# Миаранд

Игорь Ливанский

Казнить пленника или оставить его на 20 лет в темнице Бастиона? Сделайте выбор и сравните его с выбором Грэга – высшего мага и героя войны, а о последствиях вы узнаете, прочитав книгу до конца. 20 лет назад его жена Анна ушла в экспедицию на земли захватчиков, а маг остался один растить дочь Наю, тщетно пытаясь вновь открыть портал, чтобы разыскать жену. Используя для этого все доступные средства, он подставляет под удар семью и Миаранд.

Корректор Дарья Чернышова


© Игорь Ливанский, 2022


ISBN 978-5-0056-2844-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## «Миаранд». Пролог. 20 лет назад

Когда они пришли, девушка уже не дышала. Застывшее тело. Спутанные волосы, разбитые в кровь губы.

Маг укрыл труп плащом и кивнул могильщикам.

– Тэли, дочка, они ее… Помогите, ради всевышней! Вы же гребаный маг! – надрывался отец Тэли.

Он кидался на убийц, которых повязал отряд Грэга.

– Выродки, мрази! – мужчина сорвал голос.

Стало тише.

Маг подошел к пленникам. Он зря искал их трусливые взгляды.

– Грэг, они же сдались, – сказала Анна.

– Поговори об этом с отцом той девушки, – ответил он.

Грэг отвел руку назад. Недобрым огоньком заплясал узор на ладони.

Пленники стояли на коленях. Лица облепила корка из грязи и крови.

– Они нужны для допроса, – сказал мужчина из отряда.

Недавно он лишился глаза, но службу не оставил.

– Эти – нет, – ответил Грэг и выбросил руку вперед.

Пленник схватился за горло, завалился на бок и забился в конвульсиях.

– Хватит! – взмолилась Анна.

Через секунду приговоренный замер с перекошенным лицом. Девушка отвернулась.

Маг оскалился. Знак вспыхнул ярче, и еще одно тело упало. Остался последний пленник. Грэга потрясывало, глаза блестели, словно в лихорадке. По лбу катился пот, но маг снова готовил смертоносный знак. На половине пути руку Грэга перехватила Анна.

Пленник усмехнулся. Обвел взглядом людей, остановился на отце убитой девушки и расхохотался.

Грэг скрипнул зубами.

Отец выпучил глаза и захрипел. Дай ему волю, он разорвал бы убийцу руками, вгрызся бы ему в глотку. Но крепкие руки, хотя и с трудом, удерживали обезумевшего мужчину.

– Заберите, – Грэг указал на пленника имперским агентам.

Люди в бордовых плащах подхватили врага и потащили в сторону Бастиона по грунтовой дороге. Тот выворачивал шею, пытаясь отыскать Грэга, но мага он уже не интересовал.

Грэг старался не встречаться взглядом с Анной. Она свидетель пятой казни за месяц. Проклятое чувство вины. Все ведь знают, что иначе никак. Но лишь у него хватает духу на это. Так чего теперь смотреть на него украдкой и перешептываться за спиной?

Он решил объяснить спокойно.

– Я ведь защищаю вас, – начал Грэг.

– Да, но… – ответила Анна.

– Жителей, друзей, – продолжил Грэг.

– Они же и так побеждены, – возражала Анна.

– Защищаю тебя, а ты лишаешь обезумевшего от горя отца права на месть, – сказал он.

Анна закрыла глаза и прижалась к нему.

– Ты… меняешься, – прошептала она.

Он отстранился. Смотрел в сторону.

– В первый день войны половина детей Миаранда осиротела, а мои родители… – тихо сказал Грэг.

Анна молчала.

Грэг покачал головой и пошел в сторону баррикад.

Анна не смела пойти за ним. Новая ссора, это ничего. Всем непросто. Жестокость и война идут неразрывно.

Могильщики взялись за работу. Двое пожилых людей за ноги отволокли тела в свежую яму, а затем принялись неспешно закидывать ее комьями липкой после дождя земли, мечтая скорее закончить и пойти выпить.

## Глава 1. Прошло 20 лет

Скудны сведения о порталах между сопряженными мирами. Едва освоили лишь те, что переносят между городами. А вот секрет переноса через сопряженный портал в другой мир ни одному магу и алхимику разгадать не удалось. До первой войны с захватчиками.

«Архив истории Миаранда, раздел „О порталах между мирами“»

Грэг стряхнул сон. Сердце бешено стучало, маг провел рукавом по лбу. Мрачная безнадега былых времен отступала. В дверь барабанили, того гляди выломают.

Призрачный кот-фамильяр взволнованно сидел у двери.

В смотровом окне Грэг увидел старую женщину в грязном плаще. Чего ей надо посреди ночи?

Маг вызвал защитный знак и открыл дверь.

– Истинно черная душа грядет, и жертвы ее уже посчитаны, – проворчала старуха и протянула карту из колдовской колоды.

Несколько секунд он вглядывался в карту. Выцарапанное изображение и часть заклинания под ним. Сразу ощущалось, что карта разряжена, и силы в ней давно нет.

– Я не собираю старый хлам, – возразил маг и собрался закрыть дверь.

Старуха остановила его. На миг карта изменилась, но Грэг не успел разглядеть, кто на ней изображен.

– Там, где закончилось все, будет новая кровь, если же ты так хорош, как о себе возомнил, ступай и проверь сам, – старуха разжала костлявые пальцы, и карта безвольно упала к ногам мага. Потом старуха запрокинула голову, устремляя в небо бельма слепых глаз.

Грэг тоже взглянул в небо, где кружила одинокая птица, а когда посмотрел перед собой – никого уже не было.

Он проснулся снова, спешно подошел к двери и открыл ее – никого. У порога лежит колдовская карта, на которой не разобрать лица. Кот-фамильяр осторожно подошел к карте, взглянул на нее, затем жалобно мяукнул и отбежал.

– Ну ты чего, это просто старый хлам, – спокойно ответил Грэг.

Даже если ты не маг, будет понятно, что это ведьмин визит. Лично встречаться не пожелала почему-то. Грэг поднял карту и убрал в карман.

Усевшись за стол, он начал прокручивать в голове давние события. Когда захватчиков победили, новое вторжение стало вопросом времени. Тогда приняли решение не ждать врага, а разведать территорию. После горячих споров решили, что экспедицию возглавит Анна, Грэг должен был остаться в Миаранде. Анна возглавила отряд из магов, воинов и имперских агентов. О том, как настроить портал, рассказал Карим, последний из пленников. Центурион вражеского отряда, которого благодаря Анне Грэг не казнил. При переносе отряда портал взорвался. Карим уверял, что это из-за перегрузки. Очевидно, это была ложь, чтобы группа не смогла вернуться и не получила подкрепление.

Постепенно Грэг утратил авторитет и влияние, поэтому он так и не смог выбить из Карима сведения. Тщетно он пытался собрать информацию о порталах между мирами и запустить их. Империя постепенно забыла про инцидент и свернула все исследования. Надежда вновь увидеть Анну почти угасла и томилась полумертвым угольком.

От перспективы наделать глупостей Грэга уберегла дочь. Он не мог допустить мысли, что она будет расти не только без матери, которую видела лишь на портрете, но и без отца. Сейчас Ная спала в соседней комнате и не подозревала о ночных размышлениях папы.

Проверить старый портал? Ведь там все началось. Там же и закончилось. В голове рождались новые гипотезы. Грэг набросил плащ и вышел из дома.

Ночной город отдыхал от жары. Вяло шагала стража в легких доспехах. Нагрудники украшал контур волчьей морды. Герб Миаранда.

Грэг шел в сторону Багрового холма. Двухэтажные дома сменили одноэтажные, широкие улочки перетекли в тесные, а позже и вовсе стали встречаться лишь редкие домики. Маг шел в раздумьях и не обратил внимания, как ноги сами привели его к знакомому месту. Несколько разрушенных домов словно только час назад перестали гореть. Мороки часто появляются в местах, где была сильная магия. Грэг закрыл глаза и прочитал декламацию «от морока». Затем открыл глаза, и дом остался только один, настоящий.

Маг вглядывался в черные глазницы окон полуразрушенного особняка. Вся семья, включая слуг, закончила здесь свой путь. Давно бы надо восстановить поместье, но Грэг предпочел купить скромный дом в самом городе.

– В другой раз, – сказал себе маг и сглотнул подкативший ком.

Затем медленно отвернулся и продолжил путь к холму.

– Ровно двадцать лет, – Грэг осматривал холм.

Кое-где еще можно заметить рытвины. Они, как и воронки от страшных заклинаний, поросли травой. Шрамы битв и трагедий.

Грэг продвигался к подножью. Вскоре показалось несколько плоских камней, выложенных кругом. Они старше самого Миаранда. Неизвестно, кто построил эти порталы. На земле выступала малая часть камня, сам он уходил в землю на пару метров или даже больше. Раньше тут были еще и колонны, но после взрыва остались только осколки. Крупные части увезли в лабораторию императора.

Обходя камень за камнем, Грэг становился мрачнее. Он вызвал бледный знак и провел рукой над одним из камней. Руны отозвались тусклым свечением. Но больше ничего. Остаточная магия? Может, эрозия повредила руны, и теперь они чудят. Впрочем, эти руны серьезней и старше тех каракуль, которые умели наносить алхимики. Едва ли они могли начать «чудить».

Грэг снял с пояса мешочек и высыпал на ладонь порошок. Его используют, чтобы проявить магическую энергию.

Маг бросил горсть порошка над порталом. Незримый вихрь закрутил ее и ослепил Грэга снопом искр.

– Почему индикатор проявляется… – Грэг ходил между элементами портала.

Он вызвал знак и направил ладонь в сторону ключ-руны.

Ничего не произошло. Разве что ветер, пронизывающий и холодный… Это после такого жаркого дня? Грэг посмотрел наверх, и то ли ему показалось, то ли собирались тяжелые тучи. Кажется, этот ведьмин визит сильно выбил его из колеи.

Внезапно Грэг схватился за голову, резко вдохнул и едва удержался на ногах. Растирая виски, он двинулся прочь от портала. Полегчало только на подходе к городу.

– Годы уже не те, – объяснил он себе внезапный приступ.

Впрочем, стар он еще не был. Недавно он разменял пятый десяток, но пропитавшая его магия скидывала лет десять.

Завтра у Наи выпускной в школе. Нужно немного выспаться, чтобы не испортить все своей кислой рожей.

Грэг поежился и закутался в плащ. Дома он скинул его, запер дверь и вновь растянулся на диване.

В окно нагло смотрела бледная луна, и ему пришлось отвернуться, чтобы продолжить нарушенный старухой сон.

С утра к Грэгу снова ломились.

– Как взорвал? Кого? – спросил маг, едва разлепив глаза.

– Так фейерверки на выпускной, алхимик тот напутал да разнес всю лабораторию, в больницу увезли, спасай, Грэг, у тебя же есть знакомые алхимики, нельзя ведь такое торжество срывать! – тараторил мужичок с эмблемой школы на жилетке.

Маг скривился, но отказываться не стал. Не впервой третьесортные задачки выполнять за монету.

На выходе из дома он едва не столкнулся с детишками, которые бежали по улице и наперебой спорили о том, кто будет первым. Праздник выражался на лицах людей, которых не смущал дневной зной. Они улыбались, обсуждали, в какие гильдии отдать сына или дочь, и перемывали кости соседям. Выпускной день в Миаранде популярнее нового года, ведь гильдии открывают набор новых учеников, решаются десятки судеб, и многое нужно успеть.

Площадь напоминала муравейник. Гильдия торговцев занимала большую часть. Их люди гордились гербом с изображением монет. Впрочем, и другим место нашлось. Каждый пытался заманить прохожих своим товаром. Слева одежда, ковры и ткани, справа всевозможные продукты. Чуть дальше экзотический ассортимент – филактерии, свитки, мелкие артефакты, вместилища фамильяров и другие интересные штуки. Грэг бросил пару медяков мальчику-попрошайке и направился к алхимику сквозь толпу.

– Здравствуй, – светловолосый мужчина окликнул Грэга.

По правилам гильдии строителей тесьма на рубашке изображала орнамент из строгих геометрических фигур бордового цвета.

– Алакорд, – кивнул ему маг.

– Ну и духота, может, вызовешь дождь? – Алакорд посмотрел на чистое небо, где в зените сиял желтый круг.

– Это к синоптикам, но их ведь изгнали, – улыбнулся маг.

– Да, пожалуй, и так переживем, – сказал Алакорд.

– У меня дело к алхимику, пройдешься со мной? – спросил маг.

– Спешу, бумаги на строительство подписать надо. Увидимся на вручении! – беловолосый мужчина кивнул Грэгу и скрылся в толпе.

Алхимик сидел за прилавком и разглядывал зеленые кристаллы.

– Странно, что к тебе нет очереди за «жидкой зимой», в такой-то день, – начал маг разговор.

– Куда там! Час назад еще все разобрали, знал бы, что получу за утро недельный заработок, не тащил бы весь этот хлам сюда, – торговец протянул пухлую руку, на которой красовался кожаный браслет с рунами.

