал локоть сквозь кружево свадебного платья. Крупные сильные пальцы оставляли следы, но я терпела, стиснув зубы. Когда дверь спальни распахнулась, муж практически швырнул меня к кровати. Еле удержалась на ногах, хватаясь за крепкий балдахин. Вокруг горели свечи, но их свет казался ледяным, безжизненным, словно в могильнике. Муж подошел и схватил меня за шею, сильно сжимая кожу, не позволяя сделать вдох.

– Я ведь все знаю, потаскуха. Что ты трахалась со своими рабом, с этим грязным чудищем. Нравилось? Говори!

Грегори сильнее сжал пальцы. Я молчала, лишь с ненавистью глядела на своего мучителя. Пусть лучше убьет. Откуда-то из брюк мужчина вытащил складной нож, силой развернул меня, прижимая грудью к кровати и рванул шнурки корсета. Боль сдавила горло, грудную клетку будто опустили в кипящий котел. Я стиснула зубы. Он не услышит мои мольбы, похороню себя внутри этого кукольного тела, но не сдамся.

– Он имел тебя в человеческой или волчьей форме, а шлюха?

Грегори сорвал с меня платье, окидывая липким, мерзким взглядом. Ощущала животную похоть, висящую в воздухе, обволакивающую кожу. Оставив меня лишь в белом белье, да кружевных чулках, приник губами к бедрам. Один за другим последовали болезненные сильные укусы. Моя белая кожа горела, отдавая болью в самое сердце. Я дернулась и зарядила пяткой прямо в его довольную рожу, затем перекатилась и вжалась в изголовье кровати. Не дамся ему, никогда!

– Я тебя презираю, – процедила сквозь зубы.

Он снова схватил меня за горло, приподнимая и укладывая на кровать. Странным безумным взглядом муж окинул мое лицо, убрал выбившуюся из тяжелой прически прядь платиновых волос.

– Ты – моя кукла. Да, по условиям контракта должна остаться живой. Но я превращу твою жизнь в ад.

В тот миг мне стало по-настоящему жутко. Грегори – не человек. Монстр, насильник. Он же… рванув кружевные трусики, попытался проникнуть в меня, но я вырвалась и упала с кровати. По щекам предательски потекли слезы. Все нутро выворачивало от попыток гадкого вторжения. Забыться… привыкнуть… стереть саму себя. Но смогу ли? Мужчина подошел и навис надо мной страшной горой. Ну вот и всё, Нисса. Силой подняв меня на ноги, вжал в стену, затем занес руку и…

Из мыслей вырвал звук бьющегося стекла. Порыв холодного ветра разом наполнил легкие воздухом. Грегори опустил руку и развернулся. В его глазах мелькнула ненависть, быстро сменившаяся испугом. Я же закрыла глаза, душа будто парила где-то сверху, пока супруг пытался надругаться надо мной.

– Как некрасиво так поступать со своей молодой женой, сэр Грегори, – я услышала знакомый низкий голос.

Лео. Нет, он не должен увидеть меня такой! Стыд накрывал с головой, не было сил даже взглянуть на любимого мужчину. Я рухнула на пол, сжав ноги, подтянула колени к подбородку, закрывая глаза и отдавая себя во власть накатывающей боли. Не заслуживаю даже глядеть на своего волка.

– Поганый монстр, – прорычал Грегори, доставая любимый раскладной нож, – эта сучка – моя!

Лезвие холодного оружия отражало лунный свет. Но Лео смотрел на моего мучителя без тени страха. Волк начал медленно подходить, то и дело бросая в мою сторону настороженные взгляды. Он не сможет простить.

– Аккуратнее, порежетесь, сэр, – насмешливо пропел Лео, мгновенно оказываясь за спиной Грегори и выбивая нож из потных рук лорда.

Ему даже не нужно было обращаться в зверя, чтобы справиться с моим мужем. Сердце забилось, когда, подняв заплаканные глаза, увидела свой подарок на шее оборотня. Серебряный ошейник. Тот самый. Боль еще сильнее сжала сердце, выкручивая, выжимая остатки того, что испытывала к этому получеловеку. Чувства наизнанку, словно одним взглядом Альфа вскрыл мою грудную клетку, наблюдая за колотящимся оголенным сердцем. Лео развернул мужа лицом ко мне, держа ладони около его шеи.

– Одно слово, миледи, и он умрет.

Глава 1

Пронзительный волчий вой накрыл территорию огромного особняка, в котором коротала вечер моя семья. В кои то веки мы отдыхали дома, а не скучали на бесконечных глупых приемах и прочих светских мероприятиях. Я – одна из них, наследница крупного состояния. Богатая, красивая и лучшая во всём – от верховой езды до игры на пианино. Мой отец, лорд Уайтбёрд, взглядом приник к одному из окон, не выпуская из рук планшет.

– Снова волков отлавливают, – буркнул, затем протер аккуратные очки в металлической оправе, – третий рейд за неделю.

Моя мать – светловолосая изящная дама с пронзительными глазами, одетая в красивое элегантное голубое платье, оторвалась от вязания, затем устало вздохнула.

– Сэр Винтер уже давно ищет альфу этой стаи. Тот словно неуловим. Не понимаю правда, откуда столь пристальное внимание к грязному животному.

– Альфы высоко ценятся на наших невольничьих рынках. Умные, выносливые. Отличные телохранители. Но их тяжело приручить. А тот, о ком ты говоришь, дорогая, очень ценный экземпляр. Уйдет с молотка по двойной, а то и тройной цене. Томас не упустит такую выгоду.

Моя мать лишь высокомерно хмыкнула. За ангельской внешностью скрывалась настоящая светская львица. Профессиональная интриганка и манипуляторша. Именно поэтому отец за все годы брака так и не завел себе любовницу. Весь высший свет удивлялся тому, как крепко она схватила его за яйца. Я же устало вздохнула, забрасывая ноги на небольшой изящный чайный столик.

– Леди Анисса, не ведите себя развязно! – гаркнула моя гувернантка, которая в это время скрупулезно вытирал пыль с массивных книжных волок.

– Агнес, не нужно, – мягко произнес отец, – пусть расслабится. Все-таки завтра уже восемнадцать стукнет. Дорогая, ты помнишь о моем сюрпризе?

Я кивнула, вспоминая, что каждую леди на совершеннолетие ожидает особый подарок. Но честно говоря, мою скуку это не развеяло. Вся жизнь – один сплошной праздник, который однажды просто приелся.

– Привыкнув вести себя так дома, она будет делать подобные вещи всюду, – не отрываясь от вязания, ледяным тоном констатировала мама, – это отвратительно скажется на ее репутации, как леди Уайтбёрд.

– Ладно, ладно, – я снова села ровно.

Осанка, благородство, стать. Я помнила все уроки многочисленных преподавательниц из элитной женской школы. От страха сломать свою куколку, отец нанял учителей на дом, не отпуская меня в пансионат, в который так хотела. Анисса Уайтбёрд – пленница в собственном доме. У меня были подруги, но лишь одобренные службой безопасности отца, из моего же круга. Ну а мужчины… семья берегла свое сокровище, чтобы подложить под толстосума, которого для меня выберут. Девственность – самый ценный дар, который я могла предложить.

– Пожалуй, пойду спать, – сказала нарочито вежливо, чтобы позлить мать.

– Сладких снов, дорогая, – ледяной тон инеем окрасил ласковые слова.

Поцеловала родителей и отправилась наверх. Мой отец – ближайший советник королевской семьи, так что статус не позволяет нам якшаться даже с низшими чинами. Все хотели приблизиться к нашей семье, но мы могли себе позволить выбирать и друзей, и врагов. Фамильный особняк напоминал музей. Всюду мрамор, картины и напускной шик. Пустой, величественный, мертвый. Я выросла здесь и была уверена, что умру в подобном доме. Упав на кровать, почти провалилась в сон, но вибрация мобильного вырвала из цепких лап Морфея. Люси, моя единственная верная подруга. Единственный человек, с которым чувствовала себя живой.

– Привет! – была очень рада ее слышать, – где на этот раз отрываешься?

– Ницца, – звонко посмеялась девушка, – как ты?

– Хорошо.

– Завтра же твое совершеннолетие. Лорд и леди Уайтбёрд уже огласили потенциальный список женихов?

– Заткнись, – я перевернулась на спину, – если бы мой телефон не прослушивался, я бы рассказала, чего на самом деле хочу. Ну а так… да, завтра день рождения. Только вот ничего не чувствую. Точно не сможешь приехать?

– Прости, родная, – вздохнула она, – отец настаивает на моем присутствии здесь. Когда вернусь, мы с тобой обязательно оторвемся.

Слова Люси согревали меня даже тогда, когда на душе бушевала метель.

– Мне кажется, – встав с кровати, взглянула вдаль на темный густой лес, – что внутри у меня все давно мертво. Либо заковано в лед.

– Сэр Грегори будет на твоём празднике? – уточнила Люси, внезапно оживившись.

– Наверное, – протянула я.

– Вот он и растопит лёд в твоем сердце в первую брачную ночь.

– Смешно, – буркнула я.

– Да все уже знают, что тебя ему обещали, а ты всё не веришь. Везучая.

Я лишь хмыкнула. Грегори Мосс – влиятельный банкир, который смог сколотить приличное состояние на биржевой торговле уже к своим тридцати годам. Стоит ли говорить, что девицы из высшего света готовы были прыгнуть на его член по первой просьбе? Он был всегда вежлив и обходителен, имел связи в высших кругах и даже вхож в королевскую семью. Единственный недостаток – отсутствие родословной.

– Он босяк, – хмыкнула я в ответ на гогот лучшей подруги, – отец не отдаст меня ему. Невыгодно.

– Зря. Он недавно приобрел один крупный австрийский банк. Так что теперь здоровается за руку с членами королевской семьи. Поищи в интернете. Ты там в своей золотой клетке совсем мхом заросла?

– Наверное, – протянула я и почувствовала, как начинаю засыпать.

Завтра и правда большой день. Совершеннолетие и мой первый аукцион оборотней.

***

Распахнутые настежь окна впускали утренний летний зной. Я проснулась раньше, чем гувернантка ворвалась в спальню и начала скидывать меня с матраса. Фактически я уже стала совершеннолетней, ведь родилась в три часа утра.

– Нервничаете? – уточнила немолодая сухая женщина в черной строгой одежде, расчесывая мои волосы.

– Немного.

– Все-таки восемнадцать лет раз в жизни бывает, миледи, – улыбалась она.

Я по-своему любила Агнес, хоть она порой и выводила из себя. Просто остальные были еще хуже. Надев воздушное коктейльное платье цвета полевых васильков, позволила гувернантке заколоть мои волосы, оставив их распущенными. Натуральный платиновый цвет был предметом зависти всех моих названных подружек, а также вызывал вожделение и бесконтрольное слюноотделение у доброй половины лордов. Спустившись вниз, удивилась роскошному праздничному убранству особняка, который все равно не стал выглядеть более живым.

– Дорогая! – моя мать, наряженная в белое плотное платье под горло, протянула руку в тонких белых перчатках, – ты великолепна. Сэр Грегори будет в восторге.

Под ложечкой неприятно засосало. Неужели Люси оказалась права? От мысли, что меня выдадут замуж за безродного банкира, бросило в дрожь. Почему-то я его боялась. Снаружи ожидал кортеж из двух «Ролл`с Ройсов» и машины полиции в качестве сопровождения. Мы с матерью и отцом залезли на заднее сидение первого автомобиля.

– Сейчас поедем на аукцион, там сможешь выбрать себе подарок, – отец просто сиял, – покажем нашу красавицу высшему свету. Платье просто восхитительно, Анисса.

Пока мы ехали, я смотрела на цветочные поля, окружавшие мою золотую клетку. Так хотелось вдохнуть аромат свободы, выпустить на волю свои чувства. Побегать босиком по свежей траве, почувствовать холод утренней росы на коже. Дышать полной грудью. Делать, что хочется не опасаясь бесконечных папиных секьюрити. Аукцион оборотней меня совершенно не интересовал, более того, вызывал ужас. Полулюди, полуволки, закованные в цепи, словно звери. Пока не понимала, как к этому относиться.

– Анисса, осанка, – шепнула моя мать, когда наша машина въехала в черту города.

Современный Бриджтаун был обычным мегаполисом. Улицы, забитые под завязку модными бутиками, кафе и ресторанами. Немые высотки, давящие своей грузностью. Единственной радостью были лишь кинотеатры да картинные галереи, в которых можно было спрятаться от назойливых папарацци. Я втянула живот, надела на лицо дежурную улыбку и приготовилась к вспышкам фотокамер. Мы остановились напротив большого здания с простой металлической вывеской: «Аукционный дом». Ноги в изящных босоножках опустились на мягкий красный ковер. Вежливый швейцар подал мне руку, помогая вылезти из машины.

Сначала мы с минуту позировали, затем направились внутрь страшного дома, являвшегося местом развлечения для одних, но пыточной для других. В фойе было светло, журналистов внутрь не пускали, и я наконец-то смогла выдохнуть. Но откуда-то сзади вырос высокий силуэт и подхватил меня за руку.

– Доброе утро, леди Анисса, – улыбающийся мужчина с жесткими чертами лица протянул мне бокал шампанского, – или Вам пока нельзя?

– Сэр Грегори, – выдохнула, еле удерживая себя на тонких шпильках, – вы меня напугали.

– Ни в коем случае не хотел, – он сухо поцеловал мои пальцы, затем предложил взять его под руку.

Мои родители все это время лишь улыбались, не обращая внимания на панику, мечущуюся в глазах собственной дочери. Словно робот, взяла лорда под руку и пошлепала рядом. Улыбаться, держать осанку – мои главные задачи. Кукла, идеальная от пяток и до кончиков волос.

– Интригует посещение столь экстравагантного места, как аукцион оборотней? – вежливо поинтересовался лорд Грегори.

– О, да! – постаралась придать голосу заинтересованности, – весьма любопытно.

– Неправда, – улыбнулся он, – я же вижу, что Вам это неинтересно. Но отец настоял на особом лоте, который, если захотите, попробует для Вас выиграть. Слышали о самце, которого в течение десяти лет не могли выловить охотники? А его стая эти годы разоряла близлежащие фермерские хозяйства.

– Какой ужас… – поверить не могла, что такое вообще возможно.

– Да, миледи. И сегодня ночью, как раз перед Вашим совершеннолетием этот альфа попался. Он силен, находчив. Но крайне агрессивен. Если хотите, мы с Вашим отцом сможем за него побороться.

– И зачем мне агрессивное животное? – высокомерно вздернула носик.

Мы прошли из светлого просторного фойе по длинному узкому коридору к лифту. Вокруг толпились лорды и леди. Часть из них была мне знакома, части я кивала лишь потому, что не хотелось казаться последней стервой. Сам зал для аукционов представлял собой старый переоборудованный театр. Множество обитых бархатом кресел и деревянный помост. Весь пол пронизывали блестящие серебряные вставки.

Лорд Грегори провел меня на второй ряд, усадил рядом с отцом и матерью. На первом ряду прямо перед нами замелькала крашенная голова леди Кин – закадычной подруги моей матери. Их взаимная неприязнь была самой стабильной вещью в Англии после правления короны. Она развернулась и ослепительно улыбнулась. Сорокалетняя швабра, стремящаяся выглядеть на восемнадцать. Силиконовая грудь, бесконечные подтяжки. Гадость. Лорд Грегори шепнул мне, едва сдерживая смех: «А вот и первая желающая заполучить знаменитого альфу».

– Зачем он ей? – я не отрывала взгляда от помоста, на который начали выводить оборотней.

– А зачем женщине нужен сильный и агрессивный самец? – шепнул мой спутник, – для вполне конкретных целей.

– Но у нее же есть муж! – повысила голос, затем густо покраснела.

– Вы его видели, миледи? – хохотнул лорд Грегори, специально касаясь мочки моего уха губами.

Я машинально отодвинулась. Не скажу, что прикосновения были омерзительны, просто не ожидала такого поворота. Первый лот – молодая белокурая девушка. Крошечная, миниатюрная. Ее вывели в самый центр, на худых ножках висели серебряные кандалы. Она испуганно озиралась, прикрывая небольшую грудь руками. На ней, словно тряпка, висела большеразмерная мужская майка. Мужчины, находящиеся в зале, сразу загалдели. Ставки были небольшими.

– Почему за девушку так мало дают? – шепнула своему спутнику.

– Она не девственница. Такие не в цене. К тому же, судя по слухам, уже связана узами истинных.

Меня повело. Девственность. Ценность даже у рабынь. Почему-то в тот момент ощущала себя не в лучшем состоянии, чем девушка на помосте. Ее выкупил один из коллег отца. Генерал королевской охраны Айс. Блондинку увели, затем я потеряла интерес к происходящему. Мы с лордом Грегори потихоньку перешептывались. Ему тоже явно было не по душе находиться на этом мероприятии. Один за другим, оборотни находили новых хозяев. И вот, последний лот.

Увидев его, мое сердце словно остановилось. Стройный, жилистый мужчина лет тридцати на вид. Средне-русые волосы отливали золотом в свете ярких ламп. Красивое лицо и яростный взгляд. Несмотря на то, что был в кандалах, этот получеловек стоял ровно, не дрожал от страха, как и остальные до него. Меня толкнул отец.

– Вот он. Красавец. Поразительный экземпляр. Хочешь его, дорогая?

