# Конфигурация некромантки. Ученица

Люка Маре

Будущий хирург, блондинка в душе и просто очаровательная девушка попадает в другой мир и в другое тело. Ее ждет множество препятствий, а главное – учеба у сильнейшего некроманта. Она всегда мечтала спасать жизни, а он учит ее науке о смерти. С ней находчивость русской девушки и немного божественного вмешательства. Хватит ли этого, чтобы переломить ситуацию? Сможет ли она жить так, как захочет? Или до конца жизни будет находиться под властью жестокого темного мага?

Выпуск произведения без разрешения издательства считается противоправным и преследуется по закону


Серия «Другие миры»


Разработка серийного оформления Евгения Антофия

Иллюстрация на обложке Бориса Аджиева


© Люка Маре, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

* * *

## Пролог

– По-моему, твой новый проект скоро уничтожит сам себя. – Звонкий голос молодого мужчины звучит насмешливо. – Не ты ли, любимый папочка, всего сотню тысячелетий назад утверждал, что это будет самое удачное твое творение?

– Не думал, что ты наблюдаешь за Переннис…

– Я слежу за всеми твоими проектами, просто обычно обращаю внимание на более удачные.

– Обращаешь внимание? К твоему сведению, вмешиваться – это не «просто обращать внимание». И не думаю, что можно назвать удачными эксперименты, развалившиеся благодаря тебе. – Мужчина, которого можно было бы назвать стариком, если б не его ухоженный вид и военная выправка, явно недоволен и злится. – Я удивлен, что ты не нагадил и тут. Или успел? Как я не заметил?! Поэтому все и летит в тартарары?! Говори, что ты сделал на этот раз?!

Второму мужчине на вид лет двадцать, но при взгляде на хищные черты его лица язык не повернется назвать его юношей. Раскосые изумрудные глаза молодого человека смотрят твердо.

– Ничего не делал, только наблюдал. Хотел доказать тебе, что провалы не из-за меня, что это происходит, когда даешь им слишком много самостоятельности. И как видишь, я оказался прав. Говорил тебе: подключи меня сразу, и этот мир действительно станет самым лучшим!

– Я дал тебе слишком много самостоятельности, сын! Ты виновен в гибели не менее сотни миров! Твои постоянные шуточки приводят к катастрофам! Они смущают и дезориентируют мои создания! Не ты ли рассказал друидам Фейры, как разжигать огонь?! Сгорела целая планета!

– Соглашусь, моя промашка… Но я же не знал, что они деревянные!

–Деревянные?! Прежде всего, они были живыми! Они и есть дерево – душа и тело его. Как ты мог…

– Ладно, ладно, тут ты прав. Не горячись, с кем не бывает? Как будто ты не допускаешь ошибок…

– Вообще никогда… – начал было возмущаться старший.

– Но почему ты вспоминаешь только мои промашки? У меня есть и прекрасные миры. Взять вот, например, один из последних, молодых – Землю. Она почти само совершенство.

– Совершенство?! Как можно назвать совершенствомэто? Мир без магии, погрязший в анархии и постоянных войнах, притом что там всего одна раса! У тебя неверные представления, Ларан. – Вздохнув, мужчина грустно махнул рукой. – Где-то я, видимо, ошибся. Ты – мой самый неудачный проект.

– Творец, ты заблуждаешься! – Изумрудные глаза молодого человека сверкнули сдерживаемой яростью. – Мой мир сбалансирован, по-своему, но сбалансирован. Люди в моем мире практически полностью свободны и независимы, они сами принимают решения – как ты любишь. Я почти не вмешивался в их дела уже несколько тысяч лет, а если и вмешивался, то исключительно по мелочи: так, одному кое-что шепнул, через сотню лет – другому… Всего пара интриг. Это разумное координирование.

– Ха! Наверное, именно из-за твоего невмешательства они сочинили сказку о жутком месте… как они его называют – ад? И, конечно, Сатана, Люцифер – это все не ты? И, конечно, ты не ешь младенцев, не совращаешь невинных дев, не искушаешь чистые души и ни разу не развязывал войн? Именно поэтому тебе там дали множество имен? Даже такой затворник, как я, в курсе появления Ареса!

– Ну уж младенцев я точно не ем: что там есть-то? А вот остальное… Все совсем не так, как доносят твои наблюдатели, – начал оправдываться юноша, думая про себя: «И откуда они взялись на моей закрытой планете?» – Просто пару раз мы с братьями отмечали там мой день рождения: на Земле это делать очень весело, и, учитывая созданные часовые пояса, день праздника можно продлить на двадцать шесть часов! Создал портал – и voilà, веселье продолжается! И затраты небольшие… – Молодой человек погрузился в воспоминания, и на лице его отразился такой детский восторг, что в этот момент его можно было принять за совсем еще юнца. – Ну а девственницы… Так они же сами… Это не считается вмешательством!

– Конечно сами! А потом появляются всякие Гераклы… Причем гулял ты, а детей почему-то приписывают мне!

– Хватит, отец! – Ларан задумался на несколько секунд и продолжил: – Я могу доказать! Свой суперпроект ты вряд ли спасешь, с твоей-то политикой невмешательства. Но! Я уверен: если мы отправим туда любую среднестатистическую душу с моей любимой Земли, она сможет объединить вокруг себя лучших представителей твоего мира и повести их за собой. Спорим? Если получится, я получу ту маленькую цивилизацию валькирий и переселю их в свой новый мир!

– Ты вроде уже проделывал что-то похожее на своей планете… Ноев ковчег, кажется? – Творец ненадолго задумался. – Ладно. Но только все решения на своем пути она будет принимать самостоятельно: ни я, ни ты не влияем на нее. Это будет игра без нашего вмешательства. Не стоит медлить. Душу выбери сам, но только ту, которой суждено уйти из мира в ближайшие часы, а из моего мира возьмешь любое тело, на тех же условиях. И если душе с Земли удастся задуманное, я пересмотрю свое мнение относительно некоторых твоих экспериментов.

– Хорошо. Но так как мы оба заинтересованы в успехе этого проекта, выбранной душе надо будет помочь на первых порах. Давай каждый из нас приготовит для нее дар? Например, я в нужный момент пошлю ей подходящее оружие, а также и учителя, который научит ее с ним обращаться.

– Согласен. Мой дар такой – она будет способна использовать любую, какую захочет, а главное, сможет, магию из моего мира. Но искать ей учителя я не буду, чтоб она смогла выбрать сама.

– Пусть будет так! Но я найду ей и учителя магии по любой стихии! – Сын быстро сжал отцовскую руку. – Ita fiat!