Грэг ответил рукопожатием.

– Тут такое дело… – маг коротко пересказал цель визита, затем достал бархатный мешок и положил на прилавок.

Торговец хищно вцепился в него и, не проверяя, отправил в карман.

– Спасибо, Калиор, – Грэг снова пожал ему руку и двинулся в сторону, где находилось здание Бастиона.

По пути Грэг встретился взглядом с имперским агентом. Мундир с узнаваемой геральдикой. Благодаря этому знаку перед ними не только расступаются на улицах. Знак подавляет магию рядом с носителем. Мало им, что рунами половину домов изрисовали? Пару лет назад вышел указ, что все многолюдные места должны быть защищены от магии специальными рунами. А должен был выйти сразу после войны. Это не значит, что Грэг не мог колдовать совсем, но давалось это в разы сложнее.

Маг прошел дальше, к двум стражникам.

– С праздником, старина! – один из стражников узнал мага и широко улыбался.

– Слушай, Сарк, не слышал ли, чтоб ведьма к нам в город захаживала? – спросил Грэг.

Сарк потер бородку с проседью и на минуту задумался. Потом взглянул на товарища – тот пожал плечами.

– Упомнишь разве всех, так вроде бы и не слышал, – ответил Сарк.

– Если вдруг объявится или кто скажет, ты тогда мне весточку отправь, – попросил Грэг.

– Это без проблем, но думается мне, нет у нас таких.

– И еще, мне бы привет передать, – сказал маг и показал глазами на вход в Бастион.

Сарк глубоко вздохнул, и они двинулись в сторону тюремного корпуса. Напарник периодически поглядывал на Сарка, но спросить не решался. Все трое остановились у мрачной двери. Сарк оглянулся по сторонам и отстучал шифр, затем распрощался с Грэгом и вернулся на пост вместе с напарником.

Грэг дождался щелчка и потянул тяжелую дверь за ручку.

– Так вас и тянет сюда, еще и по своей воле… – сказал вместо приветствия надзиратель, по блеклому взгляду которого можно было понять, что послаблений в его службе больше, чем надо. Если доспех Сарка сиял, и дамы могли использовать его вместо зеркала, то доспех надзирателя подъедала ржавчина, а ремни рассохлись.

Грэг хмыкнул и невзначай выронил пару блестящих монет. Они звонко упали на каменный пол. Надзиратель кивнул на ключи и показал пять пальцев. Грэг показал десять, но надзиратель бодро завертел головой и провел большим пальцем у своего горла. Маг кивнул и начал спускаться по каменным ступеням.

Грэг поморщился от запаха нечистот. Прищурившись, он шел к знакомой камере в конце сырого коридора. Желтые фонари из кристаллов тезия отбрасывали кривые тени.

– Друг, – прохрипел заключенный.

Грэг повернулся в сторону камеры с почерневшей от времени решеткой.

– Ты же мужик-то хороший, дай сальвина немного, совсем сдыхаю, – взмолился заключенный.

Его грязные пальцы-крючья вцепились в решетку.

– Гниешь здесь из-за него, а все туда же, – бросил Грэг и двинулся дальше.

– Да чтоб тебя, судья, что ль, ты мне! – заключенный стукнул по решетке руками и замолк.

Грэг остановился напротив глухой камеры с маленьким окошком. Стены покрывали руны, обычная стража их увидеть не могла.

Маг подошел вплотную, чтобы разглядеть заключенного. Взгляд выхватывал очертания.

– Ну как, нашел ведьму? – ухмыльнулся пленник.

– Не удивлен, что твоих рук дело, как и взрыв портала. Только не понятно, зачем? – спросил Грэг.

– Я тут не при делах, а больше не скажу, – ответил заключенный.

– А если бы тебе удалось сбежать, Карим, стал бы ты беречь эти секреты? – спросил маг.

– Приди ты на пару лет раньше с таким предложением, может быть. А теперь свобода мне не нужна, – ухмыльнулся Карим и уставился на Грэга.

Карим подошел к смотровому окну и внимательно разглядывал мага, словно впервые. Грэг поморщился от его смердящего дыхания. В грязных лохмотьях, лицо в шрамах и изъедено морщинами.

– Знаешь, как приятно видеть твою потерянность, замешательство, твоя сучка бросила тебя на двадцать лет, за которые ты тщетно пытался открыть этот портал, а всем было насрать. А помнишь, как все начиналось? Ты приказывал, пытал меня. Потом перешел на просьбы. Что же дальше, Грэг, начнешь молить о помощи, ведь больше тебе идти будет не к кому?

Грэг поднял руку и сотворил знак, пленника с хлопком отбросило от двери. Несмотря на подавляющие руны, удар получился громкий.

Карим закашлялся, а потом начал хохотать, как умалишенный. Он звал Грэга, предлагал поговорить еще и продолжал смеяться.

Грэг не обернулся.

Надзиратель хотел высказать магу, мол, долго. Но, встретившись взглядом с ним – замолк.

Чтобы прийти в себя, Грэг отправился домой. Нужно подготовиться к вечернему торжеству.

Захлопнув за собой дверь, он опустился в кресло за массивным столом. Самый важный предмет на этом столе – песочные часы на резной подставке. Этот артефакт помогал магу усиливать воспоминания и просматривать их так, словно все происходит прямо на его глазах.

Над столом висел портрет девушки. Грэг знал каждую линию аккуратного лица наизусть. А, закрывая глаза, мог легко вызвать нежный образ. Ее черные локоны и задумчивый взгляд успокаивали его. Художник поработал на славу.

Грэг погрузился в воспоминания, чтобы скоротать время до вечера.

***

Школьная площадь ожила. Учителя суетились и постоянно приходили с вопросами к директору. Тот безуспешно пытался понять, что от него хочет глава гильдии алхимиков. А главы других гильдий выстроились в очередь и терпеливо переминались с ноги на ногу. Родители уже занимали лучшие места напротив деревянной сцены.

Грэг подошел к одному из родителей, который задумчиво изучал землю под ногами.

– Простите, – начал маг.

– А? Грэг? – мужчина взял Грэга за руку и крепко пожал.

– Господин Фарк, вы, может, знаете, что за представление планируется? – спросил Грэг.

Он заметил декорации на сцене.

– Говорят, в честь двадцатилетия победы, – ответил Фарк.

Маг поболтал с гостями, проявляя вежливость. Потом с директором.

– Чем нас будут удивлять? – спросил Алакорд.

– Самому интересно, – ответил Грэг.

Через минуту к Алакорду присоединилась его супруга и вежливо поприветствовала Грэга. Конечно, они не могли пропустить выпускной Джесс. Надо сказать, что судьба ее матери была непростой. Но сейчас этого по ней не скажешь – гордо поднятая голова, острые черты лица и дорогой браслет на тонком запястье. Он служил не только в качестве украшения, нанесенные на него руны подавляли агрессивную магию и могли частично дублировать филактерию своей хозяйки. Полезный артефакт.

– Добрый вечер, Люция, – поздоровался Грэг.

– Здравствуй, – женщина слегка улыбнулась.

Голос директора возвестил, что пора занять свои места. Вскоре со двора стянулись все остальные, и свободных мест не осталось.

Первым на сцену вышел директор.

– Дамы и господа, – обратился он ко всем.

Голоса и шепот стихли. С далекой улицы слышались шаги проходящего мимо патруля.

– Почти двадцать лет назад, когда закончилась война, мы потратили годы, чтобы восстановить школу, и сразу же приступили к обучению нового поколения. Уже завтра они отправятся развивать свое мастерство в гильдию магов.

Пока Норз говорил, все затаили дыхание.

– Сегодня еще одно знаменательное событие. Двадцать лет назад мы остановили вторжение захватчиков. Мы несли потери и были полны отчаяния, когда единственные боеспособные маги Миаранда, совсем молодые люди, отбросили страх и встали на защиту своего города. Их стараниями мы остались свободными, а каждый из жителей стал немного магом благодаря таким замечательным артефактам, как филактерии, – на последнем слове Норз поднял ромбовидный кулон у себя на груди.

Директор выдержал паузу.

– Перед тем как мы начнем награждение наших выпускников, я хочу сказать пару слов благодарности тем, кому мы обязаны победой, и вручить всем присутствующим небольшой подарок. Грэг Сарианс потерял семью в первый день войны. Он доказал, что ученики способны противостоять врагу, организовал сопротивление, привел нас к победе!

Площадь взорвалась аплодисментами, Алакорд энергично похлопал друга по плечу.

– Еще одного героя с нами, к сожалению, нет. Девушка, неизменно сопровождавшая Грэга. Она отправилась в рискованную экспедицию ради безопасности нашего мира. Анна Лайтир.

Грэг машинально похлопал. Дальше шли еще с десяток имен, включая Алакорда, который помогал с доставкой провианта.

– А теперь – подарок от наших учеников, театральная постановка «Победа и любовь», встречайте, – последнюю фразу директор намеренно чуть приглушил.

Над площадью сгустился сумрак. Грэг заметил, что этот эффект сотворил алхимик Калиор.

Юноша поднялся на сцену и возвестил: «Порталы открылись, и хлынули враги из них». После этого люди ахнули от зеленых вспышек над сценой.

– Они правда были зеленые? – спросил шепотом Алакорд.

– Они были похожи на водную рябь, – ответил Грэг.

Алакорд кивнул.

На сцену выбежали еще двое юношей и доложили, что захватчики напали на их дом. После этого поднялся враг и «поразил» их огненным градом. Зрители отшатнулись, когда горячий воздух прокатился по рядам.

Далее последовала схватка, в которой имперские агенты потерпели поражение в столкновении с захватчиками. Зрители охали от ярких вспышек, а сцена превратилась в отдельный мирок, за которым все завороженно наблюдали.

Юноша, которого в постановке тоже звали Грэг, гордо вышел на сцену и начал разить врагов одного за другим, редко сопровождая это репликами. Грэг-старший слегка улыбался, когда наблюдал за своей копией. Алакорд ткнул мага локтем в бок, сказал, что актеру-выпускнику удалось отменно передать выпендрежный характер Грэга, и тихо захихикал.

– Ученики! Мы выстоим, если будем вместе, кто со мной пойдет в победоносный авангард? – Грэг-актер изо всех сил старался придать значимости своим словам. Возможно, он немного переигрывал.

На сцену медленно поднялась девушка с черными волосами. Иронично, что Ная была вынуждена временно изменить цвет волос с помощью зелья. Ведь сама она была рыжеволосой, так как оба родителя – чистокровные маги.

– Нам пришлось быстро повзрослеть и пережить трагедию, каждому свою, но теперь мы вернем мир и спокойствие в наш город! – проговорила девушка и встала рядом с Грэгом-актером.

– Анна так и сказала? – опять шепотом спросил Алакорд, после чего на него шикнули откуда-то слева.

Грэг не ответил. Он испытал раздражение от этой сцены и едва заметно скривился, вспоминая, как часто осуждали его карательные методы, словно напрочь забывали, что делали захватчики с теми, кого пленили.

Действие на сцене продолжалось, юноша и девушка изящно разили врагов и в итоге одержали победу. А завершилось все красивым танцем импровизированной пары. Когда они закончили, на сцену опустилась темнота. Зрители несколько секунд молчали, а потом тишина взорвалась аплодисментами.

Грэг не аплодировал.

Тишина. Затем несколько хлопков, вспышки света над головами. Цветы, узоры, всполохи пламени раскрашивали ночное небо, затмевая звезды.

Учителя, выпускники и их родители одобряюще что-то выкрикивали.

Торжество перешло в роскошный банкет, где все общались между собой о планах на будущее.

– Поразительно похожа, – сказал Норз.

– Что? – отозвался Грэг.

Он задумчиво разглядывал трещину на ступеньке школы.

– Ная так похожа на мать, хоть и цвет волос другой, а черты лица, характер, замечал? – спросил Норз.

– Я ее вырастил, как ты думаешь? – ответил вопросом Грэг.

– Талантливая, – подчеркнул Норз.

– Есть в кого, – улыбнулся Грэг.

Маг выискивал дочь и не спеша обходил площадь. Обилие закусок его не манило. Ная вместе с, возможно, лучшей подругой Джесс общалась с одноклассниками у крыльца. Джесс привычно кокетничала и периодически поправляла темные волосы, а Ная, напротив, общалась отстраненно, если не сказать прохладно. Их облепили человек десять – в основном, юношей.

– Г-господин Грэг! Меня Рикс зовут, – поздоровался парень и протянул руку.

Тот самый, что играл молодого Грэга в представлении.

Голоса притихли, а взгляды обратились к магу.

– Словно на себя молодого посмотрел, – одобрительно сказал Грэг.

Юноша засиял. Он, как и многие, питал уважение к магу. Но Грэг знал, что не только в этом дело.

– Пап, – мягко сказала Ная и обняла Грэга.

После объятий он пристально посмотрел в лицо девушки.

Сходства с Анной поразительны. Темный взгляд и аккуратные черты лица. Все это вместе с легкой задумчивостью, словно она все время изучает тебя, этот мир.

– Все хорошо? – забеспокоилась Ная.

