Мария Бережная
Кто ты сегодня?

Глава первая. Кто ты сегодня?

Наверное, все началось в тот день, когда над крыльцом, которое все во дворе дома, где жил Тим, называли заброшенным, зажегся свет.

Этим крыльцом, подъездом и тем, что было внутри, за дверью, родители обычно пугали детей. Кто же захочет, чтобы дети, играя, попали в темный подъезд? К тому же неизвестно, что там внутри. И, видимо, пугали так долго, что и сами стали ходить мимо него с опаской.

Забыли. Такое часто бывает – стоит чему–то интересному закрыть за собой дверь и временно устроить себе отпуск, забыв при этом повесить на дверь табличку «Вернусь такого–то… Всех целую, ваше Интересное», как все про него тут же забывают.

Только Тиму, которому вчера исполнилось пять лет, и он до сих пор был очень горд этим, темный подъезд нравился. Двери там были закрыты, но, видимо, кому–то этого показалось мало, и на них еще повесили огромный замок. Но когда Тим проходил мимо, ему всегда казалось, что там спрятано что–то интересное.

Однажды, когда они с Мамой и Папой только переехали в этот двор (в дом, конечно, но двор для Тима был гораздо важнее, как для любого ребенка), он впервые услышал, как за закрытым дверями шумело море! Он раньше никогда не слышал море вживую, но сразу догадался, что это было именно оно!

В свой новый дом они переехали не просто так. И во двор тоже. Раньше, когда Тим совсем маленький, они жили в доме, вокруг которого было много других домов и дорог, но мало деревьев и дворов. И мама грустила, что ей практически негде с Тимом гулять. А Бабушка Тимофея (это было его полное имя) жила в уютном старом районе, с зелеными дворами, парком, лесом и озерами. И она уговорила их переехать в этот район. А оказалось, что они переехали еще и в ее двор. Вернее, для Тима все это оказалось неожиданно. Зато для всех остальных все очень даже ожидаемо случилось.

Тим тогда рассказал маме про море, но она не поверила и, на всякий случай, как и положено правильной маме, попросила его не гулять по этой стороне двора. Но именно с тех пор Тим все равно старался сделать так, чтобы хотя бы с родителями он мог пройти мимо.

Он слышал джунгли и там трубил настоящий слон!

А еще как–то раз оттуда раздавались звуки битвы, лязг мечей, и кто–то трубил победу. А буквально вчера кто–то пел на неизвестном Тиму языке и играл на флейте.

И вот, этим утром никто не заметил и не понял, как (а чудеса обычно именно так и случаются – незаметно и непонятно), над входом в подъезд кто–то повесил красивый кованый фонарь и зажег его! Даже днем этот свет был хорошо заметен, и Тим первый обратил внимание на то, что у фонаря все четыре стекла разные. Зеленое, желтое, синее и красное. И фонарь был подвешен так, что его можно было снимать и переворачивать разными сторонами к вошедшим по ступенькам. А ещё свет от фонаря, падающий на крыльцо, был похож на огромный цветок с разным лепестками.

К обеду двери подъезда распахнулись.

Первым оттуда вылетело почти живое облако пыли, за ним на крыльцо вышел обитатель подъезда: невероятно рыжий мужчина, который выплеснул с крыльца ведро воды в клумбу и тут же начал подметать крыльцо. Практически все дети, которые играли во дворе, решили, что он как минимум пират, но, скорее всего, злой колдун. Никто другой не мог жить в этом подъезде. И не мог носить тельняшку, закатанные до колен джинсы, маленькую рыжую бородку и собирать растрепанные длинные волосы в хвост. Значит, это был злой волшебник, прикинувшийся пиратом и решивший помыть полы.

Когда тебе пять лет, мир вокруг крайне прост и понятен.

На следующее утро Тим клятвенно пообещал родителям, что будет слушаться Бабушку, и тут же решил, что уговорит ее пойти гулять во двор поближе к загадочному подъезду.

Надо сделать небольшое отступление, чтобы рассказать о бабушке Тима.

Это была совершенно невероятная Бабушка. У Бабушки Тима были короткие седые волосы, которые топорщились в разные стороны. По утрам, когда она приходила к Тиму, чтобы провести с ним день, она очень сильно старалась проснуться и была похожа на милую, невыспавшуюся сову, которая не успела расчесать перья и активно моргала, пытаясь проснуться. Просыпалась Бабуля обычно до обеда, и, если погода была хорошая, Бабушка заваривала огромный термос кофе для себя, термос поменьше с чаем с молоком для Тима, и вела внука «покорять город».

Они ездили в парки – их было два рядом с домом Тима, – где катались на велосипедах лежали на траве, считая облака. Часто они садились в смешную, похожую на жука машину, которую бабушка купила в Германии, и сама приехала на ней оттуда, и ехали в центр города, где ходили смотреть на фонтаны, дома и людей. А иногда они гуляли во дворе, если был солнечный день и никуда идти не хотелось.

Тогда они брали большое покрывало и расстилали его на траве. Бабушка пила крепкий черный кофе (Тим однажды его попробовал, и ему ужасно не понравилось: напиток был слишком горький, на его вкус), а Тим ел яблоки, и они вместе смотрели на небо. Бабушка говорила Тиму, что надо всегда смотреть, что у тебя над головой, потому что временами там происходит много всего интересного.

Но сегодня Бабушка, хоть и была снова похожа на сонную сову, с порога заговорщески подмигнула Тиму и сказала, что у нее для него есть сюрприз!

– А какой? Его можно положить в карман или спрятать в ладони? – таким образом Тим обычно выяснял у бабушки, какой сюрприз она приготовила для него, но все равно никогда не угадывал.

Бабушка приложила палец к губам и сказала, что они пойдут в Библиотеку! Тим уже достаточно большой мальчик, чтобы получить свой первый абонемент и первую книгу, так что сегодня его ждет настоящее приключение!

Конечно, может показаться, что не такой уж это и приятный сюрприз, ведь не все дети сейчас любят читать, но… Все знают, что первая книга может стать настоящим, удивительным приключением. Тим пока знал далеко не все о мире чтения. Он еще плоховато читал по слогам и немного разбирался в буквах, считая их крайне дружелюбными насекомыми. Ему казалось, что чтение сродни тайному рукопожатию у них во дворе: это знак, по которому взрослые определяют друг друга. Если ты умеешь читать, то значит свой. Из Тайного Клуба.

И то, что они идут в библиотеку, где будет много книг, было для Тима новым и невероятным приключением.

Тем более, когда они с бабушкой вышли из дома, оказалось, что новая библиотека открылась в их дворе! В том самом подъезде!

Тим с трепетом вошел в подъезд. Он боялся разочароваться – он, конечно, видел, как выглядят библиотеки, но, несмотря на свой возраст, уже знал, что то, что показывают по телевизору, и то, что есть на самом деле, – это две большие разницы.

Но эта Библиотека, скрытая за загадочными дверями, над которыми висел волшебный фонарь, очевидно должна была быть волшебным местом. Настолько волшебным, что, когда они вошли внутрь, Тим затаил дыханье.

Тут был старый неработающий камин, в гостиной тикали огромные часы в виде английской телефонной будки. Это Бабушка сразу объяснила Тиму и обещала показать ему фото этих будок. В центре гостиной стоял огромный старинный глобус, а вдоль двух стен были расставлены два дивана, кресла и пара стульев, словно тот, кто расставлял мебель, никак не мог определиться, что точно он хочет поставить.

Бабушка повела Тима к еще одной двери, но не успели они постучаться в нее, как она распахнулась сама, и к ним вышел тот самый рыжий мужчина, одетый в старинный костюм–тройку. В руке он держал шляпу–цилиндр, но явно решил пока ее не надевать.

– Чем я могу вам помочь? Добро пожаловать! Сегодня–меня–зовут–Льюис. Последнюю фразу он произнес так, словно это было одно слово и это слово было его именем.