## Глава 1

Я еще не открыла глаза, но уже поняла, что день не задался. Все тело ломило, голова пульсировала болью. «И зачем я вчера пила?» Собираю мозги в кучку, вспоминаю вчерашний день. «Ах да! Вчера же был отцовский день…»

Нет, не в том смысле, что родитель ко мне приезжал. Родственников своих я вообще не знала, а точнее, не помнила. Росла в детском доме с тех самых пор, как в двухмесячном возрасте меня туда подкинули – видимо, кто-то из «добрых» родителей постарался. Хорошо хоть, не на помойку выкинули. Хотя тут можно и поспорить. Помойка и детский дом – места довольно похожие, оба для одного предназначены – для отбросов. Только в детский дом можно выкидывать исключительно биологические отходы.

Но я молодец! Я выкрутилась! В итоге. Почти. Благодаря некоторым отцам, правда, не моим… То есть моим, но не моим отцам… Так, что-то с похмелья мысли совсем бредовые. Надо подумать о насущном.

Все же пора менять папика! Он, конечно, удовлетворяет мои финансовые потребности, но горизонтальные отношения с ним без алкоголя в последнее время невозможны – мерзко! Причем сначала он ведь мне понравился, не было в нем ничего отталкивающего. Откуда взялось? Всего-то полгода вместе. Обидно, конечно: столько сил вложено, чтоб ел с моих рук и на других даже смотреть не смел. Даже не так – чтоб других вообще в упор не замечал, чтоб в его жизни была одна я! Но каждый раз насиловать себя и напиваться, чтоб преодолеть отвращение, совсем не вариант. Так и крыша поехать может.

Ладно, решено! Сегодня понедельник, начало учебной недели, пока не до поисков нового спонсора. А вот в пятницу займусь. Как раз моя лучшая заклятая подруга Света… Ну как подруга… Насколько королевская кобра может быть подругой? Хотя какая она королевская?! Кошелка она драная! Так, отвлеклась. В общем, в пятницу эта курица зовет меня посетить одну интересную тусовку. Что ж, сходим с гадюкой в гадюшник! Там Игорек должен быть, он точно желает помочь материально бедной студентке. Правда, он пока об этом, наверное, не знает, но я его просвещу.

После принятия трудного решения настроение не поднялось. Можно было б и отказаться от такого сомнительного способа получения денег, вот только тогда недоучка хирург, обучающаяся на платном отделении, умрет голодной смертью. Хотя умирать будет уже не студентка, а просто девушка без высшего образования, ведь из института к тому времени выпрут за неуплату. А такого конца мне как-то не хочется, так что пока приходится терпеть. Терпеть и ждать окончания института. А там – интернатура, хоть маленькие деньги, но на еду хватать будет, да и за учебу платить не надо. Вот тогда и брошу охоту за чужими кошельками и буду ждать большую и чистую любовь!

«Ага! Принца на белом лимузине! Их, правда, в мире всего восемь, а свободных и того меньше, но один-то уж точно за тобой приедет!» – хмыкнул внутренний голос. «А если не приедет, так ничего страшного, – успокоила я себя. – Другого хорошего найдем, с милым рай и в шалаше». – «Да-да, особенно если он арабский шейх», – опять прорезался мой внутренний голос. «Я не такая корыстная! Если б жизнь не заставляла, стала бы я так заморачиваться с ухажерами? Даром они мне были бы не нужны».

Пора собираться в универ. С неохотой встаю с кровати и подхожу к зеркалу. Оно у меня, как и положено, огромное, во всю стену. «Женщина, я тебя не знаю, но я тебя накрашу!» Не то чтоб совсем плачевное состояние, но после вчерашних ночных приключений косметикой поработать необходимо, а то уж очень сильно помятый субъект отражается в зеркале.

Рассматриваю себя: надо еще выявить повреждения после «бурной ночи». Как я и думала, без пары синяков опять не обошлось. Вот козел! Не умеешь бережно эксплуатировать, так не берись! Хотя, что уж говорить, на техобслуживание он еженедельно дает мне приличную сумму. А обслуживать есть что – метр шестьдесят с небольшим…

«Не зря говорят: маленькие люди созданы для любви, а двухметровые дылды типа Светки – для работы!» – опять влез внутренний голос. Вообще, он у меня часто просыпается, я даже имя ему дала – Шиза. Я как-то знакомой про него рассказала: думала, вдруг реально мой Шиза шизой окажется (простите за тавтологию). Лена – будущий психиатр, на соседнем потоке учится. Так она обрадовалась, тесты начала проводить. А потом сказала, что все у меня в норме, и обиделась: видите ли, я ее обманула. Она-то думала, у меня что-то серьезное, на хорошую статью хватит, а может, даже на монографию. А вместо этого только скучная норма, про которую ничего интересного не напишешь.

Итак, продолжаем осмотр. Сорок семь килограммов идеального, очаровательного тела. Волосяной покров присутствует только на голове, с остальных частей тела регулярно удаляется посредством электроэпиляции и уже почти не растет. Густая блондинистая шевелюра, крашеная. Большие синие-синие глаза. (Опять забыла линзы снять на ночь, вот и болят теперь эти синие очи!) И волосы, и глаза – это модификация для Эдика (для того самого папика, которого надо менять), уж очень он падок на Барби с синими глазами.

Когда я объявила на него охоту, заранее все узнала. Я вообще люблю ко всему готовиться заранее, чтоб уж точно достигнуть кошелька… точнее, тела… точнее, чтоб все у меня получалось, как я хочу. «Что-то у тебя мысли несвязные! Как у неандертальцев – речь в виде выкриков. Неудивительно, что про блондинок столько анекдотов. В светлый цвет перекрасилась – совсем мозгов лишилась!» – снова язвит мой Шиза. Сейчас-то можно на него внимания не обращать, а вот в критических ситуациях очень раздражает.

Поставила себе на заметку, что в ближайшие дни надо забежать перекраситься. Игорь, насколько я помню, любит жгучих кареглазых брюнеток испанского типажа. В солярий тоже неплохо было бы заскочить… И, конечно, не забыть придумать, как по-тихому расстаться с Эдиком. А то он, скорее всего, не захочет так просто отпустить объект своих финансовых вложений.

Вообще, от рождения я брюнетка с глазами, меняющими цвет от болотного к карему, с темным ободком вокруг радужки. Но при моей нынешней профессии заслуженной содержанки приходится подстраиваться под обстоятельства. Краска для волос и линзы – далеко не все инструменты моей модификации. Из тюнинга еще в наличии чуть увеличенные губы. Именно чуть-чуть, один шприц (для тех, кто понимает), для симметрии, чтоб верхняя губа, которая была тоньше нижней, стала ей пропорциональна. Главное, что без «уточки». И, конечно, без всякого ботокса и «вечных» филеров. Только гиалуронка, которая и так содержится в любом человеческом организме и в случае инъекций рассасывается через полгода-год.