– Конечно, – ответил маг.

– Господин Грэг, – начал один из выпускников.

– Можно просто «старый маг», – поправил Грэг.

– А вам за столько лет так и не удалось что-то разузнать о портале? – спросил он.

Грэг выдохнул и отвел глаза, повисла неловкая пауза. Никто не смел ее заполнить.

– С тех самых пор я больше не продвинулся в изучении порталов, – тон сменился на прохладный.

Грэг повернулся и собрался уходить, забыв попрощаться.

Ная обнялась с одноклассниками и направилась к выходу.

Девушка поравнялась с отцом, который старался незаметно покинуть двор школы.

– Решила составить старику компанию, – не то спросил, не то просто сказал Грэг.

– Они мне еще успеют надоесть, – девушка взяла отца под руку, и они направились к дому.

Маг потянул прохладный воздух и посмотрел в небо.

– Глупый вопрос, да? – спросила Ная.

– Им же интересно.

В сторону школьной площади промчалась карета.

– Ты как-то странно смотрел, когда я вышла на сцену, – осторожно начала Ная.

Маг промолчал.

– Мы думали, тебе понравится постановка, – расстроенно добавила девушка.

– Постановка прекрасна, особенно ты в роли своей мамы, – Грэг остановился, заглянул дочери в лицо и серьезно, но спокойно проговорил это. – Просто я вспомнил, но это даже к лучшему, знаешь, словно вернулся…

– Мы старались, правда.

Еще минуту они шли молча, навстречу шагала стража и бросила наглый взгляд на девушку. Затем мужчины увидели Грэга и поспешили свернуть за угол.

– Ты действительно похожа на нее, – подытожил отец.

– Я все равно верю, что мы ее дождемся, – закончила Ная.

Дома Ная ушла в свою комнату, прихватив с собой кота-фамильяра. Эти волшебные хранители дома походили на обычных котов, у каждого помимо дома в привычном понимании был еще и свой собственный, в виде статуэтки или какого-нибудь предмета. Фамильяры могли охранять жилище и служили индикатором опасности, правда, не все маги к ним прислушивались.

Грэг между тем уселся за рабочим столом и стал внимательно изучать записи в своем дневнике. Вскоре сон победил, и, оставив книгу, маг устроился на мягком диване в гостиной.

Утро выдалось суетным. Начались сборы Наи в гильдию, что располагалась в другом городе. Половину дома пришлось перерыть в поисках нужных вещей, потом еще половину в поисках ее платьев. Прямо к отъезду запыхавшийся портной принес новый наряд. Он отличался от остальных – бордовый цвет ткани и вышивка золотыми розами на рукавах. Раньше Ная всячески отказывалась носить одежду с признаками знатного рода, но перед поездкой в гильдию все-таки согласилась. Грэг отправился вместе с дочерью к местному телепорту. Портал вел не прямиком в гильдию магов. Но все равно экономил больше половины пути.

– Держи, – отец протянул ей складное зеркало.

– В детстве ты запрещал его брать, – удивилась Ная.

– Мама все равно подарила бы его тебе. Не забывай иногда выходить на связь, – Грэг обнял дочь.

– Спасибо. Жаль, кота взять не разрешили, – девушка осторожно убрала подарок в чемоданчик и направилась к первой группе у портала.

Четыре больших кристалла по периметру питали сложный механизм.

Первая группа из пяти человек встала посередине.

Два учителя-мага подняли свои филактерии, и плиты портала окрасились узорами. Еще через мгновение стало душно, как перед грозой. Накапливалось напряжение, воздух наэлектризовался. А затем учеников скрыла рябь. Ткань пространства словно разошлась. Хлопок – и на их месте пустота. Портал готов для переноса следующей группы.

Спустя полчаса все ученики вместе с Норзом отправились в короткое путешествие.

– Сколько смотрю, а все равно нервирует, – пожаловался Алакорд.

– Они вполне надежны, – ответил Грэг.

– Жаль, о тех, что между мирами, мы знаем слишком мало, – раздосадованно заявил один из провожающих родителей.

– Может, и к лучшему, – буркнул Грэг и, попрощавшись с Алакордом, отправился домой.

Дома маг покормил кота маной небесной, умылся, чтобы привести себя в порядок. Неприятный озноб накатывал волнами. Подняв глаза на зеркало, Грэг застыл – на предплечье появилась гематома, которая растеклась по руке, как чернильное пятно.

## Глава 2

Филактерия — не что иное, как доступный всем артефакт, благодаря которому каждый наделен силой сотворить магию, несмотря на отсутствие природных возможностей. Или усилить собственные возможности мага. Есть же и другие артефакты, дающие временное, но ощутимое преимущество своему владельцу.

«Энциклопедия магических устройств»

– Наконец-то, – проворчала Джесс, вылезая из кареты вслед за Наей.

– Теперь ты счастлива? – спросила Ная, поправляя пояс на талии.

– Разве не видно? – съязвила подруга.

К тяжелым воротам гильдии по аллеям парка вела тропинка.

– Не разбегаемся, все идем к воротам! – командовал Норз и вертел головой, чтобы никого не упустить из виду.

Будущие ученики толкались и протискивались внутрь гильдии. Ворота казались тесными, а ведь там могли разъехаться две кареты.

От холла шли несколько коридоров. На верхние этажи вела широкая лестница.

– Ненавижу толкучки, – снова возмущалась Джесс.

Ная лишь вздохнула и облокотилась о прохладную колонну.

– Привет! – коренастый молодой человек поздоровался с Джесс. Ная заранее знала, какой будет реакция подруги. Особенно уставшей с дороги. Злой и ворчливой.

– Хочешь сейчас познакомиться, в этой толкучке, в душном холле, где мы уже полчаса ждем, пока нам скажут, куда идти? – прошипела Джесс.

Молодой человек примирительно поднял руки и растворился среди людей.

– Достали, – прошипела Джесс.

– Ну да, в школе-то все были дрессированные, – улыбнулась Ная.

– Дорогие гости, наши будущие ученики! – раздался женский голос.

Постепенно толпа стихла. На вершине лестницы женщина с белоснежными волосами окинула взглядом холл.

– Я директор гильдии, Абигейл. Прошу за мной, в главный зал, – она элегантно развернулась и манерно направилась по ступеням в сторону коридора. За ней шелестел подол белого, в цвет волос, платья, которое подпоясывала шелковая лента с вышивкой в виде многогранных звезд.

Среди учеников послышались возгласы радости, потому что все устали.

– Жаль, раньше у нас такого директора не было, – сказал один из парней своему другу.

Мест в зале оказалось предостаточно, заняли меньше половины. Ученики школ из разных частей Миаранда разбились по группам. Ная и Джесс традиционно сели вместе.

– Я рада, что все хорошо добрались. Вы – первые ученики со времен трагических событий в Миаранде, – сказала Абигейл и прошлась взглядом по залу. – Сегодня вас разделят на группы. Ваше обучение будет курировать мой новоназначенный заместитель, бывший директор школы Миаранда, господин Норз. Продлится ваше обучение примерно месяц, а далее мы примем решение о более углубленной программе, если будет достаточно желающих.

Ученики из Миаранда одобрительно закивали.

– К сожалению, мне нужно уехать по срочному делу, поэтому я передаю слово Норзу. Еще раз всех поздравляю и верю, что этот месяц будет для вас не менее интересным, чем предыдущие несколько лет в школе, – закончила речь директор.

Под аплодисменты она слегка поклонилась и пошла к выходу. Норз был чуть ниже Абигейл и смотрелся за кафедрой забавно.

– Некоторые из вас со мной уже знакомы, кто же меня не знает… Я бывший директор школы Миаранда. Но бывший лишь потому, что нужен здесь. Также я воочию видел весь кошмар войны против захватчиков. Кроме того, половина энциклопедий по магии, что вы держали в руках, вышли из-под моего пера. Но довольно обо мне, с некоторыми мы еще пообщаемся лично.

Потом Норз коротко рассказал, какое светлое будущее ждет всех после прохождения обучения в гильдии. Ответил на пару глупых вопросов и перешел к разделению учеников.

– Друзья, разделение формально и нужно для распределения нагрузки на преподавателей. Вы сможете общаться в свободное время и на общих встречах, – начал Норз и покашлял. – Первая группа, все, у кого филактерия загорелась зеленым, встаньте и пройдите с госпожой Фолкис!

Точечно запылали изумрудные огоньки. Несколько человек обрадовались, но большинство шли словно потерянные. Сухая и статная женщина подняла руку и повела учеников за собой.

Пока группа выходила, перед Наей упал миниатюрный свиток с красной ленточкой.

– Что там? – заинтересовалась Джесс.

Ная протянула свиток подруге.

Так повелось еще со школы. Ная ловко игнорировала знаки внимания в свою сторону.

Джесс его развернула и нахмурилась.

– У тебя дружок завелся, хотя, похоже, завелся он еще давно, а осмелел только сейчас, – хихикнула она и отдала свиток Нае.

Из свитка-записки Ная узнала, что Рикс хотел бы познакомиться поближе. А еще он предлагал вечером прогуляться в парке перед гильдией.

Ная скомкала свиток.

– Безжалостная, высокомерная, – прокомментировала Джесс.

– Сама-то, – парировала Ная.

Между тем первая группа вышла, и Норз продолжил.

– Все, у кого засияет филактерия синим – это вторая группа, пройдите с господином Ралисом.

Ряды вспыхнули синим, и ученики последовали за высоким мужчиной средних лет.

– Пойдем! – потянула Джесс подругу.

– У меня не засветилась, – растеряно ответила Ная, показывая свою филактерию на цепочке.

– Может, ошибка? – удивилась Джесс.

– Спрошу у Норза, – ответила Ная.

– У кого филактерия не засветилась, оставайтесь, пожалуйста, на местах! – Норз старался перекричать общий шум.

Вскоре зал опустел, и в нем остались три ученика, включая Наю.

– Третья группа будет немногочисленна. Попрошу набраться терпения и выслушать мою короткую лекцию. И пересядьте ближе.

Ная пересела на передний ряд, слева от нее уселась пухлая ученица, а за ней Рикс. Он открыто изучал Наю. И правда, почему он осмелел только сейчас?

– Иногда нужны люди, которые готовы зайти чуть дальше, чем остальные. Есть ситуации и события, которые требуют необычного подхода, находчивости. И непревзойденных навыков. Вы получите инструменты, которые позволят вам стать сильнее. Я надеюсь, что они никогда вам не понадобятся, – Норз закончил небольшой монолог, ученики переглянулись.

– Вы узнаете умения редкие, как подлинные манускрипты Виларии. Преподавать у вас буду я, и первое занятие начнется сегодня после ужина. Аудитория с дверью из красного дерева, справа от центральной лестницы, особенно не распространяйтесь о том, что я вам сказал, – предостерег Норз.

– А если спросят? – уточнил молодой человек.

– Скажите, что это мои причуды, – пожал плечами Норз.

– Пожалуй, косых взглядов будет не избежать, – ответила пухлая девушка.

– Это сначала, потом всем будет плевать. Я так думаю. Пойдемте уже в столовую, – сказал Норз и бодро зашагал к выходу.

Идея всем понравилась. Ная затерялась среди учеников, чтобы избежать знакомства c одногруппницей и разговора с Риксом.

– Эй, отшельница! – подруга могла Наю даже из-под земли достать.

– Не нравится мне уже тут, – вместо ответа сказала девушка.

– Ну чего ты? Норз не сказал, чего ради он себе отдельную группу из трех человек взял? – Джесс заметила перемену в настроении подруги.

– Норз просил не говорить, но по мне уж очень странно это, – ответила Ная.

– С чего бы такие тайны, – удивилась Джесс.

– Посмотрим. Хорошо, что мы только на месяц тут, – сказала Ная.

– Скоро занятия, может, повеселей будет? – предположила Джесс.

Пряный аромат блюд и долгая дорога поспособствовали тому, чтобы тарелки быстро опустели, Ная отставила свою и кивнула в сторону выхода.

Девушки решили осмотреть апартаменты.

Когда они вошли в пыльную комнату, пришла очередь Джесс поворчать.

– Кровать жесткая и шкаф маленький, – заметила она.

– Вот и ты не в восторге, – буркнула Ная.

– Ладно, зато у нас комната на двоих. Тут таких всего три, – похвалилась Джесс.

– Повезло, что нам досталась именно такая, – ответила Ная.

– Не то чтобы повезло, – тихонько проговорила Джесс.

Подруги решили потратить свободное время на приведение себя в порядок, после чего отправились на занятия. У двери из красного дерева уже стояли одногруппники Наи.

– О, привет! – улыбнулся Рикс.

Ная спокойно поздоровалась в ответ. Пухлая девушка едва заметно кивнула и уткнулась в свои записи.

Норз пришел вовремя и, не церемонясь, открыл дверь.

– Вы чего стоите? – спросил он и зашел.

Ученики расселись за партами в тесном кабинете. Ная заняла место у входа, далее Рикс и девушка.