– Клайв Льюис? – С пониманием переспросила Бабушка, а Тим, конечно же, ничего не понял. Но, как ни странно, ничего не понимать Тиму нравилось. Это чувство было похоже на большую книжку загадок, которую можно было начать разгадывать сразу, а можно было отложить и смаковать интересные загадки и головоломки и по паре страниц в день.

– Да! – с этими словами Сегодня–я–Льюис галантно поклонился и поцеловал руку Бабушке, а Тиму руку пожал, как взрослому и равному.

Не успел Тим и глазом моргнуть, как они уже сидели на диване, пили чай, и Сегодня–я–Льюис рассказывал им о библиотеке и о том, сколько всего интересного прячется в платяных шкафах и под фонарями в зимнем лесу. Тим снова ничего не понял, и тогда бабушка рассказала ему про книжку, которую очень любила в детстве – «Хроники Нарнии», о волшебной стране, попасть в которую можно через двери старого платяного шкафа. О том, как там правила злая ледяная колдунья, и как несколько детей спасли этот чудесный мир, Бабуля рассказала совсем немного, потому что сегодня–Льюис остановил ее и сказал, что лучше мальчик прочитает все сам.

– Но, мне кажется, ему будет немного рановато, – засомневалась бабушка

– Для сказок никогда не бывает рано или поздно, особенно, если читать их правильно, но сначала нужно оформить Тиму ключ! Без него он не сможет попасть ни в одну из сказок, – возразил Сегодная–я–Льюис. Определено, этот человек нравился Тиму. И пока больше всего ему нравилась странная манера Библиотекаря говорить – у него были удивительно тяжелые предложения, как если бы он рисовал их на картоне. И обязательно с восклицанием на конце, словно он еще и удивлялся тому, что вокруг происходит, и как он умеет говорить.

Тим как раз собирался возмутиться, что ему совсем не рано читать эту сказку, но, узнав про ключ, решил, что успеет повозмущаться потом. В конце концов, вокруг столько всего интересного, что нужно успеть рассмотреть, что такое скучное дело как возмущение может и подождать. А то вдруг, если он будет возмущаться, ему еще и ключ не выдадут?

Ключом оказалась картонная карточка, на которой было написано имя Тима, его фамилия, часы работы библиотеки и какой–то код, состоящий из множества чисел. Тим пока не умел складывать такие большие числа, поэтому он решил спросить о них потом – тем более, что бабушка сказала, что им пора домой.

Тим и сам не заметил, как они провели в Библиотеке целых два часа, а два часа это было много, и бабушка клятвенно пообещала, что завтра они снова придут. Потому что правильная библиотека рассчитана не на быстрое знакомство, а на долгое увлекательное чтение – в смысле дружбу, конечно же.

– И смогу сам выбрать себе книгу? – спросил Тим у Сегодня–Льюиса.

– Любую, – подтвердил Сегодня–Льюис.

– Но я практически не умею читать! – немного расстроился Тим. Хотя, если быть до конца честными, раньше это занятие не казалось ему самым интересным в мире.

– Ну и что. Скажу тебе больше, я раньше вообще совсем не умел читать. Никто не рождается с этим знанием. Так что приходи завтра, и мы выберем тебе самую лучшую сказку для завтрашнего дня. А потом, если тебе захочется, то и книгу следующей недели. Ведь для каждого времени существуют свои книги. И мало что может так тебе испортить впечатление от книги, как неправильное время.

Правда, Тим еще не знал, что завтра, как и во все остальные дни, выбирать книгу ему будет помогать совсем другой человек, не тот, с кем он познакомился сегодня.

Глава вторая. Тим знакомится с книгами. А книги знакомятся с ним.

Бабушка рассказала Родителям Тима, что они будут ходить в детскую Библиотеку учиться читать, занятия будут проходить три раза в неделю по паре часов, и это будет полезно и Тиму и Бабушке. В конце концов, именно там она сможет, как приличная бабушка, наконец–то вспомнить про вязание – а то с тех пор, как наступило лето, и они стали много гулять, она совсем про него забыла.

– А ему еще не рановато так много заниматься чтением? – засомневалась Мама Тима, но потом вспомнила, что вообще–то сама научилась читать в четыре года, а в пять лет уже учила читать своего кузена.

А папа вообще был уверен, что для чтения никогда не бывает поздно, потому что считал, что для книг всегда – “самое время”. И чем больше книг, тем больше самого времени.

Так Тим и Бабушка получили официальное разрешение на то, чтобы ходить в Библиотеку. Тем более, что они оба были уверены, что читать он научится очень быстро – хотя бы для того, чтобы прочитать все эти невероятно интересные книги, которые окружали их нового друга.

На улице было жарко, и Бабушка решила, что в такую погоду гулять можно только тогда, когда солнце перевалит за ту половину солнечных часов, которую она называла «безопасной». Тим воткнул палочку в землю и показал бабушке.

– А сейчас на какой половине солнце?

– На опасной. Значит, на солнце находиться не нужно, а то будешь красным, как помидор. Как сеньор помидор. И голову напечет.

– И я буду красный и печеный, – продолжил бабушкину речь Тим.

– Точно. Идем в Библиотеку спасаться от жары?

– Ура!

Тим немного побаивался, что за то время, что прошло между вчера и сегодня (а между вчера и сегодня всегда проходит удивительно много времени), Библиотека куда–то делась. Со многими волшебными местами такое случается. Не все это любят, но, детям гораздо проще понять, что делать в таком случае нечего, и нужно либо начинать искать новое волшебное место, либо попытаться объяснить взрослым, что искать это волшебное место не нужно, потому что ему тут, наверное, не понравилось. И Тим немного побаивался, что ему придется объяснять это Бабушке. Но Библиотека была на месте, волшебный фонарь все так же светил всеми цветами, которыми ему сегодня хотелось, несмотря на солнечный день, а по ту сторону порога их уже ждал Библиотекарь. Сегодня на нем был какой–то странный костюм. Длинная куртка, шпага, растрепанные волосы, в которых словно случайно оказались листья, и пару раз Тим видел, как, отряхнувшись, Библиотекарь вытащил оттуда пару желудей. Также нем были порванные во многих местах джинсы, и он был босой!

– Ух ты! Кто ты сегодня? – удивленно спросил мальчик, когда они уселись и на диване.

– Не можешь угадать? Наверное, ты не читал эту сказку. Сегодня–я–Питер. Тот Питер, что прилетал за своими друзьями с волшебного острова и мечтал никогда не вырастать.

– Но ты же вырос. И почему на тебе это? – Тим указал на куртку–камзол.

– Да тут такое дело, понимаешь… Ты знаешь мою историю? – немного смутился Библиотекарь.

Мальчик кивнул, мультик про Питера Пена был у его одним из любимых.

– Чтобы ты понял, я все же свожу тебя туда.

– Куда?? – немного опешил Тим. Он еще не привык к тому, что в одной библиотеке может прятаться столько всего интересного.

– В мою историю. Ты готов?

Тим закивал так, что, кажется, еще немного, и голова отвалится, – настолько ему хотелось «сходить» в Историю Питера Пэна.

Сегодня–я–Питер кивнул и ушел в Хранилище. А потом вернулся оттуда с несколькими на вид очень тяжелыми книгами. В каждой из них под обложкой была спрятана история Питера Пена, и у каждой были невероятно красивые иллюстрации, с картами, картинами городов и портретами героев.

Сегодня–я–Питер раскрыл каждую из них на разных местах и начал читать и показывать. Он рассказал Тиму про мир, в котором он вырос.

– Вот смотри, – Сегодня–я–Питер вытащил из–под обложки книги красивые фотографии острова, – Видишь, какой красивый остров, на котором я вырос? Тут есть и горы, и озера, есть много смешных животных: квокка, вомбат, ехидна…

– Кто? – тут удивилась бабушка, до этого молчавшая. О некоторых перечисленных Библиотекарем животных она никогда не слышала!