От природы у меня острые и высокие скулы, но тут была мода на лица сердечком, так один любимый (на тот момент) мужчина даже предложил оплатить мне операцию по изменению челюсти. Но я же будущий хирург! Как представила, что мне распиливают челюсть в нескольких местах, удаляют фрагменты… И сколько потом все это сращивать… Короче говоря, любимый мужчина моментально перекочевал в разряд бывших.

Ниже, как и у всех людей, расположена шея. У меня она, как говорят, лебединая – белая (хорошо, что аристократическая бледность опять в ходу), тонкая, нежная. Переходит в узкие плечи с четко очерченными ключицами. Ну а еще ниже расположена моя гордость – грудь. И не подумайте, это не просто молочные железы – это шедевр! Третий размер! Идеальная форма! Сама выбирала. Пришлось за ней в Германию лететь. Долго изучала в специальной программе варианты форм и размеров. Потом несколько месяцев мучений после операции. Но результат того стоит!

Узкая талия с немного подкачанным животиком, а сзади – слегка перекачанная пятая точка (это опять Эдик настоял, нравятся ему такие «крепкие орешки»). Ну и, конечно, стройные ноги – не от ушей, а от попы, но длинные, а на шпильках кажутся вообще бесконечными.

Ух, что-то я засмотрелась, как бы нарциссизм не развился. Уже опаздываю в институт. Быстро облачаюсь в классические брюки, белую блузку и любимые лодочки. Прическа «ракушка» довершает строгий образ. Это вечерами я блондинка, а в остальное время – будущий хирург! А в настоящий момент – очень опаздывающий будущий хирург.

Вылетаю в альма-матер.

* * *

День пролетел быстро, но плодотворно. В университете договорилась о сдаче автоматом пары зачетов. Это нечасто практикуется у нас в вузе, все же хирург – профессия ответственная. Но я отличница, на красный диплом нацелилась, да еще подрабатываю медсестрой в приемном отделении – не ради денег, а для практики. Поэтому многие профессора идут мне навстречу. А хирурги в больнице даже мелкие операции доверяют, под своим чутким руководством, конечно.

Например, я уже постоянно сама зашиваю раны. Шов у меня очень аккуратный, не у каждого профессионала такой. Многие рекомендовали в пластическую хирургию идти. Но, по мне, это как-то несерьезно. Я хочу нейрохирургом стать: это, конечно, мучительно долго и больно, но зато людей спасаешь. Да и специализация редкая, не везде хватает таких профессионалов. Следовательно, без куска хлеба с маслом, а может, даже с икрой, не останусь. И ни от кого зависеть больше не придется.

После универа я заехала в родную больницу. Там заведующий отделением проводил плановую операцию на мозге и разрешил мне посмотреть. Я даже уговорила его дать мне ассистировать. Правда, только третьим ассистентом, но для меня, недоучки, и это что-то запредельное.

Операция прошла удачно. На радостях я решила не откладывать вопрос с Эдиком и написала ему сообщение о том, что нам надо расстаться, что он мне, конечно, очень нравится, но у меня увеличилась нагрузка в институте (что, кстати, правда), и на работе заставили взять больше смен (а вот это не совсем правда, я сама попросила чаще меня в график ставить), и времени у меня, бедной, на личную жизнь не осталось, а хирургия для меня важнее, чем все остальное. Конечно, надо было ему позвонить, ведь расставание по эсэмэс – хуже не придумаешь. Но он сам виноват: раз десять меня скидывал, а я уж очень сильно не хотела с этим затягивать. А то сегодня не дозвонилась, завтра забыла, а послезавтра он уже стоит на пороге, и все заново.

Очень надеюсь, что наша с ним история на этом закончится, ведь, если он начнет наезжать, я не знаю, что делать буду. Новым защитником я пока не обзавелась, а жены у него, в отличие от моих предыдущих ухажеров, к сожалению, нет. Была бы, все было бы проще. Когда жена «совершенно случайно» узнает о любовнице мужа, она промывает ему мозг и сажает на короткий поводок, а брошенная любовница получает очень щедрые отступные. Но в этот раз придется обойтись без отступных.

И конечно, как всякая уважающая себя девушка, начало нового этапа жизни я решила отметить небольшим шоппингом и сменой имиджа. Начала с того, что выбросила в ближайшую урну глазные линзы. Потом в салоне красоты вернула себе натуральный цвет волос, только попросила добавить в прическу немного светлых прядок, чтоб был эффект, как будто локоны чуть-чуть выгорели на солнце. Без маникюра и педикюра тоже не обошлось.

Завершила мой личный праздник шоколадная ванна. Да-да, именно ванна, не обертывание. Ведь обертывание шоколадом крайне неприятная процедура: тебя намазывают густой липкой жидкостью и «мумифицируют», в смысле обертывают пленкой или фольгой, и, когда шоколад начинает застывать, ты чувствуешь, как покрываешься коркой. Мягко говоря, на любителя. А ванна… Мягкий рассеянный свет и негромкая расслабляющая музыка… Ты лежишь в приятно пахнущем тягучем, а главное, горячем составе. Здесь используется горький шоколад отличного качества, хочется даже употребить внутрь. После применения кожа становится шелковистой, с едва заметным бронзовым оттенком.

Завершив дела, я вернулась домой и решила закончить непростой день вечером ничегонеделания. Обычно вечерами (не считая «дней посещений») я либо повторяю пройденный материал, либо разбираю операции, причем как те, в которых участвовала лично, так и видеозаписи работы самых знаменитых хирургов. Конечно, достать такие видео сложно, но я девушка общительная, обросла нужными связями. А иногда я позволяю себе вечер безделья, когда читаю что-то несерьезное типа бульварных романов или иронических детективов. Но, конечно, больше всего я люблю фэнтези: там тебе и магия, и любовь, и детектив. Такое чтиво я называю жвачкой для мозгов. Пользы от таких книг нет никакой, но читаются они быстро и увлекательно.

Но сегодня я решила последовать совету друга и опробовать новую – «суперкрутую», по его словам – компьютерную игрушку. Итак. Выбираем персонажа. Я принципиально играю персонажами только женского пола, только человеком: эльфы хоть и красивые, но далеко не во всех играх, про остальные расы вообще молчу, а нарисовать людей обычно у всех получается сносно. Класс выбираю «воровка» – тоже принципиально.

Во-первых, ностальгирую. Вспоминается детский дом, где меня, едва научившуюся ходить, старшие ребята учили лазить по карманам надетого на манекен костюма так, чтобы колокольчики, привязанные в определенных местах, не звенели. А еще – открывать скрепками, шпильками и прочими подручными средствами замки. В основном тренировались на кладовой, где хранились съестные припасы, ведь нам, детям, никогда не хватало той скудной пищи, которой нас кормили.