Отец говорил так, словно мы выбирали вазу в мою спальню. Но губы прошептали: «Хочу».

Леди Кин сразу предложила самую высокую цену. Восемьсот тысяч фунтов за альфу. Отец был готов дать миллион. Ее ставка – миллион двести. Сердце учащенно билось. Остальные кандидаты выбыли из борьбы после двух миллионов. Я почувствовала, что не хочу отдать этого мужчину кому-то. Хочу себе! Сердце колотилось, как сумасшедшее. Оборотень же скучающим взглядом смотрел на битву двух богатых людей. Сражение на их поле. И тут его синие глаза наткнулись на меня. Почувствовала, как он сканирует мое тело. Под платьем сразу стало так жарко, что чуть не лишилась чувств. Уголки губ наглеца слегка приподнялись.

Дама снова вскинула пластиковую табличку.

– Даю три миллиона за этого паршивца!

Затем победоносно взглянула на моего отца. В его глазах отпечаталось замешательство. Неужели… аукционатор начал обратный отсчет.

– Три миллиона раз.

Тишина.

– Три миллиона два.

И вновь в зале стояла тишина. Я сжала руки в кулак, вонзаясь ногтями в мягкую кожу. Неужели проиграем? Почему-то была уверена, что он должен стать моим.

– Три миллиона три…

Глава 2

Противный моросящий дождь мешал унюхать охотников, слизывая их мерзкий запах с опавшей листвы. Мы годами скрывались, избегали ловушек, постоянных капканов и отравленной падали. Но сейчас они как с цепи сорвались. Измученные голодом волки не могут отделить ядовитую пищу от свежей, приходится перепроверять каждый кусок мяса. Люди изменились, мир изменился. Теперь любой лес – это чья-то собственность. Какое-то время оборотням было проще прятаться среди людей. Мы жили, работали как все. Пока не появился этот анализ на ген Ви. Ген волка.

После выявления гена каждый человек был проверен. И оборотни потеряли право жить на этой земле. Обернувшись в зверя, стал принюхиваться. Дождь уже не так волновал, лишь шерсть неприятно слипалась. Почти каждая охота оборачивалась погоней. Машины, собаки, множество людей в военной форме. Люди называли это «контроль численности». Истребляя нас, стерилизуя наших самок, продавая их в рабство своим богатеям. Я сжал зубы, пока на деснах не выступила кровь.

Люди. Самый страшный враг природы. Я двигался, словно тень, пытался учуять живую, не отравленную добычу. Альфа в ответе за свою стаю, что бы ни случилось. Есть! Легкое движение заячьих лапок отдалось в правом ухе. Повел головой, увидев, как наглый зверь щиплет пожухлую траву. В этом лесу каждое дерево было помечено, каждый куст отдавал чертовым запахом людей. Рванул за добычей, пытаясь сконцентрироваться на его траектории. Шустрый, но предсказуемый. Быстро догнал беднягу, впиваясь зубами в нежную плоть. Чистый. Значит, можно отнести стае. Уши уловили новое движение. На этот раз существо было в разы больше. Свет фонарей, пьяные разговоры. Охотники.

Кровь забурлила в предвкушении мести. Скольких умертвил за эти годы, уже не помню. Ярость ослепляла, делала безумцем. Но не мог сопротивляться зову крови. Схватив добычу, я направился к логову. Стая скрывалась в заброшенном домике лесника, в самой чаще, куда даже бывалые охотники боялись заходить. Стряхнув влагу с шерсти, обратился в человека. Еще раз понюхал кролика. Точно чистый. Отдам его сестре. Рядом в погребе мы хранили запасы одежды на случай, если потеряем вещи после обращения. Шарахаться голыми у волков не принято. Когда вошел внутрь, вся стая была в сборе. Сестра бросилась мне на шею, обнимая за плечи тоненькими ручками. Маленькая Лори. Она всегда со мной. Отдал ей кролика.

– Что по остальным? – уточнил в своего беты Себастьяна.

– Они активно занялись вакцинацией животных, – пожал плечами громила-друг, – найти чистого зайца почти невозможно. Про оленей и кабанов молчу. Сегодня встретил дохлого медведя. Им тоже тяжело.

– Этот вроде съедобный. Охотники бродят по периметру, пусть Мэй и Джон будут осторожнее.

У стаи разум – один на всех. Что говорю я – слышат остальные. Мои приказы не обсуждаются, со мной не пререкаются. Альфа, одним словом. Наш с Лори отец погиб от истощения, отдавая скуднеющие запасы дичи мне и сестре. После его смерти кровь стаи выбрала меня вожаком.

– Давайте тогда похлебку сделаем, – сестра высунулась из полуразрушенной комнаты, когда-то бывшей кухней, – всем понемногу хватит.

– Мы так все передохнем, – Себастьян ударил по столу, раскалывая его на две части.

– Не психуй, – произнес я, – на нашей родине еще хуже. Здесь хотя бы зайцы остались.

Когда суп был готов, стая принялась за трапезу. Почти все мясо отдали Лори и Мэй – единственным самкам, которые могли еще выносить волчат. Мужчины довольствовались бульоном и небольшими косточками. Лори и Себастьян – истинная пара. Он выбрал ее, когда сестра только родилась. И сейчас они постоянно вместе. Я же остался без избранной волчицы. Оно и к лучшему. Отвечать за стаю в мире, где из каждого куста может выпрыгнуть охотник, тяжело. Если бы с нами была моя истинная, ответственность бы удвоилась. Так что пусть в моей жизни никогда не будет женщины.

Внезапно в животе появилось странное ощущение, поднимающееся по телу выше, к самому затылку. Глаза стали закрываться. Навязчивый сон, переходящий в паралич охватил каждую мышцу и через секунду я просто не смог двигаться.

– Твою мать, суки, – вырвалось, когда увидел, как сестра упала на пол.

Все-таки заяц был отравлен. Чем-то, чего мы не знаем. В попытках подняться, почти рвал собственное тело на части. Не мог обернуться, все органы буквально жгло напалмом. Серебро. Вывалившись из укрытия, увидел, что мы окружены. Навстречу шел злейший враг, которого я десять лет водил за нос. Генерал Айс. Волчье укрытие освещалось яркими фарами нескольких военных машин. Значит, нас вычислили по этому чертовому зайцу.

– Здравствуй, волчонок, – прямой удар прикладом не вырубил, но заставил рухнуть прямо к ногам этого ублюдка, – попался. Привет от Томаса Винтера.

Винтер. Поганый изобретатель анализа на ген Ви. Я выплюнул скопившуюся кровь и перевернулся на спину. Как ни странно, боль придала сил. Руки стали стремительно покрываться шерстью. Боковым зрением увидел, как мою сестру вытаскивают из домика.

– Не смей, – чертов дождь поглощал шепот, – Лори.

Но она была без сознания. Айс подошел вплотную и поставил идеально вычищенный ботинок на мою грудь.

– Тебя и сестру велено доставить на аукцион. Пара важных людей в тебе заинтересована. Веди себя хорошо и будешь как сыр в масле кататься.

– Иди нахер, – выплюнул эти слова в наглую сальную генеральскую рожу.

Мощный удар по ребрам заставил сжать зубы. На окровавленных губах проявилась улыбка.

– Слабовато для вояки, – мне нужна была ярость, которая клокотала внутри, но не находила выхода из-за текущего по венам ядовитого серебра, – генерал.

Следующий удар. Видел, как глаза человека наливаются кровью. Как следует меня избив, Айс присел рядом на корточки.

– Отродье, – плюнул на землю рядом с моим лицом, – тащите его в фургон.

Мерзкий запах слюны ударил в нос. Алкоголь и наркота. Ну конечно, чего еще ждать от бывалого армейца, который только и умеет, что чистить обувь о чужие лица. Вне войны такие люди быстро сгорают. Теперь силы стали окончательно покидать меня. Сказывалось недоедание и постоянное напряжение. Не могу отдать им сестру. Две пары крепких рук подхватили мое слабеющее тело и потащили в одну из машин.

***

Я очнулся от внезапно ошпарившей кожу ледяной воды.

– Пора мыться, волчик, – толстый мужик с сигаретой в зубах открыл посеребрённую клетку.

В его волосатых огромных руках была губка и ведро с чистой водой. Второе ведро, из которого окатил меня только что, предусмотрительно оставил за порогом. Я дернулся, но мощные цепи не позволили даже пошевелится. Ну конечно, навряд ли они оставят меня с хотя бы одной свободной конечностью. Странно, на первый взгляд кандалы выполнены из прочного стального сплава. Но серебра не чувствую.

– Помой меня, пупсик, – я улыбнулся, за что тут же получил по зубам.

Сплюнув кровь, продолжал улыбаться. Где Лори? Внезапно, словно страшный ответ на бродившие в голове мысли, из соседней клетки раздался вопль, затем рычание.

– Оставьте мою сестру, твари, – прошептал, пока толстяк в белом халате обмывал мое окровавленное лицо.

– Лорды и леди хотят видеть каждый лот чистым. Не рыпайся, отродье. Я бы всех вас давно уже на тот свет отправил. У твоей сестрички есть шанс понравиться уважаемым господам и вытащить счастливый билет. Станет элитной шлюхой.

Я оскалился и зарычал. Этот рык сотряс весь этаж. Увидел, как у толстяка волосы на руках встали дыбом, а дыхание стало прерывистым и частым. Усилилось потоотделение, а ладони затряслись. Зверь внутри почувствовал страх.

– Хватит кусаться, мразь! – со стороны клетки сестры послышался вопль, затем звук шлепка.

Я снова издал утробный рык. Быстро дотерев запёкшуюся кровь с моего тела, надзиратель выскочил вместе с ведром и захлопнул клетку. Я услышал плач. Лори. Прости меня, сестренка. Беспомощность вызывала прилив ярости. Дернул железки, сковавшие запястья и взвыл, поскольку в кожу сразу же впились серебряные шипы. Ублюдки. Я выживу, освобожусь и достану каждого, кто имеет отношение к истреблению моей стаи. Клянусь!

– Лори, – позвал сестру, но почувствовал лишь стену скорби.

Ее истинный был мертв, как и остальные члены нашей маленькой семьи. Связь, благословлённая самой природой, разорвалась крайне жестоким образом. Она лишь рыдала, заставляя сердце рваться на части. Боль родной души находила отражение внутри меня. Зверь метался в попытках найти выход, а глаза заволокла алая дымка. Я выберусь отсюда, вытащу сестру и отомщу.

Так мы просидели довольно долго. Я, пытаясь обуздать внутреннего монстра, а Лори – воя от тоски. Каждый ее всхлип оставлял рубец на душе. Если внутри меня когда-то и была доброта, то сейчас осталась лишь чистая ярость. Ничем не приправленная, не испорченная. Словно горячая лава, текущая по венам, но ближе к сердцу охлаждающаяся, затвердевающая и закрывающая его плотным щитом.

– Мы все вытерпим, сестренка, – прошептал, когда ее клетка открылась и послышался звон кандалов на жестком полу, – обещаю.

Я был последним. Меня подхватили трое, будто боялись, что смогу разорвать их в клочья в таком состоянии. Но я не мог. Однако все равно не упустил шанс напугать жалких людишек. От каждого рыка они тряслись, как осиновые листы и тыкали шокерами. Стоит ли говорить, что толку от электричества не было. Я расправил плечи и вскинул голову. Они не увидят альфу сломленным, никогда! Выйдя на помост, игнорируя свет прожекторов, стал внимательно осматривать присутствующих.

В нос ворвался запах человеческого возбуждения вперемешку с какофонией тысяч ароматов. Пота, духов, алкоголя. Я увидел довольную рожу Айса. Он откинулся в кресле, попивая что-то из бокала с толстым дном. Человеческие женщины так сильно возбудились, что стал ощущать их вожделение. Все ярче и ярче. Еле держался, чтобы не сморщиться от отвращения. Сканировал взглядом толпу, пока не увидел ее. Самочку, отличающуюся от остальных потрепанных, пользованных шлюх. Чистые глаза, платиновые длинные волосы и заинтересованный взгляд. Совсем молоденькая, на первый взгляд не больше восемнадцати лет.

Взглядом облизнул милое личико, опустился к шее. Она почувствовала то, как касаюсь ее, и начала сжимать круглые бедра. Знаю, милая, что ты смутилась. Все звериное нутро обратилось ней. Внезапно почувствовал аромат. Сладкий, приправленный легким запахом полевых цветов. Особенный. Теперь я смотрел на нее внимательнее. Коснувшись груди, опустился к талии, плотно облегаемой дорогой тканью платья. Задрать бы эту юбку, да ворваться в горячую дырочку. Разорвать бы это дорогущее платье, да выкинуть голую на развлечение стае волков. Такие, как эта богатенькая сучка, заслуживают подобной участи. Не проработавшие ни дня, ни в чем не нуждающиеся, они вершат чужие судьбы. Решают, кому жить, а кому кормить червей.

Рядом, очевидно, семья милашки. Отец, точно какой-то богатей, пытающийся перебить ставку сидящей чуть ниже похотливой шлюхи. А слева… странный экземпляр, от которого веяло опасностью. Совершенно обычный человек, но что-то в нём было не так. Он то и дело пытался обслюнявить ушко молоденькой самочки, но она явно старалась скрыть отвращение. Муж? Едва удержался, чтобы не рассмеяться.

– Три миллиона! – от дамы в красном веяло похотью, она уже была готова разорвать мои штаны и запрыгнуть сверху.

Но боюсь, у меня бы не встал на такую потасканную особу. А вот та, в синем платье, другое дело. Еще раз взглянул на нее. Напряженный взгляд, сжатые на коленках пальчики. Явно хочет меня получить. Отчего то зверь внутри начал рваться к ней. Чушь! Стряхивая наваждение, продолжил наблюдать за этим сражением на поле огромных денег. Каждая секунда тянулась, словно липкая вязкая жижа. Мучительно долго. Раз, два, три… этот клоун в цилиндре уже занес свой молоток, как послышался спокойный, но уверенный в себе голос, пронесшийся по старому зданию: «Четыре миллиона, господа».

Глава 3

Когда аукционер занес молоточек над головой, я мысленно попрощалась со своим подарком. Нет, конечно без раба бы не осталась, но за один короткий взгляд на этого мужчину поняла, что хочу только его. Не знаю, что с ним делать и как себя вести, но хочу. Пульсация в голове отдавалась тяжелым эхом. В тот момент не существовало ничего, кроме меня и его наглого, раздевающего взгляда. Внезапно справа раздался уверенный голос лорда Грегори: «Четыре миллиона, господа». Я с удивлением взглянула на своего спутника. Он выглядел расслабленным.

Отсчет казался бесконечным. Но такую сумму леди Кин перебить та и не смогла. Заветное «продано» подняло в душе бурю эмоций. Оборотень продолжал стоять и глядеть прямо мне в глаза. Раз за разом ощупывал взглядом, улыбаясь уголками губ. Лорд Грегори аккуратно взял меня под руку и потащил к выходу из аукционного зала. Я же не могла оторвать взгляда от завораживающих синих глаз и небрежных взъерошенных волос. Хочу получить его как можно скорее!

– Как Вам подарок на помолвку? – спросил лорд Мосс, когда мы садились в машину.

От его вопроса внутренние органы разом сделали кульбит в животе, мгновенно переместившись в пятки. Мне стало не хватать воздуха. Но мысли предательски возвращались к получеловеку, которого купили для меня. Лишь смутно осознавала перспективу выйти замуж за лорда Грегори. Не могла до конца поверить. Но пусть лучше он, чем какой-нибудь рыхлый чванливый старикашка. Или молодой гулящий наследник большого состояния, прыгающий из наркотического угара прямиком в алкогольный. Нет, спасибо.

– Я шучу, – улыбнулся мужчина, – эта покупка согласована с Вашей семьей. А насчет моего предложения…

– Большое спасибо, – я быстро перевела тему, протягивая руку для поцелуя.

Лорд припал к моим пальцам, вызывая дрожь по всему телу. Было в этом касании губ что-то интимное, личное. Внезапно захотелось оттолкнуть этого человека. Я аккуратно отстранилась и уставилась в окно. Мы ехали вдвоем, родители заняли вторую машину. Так вот, зачем она была нужна. Отец все просчитал заранее.

– На самом деле, я хотел преподнести другой подарок, – усмехнулся лорд Грегори, – но увидел, как вас заинтересовало это отребье. Что будете с ним делать? Редкий экземпляр, можете показывать гостям на светских приемах.

– Пока не знаю, – залпом осушила бокал с шампанским, – решу позже. Сейчас голова кругом.

Больше он меня не беспокоил. Ощущение, что теперь в моем распоряжении целый волк, к тому же альфа, будоражило воображение. Интересно, зачем отец решил приобрести мне раба? От взгляда пленника до сих пор по телу бегали мурашки. Никогда не была близка с мужчиной, в моем присутствии обычно все опускали взгляд, боясь гнева отца. Но этот альфа… наглый, беспардонный. Ведь он даже не знал, на кого смотрит! Как смел столь явно демонстрировать плотский интерес? Мне срочно нужно знать, когда мою собственность доставят в особняк.

– А когда его привезут? – спросила, натягивая на лицо ослепительную улыбку.

– А когда Вы хотите? Его нужно привести в порядок. Этот альфа – дикий и строптивый. Обычно господам доставляют уже воспитанных оборотней. На это может уйти немного вре…

– Сегодня же, – я сверкнула глазами, – доставьте моего оборотня сегодня же!