– Ну вот. Как я могу тебе рассказывать про мой дом, если ты не знаешь, кто там живет? Пошли, покажу.

Сегодня–я–Питер отвел Тима в хранилище и, выбрав с полки несколько энциклопедий, показал Тиму совершенно невероятных животных. Квокка была похожа на большую улыбающуюся белку, а вомбат, похожий одновременно на белку и бобра без хвоста вообще поразил воображение Тима. Он и не представлял, что бывают мыши таких размеров. Конечно, по мнению Сегодня–я–Питера, это была совсем даже не мышь, но Тим твердо знал, что “мышь” и “мышее” не бывает.

А потом они снова сели читать или, правильнее сказать, изучать мир, в который Сегодня–я–Питер увлек Тима. Там было и огромное море, и корабли, леса, феи; казалось, что все это можно было увидеть по телевизору или где угодно ещё, но, когда ты слышишь все этого от самого настоящего участника событий, то становится несколько… увереннее. Увереннее в том, что все это может быть на самом деле, а не только в книжке с красивыми картинками.

– Так все же, почему ты так странно выглядишь? Питер ведь так и не вырос. И камзол у тебя совсем не как у Питера, – укоризненно сказал Тим.

– Понимаешь, Тимми, кстати, ты не против побыть некоторое время не Тимом, а Тимми? Это, мне кажется, звучит более сказочно, почти как Динь–Динь… Но это не значит, что ты фея и девочка…

– Мама так часто меня называет.

– Отлично. Все просто Тимми. Ты заметил, что у меня есть друг – капитан Крюк?

– Он же твой враг!

– На самом деле раньше мы были хорошими друзьями, просто в книжке про это не рассказывается. Потом он вырос, а я нет.

Он стал пиратом, а я нет.

Я научился летать, а он нет.

Я умею плавать, а он нет.

И… Тебе не кажется ничего странного?

– Вы воюете, потому что завидуете друг другу??? – пораженному Тимми эта мысль сначала показалась совсем неправильной, а потом он вспомнил мультик и понял, что хоть Крюк и пропал в животе крокодила и наверняка потом выбрался оттуда, он все же завидовал Питеру точно так же, как тот временами завидовал ему.

– Вот–вот. Поэтому я как бы вырос, и в тоже время нет. Я могу летать, правда очень редко, но зато я могу носить одежду пирата, ходить босиком, хорошо фехтую и отлично плаваю! По–моему, ради этого стоит взрослеть. Как ты думаешь?

– Очень даже стоит, – серьезно ответил Тимми, думая о том, что, пожалуй, попросит маму купить ему книжку про Питера Пена. Можно даже без картинок, потому что, наверняка, там они будут совсем другие, не такие, как во всех этих книгах. А может и с картинками… Да, лучше все–таки с картинками, и он будет ее читать. Потому что над некоторыми вещами надо подумать.

Но потом, когда кончится лето.

Ведь все знают, что, когда приходит лето, хочется делать все, что угодно, но не думать серьезные мысли. Поэтому Тимми старался отложить все серьезные мысли на осень или на дождливые дни. Тогда в один прекрасный дождливый день он сядет за стол на кухне и как следует все обдумает. Если не забудет. Наверное, многие взрослые именно для этого научились писать, чтобы не забыть и записать все то, что надо обдумать.

– Ты думаешь о том, что нужно будет обдумать? – словно прочитав его мысли, спросил Сегодня–я–Питер.

– Да. А как ты узнал?

– Я же еще не совсем вырос, помнишь? И тоже часто так думаю. С таким выражением лица. Если честно, я придумал себе специальную коробку в голове, чтобы класть туда все то, что я потом хочу обдумать и что хочу сделать или сказать. Потом. Когда будет время.

– А если я забуду потом заглянуть в эту коробку? Или не найду то, что туда клал?

– Значит, оно не так уж и важно и ушло само, – пожал плечами Сегодня–я–Питер.

– Или все перепуталось между собой, – совсем по–взрослому вздохнул Тимми.

И это было вполне логично, как с точки зрения совсем не взрослого Тима, так и с точки зрения уже не совсем маленького Сегодня–я–Питера.

Глава третья. Про сны.

С утра Тимми постоянно смотрел в окно и никак не мог сосредоточиться на том, что говорили ему взрослые. Дело в том, что они договорились с Бабушкой и Библиотекарем, что будут с ним заниматься днем в полдень: чтобы, если на улице будет очень жарко, ребенок не сидел в четырех стенах и гулял побольше после занятий и не по вредной жаре.

Хотя любой ребенок скажет вам, что жара – это совсем не плохо.

Конечно, слово «заниматься» было неправильным для определения того, что происходило в библиотеке, но зато для родителей оно подходило идеально. Вроде как ребенок и бабушка “занимаются в библиотеке чтением”.

С точки зрения Тимми, определение «занимаются чтением» совершенно не описывало все, что происходило в Библиотеке. Это было слишком скучное определение для такого потрясающего дела. Но он знал, что иногда за всякими скучными словами (например, за словом «дверь») может скрываться много всего интересного.

И вот Тимми вместо того, чтобы думать, как хорошо в такую погоду валяться на траве, купаться и заниматься другими летними делами, думал о том, что хоть бы сегодня была такая же жара, как вчера! Тогда днем, когда солнечный жар опустится на город практически невыносимой стеной, которую, кажется, можно было потрогать рукой, Тимми и Бабушка пойдут в библиотеку.

Как только прохлада гостиной в доме книг встретила Тимми и Бабушку, Тимми, как обычно, услышал странный шуршащий звук. Бабушка говорила, что с этим звуком открывается и закрывается дверь в мир сказок.

Тимми прошмыгнул мимо двух больших кресел к столу, а Бабушка привычно опустилось в тяжелое кресло, которое ей пододвинул к окну, чтобы для ее вязания было больше света, Кто–я–сегодня.

Сегодня Библиотекарь был в цилиндре, полосатых штанах, штиблетах, и держал огромный зонт, которым лениво помахивал при ходьбе. Тимми сразу угадал, кто он сегодня, и был этому невероятно рад.

– Ну, – Библиотекарь довольно покрутился перед гостями, чтобы те могли рассмотреть его наряд, – Кто я сегодня?

– Ты–сегодня–Олле! – Выкрикнул Тимми чуть громче, чем хотелось бы. Но он очень хотел опередить Бабушку, которая всегда угадывала героев до Тимми, и ему было немного обидно, что он так плохо разбирается в сказках.

– Да! Сегодня я повелитель снов! Олле–Лукойе! Знаешь, почему я – это я?

– Почему?

– Потому меня на самом деле никто не придумывал, я приснился этому господину сказочнику – Гансу Андерсену. А он после того, как я ему приснился, решил про меня написать сказку – думаю, для тогос чтобы не забыть, что на свете есть такой я.

– И ты знаешь все на свете про сны?

– Точно! И сегодня, – Сегодня–я–Оле с таинственной улыбкой положил на стол перед Тимми две совершенно невероятные книги. Обе книги были тяжелыми, и каждая страница была словно не из бумаги или картона, а из металла или, как сказал Сегодня–я–Оле, из снов. Оказывается, некоторые книги так хотят быть прочитанными, что они долго и упорно снятся тем, кто может их написать. А если он все же не делает этого, то они, вздохнув, просто появляются. И когда они появляются, то всегда выглядят так, словно их только что напечатали.

Так, например, появилась Большая книга про сон.

– А кто ее написал? – заинтересовался Тимми, заметив, что на Бабушку, похоже, подействовало колдовство Сегодня–Оле, и она начала задремывать в своем любимом кресле.