– Как и вы, я здесь первый день. Предлагаю познакомиться и сразу приступить к практике! – задорно сказал Норз из-за кафедры. – Начинайте, вы! – ректор указал на пухлую девушку с каштановыми волосами.

– Меня зовут Милтон. Я местная, из деревни неподалеку, – пробормотала Милтон и поерзала на стуле.

– Прекрасно, юноша, вы! – командовал ректор.

– Я Рикс, из Миаранда, – ответил он.

Норз посмотрел в сторону Наи.

– Меня зовут Ная, тоже из Миаранда, – ответила девушка.

– То, чему я буду вас учить, мало кто изучает в принципе, – сказал Норз.

Отец, разумеется, никогда не рассказывал о тайной магии и запрещал лезть в его записи.

– Первое правило, никому и никогда не передавать эти умения, – сказал Норз.

Норз подошел к противоположной от кафедры стене и направил в ее сторону руку. Камень заскрежетал. Высекая искры, стена отползла на пару метров.

– Так удобней, – пояснил ректор.

Ученики положили на парты свои дневники.

– Первый знак простой, но чрезвычайно полезный! – сказал Норз.

Ректор поднял листок с узором, походившим на змею.

– Какие способы сотворить магию вы знаете? – обратился ректор ко всем.

– Филактерия, – ответил Рикс.

– Произношение точных формул, – добавила Милтон.

– Филактерию изобрели, когда шла первая война. Точные формулы уходят корнями в давние века. Их почти никто не может использовать. Кто назовет случай, когда они стали настоящей проблемой?

– Захватчики, – ответила Ная.

– В их мире это основной способ, поэтому они и проиграли, – сказал Норз. – Впрочем, есть еще спонтанный способ, которым владеют потомственные маги. Но это опасно и неосмотрительно. Однако же просто знайте о нем. Опытные маги используют знаки. Они объединяют в себе мощь словесных формулировок и простоту филактерии. Вам нужно нарисовать знак в своем дневнике, чтобы запомнить, а затем просто вызвать его.

Ректор махнул рукой, снова заскрежетал бетон. Плиты на полу отодвинулись, появились три манекена. Они напоминали фарфоровые куклы захватчиков, в полный рост.

– Запоминайте! – Норз выставил руку, и перед ладонью возник зеленый узор.

Затем он коснулся среднего манекена, тот почернел и начал осыпаться.

Ректор поднял руку вверх, чтобы восстановить манекен.

Ученики полчаса безуспешно пытались повторить трюк Норза. Знаки то не появлялись, то не разрушали манекен до конца.

Норз подошел к Нае и шепнул на ухо: «Яд – это то, что растекается в душе, когда ее пожирает ненависть. Попробуй». Едва ли она понимала, что он хотел сказать. Полностью освоить яд она не смогла. Но эффект был. Лидером оказался Рикс. Он получил от Норза подарок – «ядовитый дротик». Одноразовый артефакт, при броске он летит точно в цель и поражает ее ядом. Впрочем, ректор строго-настрого запретил им хвастаться и использовать без крайней необходимости. А вот что входило в крайнюю необходимость – он уточнять не стал.

Рикс поблагодарил и осторожно убрал подарок в сумку. Потом вынул, завернул в несколько листов бумаги и снова убрал.

После ужина Ная пошла в свою комнату.

– Слушай, есть минутка? – догнал ее окрыленный успехом Рикс.

– Потом, – ответила Ная.

– Ты из-за практики расстроилась? Мы ж только начали, – сказал Рикс.

Ная молча пошла дальше.

Рикс вздохнул и двинулся в противоположное крыло.

Джесс задерживалась. Ная закрыла дверь и улеглась на кровати, рассматривая знак в дневнике. Она прокручивала слова Норза в голове. Как это могло ей помочь?

Четкие мысли превращались в нечто расплывчатое и вязкое.

Усталость с дороги взяла свое, и девушка провалилась в сон.

***

Знакомая комната в доме отца. Спокойствие и защищенность.

Стук отвлек Наю от чтения. Она встала из-за стола и пошла к отцу. Он стоял и держался рукой за горло, хватая воздух. Девушка пыталась спросить у него, что случилось, но не услышала собственный голос.

Отец повернулся. Подернутые сеткой капилляров глаза начали закатываться. Ная ринулась к нему, но тело парализовало, она не смогла сделать и шага…

***

– Эй, что с тобой?

Это была Джесс.

Ная подняла руки – паралич испарился вместе с кошмаром.

– Привет, – ответила сонная девушка.

– Кошмар? – спросила Джесс.

Ная кивнула и присела на кровати.

– Как практика? – черноволосая подруга села напротив нее.

– Нормально, – ответила Ная.

– Слишком скучно было? – спросила Джесс.

Ная не ответила и погрузилась в свои мысли.

Через полчаса, когда остатки сна сдуло, девушка решила рассказать подруге о своей практике.

– Проходили знак, яд. У меня плохо получилось, – призналась она.

Джесс повернулась в ее сторону.

– Яд? – переспросила она.

– Боевой знак, – ответила Ная.

– Звучит опасно.

Ная пожала плечами. Оказалось, что у Джесс была только теория, и они толком ничего не делали. Подруги проболтали до полуночи и уснули в приподнятом расположении духа.

Утром они позавтракали в оживленной столовой и разбрелись по своим делам. Ная решила прогуляться, чтобы развеяться перед занятиями.

Ветер играл с волосами, а солнце вплетало свои лучи в ее пряди. Девушка шла по берегу песчаного пляжа и вдыхала солоноватый воздух.

Навстречу ей шли несколько учеников.

– Это ты-то попала в группу к Норзу? – говорил парень с короткой стрижкой.

Ная не ответила на вопрос и быстро зашагала в обратную сторону. Каждый шаг утопал в песке и замедлял ее. Откуда он знает? Рикс или Милтон проболтались?

– Я с тобой разговариваю! – голос прозвучал ближе.

Молодой человек схватил девушку за плечо и развернул к себе. Ная слегка вскрикнула от неожиданности.

– Почему тебя выбрали, ну? – девушка увидела его острое лицо.

Она вспомнила простой знак, которому отец учил ее с детства.

Хлопок, и парня словно ударили током, он отлетел на пару метров.

– Ах ты тварь, – рыкнул он и вызвал другой знак.

Девушка схватилась за голову и едва сдерживала крик. Сквозь чудовищный шум, который сейчас сводил с ума Наю, слышались выкрики: «Малик, чего творишь! Оставь ее, пошли, нас же всех выкинут из-за тебя!»

Но лицо Малика исказил гнев.

– Ты, тепличное ничтожество, у которой все куплено. Как тебя выбрали и чему учат? – требовал он ответа.

– Урод, – прошипела Ная.

Ее глаза блестели от злости, обиды и выступивших слез, между ней и Маликом мерцал зеленый знак.

– Теперь понятно, – он отступил и сотворил легким жестом знак лечения.

Девушка пыталась отдышаться.

Малик несколько секунд ходил взад-вперед, а потом вернулся к ней.

– Мне нужно знать, чему вас учат. Будешь рассказывать, и больше не трону, – предложил он.

Ная взорвалась. Знак засиял ярче прежнего, она замахнулась рукой в сторону обидчика. Тот чудом отскочил, а потом расхохотался.

– Давай! Попробуешь еще? Нужна ты мне, не ты, так другие расскажут, – с этими словами он развернулся и зашагал прочь.

Девушка шла в сторону гильдии и потирала виски, скорее машинально, потому что боли уже не было. Войдя внутрь, она пронеслась к своей комнате, кажется, ее звал Рикс, которого она едва не сшибла. Главное, чтобы никто не увидел ее красных глаз.

Джесс в комнате не оказалось, и Ная вспомнила про зеркало, которое подарил отец.

Обычно, когда зеркало настраивается на передачу, оно мутнеет. Потом в нем проявляется серая дымка, и спустя пару минут можно связаться с нужным человеком. С тем, у которого есть зеркало-приемник.

Как Ная ни старалась, зеркало лишь мутнело. А через секунду она видела в нем себя и растрепанные после прогулки волосы. Девушка бережно закрыла зеркало и убрала в тумбочку.

– Ладно, это ведь только на месяц, – успокаивала она себя.

Дежурный в коридоре объявил о начале занятий.

Через несколько минут Ная стояла у двери.

– Интересно, какой сегодня будет знак? – спросил Рикс.

Ная рассматривала собственные туфли. Рикс вздохнул и осторожно взял ее за плечо. Оно рефлекторно скинула его руку.

– Нормально все? – спросил он.

– Да, да, задумалась, – ответила она.

Милтон подошла, сопя. Она укоризненно посмотрела на рыжеволосую одногруппницу, рядом с которой терся Рикс.

Из кабинета вынырнул ректор.

– Нужно приглашение? Приглашаю, заходите, – бросил он и оставил дверь открытой.

Все переглянулись и зашли в класс.

Начали с повторения прошлого занятия. Парты убрали, зато манекены были в полной готовности.

Ная вызвала яд, он сверкнул ярче обычного, и манекен рассыпался в пыль.

Ректор одобрительно кивнул.

– Потрясающе, видите, все дело в тренировке, – он потер подбородок и направился в сторону кафедры.

Рикс показал большой палец. Милтон насупилась.

– С ядом наигрались, теперь новый знак. Непросвещенные называют его «тишина», на самом деле это «опустошение», – сказал Норз.

– А, яд – просто игрушка, – иронизировал Рикс.

– Что-то вроде того, теперь помолчи. Опустошение высасывает всю энергию из небольшой области. Там образуется абсолютная пустота, в которой нет воздуха, света, энергии. В ней нет жизни, – Норз обвел всех взглядом, проверяя эффект от своей речи. – Обычно живое существо не выдерживает и минуты. Кто пережил, говорит о холоде и абсолютной тишине.

Норз подошел к манекенам. Затем направил ладонь, и под ними растекся узор. Время в этой зоне словно замерло, но ничего больше не произошло. Ученики стояли в недоумении.

– Не спешите с выводами, – Норз убрал руку.

Манекены беззвучно раскололись на кусочки и осыпались на пол.

– Сразу после знака лучше в область не заходить, она восстанавливается не сразу. Тренироваться будем по одному, – сказал Норз.

Под присмотром Норза первым пошел Рикс. В это время молчаливая Милтон подошла к Нае.

– Зачем это нам? – шепотом спросила она.

– Что? – девушка смотрела на Рикса и Норза.

– Зачем нам эти знаки, ими ведь… Что ими делать-то? – переспросила Милтон.

– Убивать? – спокойно ответила Ная.

Когда твой отец герой войны, столь глупых вопросов не возникает.

Милтон поежилась и вздохнула.

– Я тоже не за этим сюда приехала, – то ли себе, то ли Милтон сказала Ная.

– А зачем? Твой папа-то побольше знает, чем учителя здесь, – спросила Милтон.

– Видимо, нет, раз за столько лет не смог вернуть маму, – ответила Ная.

Знак у Рикса выходил не больше ладони, но эффект частично проявлялся. Опьяненный прошлым успехом, сейчас ученик не собирался мириться с таким скромным достижением. Он шипел, сжимал кулаки и пробовал снова.

– Юноша, мне понадобилось не одну сотню раз это проделать. Небольшой зоны тоже хватает в большинстве случаев, – ответил ректор на возмущение Рикса.

– Каких случаев? – спросила Ная.

– Тех, которые, я надеюсь, с вами не произойдут, – твердо ответил Норз.

Милтон справилась хуже Рикса. Она раздувала пухлые щеки и вскидывала ладонь снова.

У Наи знак задымился на полу, и Норз поспешил схватить ее за руку. Линии прожгли черные бороздки и потухли.

– Не путайте с ядом, тут нужна отрешенность, – тихо проговорил он.

Следующие попытки вышли неплохими, и спустя пару часов практики каждый спокойно разрушал манекен. Они так увлеклись соревнованием, у кого выйдет лучше, что забыли про перерыв. Ная старалась вызывать небольшой, но яркий знак. Рикс, напротив, хотел захватить зону побольше. А Милтон разносила манекены, как придется, и довольно растягивала губы в улыбке.

– Неплохо, молодые люди, но приз сегодня никто не заслужил. До завтра, – Норз прошмыгнул в подсобку своего кабинета.

Ученики переглянулись и решили расходиться. Первой ушла Милтон, взяв свой затертый рюкзак.

Ная мельком увидела Малика в столовой и непроизвольно сжала кулак. Джесс подошла к ней как раз в этот момент.

– Поклонники достали? – спросила подруга.

– Немного, – соврала Ная.

– Понятно, мы сегодня наконец-то потренировались. Эти наступательные умения, такая сила! Не знала, что боевые филактерии настолько мощнее обычных, – Джесс показала красный кристалл на шее.

– Вам раздали новые? – спросила Ная.

– Ну конечно! Щас! Я выиграла, – гордо ответила Джесс.

– Ты? – Ная улыбнулась.

– Я сейчас обижусь. Ладно, выиграл Антер, но подарил мне. При всех, между прочим, – призналась Джесс, глядя в сторону. – Может, прогуляюсь с ним. Завтра. Или на следующей неделе, – сказала Джесс, проводя пальцем по краю чашки.