А во-вторых, вор – самый симпатичный персонаж. Ведь воины-девушки – это так не эстетично, на мой взгляд. Они наверняка должны быть мужеподобными и перекачанными, иначе как они с тяжелым двуручником будут управляться? А если еще хуже, у них здоровый меч и еще более здоровый щит? Я как представлю себе такую девушку-терминатора, мне сразу плохо становится.

Магом я тоже быть не люблю. Просто, видимо, фантазии не хватает представить, как силой мысли можно создать какое-нибудь ледяное копье. А когда сложно вжиться в роль, играть становится не так интересно.

Что у нас там дальше? Ага, выбор оружия. Можно взять легкий лук, но как-то не лежит к нему сердце. С луком я играла, помнится, только в одной игрушке – в мобильной Lineage 2 Revolution. Играла я с ним недолго, так как звуки, издаваемые моей девушкой при выстреле, были настолько визгливо-эротичными, что уже через пять минут игры уши сложились в трубочку, а через двадцать минут начался нервный тик. После такого опыта тик возвращается при одном упоминании о лукарях. Да и в жизни я с луками никогда дела не имела: мне кажется, это достаточно сложное занятие. Чтобы натянуть тетиву, много сил нужно, да и стрелы непонятно где брать.

А вот с различными ножами я еще со времен детского дома дружу. Поэтому беру нож. Хотя нет! В игре предусмотрен вариант короткого меча, беру его, он посерьезней будет. А к нему беру дагу. Да, мне кажется, это оптимальный вариант. С одним ножом приходится уж очень близко подходить к противнику. Еще мне дополнительно положен набор отмычек.

Далее у нас базовые характеристики:сила, выносливость, ловкость, харизма, интеллекти мудрость. Сейчас все они установлены на отметку «пять», с возможным изменением. И еще пять очков даются на распределение. Силамне не нужна, оставлю четыре. Освобождается одно очко. Пять добавляю в ловкость: для вора-кинжальщика это самое нужное. А нет, не пять: плюс два к ловкости– это бонус класса. Значит, добавляем сюда три очка, и у нас получается максимально – десять. Выносливостьвору тоже не особо нужна, два нам дает человеческая раса, оставляю два очка, и с двумя расовыми получается четыре, этого должно хватить.

Вотхаризмамне нужна, делаю ее максимальной: во-первых, я люблю всем нравиться, а во-вторых, вору конфликтов лучше избегать всеми способами, так что буду надеяться, что хорошо прокачанный данный навык поможет мне строить диалог так, чтобы уходить, не доводя до драки. Интеллектомжертвую, пусть будет четыре – конечно, не очень хороший показатель, но на мудростьеще очки нужны. Туда и направляю оставшиеся, тут же учитывается показатель хитрости. Она у нас стала семь.

Вот такой далеко не сильный и не умный, но зато ловкий, хитрый и обаятельный персонаж у меня получился.

Осталось выбрать навыки, их можно выбрать только три. Не думая, выбираю «Скрыться в тенях» – один раз в день можно скрыться в тени, и окружающие вас не заметят; время действия – до начала вашего движения. Пробегаю глазами дальше по списку. Отмечаю «Слепое зрение» – если вы можете слышать, то знаете о местонахождении всех скрытых и невидимых существ в пределах двадцати футов от себя.

В конце, сама не знаю зачем, беру «Воровской жаргон». «Во время плутовского обучения вы выучили воровской жаргон – тайную смесь диалекта, жаргона и шифра, – который позволяет скрывать сообщения в, казалось бы, обычном разговоре. Только другое существо, знающее воровской жаргон, понимает такие сообщения. Это занимает в четыре раза больше времени, нежели передача тех же слов прямым текстом. Кроме того, вы понимаете набор секретных знаков и символов, используемых для передачи коротких и простых сообщений. Например, является ли область опасной, или территорией гильдии воров, находится ли поблизости добыча, простодушны ли люди в округе, предоставляют ли здесь безопасное убежище ворам в бегах».

Очень надеюсь, что это умение представлено тут не просто так и даст мне какую-нибудь дополнительную ветку сюжета или профессиональный квест. Сохраняю персонаж – и поехали.

А нет, не поехали. В прихожей громко зазвенел звонок.

* * *

Кого там на ночь глядя принесло? «Наверняка ненаглядный бывший разборки пришел устраивать! Гони его в шею!» – неожиданно проснулся мой Шиза. Открываю. Действительно, пришел Эдик. Все же Шиза не только мой внутренний голос, но и моя интуиция.

Мужчина, стоящий в дверном проеме, выглядит весьма странно. Весь помятый, еле стоит на ногах, запах алкоголя разносится, наверное, на весь подъезд. В руках – большой букет роз, их там штук сто. Как только он его удерживает?

– Дорогая! Я пришел! Собирайся! Жду! – невнятно произносит мужчина и вваливается в дверь, отталкивая меня с прохода.

– Эдуард, что ты себе позволяешь?! Почему ты в таком состоянии? Даже не так – почему ты позволил себе приехать ко мне в таком состоянии? И куда, объясни, я, по-твоему, должна собираться?

У меня очень плохие предчувствия. То, что мы будем разбираться в наших отношениях, когда он находится в таком неадекватном состоянии, не к добру. Надо постараться всеми силами этого избежать.

– Женщина! Я все решил! Подержи! – Он сует мне уже порядком потрепанный букет, а из внутреннего кармана пиджака достает маленькую бархатную коробочку. – Это тоже тебе, Люка. Кольцо. Сегодня переезжаешь ко мне. Завтра к часу нас ждут в загсе. Я обо всем договорился.

– Ты о чем вообще? Ты прочитал эсэмэс от меня?

Моя пятая точка все больше сигнализирует о наступлении больших проблем.

– Конечно, прочитал. Я понял, что тебя не устраивают наши отношения. И понял, что у тебя на них нет времени. Но теперь мы поженимся, и время будет.

– Интересно, каким образом оно появится?

Я уже не знаю, злиться мне или начинать плакать. Неужели он всерьез? Надеюсь, завтра, когда проспится, он забудет эти бредовые идеи. Хотя, может, и не забудет. А если не забудет, не факт, что от них откажется, или откажется, но не полностью.

– Как это «каким»? Я все продумал. Мы завтра женимся. Я человек обеспеченный, соответственно, ты не будешь ни в чем нуждаться. Из этого следует, что работать тебе не нужно. Ну, если только считать работой меня по вечерам кормить. Хотя если готовить не хочешь, черт с ним, будем в ресторане заказывать. Ну так вот. Раз работать тебе не нужно, значит, и учиться тоже незачем. Ну, если сильно захочешь меня порадовать, можно, конечно, и поучиться: подберем тебе хорошие кулинарные курсы, будешь сама мне готовить, как в ресторане, – сбивчиво, но уверенно говорит Эдик с выражением радости на лице. – Ну, еще, конечно, отправлю тебя на курсы орального секса…

– …! Ты в своем уме? Алкаш!

Перспективы становятся все мрачнее.