– На самом деле написал я. Но не может же тот, про которого уже написана книга, написать свою книгу? Поэтому у тебя есть редкая возможность посмотреть книгу, которую написал мастер снов про сны.

– А она большая?

– Всего несколько страниц. Правильные сны должны быть достаточно длинными, чтобы их хватило на всю ночь, и в тоже время достаточно короткими, чтобы ты не проспал день.

Тимми кивнул и открыл обложку. Слова, написанные в этой книге огромными буквами, чтобы их было легче читать, иногда располагались вокруг картинок, иногда – под картинками, а иногда они закручивались вокруг картинок, словно хотели обнять то (или того), кто был нарисован на странице.

«Один день только что приснившегося сна». Так называлась сказка.

– Иди за мной, только никуда не сворачивай, ты понял? Во снах очень легко заблудиться: если ты забредешь в чужой сон, то нам потом будет очень тяжело тебя найти.

– И прочитать! – рассмеялся Тимми.

– Точно. И прочитать.

Сегодня–Олле начал медленно читать, а Тимми взглядом следил за словами, которые ему читали, и тоже читал их про себя, как обычно. Он так старался, разбирая каждое слово, что скоро и сам не заметил, как очутился внутри сказки.

« – Какая удивительная сегодня Луна, – сказал сам себе Новый Сон. Таких как он часто называют «новоприснившимися снами», но это слишком длинное имя для такого очаровательного Нового Сна, поэтому чаще всего про них говорят коротко – Новые. Новый огляделся и увидел, что сегодня он приснился кому–то в доме, который находился на невероятно красивой улице. Тут были фонари, нарисованные черным чугуном по ярко–синей ночи; витрины магазинов, которые, перемигиваясь огоньками, разговаривали друг с другом, видимо, обсуждая, как прошел день; скамейки, словно большие коты выгибавшие спинки, чтобы их почесали, когда мимо проходили прохожие.

Новый шел по улице и видел, как из арок выглядывали другие Новые сны, оглядывались по сторонам и с любопытством принюхивались. Ведь каждый знает, что Новые часто идут на запах звуков, чтобы потом не потеряться. Каждый звук пахнет по–особенному, вот сегодня на улице пахло звуками волынки. Этот аромат тянулся по всей улице до самого перекрестка и под этот запах–звук очень хотелось танцевать. В мире снов все не так, как в мире людей, но ведь это и правильно: ведь тогда зачем бы людям снились Сны, а Снам – Люди?

Наш Новый шел по улице, пританцовывая, и заметил, что ему навстречу вышла небольшая Белая собака; она именно шла, а не плыла, мигала или летела, как это обычно бывает.

– Привет! Я первый раз вижу Собаку! Ты видишь, какая сегодня Луна? – обратился к ней Новый, а потом поднял голову к небу, чтобы показать Собаке Луну, но та скрылась за тучами.

– Привет. Надо сказать, что тут все крайне удивительно. Ты слышишь этот запах? Я первый раз вижу, чтобы пахло звуками волынки! – вежливо ответила ему Маленькая Белая Собака.

– А ты тоже это умеешь? Слышать запахи звуками?

– Все Собаки это умеют, а, ты, наверное, совсем Новый Сон да? Еще ничего не знаешь?

– Практически ничего, – ответил ей Новенький. Ведь не мог же он признаться в том, что он на самом деле не знает практически все. А” не знать практически ничего” – не так стыдно, как “не знать практически все”.

– Ладно, тогда пошли со мной, вверх и вплавь по улице, и я тебе все покажу и расскажу. Мне тут идти, правда, недалеко, но я успею тебе рассказать хотя бы конец.

– А начало?

– А зачем тебе знать начало, если ты уже начался? – логично ответила ему Маленькая Белая Собака, и они пошли вплавь по улице. Потому что все знают, что сны не идут, а плывут, а собаки умеют и ходить, и бегать, и плавать. И воспитанные собаки всегда передвигаются так, как передвигается тот, кто идет, плывет, или бежит рядом с ними.

Пока они шли, Сон все жалел, что не может показать своему новому другу невероятно красивую Луну, но зато он узнал столько всего интересного! Например, что огромный замок, из которого раздавалось столько голосов, это магазин. А те самые голоса, звучащие изнутри, это голоса Товаров, которые пока еще не купили, и они перебрасываются фразами, играя в крокет и пинг–понг (это самые удобные игры для разговоров), и обсуждают, кто и почему их не купил сегодня, и как именно их купят завтра.

Что Арки вовсе не вырезают, а на самом деле рисуют, притом рисуют сами дома; а те из них, кто не любит рисовать арки, рисует себе лестницы.

Что по ночам брусчатка и асфальт часто устраивают себе банный час, и в это время лучше не ходить, а воспользоваться гостеприимством скамейки, которая превратилась в довольного жизнью Кита и с удовольствием прокатила на своей спине Новый Сон и Собаку.

– Я была очень рада с тобой познакомиться, но теперь мне пора домой. Да и тебе тоже, – сказала Маленькая Белая Собака Новому Сну.

– А я не знаю, где мой дом, – пожал плечами Сон. Ему очень нравилось все то, что было вокруг него, но, наверное, Собака была права. Ему в самом деле нужно найти себе дом. Ведь дом нужен всем – не только людям и собакам, но Снам.

– Пойдем, выберем тебе дом, – предложила Белая Собака, заметив расстройство своего нового друга.

Собака привела Сон к витрине книжного магазина, на пороге которого уже в волнении заламывала руки изящная книжка в бордовом переплете. Книжка выглядела очень встревоженной и искренне обрадовалась, когда увидела Сон и Собаку.

Странновато немного, но для мира снов все происходящее на самом деле было совершенно нормальным.

– Ну наконец–то! Мы уже так волновались! Иди скорее домой! Ведь скоро рассвет! А все знают, что происходит со снами, когда приходит утро!

– Что?

– Самое ужасное, что только возможно! Они перестают сниться!

Сон переступил порог магазина и вдруг, в самом деле, почувствовал, что он дома. И что тут его очень ждали и волновались за него. И здесь ему было хорошо и уютно. Он попрощался с Маленькой Белой Собакой и пообещал, что ночью, сразу, как только приснится кому–нибудь, он обязательно выйдет на улицу, чтобы погулять с ней.

Собака махнула хвостом и тоже пообещала, что, как только освободится, обязательно спустится с ним погулять. Ей тоже очень понравилось с ним гулять, и она бы удовольствием продолжила прогулку.

– Откуда спустишься? – удивился Сон.

Собака мотнула головой в сторону тонкой еле заметной лестницы, которая началась от свежепомытой и крайне довольной жизнью брусчатки и вела в небо.

– У меня там хорошо, правда, ни разу не удавалось увидеть Луну, – усмехнулась Собака и начала карабкаться на небо. А потом удивленный Новый Сон увидел, как огромная, удивительно красивая, но немного растрепанная после прогулки Луна снова вернулась на Небо…».

Глава четвертая. Слишком жарко.

– Слишком жарко, – грустно сказала за завтраком Мама.

– Слишком жарко для чего? – Уточнил Тимми, которому, впрочем, тоже было жарко, несмотря на то что было утро, а утром жара тоже еще спит.

– Для всего, – сказала Мама и спросила, что Тимми хочет на завтрак такого, чтобы ему не было жарко и было бы вкусно.

И в самом деле, последние несколько дней в городе воцарилась невероятная Жара. Именно так, с большой и очень жаркой буквы. Тиму, впрочем, нравилось, потому что целыми днями он либо гулял с бабушкой в парке или в лесу, либо был в Библиотеке с Кто–я–сегодня.

Единственное, что Тиму не нравилось, это спать в такую погоду, потому что ночью тоже было жарко. И даже когда они ходили в лес или на речку, там даже в воде тоже было жарко. Только в Библиотеке было прохладно.

– Бабушка, а тебе жарко? – спросил Тимми у Бабушки, когда они шли в Библиотеку.