– Но миледи… его нужно научить манерам, обуздать. Он ведь может навредить Вам. Не забывайте, что волки – опасные звери, – голос лорда впервые звучал потерянно.

– У меня сегодня день рождения, – я насупилась и скрестила руки на груди, – а мой подарок привезут только через неделю?

– Хорошо, – Грегори быстро капитулировал, – сегодня, так сегодня. Я распоряжусь.

– Спасибо!

Доехав до особняка, мы проследовали в большой зал. Там уже накрыли фуршет, играла приятная живая музыка и вовсю веселились гости. Большую их часть я, конечно же не знала. Люди все подходили и подходили, поздравляли и поздравляли. Мой праздник посетила даже королевская семья, правда ненадолго. Королева и ее сын – наследный принц Роберт. Когда мы были детьми, с ним частенько сталкивались на королевских приемах и вместе сбегали, чтобы напакостить слугам и его многочисленным гувернанткам. Наверное, можно даже сказать, что мы дружили.

Принц с искренней улыбкой вручил плоскую коробочку, украшенную королевским гербом. Открыв ее, я ахнула. Ключи от автомобиля. Захотелось броситься на шею старому другу, но правила приличия требовали, чтобы я лишь сдержанно поблагодарила столь высокого гостя. Конечно же, они с матерью быстро уехали, сославшись на важные государственные дела. Ближе к вечеру родители увлеклись проводами важных гостей. Терпеть не могла подобные церемонии, от искусственной улыбки к концу праздника болело все лицо. Ни один, даже королевский, подарок не мог затмить дар сэра Грегори. Загадочный оборотень. Интересно, как он выглядит в обличье волка?

Когда праздник почти закончился, лорд Мосс пригласил меня на террасу полюбоваться звездами. Его взгляд говорил о крайней заинтересованности. В какой-то момент даже пожалела, что надела столь обтягивающий наряд, поскольку спутник не спускал глаз с моих бедер. От этого становилось не по себе. Он же взрослый мужчина, а я – лишь восемнадцатилетняя девушка, которая ни разу даже не целовалась.

– Вечера в этих краях холодные, – сказал лорд Грегори, снимая пиджак и накрывая мои голые плечи.

– Зачем мы здесь? – старалась сдержать тревогу, охватывающую от интимной близости с этим мужчиной.

– Говоря о помолвке сегодня утром, я шутил лишь частично, – он достал небольшую черную коробочку, обитую бархатом, – но вы мне очень нравитесь, леди Анисса. И я хочу, чтобы вы стали моей женой.

– Мой отец… – не знала, куда спрятать взгляд.

Стыд накатывал снова и снова, вынуждая пятиться и укутываться в большой мужской пиджак. Будто бы он мог меня спасти от принятия столь сложного решения.

– Он дал согласие. Я бы не посмел ослушаться его воли. Но я влюблен, окончательно и бесповоротно. Понимаю, что это может выглядеть поспешно. Но уверен, мы с Вами сможем узнать друг друга лучше, прежде чем станем супругами.

Могу ли я отказаться? Ведь совершенно не готова становиться чьей-либо женой. Но после того, что произошло днем… наверное, обязана согласиться. Аккуратно приняла подарок из рук мужчины. Открыв ее, я ахнула. Изящное, красивое золотое кольцо, украшенное моим любимым камнем – сапфиром. Его губы растеклись в довольной улыбке.

– Позволите?

Я беспомощно протянула левую руку, и лорд ловко надел кольцо на безымянный палец, затем снова приник к ней губами.

– Лорд Грегори, – старалась, чтобы мой голос звучал беззаботно, – могу я попросить отсрочку? Мне всего восемнадцать, и… я пока не готова к столь серьезному шагу.

– Конечно, миледи. Для меня достаточно того, что теперь Вы – моя невеста.

***

Проводив оставшихся гостей, я, мои родители и лорд Грегори расположились в гостиной. Мужчины распивали любимый отцовский виски, а мы с матерью довольствовались свежевыжатым соком. После праздника голова шла кругом. Предложение лорда Мосса полностью выбило меня из равновесия. Не хочу выходить замуж. Он конечно богат, хорош собой и галантен, но меня не покидало чувство, что внутри этого мужчины кроется непроглядная бездна.

– Ну что, дорогая, как тебе праздник? – довольно спросил отец, делая глоток, – даже наследный принц нашел время посетить нас. Это дорогого стоит. Твой «Мерседес» привезут в начале той недели. Не думала получить права?

Я лишь хмыкнула, перебирая пальцами подол платья, но под суровым взглядом матери вспомнила про осанку и дежурную улыбку. Верно. Расслабляться нельзя даже среди своих. Подняв голову, столкнулась со взглядом моего жениха. Однако он выглядел расслабленным, впрочем, как и всегда.

– Меня не очень тянет учиться вождению, – я ослепительно улыбнулась, – возможно со временем передумаю.

– Сейчас все леди водят сами, – нахмурился отец, – новый тренд, как говорит молодежь. Водят все: от мала до велика. Подумай.

– Думаю, аромат новой машины заставит миледи передумать, – усмехнулся лорд Грегори, – а если нет, всегда можно нанять водителя. По себе знаю, порой совершенно не хочется за руль.

– Кстати, Анисса, – мама внимательно смотрела на меня, – лорд Мосс сделал тебе предложение?

– Да, – я продемонстрировала кольцо, сияющее в свете яркой хрустальной люстры, – и я согласилась.

Не хотелось продолжать этот разговор. Знала все вопросы, которые может задать мать, поэтому поспешила сразу озвучить свой ответ.

– И ты счастлива? – удар ниже пояса.

Три пары глаз уставились на меня. Спасибо, мама. Разве может быть девушка моего возраста счастлива от скорой перспективы замужества? Хотя, судя по моим так называемым подружкам, если в голове ветер, то вполне себе может.

– Думаю, для вашей дочери это было слишком неожиданно, – лорд Грегори будто прочитал панику в моих глазах, – мне достаточно лишь ее согласия.

Я с благодарностью взглянула на него. Спокойный, взрослый, уверенный. Может быть, выйти за него – не такая отвратительная идея? Мама вздохнула, вновь обдав меня порцией презрения. Уже привыкла к такому отношению. Когда с детства воспитываешься, как козырь, который берегут на самый неподходящий для тебя момент, подсознательно постоянно находишься в напряжении, в ожидании, когда же тебя наконец разыграют.

Внезапно мобильный сэра Грегори разразился неприятным пищащим звуком.

– Да? – его голос, который еще секунду назад был беззаботным и веселым, мгновенно преобразился в низкий, с нотками закаленной стали, – хорошо. Сейчас выйду.

Положив трубку, мужчина засобирался, затем обратился к родителям, при этом не спуская с меня взгляда.

– Лорд, миледи, привезли подарок леди Аниссы, – сообщил сэр Мосс, – миледи, желаете взглянуть?

Сердце затрепетало, но я лишь сдержанно улыбнулась. Хотелось сорваться с места и, словно маленькая беззаботная девочка, рвануть вниз, стуча каблуками по ледяному мрамору. Но не могу себе этого позволить. Этикет, правила… это всё – моя жизнь. Я шла за своими родителями, папа галантно держал мать под руку. Лорд Грегори предложил мне своё общество.

– Спасибо Вам, – шепнула мужчине едва слышно, – моя мать порой бывает невыносима. И эти ее смущающие вопросы…

– Я понимаю, что до любви еще далеко, леди Анисса. И я все сделаю, чтобы Вы как можно скорее испытали это чувство, – с улыбкой ответил лорд Мосс.

На улице было прохладно, но любопытство, жгущее меня изнутри не позволило замерзнуть. Чем ближе мы подходили к небольшому бронированному фургону, тем сильнее я дрожала в предвкушении. Оборотень занял прочное место в моих мыслях и на протяжении всего праздника постоянно обращалась к его образу.

На территории нашего особняка было довольно темно. Оборотня привезли к заднему выезду, который всегда служил для выполнения особых распоряжений моего отца. К нему вела широкая дорога, усыпанная галькой. Это всегда казалось мне крайне неудобным и сейчас каблуки туфель предательски проваливались между камушками. Военный фургон стоял прямо у выезда, рядом с высокими черными воротами, отделяющими наши владения от близлежащего леса.

– Лорды, леди, постарайтесь не подходить близко, – сказал вышедший из кабины подтянутый мужчина средних лет, облаченный в военную форму, – он ослаблен серебром, но все еще активен и силен.

Лорд Грегори коснулся моего плеча, взглядом указывая назад. Но ноги будто вросли в покрытую белой галькой дорожку. Моя мать презрительно фыркнула и сделала три шага назад. Отец закрыл ее своим телом.

– Я хочу его видеть, – жестко произнесла, когда лорд Мосс попытался проделать тот же трюк со мной, – не нужно меня защищать.

Но чтобы сгладить резкость поведения, положила обе руки на грудь своего жениха. Напряжение мигом рассыпалось на тысячи осколков, как вдруг двое военных открыли дверь фургона. Она с неприятным лязгом распахнулась, а оттуда раздался низкий рык. Мои родители отпрыгнули еще на пару шагов назад. Я ощутила неприятный затхлый запах, вырвавшийся изнутри этой жуткой машины. Он все это время этим дышал?

– Пошел! – послышался грубый голос военного, – давай!

Тяжелые шаги эхом отдавались в голове. Не заметила, как начала нервно теребить подол платья. По телу гуляли табуны мурашек. Мной полностью завладело предвкушение встречи с неизведанным. Оборотня буквально выволокли из фургона. Господи, что с ним? Еле удержалась, чтобы не вскрикнуть. Когда-то белую майку пропитала запекшаяся кровь, вся одежда была изорвана. Мощную шею мужчины сковывал толстый ошейник. Его руки и ноги сдерживали массивные кандалы, звеневшие при каждом движении оборотня.

Поднявшись с колен, волк вздернул подбородок и окинул нас всех взглядом, полным презрения. Я же не могла отвести от него глаз. Несмотря на небритость, помятость и многочисленные ссадины, он был красив. Дьявольски прекрасен. На небе сияла свежая луна, облизывая его своим светом, делая образ волка мистичным и завораживающим.

– Надеюсь, пёс будет жить вне нашего особняка? – выплюнула моя мать, сверля взглядом отца.

Но он, казалось, тоже не в состоянии перестать разглядывать диковинное существо.  Пусть волк и был в облике человека, звериное нутро чувствовалось издалека. И почему мне кажется, что здесь мы – жертвы? Стряхнув наваждение, заметила, что оборотень снова рассматривает меня. И от его взгляда…

– Не смей так смотреть на миледи! – конвоир огрел мужчину по спине тяжелой палкой, – отребье. Поднимешь глаза, когда разрешат.

– Отведите его в хибару, которую освободили вчера. Помойте и приведите в порядок. Утром он нужен мне в приличном виде, – мой отец взял себя в руки и вернул себе былую суровость, – Анисса, а тебе пора спать. Завтра решим все вопросы.

Но волк по-прежнему глядел на меня. Не так явно и нагло, но исподлобья, то и дело рыча на тыкающих его палкой военных. Я закрыла глаза и вздохнула. Как же хотелось прикоснуться к нему! Несмотря на видимую скромность, всегда желала познать близость с мужчиной. А его взгляд раздевал, проникал под платье и беспощадно касался.  Клянусь, я чувствовала эти прикосновения. Развернувшись, пулей направилась в дом. Мне вслед раздался сдавленный смешок, перекрытый глухим звуком удара.

Ничего, я его бить не буду. Но манерам научить придется. Какой же ты? Добравшись до спальни, стянула платье и швырнула на пол. Навряд ли надену его еще раз. Выглянула в окно и увидела, что в небольшом домике напротив горит свет. Он будет жит там? Сердце яростно забилось. Я подняла взгляд, обратив его к луне. Казалось, что она глядит на меня в ответ. И шепчет. Нет, не словами. Ледяными лучами, от которых не укрыться. Также, как и от его взгляда. И луна звала меня…

Я зашла в душ, сняла нижнее белье и вошла в просторную душевую кабинку. Закрывая глаза, видела наглый взгляд, направленный на меня, внутрь меня. В самую душу. Сделав воду прохладнее, пыталась хоть немного охладиться, но реакция тела на наглого оборотня была неадекватной. Что-то низменное скреблось и пыталось выбраться за стальную стену благоразумия. Оно царапалось, рычало и хотело освободиться. Требовало бежать вниз, в эту хибару.

Надев сорочку, я вернулась в спальню. Машинально снова выглянула в окно. Свет в домике не горел. Расчесала волосы и легла в постель. Однако сон не шел. В голове крутились мириады мыслей, перебивая друг друга, появляясь и исчезая. Меня тянуло туда, к оборотню. Сев в постели, прислушалась к ощущениям. Что-то не так. На автомате впрыгнув в джинсы, надела майку прямо на голое тело и выскользнула из спальни.

Глава 4

И все-таки жизнь – циничная штука. Меня выиграла та маленькая цыпочка в голубом платье. С которой я не спускал глаз, пока толстосумы мерялись богатствами. Этот хлыщ рядом с ней, не задумываясь, выпустил павлиний хвост, чтобы покрасоваться жирным счетом в банке. Четыре миллиона за раба… на такую сумму можно накормить сотни волчьих стай. Невольно зарычал. До чего же мелочные и недалекие существа. После того, как занавес этого цирка страданий опустился, меня потащили обратно в клетку.

Забавно было видеть страх на их глупых лицах. Ко мне приставили двух военных, отличающихся от трусливых и мерзких созданий, работающих в аукционном доме. Эти были наряжены в чистую выглаженную форму, не произносили ни слова за все наше короткое путешествие до клетки, лишь бросали в меня ничего не выражающие взгляды. Пустые, словно бойцовские псы. Ждущие, когда можно впиться в чье-то горло.

– Ну что, волчек, – довольно произнес толстяк, накануне занимавшийся моим мытьем, – ты вытащил счастливый билет. Хотел бы и я жить рядом с такой, как леди Уайтберд. Заглянул бы под ее короткую юбочку и стал ее рабом, если понимаешь, о чем я.

Он довольно потер редкую бороденку и мечтательно улыбнулся, а внутри меня внезапно вспыхнула ярость. Сам того не замечая, сорвался с цепи и рванул вперед, пытаясь выпустить когти. Однако серебро сделало своё дело. Я могу напугать до чертиков, но не навредить. Кажется, эта свинья обмочила штанишки. Поделом. Но почему я так отреагировал на его слова? Эта цыпочка, леди Уайтберд… ведь знаю эту фамилию. Неужели…

Череда жестоких ударов посыпалась на спину. Я и думать забыл об этих чертовых военных. Они били больно, сильно, безо всякой жалости. Сам не заметил, как весь покрылся неприятными ссадинами. От серебра регенерация сильно замедляется, а эти упыри наносили раны куда активнее, чем мое тело могло восстановиться.

– Так ему! – верещала толстая свинья, от которой теперь воняло мочой, – нечего бросаться на людей. Животное. И как я теперь домой пойду?

Они окатили меня ледяной водой, затем нацепили рваную одежду и потащили к выходу. Лори я больше не видел и не чувствовал. Из-за потери она закрылась и больше не впускала меня в своё сознание. Нет больше стаи. Какой же я теперь альфа? Жалкое подобие и раб богатой сучки. А ведь из-за ее отца волки этой местности голодают, вымирают целыми семьями. Ублюдок. Но ничего. Маленькая леди сама не понимает, на что обрекает себя и своих близких. Мои губы расплылись в кровавой улыбке.

– Чего лыбишься? – новый удар по ребрам лишь разогревал мою злость.

Оставалось лишь молча терпеть боль. Я знал, что скоро всё закончится. Милашка не будет меня лупить. По крайней мере просто так. Мысли раз за разом возвращались к ее телу. Облаченное в легкую ткань, оно будто светилось изнутри. А тонкий аромат, исходивший от этой девочки, заполнял меня, заставляя вдыхать снова и снова, игнорируя все вокруг. Впервые ощущаю такое, даже не коснувшись женщины. А когда эта толстая свинья похабно улыбалась, думая о ней, у меня сорвало крышу. Черт!

Близился вечер, всех купленных рабов размещали по специальным бронированным фургонам. Мой оказался самым большим. Внутри воняло чем-то отвратительным: смесью свежей крови и сгнившего трупа. Где-то за городом, совсем далеко, садилось солнце и кровавый закат освещал безликие, облаченные в сталь молчаливые машины. Люди властвуют над нами, но боятся до чертиков, а потому все вокруг напичкано серебром. Гвозди, заклепки, даже арматура и несущие конструкции. Лишь бы оборотни не обрушили на них свою ярость.

Двое охранников сели рядом, один был за рулем. Я видел его лысую голову и тонкую кожу шеи. Мне бы сейчас перекусить. Желудок громко заурчал. Волк внутри был подозрительно спокоен, хотя еще пару часов назад бесновался, так и норовя вырваться наружу. Но серебро сдерживает его получше любой клетки. Я коснулся пальцами тяжелого ошейника.

– Эй, – удар по пальцам заставил сморщиться, – не рыпайся, животное.

Я откинулся на тонкой скамейке. Хоть в ней не было этого чертового металла, и на том спасибо. Когда тебе в задницу впивается серебро, приятного мало. Все мысли собрались в кучу и снова ринулись навстречу сладким воспоминаниям об аромате, ласкающем мой нюх. Необходимо выяснить, что в этой девчонке не так. Она странно на меня влияет.

