Ксения Громова
Под его защитой

Глава 1

Следствие длилось год. И это время превратилось в ад для меня. Постоянные допросы, проверки… Я вновь и вновь мысленно возвращалась в ту ночь, когда моя жизнь рухнула. Когда один ублюдок решил, что он вправе управлять мной, вправе причинять мне боль… Но он ошибался, если думал, что все сойдет ему с рук. Жестоко ошибался. Пусть внутри я была сломлена, но внешне я никому не показывала, как мне было больно. У меня была цель, и я упорно шла к ней. У меня не получилось справиться с ним в ту ночь, тогда я проиграла. Но я все равно не сдалась. И затем пошла в полицию, а потом меня направили в больницу… Тогда все и началось.

Он думал, что сломал меня. Так и было. Но я не могла показывать ему это. На каждое заседание я приходила, стояла в зале суда с поднятой головой, смотрела ему прямо в глаза. Видишь, ублюдок? Я не боюсь тебя. И пусть это было ложью, но он все равно никогда не узнает об этом.

Я наслаждалась, видя, как с каждым разом в его глазах таяла надежда на освобождение. Могу сказать, что мне просто повезло. Его бы ни за что не освободили. У ублюдка есть связи. Серьезные связи. Но и судья, и прокурор отказались брать взятки. Когда мой адвокат сказал мне об этом, мое сердце просто рухнуло. Сначала испугалась, ведь его действительно могли выкупить. Но мне действительно повезло.

И сегодня, наконец, я поставлю точку в этой истории и оставлю ее в прошлом. Через несколько минут ублюдку вынесут приговор, и я больше никогда не увижу его. Он больше никогда ко мне не прикоснется. Никогда не сделает больно.

Ему дали пять лет. Для меня это было ничтожно мало. Я хотела, чтобы он там сгнил, чтобы он сдох там, на зоне. Адвокат мне рассказал, что делают в тюрьме с такими, как ублюдок… И я не испытывала жалости. Но и не испытывала удовольствия от осознания того, что он пройдет через то же, что и я.

Когда его уводили, он смотрел мне в глаза. Его взгляд был злым, угрожающим. Мужские губы что-то шептали, наверное, проклятия в мой адрес. Ну пусть. Это единственное, на что он был сейчас способен. А затем он усмехнулся. И вот тогда по моему телу пробежали мурашки. Испугалась и на мгновение растерялась, позволила эмоциям проявить себя. Наверняка, в моих глазах мелькнул страх, и он заметил это. И ему это понравилось.

Больше я не выдержала. Накинула на голову капюшон и быстро вышла из зала. Надеюсь, что мне больше не придется сюда возвращаться.

На улице шел дождь. Прекрасно. Природа идеально отражала мое настроение. Но в последнее время я полюбила серость, туман и ливень. Он умел скрывать слезы. А мне иногда это было нужно. Спряталась под козырек и достала сигареты. За последний год я открыла для себя много вещей, которые помогали справляться с внутренней болью. Алкоголь и сигареты. Нет, конечно, я не выпивала каждый день. Но раз в месяц я стабильно распивала бутылку вина. Одна. Возможно, я мазохиста… Ведь выбирала всегда определенный день. Определенное число. Четырнадцатое число любого месяца – день скорби и боли для меня. Я словно праздновала годовщину своей разрушенной жизни. Подруга не понимала, почему я так вела себя, а я даже не пыталась ей объяснить. Зачем? Все равно не поймет. Мою боль ей не объяснить. Да и от ее жалости меня уже тошнило. А Мира носилась со мной, словно курица с яйцом.

А меня такое поведение раздражало. Злило. Ее обеспокоенный взгляд просто бесил. Да, меня изнасиловали. Да, надо мной надругались. Но я не собиралась убивать себя. Не собиралась спиваться или употреблять наркотики. Я продолжала жить, стараясь забыть все, что со мной сделали. Но именно такое поведение, как у Миры, не давало мне отпустить прошлое. Один раз я пыталась поговорить с ней, попросить, чтобы не вела себя так. Но подруга лишь кивала головой и сыпала ложными обещаниями.

В такие моменты я ненавидела ее, а потом уже ненавидела себя за такие чувства к ней. Ведь подруга не виновата, что я изменилась. Стала злее и грубее. Но это все равно была я. Пусть я курю, пусть иногда пью. Но это все равно я. Нарочно обижала ее тем, что отталкивала от себя, поэтому сводила наше общение на минимум. Иногда созванивались, договаривались о встречах в кафе или кино. Пока мне этого хватало. Но я чувствовала, что скоро мое терпение иссякнет. Я больше не хотела общаться с ней.

Медленно закурила и вдохнула ядовитый дым в себя. Прищурилась и осмотрела парковку. Вроде подозрительных машин не было. Быстро докурила и выкинула окурок в урну. Вышла под дождь. Вздохнула. Ублюдок сел. Он наказан, по справедливости наказан. Теперь прошлое остается в прошлом.

Шла по тротуару, обходя лужи. До нужной мне остановки было долговато, но я и не торопилась никуда. Родители ждали меня дома, я попросила их не приезжать на суд. Я не хотела, чтобы они вообще встречались с ублюдком. Не нужен им лишний стресс.

Когда до остановки оставалось буквально несколько метров, я заметила, что позади меня медленно ехал черный джип. Махнула головой. Да, у ублюдка связи… Но не могли же они средь белого дня добраться до меня? Или все же могли? Адвокат и прокурор обещали, что я буду в безопасности, что ко мне приставлена охрана… Но что-то сейчас я стала сомневаться в этом. Для раздумий не было времени. Один раз я уже замешкалась, за что и поплатилась. Больше я так не облажаюсь. Натянула капюшон еще ниже и рванула по лужам, расталкивая людей. Услышала, как позади резко затормозила машина, а потом топот мужских ног.

– Вот, она! Ловите суку! – прокричал один из них, и я побежала еще быстрее. Понимала, что не смогу убежать. Но сдаваться не собиралась. Сколько я успела пробежать? Три метра? Четыре? Ничтожно мало. Но утешала мысль, что я хотя бы пыталась. Уже есть за что себя уважать. Один из мужиков схватил меня за капюшон и резко дернул на себя. Я вскрикнула и начала заваливаться назад, вцепившись в свою кофту, чтобы не задушить себя. А затем мне надавили на шею, и мир поблек перед глазами.

Неужели все? Неужели так быстро?

Тело ослабло, и меня кто-то подхватил на руки. Слышала отдаленные мужские голоса, но не могла разобрать и слова. Да уже все равно. Я знала, почему меня похитили. Месть. Как быстро… Было страшно осознавать, что скоро умру. Боже, что же станет с родителями… Оставалось надеяться, что их не тронут. Пусть накажут меня, но не их. Пусть делают со мной, что хотят. Я все равно не жалела, что ублюдка посадили. Пусть. Самое главное, что больше никто не пострадает…

А я готова принести себя в жертву.

Глава 2

Меня усадили на заднее сиденье, накинули какой-то мешок на голову, хотя я бы все равно ничего не запомнила, ведь до сих пор была в не совсем адекватном состоянии. Голова кружилась, и меня немного подташнивало. А еще было страшно. Хотелось закричать, завопить, спросить, куда меня везут. Я просто хотела, чтобы меня отпустили, чтобы оставили в покое. Но, конечно, я бы ни за что не стала этого делать. Сжала кулаки, закусила нижнюю губу и стала бороться с собой. Слезы не помогут. Да, кажется, мне уже ничего не поможет… Даже люди на улице, которые видели, что меня схватили, что я сопротивлялась и убегала, но никто не помог. Меня не должно это удивлять. Уже нет. Ведь я сталкивалась с проблемой человеческого равнодушия. В ту ночь… Мне никто не помог. Никто. И сейчас произошла аналогичная ситуация. Люди стали равнодушными, трусливыми и гнилыми. И эта вонь забилась мне в нос, я больше не могла спокойно дышать в этом мире, спокойно смотреть в их лица и задавать себе вопрос: «А могу ли я быть в безопасности?»

Нет, не могу. Ответ однозначен и не подлежит обсуждению.

Я могла только догадываться, куда мы едем. По шуму снаружи, предположила, что в городе. Автомобиль часто останавливался: наверное, на светофорах. Да, точно мы были еще в пределах города. Это радовало. Значит, меня не везли в лес, чтобы тихо и спокойно закопать меня за бугорком. Хотя еще не вечер, как говорится… Еще успеют и закопать, и выкопать обратно.

Похитители молчали. Даже не переговаривались. И тишина давила. Действовала на нервы, заставляя еще больше сходить с ума. Сжала кулаки, впиваясь ногтями в нежную кожу ладони. Пусть физическая боль перекроет страх.

Сначала я думала, что у этих парней все под контролем. Они уже похитили меня, осталось дело за малым – доставить меня на нужное место. Но в этом не должно быть трудностей… Но я ошиблась. Видимо, судьба решила, что мне мало испытаний, мало страданий. Надо добавить еще. А началось все со слов одного из верзил, что у нас «хвост».

– Минин, сука! – прорычал кто-то спереди, и я услышала, как начали готовить оружие. Минин? Это кто еще? Еще один преступник?

– На пол!

Меня скинули с сиденья, и я больно ударилась спиной, глухо вскрикнув. А потом я услышала выстрелы. И стреляли в нас. Больше я вынести не могла. Быстро сорвала мешок с головы. Лучше бы я этого не делала. Водитель был мертв, а его «коллега», одной рукой пытался остановить автомобиль. Не совсем успешно. Два парня, которые сидели по обе стороны от меня, тоже были мертвы. Почему они не защищались? Не успели? Не смогли? Или вообще нечем был спасать жизнь?

А дальше события закрутились еще быстрее. Машину все-таки удалось остановить. Парень быстро выскочил из салона, а затем и меня выдернул.

– Быстрее, тупица! Пошевеливайся, если хочешь выжить!