– Нет, не особо. Я люблю жару.

– А почему? Потому что мы ходим заниматься, купаться и в лес?

– И да и нет. Просто я родилась в очень холодном северном городе. И у нас там было так холодно, что летом мы одевались так, как тут одеваются зимой. Прошло очень много лет, как мы оттуда уехали, и я даже некоторое время жила в Африке – а там гораздо жарче, чем здесь, я тебе рассказывала. Но все равно я считаю, что правильная жара – это гораздо лучше, чем холод. И всегда жду самого пика лета, чтобы согреться впрок.

– А разве можно нагреться впрок?

– Твоей бабушке все можно, – отрезала Бабушка Тимми, и он был с ней согласен. Когда бабушка была в таком настроении, ей действительно можно было все. У Бабули сегодня было настроение «Бубу» – так ее называл Тимми, когда был совсем маленький. Родителям Тимофея очень понравилось это прозвище, и, когда они хотели посмешить Бабушку, они называли ее «Бубу».

– Хорошо. Только пройдем мимо мальвы, – предложил Тимми. Он знал, что Бабушка очень любит эти невероятно нежные цветы, и всегда, когда хотел привести ее в хорошее настроение, вел мимо мальвы. Хотя он бы никогда в этом не признался, все–таки редкий мальчишка, у которого в спальне висит большой плакат с супергероями, вслух признается, что любит ещё и цветы. Тимми любил мальву за то, что она была вообще не похожа на цветы. Она была похожа на волшебный сад; достаточно было трех–четырех высоких кустов с похожими на большие граммофоны цветами, удивительно нежными и очень красивыми, как любая клумба тут же превращалась в волшебный сад.

Первое, что сегодня встретило их на пороге гостиной Библиотеки – холод. Это было так удивительно: попасть из летней жары через небольшой коридорчик в такой холод, что Тимми и бабушка замерли как вкопанные.

– Ох, простите, где мои хорошие манеры! – Кто–я–Сегодня выскочил, как обычно, непонятно откуда. И тут же протянул Тимми и бабушке пледы. Пледы были огромные, тяжелые и клетчатые.

– Нет ничего лучше правильного шотландского пледа в такую жару, – весело сказал Библиотекарь и подвел гостей к дивану. Рядом на столике в чайнике уже был заварен чай, а чашки и корзинка с печеньем стояли точно на тех же местах, что и в прошлый и позапрошлый разы – так, словно они сами приходили и занимали свои места на столе и, если поставить их куда–нибудь в другую часть стола, то можно услышать неодобрительное ворчание недовольной чашки или чайника.

Тимми пристально посмотрел на Библиотекаря. Тот был одет в теплый кардиган, валенки, шарф. А еще он весь был словно покрыт тонким белым…Инеем?

– Ого! Кто–ты сегодня?? – спросил Тимми.

– Обожаю, когда меня спрашивают об этом! Сегодня–Я–Кай. Знаешь, кто я?

– Да кто же не знает. Тебя украла Снежная Королева! – напрягся Тимми. Как и многие современные дети, вокруг которых так много сказок, что выбрать самые лучшие и самые любимые трудновато, Тимми не очень хорошо помнил, что жебыло в этой сказке. Единственное, что он помнил, так это имена главных героев, и ещё, кажется, там было очень холодно. А еще там были олени и Маленькая разбойница? И, кажется, розовый куст. Оказалось, что Тим практически полностью помнил эту сказку.

– Никто меня не крал. Я сам к ней ушел, потому что дома была слишком жарко, а кондиционеров и вентиляторов тогда не было. Мы с Гердой, когда она меня нашла, работали у Снежной королевы ее самыми лучшими помощниками. И она, когда решила уйти на пенсию и уехать на Мадагаскар, подарила нам по целому сундуку сокровищ. А ту сказку Снежная королева сама придумала про себя. И рассказала Сказочнику, а он уже добавил некоторые детали от себя и записал ее.

– Ого! А можно посмотреть на сокровища?

– Уже нет. Большую часть сокровищ я потратил на книги и путешествия. Но зато могу показать тебе сундук. И рассказать одну историю. Мне ее рассказала Снежная королева, кстати.

Тимми так активно закивал, что поперхнулся чаем, который он набрал в рот и был готов уже сделать хороший глоток. И, кажется, даже Бабушка отложила вязание и подалась вперед в своем кресле – настолько ей тоже хотелось и увидеть сундук, и услышать сказку, которую Снежная королева рассказывала Сегодня–я–Каю.

Тот, как раз вернулся из Хранилища, таща большой сундук! Он был точь–в–точь как самый настоящий сундук из–под сокровищ, и Тимми даже потрогал его. Выполненный из темного, почти черного дерева, с огромными петлями и скобами, сундук был такой суровый и древний, что, каждый, кто увидел бы его, должен был сразу понять: в таком сундуке могут лежать только сокровища –и ничего больше.

Когда Сегодня–я–Кай открыл его, то оказалось, что внутри сундука лежали книги.

Он осторожно разложил их, раскрывая на разных страницах, и оказалось, что это были так называемые «трехмерные» книги. Тимми считал, что он уже вырос из этих книжек для малышей, но не из этих! Это были самые удивительные книги, которые он когда–либо видел. Из одной книги вырос настоящий ледовый город! Тимми потрогал пальцем край крыши одной из башен, это было невероятно красиво. В другой книжке над мостом светила Луна, на фоне которой шла по своим делам кошка, а из третьей прямо на стол выплеснулось настоящее море! Пусть картонное, но все же море.

– Итак, слушай. Началось все вот в этом городе, – Сегодня–я–Кай ткнул пальцем в город, в котором была ночь, и Луна висела над мостом. Тимми даже смог прочитать название, которое было написано на странице рядом с мостом – Л–о–н–д–о–н.

А Сегодня–я–Кай кивком подтвердил, что да, все это произошло именно тут, в Лондоне, и продолжил свой рассказ:

– Однажды, на одной из улиц Лондона, прямо посреди жаркого летнего дня – такого жаркого, что жители города сбегали с работы пораньше и прятались в парках (где, как известно, живут Лондонский Туман, Дождь и Прохлада, но и те тоже спрятались сегодня от жары), случилось совершенно неожиданное событие. Вдруг прямо на улице поскользнулась и упала девушка. Казалось бы, что странного в этом событии, правда же? Но девушка упала, поскользнувшись на корочке льда, который надежно сковал небольшую лужу.

Как такое могло произойти, никто не понял, но девушку тут же окружили желающие помочь. И как–то очень скоро лед растаял, и все видели просто обыкновенную лужу, да и девушка уже встала и отряхнулась. К тому же, пока все обсуждали необычное явление, девушка тоже каким–то образом умудрилась пропасть. На самом деле, конечно же, она никуда не пропадала, просто толпа так хотела помочь ей, что люди тут же начали спорить друг с другом, что лучше сделать: сразу вызвать “скорую помощь” или в начале позвать полисмена, чтобы он привлек в ответственности лужу? И про саму девушку как–то все очень быстро забыли.

А она, удивленно смотря по сторона шла по улице вниз. Она и сама не знала, куда ей идти, поэтому просто шла прямо.

– Здесь ужасно жарко, – пожаловалась она какому–то человеку. А человек, солидный мужчина средних лет, опирался на пожарный гидрант и вытирал пот со лба.

– Согласен с вами, мисс, жаркое в этом году лето.

– Возьмите мой платок, мне он все равно пока не нужен, – предложила девушка мужчине, потому что его платок, которым он хотел вытереть лоб, куда–то делся, а вытирать рукой было не очень удобно. Тем более, что они были в Лондоне, а хорошие манеры родились именно тут – на улице Бромптон–роуд в доме номер пять. Почему именно там, никто не знает, но так уже случилось, и ничего изменить нельзя, в том числе адрес. Правда, сами Хорошие манеры все же утверждают, что, как полагается хорошим манерам, они родились в Букингемском дворце, а на улицу Бромптон–роуд переехали уже после рождения, вместе с родителями.