Дорога, по которой меня везли, была на редкость хорошего качества. Ни одной кочки или ямы. Машина шла ровно и в один момент меня начало укачивать. Однако резкий тычок в бок заставил снова взять себя в руки. Слегка повернул голову. Второй сопровождающий злобно смотрел на меня.

– Почти приехали, – произнес водитель, и машина под нами загромыхала.

Видимо, съехали на галечную дорогу. В фургоне не было окон, так что я не знал, какой сейчас час и где мы находимся. Однако даже сквозь мертвую сталь чувствовал зов леса. И еще кое-что. Она близко. Внутри снова просыпалась эта больная тяга. И жестокость зверя. Я оскалился, глядя на того, кто сидел напротив. Солдат заехал мне дубинкой по челюсти. Но этого мало, чтобы угомонить оборотня. Что же, у меня было немного времени подумать о том, как жить дальше. Как ни крути, с цыпой придется подружиться. Втереться в доверие, быть послушным какое-то время. Как бы ни хотелось размозжить беленькую головку по асфальту, придется терпеть и исполнять ее приказы. Но потом отыграюсь, а перед этим как следует трахну.

Дверь открылась и в душную машину проник аромат ночного леса. Неужели их дом совсем рядом с моим? Не сдержал улыбки, за что снова получил по ребрам. И еще раз. И еще.

– А это за что? – оскалился на одного вояку, но тот даже не шевельнулся.

Ясно, это псы Винтера. Знакомы с поведением оборотней, наверняка отловили уже не один десяток. Этих не напугать. Сломленные, озлобленные, совсем как те, на кого охотятся. Выпрямится в этой убогой консервной банке не получалось, пришлось пригнуться и ковылять к выходу.

– На лордов и леди не пялиться. Говорить лишь тогда, когда спросят, – отчеканил второй, – это понятно?

Кивнул. Последовал новый шквал ударов.

– Понятно?! – взревел охранник.

Я же сплюнул кровь в уголь фургона. Так вот откуда здесь этот смрад – каждый заключенный получал свою порцию «счастья» от конвоиров. Дураки. Если бы на мне не было всего этого серебра, ваши внутренности давно бы разукрасили серую сталь. Улыбнулся собственным кровожадным мыслям, но ответил на вопрос. Еще немного, совсем чуточку. Я чувствовал, что она близко. О да! Ее аромат ворвался в открытые двери. Когда меня вытащили на улицу, вскинул лицо и увидел свою милашку.

Все то же голубенькое платьице, подчеркивающее женственные изгибы. Но взгляд… наивный, полный любопытства. Девочки, а не женщины. Она не боялась меня, отнюдь. А вот от ее родителей исходил сладкий вкус страха. Тонкая, словно тростинка, женщина в белом платье и перчатках жалась за спиной того, кого я ненавидел всей душой. Друг и соратник Томаса Винтера, безжалостный истребитель оборотней Джеймс Уайтберд. От неприятного и резкого запаха парфюма закружилась голова. Но все мышцы были напряжены, зверь ожидал удара откуда угодно.

В глазах Джеймса я увидел животный ужас, быстро сменившийся спокойствием. Он мгновенно заковал свои истинные эмоции в корку льда и безжалостно разбил. Мое же внимание постоянно возвращалось к цыпочке. Рядом с ней стоял хлыщ, как его называли аукционеры, Грегори Мосс? Никогда о нем не слышал. По всей видимости он – один из так называемых «новых» аристократов, которые получили это звание, единожды звякнув толстым кошельком. И эту милую девочку отдадут ему в жены? Кольцо на тонком пальчике не укрылось от моего взгляда.

Хоть и был сильно ослаблен серебром, все инстинкты все еще при мне. От этого лорда не исходило никакого запаха. Он не боялся, не презирал. В темных глазах мелькало лишь любопытство. Жестокий, со множеством тайн на прочных замках. Вокруг него словно выстроена прочная бетонная стена, прикрытая белым полотном хладнокровия. И она. Я едва заметно вдохнул этот легкий, ни с чем не сравнимый аромат. И резко ощутил самое настоящее возбуждение. Что за чертовщина?

– Не смей так смотреть на миледи! – взревел один из моих тюремщиков.

Но я не мог отвести взгляд. Смотрел на нее, словно одержимый. Платиновые волосы отражали лунный свет и делали ее похожей на ангела. Она моя! Внутри снова поднималась ярость. С трудом сдерживая себя, улыбнулся уголками губ. Но отец тут же отправил милашку в кровать. Хотелось бы мне оказаться в ее теплой постельке. Стряхнув с себя ванильный бред, под пристальным надзором военных направился в хижину, которую для меня выделили. Вояки отрапортовали о том, что сдали животное хозяйке и теперь моими смотрителями стали два бугая, очевидно телохранители семьи Уайтберд.

Еле передвигая ноги в тяжелых кандалах, даже не мог нормально оглядеться. Усталость брала своё. Мое тело слишком слабо, а день оказался слишком насыщенным. Веки предательски падали. Исчерпал свой лимит из-за чертового серебра. Сейчас бы в лес, на свободу. Поохотиться на кабанов или зайцев. Вспоминая свою безмятежную жизнь в лесах Норвегии, я невольно сжал зубы. Как мы докатились до такой жизни? Томас Винтер – тот, кто виновен во всех волчьих бедах. Ученый, выделивший ген Ви. Сделавший нас рабами низших существ.

– О чем задумался, мохнатый? – резкий толчок в спину, и я чуть не потерял равновесие.

Удержавшись на ногах, развернулся и сверкнул глазами. Бугаи попятились, выставляя вперед свои сальные потные ладошки. В пальцах оба сжимали электрошокеры. Я усмехнулся.

– Кандалы мы снимем, а вот ошейник оставим, – сказал первый, лысый и покрытый татуировками, – приказ лорда.

Его голова напоминала гладкий блестящий шар, интеллекта было столько же. Огромное перекачанное тело обтягивал дорогущий мужской костюм. Еле удержался, чтобы не усмехнуться. И эти жалкие создания охраняют покой милашки? Мда, плохо дело. Один подошел и под моим пристальным взглядом снял оковы с рук и ног. Второй приблизился и всунул шокер мне подмышку. А вот это было неожиданно! Усталость не позволила телу сопротивляться электричеству, и я повалился на пол, теряя создание.

Пришел в себя почти сразу. Эти кретины подвесили меня на гигантский крюк в потолке. Что пыточные инструменты делают в этой хижине? Но сквозь пыльное стекло я мог видеть особняк. Устало вздохнув, лишь сжал челюсти до хруста.

– И что это такое?

– Решили на тебя полюбоваться! – новый удар по ребрам.

В этой стране все такие агрессивные? Однако боль оказалась сильнее, чем я предполагал. Но эти никчемные не увидят ни одной эмоции на моем лице. Окинул их ледяным взглядом и попробовал вырваться. Ошейник сразу запульсировал, сдерживая внутреннего зверя.

– У вас странные наклонности, ребятки, – усмехнулся и меня снова начали избивать.

По хижине распространялся мерзкий аромат дешевого пойла. Господи, охранники самого богатого человека в Англии могли бы быть и поразборчивее. Повеселившись вдоволь, они принялись ржать и перешептываться. Я же прикрыл глаза, чтобы унять саднящую боль. Убить меня они не могли, однако за сегодня мой лимит боли явно был превышен. Почему-то в самую сложную минуту моей жизни думал не о стае или Лори, а о дочери своего врага. Маленькая, наивная девочка. Мне будет приятно играть с тобой, как кошка с мышкой. Вернее, как волк с ягненком.

Но почему-то мысли о ней помогали перебарывать боль. Зверь внутри неистово выл, требуя правосудия. Еще не время. Я поквитаюсь с каждым, кто причастен к убийству стаи. К боли, что испытали я и моя сестра. Взгляд упал на грязное окно. Луна сияла так ярко, звала так сильно. Невольно подался вперед, пытаясь разорвать эти наручники. Но сил не хватало. Сейчас я был даже слабее человека. Это гадкое чувство беззащитности злило в сто крат сильнее, чем то, что эти два кретина все еще строили из себя смелых.

– Я чую ваш страх, идиоты, – с улыбкой произнес и облизал окровавленные губы, – можете не храбриться, девочки. Здесь все свои.

Оба охранника вскочили, опрокинув ветхие деревянные стулья и двинулись на меня. Но с губ сорвался лишь смех. Однако в следующий миг в нос ударил знакомый приятный аромат. Ее аромат. Я повернул голову к двери.

– Что здесь происходит? – милашка стояла в проеме, уперев свои крошечные кулачки в бока.

В ее глазах бушевал огонь, девочка переводила взгляд с одного бугая на другого. А эти двое сразу стушевались. Такие большие, смелые мужики испугались маленькую леди. Конечно, ведь одно ее слово, и они оба пойдут мести улицы Бриджтауна. Или драить общественные сортиры.

– Миледи… – заикаясь, проговорил «шар».

– Что вы делаете? Сейчас же отпустите его! – приказала милашка.

– Давайте, девочки, – поддержал я свою маленькую хозяйку, – не стесняйтесь.

Охранники со скрипящими зубами расстегнули наручники, позволяя моему телу рухнуть на пыльный пол. Грязь тут же заполнила легкие, заставляя кашлять. Унизительно.

– А теперь вон! Утром мой отец узнает об этом, – сказала она.

Что ж, милая, это была ошибка. Теперь мы с тобой наедине, и кто знает… что взбредет в мою шальную голову.

Глава 5

 Я не могла поверить своим глазам! Всегда верные и ревностно оберегающие нашу семью, Грег и Шон – надежные охранники отца, избивали моего волка. Как же так вышло? Он нарушил правила, сделал что-то не то? Но ведь целиком закован в серебро. Выбраться из особняка труда не составило, поскольку знала наизусть все камеры наблюдения на участке и умело их преодолела, не боясь быть пойманной. По моему приказу охранники покорно отпустили оборотня, тот мешком мяса плюхнулся на пол. Сердце сжалось помимо моей воли.

Оба охранника тут же начали оправдываться, и в нос ударил резкий запах алкоголя. Они еще и пьют на службе? Это уже ни в какие ворота.

– Вон! – рыкнула на них с угрозой, – мой отец узнает об этом. Не смейте больше заходить в этот дом. Теперь здесь живет он!

Будут знать, как касаться моей собственности. Однако оставшись с оборотнем наедине, я вдруг сильно занервничала. Он поднял взгляд, затем усмехнулся сам себе и оперся на ладони в попытках встать. Я же стояла как истукан, не зная, что делать в такой ситуации. Лишь судорожно хватала ртом воздух. Оборотень поднялся и, шатаясь, направился ко мне. Что он собирается… но вместо того, чтобы напасть, мужчина устало сел на деревянный стул, который тут же смачно заскрипел под его весом.

– Милая, у тебя бинты и антисептик есть? – он закинул голову, глядя на меня, – хотя сомневаюсь.

Эти глаза опять гипнотизируют. Да что же такое? Это он – мой раб, а не наоборот. Возьми себя в руки, Нисса!

– Какая я тебе милая? – вложила в эти слова всю решимость, – я – леди Анисса Уайтберд. Впредь называй меня миледи и не смей поясничать. Может, не зря мои охранники тебя так разукрасили?

– Тебе не идет грубость, милая, – последнее слово он выделил особенно ярко, – ну так что, есть медикаменты?

Честно говоря, я привыкла, что всем заправляет наша экономка Марджери Стивенс – женщина средних лет, занимающаяся делами особняка, сколько я себя помню. Но упасть в грязь лицом перед этим наглецом не хотелось, я же не какая-нибудь никчемная белоручка. Что уж, на найду в собственном особняке лекарства и бинты?

– Я принесу тебе все, что нужно. Но лишь потому, что ребята перестарались. Впредь не рассчитывай на мою доброту.

Он усмехнулся.

– Поспеши милая, а то я истеку кровью и помру прям здесь, – оборотень хохотнул, – а я же тебе живым нужен. За четыре-то миллиона.

– Дурацкая шутка, – огрызнулась и уже было направилась на выход, как вдруг он заговорил серьезно.

– Впрочем, ты можешь просто снять с меня этот ошейник, – сказал оборотень, – тогда я за десять минут регенерирую.

– Вот еще! Не дождешься! – я зло хлопнула дверью и вышла на прохладный ночной воздух.

Почему на него такая странная реакция? Он ведь отвратителен! Развязный, наглый грубиян. Я шагала по свежему хрустящему газону, зло размахивая руками. Почему он называет меня “милая”? У меня от этого мурашки бегают. Брр! Обняла себя руками. Тело пробивал легкий озноб. Аккуратно обойдя дождеватели для полива газона, прошла к задней двери особняка, ведущей в крыло для слуг. Уверена, у них есть нужные лекарства и бинты. Перед дверью слегка замялась. И что они подумают обо мне? Что их леди бродит по территории особняка одна, да еще и в таком виде. Но раз обещала достать все нужное, чтобы этот наглец смог себя починить, я это сделаю. Набрав в легкие воздуха, выпрямив спину и вспомнив о том, что «легкая улыбка всегда к месту», открыла дверь.

Внутри было темно, пахло необычной свежестью. Вопреки неприятным слухам, слуги в нашей семье жили хорошо. Отец предоставлял им качественно отапливаемое крыло особняка, а каждый работник жил в большой комнате со всеми удобствами. Ванная конечно, одна на всех, но еще большая баня по воскресеньям. Размышляя над тем, как щедр отец, я невольно стала вертеть головой в поисках какого-нибудь шкафа с лекарствами или чего-то подобного. Мда, уже и забыла, где здесь что. Но моим надеждам не суждено было сбыться. В этом коридоре стояли лишь комод и шкаф со старой посудой, закрытые за крепкие замки.

Что ж, придется разбудить кого-нибудь из дворецких или экономку. Я глянула вперед. Узкий коридор заканчивался массивной деревянной дверью, из-под которой пробивался слабый свет. Мне вдруг стало стыдно за то, что врываюсь к людям посреди ночи. Но это особняк моей семьи, так что имею право! Распахнула дверь, и моему взору предстало помещение для отдыха. По центру длинной стены пылал камин, а Марджери увлеченно что-то вязала, сидя в мягком кресле. Ее молодая дочь, Грета, расположилась поодаль, сняв форму служанки и облачившись в сорочку. Языки пламени плясали, отражаясь серыми тенями на стене.

Больше никого из работников здесь не было. Остальные в это время уже видели свои сны. А что снится слугам? Я никогда об этом не задумывалась. Марджери с дочерью явно готовились ко сну.

– Миледи? – экономка бросила вязание и вскочила на ноги, – что-то случилось?

– Нет, все в порядке, – я слегка улыбнулась, – Марджери, у вас есть бинты и антисептик? Сэр оборотень ранен.

Я старалась сдерживать сарказм, но плохо получалось. Грета подскочила и, сверкая полуголыми грудями под тонкой сорочкой, подбежала к нам. Эта девушка была популярна среди дворецких, садовников и прочего персонала мужского пола благодаря выдающимся формам. Она особо и не стеснялась, будь ее воля, работала бы голая. Хорошо, что одежда служанок была полностью закрыта, чтобы не вызывать порочных мыслей. Однако Грета все равно умудрялась постоянно встревать в неприятности, связанные с мужчинами. То с каким-нибудь лордом зажимается, то с нашим охранником. Глядя на ее пышный бюст, я покраснела и отвернулась.

– Прикройся! Хватит грудями трясти перед леди. – Марджери швырнула в дочь шерстяной платок, затем вежливо обратилась ко мне, – все нужное есть в медицинской комнате. Почему он сам не пришел? Вы не должны бегать по первой его просьбе, миледи. Таких нужно учить и воспитывать. Это он должен служить Вам, а не наоборот.

Наша экономка всегда была эталоном и примером для остальных. Идеальные манеры, услужливость и понимание, как эффективно заправлять огромным особняком сделали ее чуть ли не членом нашей семьи.

– Он сильно пострадал, а серебро не позволяет ему… м… вылечиться самостоятельно. Не нужно напоминать, Марджери, кто я, и кто он. Сейчас так сложились обстоятельства. Пожалуйста, дайте мне все необходимое и я пойду.

– А как он выглядит, миледи? – вдруг оживилась Грета.

Ее искренние, пылающие интересом глаза меня разозлили. Но тут же родилась идея.

– Грета, а ты умеешь обрабатывать раны? – я хитро прищурилась, – крови не боишься?

– Миледи, я не думаю… – Марджери тем временем вернулась, держа в руках две пачки бинтов и баночку с антисептиком.

– Я задала вопрос Вашей дочери.

Почему сегодня мне все перечат? Экономка замолчала, я же терпеливо ждала ответа от девушки. Вздернув подбородок, не позволяла себе ни на секунду забыть, что именно я здесь хозяйка. Как говорит моя мать, нельзя ни на секунду давать слабину. Иначе сядут на шею.

– Я могу, миледи, – залепетала Грета.

– Отлично, пошли за мной. И возьми всё, что нужно, – я развернулась и направилась к выходу.

– Я могу одеться? – она потупила взгляд.

– Нет. пойдешь так. Там не холодно.