– Любимая, не обижайся! Меня ты и без всяких курсов удовлетворяешь на все сто процентов. Но в будущем, когда поднадоест, почему бы не научиться чему-нибудь новому? Это отличный вариант! И ты развиваешься, и мне приятно…

– Так! Стоп! Пошли в спальню, мирно поговорим.

Стараюсь успокоиться, вспоминая все дыхательные техники, о которых рассказывала Светка. Она одно время увлекалась различными психологическими практиками. Хотя мне кажется, не увлекалась, а просто ходила туда, чтоб потом всем рассказывать, какая она просвещенная. И я не избежала участи быть ею «хоть немного» приобщенной. «Вот кому надо на курсы орального секса! Будет у тебя подруга Света – звезда минета! И тебя, по обычаю, чему-нибудь научит», – совсем неуместно заржал мой Шиза.

Неспешно направляюсь в единственную мою комнату. Пытаюсь проанализировать ситуацию и решить, что делать дальше. Пока он в таком состоянии, спорить с ним нет смысла: не поймет, только разозлится. А если пьяного разозлить, слишком велики шансы, что все кончится дракой. Не вариант. Но соглашаться на этот бред тоже опасно. Вдруг он завтра вспомнит? Потом точно не отверчусь.

Судорожно ищу в баре что-нибудь сорока-пятиградусное. Благо нашелся коньяк, четверть бутылки. Я крепкие напитки не держу, даже не помню, откуда он взялся, наверное, Эдик в какой-то раз принес и не допил. Достаю две стопки и наливаю себе половину в качестве успокоительного и ему целую, с горкой. Я давно знаю Эдика и хорошо изучила, как на него действует алкоголь. В его нынешнем состоянии ему не хватает двух или трех рюмок до критической отметки, а дальше он просто вырубится, где стоит, и моментально погрузится в долгий беспробудный сон.

А утром или, скорее, днем, как очнется, уже можно будет с ним поговорить. Даже повод расстаться теперь есть – нечего таким своим пьяным состоянием травмировать мою тонкую душевную организацию. Повод, конечно, так себе, но… Если припомнить все случаи его пьянок и обидеться смертельной обидой на его недостойное обращение с такой достойной девушкой, как я… Сойдет.

Ничего не подозревающий о моем коварном плане бывший папик берет рюмку, встает и, торжественно произнеся: «За нас!» – опрокидывает в себя стопку. Ну а я с облегчением повторяю его действие. Но, видимо, рано я расслабилась. Эдуард резко подается ко мне и тянет руки – наверное, он хотел обнять. А я от неожиданности отступаю назад, запинаюсь о черного кота и очень неудачно падаю.

Рядом с кроватью лежат гири. Добротные такие, еще времен СССР. У меня не всегда есть время ходить в спортивный зал, поэтому по утрам стараюсь делать зарядку дома. Но как они там оказались? Этим утром я не успевала позаниматься!

Кажется, падение длится бесконечно. Успеваю продумать сотни незначительных и в данный момент неактуальных мыслей, но сменить траекторию падения почему-то не могу – тело не слушается. Резкая боль под затылком. Хруст сообщает о сломанной кости. Чувствую, как из ушей начинает вытекать кровь. «Скорее всего, перелом основания черепа», – ставит диагноз мой внутренний голос.

«Не трогай меня! Не поднимай! Срочно скорую!» – пытаюсь сказать я Эдику, но не получается – язык не двигается. «Перелом задней черепной ямки, большого затылочного отверстия, – ставлю себе предварительный диагноз. – При этом поражается каудальная группа черепных нервов и возникает бульбарная симптоматика, нередко с нарушением функций жизненно важных органов. Если перелом вдавленный или оскольчатый, крайне важно не двигаться, чтоб осколки еще больше не повредили мозг. Шансы выжить – не более двадцати четырех процентов, шанс выжить и не остаться инвалидом – не более трех», – думаю я отстраненно, как будто это произошло не со мной.

И тут пришел в себя Эдик. Если до этого момента у меня были хоть какие-то шансы выжить, то теперь они стали стремиться к нулю, так как этот пьяный человек зачем-то взял меня на руки и попытался куда-то отнести. Нетвердые ноги подвели нетрезвого человека, он упал и выронил меня.

Я уже погружалась в темноту, когда в голове проскользнула только одна мысль: «Откуда в моей квартире кот, о которого я споткнулась, если у меня нет домашних животных?»

* * *

Черный кот с неестественно зелеными глазами материализовался в метре от каменного пола темного, освещаемого лишь несколькими факелами коридора и, мягко приземлившись, обратился в симпатичного юношу. Он явно был доволен и мысленно рассуждал.

«Пусть теперь только скажет, что я вмешался! Перелом шеи, раскол черепа… Пожизненная кома или мгновенная смерть – разве это не одно и то же? Второе, на мой взгляд, даже лучше. И всего-то – под ноги кинуться в нужный момент. Если б не я, так она запнулась бы о ковер и все равно упала бы, но, к сожалению, не до смерти. Вот и пришлось малость подсуетиться. А то ведь из тела в коме душу не забрать: хоть она в этом случае и отдельно от него находится, но все равно далеко ей не уйти. Отец точно расценил бы это как интервенцию. А теперь у нее есть перспективы, хоть и в другом мире. Однозначно кома и смерть – равносильные понятия. Значит, я не жульничал, ему не в чем меня упрекнуть!»

Молодой человек медленно двигался по бесконечному коридору без единой двери. «Конечно, хотелось бы мужское воплощение души, но подходящих совсем не было. В эти два часа уходили на перерождение одни идиоты и хлюпики! Конечно, можно было и подтолкнуть кого-нибудь… А что такого? Шел себе человек мимо дома, а на крышу кот прибежал, хвостиком махнул, и отважному мужу случайно на голову свалился кирпич…

Нет! Творец бы узнал, что тому не суждено было погибнуть в столь раннем возрасте. Так что придется работать с тем, что есть. Хоть и женское воплощение души, но очень хороший экземпляр. Сочетание стойкости, хитрости и очаровательности – гремучая смесь. Надо оставить все в таком же соотношении, только чуть-чуть улучшить. Но этим уже займется отец, а то точно будет утверждать, что я вмешиваюсь, а за собой-то такого не замечает.

Хорошо, что она, сама того не зная, мне помогла – заполнила свои данные. Не совсем свои, конечно, но Творцу не стоит знать подробности. Заполняла она? Она. Я вообще не вмешивался. А вот когда заполняла и для чего эти данные должны были быть использованы, не столь важно. Навскидку они не сильно отличаются от данных ее бывшего тела. Если не смотреть на навыки, конечно».

Мужчина вытащил из ниоткуда какой-то листок и начал читать.