– Спасибо, – джентльмен поблагодарил девушку и в самом деле вытер лоб ее платком. И вдруг понял, что у него больше не кружится голова, и ему не так уж и жарко. Словно кто–то добрый погладил его прохладной ладошкой по лбу.

А девушка тем временем пошла дальше. Она была гостьей в Лондоне и вообще не знала куда идти. Город ей очень нравился, только он был каким–то очень жарким, но на самом деле она просто не знала, как дойти до парка, и, пока никто не мог ей подсказать. Проходя мимо ворот в какой–то очень красивый дом, она увидела ярко рыжую лошадь. На лошади сидел стражник, и ему, как и лошади, было жарко. Но двигаться и, тем более, отойти попить воды они не могли – они несли службу, а это было очень важно и для лошади, и для стражника.

– Привет, тебе жарко, да? – Девушка провела рукой по шее лошади, и та еле заметно кивнула.

– Мне очень жаль, что тебе и твоему другу приходится стоять тут, на такой жаре, но вы, наверное, делаете очень важное дело!

Девушка посмотрела на арку, в которой стояли лошадь и Стражник. К сожалению, арка была маленькая и они не могли поместиться туда целиком, и им все равно приходилось стоять наполовину на солнцепеке.

Девушка очень пожелала, чтобы тень от арки была чуточку больше. Она даже представила, как возьмет и вытянет эту тень, словно козырек от солнца. И тень, в самом деле, стала больше! Девушка быстро огляделась: люди вокруг были заняты либо фотографированием стражи, либо шли по своим делам и ничего не заметили.

Зато заметили Лошадь и Стражник. Лошадь тихо и благодарно фыркнула, а Стражник еле заметно кивнул.

– Я рада, что смогла помочь, – вежливо ответила девушка и пошла дальше, искать укрытие от ее собственной жары. Казалось, что от небывалой лондонской жары даже асфальт плавился. Но когда наша гостья проходила мимо, лондонцы и те, кто приехал в гости к этому сказочному городу, оборачивались, потому что чувствовали приятную прохладу.

– Мне ужасно жарко, – грустно сказала девушка, стоя на Парламентском мосту и глядя на воду. Ей казалось, что так жарко будет всегда.

И внезапно ей ответила… Река. А что? Где это написано, что реки, особенно такие, как Темза, чьи воды цвета чая с молоком приносят радость и, кстати, прохладу, не могут говорить? К тому же Темза очень давно не разговаривала с тем, кто может ее услышать, а эта девушка могла.

– Конечно же, тебе жарко. Ты же дитя зимы. Сама Зима гулять в такую погоду не может, и, наверное, очень ждет тебя с рассказом о том, как чудесно ты провела этот летний день.

– Но я пока его… Никак не проводила. Я просто шла, и мне было жарко.

– Как же так? А сколько людей ты видела? Тех, кто пытался тебе помочь, и тех, кому помогла ты? А вороная лошадь и стражник?

– А откуда ты знаешь?

– Я протекаю через весь город, я слышу и вижу практически все. И я бы с удовольствием погуляла вместе с тобой, но у меня столько дел, что, видимо, придется мне отложить прогулку. Но я подскажу, как тебе дойти до парка – тут совсем недалеко Грин парк и Гайд парк.

Зимняя девушка поблагодарила Темзу и пообещала, что в следующий раз обязательно заглянет к ней, чтобы поболтать, и отправилась в парк. Она выбрала себе уютный Кенсингтонский парк с его тенистыми платановыми аллеями и огромными каштанами, с такой густой листвой, что под ней мог бы спрятаться целый королевский оркестр. И с тех пор в Лондоне говорят, что в Кенсингтонском парке, как бы жарко ни было, вы всегда сможете найти немного зимней прохлады для себя».

– А мне нравится жара, – сказал Тимми, разглядывая книги и водя пальцами по выпуклым буквам.

– Тогда тебе вдвойне повезло, – ответил Сегодня–я–Кай.

– Почему?

– Потому что жарко будет практически до конца лета. И ты сможешь спрятать солнечный жар в сердце так же, как я спрятал там немного зимней прохлады, и мне, как и Кенсингтонскому парку, никогда не бывает жарко. А тебе не будет холодно, потому что внутри тебя будет жить летняя жара.

Тимми недоверчиво посмотрел на Сегодня–я–Кая. Взрослые не всегда говорят то, что думают. Например, мама часто говорит, что есть много шоколада вредно, но Тимми точно знал, что у нее в сумке лежала шоколадка, про которую она же говорила, что это – лучшее лекарство от плохого настроения и головной боли.

И вот именно в эту минуту, сидя рядом с Сегодня–я–Каем, глядя на картины, которые показывали ему удивительные книги, слушая, как именно здесь, в этой комнате, шуршит огонь в искусственном камине, и чувствуя зимнюю прохладу посреди яркого, жаркого летнего дня, Тимми принял очень взрослое решение.

Он решил верить в сказки. Верить твердо и нерушимо.

И тогда все–все будет хорошо.

Глава пятая. Удивительное путешествие.

– Как проходят твои занятия? – Спросила как–то вечером мама. Она только пришла с работы, и они с Тимофеем готовили ужин. Тимми всегда помогал маме готовить, он уже мог помешать салат, разложить нарезанный хлеб, принести маме тарелки и вилки – в общем, без его помощи она определенно бы не справилась. К тому же, когда они готовили ужин, это было особенное «маматиммино время». Тимми рассказывал маме обо всем интересном, что произошло за день, а она делилась приключениями, которые случились с ней на работе и вокруг нее и часто советовала что–нибудь полезное. Не так как папа – у Тима с папой было много серьезных, мужских разговоров. А мама советовала, как мама. Папины советы были похожи на кирпичики, их можно было складывать в башенку, а потом взять и построить из них настоящий дом. И это был бы очень прочный дом.

А мамины советы были легкими, изящными, как шторы на окнах, без которых вроде бы можно прожить, но с ними Тиму нравилось гораздо больше. Мамины советы, кстати, отлично помогали понять папины советы, и как–то раз Тимми даже пришел к выводу, что на самом деле мамины советы – это, видимо, то, чем можно скреплять между собой папины советы. И тогда у него получится очень прочный дом. Но маме и папе Тим об этом пока не рассказывал. Он решил, что расскажет тогда, когда сможет построить собственный дом и позвать туда маму и папу жить.

И бабушку.

И Угадай–кто–я–сегодня тоже будет где–то рядом.

Сегодня Тимми и бабушка немного задержались и, когда они подошли к Библиотеке, то услышали музыку.

Музыка была похожа на большой ключ, который отпирал дверь и, в тоже время, его можно было вложить между дверью и косяком, чтобы она не захлопывалась.

– Когда я была примерно такого же возраста как ты, мы танцевали под эти мелодии, – задумчиво сказала бабушка. Тимми не стал спрашивать, где и как танцевала бабушка, потому что на самом деле был уверен, что она танцевала еще на балах, где дамы в красивых платьях, а кавалеры со шпагами, а еще оркестр и огромные, просто невероятно огромные люстры. Все это Тимми недавно видел в кино. Когда он спросил у мамы, была ли она на балу, та ответила, что такие балы проводились очень и очень давно. Тогда Тимми решил спросить у бабушки, но мама посоветовала пока этого не делать. Почему, мальчик так и не понял, но решил, что, наверное, это очень большой секрет. А взрослые секреты обычно раскрываются сами, через некоторое время, если уговорить самого себя не любопытствовать раньше времени.

Тимми и Бабушка прошли в гостиную и стали ждать, когда придет Кто–я–Сегодня. Они точно бы долго его ждали, слушая музыку, которая играла где–то рядом с ними, если бы сам Библиотекарь тихо не кашлянул у них за спинами.