Что же, мистер оборотень. Теперь ты – мой слуга. Думал, что будешь постоянно смущать меня? Посмотрим, как ты устоишь перед нашей любвеобильной Гретой. Мне не было жаль ее, я терпеть не могла развратных девиц, пользующихся своей внешностью. Ну и что, что у тебя огромная грудь? Фи! Увлекшись собственными мыслями, не заметила, как налетела на что-то твердое и чуть не упала. Служанка поддержала меня за локоть, не давая позорно рухнуть в траву.

Однако это не было моей единственной проблемой. Потому как ногой случайно задела какую-то кнопку, включившую все дождеватели разом. Грета успела отпрыгнуть, я же оказалась прямо под струей воды. Мои волосы и одежда – все мгновенно вымокло. Кожа тут же покрылась мурашками.

– Миледи! – хитрая Грета направилась в обход, – я, пожалуй, там обойду. Подождите меня!

Ну а мне терять нечего, пойду напрямик. Добравшись до хижины, ощутила странное волнение в груди. Да что же это такое? Но это чувство никуда не уходило. Пыталась прогнать его, стоя в мокрой одежде перед хижиной оборотня. Уговаривала себя, приказывала, умоляла и просила. Все тщетно. Грета подбежала спустя пару минут. Я открыла дверь, впуская служанку и заходя следом.

– Не прошло и часа, милая, – послышался знакомый низкой голос.

– Хватит паясничать, оборотень. Не забудь, что ты здесь в статусе моего раба, – я уперлась кулаками в бок.

Однако в его глазах отпечаталось что-то доселе невиданное, затем он скользнул по моему лицу вниз, к мокрой майке и замер. С минуту волк с хитрым прищуром рассматривал мою одежду, пока до меня не дошло. Я же без белья, да еще и в мокрой майке! Мои соски предательски топорщились то ли от холода, то ли от… прикрыв грудь руками, увидела тень сожаления на красивом лице. Мужчина ничего не сказал, лишь продолжал задумчиво смотреть на меня.

Тем временем Грета скромно разместила на ветхом деревянном столе медикаменты.

– Привет, – сказала девушка мужчине, – ты новенький? Я Грета. Можешь обращаться ко мне по всем вопросам.

Однако он ее проигнорировал. Я же чувствовала себя не в своей тарелке. Устроила тут конкурс мокрых маек, какой позор!

Стояла глубокая ночь, луна улыбалась в грязное окно хижины, а служанка тщательно обрабатывала раны на теле моего оборотня. Я не знала пока, как вести себя с ним. Девушка что-то щебетала то ли от собственной недалекости, то ли от желания разбавить гнетущую тишину. Руками я все еще прикрывала грудь. Да как посмел этот раб пялиться на мои соски? Но мысли о том, как он смотрел, заставляли грудь напрягаться еще сильнее, выпуская легкие волны удовольствия по телу.

Мужчина принюхался, не спуская с меня взгляда, затем гадко ухмыльнулся. Я уже не знала, куда бежать. Почему-то не хотелось оставлять этих двоих наедине. Пышный бюст Греты то и дело касался его тела, но наглец глядел лишь на меня. Она что, его не заводит? Лицо заливал румянец, но я не позволяла себе выглядеть смущенной. Пусть думает, что мне просто жарко. Да какая вообще разница, что мой раб подумает? Невольно начала осматривать его тело. Мощная шея, широкие плечи и рельефная мускулатура. В этом мужчине не было ничего лишнего, как, например, в перекачанных отцовских бугаях-охранниках.

Как у настоящего зверя, все его тело было словно создано для охоты. Я так сильно увлеклась рассматриванием мужской красоты, что упустила момент, как служанка завершила обработку ран. И уже две пары глаз смотрели на меня.

– Я закончила, миледи, – девушка робко потупилась, то и дело бросая взгляды в сторону двери, словно ей было неуютно.

Мужчина выглядел уже куда лучше. Очевидно, волчья сущность позволяла пережить то, от чего обычный человек уже бы умер. Ни разу этот мужчина не взглянул на фигуристую Грету рядом, ни разу даже не улыбнулся ей, лишь сверлил меня задумчивым взглядом. А я почему-то была счастлива. Ненавидела себя за эти странные эмоции. Мы ведь даже имен друг друга не знаем. Вернее, мое он знает, а вот я… когда дверь за Гретой закрылась, развернулась к своему оборотню.

– Как тебя зовут? – первая нарушила густую тишину.

– Какое это имеет значение? – спросил он.

– Не отвечай вопросом на вопрос! – вспыхнула я, не в силах терпеть такую наглость, – это неуважение!

– А за что я должен уважать богатую белоручку, которая даже не знает, как обработать раны человека и как оказать ему первую помощь?

– Ты не человек! – выпалила, теряя остатки самообладания.

– Будь я человеком, давно бы умер, – вздохнул оборотень, – но ты права лишь отчасти. Я наполовину человек. Так что мимо, милая.

Оборотень молниеносно подскочил и своим телом вжал меня в грязную стену. Какая скорость! И это он еще ранен. Невольно поморщилась, затем отпихнула его. К моему удивлению, мужчина не стал настаивать, отходя на пару шагов назад.

– Уважение нужно заслужить, миледи, – он сделал сильный акцент на последнем слове, – а теперь я бы хотел немного поспать, прежде чем приступать к обязанностям твоего придворного шута.

Почему-то от его слов стало горько. Он ненавидит меня? Ну конечно. Ведь я лишь взбалмошная богачка, узурпировавшая его свободу. Но почему мне так обидно? Он всего лишь раб, моя собственность. И не смеет так себя вести!

– Раз ты не говоришь свое имя, буду считать тебя безымянным оборотнем.

На его лице неистово заиграли желваки. Я видела, как напрягается каждая мышца на мощном теле. Низ моего живота начало странно тянуть. Что за реакция на грубияна? Но я выпрямила спину и взглянула в его глаза, сияющие, словно две яркие луны.

– А мне не нужен безымянный раб, – произнесла, вложив в эти слова всю уверенность, – так что я сама дам тебе имя. Лео. Отныне тебя зовут Лео.

Оборотень промолчал, лишь хмуро глядел на меня. Я развернулась и с достоинством вышла наружу. Однако за дверью на меня накатила сильная усталость, словно небо разом обрушилось на плечи. Волнение, которое ощущала, не было похоже ни на что ранее мною испытанное. Эта приятная тяжесть внизу живота, томление в груди и желание… так стоп! Развернулась и направилась в дом. Проскользнув в комнату, завалилась в постель прямо в мокрой одежде. Сама не заметила, как заснула. Меня разбудил возмущенный вскрик Агнес.

– Леди Анисса!

Глаза предательски отказывались открываться, а все тело так ломило, будто я накануне таскала тяжелые мешки. Но вспомнив ночной инцидент, подскочила на постели и тут же покрылась румянцем. Уставилась на гувернантку. Коснувшись руками волос, обнаружила растрепанное птичье гнездо. Даже не расчесалась перед сном. Агнес то и дело хваталась за сердце.

– Вы чем занимались ночью? – она в ужасе глядела на меня и хлопала глазами, – почему так ужасно выглядите?

– Решила подышать свежим воздухом, – я поднялась и скинула грязные вещи, – не спалось. Это нужно постирать.

Гувернантка схватила их в охапку и унесла, продолжая причитать. Я же вошла в ванную, слегка шлепнув ладонями по щекам. Честно говоря, и не думала о том, как буду реагировать на этого Альфу. Точнее, на Лео. Если подумать, он взрослый мужчина, который явно против того, чтобы служить молодой аристократке. Да, мне придется туго. Закажу-ка себе пособие по дрессировке собак. С какой вообще стати я должна заслуживать его уважение? Это его задача – сделать так, чтобы я была довольна. Забравшись в ванну, коснулась живота. Что за чувство накатило вчера?

Неужели я возбудилась? От того, как он смотрел на мою грудь в мокрой майке, становилось не по себе. Я коснулась вставших сосков пальцами, слегка надавила. Снова это приятное чувство! Ах! Руки невольно начали массировать грудь. До чего же приятно. А в голову полезли странные и необычные мысли. Так, минуточку! Оторвавшись от набухших сосков, я быстро взяла себя в руки. По телу разливалась неприятная горечь, словно разочарование в том, что у сладкого возбуждения не было продолжения. Хватит об этом думать. Я обещана сэру Грегори и стану его женой. А значит, именно ему выпала честь быть моим первым.

Помывшись, я вышла, надев аккуратное розовое платье по колено, с открытыми плечами. Волосы собрала в простой хвост, нанесла на лицо легкий дневной макияж. К моменту, когда пришло время завтрака, была уже во всеоружии. Отец, как всегда, листал свой планшет, а мама недовольно сверлила взглядом стену. Всё как обычно. Я села напротив, сдержанно поздоровавшись. Решила пока не докладывать на охранников. Ведь с волком все хорошо, а Шон и Грег какое-то время побудут моим должниками.

– Как спалось, дорогая? – отец отложил девайс, – отлично выглядишь. Такая румяная. Не забыла, что сегодня приезжают Салли и Мелани?

О да, мои закадычные «подруги» из высшего света, одобренные отцом, матерью и нашей службой безопасности. Принялась за завтрак, как вдруг в столовую вошел Шон. Он бросил на меня тревожный взгляд, но я даже не взглянула в его сторону.

– Он готов? – спросил отец.

Мама за все это время не произнесла ни слова. Но при упоминании оборотня, поднялась и демонстративно вышла, громко хлопнув дверью. И почему она так бесится?

– Доброе утро лорд, миледи, – знакомый низкий голос вырвал меня из сторонних мыслей.

Я бросила взгляд на вошедшего Лео и потеряла дар речи.

Глава 6

Твою мать! Как только дверь за богачкой закрылась, я сжал руки в кулаки и со всей силы ударил по стене. Она мне еще и кличку придумала, как псу какому-то? Лео? В голове сразу появился образ жирного и тупого персидского кота. Ярость захлестывала, словно гигантская волна, не позволяя мыслить трезво. Уважать ее? За что? Эта девка за всю свою жизнь никому не помогла, никого не сделала счастливым. Разве что только родителей-садистов. Сука! Следующий удар сотряс хибару. И как здесь еще все не развалилось?

Слегка разогрел затекшую шею. Ничего, милая, мы с тобой еще выстроим правильную субординацию. А для этого мне необходимо лишь заручиться кое-чьей поддержкой. Я осмотрелся. Хибарка была хилая, но вполне подлежала восстановлению. Сгреб в охапку бутылки, оставшиеся от горе-охранников, затем смахнул толстый слой пыли со стола и кровати. Первым делом вырву этот чертов крюк из потолка. Коснулся ошейника рукой. Если бы мне удалось уговорить ее снять его… я бы мог сбежать, скрыться в лесу. Но внутренний зверь вдруг заскулил. Что за бред?

Вышел на улицу и вдохнул свежесть ночного воздуха. Моя хижина практически прижималась к забору, разделяющему особняк семьи Уайтберд и большой лес под названием Гринстоун. Самый большой в Англии, который когда-то населяли сотни волчьих стай. Я подошел и осмотрел забор. Метра четыре в высоту, из прочного сплава. Касаться не буду, мало ли. Лишний заряд электричества слабому телу вовсе ни к чему.

Где-то вдалеке залаяли собаки. Я быстро оглядел территорию, прилегающую к огромному особняку. Сплошные идеально выстриженные газоны, широкая дорога, ведущая прямо ко входу и несколько линий живой изгороди, примыкающих непосредственно к стенам дома. Перед входом – небольшой круглый островок, усыпанный цветами и фонтан, а вдалеке я увидел зеленый лабиринт. Загнать бы туда мою маленькую леди, да погонять как следует. Невольно облизнулся. Высокомерная, наглая. Ничего, придется научить гордячку манерам.

Внезапно подкосились ноги, а перебинтованные раны снова дали о себе знать. Как же долго я регенерирую с этим чертовым ошейником. Срочно требовался отдых, так что, пообещав себе на следующий день как следует осмотреть участок, направился спать. Кровать представляла собой нечто односпальное, бесформенное, с надломанной ножкой. Да на нее даже садиться страшно. Мда, прям пятизвездочный сервис. Сначала избили до полусмерти, затем поселили на отшибе в доме, который вот-вот развалится. Я слегка надавил рукой на кровать, и она с громким звуком рухнула на пол. Ладно, плевать, завтра разберусь. Сняв грязную майку, подложил ее в качестве подушки, так как мешковина, набитая сеном, которую мне удалось обнаружить поодаль, для сна точно не годилась.

Закрыв глаза, сразу почувствовал себя лучше. Ночь успокаивала. Спальное место располагалось напротив окна и рассеянные лунные лучи помогали мне хоть на миг обрести спокойствие. Внезапно перед глазами возник образ моей наглой хозяйки. Распахнул глаза. Что за черт? Наваждение какое-то. В носу все еще стоял аромат ее возбуждения. Тонкий и едва заметный. Обычный мужик бы и не унюхал. Но я знал, что там, под обтягивающими круглую задницу джинсами было влажно, когда мой взгляд касался ее тела. Интересно, где она на собственном участке умудрилась так вымокнуть? Но, признаться, зрелище было великолепное. Сырая маечка и возбужденные розовые сосочки с маленькими круглыми ореольчиками.

Фантазия разошлась не на шутку. Грудь у моей хозяйки небольшая, но упругая и безумно возбуждающая. Сколько почтенных лордов по ночам дрочат на нее? Внутри поднималось неизвестное мне чувство, а в штанах мгновенно стало тесно. Закрывая глаза, видел возмущение во взгляде и тонкие пальчики, сжимающие мокрую ткань маечки. Зверь внутри бесновался, требуя сейчас же спариться с ней. Я впервые замечал за собой такую больную тягу. Это же не может быть… то самое? Если это так, то я – самый невезучий оборотень на планете. Но на губы лезла лишь довольная улыбка. Как бы ни пытался злиться, воспоминание о юном женском теле не давало покоя. Еще чего не хватало!

Заткнув похотливую зверюгу внутри себя, я все-таки попытался заснуть. И как ни странно, спал без кошмаров. Под утро сквозь тонкую пелену чуткого сна послышался размеренный методичный стук. Подскочив на скрипящем подобии кровати, осмотрел себя. Отлично, регенерация прошла нормально. Ошейник неприятно давил на кожу, но я уже стал привыкать. Сорвав бинты, пошел открывать дверь. На пороге стояла та самая молодая девушка, так любезно обработавшая мои раны, а рядом с ней – почтенная дама в строгом черном платье. В руках девушки было несколько пакетов, и вешалка, очевидно, с мужским костюмом.

Я отошел, впуская женщин в свое грязное и неухоженное жилище.

– Доброе утро, – поздоровалась та, что постарше.

Младшенькая выглядела хорошо. Более-менее выспавшись, смог себе позволить рассмотреть ее. Стройная брюнетка с осиной талией. Она то и дело краснела, однако это выглядело несколько наигранным. Вот кто по-настоящему смущался, так это моя маленькая леди этой ночью. А эта девушка, как ее, Грета – явно опытная и похотливая сучка. Что ж, я могу это использовать.

– Доброе, дамы, – скрестил руки на груди, – прошу прощения, что здесь не убрано. Ночью я был занят другими вещами.

– Ты уже здоров? – сурово спросила старшая.

– Как видите, – я распахнул руки и лицо младшей залилось румянцем.

Да ладно скромничать, ты ночью не особо смущалась, натирая мою кожу своими грудями. Я ухмыльнулся. Старшая же окинула меня придирчивым взглядом. Экономка? Верно. Идеальная от кончиков волос до пальцев на ногах. Высокомерная с подчиненными, но услужливая с лордами и леди.

– Меня зовут Марджери Стивенс, – сказала она сдержанно, – я управляю хозяйством в этом особняке. Пока не знаю, под чьей ответственностью будешь ты, но мне дано указание разобраться с твоим жильем и внешним видом. Грета, отдай ему вещи.

Девушка плюхнула пакеты на мой несчастный стол. Я внимательно смотрел на Марджери Стивенс. Сухая, высокая и совершенно неприятная дамочка. Здесь, в Англии, количество высокомерия превышает все мыслимые пределы. Никак не привыкну к этому дерьму.

– Бери костюм и приходи в комнату для слуг. Тебя нужно вымыть перед тем, как посмеешь появиться перед лордом.

Затем она направилась на выход, Грета посеменила следом, бросая на меня весьма недвусмысленные взгляды.

– И как я найду эту комнату для слуг?

Марджери развернулась и высокомерно произнесла: «По запаху. Заодно проверим, не прогадала ли леди Анисса, выбрав именно тебя.»

Из горла вырвался рык, но женщина не испугалась. Она лишь вздохнула, открыла дверь и вышла. Так, экономка у них непростая. Оборотней не боится, а значит, сталкивалась с нами раньше. Интересно. Веселая меня ждет жизнь, прям чую. Открыв первый пакет, я сморщился от ударившего в нос запаха полиэтилена. Так, для начала нужно хотя бы вытереть пыль. Использовал для этого свою майку. Сделав дело, выложил вещи на стол. Джинсы, толстовки, нижнее белье, носки. В отдельном пакете – кеды, туфли.

Не удосужившись надеть хоть что-то на голое тело, в одних драных джинсах я направился туда, куда было велено. Экономка была права, за ними оставался довольно яркий шлейф из ароматов. Он в подметки не годился изящному и ласкающему нюх запаху маленькой хозяйки. Это как сравнивать выдержанное дорогое вино из лучших виноградников Франции и дешевое пойло из ближайшего супермаркета. С самого утра на территории особняка уже туда-сюда сновали слуги. Я ощущал на себе множество взглядов, но было плевать. У меня появилась цель – воспитать мелкую пакостницу. Если с этим не справились родители, придется мне.