По пути в сторону своих комнат Ная поделилась с Джесс тем, чем занималась на практике, а заодно поведала про утренние приключения.

– Вот ведь ублюдок несчастный! Я расскажу отцу, его же выкинут. Или скажи своему отцу, его выкинут еще быстрее! – Джесс кипела, и только толстые стены мешали всей гильдии услышать ее выкрики.

Ная лишь отмахнулась.

– До первого удобного случая, – все еще шипела Джесс.

Ная вынула из тумбочки зеркало и посмотрела на его поверхность.

– Кстати, – она показала мутную гладь зеркала подруге.

– Сломалось? – спросила Джесс.

– Вряд ли, – ответила Ная.

– Странно, может, спросить у Норза? – предположила Джесс.

– Может, но пока связи у меня нет, и мне это не нравится, – заключила Ная.

Очередной вечер закончился в раздумьях, а ночью Ная отвлекала себя чтением энциклопедии по артефактам. Когда сон начал подбираться, стены дрогнули от взрыва или удара. Девушка списала это на очередной кошмар и перевернулась на другой бок.

Новое утро нагнало еще больше тоски, а в столовой стало заметно свободнее. Учителя все время суетились, а Ная уже считала дни до возвращения.

– Привет! – сказал Рикс.

Ная в этот момент со знанием дела размешивала изумрудный тоник в чашке. Отец ей пару раз наливал его. Почти безвкусная жидкость, но неплохо утоляет жажду и помогает лучше думать.

Вместо приветствия она просто улыбнулась, Джесс предательски ушла под благовидным предлогом.

– Надеюсь, у Норза что-то еще припрятано для нас. Кстати, хочешь, потом прогуляемся? – Рикс терял уверенность в голосе с каждым новым словом, хотя и придвинулся почти в упор. Он каждый раз превозмогал робость и смущение, лишь бы почувствовать ее едва уловимый аромат и узнаваемые духи с цитрусовыми нотками.

Он нервно теребил рукав.

– Может, – сказала Ная.

– О, отлично! – обрадовался Рикс.

– В другой раз? – спросила Ная.

Рикс вымученно посмеялся и предложил идти на занятия. К двери класса они пришли вовремя, Норз подошел почти сразу. Он открыл дверь и жестом загнал молодых людей вовнутрь. Потом долго копошился у себя в каморке и наконец-то вышел.

– Сегодня будет сложно, но интересно, – начал он и материализовал на страницах дневника размашистый знак.

Ученики решили, что это шутка, и ректор предлагает решить головоломку-лабиринт.

– А где Милтон? – шепнул Рикс Нае.

Ная не ответила, потому что не знала, где Милтон, и удивилась, что это кому-то интересно. Но высказывать эту мысль вслух не хотелось.

Ректор смотрел в свои записи и хмурился. Ная и Рикс обернулись на стук в дверь. Норз лишь сделал неопределенный жест и громко сказал: «Входите».

Бледная Милтон робко зашла и встала у двери, сложив руки в замок.

– Вам уже лучше, врач разрешил посещать занятия? – обратился ректор к девушке.

– Да, – ответила она.

– Сегодня мы изучаем сложнейший знак, способный спасти вас в ситуации, когда иного выхода нет.

Ученики переглянулись.

– Вы сможете создать свою иллюзию и даже отправить ее выполнять простое действие. Смотрите, – сказал он.

Ректор подошел к ученикам. Через секунду Ная ахнула, Рикс просто стоял с круглыми глазами.

– Как близняшка! – Ная свободно провела рукой по иллюзии.

– Заучите знак, его сущность должна быть живой, а затем вдохните жизнь и поверьте, что вы и есть эта иллюзия. Начинайте, – скомандовал Норз.

Иллюзия Наи застыла и растворилась.

Первые полчаса самый большой успех был только у Рикса, который смог сделать снеговика. Но смеяться никто не хотел. Норз наблюдал, почти не моргая. Ученики нервничали. Милтон часто дышала, пробовала раз за разом создать свою иллюзию. Рикс сжимал кулак и шептал ругательства, а Ная закусывала губу.

– Дело не в знаке, а в уверенности! – рявкнул Норз.

Ученики вздрогнули.

Он подошел к Нае и начал объяснять: «Ставь знак перед собой, пожелай, чтобы твоя копия посмотрела на тебя, теперь закрой глаза. Верь, что стоишь на ее месте».

Ная с закрытыми глазами водила перед собой рукой, словно гадалка с рынка. Рикс сдавленно охнул, а Милтон отступила на шаг.

Девушка открыла глаза, в воздухе покачивалась она сама.

– Словно расплывчатый сон, – проговорила Ная, осматривая свою копию.

– Конечно, вам нужно работать над деталями. Пусть они ходят и говорят, как настоящие. Не детали, а иллюзия. Но иногда даже такой хватит, чтобы выиграть время, – сказал Норз.

Он позанимался со всеми, ученики научились неплохо создавать свои иллюзии. И даже создавали иллюзии друг друга. Под конец занятия все улыбались и шутили. Норз пригрозил расстройством желудка, если узнает, что кто-то использовал в гильдии знак иллюзии за стенами учебного класса.

– И помните, в гильдии знаки будут подавляться, свободна только эта зона! Все, идите, – ректор побрел к себе, опустив плечи.

Занятие вымотало его.

Милтон коротко попрощалась и ушла.

Рикс шел рядом с задумчивой Наей и пытался проковырять обложку дневника ногтем.

– Слушай, а может, прогуляемся? В парке, полчасика? – предложил он.

– Устала, – девушка хотела прогуляться до столовой, а потом до своей комнаты.

Молодой человек терпеливо ждал, пока Ная закончит изучать узор от чаинок на дне стакана. Когда они вышли из столовой, Рикс снова собрался с мыслями.

– Так что насчет прогулки? – предложил он.

– Просто прогулка, – твердо сказала девушка.

– Да, – подтвердил Рикс и ускорил шаг в сторону ворот.

У входа толпились ученики и тихо возмущались.

– Выходить нельзя, – раздраженно бросил седой охранник.

Эти слова стерли улыбку с лица Рикса. Он набрал воздух, дважды пытался что-то сказать, но слова не находились.

– Почему? Что случилось? – глупо спросил он.

Рикс вытягивал голову вверх, чтобы расслышать слова охранника.

– Указание директора, выходить нельзя, – сказал охранник.

– Пожалуйста, всего пятнадцать минут, мы будем в парке гильдии! – взмолился Рикс.

– Молодой человек, никто не выйдет и не зайдет, о причинах расскажет директор, – сказал охранник.

– Проклятье, да вы все издеваетесь, – взбесился Рикс.

Шум вокруг затих, чтобы через секунду снова продолжиться. Ная мысленно обрадовалась.

– Разойдитесь, – буркнул знакомый голос.

Толпа начала расступаться. Норз оттеснил охранника и убедился, что все взгляды направлены в его сторону.

– По приказу директора с этого момента и в течение трех дней запрещено покидать стены гильдии, – ректор поднял вверх листок с приказом и сургучовой печатью.

Кто-то выругался, другие начали расходиться. Норз спокойно осматривал учеников и преподавателей. Они перешептывались между собой. Удивленные и встревоженные.

– Для чего это? – спросил рослый парень с редкими усиками.

– Для вашей безопасности, – спокойно ответил ректор.

– А что за опасность? – задал вопрос уже другой ученик.

Все взгляды сконцентрировались на ректоре.

– Это вам расскажет директор завтра в полдень, – сказал Норз.

Не дожидаясь новых вопросов, он пошел по своим делам.

## Глава 3

Потомственные маги, по своему обыкновению, могут творить и без помощи артефактов (которые, отметим, сделали магию доступной для всех). К сожалению или к счастью, осталось таких совсем немного. Их особенность же в том, что при большом желании они могут управлять не только знаком и словом, но и просто силой в меру своего могущества. Например, могут выворотить камень из мостовой и швырнуть в обидчика. Большинство потомственных магов погибло во время битвы против захватчиков.

«История магии, о потомственных магах»

Грэг смешал шипящую жидкость в колбе и сделал небольшой глоток. Спустя час маг проверил руку, темные пятна никуда не делись, зато стали ярче и болели. Он записал это в дневник. Затем смешал еще один состав, закупорил и поставил в тень.

Он мерил шагами свою комнату и периодически бросал взгляд на мутное зеркало во весь рост. Рядом с ним ходил обеспокоенный кот. Связи с зеркалом дочери так и нет. Норз тоже молчал. Грэг положил в поясную сумку пару баночек с порошками. Засомневавшись, бросил еще одну и пошел к старому порталу. По пути его внимание привлекли два агента, которые весьма резво обходили прохожих, иногда даже отталкивая в сторону. На первый взгляд ничего особенного, на деле – нетипичное поведение. Маг отметил это про себя и двинулся дальше.

У ворот он поговорил со стражниками о ведьме, которая недавно являлась ему.

– Такая, старая, в балахоне или плаще.

– Да какие ведьмы, давно их уж не видать тут, – ответил стражник.

Грэг коротко поблагодарил их и двинулся дальше. Неприятная догадка только начала зарождаться в его мыслях.

Ночью Миаранд привлекал Грэга больше. Прохлада, издалека доносится морской бриз, разбавляя тишину. Сейчас, правда, тяжелые тучи омрачали общую картину.

Грэг прошел дорогой, которая огибала его родительский дом. Вернее, то, что от него осталось. Волна тяжести окатывала его каждый раз, когда он проходил мимо этого места. По этой причине Грэг старался искать обходные пути. Ему стоило немалых усилий отвлечься от тягостных воспоминаний, вздохнуть и двинуться дальше. В самые сложные моменты он думал о дочери, это немного развеивало тьму, которая так легко сгущалась в его сознании.

Какое-то время он просто наслаждался волнами, их шумом. Дальше, к горизонту, в море растворялось лунное серебро. Луна освещала таинственный берег, где изредка сверкали вкрапления тезийной пыли.

Маг достал из свертка несколько металлических пластин. Нехитрые приготовления – разложить их по камням портала. Грэг поднял руку, и ветер усилился. Тусклое свечение различных знаков вызвало у мага раздражение.

– Как-то ведь включали! – зло проговорил Грэг.

Затем он поменял пластины местами, положил несколько филактерий для питания портала и повторил процедуру. На миг пространство загудело, и в центре появилась легкая рябь. Грэг зарычал и обхватил голову руками. Руны на камнях потухли.

Растерев виски и тяжело дыша, маг достал фиолетовый порошок и высыпал немного на ладонь. Порошок поменял окрас на ярко-красный.

– Срабатывает…

Он снова насыпал порошка, и эффект повторился. Тогда он взял всю банку и резким движением высыпал порошок в портал. Через минуту он бросился в сторону города. Улица, на которую он свернул, вела к дому Алакорда.

Этот портал давно уже не переносил людей, зато кто-то его использовал с другой целью. В окне дома мерцал огонек. Значит, хозяин не спит. Грэг легко постучал в дверь и прислушался. Скрип половиц.

Взлохмаченный Алакорд удивленно уставился на Грэга.

– Надо уводить жителей из города, – начал маг.

– Как? Да и зачем? Грэг, черт возьми, ночь на дворе, – взмолился Алакорд.

– Зайду? – спросил Грэг.

– Жена уехала на встречу с делегацией, – сказал хозяин дома и освободил проход.

Алакорд захлопнул дверь. Едва заметно светился узор на медной ручке – охранная руна.

– Старый портал источает энергию, и явно не благодатную, надо увести жителей, пока я буду разбираться с ним.

– Друг, он же взорвался хренову уйму лет назад, и запустить его никто после этого не смог, – снисходительно улыбнулся Алакорд.

Грэг еще не перевел дух после забега, и по лбу скатывались капли пота, которые он небрежно вытирал рукавом плаща.

– Смотри, – он задрал рукав и показал темные пятна на руке.

Теперь от пятен расходились линии, словно вены.

– О всевышняя! – шарахнулся Алакорд.

– Эта зараза из портала, я только что тщательно проверил его, портал не мертвый и даже не спящий, – Грэг опустил рукав и смотрел на пораженного друга, который все еще не находил слов.

Повисла пауза.

– Ладно, допустим, портал. Как ты понял? – спросил Алакорд.

Грэг коротко пересказал ему суть эксперимента у портала.

– Стой-стой, неужели ты думаешь, нас тут вытравить хотят? – спросил Алакорд после рассказа Грэга.

– Надо освободить район, – сказал Грэг.

– Но как я могу тут помочь? – удивился его друг.

– Ты хорошо общаешься с мэром, сможешь договориться, – предположил Грэг.

– Возможно, но проклятая делегация должна быть у нас через неделю. Мэр душу продаст, чтобы заключить торговый договор с альянсом Степных Племен, думаешь, он пойдет на срыв сделки? – сомневался Алакорд.

– Ты сможешь? – настаивал Грэг.

– Завтра ужинаю с ним, – сказал Алакорд.

– Я начну искать лекарство. Еще нужны архивы, неплохо бы получить разрешение мэра, – добавил Грэг.