И только сейчас я быстро осмотрелась. Мы все же были в лесу. Ошиблась, значит. Но это уже не имело значение. Позади остановилось несколько джипов, и из них стали выходить люди. Мужчины с оружием. Наверное, я все же умру сегодня… И родители никогда не узнают, где лежит тело их единственной дочери.

Наши преследователи тут же направили оружие на нас, приказывая остановиться. Выбора не осталось. Тяжело дыша, я осматривала лица мужчин. И не находила ни одного, кто бы не смотрел с ненавистью на парня, который медленно отступал.

– Стой, сука! – приказали ему, но парень, наверняка, был камикадзе. Едва он дернулся в сторону, как раздался оглушительный выстрел. Я вскрикнула, присела и прижала дрожащие ладони к голове. Боже, спаси. Не хочу умирать. Не хочу!

Парня не убили. Подстрелили ногу, чтобы больше не дергался и не пытался убежать. А мужчинам нравилось смотреть на его мучения. Усмехались, посмеивались. Такие же животные, как и он сам.

– Шеф! – заорал один из них. Я думала, что из машины выйдет еще один мужчина. Но он появился из толпы. Разговаривал по телефону, но при этом сканировал территорию своим волчьим взглядом. Посмотрел на раненного, покачал головой, а затем что-то тихо произнес своему собеседнику и отключил звонок.

Потом он посмотрел на меня.

– Девчонка не пострадала? – кивнул на меня и спросил низким, чуть сипловатым голосом.

– Нет.

Обо мне речь ведут? Пострадала! Еще как! Видимо, буду страдать и дальше…

Тот, кого назвали шефом, направился ко мне. Шаг его был тверд, а походка уверенная. Такая, словно он повелитель всего мира. Я хотела вскочить, убежать, но даже пошевелиться не смогла, словно этот темный взгляд парализовал меня.

Мужчина присел рядом, и я почувствовала приятный запах древесины и сигарет. Шеф, буду называть его пока так, присел на корточки рядом со мной и чуть прищурился, изучая мое лицо. Я же не могла глаз отвести от него. Нет, не из-за его ослепительной красоты. Хотя, глупо отрицать. Он был довольно-таки симпатичным. Его волосы были черными, как вороново крыло, а глаза темнее, чем сама ночь. И именно взгляд меня пугал.

– Не пострадала? – спросил он. Медленно покачала головой. Мужчина удовлетворённо кивнул в ответ и поднялся на ноги.

– Вы Минин? – неожиданно спросила я и тут же захотела дать себе хорошего пинка, а затем выкинуть себя в окно. Мужчина опять наклонился ко мне, обдавая своим запахом.

– Откуда знаешь?

– Они говорили… В машине…

– Понятно, – а затем схватил меня за шиворот и поднял на ноги. И уже второй раз за день меня потащили к незнакомой машине.

Надо было отбиваться, кричать, но я боялась. Честное слово. Да и момента удобного не было…

– Шеф, а что с этим делать?

Минин обернулся, ослабил хватку на моем капюшоне. И я решилась. Вот он. Мой шанс на спасение. Хватит плыть по течению. Быстро рванула в сторону. Мужчина этого не ожидал, поэтому отпустил меня. А я бежала. Бежала в лес. Мне что-то кричали вслед, но мне уже было все равно. Я рвалась к свободе.

Глава 3

Ветки больно ударяли по лицу, и вновь пошел дождь. Я запиналась, поскальзывалась, но упорно двигалась вперед. Время от времени я оглядывалась. Если сначала я видела, как мужчины бежали за мной, то буквально через несколько метров они словно растворились. Конечно, прекрасно понимала, что ни за чтобы не смогла оторваться от них. Явно они что-то придумали, они собираются поймать меня.

Бежала быстро, не оглядывалась. Но понимала, что силы уже покидали меня. Дышать становилось все труднее и труднее, бок закололо. Но я бежала. Не замедлялась ни на секунду. Расслаблюсь – и тогда погибну. И я не хотела этого. Решила схитрить, сменить направление. Стала бежать чуть правее, время от времени оглядываясь, но никого не было. Неужели получилось? Быть этого не может!

Резко пригнулась и спряталась за кусты. Прислушалась. Лес жил своей жизнью. Шумел ветер в кронах деревьев, а по веткам скакали белочки. Но меня сейчас больше заботил Минин и его «шкафы». А белочками потом полюбуюсь… Если выживу. Но надежда на это таяла с каждой минутой. Наверняка, я очень разозлила Минина. И чего от него ожидать… Я не знала.

Я расслабилась. Думала, что надежно спряталась. Но опять ошиблась. Как в ту ночь. Невнимательность – мой враг. Тогда я не заметила врага, и сейчас ситуация повторялась… Даже треск веток не насторожил меня. Я же сидела в кустах и строила Наполеоновские планы по своему побегу. Меня схватили за капюшон и резко подняли вверх. Закричала и тут же закашляла – ворот стал давить на горло. Сильные руки встряхнули меня. Я вытерла глаза и еще раз откашлялась. А когда, наконец-то, поняла, кто стоял передо мной, то тут же дернулась в сторону, но меня схватили и прижали к твердому телу.

– Набегалась, Найденыш? – прошептал мне в макушку Минин и обхватил меня сильнее, а после, не дожидаясь ответа, ловко и быстро закинул на плечо. Хотелось кричать, отбиваться, драться с ним. Но меня словно парализовало. Не могла даже вздохнуть спокойно. Минин – первый мужчина, который коснулся меня после изнасилования. И сразу так… Грубо. Его рука накрыла мое бедро, придерживая. Но для меня уже стало это толчком. Меня накрыло огромной волной воспоминаний. Перед глазами тут же встала та ночь. То, как ублюдок хватал меня, как я сопротивлялась, просила его отпустить меня, проклинала, а потом опять просила. Он не слышал меня. Или не хотел слышать. Его волновали только собственные желания. Даже потом он вышвырнул, словно шлюху, словно я сама напрашивалась к нему в постель и вешалась на шею. Никогда я не чувствовала такого страха. И такого отвращения. Но самое ужасное было то, что я оказалась бессильной. Слишком слабой. Не способной постоять за себя, отстоять свою честь. И никто не помог мне. Большинство видели, как ублюдок тащил меня, как я сопротивлялась. Почему никто не вмешался? Возможно, из-за алкоголя. Все были пьяны. Особенно он. Тогда он казался мне слишком сильным, и сейчас прикосновение Минина вернули меня в ту ночь.

Забыла, как дышать. В груди начало давить, перед глазами «заплясали» темные пятна, а кончики пальцев закололо. Я вцепилась в спину Минина, словно она был моим спасательным кругом. Мне нужно было начать хоть что-то чувствовать. Хоть что-то. И пусть это будет спина бандита.

А он понял, что со мной что-то не так. Мужчина продолжил медленно шагать, не останавливаясь, чуть подкинул меня, но я никак не отреагировала. Только сильнее сжала ткань его одежды.

– Эй, ты в порядке? – неожиданно спросил он. Его хриплый голос немного привел меня в чувство, но я все равно находилась где-то в прострации. Мышцы под моими руками напряглись, а затем Минин вообще остановился и аккуратно отпустил меня на землю. Пошатнулась и обязательно бы завалилась в кусты, если бы он не обхватил меня за талию. Нахмурился, рассматривая мое лицо. Пристально вглядывался несколько секунд. Затем его пальцы сжали мой подбородок, приподнимая голову вверх.

– Посмотри на меня.

Послушно перевела на него взгляд. И, кажется, я первый раз увидела лицо этого человека. Сначала я даже не заметила, что он носит короткую бороду, а в его карих глазах притаилась опасность. Я бы даже смогла назвать его красивым… Но я больше не интересовалась мужчинами. Спасибо, хватило. Больше не надо.

А он все больше и больше хмурился. Не понимал, что с мной произошло. Да и я совсем не поняла… Первый раз у меня случался такой приступ. Ведь до этого меня обнимал только папа.

А тут Минин… Руки распускает.

– Отпусти… – сдавлено проговорила я, чувствуя, что голова опять начинает кружиться. Паника. Самая настоящая паника медленно, но верно накрывала меня. Еще чуть-чуть… Через несколько секунд, через несколько слов меня накроет. И тогда я не знаю, что произойдет дальше. Стало страшно.

– Ясно, – процедил Минин и сжал челюсти, – не бойся. Я не сделаю тебе больно.

Он понял. Все понял. И он знал, что со мной произошло. Но откуда? Что вообще ему нужно от меня? Что им всем нужно от меня?!

Хотелось кричать.

Но не могла.

Боль душила.

И сил не было противостоять. Опять. Опять позволила командовать своим телом. Минин тяжело выдохнул, тихо сматерился, но я услышала, и быстро подхватил меня на руки, а затем понес в сторону машин.

И опять я ехала в незнакомом автомобиле, в компании незнакомых мужчин, от которых так и веяло опасностью. Минин был за рулем, а мое слабое тело усадил на соседнее пассажирское сиденье. Меня все еще трясло, и Минин то и дело поглядывал на в мою сторону. Но плевать. Пусть делает, что хочет. Только больше никаких прикосновений… Не уверена, что выдержу…

Куда он вез меня? Я не знала. Перед глазами мелькал незнакомый пейзаж, и я не старалась даже сконцентрироваться на нем. Мне было все равно.

Глава 4

Неожиданно перед моим лицом возникла рука Минина. Он протягивал мне бутылку воды. Непонимающе и растерянно перевела взгляд на него. Мужчина тяжело вздохнул и встряхнул бутылку.

– Бери.

Но я не спешил выполнять его просьбу… Или это все-таки был приказ? То, каким тоном он произнес это слово… Его голос был спокойным и тихим, но наполненным такой властью, такой силой, что сразу же тело покрылось мурашками. Что ждать от этого человека? Он может быть опасен. Нет, он и так опасен. Вся его аура кричит об этом. Но вопрос был в другом… Был ли он опаснее, чем те люди, которые похитили меня? Хотелось расспросить Минина. О многом. И была уверена на сто процентов, что он знал ответы на все интересующие меня вопросы.