В голову снова полезли воспоминания о торчащей девичьей груди под мокрой майкой. Да твою же мать! Только стояка не хватало для полного счастья. Добравшись до заветной двери, держа в руках чертов костюм и обувь, зашел внутрь. Там меня ждал очередной удар: до рези в глазах удушающий запах освежителя. Гадость какая. Не знаю, сколько проживу здесь со своим нюхом. Волк внутри меня будто залез в самую глубину сознания и не высовывался, лишь изредка подвывая. Комнату для слуг нашел без труда. Там была лишь Грета. Когда я вошел, она снова залилась румянцем. Да сколько можно краснеть? В тебе уже с десяток мужиков побывало.

– Я пришел. Где у вас ванная? – обратился к девушке.

– Пойдем, я тебе покажу, – она уже безо всякого стеснения рассматривала мое тело, – давай костюм, я повешу, пока моешься.

Я передал ей вещи, облегченно выдыхая. Но девушка будто нарочно постоянно старалась меня касаться.

– Аккуратнее, девочка, – я улыбнулся, – иногда наши желания сбываются.

Она захлопала ресницами, сделав вид, что искренне возмущена моими словами. Но ей явно понравился столь похабный намек. Возможно, однажды воспользуюсь ее услугами.

– Как тебя зовут? – этот вопрос уже начал набивать оскомину.

– Лео, – я улыбнулся во все тридцать два, – веди меня в ванную.

Мы вышли из помещения, затем свернули направо. Длинный коридор был испещрен множеством дверей. Казалось, что идешь по дорогущей гостинице в самом центре Бриджтауна.

– Вы живете здесь? – я с интересом рассматривал добротные двери и приличный интерьер, – довольно внушительно для слуг.

– Лорд очень щедр, – пропела Грета, – мы живем в отличных условиях и каждый держится за свое место. Работникам предоставляются отпуска, больничные и все, как положено у работающих людей.

– Ну, я раб, купленный на аукционе, так что…

– Леди Анисса очень добрая, – сказала девушка, – я думаю, с ней вам будет комфортно работать. Она никогда никого не унижает, в отличие от ее матери.

Интересно. На аукционе я не успел рассмотреть матушку своей леди. Слишком у нее агрессивная энергетика. Жесткий взгляд и рваные жесты. Особа не довольна своей жизнью, а если и довольна, то демонстрирует обратное. Мы дошли до самого конца коридора, затем снова свернули вправо. Не дом, а настоящий лабиринт. Я четко фиксировал в голове пройденный маршрут. Потому как предстоит еще возвращаться. Мысли роились вокруг того, как сильно все изменилось. Еще вчера меня лупили все, кому не лень, а сейчас… эта девушка, Грета, оказалась весьма полезной.

Ванная была свободна. Я вежливо спровадил малышку, давая понять, что назад доберусь сам. Уж больно сильно она стала меня опекать. Напрягает. Душная особа. Я стащил джинсы, оставив их на полу и осмотрел себя в ростовое зеркало. На теле осталось лишь пара царапин. Мерзкий ошейник сильно впивался в горло, раз за разом напоминая, что со мной стало. Альфа без стаи. Невольно сжал кулаки. Ничего, я выберусь. И вытащу свою сестру.

Зайдя в душевую кабинку, начал крутить вентили. Как ни странно, горячая вода была в достатке, позволяя насладиться теплыми струями. Как вдруг я почувствовал… ее. И внезапно услышал томный стон.

“Ах!”

Что за… член мгновенно встал колом. Я огляделся, но в ванной никого не было. Голосок точно принадлежал моей маленькой хозяйке. Неужели… нет, нет, нет! Только не она! Эта мелкая несносная гордячка – моя истинная? Ну точно злой рок и шутка высших сил. Я закрыл лицо руками, но вдруг перед глазами заплясали картины, как эта скромница ласкает свою грудь. Массирует и дергает за соски, прижимаясь спиной к стене душевой. Сладко стонет, но упрямится своему желанию. Ей безумно хорошо, но опустить свои пальчики ниже и получить настоящее удовольствие боится. Почему я это вижу? Выкрутил воду на максимально холодную. Ледяные струи немного успокоили, но достоинство все еще было в полной боевой готовности. Так значит, моя милая леди мастурбирует в душе? Какая прелесть.

Я облизнулся, представляя, как капли воды стекают по ее аппетитным выпуклостям. И снова похотливое животное внутри меня потребовало свою самку. Но я пока не уверен. Сначала нужно убедиться, что именно она – моя истинная. Если это так, то ситуация еще хуже. Милашка выходит замуж за этого маньяка Мосса. Плюс ко всему я презираю и ее, и эту чертову семейку. Как следует охладившись и приведя себя в порядок, обернулся полотенцем и прямо так пошел обратно. Встреченные мужчины окидывали меня презрительными взглядами, а женщины мгновенно начинали течь. Фу.

Низшие существа. Я фыркнул, заходя в помещение. Там стоял вчерашний “шар”, Грета, ее мать и какой-то мужик в костюме.

– Лео, – сдержанно произнесла Марджери, – ты в таком виде разгуливаешь по служебному крылу? С ума сошел?

Грета же пожирала меня взглядом. Черт, мне нужно где-то спустить накатившее в душе напряжение. Ее ротик вполне подо… но резкий приступ отвращения вынудил отбросить эту идею.

– Так, к делу, – сухо поговорила миссис Стивенс, – Лео, с Шоном ты ведь уже знаком?

Бугай попытался сурово взглянуть на меня, но я отразил эту попытку, вынудив лысого опустить глаза.

– Еще как знаком, – произнес шутливо, – особенно с его кулаками.

– Хорошо. Это Бруно – наш управляющий. Он заведует мужской половиной крыла. Курирует работу дворецких, садовников, водителей и остальных.

– Доброе утро, – худощавый мужичок с тонкими усишками слегка кивнул.

На первый взгляд он показался нормальным. Я выжидающе взглянул на экономку.

– Мы пока не знаем, под чью ответственность тебя отдадут, Лео. Но рекомендую вести себя прилично. И слушай тех, кто давно работает. Так ты сможешь влиться в коллектив и жить здесь нормально.

Она сейчас глумится? Эта женщина мне определенно не нравится. Облизнул взглядом ее дочь и этот жест не укрылся от Марджери Стивенс. Она схватила Грету за руку так сильно, что та поморщилась.

– А теперь оденься, как подобает слуге леди Аниссы. Лорд Уайтберд желает видеть тебя как можно скорее.

Не вопрос, дамы! Я сбросил полотенце и направился к шкафу, на котором висел костюм. Спиной чувствовал возмущенный взгляд экономки. Поделом, миссис Стивенс. Развернулся, демонстрируя присутствующим женщинам всю свою мужскую красоту. Мистер Бруно отвел глаза, а Шон так сильно покраснел, что стал напоминать надувшийся воздушный шар. Грета не могла оторвать взгляд от моего паха, а ее мать, недолго думая, потащила дочь к выходу. Впервые я увидел эмоции на ее лице.

– Не смей так делать! – выпалила женщина, скрываясь за дверью, – здесь же дамы! Стыдобища.

Я лишь ухмыльнулся и, как ни в чем не бывало надел строгий костюм, в котором мне надлежало явиться к лорду и леди Уайтберд.

– Ты смелый парень, – вдруг пробасил “шар”, – прошу прощения за мое поведение вчера. Мы перебрали.

– Вы пили на службе?! – взвизгнул Бруно, – Шон, это уже не в первый раз…

– Да ничего, – тот ободряюще похлопал своего босса по спине, – ничего же не случилось?

Я равнодушно пожал плечами, пытаясь свыкнуться со стягивающим мышцы фасоном. Как они в этом дерьме ходят? Уж молчу про ботинки. Жутко неудобная штука. Кое-как успокоив Бруно, “шар” по имени Шон сказал мне следовать за ним.

– Лорд весьма щепетилен в вопросах внешнего вида, как и его жена, – сказал он, – находясь на территории особняка, старайся выглядеть подобающе.

– Да ты эксперт, – в голову снова полезли эротические воспоминания о ласкающей себя молодой леди Уайтберд.

Как же избавиться от этого наваждения? Шон продолжал наставлять меня, я же вовсю боролся с собственными эмоциями. Твою же мать, я альфа или как? Срочно нужно взять себя в руки. Даже не заметил, как мы прошли огромный холл, затем впереди буквально выросли высокие яркие двери белого цвета. Шар буквально вкатился туда, раздувшись от удовольствия и собственной важности. Я же сдержанно поздоровался. Даже не заметил, как мимо пролетела мать милашки и громко хлопнула дверью.

В глаза сразу бросилась молодая леди, на щеках которой играл румянец. А я знаю, откуда он, милая. И мы это еще обсудим. Не скажу, что был рад лицезреть своего заклятого врага, но сейчас лорд Уайтберд интересовал меня меньше всего. Плевать на него. Все внимание захватила его дочь. Она прятала взгляд, будто стеснялась меня. Оглядел эту строптивицу с ножек в аккуратных туфельках до милой светлой головки. Красивая.

– … не так ли, Лео? – раздался голос ее отца, и я нехотя оторвался от прекрасного зрелища.

– Но папа! – вспыхнула маленькая леди, – разве не Марджери должна показывать ему особняк? Или Бруно?

– Не спорь со мной, Анисса. – строго произнес лорд, – я хочу, чтобы ты научилась ответственности. Если этот оборотень станет твоим телохранителем, между вами должны быть доверительные отношения.

– Но я не хочу, – надула розовые щечки и скрестила руки на груди.

Я с огромным удовольствием наблюдал за ее поведением. Избалованная, строптивая, но такая… такая… да твою же мать! Как прогнать ее из своей головы?

– Это не обсуждается, юная леди, – голос ее отца стал строже, – покажи своему телохранителю особняк и участок. Затем поручи Марджери распорядиться касательно ремонта в его доме.

– Но он раб! – вспыхнула она, я же сжал зубы от накатившей злости, – почему я должна…

– Так! – рявкнул суровый лорд, – или ты делаешь то, что я говорю, или сегодня никакой вечеринки у бассейна с подружками. И еще месяц будешь сидеть дома.

Как это интересно! Значит, моя маленькая хозяйка будет дефилировать в купальнике? Черт, член снова начал просыпаться. Пока я предавался сладким фантазиям, строптивая девчонка встала и направилась к выходу, бросив на ходу: «Ну пошли, покажу тебе особняк, Лео.»

Я бодрым шагом двинулся за ней. Когда мы вышли на свежий воздух, быстро догнал эту несносную леди и схватил за плечо.

– Куда ты так бежишь, милая?

– Не смей меня так называть! – она так забавно краснеет, когда злится, – и не смей трогать!

Сбросила мою руку с плеча, а я лишь ухмыльнулся. Что ж, сейчас проверим одну догадку.

– Кстати, миледи. Как утренний душ?

Она остановилась и глазами, полными неописуемого ужаса, взглянула на меня. Значит, я прав. Эта наглая и высокомерная богачка – моя истинная. И это – настоящая катастрофа.

Глава 7

Хам! Наглец! Да как он смеет? Почему у этого жалкого раба надо мной такая власть? От одного взгляда внутри все начинает пылать. Я с рождения воспитывалась, как истинная леди. Училась держать себя в руках в любой ситуации, никогда не терять лицо. Но сейчас его синие глаза буквально прожигали насквозь. И эта улыбка… сбросила руку оборотня и сделала два шага назад.

– Я не разрешала меня касаться. Знай свое место, оборотень! – выпалила в пылу гнева.

Но он продолжал ухмыляться, будто такое отношение его нисколько не задевает. Лео стащил с себя пиджак, затем расстегнул верхние пуговицы рубашки. Ошейник блестел в лучах утреннего солнца, но… почему мне так грустно, когда вижу его на своем волке?

– Что ты делаешь? – я скрести руки на груди.

– Ненавижу официоз, – сказал оборотень, – ну что, милая, показывай вотчину. А то мне еще свои хоромы нужно в порядок привести.

На самом деле его хибара вызывала у меня настоящий ужас. Не хотела, чтобы мой оборотень жил в таких адских условиях. Необходимо поговорить с отцом и выделить Лео комнату в особняке. Либо оперативно сделать ремонт. Обязательно нужно будет распорядиться. Волк выжидающие глядел на меня.

– Ну пошли, – развернулась на каблуках и двинулась вдоль стены к небольшому саду, который разбил отец для матери в честь их помолвки много лет назад.

Им занимался наш садовник Отто. Профессионал высокого класса, которого мы все очень ценили. Кроме моей матери. Она в последние месяцы сильно изменилась. Стала еще холоднее и жестче. А в этот сад и вовсе не заходила.

– Не грусти, милая, – голос оборотня вернул меня в реальность, – если хочешь давай поболтаем.

Еще чего! Я постаралась не реагировать на его выпад. Как он понял, что мне грустно? Неужели показала свои чувства? Плохо дело.

– Не думаю, что у нас найдутся темы для разговора. Отец желает, чтобы ты меня охранял. И уверен, что между нами должно быть доверие. Но сможешь ли ты защитить меня? – я вопросительно выгнула бровь, ожидая ответа.

– Сомневаешься? – снова ответил вопросом на вопрос.

– Я не знаю, что ты умеешь и на что способен. Вдруг ты оборотень-пацифист?

– Сними с меня ошейник, и я покажу, что могу, – он говорил серьезно.

– Исключено, – отрезала, вздернув носик, – и не пытайся меня разжалобить.

Тем временем мы дошли до сада Отто. Садовник уже вовсю высаживал саженцы в рыхлую землю. Сухой невысокий мужчина средних лет с аккуратно подстриженной бородкой выглядел сосредоточенным. Он вежливо поздоровался со мной и внимательно осмотрел оборотня. Лео же отвечал пронзающим недружелюбным взглядом. Глаза снова сменили цвет на ярко-желтый. Почувствовалась исходящая агрессия, которую он и не пытался скрыть.

– Отто, доброе утро! – я открыто улыбнулась, проигнорировал враждебность моего охранника, – как ваши гортензии?

– Спасибо миледи, – мужчина почесал бородку, затем задумчиво вздохнул, – новую партию семян для будущего сезона привезут на следующей неделе. Если захотите поухаживать за садом, милости прошу. В детстве Вы любили проводить здесь время.

Почувствовала, как напрягается тело оборотня рядом со мной. Он не сводил глаз с нашего садовника. Его окружала жуткая аура настоящего хищника. Я и не заметила, что уже с минуту вокруг не было слышно щебетания птиц. А ведь когда мы подошли, они беззаботно ворковали и пели, перепрыгивая с куста на куст. Неужели это Лео так влияет на них?

– А почему он так на меня смотрит? – Отто съежился, будто став меньше.

– Просто вы плохо знакомы, вот и относится с подозрением. Пожалуй, мы пойдем дальше.

– Хорошего дня миледи, – садовник нервно вытер вспотевший лоб грязной тряпкой.

Затем снова углубился в работу. Я же направилась в противоположную сторону. Лео шел рядом. Что это сейчас было? Периодически бросала на волка короткие взгляды, но он напряженно смотрел вперед. Мы проходили мимо величественных клумб, изящных каменных композиций, деревьев и кустарников.

– Английский сад – это настоящее произведение искусства, – решила разбавить гнетущую тишину, пока мы сворачивали на петляющую дорожку, выложенную белым камнем, – здесь все располагает к раздумьям, созерцанию природы, расслаблению и долгим прогулкам. Балансирует на грани, утонченность и благородство буквально в каждом листочке.

С каждым словом я невольно вдыхала все те эмоции, которые витали вокруг. Утренний сад вселял надежду, давал ощущение свежести и полноты. Вечером оранжевый закат менял его, делая угасающим, способствующим отдыху после тяжелого дня. Лео явно не разделял мое восхищение окружающей природой. Что же, если он должен сопровождать меня всюду вне особняка, то ему придется учиться воспринимать искусство. Мне не нужен телохранитель-деревенщина.

– Садовник хочет тебя трахнуть, – вдруг прорычал оборотень, – у него стояк от одного твоего вида, милая.

От неожиданности я резко оступилась и полетела носом вниз. Внутри все перевернулось от ужаса, когда поняла, что не удерживаю равновесие и вот-вот рухну на камень. Но цепкая рука Лео обвила мою талию, не позволяя упасть. Оборотень прижал меня к себе. Уткнулась в его рубашку и ощутила разряд, прошедший от кончиков пальцев на руках до самых пяток. Приятный, согревающий и возбуждающий. Низ живота приятно заныл. Да что же это такое?

– Отпусти, – прошептала едва слышно, – сейчас же отпусти меня!

– Это ты на каком языке «спасибо» говоришь? – он выпустил меня из объятий и скрестил руки на груди.

– Я не просила меня трогать! – выпалила, понимая, что снова теряю душевное равновесие, – удержалась бы сама.

– Да ну? – Лео приподнял бровь, – а мне показалось иначе.

Фыркнув от негодования, я бодрым шагом направилась к выходу. Этому мужлану нет никакого дела до красоты английского сада. Животное.

– К твоему сведению, Отто знает меня с детства. То, о чем ты говоришь – полный абсурд! И клевета, – я старалась сделать свой голос ледяным, но он предательски дрожал.

– Значит, он еще и педофил? – буднично спросил оборотень, сунув руки в карманы брюк.