Алакорд нервно улыбнулся и сложил руки за спиной. Потом прошел к шкафу и, прислонив перстень к ручке, открыл небольшую дверцу. Настойка из пьяной травы всегда помогала успокоить нервы. Друзья плеснули ее в бокалы и молча выпили.

– Думаешь, серьезно это все? – спросил Алакорд.

– Если ты про то, становится ли мне хуже, то да, – ответил Грэг.

– Но больше никого нет с поражениями…

– Они пробовали позагорать близ источника заразы? Над порталом проявляющий порошок обратил цвет. Волей ветра, а может, и не только, дрянь разнесется по городу, это может быть чума, с которой мы не знаем, как бороться. И вряд ли только этим все кончится, – объяснил маг.

– Зайди завтра к полуночи, расскажу, что удалось сделать, – сказал хозяин дома.

– Доброй ночи, Ал, – попрощался маг. – Я тоже не в восторге.

Грэг скрылся за дверью и пошел по улице, пытаясь отыскать взглядом повозку. Нашел он ее только на следующей улице. Извозчик похрапывал на облучке.

– Господин, работаете? – Грэг попытался разбудить его словами.

Мужчина шмыгнул носом и захлопал глазами.

– Да, да, куда направляемся? – спросил извозчик в ответ.

– В трактир «Две кружки», – ответил Грэг.

– Который на въезде? – с досадой уточнил он.

– Да, два серебряных, – добавил Грэг.

Извозчик спустился, чтобы подставить ступеньки. Маг устроился на потертом сиденье, после чего повозка шумно застучала по брусчатке. Грэг наблюдал, как проплывали дома. Сначала из белого камня. Потом попроще, одноэтажные и серые, как небо осенью.

Извозчик остановился около трактира, поздоровался с другими извозчиками и поблагодарил Грэга за монеты. Маг осмотрелся и вошел в трактир. Пьяные вопли и споры встречали каждого гостя. А если глубоко вздохнуть, то можно захмелеть, ничего не выпив.

За дальним столом стучали кружками и угощали всех. Радостные и краснощекие мужики не скупились на слова благодарности.

На мага никто не обратил внимания. Он подошел к стойке, из-за которой виднелась спина Зорди.

– Мелочь закатилась? – обратился Грэг к хозяину трактира.

Тот, согнувшись, что-то искал за прилавком.

– Ща я тебе закачусь! – рявкнул он и стал подниматься.

Потом застыл, и его губы растянулись в улыбке. Трактирщик раскинул руки в стороны для того, чтобы обнять друга.

– И ты здравствуй, шумно сегодня, – ответил маг.

– И прибыльно. А то иной раз шумно, да потом столы новые покупать, – Зорди почесал черную бородку.

– Поговорить можем? – спросил Грэг.

Зорди махнул рукой служанке в зале и показал жестом, что отойдет. После этого они прошли внутрь кухни. Грэг стер пот со лба и снял плащ. Слева на печи бурлило варево, справа – откупоривали очередную бутыль помощники трактирщика. Они кивнули Грэгу и вернулись к своим делам. Зорди вел мага дальше, за следующую дверь. Небольшая комнатенка с затхлым воздухом.

– Ночуешь тут? – спросил Грэг.

– Бывает, иногда кто-то из помощников остается, – ответил Зорди и плюхнулся на кровать у столика.

– Я был у старого портала, – начал маг.

– Все еще ждешь, – тихо проговорил Зорди.

Грэг потер переносицу и глубоко вздохнул.

– Портал… опасен, – коротко сказал маг и зашагал по комнате.

– Это мы еще тогда поняли, а уж одноглазый тебе про это целую тираду прочитает, – ответил Зорди.

– Ты видел Мусата? Давно заходил? – удивился маг.

– Неделю, что ль, назад. Переночевал. Пить не стал ничего, – ответил Зорди.

– В его стиле. Портал источает энергию, которой быть не должно, возможно, это болезнь, чума. Зорди, она источается им уже не первый день и пронизывает весь район у побережья. Может, и дальше, – объяснил маг.

– Я не очень разбираюсь в премудростях таких, друг. Филактерию-то еле освоил. А порталы… До сих пор перед глазами эта огненная стена да мысли о том, как меня сейчас поджарит. Вовремя ты подоспел тогда, – сказал Зорди.

– Да, тяжелый тогда выдался день. Но на этом, похоже, все не закончится. Эта дрянь, из портала, заразна. Она разносится по городу, – сказал Грэг.

– Я не аптекарь, но жалоб не слышал, ток от перепоя лечатся у меня тут, – Зорди почесал затылок.

– Это пока, – ответил маг.

– Пусть так, я-то здесь чем тебе помощник? – спросил хозяин трактира.

Грэг сел напротив него.

– Нужно начинать выводить людей из города, объявлять карантин, а мэра такая просьба не обрадует, – Грэг соединил пальцы и внимательно изучал Зорди.

Тот пытался понять, что все-таки от него нужно?

– Я смогу на тебя рассчитывать? – спросил маг.

– Ну, положим, сказки ты сочинять не станешь ради веселья, – сказал хозяин трактира.

– По крайней мере, сегодня, – Грэг пожал руку Зорди и вышел.

Пустить слух Зорди мог, для трактирщика это легко. Но едва ли это сподвигнет людей на то, чтобы они бросили дома и уехали из города. Разве что некоторые из них на это пойдут. Ну, хоть что-то.

Грэг прошел полквартала пешком до почтового отделения.

Деревянное здание с вывеской. Уже закрыто, но отправить письмо можно в любое время. Маг достал из поясной сумки небольшой свиток, расправил его и задумался.

Филактерия легла в его руку и тускло засветилась. Грэг водил ею над листом. На нем проявились строчки, которые маг пару раз перечитал. Затем движением руки стер и написал заново. Он с хрустом сложил лист и запечатал знаком. Затем бережно опустил в щель почтового ящика.

Маг навел на себя иллюзию невидимости и двинулся к городским воротам. В таком виде его можно заметить, только если столкнуться нос к носу.

У него предчувствие. Или паранойя. Он затаился недалеко от ворот, которые больше походили на огромную калитку. Внутренние земли принадлежали империи, врага с тыла никто не ждал.

Грэг прикрыл глаза и напряг слух. Двое стражников позвякивали броней и о чем-то шептались. Потом один из них поднялся на сторожевую башню и зажег факел. Зачем? Есть же тезийные светильники. Нарастал стук копыт. Стражники мучились с воротами, которые, как назло, просели на петлях. Прорывая створками землю, они все-таки смогли их открыть.

Карета остановилась. Кто настолько важный приехал, что даже ленивые стражники на воротах соблюдают все формальности и так осторожничают?

– Придурок, теперь сам разбирайся, – зло сказал пассажир кареты.

Стражник пообещал разобраться и что-то прошептал своему сослуживцу. Экипаж проехал мимо, а маг продолжил подслушивать.

– Говорили же, отравим и дело с концом, сдался этот ублюдок держать его, – говорил один из тех, кто охранял ворота.

Некоторое время они переругивались, затем один из них пошел на пост, а второй в центр города. Грэг шел за ним на расстоянии, а стражник время от времени оборачивался и отпускал пару непристойностей. Почему он пошел пешком, а не взял карету?

Грэг свернул за ним в глухую подворотню. Прятаться тут негде, вся надежда на иллюзию. Стражник хлюпнул сапогом по луже с отходами, ругнулся и постучал в дверь. Тишина. Снова постучал, настойчивей. Тишина. В ход пошел мешок с монетами. Он демонстративно погремел им. Стучать больше не пришлось.

– Ну че надо? – раздался голос из-за двери.

– Я по делу, – ответил стражник.

– Ну? – переспросил человек.

– Так впусти, не тут же! – попросил стражник.

Заскрежетала задвижка. Стражник оглянулся и вошел внутрь. Грэг едва подавил желание рвануть следом. О чем они говорят? Через пару минут дверь распахнулась. Стражник вышел и развернулся, чтобы еще что-то сказать, но собеседник его опередил.

– Это слишком, сам ищи этого… В общем, нахрен, без меня, – бросил неизвестный и захлопнул дверь.

– Вот дерьмо, вот ведь дерьмо, – выругался стражник и побрел к воротам.

Грэг решил, что ничего нового он больше не узнает, и двинулся в сторону дома. По пути он пару раз встретился с подвыпившими компаниями. Те немного затихали при виде мага. Грэг шел быстро и тяжело дышал. Он снял плащ и повесил его на руку. Ворвавшись в дом, он закрыл за собой дверь и сполз по ней.

Через несколько минут темные круги в глазах заполнили собой остальной мир. Тот покорно исчез.

***

Маг жестом толкнул лодку от берега к морю, филактерия засияла.

– Ты совсем обленился, – смеялась девушка.

– Зря, что ль, мы придумали эти штуки? – ответил Грэг.

Маг улыбнулся, подал Анне руку и помог устроиться в лодке. Затем присел сам и оттолкнулся веслом от берега.

– Грэг, ты должен понять меня. Портал, там… – сказала Анна и потом добавила: – Там, за порталом…

– За порталом мир захватчиков, Анна, – серьезно ответил он.

Лодка покачивалась на волнах, а солнечные лучи проникали до самого дна. Омрачал пейзаж лишь едва заметный темный ореол вокруг девушки. Странное наваждение или обман зрения.

– У нас теперь есть филактерии, и мы больше знаем о порталах, но что, если они решат прийти снова, большим числом? Не лучше ли нам взять инициативу? – спросила Анна.

– Плохая идея. Это их мир, их знания. Мы защитили свой мир от них и стали сильней, но на этом хватит. Мы нужны нашей дочери, я не хочу, чтобы она так же потеряла родителей, как и я, – сказал Грэг.

В небе прокричала чайка. Девушка в лодке провела тонкими пальцами по водной глади.

– Они ведь придут снова. Мы либо должны завоевать их, либо получить столько же знаний, – сказала девушка и посмотрела на Грэга печальным взглядом, словно предчувствуя плохое, но не решаясь это сказать. Анна не говорила прямо многих вещей даже в реальности, а в иллюзии иномирья и подавно.

– Нужно найти способ закрыть порталы и не дать проникнуть в наш мир, – сказал маг.

– Едва ли это возможно, а вот сделать следующий ход раньше врага – вполне, – ответила Анна.

Грэг молчал.

***

Сознание пришло вместе с головной болью. Рядом сидел обеспокоенный кот. Грэг поладил его, затем помассировал себе виски, не рискуя сразу подняться. Потом медленно подошел к столу и выдвинул ящик. Взяв пару колб, он смешал их содержимое в прозрачном стакане.

Смесь зашипела. Грэг провел рукой поверх склянки, и жидкость успокоилась. Он выпил содержимое залпом, закашлялся и некоторое время занюхивал рукавом. Затем сделал пару записей в своем дневнике.

До встречи с Алакордом оставалось еще много времени, поэтому маг решил навестить надзирателя. Ему не давал покоя сбежавший заключенный. Подозревал он лишь одного человека.

Они его знали. Все эти жители. Они сделали из него героя, закрыв глаза на страшное. Впрочем, Грэг мысленно благодарил их за это. А поэтому не уставал здороваться в ответ и пусть натянуто, но улыбаться.

За квартал до площади взгляд привлекла деталь, а точнее, ее отсутствие.

Он подошел к закрытому окну здания. Внизу лежала снятая вывеска с надписью «смеси лечебные».

Маг постучал в дверь.

– Пару дней уж закрыто, – сказал прохожий.

Грэг кивнул в ответ и постучал снова, более настойчиво. Из двери выглянул старик с цепким взглядом.

– А, это ты, – сказал старик.

Он оставил дверь открытой, а сам исчез внутри лавки. Грэг вошел и несколько секунд оглядывался, пока глаза привыкали к темноте.

– Не рано от дел отойти решил? – спросил Грэг.

– Если бы решил, – ответил он.

В глубине лавки звякнула посуда. Через пару минут аптекарь вынес две чашки и поставил на небольшой столик у пустого прилавка. Грэг присел за столик, бросил взгляд на пустые склянки под ногами.

– Только сейчас понял, как соскучился по этому чаю, – сказал Грэг.

Маг потянул напиток в глиняной чашке и прикрыл от удовольствия глаза. Затем вдохнул аромат и сделал еще глоток. Хохтенберт едва заметно улыбнулся и принялся за свою чашку.

– Почему ты не рассказываешь про секретный ингредиент? – спросил Грэг. – Это ужасно вкусно, я хотел бы заваривать такой чай у себя дома.

– Тогда ко мне приходили бы реже, – ответил аптекарь.

– Чай, пожалуй, даже популярнее твоих лекарств, – предположил Грэг.

– У меня почти ничего не осталось, можешь пройти в новую лавку. Она через две улицы отсюда, в сторону центра, – проговорил Хохтенберт.

Грэг потер подбородок и отпил чай.

– Ты продавал лекарства еще моим родителям, варил всевозможные лечебные снадобья в войну. День и ночь, – сказал Грэг.

– Давно это было, – ответил аптекарь.

– Да никто лучше тебя с этим не справится! – воскликнул маг.