– Бери, я сказал, – хриплый голос Минина ворвался в мои мысли. Неосознанно вздрогнула и схватила бутылку. Мужчина опять вернул свое внимание дороге, а я все же решила сделать несколько глотков, надеясь, что смогу успокоиться. Я чувствовала, как мужчины, сидящие позади, усмехались. Насмехались надо мной. Ну и пусть. Я жива и пока в безопасности. А это самое важное.

Вода была холодной и отрезвляющей. С каждым глотком мысли приходили в порядок.

– Оставь себе, – сказал Минин, когда я закрутила крышку. Какой щедрый! Опустила бутылку себе между колен и откинулась на сидение. Так, надо собраться. Для начала понять, куда меня везут. Понятное дело, что никто на этот вопрос мне не ответит, да и желания спрашивать нет… Мы въезжали в город, а это уже огромный плюс. Но маршрут сразу показался мне странным. Минин ехал только по дворовым улицам, избегая дорог в городе. Мужчина направлял машину по маршруту, известному только ему. Минин то и дело смотрел в зеркало, словно проверял – нет ли погони или слежки за нами. И, вероятнее всего, я была права.

Думала, что эта поездка никогда не закончится. Но, наконец-то, Минин остановил автомобиль. Из салона сразу же вышли люди Минина, оставляя нас наедине. Мужчина заглушил мотор и повернулся ко мне. Я же упрямо смотрела вперед. Дрожащими пальцами сжала бутылку и громко сглотнула. Он давил на меня. Своей аурой. Своим присутствием. Не могу сказать, что я его боялась… Я его опасалась. Он же явно не пай-мальчик. Вон какие у него подчиненные. Бугаи и шкафы. Чего уж про него говорить… Его уважают и бояться. Это видно. И все. Больше я ничего не смогла понять. Крепкий орешек, не для меня… Хотя мне вообще все равно на него. Пусть просто отпустит меня. Сегодня посадили ублюдка. Все. Я закрываю дверь в прошлое.

А Минин все продолжал рассматривать мою персону.

– На меня посмотри, – раздался голос мужчины, и я вздрогнула. Повернула голову и встретилась с его глубоким взглядом. Он опять изучал меня. Анализировал. Что ему нужно? Пусть отпустит. Хочу домой.

– Слушай внимательно. Сейчас мы выйдем из машины, и ты спокойно пойдешь со мной. Не будешь кричать, сопротивляться или пытаться убежать.

Боже, что ему от меня надо? Куда он собрался вести меня? А самое главное – зачем? На глаза навернулись слезы, и меня опять начало трясти. Неужели… Неужели история снова повториться? Неужели я заслужила такое наказание?

Минин, заметив мои слезы и подрагивающие плечи, нахмурился и наклонился ко мне. Отстегнул мой ремень безопасности, а потом сжал мои предплечья. Его ладони были большими, пальцы сильные, они держали крепко, не вырвешься, но не причиняли даже дискомфорт.

– Я не сделаю тебе больно. Не нужно бояться меня.

Заворожено смотрела ему в глаза, словно я – добыча, а он – хищник.

– Тогда что тебе от меня нужно? – голос дрожал, и по лицу все-таки скатилась пара слезинок.

– Просто поговорить. А потом я тебя отпущу. Обещаю.

Верила ему? Не совсем. Но выбора-то у меня не было. Послушно вышла из автомобиля и подождала Минина. Он подошел и, положив ладонь мне на спину, подтолкнул вперед. Я сделала несколько быстрых шагов, чтобы избежать его прикосновения. Мужчина никак не прокомментировал мои действия. Уже хорошо. Он шел чуть впереди, но то и дело оглядывался на меня. И еще его взгляд сканировал местность. Сильная спина и широкие плечи были напряжены. Минин хмурился, тем самым заставляя меня еще больше его опасаться. Мы подошли к подъезду многоэтажки, и мужчина пропустил меня вперед. На лифте поднялись на шестой этаж. В квартиру он опять пропустил меня вперед.

– Не бойся, – еще раз тихо повторил он, закрывая за нами дверь. Квартира с первых секунд мне понравилась. Хороший ремонт, дорогая и качественная мебель. Приятно пахло цитрусами, и, что удивительно, было чисто.

– Чья эта квартира? – спросила я, разуваясь и следуя за мужчиной.

– Моя.

Ого. Редко встретишь, когда у мужчины такая идеальная чистота в доме… Хотя, что я о нем знаю? Ничего. Возможно, у него есть жена или девушка… Просто сложно представить Минина в фартуке и с половой тряпкой в руках.

На кухне Минин кивнул на стол, и я послушно опустилась на стул.

– Вода? Сок? Или ты голодная?

Он собрался меня кормить? Я не ела еще сегодня, и, как назло, желудок громко заурчал.

– Понял, – кивнул мужчина и открыл холодильник, – будешь борщ?

Я просто не верила, что это происходит наяву. Вероятный бандит собрался кормить меня борщом. Даже если бы я не любила этот суп, то не посмела бы ему отказать.

Через пятнадцать минут передо мной стояла огромная тарелка горячего супа, хлеб и кружка чая. Сам Минин тоже сел есть. Мы молча помыли руки и присели обратно за стол. Господи, что я творила? А если меня сейчас отравят? Замерла и отложила ложку. Мужчина хмыкнул и съел ложку супа.

– Не бойся. Сказал же, что со мной тебе ничего не угрожает.

Слишком громкие слова. Один раз мне уже говорили так, а потом изнасиловали.

Глава 5

Несколько минут я гипнотизировала тарелку супа, опасалась съесть даже ложку, хотя была ужасно голода. Но Минин же ел суп. Значит, правда, не отравлено. Но все же я не следила за его руками. Поэтому кто знает, кто знает…

– Ты будешь есть? – спросил мужчина, не отрываясь от своего обеда, – Если нет, то заберу сейчас.

Голод победил упрямство и страх. Суп оказался невероятно вкусным, что я не заметила, как съела его. Потом мужчина напоил меня чаем, угостил тортом. И с каждым кусочком мое настроение улучшалось. Давно я так не ела плотно. Раньше просто не хотелось. Могла поесть один раз в день, или вообще проигнорировать прием пищи. Это началось после изнасилования. Психолог говорил, что сознательное голодание – последствие стресса.

Постепенно стала расслабляться, но старалась не терять бдительность. Наблюдала за мужчиной, который сидел напротив меня, и все никак не могла понять, как относиться к нему. Он, по сути, похитил меня, увез насильно. Но ведь он спас меня… Хотя я не знаю, что ждало там, куда везли меня изначально. И что вообще ожидать от этого мужчины, чьего имени даже не знала. Он накормил меня. Успокоил. Но я прекрасно понимала, что он сделал это не по доброте душевной. Ему что-то было нужно от меня. Но что? Минин не спешил говорить, а я не решалась первой начать разговор.

В один момент наши взгляды встретились, но я тут же посмотрела на окно, чтобы не выдать, как смутили меня его карие глаза. Чувствовала, как они сканировали мое лицо, сканировали эмоции, которые, я была уверена, легко читались. Закрыла глаза, и перед взором тут же всплыло его мужественное лицо. Его нельзя было назвать красивым в общем смысле этого слова. Грубые черты сразу же показывали, что мужчина не «одуванчик». Не мальчик, с ним не поиграешь. Судя по морщинке на переносице, Минин часто хмурился и мало улыбался. Его черные волосы были коротко подстрижены, а на скулах – густая щетина. Минин точно выглядел мужественным, сильным и опасным. Но в памяти хорошо отпечатались его темные глаза. Я так и не смогла разгадать, о чем он думал.

– Поговорим? – спросил, наконец-то, он. Мужчина сложил руки на груди и откинулся на спинку стула. И все так же продолжал прожигать своим взглядом дырку в моей голове.

– Поговорим.

А что я еще могла ответить? Он заварил всю эту кашу. Пусть теперь и расхлёбывает. Он похитил меня. Нет, точнее сказать, спас от похищения. Успокоил, покормил. Явно непросто так. Пусть сам и начинает рассказывать. А я потом подключусь к разговору. Наверное.

– Ты знаешь, куда тебя везли? – не в бровь, а в глаз.

Это только первый вопрос, а я уже растерялась.

Что же будет дальше?

– Нет.

Минин кивнул, словно ожидал подобный ответ.

– Тебя говорит о чем-нибудь имя… Черногорского Антона Эдуардовича?

Что? Откуда он? Нет. Нет. Я ненавидела это имя. Ненавидела этого человека. Стоило кому-то упомянуть его, то тело и разум тут же давали сбой. Да, это имя о многом мне говорило. О многом.

Зажмурилась, потому что перед глазами заплясали темные пятно, а в мыслях опять вспыхивали сцены той ночи. Горло сдавило, стало тяжело дышать. А в груди начало давать. Нет, только не это. Паника накрывала меня, и от нее не было спасения. Такие приступы должны были уже прекратиться… Должны… Не заметила, как по щекам покатились слезы, и я сжала голову руками. Мир вокруг перестал существовать, потому что я уже погрязла в воспоминаниях той ночи. И я не знала, как вынырнуть оттуда. Не знала, как спастись и вернуться в реальный мир. Но самое страшное, что я не знала, как избавиться от этих воспоминаний. Я уже теряла надежду. Понимала, что это мой крест. Та ночь навсегда останется в моей памяти.

Не услышала, как мужчина поднялся со стула. Даже сначала не почувствовала его прикосновений. Дальше – провал в памяти. Наконец-то, пришла темнота и вырвала меня из воспоминаний. Спасибо.

Очнулась резко, словно от толчка. Первый вздох отозвался болью в горло, поэтому я закашлялась.

– Тише, тише, – глухой голос, словно издалека, раздался неожиданно, и я вздрогнула. Перед глазами возникло серьезное лицо Минина, он наклонился ко мне, и я почувствовала его дыхание на своей щеке.