– Не смей так говорить! Это вы, грязные, немытые звери, желающие спариваться со всеми подряд! – выпалила я, – все наши сотрудники проходят полную проверку, в том числе, на сомнительное прошлое.

– Я не проходил, – усмехнулся Лео.

– Ты не сотрудник, а моя собственность! – гневно бросила, чем явно мгновенно вывела оборотня из себя.

Мы шли мимо живой изгороди в сторону зеленого лабиринта, как вдруг этот наглец толкнул меня и всем телом вжал в колючие кусты, тут же больно оцарапавшие спину. Я сморщилась от боли.

– Знаешь, милая, порой меня забавляет твой острый язычок. Но не сейчас.

– Отойди! – жестко приказала, но он проигнорировал.

Тогда я уперлась ладонями в каменную грудь. Внезапно по телу снова прошел электрический разряд, концентрирующийся в самых чувствительных точках. От тела волка исходил такой жар, что казалось, будто стою в обнимку с печкой. А еще аромат. Невольно вдохнула его, чтобы почувствовать больше. Терпкий, приятный. Сильные жесткие пальцы подцепили мой подбородок. В желтых глазах читалась настоящая ярость. Я сглотнула. Помогите!

– Тебя никто не услышит, милая, – прошептал он, – можешь кричать, сколько влезет. Я всю нашу короткую прогулку наблюдал за персоналом. Здесь – слепая зона и редко кто-то бывает. Сейчас я могу сделать с тобой все, что захочу.

При каждом слове Лео почти касался моих губ своими. Меня будто парализовало. Не могла оторвать взгляд от его ярких глаз, с лютой ненавистью глядящих на меня. Он так бесстыдно смотрел, что вся кожа покрылась крошечными мурашками. Вдруг Лео снова прижал меня к себе, вырывая из жестких кустов. Нисса, чего же ты ждешь? Сейчас же должна вырваться и убежать! Но вместо этого жалобно пискнула: «Пожалуйста, отпусти».

Он снова не послушал. Я взяла себя в руки и начала яростно вырываться, но этот получеловек был так силен, что не могла даже на дюйм сдвинуть мощное тело. Кое-как извернувшись, зарядила ему сильную пощечину. Лишь после этого Лео отступил. Я поправила платье дрожащими руками. От наглых прикосновений воздушная ткань задралась до середины бедра, а горловина съехала так глубоко, что оголила часть груди.

Внутри полыхали чувства, которые совершенно не могла понять.

– Что ты знаешь об оборотнях, милая? – голос Лео звучал очень жестко и сурово.

Но ведь я – его хозяйка, а не наоборот! Он не может так со мной разговаривать! Однако из горла вырвалось лишь нечленораздельное бульканье.

– Так и думал. Решила, что я буду твоей комнатной собачонкой? – оборотень зло ухмыльнулся, – как планируешь дрессировать меня, ничего не зная об оборотнях? Что мы едим? Как живем? Какую форму отношений предпочитаем? Ну!

Я не могла выдерживать тяжесть его взгляда и опустила глаза.

– Вот именно. Ты много знаешь о величественных английских садах, архитектуре. Считаешь себя самой умной. Но о тех, кто сотни лет живет совсем рядом, не знаешь ничего.

С этими словами мужчина развернулся и направился прямиком к своей хижине. Я же на ватных ногах попыталась добраться до входа в особняк. Мне впервые было так страшно и так… стыдно. Верно. Все лицо залилось румянцем, ведь Лео прав. Я зациклилась на себе и своем статусе. И сейчас поняла, что он просто так не станет служить мне. По крайней мере добровольно. С другой стороны зачем мне его желание? Я – леди! А рядом с ним постоянно чувствую себя лишь маленькой глупой девчонкой. Добравшись до комнаты, рухнула в постель, смяв платье. Плевать. Да как он смеет?

И почему меня тянет к нему, словно магнитом? Что это за чувство было, когда он прижимал меня к себе? Приятное, горячее. Низ живота снова потяжелел. Хватит, прошу! Умоляла себя вернуть былое равновесие. Однако не могла прекратить. Внутри бушевали чувства, настолько сильные и яркие, что перехватывало дыхание. Один взгляд в окно на хижину оборотня, и сердце бешено забилось.

Я увидела Лео. Он ремонтировал фасад домика, в руках держал какие-то инструменты. Мужчина снял костюм, сменив его на свои драные джинсы. Но я все равно не могла отвести взгляд. Точеное красивое тело так сильно притягивало, что от возбуждения все мысли вылетели из головы.

– Миледи! – из транса вывел голос Агнес, которая видимо уже какое-то время стучалась в комнату.

– Войди, – села на подоконник, поправляя платье, успокаивая сбившееся дыхание.

– Вы не забыли, что сегодня приезжают мисс Салли и мисс Мелани?

Я вздохнула. Краем глаза снова глянула в окно. Лео все еще работал. Не думала, что ручной труд может выглядеть столь притягательно. К нему подбежала Грета, протягивая бутылку воды. Внутри сразу заклокотал гнев. Вот же наглая!

– Куда вы смотрите? – суровый голос гувернантки возник совсем рядом.

Агнес выглянула в окно. Я же смущенно отвернулась.

– Миледи! – воскликнула она, – вы любуетесь этим… животным?

Меня вдруг обуяла беспричинная злость.

– Никакое он не животное. Не называй его так! Теперь Лео – мой охранник.

– Как же Ваша помолвка? Вы не можете увлечься этим…

– Агнес, – я вздохнула, – ты больше не моя гувернантка. Мне уже восемнадцать, и я могу делать что хочу и смотреть на кого хочу. Тебе это ясно?

– Да, миледи, – потупилась она, – но…

– У тебя все? – я заковала голос в лед.

С остальными слугами получалось быть суровой. Но этот наглый оборотень сводил с ума своей непокорностью. Выпроводив Агнес, я снова завалилась на постель. Не буду больше смотреть в окно! Это же не нормально. Но по телу все еще скакали искорки тока, будто он до сих пор держал меня в объятиях. У Лео очень сильные руки, но не такие жесткие, как у Грегори. Оборотень обнимал почти ласково, аккуратно прижимал к себе, давая чувство защиты. Мосс же явно демонстрировал желание доминировать и подчинять.

Как же все это сложно. Всегда чувствовала себя выше других. Ведь я богаче, воспитаннее, умнее. А тут в мою жизнь ворвался этот наглый волк и перевернул все с ног на голову. И ведь сама его захотела. Даже не подумав, как буду вести себя дальше. Но внутренний голос предательски нашептывал постыдные вещи.

«Тебе же нравится это чувство. Как он смотрит на тебя, раздевая и проникая в дальние уголки души. Вскрывает порочное нутро, спрятанное от других. Бедная, маленькая леди. Ты хочешь этого оборотня»

Я вскочила, не желая больше слушать бред, рождаемый собственным разумом. Быстро переоделась в брюки и футболку. Мне срочно нужно найти Марджери. Слышала, что наша экономка знает многое об оборотнях. Она-то мне и поможет. Однако миссис Стивенс уехала куда-то по личному поручению отца. Не хотелось выходить из особняка, чтобы случайно не столкнуться с Лео. После его слов совершенно не желала общаться. А уж как увидела его, воркующего с Гретой, руки самопроизвольно сжались в кулаки. Бесит. Он мой!

До пяти вечера занималась всякой ерундой в доме: смотрела на картины, уже не кажущиеся столь прекрасными; читала книги, буквы на страницах которых плясали перед глазами. Пока не услышала бодрые шаги по мраморному полу.

– Анисса! – раздался истошный визг подруги, от которого у меня чуть не заложило уши.

Салли Блэкмур любила переходить на ультразвук и кричать при любом удобном случае. Невысокая рыжая девушка с россыпью веснушек на круглом лице. Она – дочь влиятельного мебельного магната, поставляющего элитные гарнитуры и комплекты из лучших видов дерева по всей Европе. Салли не пользовалась особым успехом у мужчин, а вот ее кошелек… поэтому девушка часто вляпывалась в неприятности.

Мелани Риз была более уравновешенной, но все хорошие черты с лихвой перекрывались стервозностью. Высокая жгучая брюнетка, о которой мечтала половина мужчин нашего круга. Они обе подбежали ко мне и утопили в нежеланных объятиях.

– С совершеннолетием, дорогая! – сказала Мэл и протянула мне коробочку с надписью «Tiffany».

Я открыла ее и увидела красивые бриллиантовые сережки. Захлопнув футляр, ослепительно улыбнулась. Однако взгляд Мелани был каким-то странным.

– Ты изменилась, Анисса? – спросила она, аккуратно подцепляя мой локоть, – рассказывай все!

Салли посеменила за нами.

– Кстати, мы привезли купальники из новой коллекции Николя, примерим. Заодно потусуемся у бассейна. Я попросила слуг отнести их к тебе в комнату. Ты не против?

Подруги прекрасно знали, что все, что они делают в моем доме, нужно согласовывать со мной или моей матерью. К нам подошел управляющий и вежливо поклонился.

– Чего желают леди?

– Привет, Бруно! Вина! Раз ваша хозяйка теперь взрослая, веселиться будем тоже по-взрослому, – улыбнулась Мэл.

Я вздохнула. Но Бруно терпеливо ждал моего указания.

– Накройте закуски и вино у открытого бассейна, – управляющий снова поклонился и вышел из гостиной.

– Весь свет судачит о том, что леди Уайтберд выходит замуж за банкира, – растягивая каждое слово, произнесла брюнетка, – и теперь я вижу на твоем пальчике колечко. Сейчас же выкладывай все сочные подробности!

Когда мы дошли до моей спальни, рядом с кроватью уже стояли пакеты с фирменным знаком Николя Комо́ – ведущего французского дизайнера нижнего белья. Мелани давно уже дружила с ним, а может и что-то большее. В любом случае он и правда был гениален. Я вкратце обрисовала ситуацию с Грегори, пока мы вытащили модели купальников и начали примерку. Открывать душу перед ними не хотелось. Я не считала их близкими подругами. Девушки не стеснялись раздеваться друг перед другом, а вот я чувствовала неловкость.

– А еще, – сообщила рыжая, натягивая на круглые бедра зеленое бикини и любуясь собой в зеркало, – говорят тебе подарили знаменитого Альфу.

Я так и осталась стоять, держа в руках мягкую тонкую ткань бирюзового купальника. Сердце начало снова неистово вырываться из груди, стоило подругам коснуться темы оборотня.

– Да, это так, – сняла белье и быстро надела купальник, – но у него скверный характер.

– Говорят, он очень горяч, – Мелани покрутилась перед зеркалом, оценивая кроваво-красное монокини, выделяющее пышную грудь, – познакомишь?

– Он же не человек, – сморщилась Салли.

– Это же отлично, – Мэл облизнулась, – значит, хорош в постели. Поделишься, подруга?

Брюнетка подмигнула, а внутри меня начался настоящий шторм. Почему, как только мой волк здесь появился, на него вешаются все встречные девушки?

– Как знаешь. Но он строптивый, так что будь осторожна, – я тоже покрутилась перед зеркалом.

– Отличная вещь! – рыжая осмотрела меня со всех сторон, – это прям твой цвет, Анисса.

– Солнце садится. Да начнется вечеринка! – завопила Мэл.

Надев высокие шпильки, мы вышли к бассейну, который примыкал к левому крылу особняка. Был еще один в самом доме, но сейчас стояла жаркая летняя погода, так что предпочтения было отдано уличному. Вокруг цвели с любовью выращенные Отто цветы, а крошечные фонарики отлично подсвечивали вымощенную камнем дорожку, создавая мистическую атмосферу. Бассейн с трех сторон закрывала массивная зеленая изгородь.

Солнце садилось за горизонт, на территории особняка постепенно становилось темно. Салли включила музыку, и мы расположились на шезлонгах с бокалами дорогого белого вина. Внутри бассейна горела подсветка, создавая интимную атмосферу. Я откинулась, закрыв глаза и наслаждаясь спокойствием. Мелани и Салли болтали без умолку, обсуждая мужчин, свои наряды и мерзкие «жёлтые» сплетни. Кто кому с кем изменил, кого застали в баре со шлюхами и прочие гадкие подробности светской жизни. Один из дворецких услужливо разливал вино. Молодой парень, которого недавно нанял отец на испытательный срок. Рядом постоянно окрутился Бруно, по всей видимости оценивая работу новичка.

– Ну и где твой оборотень? – поинтересовалась Мелани, встала с шезлонга и подошла к столу с закусками, – он не составит девушкам компанию?

– Добрый вечер, леди! – послышался голос Лео, – меня ищете?

Я резко развернулась и увидела своего волка, стоящего прямо на бортике бассейна. Одетого в обычные джинсы, рубашку навыпуск с расстегнутым воротником. Рукава мужчина закатал по локоть, открывая жилистые запястья. Да как он посмел в таком виде появиться перед леди?! Однако я все же не могла отвести глаз. Мэл, виляя бедрами, подошла к нему и внимательно осмотрела, словно свежекупленную вещь. Мне от ее отношения стало гадко, а оборотень и бровью не повел. Но я буду бороться со своими чувствами! Так что, поборов больную тягу и жгучую ревность, равнодушно уставилась на безмятежную мертвую воду бассейна.

Глава 8

Часть первая

Войдя в свою ветхую хибару, я с яростью хлопнул дверью. С потолка посыпалась штукатурка, а стены заходили ходуном. Вот же мелкая высокомерная девчонка! Думает, если ее папаша смог заплатить четыре миллиона за меня, то побегу за ней, словно домашний щенок? И ведь ничего не знает об оборотнях! Это меня она назвала грязным животным? Из горла вырвался низкий утробный рык, однако серебро ошейника тут же погасило вспыхнувший гнев.

Да если бы не я, этот похотливый садовник так и продолжал бы разглядывать ее округлости под платьем. И неизвестно, чем эта прогулка бы закончилась. Кстати об Отто… я должен выяснить, по какой причине от него шел такой странный запах. Казалось, будто все его феромоны настроились на мою маленькую хозяйку. Она ничего не заметила, а я прекрасно почуял его похоть. Гадкую, скользкую, словно змея. Он маскирует свое желание под доброту и восхищение. Но меня не обманешь. Наши инстинкты обострены до предела, особенно когда дело касается истинной.

Истинная… я сделал пару кругов по комнате, пытаясь успокоиться. Еще два дня назад радовался, что мать-луна избавила меня от этой тяжелой ноши. Но теперь ощущаю, что надо мной жестоко пошутили. Мы – оборотни, не можем противиться связи, благословленной самой природой. Как бы я ни хотел ненавидеть эту склочную гордячку, из этого ничего не выйдет. От сладкого аромата зверь внутри меня постоянно бесновался. Теперь ясно, почему он так хочет ее. Точнее, почему мы оба ее хотим.

Если бы не ошейник, я бы уже набросился на малышку. Сначала бы оттрахал как следует, а потом научил манерам. Стоп! Если она не знает ничего об оборотнях, то и об истинных не в курсе? Ей тоже не позавидуешь. Ведь люди также подвержены этой связи, хоть и в более легкой форме. То есть, ее тело будет отвергать других мужчин, в том числе и маньяка-жениха. Губы сами по себе расплылись в хищной улыбке. Восхитительно! Моя милая истинная, я уж тебя воспитаю как следует. Стянул с себя неудобную рубашку и тесные брюки, заменив их старыми джинсами. Для начала необходимо найти инструменты, чтобы немного привести в порядок эту развалюху. Судя по всему, хозяйством здесь заведует управляющий, так что я бодрым шагом направился в особняк. Быстро нашел рабочую каморку Бруно, чем очень сильно его удивил.

– Лео, – он сидел с калькулятором и сверял какие-то чеки, – чем могу помочь? Мне сообщили, что ты будешь телохранителем леди Аниссы. Это большая честь и ответственность. Она – девушка видная, красивая.

Как я ни принюхивался, кроме искреннего восхищения никаких пошлых мыслей не почувствовал. Значит, Бруно не опасен для мелкой грубиянки.

– Да уж, честь так честь. Всю жизнь мечтал, – буркнул я, – но я здесь ради другого. Мне нужны инструменты. Хочу поправить фасад, да немного укрепить кое-какие несущие балки.

Управляющий залез в ящик стола и достал синюю матовую ключ-карту. Он дал знак следовать за ним. Судя по недовольной физиономии, мой голый торс ему не нравился. Ну и черт с ним. Жара на улице.

– Лео, постарайся в таком виде не попадаться на глаза лорду или его супруге. Леди Анисса – молодая девушка, к тому же она помолвлена. Не нужно пускать в ее светлую голову неприличные мысли.

– Сложновато размахивать молотком в дорогущем костюме, Бруно.

– Я понимаю. Дома хоть голым разгуливай. Но если ты идешь в особняк, будь добр выглядеть прилично. Это мое первое и последнее предупреждение. Иначе придется принять меры.

Затем он быстро провел ключом по электронному замку. Раздался писк, и дверь распахнулась, пропуская нас в темное помещение. Внутри были аккуратно разложены десятки инструментов. На каждом виднелась наклейка с номером. А на столике у входа лежал планшет. Бруно быстро нашел все необходимое и протянул мне, затем зафиксировал выдачу на компьютере. Пока он шлепал тонкими длинными пальцами по сенсорному экрану, я решил задать последний интересующий вопрос.

– А мистер Отто где живет? Явно не здесь, судя по запаху.