> Имя: Лукьяна

> Пол: женский

> Раса: человек

> Профессия: вор

> Оружие: короткий меч и дага

> Сила: 4

> Выносливость: 4

> Ловкость: 10

> Харизма: 10

> Интеллект: 4

> Мудрость: 7

> Навыки:

> 1. Скрыться в тенях

> 2. Слепое зрение

> 3. Воровской жаргон

– Отец! Нашел! – сказал он в пустоту.

Коридор моментально сменился тем самым кабинетом, в котором не так давно у Ларана состоялся разговор с Творцом.

Юноша быстро подсунул бумагу пожилому мужчине.

– Смотри, к сожалению, в оговоренное тобой время не так много душ уходили на перерождение, поэтому пришлось взять женское воплощение. Конечно, это не самый лучший вариант, но я уверен: даже эта душа с моей Земли справится с заданием. Осталось только подобрать ей достойное тело.

Старший из собеседников внимательно изучил представленную анкету.

– Хм! Совсем недурственно. И это, ты говоришь, не очень удачный вариант?

– Я думаю, надо подобрать ей тело с такими же характеристиками, чтоб душе было комфортно. Она ведь будет помнить все о своей земной жизни.

– Зачем ей помнить о прошлом воплощении? Можем стереть все знания и найти мужское тело с теми же параметрами, навыками и знаниями. Просто прошлого у нее не будет, но у людей такое случается.

– Нет, она должна все помнить, иначе это уже не будет душа, воспитанная в моем мире, это будет чистый лист, на который занесется то, что принято в твоем проекте. Просто дай мне выбрать тело, а параметры мы подстроим под нее. Боги мы или нет? Для нас нет ничего сложного в том, чтобы вложить знания и характеристики в объект. Конечно, будем стараться найти максимально похожее, но я считаю, что даже расу можно изменить, ведь на Земле, кроме людей, больше не живет никто из разумных человекообразных. И, конечно, возраст не должен быть пожилым, чтоб ее жизнь не кончилась от естественных причин в самом интересном месте нашего проекта.

– Ладно, согласен. Вот, смотри, это список тел, которые в оговоренный нами промежуток времени освободятся от души. Если возникнет необходимость, я могу кого-то чуть задержать или, наоборот, поторопить, но только в рамках данного временного периода. Сейчас уберу тела мужского пола, а также совсем не подходящие по параметрам, и готово. – Стопка лежащих на столе бумаг по мановению руки Творца уменьшилась больше чем на три четверти, после чего перенеслась к Ларану. – К сожалению, не так уж много женских экземпляров молодого и среднего возраста.

Юный мужчина сразу посерьезнел и долго изучал представленные документы, придирчиво всматриваясь в каждую букву и цифру. Он уже подходил к концу стопки, когда его напряженное лицо вдруг разгладилось и осветилось улыбкой.

– Вот идеальный вариант!

– Ты уверен? – с сомнением проговорил отец. – Я даже не рассматривал это как вариант, положил просто для статистики. Расу не определить даже мне, столько там намешано. Это даже не полукровка и не квартерон: отметились почти все расы, живущие на Переннис. Да и по параметрам тело молодое, но хилое.

– Это мой выбор. Параметры, как и договорились, изменим в соответствии с анкетой воплощения души.

– Хорошо! Соединяй тело с душой и отправляй! И не забудь: не вмешиваться!

Ларан принял самое невинное выражение лица, на которое был способен.

– Конечно! Но ты помнишь, что обещал дар для нашего героя?

– Да, я не отказываюсь. Вложи сам, сил у тебя хватит, доступ я тебе дам.

– Отец, ты же понимаешь, что у меня на Земле магии давно уже совсем не существует?

– Понимаю. К чему ты ведешь?

– Параметры, указанные в анкете, не позволят пользоваться даром, да и тело, как ты видел, тоже… Думаю, будет справедливо добавить немного мудрости и интеллекта к характеристикам.

– Я понимаю, что в немагическом мире эти качества не в ходу и только поэтому разрешаю тебе установить нашей героине чуть больший уровень этих способностей. Но никаких новых знаний и навыков! Она будет способна пользоваться магией, но только в том случае, если захочет. Это должен быть ее выбор. И ей придется учиться.

– Благодарю тебя, Творец!

Юноша быстро откланялся, а оказавшись один в своем кабинете, быстро начал творить. Улучшив тело под характеристики игрового персонажа, он увеличил параметры интеллекта и мудрости по максимуму.

– Понятие «чуть больше» весьма растяжимо, отец. Я не нарушил наши условия, я лишь добавил то, что необходимо великому магу. А уж о том, чтобы она стала великой, я позабочусь. Естественно, не вмешиваясь, – сказал в пустоту Ларан и небрежным жестом руки запустил душу в подготовленное тело.

## Глава 2

Тьма обволакивала. Тьма ласкала и успокаивала. В ней растворилось все. Не было ни мыслей, ни памяти, только смутное ощущение собственного «Я». А кто я? Где я? Неважно. Нет больше ничего значимого, кроме ощущения этого полного умиротворения.

«Очнись!» – послышался неожиданно такой знакомый и родной голос.

Откуда он взялся в этой бесконечной мгле? Хотя тоже неважно…

«Очнись!»

Чернота вокруг не отпускала. Да и не хочется ничего. Кто должен очнуться? Зачем? Осмысливать это тоже не хочется.

«ОЧНИСЬ!»

На этот раз слово отразилось в непроглядной мгле тоненьким искрящимся лучиком. Он манил и вызывал легкое любопытство. Я потянулась к нему остатками своего сознания. Он согрел, закружил и утянул за собой.

Недолгое ощущение тепла и полета в этом световом пути – и опять темнота. Но совсем не та, успокаивающая.

Боль. Теперь осталась только боль. «Боги, за что?!»

Я не ощущала тела, не понимала, что происходит, осознания себя не было. Попыталась сосредоточиться и что-то предпринять. Единственное, что получилось, – немного приоткрыть глаза. Удалось увидеть только деревянный потолок, сколоченный из грубо обработанных досок. Больше сил не было, глаза снова закрылись.

– Бедная девочка! Натерпелась! За что же судьба с ней так? И ведь не уходит за грань… – Добродушный и такой теплый голос принадлежал явно немолодой женщине. Его хотелось слушать и слушать.

– Ой, да перестань ты! Она сама напросилась! В нашем-то месте быть гордячкой и недотрогой. Вот и расплата пришла. Ничего страшного, знахарь сказал: выживет. И почему мамка наказала мне за ней смотреть? Ей хорошо, прохлаждается, а я работать не могу. Все клиенты наверняка по другим девкам разбегутся! – Голос явно принадлежал юной девушке, и в нем сквозила злоба.

– Да что ты несешь?! Ты представляешь, каково ей сейчас? А как будет потом? У нее даже надежды на будущее нет: лицо и тело изувечены. Мамка, как только подлатает ее до состояния, позволяющего далее о ней не заботиться, сразу выгонит на улицу, а там она быстро сгинет! Лучше б сейчас, в тепле, не приходя в сознание, чтоб хоть не мучилась.