– Что случилось? – хрипло прошептала я и попыталась приподняться, но мне не позволили. Моргнула пару раз, огляделась и поняла, что лежала на огромной постели. В глаза сразу же бросили темные обои и черные шторы, которые защищали комнату от проникновения солнечных лучей. А Минин сидел рядом со мной и держал меня за руку.

– Ты упала в обморок, – ответил мужчина, не сводя с меня серьезного взгляда. Точно. Упала в обморок. Из-за одного упоминания ублюдка. А ведь я так и не ответила на вопрос.

– Я…

– Тихо, – перебил он меня грубо и нахмурился, – я все понял. Мне не стоило задавать такой вопрос.

Что он понял? Да ничего он не понял… И никто не поймет кроме тех, кто сам прошел через подобный кошмар.

– Конечно… – с ухмылкой ответила я и посмотрела на наши руки. Он все еще продолжал сжимать мои пальчики и отпускать меня явно не собирался. И его ничего не смущало.

Но меня-то смущало. И казалось странным.

Его прикосновение не вызывало страха или отвращения. Ведь он уже сегодня касался меня, и реакция была соответствующая. Но что изменилось спустя час? Возможно, я еще не совсем пришла в себя. Но ладонь все равно аккуратно отобрала. Минин нахмурился еще сильнее, но никак мой поступок не прокомментировал. К счастью.

И чтобы хоть как-то отвлечься самой и отвлечь его, я решила начать разговор заново. Только избегая его имени.

– Откуда ты знаешь имя ублюдка? – спросила еще сиплым голосом. Минин вздохнул и провел ладонью по коротким волосам.

– Ублюдка? – жестоко усмехнулся мужчина, – правильное определение ты ему дала. Откуда я его знаю? Он был шестеркой моего врага.

Пока ничего не понятно. И Минин это понял по моему лицу.

– Ублюдок работал на Соболя, делал мелкие грязные дела, поэтому Соболю не выгодно, чтобы его шестерка сидел в тюрьме. Еще на такой срок.

Вот как… Немного стало понятнее.

– Соболь твой враг?

Мужчина кивнул, и в его глазах появился странных блеск.

– А почему?

– А потому. Этот вопрос тебя не касается. Самое главное, что сейчас должно тебя волновать, это то, что Соболь тебя ищет. И уже практически нашел.

И тут мне стало страшно. Я понимала, что Соболь – опасный человек. Но зачем ему я?

– Зачем? – повторила вслух свои мысли, сжав в пальцах покрывало.

– Ему не удалось подкупить судью, чтобы освободить ублюдка, потому что это сделал это раньше. Да, была велика вероятность, что его не посадили бы.

Если бы ублюдка не посадили, то я бы убила себя. Не смогла бы спокойно жить, зная, что он гуляет на свободе. Но, видимо, теперь появился враг, который намного опаснее моего насильника.

– Я не понимаю…

– Ублюдок – мелкая сошка для Соболя. Но ему нужен он, так как ублюдок заслужил у него доверие. Хотел откупить – не получилось. Я предложил больно, только Соболев даже не догадывается об этом. Поэтому он злится. Теперь ему нужна ты, чтобы ты отказалась от своих слов. Отказалась от своего признания. Все просто, он собрался похитить тебя, возможно, пытать, чтобы ты подписала нужные документы, чтобы ублюдка выпустили, чтобы к Соболю вернулся верная шестерка. И он не остановится. Соболев своих людей в беде не бросает.

А страх все сильнее сковывал мое сердце. За что? За что мне все это? А самое главное, как спастись? Где найти защиту? Кажется, я обречена на смерть… На мучения. Но за что? Почувствовала, как на глаза опять навернулись слезы, и я зажмурилась. Прижала ладони к лицу. Когда кончится этот кошмар? Когда?! Подтянула ноги к груди и стала раскачиваться из стороны в сторону.

Неожиданно мою коленку накрыла сильная ладонь и сжала ее. Резко подняла голову и встретилась с взглядом темных глаз.

– Не бойся. Я защищу тебя.

Глава 6

Вытерла слезы, почувствовав, как в душе затеплилась надежда. Возможно, он правда сможет меня защитить? Подозревала, что у Минина много возможностей, много власти.

– Правда? – дрожал голос, но я старалась успокоиться. Мужчина кивнул, продолжая сжимать мою коленку.

– Но зачем тебе это?

Минин наклонился ко мне и тихо ответил:

– Считай, что теперь это дело чести.

– Теперь?

– Да. Раньше хотел просто позлить еще больше Соболя, украсть тебя прямо из-под его носа. Но теперь у меня другие цели.

Сглотнула и нерешительно спросила, чувствуя, как наступало облегчение. Почему-то верила Минину. Опасалась, но верила. Пусть лучше он, чем ублюдок. Рядом с этой мужчиной, я хотя бы чувствовала себя в относительно безопасности.

– Что заставило тебя передумать?

Минин несколько секунд молчал, и я думала, что он уже не ответит. Но лучше бы он молчал.

– Ты.

Я? Я заставила его передумать. Это звучало странно. И я не могла понять основу этого мотива.

– Почему я? – тихо спросила. Минин продолжил смотреть мне в глаза, словно изучая мои эмоции. Боялся, что меня опять накроет? – Почему именно я заставила тебя изменить… свои цели?

Я не совсем понимала мир Минина, мир Соболева. Криминальный мир. Я больше не хотела иметь с ним дела. Но меня никто не спросил. Пока я вынуждена находиться, словно между двух огней. Между Мининым и Соболевым. И мой выбор явно будет в пользу первого. Он хотя бы не хочет убить меня.

Мужчина пожал плечами.

– Ты слабая. Беззащитная. Ты не заслужила возмездия Соболева. Поэтому хочу защитить тебя.

– Просто так? И тебе ничего не нужно? – осторожно спросила я. Перестала доверять людям. Год назад прекрасно убедилась, что всем плевать на тебя, на твою жизнь, на твою безопасность. Каждый должен сам заботиться о себе. И такое щедрое предложение от малознакомого мужчины не может прозвучать просто так. Да и вообще… Как я могла довериться ему? Одно дело, когда меня запихали в машину и привезли сюда. Но вреда же мне не причинили. Даже наоборот… Накормили, напоили и успокоили. А теперь вот защиту пообещали. Или я стала параноиком, или ему что-то было нужно от меня.

– Ничего мне от тебя не нужно, – Минин усмехнулся и окинул меня странным взглядом, – К чему вообще эти вопросы?

Теперь пришла моя очередь пожимать плечами.

– В нашем мире ничего не делается просто так. Особенно ради посторонних.

– Ты всегда можешь отказаться. Я не заставляю тебя принимать мою помощь, – Минин поднялся и посмотрел свои на наручные часы. – Если хочешь, я могу отвезти тебя домой.

Да, я хотела. Очень.

Дорога заняла минут двадцать, и весь этот путь мы молчали. Лично мне было над чем подумать. Пару раз в голове мелькали мысли, что сейчас Минин завезет меня куда-нибудь, стукнет по макушке и все. Пиши – пропало. Но мужчина не обманул мое доверие и в этот раз. Может, все-таки стоит принять его предложение? Или, может, меня больше не будут похищать? Хотя я в этом сильно сомневаюсь.

Как только въехали в мой двор, я тут же приготовилась выходить из машины, но Минин остановил меня.

– Постой.

– Что?

Мужчина прикурил и выдохнул дым.

– Ты подумай над моим предложением. Поняла? – он опустил руки на руль и стал просматривать территорию. – Видишь?

Посмотрела в ту сторону, куда уставился Минин. Даже так же прищурилась и наклонилась вперед, но ничего так и не заметила.

– Нет. Не вижу.

Мужчина хмыкнул и тихо пробормотал себе под нос.

– Я и не сомневался.

А потом он поднял руку и указал куда-то в сторону детской площадки.

– Смотри. Вон там. За качелями.

Первое время я действительно ничего не видела. А потом, стоило лишь чуть поднапрячь зрение, заметила мужчину в черном. Лицо скрывал капюшон, накинутый на голову. По телу сразу пробежала дрожь. Жуткий тип. Весь в черном. Постоянно оглядывается и подносит запястье к лицу. Да еще и на детской площадке ошивается.

– Вижу…

Минин довольно кивнул.

– Это человек Соболя. Это точно. Он постоянно смотрит на твой подъезд.

И тут стало еще страшнее. Значит, Соболев не отступится. Будет дальше мстить. Но ведь это я жертва! Я!

– Знаешь, я тут подумала… Мне все-таки нужна твоя помощь.

– Правильное решение. Пошли, я провожу тебя.

Пока мы подходили к подъезду, мужчина поддерживал меня за спину. Он явно чувствовал себя расслаблено, в то время как я просто с ума сходила. Ведь на меня буквально открыли охоту!

А когда уже заходили в дом, Минин поднял руку и показал средний палец моему преследователю.

Я была просто в шоке. Зачем он это сделал? Зачем провоцировал людей Соболева? Пока поднимались на нужный этаж, я то и дело косо поглядывала на Минина. Вот зачем он подставлял меня еще больше? Когда до моей квартиры оставалось несколько шагов, остановилась и посмотрела на мужчину.

– Ты зачем это сделал? – тихо спросила его. Минин пожал плечами.

– Люблю дразнить этих шавок. Они всегда ведутся. Тупые молокососы, думают, что знают, с кем тягаются. Стоит им показать фигу – и они взрываются. Видела, как тот недоумок дернулся в нашу сторону? Наверняка, он думал, что выглядел крутым. Идиот.

Ох, мужчины… Мне вас никогда не понять. Между прочим, дела серьезные происходят, а он дразнится! Словно наши жизни – это игрушки.

– Не надо так делать… Это же опасно… – прошептала я, покачав головой.

Брови мужчины приподнялись.