Он сидел в кресле тихо, как мышь, и они даже не заметили его. И когда Тимми и бабушка испуганно подпрыгнули и замерли, разглядывая его наряд, и пытаясь угадать кто же он сегодня, виновник этого переполоха довольно рассмеялся.

– Ну что? Угадали, кто я?

Тимми отрицательно покачал головой. Сегодня на его друге был длинный тряпичный плащ, на котором было нашито не меньше трех десятков карманов. В каждом кармане, кажется, что–то лежало. Из одного торчала флейта, из другого – пучок какой–то травы, из третьего библиотекарь достал и, задумчиво повертев в руках, сунул обратно огромную пуговицу.

А еще на нем была шляпа! Зеленая, мятая и какая–то… Непонятная.

–Сегодня–Я–Снусмумрик!!

– О!!! – сказку про Муми–троллей Тимми очень и очень любил, правда, она всегда казалась ему немного грустной. А тут! Тут живой Путешественник! Снусмумрик!

–…И я приглашаю вас с собой в небольшое путешествие. Только идти нужно очень осторожно и очень внимательно смотреть под ноги! Вы готовы?

– Да! – неожиданно, раньше Тимми, ответила Бабушка. Ей тоже очень хотелось отправиться в путешествие с Сегодня–Снусмумриком и ей вдруг стало на мгновение страшно, что вдруг Тимми не согласится? Это был очень глупый страх и какой–то совершенно несерьезный. Ну, согласитесь сами, какой ребенок откажется от таинственного путешествия?

– Тогда идем на музыку, – скомандовал Сегодня–Снусмумрик и они пошли за ним. Тимми только успевал смотреть по сторонам. Они прошли через гостиную и оказались в длинном коридоре, вдоль стен которого выстроился целый мир!

Во–первых, тут была улица.

На одном из окон висело звездное небо.

Пусть оно и было в виде большого плаката, который прятался сложенный в недрах какой–то книги, но, когда солнце пробивалось сквозь протертые в синем полотне линии, по которым была сложена карта, это только придавало небу настоящей звездности и ночности.

– Начнем мы с того, что выберем себе планету. Все согласны?

– Да!

Они подошли к Небу, и, долго выбирая, Тимми все же смог определиться и показал пальцем на маленький синий шарик.

– Хм… Интересно, что это за планета, – протянул Сегодня–Снусмумрик.

– Ве–не–ра! – медленно прочитал Тимми.

– Ура! Тогда мы отправляемся на Венеру.

И они пошли в свое путешествие по Венере.

Пока они шли вдоль одной из улиц Венеры, умом Тимми понимал, что это всего лишь книги, раскрытые на разных картинках и расставленные вдоль стены на длинном стеллаже так, чтобы казалось, что они идут по улице. Но Тимми же твердо решил верить в сказки. И стоило ему пару раз моргнуть, как он оказался на улице, окруженный самыми разными домами. Тут было несколько замков, в воздухе висели мосты, а фонтаны подпирали огромные деревья!

– Ого!

– Да, понимаешь, жители Венеры никак не могут выбрать, какой же архитектурный стиль нравится им больше, чтобы построить на главной улице дома именно в этом стиле. В конце–концов, они решили, что просто выберут все и сделают так… Вот так. По–моему, у них неплохо получилось, как вы считаете?

– Очень даже, – согласились бабушка с Тимми.

– А что это за музыка? – спросила Бабушка, пока Тимми под руководством Сегодня–Снусмумрика пытался прочитать название магазина.

– О, это совершенно особая музыка. Дело в том, что мои друзья, вы, должны их знать. Раньше они жили в Долине Муми–троллей, переехали. Они решили пожить на Венере. И ждут нас к себе в гости. И, чтобы мы не заблудились, они включили музыку.

– А откуда они знали, что мы отправимся именно на Венеру?

– А они и не знали. Просто ждали нас к себе в гости. А эта волшебная музыка, на какой бы планете мы не оказались, все равно привела бы нас к ним, – невозмутимо объяснил Сегодня–Снусмумрик.

И в самом деле, как маленькие, честное слово.

Они прошли по главной улице Венеры, пробрались таинственными лабиринтами и катакомбами, где было темно, и только музыка и свет от маленького фонарика, который, конечно же, нашелся в одном из карманов Снусмумрика, вели их вперед. И вот, наши путешественники вышли к приоткрытой двери, которая вела в настоящий садик.

Наверное, этот сад когда–то разбили жильцы этого дома, в котором была библиотека. Это было настоящее чудо: такой уютный маленький сад, надежно отгороженный от шумного города высоким и густым кустарником. Во всяком случае, именно так пыталась сказать самой себе Бабушка.

Но когда она увидела столик, три кресла и самый настоящий граммофон, из трубы которого, ужасно похожей на цветок ее любимой мальвы, лилась музыка, Бабушка решила, что теперь она тоже будет верить в сказки.

И так уже столько времени потеряла, доказывая самой себе, что она слишком взрослая для того, чтобы верить в сказки, а могла бы с самого начала жить как самый нормальный человек. То есть тот, который совершенно точно знает: большая часть всего описанного в наших любимых сказках – правда.

На столе все было готово к чаепитию, не хватало только гостеприимных хозяев.

– А где Муми–тролли? – спросил Тимми почему–то шепотом.

– Они немного стесняются. Но если мы будем делать вид, как–будто ничего такого, и мы каждый день приходим пить к ним чай, они выйдут к нам, – ответил Сегодня–я–Снусмумрик и разлил чай по чашкам.

Пока они пили чай, он рассказал Тимми и Бабушке про Венеру, про то, как тяжело было Муми–троллям разбить здесь сад, и даже показал какие–то книги, в которых Муми–мама выбирала цветы, которые она хочет здесь посадить. Тимми прочитал под одной из картинок, что мальву еще называют шток–розой, а его любимый цветок, который растет на даче, называется “мак–самосейка”.

– Он что–ли сам себя сеет? – удивился мальчик.

– Да нет, просто он дружит с ветром. А ветер уже разносит его семена. Если договориться с ветром, то можно еще и выбрать себе двор, в котором хочешь расти. А еще у меня был один знакомый мак, который подружился с французскими ветрами, и те перенесли его семена в Прованс! В маленький городок – Грасс. Там, где есть горы и лаванда. А все дело в том, что тот мак был просто влюблен в лаванду. Вот и провернул все это.

– А…, – ответил Тимми и замер на полуслове. Потому что из–под кустов розы на него смотрел самый настоящий Муми–тролль! Он замер, когда понял, что его заметили, но потом, когда Тимми моргнул, Муми–тролль вежливо поклонился и исчез.

– Я вижу Муми–тролля, – неожиданно сказала Бабушка тихо, чтобы его не спугнуть. Потом, осторожно, стараясь не делать резких движений, они все обернулись к двери, но другой Муми–тролль спрятался за ней.

– Дайте им время. Они и ко мне привыкали почти три месяца, – успокоил их Сегодня–я–Снусмумрик, и они продолжили пить чай.

Вечером, когда они с бабушкой возвращались домой, пройдя обратно через самую главную и самую красивую улицу Венеры, Тимми все время казалось, что Муми–тролли где–то рядом. Наверное, они забрались в его рюкзак, чтобы отправиться с ним и посмотреть, как там дела на Земле. Тимми даже немного забеспокоился, вдруг они заблудятся и не смогут вернуться домой, на Венеру?

– Ты просто оставь рюкзак на ночь широко открытым. И тогда они смогут забраться в него, когда нагуляются, а потом мы отнесем их в Библиотеку, оттуда они смогут вернуться домой, – ответила уже–твердо–верящая в сказки Бабушка.

Глава шестая. Некоторая правда о рыцарях и драконах.