– Не выгонит ее никто! Этот сорняк так просто не вырвешь! Отправят в посудомойки, там ее рассматривать некому будет. И окажется она в шоколаде: все пашут как проклятые, а она только тарелки натирает!

На этом последние крохи сознания меня покинули. Опять наступила абсолютная тьма, и снова в ней была непереносимая, всепоглощающая боль.

* * *

Второй раз я вынырнула из мглы неожиданно. Просто в какой-то момент чернота стала не такой непроглядной, и я осознала себя – свое сознание в теле, которое совсем мне не подчинялось. Я даже глаз открыть в этот момент не смогла. Зато услышала скрип двери.

– Господин! Вам не стоит сюда входить! – звучит уже знакомый голос юной девушки. Но в нем больше нет злобы, ее место заняло подобострастие. – Не нужно вам этого видеть…

– Я сам знаю, куда мне идти и что делать! Что тут происходит? Кто это? – Этому властному мужскому голосу хотелось подчиниться и ответить на все вопросы. Если б воображение не потонуло в боли, оно наверняка нарисовало бы очень привлекательного мужчину в самом расцвете лет.

– Это Лу, наша официантка. Вы, наверное, не помните, были пьяны… Эта дрянь посмела перечить вам, и вы ее проучили. Я сожалею, что в ваш счет внесли услуги знахаря для этой никчемности, но вы же понимаете, у нас официальное заведение. Умри она – стража начала бы разбираться, и матушке пришлось бы рассказать о вас. Поэтому лечение, к сожалению, было необходимо. А так у вас не будет проблем! Я даже отказалась от работы, чтобы присмотреть за этим ничтожеством! Ради вашего спокойствия!

– Стоп! Ты меня уверяешь, что это та самая подавальщица?

Я почувствовала, как мужчина быстро подходит и, наклонившись, вглядывается в мое лицо.

– Не может быть! Как я не увидел?! – Он ненадолго задумался и продолжил: – Значит, так, Вилла. Передай хозяйке, что я пришлю своего лекаря для девочки. Пусть исполняет все его указания. Что будет нужно, я оплачу. Вот тебе лично, за присмотр, пара золотых. Чтоб глаз с нее не спускала! Когда она поправится, дам еще. Кроме всего, я повешу на нее амулет, чтобы через него видеть ее состояние. И не дай боги, вы решите на нее не тратиться или отнесетесь халатно – расплата последует незамедлительно! Амулет снять даже не пытайтесь, не выйдет. Но если все-таки решитесь, я узнаю. Надеюсь, не надо говорить, что за этим последует?

– Конечно, господин! Как прикажете! Все будет исполнено! – Юный голос уже не был похож на тот, что запомнился мне при первом моем пробуждении, сейчас в нем сплелись непонимание и страх.

– Хватит болтать! Бегом зови мамку, я ей все объясню, а то ты, дура, наверняка либо что-то забудешь, либо переврешь!

Ответом незнакомцу были торопливые шаги и стук закрывающейся двери.

– Как я сразу не увидел? Или это под влиянием стресса сила открылась? Скорее второе, – явно для себя сказал мужчина, даже не подозревая, что я его слышу. – Главное, вовремя разглядел, теперь артефакт не позволит другим тебя заметить. А то сияешь, как звезда, среди этой помойки! Еще немного, и кто-нибудь другой обязательно обратил бы на тебя внимание!

Мне на шею ложится что-то круглое, холодное, по ощущениям – металлическое.

– Ничего, теперь ты от меня никуда не денешься. Амулет какое-то время не позволит никому другому увидеть твой дар. О, я смотрю, и регенерация понемногу работает! Кто, интересно, у тебя в родственниках, что ею тебя наградил? Волью, пожалуй, немного магии, чтобы подхлестнуть ее…

По телу разбежалось тепло, сознание начало уплывать.

– Выздоравливай тут, а я пока подумаю, что с тобой дальше делать.

Это было последнее, что я услышала перед тем, как вернуться в уже ставшую привычной тьму.

* * *

Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем ко мне опять вернулось сознание. «Очухалась?» – спросил мой родной Шиза.

Стоп! А мой ли?

В голове творилось что-то непонятное. Я точно знала, что я – Лукьяна Ивановна Кузнецова, двадцати двух лет от роду, круглая сирота, проживающая в уютной однокомнатной квартирке в России, в Москве. Я сохранила все воспоминания, в том числе и о полете на гири в моей квартире, и о разговорах незнакомых людей, которые я слышала, находясь предположительно на грани жизни и смерти.

Однако у меня были и другие воспоминания. Они были более расплывчатые, но все же, несомненно, тоже мои. Из них выходило, что я – Лу, также сирота, пятнадцати лет от роду, с самого рождения живущая в борделе, после того как моя мама, «жрица любви», умерла родами, не выплатив долг перед заведением. Тут меня вырастили и, как только я научилась ходить и говорить, пристроили к работе. Сначала я была на подхвате у всех кого можно – бегала, исполняя мелкие поручения. А после того как мне исполнилось десять лет и я, по словам Венамы, хозяйки сего места, стала «взрослой», меня определили в официантки.

И вот уже пять лет без выходных и проходных я бегаю с подносом и исполняю различные поручения посетителей. Я постоянно получаю предложения «сделать меня женщиной», но благо местным законодательством это карается вплоть до совершеннолетия, которое наступает в семнадцатилетнем возрасте. Поэтому и также потому, что Венама мечтает подороже продать мою девственность на аукционе после достижения мной необходимого возраста, я всегда спокойно отвечала отказом на непристойные предложения клиентов. До последнего момента этой моей второй памяти.

Ведь когда я отказала очередному посетителю, в меня полетел черный сгусток энергии, и после этого воспоминания прерываются, хотя есть ощущение, что меня еще и попинали после. Наверное, не стоило отказывать некроманту.Некроманту?! До меня только сейчас дошло, что в памяти Лу совершенно естественным образом присутствуют не только некроманты, но и понимание, что магия – это вполне нормальное явление, пусть и не столь уж частое.

Но об этом можно подумать позже, так как надо еще разобраться с моей третьей личностью, ведь кроме двух памятей у меня абсолютно точно имелись также знания и навыки вора, не принадлежащие первым двум. Хотя с этим проще. Я помнила, что перед знаменательным приходом Эдика я как раз создала в игре перса с такими же параметрами. Наверное, мой травмированный мозг воспринимает фантазии относительно этой игры как реальные воспоминания.