– Опасно? Я так не думаю, – покачал он головой. Как же он не понимал? Зачем заставил опять жить в страхе и незнании.

– Ты разозлил их, сам сказал. А сейчас уйдешь, но я-то останусь. Останусь в опасности, мои родители – тоже. И кто нас защитит?

Минин серьезно на меня посмотрел.

– Я обещал тебе защиту. А я всегда держу слово. Мои люди будут охранять вас. Никто больше не пострадает.

Мы медленно подошли к моей двери и остановились.

– И сколько это будет длиться? – тихо спросила, боясь поднять на него глаза, потому что было страшно услышать правду.

Минин молчал. И мне не нравилась эта тишина. Из нашего короткого разговора я поняла, что у этого человека есть ответы на все вопросы. Так почему же он утаивал их?

– Я не знаю, Диана, – он впервые назвал меня по имени. Честно, я даже не удивилась, что он знал, как меня зовут. Но я все равно вздрогнула. Почему? Теперь ответа не знала я. И тут я задумалась, а как звали Минина? Захотелось узнать, но спросить не решилась. Вдруг, это тайна, раз он еще не представился мне?

Глава 7

Я кивнула и потянулась к двери. Но Минин остановил меня. Заметила, как он потянулся ко мне, и дернулась в сторону, ударилась спиной о дверь. Мужчина нахмурился и отступил на маленький шаг. Я была благодарна ему за эту дистанцию. Пару раз за сегодня он все же коснулся меня. Но это были короткие быстрые прикосновения, на которые я не успевала реагировать. А сейчас я была напряжена до предела. Напугана. И сейчас я была не готова к тому, чтобы меня касались вновь. На сегодня достаточно. Мой предел был исчерпан.

– Подожди, – заговорил Минин, – запиши мой номер. И в случае чего, ты можешь всегда позвонить мне.

– Да? – переспросила я, немного шокированная от его просьбы. Откровенно говоря, я вообще не понимала этого человека. Мне нужно было посидеть в тишине и обдумать свой насыщенный день. Суд, похищение, встреча с Мининым, «шестерка» Соболева. Все это слишком тяжело. И я боялась, еще мгновение, и сорвусь. Не выдержу и сорвусь. А такой исход был нежелательным.

– Да. Если тебе даже просто покажется что-то подозрительным, не смотри на часы – звони.

– Но твои люди будут следить за нами? – уточнила я и сжала кулаки.

– Будут, но доверяй своим ощущениям. Поняла? – строго спросил он, и когда я кивнула, он повторил мое движение. Затем он продиктовал свой номер, а я замерла, не зная, как записать его. Подняла голову и спросила:

– Как тебя записать? – голос дрогнул, а щеки покраснели. Прекрати! Словно девица на первом свидании!

– Как хочешь, – равнодушно пожал плечами мужчина.

– А можно… Можно по имени?

Минин удивленно посмотрел на меня, будто никто и никогда не называл его по имени.

– Что? – неловко спросила я, переминаясь с ноги на ногу, уже жалея, что спросила об этом. Мужчина некоторое время разглядывал мое лицо, а затем неожиданно усмехнулся, покачав головой, словно избавляясь от ненужных мыслей, после все же ответил:

– Разве я могу отказать прекрасной даме?

Его слова заставили меня покраснеть еще сильнее. Зачем говорил так? Почему его голос был таким… Томным, что ли? Мне это сейчас не нужно… Да, что за бред… Разве я, замухрышка, могла привлечь внимание такого мужчины? Нет, конечно же нет.

И он прекрасно понял, что смутил меня. Пару секунд мы смотрели друг другу в глаза. А я все ждала, когда же он, наконец, отпустит меня. Сколько можно меня сегодня мучить?

– Записывай, – Минин кивнул на мобильник в моей руке, – Женя.

Женя? Его так зовут? Евгений… Ему шло. Имя строгое и красивое, идеально описывало мужчину.

– Записала? А теперь иди. Иди, я сказал.

Развернулась и открыла дверь, а он все стоял. Не прощаясь, вошла в квартиру и тут же закрыла замки. Несколько секунд стояла, тяжело дыша. Прислонилась спиной к стене, провела ладонью по вмиг вспотевшему лбу. Вот это да… У Жени просто бешенная энергетика. Он давил на меня, он был слишком сильный. И только от него зависела моя безопасность. Но могла ли я ему доверять? Уже поздно задавать такой вопрос. Ведь я уже доверилась ему. Осталось просто ждать… Но чего? Не знала. Повернулась к двери и посмотрела в глазок. Минин все еще стоял там. А затем посмотрел наверх, проверил соседний этаж, а потом пошел вниз, совершенно игнорируя лифт. Казалось, что он хотел убедиться, нет ли кого лишнего в подъезде.

Я хотела верить ему. Хотела. Я устала бороться одна.

Хотела, чтобы кто-то защитил меня.

Ведь я просто устала.

Глава 8

Мне казалось, что этот кошмар, наконец, закончился. Но жизнь меня ничему не научила. Практически неделю я прожила спокойно. Ну, я так думала. Ходила по улицам в магазин, но постоянно оглядывалась. И с каждым разом убеждалась, что никого не было. Никто не следил за мной, никто не преследовал. Я была безумна и слепа. Даже была готова удалить номер Минина, который не объявлялся все это время. Наверное, забыл уже про меня… Но моя главная моя ошибка была в том, что недооценивала ни Минина, ни Соболева. Я была глупой, так и не поняла, что связалась с серьезными людьми. И они слов на ветер не бросают.

Целыми днями я сидела дома. Университет я бросила, больше не хотела ходить в то место, где познакомилась с ублюдком. Я хотела разорвать все нити, которые связывали меня с этим человеком. Нет, не с человеком. А с этим животным. Я просто ненавидела его. Искренне. Не только за то, что он изнасиловал меня. Не только… Он сделал многое, чтобы разрушить мою жизнь. Ведь именно из-за него я потеряла многих людей, с которыми нас связывали хорошие отношения… И из-за него я сделала то, за что виню себя и ненавижу. Но у меня не было выбора. Или я просто не желала… Стоп. Не думай об этом. Не надо тревожить старые раны, которые не зажили, и, наверное, никогда не заживут, а будут с каждым часом все больше и больше кровоточить. Единственное оправдание, которое я нашла себе – это то, что в той ситуации я не контролировала себя. Я была сломлена. Разбита и разрушена. Тогда я была сконцентрирована на боли и на том, как пережить ее. В тот момент такое решение было самым верным. Мне так казалось. Я часто прокручивала тот день и врача, который помог мне. И проклинала себя. Но потом вспоминала Ублюдка… Тогда же становилось легче. Ненадолго. Хотя все же становилось…

Дома тоже было тошно сидеть. Мама постоянно носилась со мной, словно курица с наседкой. Я прекрасно понимала, почему она так себя вела. Понимала. Но меня душила эта опека. Знаю, что таким образом она пыталась восполнить пробелы. Она целыми днями пропадала в больнице – работала. И ей для меня, своей единственной дочери, у нее не всегда находилось время. Но я никогда не осуждала ее за это. Ведь она старалась, в первую очередь, для меня. Я же знала, что она любила меня и всегда заходила ко мне в комнату, когда возвращалась со смены. Целовала и шептала, как любит свою принцессу. Папа мой был вахтовик. Он уезжал на три месяца, а потом проводил месяц дома. Получается, я видела его еще реже, чем свою мамочку. Мы редко собирались всей семьей, но каждое мгновение, которое мы провели вместе, я ценила. В итоге, я была посвящена сама себе. А когда, год назад, произошло это чудовищное происшествие… Именно родители стали винить себя в этом. Не уследили. Не доглядели. Не защитили. А у меня даже мысли такой не было… Обвинять родителей в том, что ублюдок изнасиловал меня? Ни за что. В этом была моя вина и его. Вот и все. Только вот как это объяснишь это родителям? Я не знала, просто понятия не имела. Отец больше не ездил на вахту, сидел дома и ремонтировал мелкую технику. Он делал все, чтобы не выпускать меня из виду. А я, как назло, рвалась из-под их защиты. Понимала, как это глупо, но больше не могла сидеть в четырех стенах и жалеть себя. Первые месяцы после изнасилования я именно так и делала. Молча сходила с ума. Но пора прекращать. Пора жить. Но, видимо, мое намерение никогда не сбудется.

Я вышла на улицу, в очередной раз, когда родители опять начали давить на меня. Решила прогуляться в ближайший парк. Когда я подходила к воротам парка, мой телефон неожиданно зазвонил. Вздрогнула и замерла на пару секунд. Я отвыкла, что мне кто-то звонит. Ведь друзей у меня больше не было.

Трель прекратилась, но через мгновение мобильник опять стал разрываться. Тяжело вздохнув, я достала девайс из кармана. Звонил Минин. И явно он звонил не для того, чтобы поинтересоваться, как мои дела. Что-то случилось. Я это чувствовала. Беспокойство зашевелилось в груди, и я дрожащими пальцами приняла вызов. Мысленно молилась, чтобы было все хорошо. Молилась, чтобы больше мне не сообщали плохих новостей. Но разве судьба спрашивает у нас разрешения? Видимо, за эту неделю я исчерпала весь лимит спокойствия. Как только поднесла телефон к уху, как услышала грозный голос Жени:

– Ты где?!

Первое время я растерялась, за нашу короткую встречу Женя показался мне человеком, способным контролировать свои эмоции. Но сейчас… Сейчас в голосе мужчины я отчетливо различала злость и… Тревогу? Наверное, произошло что-то очень серьезное. Намного серьезнее, чем я могла себе представить.

Прочистила горло и тихо ему ответила:

– Подхожу к Центральному парку… А что?

На том конце провода раздался тяжелый вздох облегчения.

– Жди меня там. Я приду минут через пять. Стой. Никуда не уходи. Поняла меня?

– Что случилось? – спросила я, но в ответ мне были лишь гудки.