– Скоро приедет повозка с грузчиками, если хочешь что-то взять, самое время, осталось, правда, совсем малость, – с грустью сказал Хохтенберт.

Маг вздохнул и осушил кружку. Внутри неприятно растекалась грусть. Он помнил это лицо с детства, казалось, Хохтенберт всегда был таким и за последние годы ничуть не постарел. Сейчас его задумчивый взгляд окрасился тоской и смирением. Но это не добровольное смирение, а вынужденное. Словно человек принял свою безысходность, знал больше, чем другие, но уже ничего не мог с этим поделать.

– Мне бы «живителя», что-то нехорошо в последние дни, – сказал Грэг.

Аптекарь скрылся за прилавком и начал двигать ящики. Потом вышел с двумя флаконами.

– Убери деньги, – сказал аптекарь.

– Твой труд бесценен, и не спорь, – возражал маг.

– Тогда это подарок последнему покупателю. Заходи как-нибудь на чай, – сказал Хохтенберт.

После этого в дверь постучали, и он впустил внутрь грузчиков. Двое крепких ребят сразу принялись за дело. Грэг попрощался и медленно побрел вдоль шумной улицы. Люди расходились, когда он едва не натыкался на них.

Скоро приступ напомнил о себе. Грэг закашлялся и оперся о стену дома. Он нащупал стеклянный флакон, с трудом откупорил и жадно выпил половину.

– Все нормально, друзья, немного простыл, – сказал Грэг.

Вокруг мага собралось несколько человек, они собирались позвать лекаря. Нехотя они поверили его заверениям и начали расходиться. Не забывая, впрочем, бросать взгляды через плечо.

Маг взял извозчика и вернулся домой. Там он подозвал уличного мальчишку и вручил ему письмо с просьбой передать его Алакорду. Посыльный получил от Грэга монету и убежал.

Грэг устроился на кровати и обессиленно уронил голову на подушку.

К вечеру в дверь постучали. Маг жестом снял охранный знак.

– И слушать не стали, – сказал Алакорд.

Он прошел и плюхнулся на стул, потирая переносицу.

– Послушают, когда поздно будет, – ответил Грэг.

Маг медленно встал с кровати и достал из-под стола бутылку. Поставил два стакана и плеснул в них поровну. После этого под кровать залез кот, но, не обнаружив для себя ничего интересного, вылез и, запрыгнув на кровать, свернулся клубком.

– Я написал жене, чтобы отправлялась к родственникам. Еще одно письмо отправил в гильдию. Джесс и Наю будут ждать надежные люди, – сказал Алакорд.

Потом он взял стакан и залпом опрокинул горькую настойку. Поморщился и отодвинул стакан в сторону. Пьяная трава – напиток на любителя.

– Спасибо, – ответил Грэг и сделал то же самое.

– Сколько у нас времени? – спросил Алакорд.

– Опоздали уже, – выдохнул Грэг.

Несколько минут друзья сидели молча. Потом маг наполнил стаканы снова.

– А может, нахрен все, Грэг? Не знаю, как ты, а я иногда завидую этим питомцам. Они могут позволить себе беззаботно спать и ни о чем не беспокоиться, – сказал Алакорд, глядя на кота.

Маг хмыкнул и пригубил крепкий напиток.

– Может, и нахрен, – согласился Грэг.

– Возьмем шмотки да на Сколдинги махнем, это почти отдельное государство. Пусть сами тут разбираются, я ведь знаю, как тебя тошнит от этих заказов с досок объявлений, – проговорил Алакорд.

– Починить филактерию, убрать зловонную ловушку, стереть руны… И так из года в год, – сказал маг.

Алакорд сделал глоток и сочувственно улыбнулся Грэгу.

– Хохтенберт закрыл лавку, – сказал маг.

– Даже улица выглядит… чужой, – согласился Алакорд.

– Не просто так это все. Поэтому надо разобраться с порталом и этой заразой, к тому же, недавно сбежал Карим, я подслушал разговор продажных стражников, – сказал маг.

Алакорд поперхнулся.

Маг кивнул. Через некоторое время Алакорд направился домой.

Грэг осмотрел себя, черные пятна и линии начали появляться на груди и ногах. Щупальца от пятна тянулись к сердцу. Он записал в дневник наблюдения.

Как бы они посмертными не стали. От этой мысли маг криво улыбнулся.

Уснул он, только когда «живитель» подействовал.

Несколько дней экспериментов не дали результата. Щупальца растекались по телу, обвивали его. Грэг с полчаса всматривался в зеркало и пытался понять: стало ли оно ближе к сердцу, или его разум играет злую шутку? Он перепробовал уже большинство лечебных формул, и все тщетно. Оставалось пойти к Хохтенберту.

Торговая площадь медленно становилась чужой. Новые лица. Уже и половины знакомых нет. Неприятные перемены холодили изнутри. Город становился неуютным.

Прохожие в нерешительности бродили между рядами. Другие прямо спрашивали, где старый торговец, и получали дежурное «не знаю», а потом и предложение что-то купить. Даже скидку предлагали, между прочим.

Хохтенберт жил в одноэтажном домике. Стоял он чуть поодаль от других и походил на сказочный. Резные наличники, узоры на двери.

Маг постучал несколько раз, прежде чем хозяин скрипнул дверью.

– Грэг…

– Прости, но мне все хуже и…

– У меня больше нет разрешения на изготовление лекарств.

Маг держался на ногах лишь потому, что ждал скорого облегчения симптомов. Как умирающий от жажды путник идет к источнику воды, который едва заметен на горизонте.

Источник едва не оказался миражом.

– Зайди, – сказал аптекарь.

Грэг, пошатываясь и обливаясь потом, зашел в прохладное нутро дома. Ему на миг стало легче.

– Что это за дрянь, Грэг? – спросил Хохтенберт.

– Чума? Она появилась недавно, когда я сходил к старому порталу, – ответил маг.

Аптекарь поставил дымящуюся чашку перед магом. Тот, не дожидаясь разрешения, сделал пару глотков ароматного чая. В доме старого аптекаря висела приятная атмосфера спокойствия, как из детства.

– И на том спасибо, – сказал Грэг.

Какое-то время аптекарь стоял спиной к нему, затем повернулся и вылил ему в чашку розоватой жидкости.

Маг в несколько глотков допил все содержимое и поблагодарил Хохтенберта.

– Она тебя убивает, Грэг, – сказал аптекарь.

– Я веду дневник и экспериментирую, пытаюсь вывести лекарство, – ответил маг.

– Можешь не успеть, найди себе помощников. Или знания, – сказал Хохтенберт.

Некоторое время они помолчали.

– С этим никто не сталкивался, поэтому и спросить некого, – сказал маг.

– Ты говоришь, она сочится из портала? – спросил аптекарь.

– Она появилась, когда я к нему сходил, – ответил Грэг.

– Суть одна, значит, кто-то да знает. Сам видишь, надвигаются перемены, и вряд ли они к лучшему. Но для тебя это значит, что и ответы надо искать по-иному, – сказал Хохтенберт.

Грэг задумчиво уставился в дно коричневой чашки.

Хохтенберт выдвинул потайной ящик из стола и кивнул Грэгу, а сам отвернулся. Через некоторое время они распрощались крепким рукопожатием.

Магу полегчало, и он пустился искать извозчика. Пора навестить Зорди.

Людей в трактире было немного, хозяин сразу узнал мага и поприветствовал.

– Значит, эта дрянь жрет тебя? – спросил Зорди.

– Жутковато прозвучало, – скривился Грэг.

– Старик Хох что говорит?

– Он не знаток чумы, но его «живитель» помогает. На какое-то время.

Зорди плеснул магу еще пива и обвел посетителей взглядом.

– Он сказал, что теперь делать? – спросил Зорди.

– Искать тех, кто знает про чуму. Его лавку закрыли, знаешь? – спросил Грэг, сделав глоток.

– Да ладно?! – Зорди стукнул тяжелой кружкой о стол. – А почему, не сказал?

– Похоже, подвинули, потому что неподалеку открылась другая, – ответил Грэг.

– Бывал уже там?

– Еще нет, – маг отпил из кружки и добавил: – Странно это.

Зорди согласился пустить слух о чуме. Теперь он видел, что жители в опасности.

Их общение прервал удар в дверь.

Коренастый мужчина вынес ее ногой и ввалился в трактир. За ним вошли еще трое в нездешней броне.

Зорди рванул к стене и выхватил клинок. Замерцали щиты Грэга, который уже метнулся к другу.

– Как невежливо, господа, – сказал главарь.

Он сжал кулак с вороненым кастетом.

– Не наши, – шепнул Зорди.

– Да, у наших так не принято, – прохладно согласился Грэг.

Компания хохотнула.

– Ветер поменялся, колдун, теперь эта пивнушка платит нам пошлину, – сказал главарь.

– Я плачу ее государству, а не говножую без имени, – ответил Зорди.

Главарь кивнул косматому компаньону, тот достал лист белоснежной бумаги. Затем развернул и показал над головой.

Зорди и Грэг пробежались по тексту глазами и едва сдержали изумление.

В конце листа красовалась печать императора.

## Глава 4

Зеркала тезия – редкий аксессуар среди жителей Миаранда. Их изготавливают из особого вида кристаллов тезия, который добывают горняки в северных шахтах. Полноценное зеркало получается один раз из десяти. Зато результат превосходит все ожидания! Живая картинка на любом расстоянии и возможность обмениваться важными новостями и предупреждениями. К сожалению, во времена войны против захватчиков зеркал было слишком мало, чтобы обеспечивать координацию войск. Но и те, что были, внесли большой вклад.

Журнал «Полдень Миаранда», 78 номер, «О пользе зеркал тезия»

Ная второй час носилась по гильдии в поисках места, где будет работать зеркало. Но каждая попытка превращалась в разочарование. Лишь серая дымка – и ничего.

– К чему эта глухая изоляция, – злилась Джесс.

Ная закусила губу и думала, куда пойти еще. Она напряженно всматривалась то в окно, то в стену, словно так должен появиться заветный портал.

– Они ведь как-то общаются, верно? – спрашивала Ная у Джесс.

– Наверняка, – отвечала ей подруга.

Потом они снова мучили зеркало. За последние дни Ная неплохо освоила знаки. А Норз регулярно опаздывал на занятия и ничего нового не рассказывал.

Наступил очередной день обучения.

– Продолжаем практиковаться, – бросил ректор.

И привычно скрылся в подсобке. По классу прошелся разочарованный вздох.

– Да сколько можно-то? – возмущался Рикс.

– Абигейл так и не приехала, – пробормотала Милтон.

Ученики начали отрабатывать знаки.

– Попасть бы к нему в кабинет на пару минут, – проговорил Рикс.

– Думаешь, это прояснит что-то? – спросила Ная.

– Он здесь явно завязан, – прошептал Рикс.

Он покосился на Милтон. Она в этот момент сделала нелепый выпад со знаком и едва не налетела на книжный шкаф.

– И что ты сделаешь потом? Заявишь всем, что ректор сошел с ума или заговор затеял? – спросила Ная.

– Переутомилась, так и скажи, – ответил Рикс.

Девушка не ответила и провела эффектный прием с «опустошением». Милтон и Рикс начали массировать уши, чтобы вернуть слух.

– Такое ощущение, что я предлагаю нечто невообразимое, что плохого в моем плане? – злился Рикс.

Ная пожала плечами и продолжила тренироваться. Милтон задумчиво смотрела в угол класса.

Норз вышел через некоторое время и объявил, что занятия закончены, все могут идти на обед. За последние дни его лицо словно выцвело.

Милтон послушно покинула класс, Ная подошла к двери, когда заговорил Рикс.

– Дайте поговорить хотя бы с родителями, у меня больная мама, и мне надо знать, как она, – сказал Рикс Норзу.

Он смотрел на ректора воспаленными глазами, а сумка в руке слегка дрожала. Норз снял очки и потер переносицу.

– Юноша, ступайте на обед и будьте счастливы в вашем неведении, – ответил Норз.

Он скрылся в подсобке, а дерзкий ученик так и остался на том месте, где задавал вопрос. Он сжал руку в кулак так, что побелели костяшки. Затем, громко топая, вышел, задев Наю плечом. Девушка охнула от такой наглости.

Она подождала, пока Рикс скроется за поворотом, и постучалась в дверь, за которой прятался Норз.

– Ну я же сказал…

Он замолчал, ожидая, видимо, Рикса.

– Вы наверняка связывались с моим отцом, он знает, что тут творится? – тихо спросила Ная.

Когда девушка говорила очень тихо, на пределе слышимости, ее голос приобретал едва уловимую хрипотцу.

Ректор распахнул дверь и пригласил Наю войти.

– Это безумие меня таки одолеет, – бросил Норз.

Он предложил Нае присесть и долго потирал переносицу. Девушка терпеливо ждала, изучая кованые ручки на ящиках в столе ректора.

– Грэг отправил тебе письмо, – начал Норз.

Девушка затаила дыхание и сжала кулачок.

– Но всю почту из Миаранда уничтожили, говорят, несчастный случай, – тихо проговорил ректор.