При всем этом я четко ощущала, что я – Лукьяна, жительница мегаполиса двадцать первого века, а не Лу – подавальщица в публичном доме небольшого города, судя по воспоминаниям, средневекового. На диссоциативное расстройство идентичности вроде не похоже, так как, несмотря на дополнительные пласты памяти, другие личности вроде не проявляются. Однако я не психиатр, могу ошибаться. Вот бы Ленку мою спросить! Она точно не отказалась бы провести надо мной пару опытов! А потом что-нибудь подсказала бы мне.

«Что за бред?» Ответа на вопрос не последовало. Наверняка у меня повредился мозг после падения. «Я должна быть в больнице! Тут есть специалисты, надеюсь, они приведут мою голову в порядок, а не закроют в психушке до конца жизни». Придя к такому логичному решению, я обрадовалась. Даже появились силы открыть глаза и осмотреться.

Это точно не больничная палата! Лунный свет из-за незанавешенного окна освещал не очень большую комнату. Все в ней выполнено из дерева: пол, стены, потолок и мебель. Хотя из предметов интерьера мне на глаза попались только стул, стоящий рядом с кроватью, большой комод напротив и тумбочка в изголовье – грубо сколоченные, плохо отесанные. На тумбочке в большом количестве присутствуют плошки, бутылочки и другие сосуды разных форм и размеров. «Наверное, лечебные отвары и мази для меня», – решила я, даже не удивившись столь нестандартным лекарственным средствам.

Запах в комнате напоминал больничный, однако создавали его явно какие-то незнакомые мне травы. Покопавшись в памяти, я поняла, что эта комната мне знакома по воспоминаниям Лу. Тут лечились и отлеживались все сотрудники заведения, у которых возникала необходимость в изолированном помещении.

Неожиданно открылась дверь, и вошла незнакомая троица. Молодая девушка, скорее даже подросток, приятной наружности, с невообразимо глубоким декольте, и два седовласых старика. Один выглядел совсем древним, казалось, вот-вот развалится. Второй был более крепким, с ясными глазами. Его цепкий взгляд уперся в меня.

– Проходите, господа знахари!

Юную деву я опознала по голосу, это она участвовала в предыдущих услышанных мной разговорах. Кажется, ее звали Виллой. Голос девушки снова был недовольным и злым, от того подобострастия, с каким она обращалась к первому господину, не осталось и следа.

– Я не знахарь, я лекарь! Еще бы травником обозвали! – раздраженно заявил более молодой из мужчин. – И не господин! Лекарь Мед Стараг! И вообще, девушка, выйдите из комнаты, не мешайте работать.

– Я приставлена самим господином Хорнрейвеном присматривать за этой девкой! Я должна быть в курсе, что мне делать, когда она помрет! – визгливо запротестовала Вилла.

– Во-первых, она не помрет! Не с моим лечением! А во-вторых, плохо за ней смотрите! Она пришла в себя, открыла глаза, а вы до сих пор не заметили! – В голосе лекаря звучало явное недовольство. – Убирайтесь! Я обязательно доложу Морулусу о вашем дурном отношении к больной!

– Вы не посмеете! – воскликнула юная дева и почти в истерике выбежала из помещения.

– Попросите вашего господина приставить к пациентке другую сиделку. – Скрипучий голос до сих пор молчавшего старика прозвучал взволнованно. – Я заметил, что эта особа не следует моим указаниям. Настои и травы, прописанные мной, либо даются в недостаточном количестве, либо вообще не даются. По крайней мере, то, что я предоставил, до сих пор стоит неиспользованным на тумбочке.

– Обязательно попрошу. Я доверяю такому уважаемому знахарю, как вы, поэтому попрошу рассказать, что именно вы назначили для лечения. Но это позже, сначала осмотр.

Мужчина склонился надо мной и начал ощупывать все тело. «Определяет повреждения», – поняла я.

– Как вы себя чувствуете? Где больше всего болит? Можете говорить?

Вместо ответа у меня из горла вырвался хрип.

Мед Стараг поднял надо мной руки, и из них заструились непонятные зеленые мерцающие нити. «Что это?» – испугалась я, но ответа на невысказанный вопрос, конечно, не получила. А лекарь, ничего не замечая, водил надо мной руками, оплетая меня своими нитями.

Наконец мужчина прекратил свои действия.

– Очень интересно. Хорошая регенерация, определенно присутствует дар. Девочка, кто же ты? И что делаешь в этом месте? Рано ты пришла в себя. Во сне реген будет работать лучше.

Стараг положил руку мне на лоб, и мои глаза закрылись.

* * *

В просторном кабинете в широких и мягких кожаных креслах у камина расположились двое мужчин лет тридцати пяти – сорока. На первый взгляд их можно было бы принять за братьев. Оба темноволосые, темноглазые, с аристократичными чертами лица. Только жесткий взгляд и веющая темнотой аура не позволяли признать их настоящими красавцами. Однако, присмотревшись, можно было заметить, что у одного из них в глазах клубится тьма, а у другого они просто очень темные. У первого виски уже начали серебриться, а у второго волосы цвета воронова крыла были не тронуты сединой.

Между креслами на низком резном столике лежали экзотические фрукты и стояла початая бутылка дорого виски. В руках у незнакомцев были наполненные бокалы.

– Ну что, друг, расскажи, зачем меня звал.

– Малум, учитель! Я хотел рассказать тебе одну занятную историю, что произошла со мной недавно. Послушай, мне будет интересно узнать твое мнение.

– Мор, ты же знаешь, я всегда рад твоим историям. Ты живешь затворником, но с тобой постоянно что-то происходит. Даже удивительно. – Выбранный мужчиной тон был шутлив и не соответствовал настрою ученика.

– Неделю назад, как ты знаешь, я посещал городок Лонг, находящийся недалеко от моих владений. Он не очень большой, но через него проходит много торговых путей в обход моей земли. Ты же знаешь, как не любят обычные людишки соваться на мою территорию? – хмыкнул Морулус.

– Конечно. И я их понимаю. В твоих владениях живые люди вообще остались? Развел тут зомбятник. Я удивлен, как ваш местный король тебя еще терпит.

– Он не может мне ничего сделать. Ты же знаешь, мои владения находятся под защитным куполом, за который так просто не попасть, только через пропускные пункты для торговцев. Если потребуется, я всегда могу его уплотнить, и тогда даже при сильном старании пройти его вообще никто не сможет, даже наши многоуважаемые маги. – В последней фразе темного сквозила неприкрытая насмешка вкупе с уверенностью в собственных силах.

– Ты слишком самоуверен. На каждую защиту найдется тот, кто сможет ее взломать. Пусть ты и один из самых могущественных магов, но всегда может найтись тот, у кого окажется больше сил или умений. – Малум недовольно поджал губы. – На твоем месте я бы вел себя более осмотрительно и не давал повода для ненужных разговоров. От тебя существенно зависит успех нашего предприятия, и мне не хотелось бы в последний момент искать новых союзников из-за того, что ты облажался!