Ничего не понимаю…

Отошла с тропинки и стала послушно ждать Минина. Увидела, как из глубины парка вышли несколько человек. Они осматривали территорию. Явно кого-то искали. Накинула капюшон на голову, мысленно умоляя Женю поторопиться… Я понимала, что искали меня. Страх сковывал все тело, но я заставляла себя не терять рассудок.

Он придет.

Я уверена, он придет и защитит меня.

Глава 9

Жутко хотелось курить. Невыносимо. Аж губы горели. Всегда, когда меня накрывало, мне срочно требовалась сигарета. Никотин позволял на мгновение забыть о страхах, выкинуть ненужные мысли из головы или просто расслабиться. Но эта неделя была спокойной. И мне больше не требовался табак, поэтому сигарет, к сожалению, в моем кармане не оказалось. А ведь именно это сейчас было для меня единственным спасением. Я вот-вот была готова впасть в панику. Люди Соболева, а это наверняка были они, медленно осматривали Центральный парк. Как они подобрались ко мне? Как смогли пробраться сквозь охрану Минина? Не понятно… Сейчас меня больше волновал другой вопрос – где же сам Минин? В любую секунду меня могли заметить, и тогда я даже боялась себе представить, что они могли сделать со мной. А может я вообще зря здесь стояла? Может, стоило просто незаметно слиться с толпой? Но ослушаться Женю? На такое бы я тоже не пошла… Боже, пусть он поторопится… Он – единственное мое спасение. Женя, поторопись…

И он пришел. Я сразу заметила его. Минин выделялся из толпы. Высокий, с широкими плечами. И злым лицом. Он шел, не обращая внимания на прохожих, с которыми время от времени он сталкивался. Увидела его и больше не могла сдерживать себя. Рванула и побежала к нему. Нервы были на пределе и мне казалось, что я вот-вот взорвусь. Бежала, топая по лужам, бежала прямо к нему. Капюшон спал с моей головы, и это стало огромной ошибкой, последствия которой стали жертвы, невинные люди. И они этого не заслужили.

– Вон она! – закричал один из мужчин, и я ускорилась, а сердце еще быстрее забилось от страха. На мгновение Женя замер, его глаза расширились, а затем он побежал. Сначала я не поняла, почему он так среагировал, но, когда он оказался возле меня, тут же повалил на землю, и я все осознала. Он защитил меня. От пули, от выстрела, который раздался, как только мое тело коснулось травы. Женя закрыл меня собой. Прикрыл мою голову своими руками. Он защитил меня. Рискнул собой. Он первый, кто совершил такой смелый поступок для меня…

– Вставай! – громко проговорил мне на ухо, – Вставай, Диана!

Он рывком поднял меня и тут же потащил за собой. Позади нас раздавались выстрелы, но Минин всегда прикрывал нас, помогал уклоняться.

Когда очередная пуля пролетела практически над моей головой, я не выдержала и вскрикнула. Мужчина тут же прижал мой затылок к своей голове. Я не знала, сколько мы бежали, но, казалось, что я оглохла. От свиста пуль, от криков людей позади нас… И просто не понимала, как по нам еще не попали.

Но, наконец, я увидела машину Жени, и была готова уже выдохнуть с облегчением.

– Давай, девочка, осталось чуть-чуть, – мужчина прижал меня еще сильнее к себе. Он быстро запихнул меня на заднее сиденье и тут же уложил на спину.

– Не поднимайся! – приказал он и ловко запрыгнул на водительское сиденье. Мотор тут же взревел, и автомобиль резко рванул с места. Пару раз по машине попали, и я зажала уши, чтобы не слушать этот ужасный звук. Звук смерти, боли и страха. Больше не хотела слышать это.

– Суки, – ругался мужчина сквозь зубы, – убью сук. Убью.

Минин надавил на педаль газа, и двигатель заурчал сильнее. Мы оторвались от людей Соболева, а я все продолжала лежать на сиденье, не в силах пошевелиться. Страх до сих пор сковывал все мое тело. Мне было действительно страшно, хотя понимала, что теперь я в безопасности. Ведь Минин рядом. Он спас меня. Уже, по сути, во второй раз.

Не знаю, сколько мы проехали, но вдруг автомобиль остановился, и я вынуждена была приподняться. Женя остановил машину в незнакомом дворе и тут же покинул салон. Он подошел к дверце с моей стороны и открыл ее.

– Выходи, – Минин протянул мне руку и посмотрел так, что даже мысли не возникло отказаться. Как только моя ладонь коснулась его, то его пальцы тут же обхватили мое запястье и чуть сжали его.

– Не бойся, – он посмотрел мне прямо в глаза, чуть наклонившись вперед. – Они не причинят тебе вред. Поняла меня? – сжал еще сильнее, словно таким образом хотел привести меня в чувство.

Кивнула несколько раз, а потом мужчина помог мне выйти из машины. Как только мы отошли на несколько шагов, в салон тут же сел один из людей Минина, который взялся словно из воздуха.

– Где мы? – голос мой был хриплым, поэтому пришлось прочистить горло и кашлянуть несколько раз. Но мужчина ничего мне не ответил и повел меня куда-то вглубь двора. А там нас ждала новая машина. Ярко-красная иномарка, красиво блестела, отражая капли дождя. И снова все повторилось. Женя молча усадил меня уже на переднее сиденье и пристегнул ремнями.

– Куда мы едем? – задала очередной вопрос, когда заметила, что мужчина рулит на трассу. – Куда мы едем?!

Женя вздохнул и, даже не посмотрев на меня, ответил:

– Отвезу тебя в безопасное место.

Такой расклад мне не нравился. Мы явно направлялись на выезд из города. Куда он вез меня, черт бы его побрал?!

– Останови машину! – нервы сдали, и я закричала, готовая выпрыгнуть из салона прямо на ходу. А Женя, словно прочел мои мысли, нажал на какую-то кнопку, и двери заблокировались. И опять в ответ мне служила тишина.

– Женя… – на глаза навернулись слезы, и я вцепилась в ремень, – верни меня домой… Пожалуйста, я хочу домой…

Наконец, он соизволил посмотреть на меня.

– Не могу. Там тебе угрожает опасность.

Одна слезинка все же скатилась по моей щеке. Женя это заметил и нахмурился.

– Но ты же защитишь меня от Соболя? Защитишь от ублюдка? Они не станут мне мстить, ведь ты защитишь меня? Защитишь? – понимала, что звучала жалко. Но я больше не могла себя контролировать. Устала.

Разум спрашивал, почему я верила этому человеку. А сердце кричало в ответ, что Минину можно верить, но нужно опасаться. И я до сих пор не понимала, как оценить свой поступок. По сути, опять доверилась совершенно незнакомому человеку. В прошлый раз моя наивность и легкомысленность привели меня к изнасилованию. Но на подсознательном уровне я все равно тянулась к Минину. Возможно, даже, вероятнее всего, я совершала очередную ошибку. Внимательно присмотрелась к Жене… И так не смогла прочесть ответ на свой вопрос. Опасен ли он? Да, безусловно. Но опасен ли он для меня? Вот я уже затруднялась. Если бы он хотел сделать мне больно, то уже давно бы сделал. Столько было возможностей. Он защищал меня. Уже два раза спас мне жизнь. Но вот зачем? Зачем это ему нужно? Наверняка, не по доброте душевной, хотя мужчина именно так и утверждал… Я верила, что Женя преследовал свои личные цели… Но какие?

– Соболь больше не хочет мстить тебе.

Теперь пришла моя очередь хмуриться.

– Нет? Тогда почему мне грозит опасность?

Женя сжал руль сильнее, что аж кожа заскрипела.

– Потому что.

К.с.т. – краткость сестра таланта, как говорится. Явно он был зол, поэтому отделывался односложными ответами, которые еще больше путали.

– Верни меня домой, – продолжала просить я.

– Не могу рисковать тобой. Из-за меня ты попадешь под удар, поэтому пока мне нужно спрятать тебя.

– Я ничего не понимаю…

– Тебе и не нужно. Я отвезу тебя к моим друзьям в соседний город. Поживешь у них несколько дней, пока я все не урегулирую.

Меня злило такое своевольничество. Он позволял себе слишком многое.

– Отвези меня домой! Мне больше не нужна твоя защита! Слышишь?! Отвези меня домой! – не выдержала и закричала, ударив ладонью по приборной панели.

Женя резко нажал на тормоз, и машина с визгом затормозила. Хорошо, что трасса была пустой, иначе бы точно не избежали аварии.

Глава 10

Он повернулся ко мне и со злостью посмотрел на меня.

– Ты уверена?! – голос так и сочился ядом. Но мне было все равно. Я просто хотела домой. Устала от их игр. Пусть сами разбираются.

– Уверена, – ответила твердо и отвернулась к окну, накинув капюшон на голову. Несколько секунд мы сидели в тишине, а потом Женя все же развернул автомобиль, и мы поехали обратно.

Я добилась своего. Но правильно ли я поступила, отказавшись от его защиты?

Я надеялась, что да.

Всю дорогу обратно мы не разговаривали. Каждый молча смотрел на дорогу, но я видела, как хмурился Минин. Честно, я сама уже погорячилась, что была так груба с ним. Он помогал мне. Безвозмездно. Просто так. Ничего не просил взамен. А я все же неблагодарная девка. Не ценила. Да, его предложение было резким и неожиданным… Единственным моим оправданием был страх. Когда Женя сказал, что могу опять попасть в неприятности. Мне действительно стало страшно. Неужели я и так мало хлебнула дерьма в этой жизни? Сколько можно страдать? Я просто боялась. И я перестала себя контролировать. Накричала на него… Он не заслужил такого обращение. Не он. Не он обидел меня тогда, не он похитил меня с желанием отомстить.