Тимми не очень–то любил рыцарей. Не то чтобы они совсем ему не нравились: он с удовольствием смотрел вместе с папой фильмы про Короля Артура, но там ему больше нравился Мерлин. Волшебник с длинной бородой и добрым взглядом казался Тимми кем–то вроде доброго дедушки. А в дедушках Тимми очень хорошо разбирался. У него было целых пять дедушек. И все его очень любили. И он их любил и был уверен, что все они, наверняка, знакомы с Мерлином; ну или, если не знакомы, может быть хотя бы учились в той же школе?

Откуда у Тимми пять дедушек, если всем известно, что на каждого ребенка в среднем приходится по две бабушки и по два дедушки? Все просто: у обоих его дедушек есть братья, тоже дедушки, и они все считают, что внуки у них общие. Значит, и они общие дедушки.

Недавно Тимми как раз получил посылку от одного из дедушек. Он жил в Англии и работал в настоящем рыцарском замке. И поэтому часто присылал Тимми игрушечных рыцарей. У Тимми был даже ночник в виде рыцаря. И опять Тимми не очень понимал, как человек, который носит на себе столько тяжелых железных лат, может двигаться настолько быстро и легко, чтобы защищать свое королевство?

В общем, с рыцарями у Тимми было некоторое недопонимание.

А тем временем, с утра шел дождь. Правда, несмотря на дождь, все равно светило яркое солнце, и было тепло.

– Мне кажется, что он не долетает до земли, а испаряется в воздухе, парит, – грустно сказала Бабушка Тимми, когда пришла. Они с Тимми пили чай и смотрели в окно.

– Но мы же все равно пойдем сегодня в Библиотеку? Такой же дождь не бывает надолго?

– Да, про него еще говорят «грибной». И надолго он точно не приходит. Берем зонт?

Не успела Бабушка договорить до конца фразу, как Тимми уже стоял радом с ней с двумя зонтами. Один был большой и разрисован подсолнухами – бабушкин, а маленький с разноцветным машинками – Тима.

Но, когда они вышли за дверь подъезда, дождь уже кончился. Возвращаться и относить зонты обратно не хотелось, и Тимми и Бабушка размахивали ими всю дорогу, воображая, что это волшебные палочки и трости. А еще, что, если все же подует достаточно сильный ветер, они смогут улететь на зонтах далеко–далеко или близко–близко – в зависимости от обстоятельств.

На двери Библиотеки висела странная табличка: «Вход охраняет Дракон! Оставьте все друные мысли за порогом!».

– У тебя есть друные мысли? – шепотом спросила Бабушка, опираясь на зонт, как на трость.

– Нее, а у тебя? – так же шепотом поинтересовался Тим.

– Тоже нет. Значит, мы смело можем входить, – решительно сказала Бабушка, и они вошли.

В гостиной было тихо, но как–то странно. У стены, там, где стоял фальшивый камин, появилось новое кресло. В нем были сложены горкой детали настоящих рыцарских доспехов! А к стене был прислонен огромный меч в ножнах.

– Ой, – шепотом сказал Тимми.

– Да ладно тебе, не успел прибраться к вашему приходу, и сразу «ой», – раздался насмешливый голос из Хранилища, а потом вслед за голосом появился Кто–я–Сегодня.

– Сегодня–ты–Мерлин! – завопил Тимми еще до того, как был задан традиционный вопрос. Сегодня–Мерлин забавно пошевелил огромными седыми бровями, потом почесал подбородок, скрытый под длинной седой бородой, поправил длинную ярко–голубую мантию и только после этого ответил:

– И как же ты догадался?

– Ну… Ты выглядишь как настоящий волшебник, – серьезно ответил Тимми с таким видом, словно каждое утро, когда он гуляет во дворе вместе с Бабушкой, встречает не меньше пяти–шести настоящих волшебников, идущих по своим делам. В магазин, например, или в спортзал. А что? Кто сказал, что волшебникам не нужно ходить за хлебом или следить за фигурой?

– Ладно, тогда ладно. Простите, что не успел прибраться к вашему приходу. Забегали Артур и несколько его рыцарей – они собирались в лес, искупаться в речке, а то в такую жару, знаете ли, даже рыцарям тяжело. Еле уговорил их оставить доспехи у меня, а то ведь еще пару часов в них – и у нас было бы готово самое распространенное блюдо в сказках.

– Какое?

– Рыцарь жареный или печеный. Знаешь, как они легко нагреваются? – Сегодня–Мерлин взял какую–то деталь доспеха и постучал по ней.

– Наверное, сильно. А где Дракон?

– И почему за порогом нужно оставлять «друные» мысли? – поддержала Тимми Бабушка, – Вы, наверное, имели в виду “дурные”?

– Нет, как раз «друные». А вы что, не оставили ему ни одной друной мысли? Ох, небо и звезды, вам совсем не жалко бедного дракончика! Ему же захочется перекусить с прогулки, а все знают, что самые правильные драконы питаются друными мыслями… где–то у меня была парочка…

Сегодня–Мерлин похлопал себя по карманам и убежал ко входу в Библиотеку. Через пару минут он вернулся и выдохнул с видимой радостью.

– Фуххх, успел насыпать ему в миску. Хотя, будем надеяться, что он перекусит где–нибудь, пока гуляет. В конце–концов, он у меня маленький, городской дракон. Ну, если быть до конца честным, то практически дракончик. А им много не надо. И так, как–то так выходит, что вы у меня практически ничего не знаете о драконах и волшебниках. Но хотя бы в рыцарях вы разбираетесь?

– У меня дедушка работает в настоящем рыцарском замке! – довольно ответил Тимми. Бабушка активно покивала со своего кресла, куда она уже забралась целиком. В начале, в их первые визиты, она немного стеснялась и старалась сидеть как полагается правильной бабушке – с ровной спиной, и чтобы осанка, и чтобы ноги стояли ровно на полу. Но потом она быстро поняла, что тут не место для серьезных людей, можно расслабиться и быть самой собой. Тем более, даже внук часто называл ее совершенно не солидно – Воробей. Из–за ее маленького роста, легкой, тонкой фигуры и взъерошенных седых волос. Тимми шутил, что, когда он вырастет, он тоже будет с ней гулять. И когда она будет уставать, он будет класть ее в карман. Ведь он будет большой, и у него будут большие карманы – специально для того, чтобы носить там бабушку, когда она устанет.

Правда, чаще ее все–таки называли «Бубу», но бабушка делала вид, что не слышала этого, а если слышала, то гонялась за тем, кто ее так называл и щекотала его.

– Отлично! Значит, ты отлично с ними знаком. Ну а про все остальное тебе расскажу я. Сегодня–Мерлин театрально взмахнул руками, сделал несколько сложных пассов, потом как следует потянулся, практически до хруста в костях, и, подмигнув Тимми, скинул покрывало, которое лежало на столе. Правда, Тимми думал, что это скатерть, но, когда покрывало взвилось в воздух, оказалось, что на столе были разложены новые книги! И там были написаны заклинания! То, что это были именно заклинания, можно было легко понять по тому, что они были написаны завивающимися вокруг магических шаров строчками, а по самому краю столешницы стояли фигурки драконов. Рядом с каждым стояла миниатюрная табличка, на которой было написано его имя и место, где этот дракон обитает. Правда, Тимми так быстро прочитать это не мог, тем более что написано было очень красивым почерком – таким, что буквы превращаются в настоящие картинки, и даже жалко потом останавливаться, когда так пишешь.

– О!

– Ого! Имей в виду, многие заклинания вслух читать нельзя. Поэтому, когда ты, допустим, едешь в этих волшебных поездах под землей…

– Метро!

–…Да, в метро, и вдруг решишь что–нибудь прочитать, убедись, что это не заклинание, и что с тобой в вагоне не едут какие–нибудь другие волшебники.

– А почему нельзя читать при них?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.