Бруно вздрогнул, затем на его тощем лице отобразилось понимание. Что, никак не привыкнешь к тому, что рядом с тобой полуволк? Я ухмыльнулся.

– У него домик за садом. А что?

– Просто хотел наведаться поболтать о… гортензиях.

Зануда вопросительно поднял бровь. Но я быстро развернулся и направился к своему новому дому. Надеюсь, от порыва ветра он еще не рассыпался. Всю нужную информацию я получил. Нужно будет зайти к старине Отто и попросить держать свои феромоны в узде.

Физический труд всегда меня успокаивал. В Норвегии мы жили на родном фьорде в собственном коттедже. Я занимался всем, что было связано с ремонтом и строительством. Лори помогала родителям пасти коз и коров, заботилась о небольшом садике под окнами дома. Пока не пришли военные и не отняли у нас все. Мой отец – уже старый альфа, быстро собрал стаю, и мы бежали в Англию. Как ни странно, несмотря на то, что ген волка был изучен Томасом Винтером именно здесь, репрессии по отношению к оборотням начались лишь спустя четыре года после основной волны, прокатившейся по Европе.

И теперь мы в лучшем случае работаем на людей, скованные серебряными ошейниками. Как скот. А в худшем… тоже работаем, но другими местами. Плач Лори все еще стоял в ушах. Моя сестренка досталась этому ублюдку Айсу. Боюсь представить, что он делает с моей маленькой девочкой. Держись Лори, я тебя вытащу. Но сейчас не время предаваться унынию, нужно собрать себя в кучу и состряпать план действий. Пока я возился с гвоздями и молотком, ко мне подбежала эта навязчивая девчонка Грета. Она протянула бутылку воды, и я уже почти отказался, как вдруг кожей почувствовал любопытный взгляд. Интересненько. Значит, моя строптивая хозяйка тоже чувствует эту неконтролируемую тягу. Поиграем, милая? Улыбнувшись, принял бутылку, слегка касаясь пальцев Греты. От служанки разило феромонами, которые были мне омерзительны. Но стиснув зубы я терпел. Потому что нет вкуса слаще, чем ревность маленькой леди.

– Спасибо, Грета, – улыбнулся, бросая взгляд наверх.

– Если что, зови. Кстати, приходи на обед на кухню примерно в час дня. Лорд приказал составить для тебя особый рацион.

Я выгнул бровь. Что за черт?

– Звучит подозрительно, – хохотнул и продолжил работу.

– Да нет. Просто тебе же нужны силы, чтобы защищать нашу леди, – хихикнула Грета, – так что он распорядился давать больше мяса и питательных блюд: каш, картофеля, яиц. Особая диета для волка.

Я сурово взглянул на девушку. Что она вообще несет? Значит, Уайтберд прекрасно осведомлен о том, что оборотням нужно мясо. А вот его ненаглядная доченька нет. И почему же папочка не поделился с милашкой сокровенными знаниями? Грета развернулась и посеменила прочь. Я же поднял голову, всматриваясь в окна. Одно было открыто настежь. Значит, ты там, милая? Облизнулся, вспоминая сладкий аромат маленькой леди. Появление истинной путало все карты. Навредить ей – значит навредить себе. От одной мысли, что похотливый садовник делал с ней что-то в своих поганых фантазиях, внутри меня разверзлась геенна. Что ж, придется приструнить извращенца.

Ближе к обеду я весь вспотел, но успел завершить приличный пласт работы. По крайней мере теперь точно смогу спать в хижине, не боясь обрушения крыши. Она меня конечно не убьет, но будет очень больно и неприятно. Еще раз обошел новое место жительства.

В этом доме были все удобства. Санузел с душевой кабинкой и туалетом, к которому не было подведено водоснабжение, крошечная кухня с электроплиткой и большая комната с кроватью, диваном и старым телевизором, с огромной дырой в экране. Думаю, при должном упорстве к концу недели должен привести этот сарай в нормальный вид.

Первым делом нужно заняться подведением воды. Чтобы максимально дистанцироваться от остальных слуг, а то Грета меня точно как-нибудь изнасилует. Вот с милашкой я бы душ принял. Научил бы ее играть с собой, и не только. Хоть она и бесит до скрежета зубов. Натянул футболку, сменил джинсы на новые и направился обедать. На кухне было жарко несмотря на открытые окна. У нескольких плит ловко орудовал очевидно повар, вокруг сильно пахло едой. Я смог различить аромат жареной баранины, свиных стейков, овощей и бобов. А в огромной старинной печи томился сладкий пирог. Рядом с современным оборудованием она смотрелась странно.

– Лео! – ко мне подбежала Грета и схватила за руку, – пошли, я тебя усажу подальше от этих сплетниц.

За длинным столом сидело не менее дюжины человек. Трое в клоунской одежде дворецких, четыре служанки разной степени потрепанности в соответствующей форме, и еще несколько странных людей. Грета усадила меня в самый угол и притащила огромную тарелку мяса с бобами.

– Мама сказала, что твоя кормежка на моей совести, – гордо продекламировала девушка.

Вопреки моим сомнениям, пища оказалась вкусной. Слуги тихо переговаривались между собой, и я был рад, что ко мне не цепляются с вопросами. Но тут дверь распахнулась и на кухню вплыл Шон.

Он нашел меня взглядом и широко улыбнулся. Что-то подсказывало: «шар» решил, что мы теперь закадычные друзья. Плевать.

– Лео! – бугай присел напротив, но я даже не взглянул на него, продолжая трапезу.

– Лорд Уайтберд после обеда хочет поговорить с тобой наедине.

Вот тут-то кусок и застрял в горле. Что ему от меня нужно? Опять надевать чертов костюм? Твою мать! Я тихо рыкнул.

– Так что доешь, переоденься и найди меня в будке у ворот, – «шар» встал, улыбнулся одной из служанок и также вальяжно выкатился из кухни.

– Интересно, о чем лорд хочет с тобой поговорить, – мечтательно ворковала Грета, – вдруг решил освободить?

Честно говоря, я все больше убеждался, что у этой девушки не все дома. Поблагодарив потного повара Роберта за сытный обед, угрюмо побрел в свою хижину. Хорошо, что не пришлось жить в особняке. Но по всей видимости, придется бегать к склочной леди по каждой мелочи. Ее отец что-то говорил про охрану? Я слышал, что альф и бет частенько делали телохранителями важных господ. Несмотря на воздействие серебра, сил у нас все равно больше, чем у большинства взрослых мужчин. Плюс жизнь оборотня ничего не стоит. Натянув клятый костюм, вышел на улицу. Солнце пекло все сильнее.

В раздумьях дошел до сторожки, где бездельничал Шон. Затем мы направились к лорду в кабинет. Конечно, особняк семейства Уайтберд впечатлял. Мраморные полы, величественные колонны, множество уникальных предметов искусства. Но здесь было как-то холодно. Не хватало домашнего тепла. Получается, маленькая леди всю жизнь провела в этом мертвом доме?

Кабинет лорда располагался в самой глубине на первом этаже особняка. Здесь всюду чувствовался аромат моей хозяйки. Зверь внутри урчал от удовольствия, я понимал, что все сильнее хочу несносную гордячку. В самом что ни на есть физическом смысле. Черт! Член снова отреагировал на мысли об истинной.

Шон остановился у массивных дубовых дверей, пропуская меня вперед. Я вошел в кабинет, в котором пахло дорогим табаком и травами. Он пьет какие-то лекарства? Уайтберд что-то писал, сидя за широким столом, но увидев меня, широко улыбнулся.

– Лео! – он встал, затем подошел ближе, рассматривая меня, – этот костюм тебе к лицу.

– Милорд, – процедил сквозь зубы, с трудом удерживаясь от желания впиться ему в глотку.

Лучший друг Томаса Винтера, на первый взгляд добродушный мужчина на самом деле был исчадием ада. Он финансировал первую и вторую волны истребления оборотней. Давал средства Винтеру на его безумные исследования гена Ви. Одним словом, на руках этого господина реки волчьей крови. Я сжал зубы так сильно, что почувствовал металлический привкус на языке. Необходимо выжить, а для этого не стоит дразнить медведя.

– Как ты устраиваешься на новом месте?

– Не жалуюсь, – ответил без единой эмоции.

Как альфа и охотник, я всегда должен уметь трезво оценивать свои шансы на победу. Сейчас они равнялись нулю. Враг был хитрее, с сотней тузов в рукаве.

– Я сказал Бруно нанять бригаду для ремонта дома. Сегодня же мы подключим воду и электричество, чтобы тебе не нужно было бегать в служебное крыло. Видишь, Лео, не такие уж мы и изверги, – он усмехнулся собственной шутке.

Я промолчал.

– Хотя ты, наверное, со мной не согласен. Что же, позволь мне рассказать немного о том, чем будешь заниматься и какие у тебя перспективы.

– Какие могут быть перспективы у раба, купленного на аукционе? – спросил холодно, пытаясь скрыть растущую ярость.

– Я понимаю твое негодование. Но поверь, могло быть еще хуже. Тебя могли отдать леди Кин. А она дама с весьма специфическими вкусами. Но не будем о плохом. Я, при участии сэра Грегори Мосса, выкупил тебя для моей дочери. Думаю, как ты уже понял, Анисса несколько легкомысленная девочка, хоть и умная. Однако ее знания об оборотнях ограничиваются лишь общим представлением.

– Я заметил, – вырвалось у меня, но лорд лишь хохотнул.

От него не веяло ни угрозой, ни агрессией. Этот мужчина внутри был таким же добродушным, как и внешне. Что-то здесь не так. Не мог же я ошибиться на его счет?

– Я всегда учил дочь доброте и терпению, однако практически полная изоляция в доме сделала из нее избалованную птичку в золотой клетке. Она мало знает о мире. Но теперь по нашим законам я больше не имею права принуждать ее находиться в особняке. Анисса – совершеннолетняя и может посещать различные общественные места и мероприятия.

Значит, я был прав. Несносная гордячка всю жизнь провела здесь. Как можно никуда не выпускать собственную дочь? Как она умом не тронулась? Но лорд продолжал.

– Конечно, я бы запретил ей посещать ночные клубы или что-то подобное, – он вздохнул, – не потому что не доверяю, а потому что боюсь за ее жизнь. Фамилия Уайтберд автоматически делает ее мишенью для негодяев. Но не хочу поступаться ее правами. И я принял решение выловить тебя.

Что? Я сжал руки в кулаки.

– Ей нужен лучший. И это – ты. Неуловимый альфа, который ревностно оберегал свою стаю на протяжении нескольких лет. Наши лучшие солдаты не могли тебя одолеть. Скольких ты убил?

– Достаточно, – еле держал себя в руках.

– И я вижу, что ты не хочешь быть рабом, слугой. И понимаю, насколько это унизительно для альфы. Поэтому решил заключить с тобой сделку Лео.

Вот уж чего я не ожидал услышать, так именно этого.

– На каких условиях?

– Поверь, она будет выгодна нам обоим. Я составил договор выкупа на четыре миллиона фунтов. На протяжении пяти лет ты обязан быть тенью моей дочери. По истечении срока – полная свобода и амнистирование. Ты сможешь уйти свободным гражданином, с паспортом и правом жить, как пожелаешь. Если, конечно, не захочешь остаться и продолжить служить нашей семье в качестве штатного телохранителя.

– Зачем Вам это? – прорычал, не веря ни единому слову.

– Я не из тех, кто привык добиваться преданности силой, – сказал Уайтберд, – и понимаю, что хорошее отношение нужно заслужить. Моя дочь – единственная наследница всего состояния, активов моих компаний, фондов и многого другого.

– Но почему именно оборотень? – я не спускал с него глаз.

– Когда-то у меня был друг, – голос лорда мгновенно стал тяжелым и печальным, – он говорил, что оборотни гораздо более развиты, чем люди. В своей связи с природой, преданности стае и стойкости вы ушли намного дальше нас. Он искренне любил вас и делал всё, чтобы жить в балансе.

– Тогда почему…

Уайтберд поднял руку, призывая к молчанию. Я машинально прикусил язык.

– И я хочу, чтобы моя дочь научилась сосуществовать с такими как ты. Поняла вас, приняла. Молодежь – наше будущее и мы обязаны воспитать их правильно, вложить в светлые умы идеи гуманизма и равенства всех живых существ. Анисса должна впитать это до того, как возглавит семейный бизнес. Поэтому я и выбрал тебя.

– Но ведь она выходит замуж…

– Это уже другой вопрос, – отрезал лорд, – а чтобы окончательно уверить тебя в том, что мои намерения серьезны, я составил еще одну бумагу. Договор об отложенной покупке твоей сестры с подписью ее хозяина.

Часть вторая

Вот этого я точно не ожидал.

– Генерал Айс, мягко говоря, человек сложный. С особыми… пристрастиями. Просто так он ее не отдаст. Я долго думал, как вытащить волчицу, но нашел лишь такой способ.

– Я хочу увидеть сестру, – прорычал я, – и снимите чертово серебро.

– Сестру увидишь, если докажешь верность моей дочери. А ошейник снять я не могу ради твоего же блага. Сейчас в Британии царят определенные порядки. Этот аксессуар – знак связи с нашей семьей, и того, что к тебе нельзя цепляться. Кстати, сегодня с утра доставили новый.

Пока я переваривал толстый пласт внезапно свалившейся информации, лорд залез в свой ящик и достал коробку. Открыв ее, сунул внутрь руку и положил на стол чистый блестящий ошейник куда тоньше предыдущего. А рядом лежал небольшой пульт с парой кнопок.

– К сожалению, я пока не могу освободить тебя от него. Придется терпеть. Новый ошейник – усовершенствованная модель. Более щадящий, но твоё обращение по-прежнему блокирует. Прости, но я должен обезопасить свою дочь, пока не пойму, что ты ей искренне предан. Пульт управления настроен на ее отпечатки пальцев. То есть, лишь она может его снимать и одевать.

Увы, Уайтберд, твоя дочурка – моя истинная пара. Так что никуда я от нее не денусь. Но тебе об этом знать необязательно. Поскольку в этом случае все наши договоренности будут автоматически аннулированы.

– Я сейчас сменю ошейник, Лео. Без глупостей, ведь он все еще смертелен для тебя. Помни, что как только ты попытаешься его снять, скрытые серебряные шипы сразу же разорвут твое горло. Регенерация не поможет, эти устройства разрабатываются лучшими учеными со всего мира.

В его голосе не было угрозы, лишь констатация факта. Лорд был на голову ниже меня, так что ему пришлось слегка тянуться, чтобы надеть новый ошейник чуть выше старого. Он был более мягким, даже приятным к коже. Но это все еще – орудие террора. Об этом нельзя забывать. Затем Уайтберд снял с меня старый и швырнул на пол.

– Сегодня вечером к моей дочери приезжают подруги, – лорд сложил руки за спиной, – внимательно смотри за Аниссой. Мелани Риз, как бы сказать помягче, способна вывести мою дочь из равновесия, подбить на всякое.

– Вы хотите, чтобы я следил за ее подружкой? – мои брови полезли на лоб.

– Увидев ее, ты поймешь, что я имею в виду.

Затем он отпустил меня, взяв слово никому не говорить о его предложении. Даже моей маленькой хозяйке. Но я все же задал свой последний вопрос.

– Ваш друг. Где он сейчас?

– Он погиб… – глядя в окно, произнес лорд, – и я не смог его спасти.

Весь день я провел в делах. Как и сказал Уайтберд, ремонтная бригада приехала быстро и сразу привела в чувство санузел. Но в этом доме все еще не было электричества. Ну хоть помоюсь. Ближе к закату я почувствовал, как зверь скребется внутри грудной клетки. Значит, пора навестить мою истинную. Надев джинсы и рубашку, я вышел на улицу. Почему-то сейчас ощущал себя более уверенно. Никак не мог поверить, что Уайтберд был откровенен. Весь разговор пытался понять, врет он или нет. Этот пожилой мужчина был честен. Должен ли я ответить тем же? Закат постепенно ложился на огромную территорию особняка. Здесь было просторно, это место даже чем-то напоминало родной фьорд. Но меня все равно тянуло в лес. Этот ошейник мешал меньше предыдущего, однако отсутствие возможности обратиться в любой момент сводило с ума.

По пути к бассейну, я все сильнее ощущал скользящий, словно тонкая лента, аромат своей хозяйки. Он обволакивал меня, стягивал мышцы, манил с невероятной силой. С каждым шагом я спешил все больше. Черт, ненавижу это чувство! Обогнув высокие кусты, вышел к месту пикника богатых леди. По центру расположился глубокий бассейн с темно-синей водой. Вокруг словно расстелили полотно зеленого газона. Поодаль от бортика стояли три полосатых шезлонга.

Проигнорировав увлеченных разговором незнакомых девушек, я осмотрел дальний лежак и буквально застыл на месте. Взгляд намертво прилип к моей маленькой леди, расслабленно лежащей и держащей в тонких пальчиках бокал с вином. Сердце заколотилось как сумасшедшее и зверь снова похотливо зарычал, требуя своё. Милашка выглядела потрясающе: небольшую грудь облегал бирюзовый лиф, тонкая талия изящно переходила в круглые бедра. Я разглядывал трусики ее купальника и исходил слюной. Они едва закрывали самое сокровенное местечко, в которое так стремился волк внутри меня. Как же хочу сорвать с нее эти тряпки. Длинные ножки аккуратно облизывали лучи закатного солнца.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.