Минин единственный, кто протянул мне руку помощи. Хотя я не совсем понимала его мотивов… Оставалось просто довериться ему и молиться, что он не такой же, как ублюдок. Но захочет ли он и дальше защищать меня, когда я сама отказалась от такой возможности? Не думаю. Совесть тут же стала грызть меня. Вот зачем я тогда раскрыла рот?! А исправить ситуацию мне казалось невозможным… Я не могла играть в такие игры с Мининым. Хочу – не хочу. Он может послать меня куда подальше. Ему явно нет дела до моих метаний. У него есть дела поважнее. И возиться со мной… Это последнее, что он хотел…

Я покосилась на него, но тут же отвела взгляд, потому что мужчина посмотрел на меня в ответ. Услышала тихое хмыканье. В такие гляделки мы еще играли несколько минут. Но первым не выдержал Женя.

– Говори.

– Что говорить? – опять отвернулась к окну.

– Что хотела сказать, то и говори, – Минин убрал одну руку с руля и высунул ее в открытое окно. И опять он мне помогал… Видел, что я уже жалела о сказанных словах.

Но как же было тяжело переступить через свою гордость! Но на чашах весов было кое-что посерьезнее… Безопасность моя, моих родителей и гордость. Выбор очевиден.

– Я… – начала говорить, но тут же почувствовала, как в горле образовался комок. Не могла дальше говорить.

А он словно понимал, что сейчас я это испытывала…

– Смелее. Говори. – его хриплый низкий голос вызывал табун мурашек по моему телу. И вселял уверенность. Я могу. Я умею. И я со всем справлюсь. Вот именно об этом я мечтала. Не чтобы меня жалели. Ах, эта бедная девочка! Это же ее изнасиловали, да? Бедняжка, бедняжка! Слова жалости и утешения… Делали только хуже. Усугубляли мое состояние. Чем чаще на меня сочувствующе смотрели, тем сильнее я осознавала свою ущербность. Я была сыта по горло. Мне нужен был толчок. И простая поддержка. Я хотела жить нормальной жизнью. Жизнью нормальной девушки. Я бы поступила в другой университет, устроилась на работу и даже бы переехала от родителей. Я не хотела быть той девочкой, которую изнасиловали. Я мечтала стать той девушкой, которая не сдалась. А для того, чтобы мечты стали явью, меня нужно перестать жалеть. И Минин был единственным, который не воспринимал меня как жертву изнасилования. Для него я была просто Диана, которая была по уши в дерьме и которой нужна помощь. Он ни разу не пожалел меня. И, возможно, поэтому меня немного тянуло к нему. Но… Я больше не хотела быть с мужчинами. Пока что нет. Было сложно представить чьи-то руки на моем теле вновь…

Но Женя… Он давал мне возможность быть собой. Мне не нужно было прятаться или убегать, чтобы выплакаться или прокричаться. Он был готов ко всем моим эмоциям, в отличие от моих родителей или подруги Миры. Их пугали слезы и ночные кошмары. А Минин, если захочет, сам может стать кошмаром для кого угодно. Но не для меня. Я была уверена, что Минин не совсем добропорядочный гражданин… Какой парадокс! Я пострадала от парня, который был замечен в криминальных заварушках, но моим спасением стал мужчина намного опаснее насильника…

Я должна сказать ему, что мне нужна его защита. Мои родителям она нужна. Возможно, даже друзьям. И только он способен мне помочь. Пока эта заварушка не кончится, без него я не выживу. Просто я так устала… Я уже целый год живу в страхе. Устала. Вот и сдали нервы. Теперь вот жалела об этом, ведь легче после истерики не стало…

– Мне нужна твоя защита… – тихо произнесла я, опустив голову, – Я не хотела говорить тех слов… Просто…

Женя ничего не говорил, молча слушал мои сбивчивые слова. А потом медленно съехал на обочину и повернулся ко мне.

– Голову подними, – приказ, – и в глаза мне посмотри.

Не хотела этого делать, но пришлось подчиниться.

Мужчина смотрел на меня строго, словно собирался отчитывать меня, как маленького провинившегося ребенка.

– Если хочешь, чтобы я дальше прикрывал твою задницу, – начал говорить Евгений, – то ты должна всегда слушаться меня. Что бы я ни сказал тебе, ты должна безоговорочно это выполнять. Поняла?

– Поняла, – закивала головой, – поняла! Я буду слушаться…

Несколько секунд Минин все еще сканировал меня, а затем вдруг похлопал рукой по моей коленке, чем вызвал во мне небольшую панику.

– Тише, тише, – успокаивающе проговорил он, – привыкай ко мне. Придется тебе со мной проводить много времени. Привыкай, Диана.

Смотрела на него расширившимися глазами, пытаясь понять, что он конкретно имел в виду.

А через полчаса я все же разгадала тайный смысл его слов. Он привез меня к себе домой.

Глава 11

Голова просто разрывалась от вопросов. Зачем он привез меня к себе домой? И почему все-таки мне угрожает опасность? Ведь Минин сам сказал, что Соболев отказался от мести. Но пока решила молчать. Я обещала его слушаться, хотя то и дело гасила в себе порывы сбежать, спрятаться, чтобы меня никто не нашел. Все-таки, изнасилование оставило сильный отпечаток на моей психике. Намного сильнее, чем я думала. Изначально я просто опасалась прикосновений, а теперь я стала опасаться всего. И вела себя неадекватно. Меня словно накрывала паническая атака, стоило лишь немного понервничать. Это ненормально. И мне явно требовалась помощь. Психологическая. Надеюсь, что не психиатрическая… Я понимала, что вела себя неадекватно, и другой на месте Жени просто вышвырнул из машины. Да даже бы помогать не стал! А он… Загадочный он все-таки. Понять его сложно. Но я была благодарна ему за все.

Мужчина помог мне выйти из машины и чуть подтолкнул в спину. Прямо как тогда, когда он спас меня первый раз. Мы в тишине поднялись на нужный этаж и вошли в квартиру.

– Располагайся, – Женя первым разулся и прошел вглубь комнат, – не стесняйся.

– Я не стесняюсь… – пробурчала я, а когда подняла голову, поняла, что он просто издевался надо мной. Минин прислонился к стене, скрестив руки на широкой груди, а на его лице была широкая ухмылка. Замерла, растерялась. И вот как реагировать на игривого Женю? Он всегда серьезный. Всегда сосредоточен на деле. Ведь, то чем он занимается требует быть таким. А чем конкретно он занимается? Я не дура, поняла, что дела его далеки от легальных…

– Голодная? – низкий бас вырвал меня из потока мыслей. Пожала плечами. Организм еще был в шоке. Ведь я не каждый день попадаю в перестрелку! Пока не хотелось ничего, кроме как поговорить.

– Тогда пошли, – мужчина направился в другую комнату, – у тебя есть вопросы?

Я кивнула и последовала за ним. Минин привел меня в небольшую спальню, обставленную в светлых тонах. Он пропустил меня вперед, галантно отставив руку.

– Прошу, – и опять на его лице была ухмылка, словно у кота, который вдоволь объелся свежей сметанки.

Я вошла и огляделась. Мне понравился дизайн, но, признаюсь, странное место для разговора. Женя опустился в большое кресло, стоящее возле окна. Я же осталась стоять, неловко перетаптываясь с ноги на ногу. Внезапно поняла, что чувствую себя неловко. Он сидит, но все равно был главнее. Казалось, будто он строгий директор, а я непутевая ученица, которую вот-вот будут отчитывать.

– Не стой, – Женя кивнул на кровать, заправленную большим покрывалом. – Присаживайся.

– Спасибо, – не смогла сдержаться, и в моем голосе отчетливо проскользнули нотки сарказма, – большое.

Как только опустилась на мягкий матрас, сразу же посмотрела на Женю.

– Ты бандит?

А чего тянуть? Мы теперь, как говорится, повязаны. Я должна учиться доверять ему. Но для этого мне нужно хотя бы немного узнать Женю. И понять его помыслы. Оставалось только надеяться, что он пойдет мне навстречу.

Минин опустил голову, но я заметила, как на его лице заиграла легкая улыбка.

– А это важно? Это имеет значение? – голос мужчины сочился сарказмом.

– Конечно! – через чур громко воскликнула я и тут же смутилась. Сжала пальцами покрывала, в напряжении ожидая ответа.

– Да, – вот так прямо, без утайки, без стеснения.

Хотя, чего еще от Минина ожидать? Он явно не тот, кто любит лгать. И это мне нравилось. За этот год я была сыта по горло ложью. Евгений Минин – это свежий глоток для меня среди череды лицемерия.

– Понятно…

Дальше спрашивать про его… профессию не хотелось. Наверняка, он убивал людей. Возможно, пытал… Но Женя явно не был насильником. Я видела это, или просто хотела верить.

Опустила голову и стала рассматривать узор на своих розовых носках.

– Тебе страшно?

Вопрос был неожиданным, но логичным и уместным в данной ситуации.

И ответ мне был очевиден, впрочем, как и ему…

Глава 12

– Да. Мне очень страшно. Но я устала бояться. Устала оглядываться на улице… – продолжала гипнотизировать свои носки, так и не решаясь посмотреть на мужчину, который внимательно меня слушал, не перебивая. – Я думала, что кошмар закончился, что я, наконец-то, смогу жить спокойно. Но потом ты говоришь, что я все равно в опасности. Но Соболев больше не хочет мстить мне… И я ничего не понимаю. Если ему больше ничего от меня не нужно, то почему я в опасности?

Послышался тяжелый вздох, и я вскинула голову, заметила, как Минин откинулся на спинку кресла. Он пристально смотрел на меня.

– Почему? – отчаянно шепотом спросила я. Все мое тело напряглось, в ожидании ответа. Я хотела услышать ответ, но как было страшно… Правда она режет, не щадит, оставляет глубокие раны на душе и сердце. И это больно. Очень.

– Из-за меня. Мы враги с Соболем. Я помешал освободить его шестерку, подкупив судью, и Соболеву это не понравилось. Но мне насрать. Сколько я себя помню, мы всегда соперничаем. И столько же ненавидим друг друга.

Я внимательно слушала его, а в моей голове появлялось все больше и больше вопросов. И все они начинаются со слова «почему»…

– Почему вы соперничали? – я хотела понять Минина. Понять Соболева. Ведь месть же не может быть без причины. А судя по словам Жени, их связывали о-очень долгие «отношения». И история их не совсем приятная.

– Потому что мы братья.

Братья? Я не ослышалась?

Но фамилии разные… И вообще бред какой-то. Эта мысль просто не укладывалась у меня в голове. Разве братья могут так конфликтовать? Разве братья могу стрелять друг в друга? Разве может ненависть быть настолько сильной? Особенно между родными людьми… Да, жизнь – сложная штука. Не все так просто, не все так сладко, как нам это кажется в детстве. И родственники не всегда любят друг друга… Для меня это дико. Хотя, по сути, после изнасилования разве что-то должно меня удивлять? Наверное, все же нет.

– Интересно… – прокомментировала я ситуацию, не зная, что еще сказать. Я была действительно в шоке.

– Ага, – хмыкнул Женя, – очень. Его мама была родной сестрой моего отца. Я все детство провел вместе с Ильей… И всегда соперничали. Сначала соревновались, у кого лучше игрушки, потом девушки… А потом ставки стали расти. Машины, квартиры, дома… Затем в расход пошла недвижимость покрупнее.

Женя поднялся с кресла и подошел к окну, засунув руки в карманы штанов. Его широкие плечи были напряжены, а грудь быстро двигалась из-за тяжелого дыхания.

Я же не знала, как правильно реагировать на его откровения. Посочувствовать? Но ему явно не станет от этого легче. Пожалеть? Знаю по себе, жалость невероятно злит. Жалость делает нас слабее, ущербнее. По крайней мере, я так чувствовала. Я так ощущала. Я просто ненавидела, когда меня жалели. Но на протяжении года я часто сталкивалась с жалостью. И я бы с удовольствием избежала этого.

– Мы оба попали не в совсем хорошие компании, но нас обоих это устраивало. Легкие деньги, всегда доступные девушки. И всегда соревнование между нами. Он построил ночной клуб, и я – тоже. Я стал устраивать бои без правил, следом и он. И так всю жизнь. Но между нами никогда не было настоящей ненависти. Сопернический дух – да. Но не ненависть.

И опять замолчал. Я видела, как ему было тяжело. Видимо, мужчина все же не привык делиться тем, что было на его душе. Да и не удивительно, если брать в расчет то, чем он занимается. Везде враги. Никому нельзя доверять. А тут появляюсь я, и он впервые, я в этом уверена, доверяется настолько близко. Я не могла этого не оценить. И раз ему так трудно рассказывать мне все это, то я даже была готова попросить его остановиться. Не нужно идти наперекор себе. Это было бы неправильно распахивать душу, когда ты еще к этому не готов.

Минин опять тяжело вздохнул, но в этот раз он повернулся ко мне лицом. В его глазах на одно мгновение мелькнула боль, которая вскоре сменилась жгучей злобой и отравляющей ненавистью.

– Но что-то изменилось… – вырвалось у меня, о чем я тут же пожалела. А слова-то ведь обратно не вернешь.

Женя усмехнулся и провел ладонью по своим коротким волосам.

– Да, изменилось. Он убил моих родителей, а затем и грохнул своих.

Вот эта информация точно повергла меня в шок. Как это было вообще возможно? Женя потерял своих родителей из-за Соболева? Ужасно. Это ужасно.

Глава 13

Минин просто не оставил мне выбора. После своего откровения, в его голове словно что-то переключилось. Мужчина весь подобрался, плечи, казалось, стали еще шире. Сжал кулаки и быстро покинул комнату, хлопнув громко дверью. Невольно вздрогнула и опустилась на кровать. Вот зачем полезла человеку в душу? Явно разворошила старую рану, солью ее посыпала. Надо извиниться, что ли… Ага, он сейчас злой, вдруг пришибет? Кто ж его знает…

Но все равно пошла на поиски мужчины. А он и не прятался от меня. Стоял на кухне, облокотившись на подоконник, и курил. Его пальцы дрожали, а грудь тяжело вздымалась из-за быстрого дыхания. Неловко замерла на входе, но все же набралась смелости и шагнула вперед. Минин перевел взгляд на меня и затянулся. Несколько секунд мы молча смотрели друг другу в глаза, и я все пыталась понять, что он чувствовал прямо сейчас. Но этот человек – стена. Каменная глыба. Казалось, что ни черта он не чувствовал. Да, не только у меня в голове тараканы…

– Извини меня… – тихо произнесла, потупившись. Женя же явно не ожидал такого поворота событий. В этот момент он втягивал в себя никотин, поэтому подавился табачным дымом. Ой-ой.

– Чего? – наконец-то, прокашлялся Минин и ошалевшим взглядом уставился на меня. – С ума сошла? Чего несешь?!

Ну вот! Теперь начал злиться на меня!

– Не кричи… – подняла на его глаза, – я просто чувствую себя виноватой.

Минин зажмурился и покачал головой, а потом вдруг тихо рассмеялся.

– Виноватой? – посмеиваясь спросил он.

– Ну я влезла не в свое дело… Расстроила тебя.

Женя, все так же качая головой, затушил сигарету и направился ко мне.

– Какая же ты глупая, – мужчина остановился передо мной. Остановился непозволительно близко. Сделала шаг назад, но лишь загнала себя в ловушку. А Минин словно сошел с ума. Подступил ближе, облокотился руками на стену и наклонился прямо к моему лицу. Очень близко. Настолько, что я чувствовала его теплое дыхание. И он сделал это зря.

Паника медленно подкрадывалась ко мне, но я еще могла контролировать свое тело, но мысли уже были затуманены. Сердце стало биться чаще, а дыхание сбилось. Хотелось кричать, просить его. Умолять. Пусть отойдет. Боже, пусть он отойдет.

– Диана… – скользь толстый слой тумана донесся голос Жени, а затем он сделал то, за что я практически возненавидела. Мужчина поцеловал меня.

Обхватил сильными руками мою шею и резко прижался ко мне. А затем его губы накрыли мой рот. Все мое тело тут же парализовало. Не могла даже и пальцем пошевелить. Что уж говорить про сопротивление? Но эмоции мои горели внутри, разрывали внутренности. Не заметила, что плачу, пока губ не коснулась первая соленая капля.

А губы Минина терзали мой рот, несильно покусывая. Мне не было больно, но я и не испытывала удовольствия от поцелуя, который был украден у меня. Мне было страшно, боялась, что Женя захочет пойти дальше. А я не готова. А я не хочу. Близость – это боль. Но как его остановить? Как?! Я беспомощна, слаба. Но все нутро мое сопротивлялось. Кричало. Я понимала, что это – Минин. Минин Женя, который ни раз меня выручал. Этот мужчина ни разу не сделал мне больно. Тогда почему он сейчас так поступал со мной?

Но неожиданно мужчина вздрогнул, его руки больно сжали мои плечи, и тихий стон сорвался с моих истерзанных губ. Он оторвался от меня. Наконец-то. Но он не спешил отпускать. Зачем продолжал мучить меня? Зачем? Он же знал… Он знал, какая я… Больная, сумасшедшая. Он знал, что со мной произошло. Знал, как изнасилование сломило меня. Знал. И все равно сделал это. Насильно забрал мой поцелуй. Глаза Жени были закрыты, а грудь тяжело вздымалась. Он наклонился и прислонился лбом к моему лбу.

– Отпусти… – сдавленно прошептала я, не двигаясь. Тело все еще было парализовано. Я опять чуть не умерла. Моя душа чуть не погибла. А я чуть не лишилась рассудка. Я была на грани. Мне оставалось совсем чуть-чуть… Действительно мне не нужно много, чтобы сойти окончательно с ума. Я никогда не смогу быть с мужчиной. Никогда не смогу насладиться поцелуем любимого, подарить ему ласку… Не смогу заниматься сексом. Да я даже не уверена, что смогу вообще посмотреть на противоположный пол… Никогда не смогу переступить себя, сломать и рассмотреть любого мужчину как потенциального парня, любовника, мужа, отца моих детей…

Я никогда не смогу забеременеть. Никогда не смогу познать счастье материнства. Никогда не смогу почувствовать шевеление своего малыша под сердцем, не смогу ощутить его толчки. Не поддержу своего ребенка на руках.

Я никогда не стану полноценным человеком.

И мы оба это понимали. Тогда зачем он окончательно превращал мою жизнь в руины? Я доверяла ему. Верила, что Минин не переступит эту границу, которую провела самостоятельно. И сейчас он безжалостно нарушил мою защиту.

– Диана… – глухо выдохнул он, не разжимая удушающих объятий.

– Отпусти…

Я даже не надеялась, что меня услышат. Уже потеряла надежду…

Но случилось чудо. Женя оттолкнулся от меня, широко распахнув глаза.

– Диана…

Закрыла ладонями лицо, пытаясь успокоиться. Не хотела смотреть на него.

Почувствовала прикосновение к животу, но тут же дернулась в сторону.

– Не трогай меня… – отняла руки от глаз и сразу же двинулась на выход, но Женя преградил мне дорогу.

– Выпусти!

– Ты останешься здесь, – голос Жени звучал грубо и низко, и я никак не могла понять, какие эмоции сейчас управляли им. Но это его фраза…

– Что? – казалось, что он ударил меня прямо в грудь, выбил воздух из легких. Но ответа я не дождалась. Женя развернулся и молча покинул комнату.

Глава 14

Минин

Он был зол. Зол, в первую очередь, на себя. Не хотел спешить, не хотел давить на нее. Держался. Долго, по его мнению, держался. А девочка манила к себе. Просто невероятно. И Женя прекрасно осознавал, что Диана не готова к его напору, к его чувствам, к его желаниям. Но больше всего его, можно сказать пугало то, что девушка никогда не сможет принять его, Минина, как своего мужчину.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.