Он виновато отвел взгляд.

– Но письма магов…

– Знаю не хуже твоего, защищены. Поэтому все не так просто. Проклятье, почему же сейчас это все происходит!

Девушка встала и зашагала по комнате, ковер заглушал стук ее каблучков.

– Может, зеркало? – спросила она. – Всего на пару минут.

– Я уже искал, где есть брешь, – ответил он.

– Просто мне снилось недавно… – начала она и замолчала.

Ректор пристально смотрел на нее и ждал продолжения. Настенная лампа из тезия бросала две тени на книжный шкаф.

– Так что за сон? – не выдержал Норз.

– Что отец у себя дома. Я иду к нему, и он умирает, – последние слова она проговорила шепотом.

Норз шумно сглотнул, но лицо его осталось непроницаемым.

– Не думаю, что Грэгу что-то угрожает, сходи лучше на обед. Если я что-то узнаю или найду место, где работает зеркало, скажу. Только старайся никуда не лезть, – предложил Норз.

Девушка попрощалась и вышла. Она шла в сторону столовой и едва заметно улыбалась себе. Пусть небольшой, но успех.

Коридоры пустовали, ученики сидели в комнатах. На посту дремал охранник, а у выхода уже никто не стоял. Изоляция давила на всех. Преподаватели больше не выхаживали гордо, а, напротив, ходили сгорбленно, перебрасывались короткими фразами и переставали замечать друг друга и учеников.

Ная решила сделать еще один крюк по гильдии. Неизведанным осталось архивное крыло. Мысль, что там может работать зеркало – безосновательна. Но вдруг? Девушка сбавила шаг и осторожно посмотрела в проход – никого.

В конце концов, им ведь не запрещали передвигаться по гильдии? Она шла медленно и вздрагивала от ударов собственных каблуков по каменному полу. В конце коридора ее ждал небольшой зал и тупик. Дверь архива защищали руны. Ная огляделась и достала зеркало.

Спустя пару минут она шумно выдохнула. Потом схлопнула зеркальце и засунула в кожаную сумку. Собравшись идти обратно, она развернулась, но не сделала ни одного шага.

– Потерялась? – спросил Малик.

Она вцепилась в сумку, опустила глаза и поспешила уйти.

– Да стой, я по делу, – сказал Малик и примиряюще поднял руки.

Ная остановилась и поправила прядь волос. Собеседник немного смутился от ее прямого взгляда. Девушка это почувствовала и жалела, что тогда, у моря, она стерпела это унижение.

– Что за дело? – спросила Ная.

– Слышала про сгоревшую почту? – начал Малик, сложив руки на груди.

– Письма? – уточнила она.

– Вся почта сгорела, разве что почтальонов не было, сбежали, видимо, – ответил он.

В его голосе проскальзывала уверенность и чувство превосходства от того, что знает он гораздо больше, чем его очаровательная собеседница. А высокомерия, презрения, которое было тогда, у моря – поубавилось.

– Слышала, – ответила девушка.

– У меня есть гонец, который сможет доставить пару бумажек, завтра вечером я с ним встречусь, – сказал Малик.

Он выждал паузу.

– Тут даже связи нет, не говоря про возможность с кем-то встретиться или куда-то выйти, – разочарованно ответила Ная.

Малик выслушал это на удивление спокойно.

– Не только у тебя папочка знаменит, – сказал он.

Молодой человек вынул из сумки свежий номер журнала «Полдень Миаранда». Дата выпуска – как раз на следующий день после закрытия гильдии.

– Почему ты решил помочь? – спросила Ная.

– Если ты про тот случай, то я остаюсь при своем мнении, хотя и считаю, что погорячился. Определенно погорячился, поэтому хочу извиниться, – сказал он.

Его лицо слегка исказилось, когда он выговаривал эти фразы.

– И поэтому я предлагаю услугу за услугу, мне нужен знак иллюзии. Не волнуйся, я смышленый, за полчаса выучу, – сказал Малик.

Он оперся о стену и с легкой улыбкой ждал решения девушки.

– Подумаю, – ответила она.

Наю одолела вспышка гордости. Улыбнувшись в ответ обескураженному Малику, она пошла обратно по коридору. Он, видно, ждал, что она радостно согласится и побежит его учить.

Девушка была увлечена своими мыслями, когда из-за угла вышел Рикс и едва не сшиб ее.

– Извини, – сухо бросил он и собирался идти.

– Подожди, – внезапно для себя сказала Ная и остановила его за руку.

Рикс удивленно уставился на девушку, которая еще совсем недавно была рада любому предлогу, лишь бы уйти от разговора с ним.

– Твой план… мне кажется, стоит попробовать, – сказала она.

– Ну, да, пожалуй, рад, что ты согласилась, – замялся он.

– Тогда позже встретимся и подумаем, как это все провернуть.

– Хорошо, ну, я пойду, отпустишь? – Рикс кивнул на руку Наи, которая держала его за рукав.

– Да, конечно, – спохватилась девушка и отпустила его.

После этого она направилась в столовую. В ней всегда теплее, чем в других частях гильдии. Воздух пропитан запахом специй, а краснощекая буфетчица разливает зеленое варево по тарелкам.

Ная взяла свою порцию и выбрала стол, где поменьше учеников. Она заметила на себе пару взглядов и предпочла проигнорировать. Ей нужно решить, как связаться с отцом.

– Как же тебя сложно найти! – сказала Джесс.

Она плюхнулась рядом с Наей, держа в руке стакан с мятным соком.

– Привет, – ответила Ная.

– Мне срочно нужна твоя помощь, – шепнула Джесс.

Она покосилась в сторону соседнего столика и придвинулась поближе к подруге. Ная примерно знала, о чем пойдет речь.

– Арист резковат, но вроде как тверд в своих намерениях, – сказала Джесс и после паузы продолжила: – Гардиан более романтичен и в то же время какой-то ветреный. Или легкомысленный… Да, пожалуй, легкомысленный.

Ная подавила улыбку и ответила:

– Выбирай того, кто симпатичней паутинника.

Джесс вздрогнула от воспоминания из детства.

– Я серьезно, что думаешь? – спросила Джесс.

Она кивком указала на столик, где сидели два молодых человека из группы Джесс. Ная, не скрывая, рассматривала их, как однотипные картины в галерее.

– Ты меня так сдашь! – прошипела Джесс и пригнулась к столу.

Она чуть ли не вжалась в подругу и наклонила голову так, чтобы падающие волосы скрывали ее от взглядов.

– Никого, – спокойно ответила Ная.

Она сделала глоток чая и собралась уходить, но Джесс поймала ее за руку.

– Да подожди ты, ну! Кто-то же тебе понравился больше? – спросила Джесс.

– Никто, – снова ответила Ная.

– Ладно, кто тебе не понравился меньше? – не унималась Джесс.

– Слушай, они же друзья, это очевидно. И наверняка поспорили, Джесси, лучше оставь эту затею и давай подумаем о настоящих проблемах. Например, о том, как связаться с родителями, потому что все это начинает пугать, – выпалила Ная.

– Поспорили? Да о чем ты? – удивилась Джесс.

– Поспорили на тебя, – сказала Ная.

– Ты ведь никогда не завидовала! – фыркнула Джесс.

Она допила сок, резко встала и зашагала прочь. Ная не стала ее останавливать.

Комната пустовала, скорее всего, Джесс купалась в любви обожателей. Ная открыла личный дневник и сделала пару записей о том, что случилось.

Ее прервал стук в дверь.

Норз стоял, слегка ссутулившись, с виноватым видом.

– Занятия переносятся? – спросила Ная.

– Проницательна, как твой отец. Сегодня приходи после полуночи, Рикса я предупредил, – сказал Норз.

Девушка вскинула от удивления брови и собиралась спросить, что это значит.

– Знаю, это странно, так надо, пока что. Никому не болтай, – сказал он.

Ректор зашагал прочь. Для Наи градус загадочности достиг предела.

Испытывать лояльность и терпение ректора сама она пока что не хотела. Поэтому думала, кто может помочь. Джесс занята сердечными делами, а Рикс с утра не в духе. Зато он не занят. Она кивнула себе и направилась в противоположное крыло.

Из комнат доносилась болтовня, местами взрывной смех. Похоже, не все еще отчаялись. Или просто счастливы в своем неведении, как выразился Норз утром.

Она постучала в дверь. Пухлый юноша, хохоча, открыл дверь и замолк. Еще пару секунду он глупо улыбался и рассматривал девушку.

– Привет, извини, что отвлекаю, в какой комнате Рикс? – спросила Ная.

Пухлик вздохнул и скрылся внутри, а вместо него вышел Рикс. После утра он успел отойти и был в неплохом расположении духа.

– О, привет, что-то случилось? – спросил Рикс.

– Да, мы изолированы от мира, – съязвила Ная.

– А кроме?

– Норз говорил с тобой? – спросила Ная.

– Да, за полночь теперь занимаемся, мутный он, – ответил Рикс.

Молодой человек потер подбородок и оперся локтем о дверной косяк.

– Надо связаться с родителями и выяснить, что происходит, – сказала девушка.

– Сейчас я возьму сумку, и отойдем, поговорим, – сказал Рикс, потом добавил: – Никуда не уходи, я щас.

Через пару минут они бодро шли по гильдии, чтобы найти местечко, где нет лишних глаз.

– Я уверен, что Норз больше всех в этом замешан, поэтому и злился, понимаешь? Ты тут ни при чем, просто так вышло, – оправдывался Рикс.

Он осторожно коснулся ее плеча, Ная сделала вид, что не заметила этого.

– Может быть, – ответила она.

– Я уже обдумал это, нужно попасть в его подсобку и порыться в бумагах, – предложил Рикс.

– Думаешь, он будет не против? – иронизировала девушка.

– Надо тихо, когда его не будет, защиту мы уберем, думаю, – сказал он.

– Ладно, – согласилась девушка.

Рикс удивленно взглянул на нее.

– Сразу соглашаешься?

– Надо с чего-то начинать. Можно попробовать сегодня после занятий, – предложила Ная.

Какое-то время они общались на отвлеченные темы. Рикс пытался шутить и вел себя достаточно мило. Ная под предлогом того, что ей нужно отдохнуть, отправилась в свою комнату.

***

Ная сидела за столом в своей комнате и читала вырезки из журнала, которые хранила в дневнике. Грэг не примирился с официальной хроникой, поэтому просвещал дочь самостоятельно. Девушка сначала сопротивлялась, потому что полуистлевшие листы журнала трудно читать. Блеклые страницы и выцветший шрифт нагоняли скуку.

А со временем это стало ее любимым занятием.

Чтение прервал стук в дверь. Ная вздрогнула и замерла. Стук повторялся снова и снова. Ная подошла к двери и прислушалась. Шагов отца она не услышала. Почему он не открывает дверь?

Ее сердце забилось сильнее, она вжималась ухом в дверь, чтобы услышать, как отец встал и пошел проверить, кто пришел. Вместо этого она услышала новый стук и отскочила от двери.

– Отец? – позвала девушка.

В ответ тишина. И новый стук: что-то упало в соседней комнате. Трясущейся рукой Ная приоткрыла свою дверь. Гостиная, где обычно жил отец. Где он? Входная дверь снова содрогнулась от стука. Медленно, на носочках, Ная пошла к рабочему столу Грэга. В полумраке девушка заметила, что с подлокотника кресла свисает его рука.

– Папа? – снова позвала девушка.

Он не ответил. Подойдя ближе, она похолодела. Лицо отца исказил застывший в горле крик. Руки покрывали черные нарывы, из которых сочилась сукровица.

– Впусти.

Ная закричала и забилась в угол комнаты. Откуда голос? Отец молчит. В дверь начали молотить, настойчиво, громко. В щель под дверью просачивался черный туман.

– Впусти, – требовал голос, сминая сознание.

Ная сидела в углу, обхватив голову руками. Она прижимала к себе колени и зажмуривалась. Какое-то время было тихо, и она, осмелев, открыла глаза. Только сейчас девушка обратила внимание на едва заметный блеск в руке отца. Он сжимал кристалл, такой же черный, как и мгла, что сочилась сквозь дверь.

Ему нужна помощь. Но ее сковывал страх. Что пряталось за дверью? За тонкой гранью, которая отделяла ее от неизвестного и пугающего.

Она направилась к двери, каждый шаг давался через силу. Вспомнив урок отца, девушка создала защитный знак. Он засиял, и вокруг нее образовалась сфера, как мыльный пузырь.

У двери ее сковала новая волна необъяснимого страха, через пару секунд она поняла, что почти все время слышит сбивчивый шепот: «Впусти… Впусти…»

Громкий стук, казалось, ударил, словно гром. По щекам Наи катились слезы, она протянула руку к двери и прикоснулась к ручке.

– Не слушай, – сказал знакомый голос из-за спины.

Ная медленно повернулась, отец свесился через подлокотник и тянулся к ней.

– Пап? – позвала девушка.

– Не… слушай… – прохрипел маг.

Он повис на подлокотнике и не издал больше ни звука.

Новый удар в дверь, треск. Дерево ломалось там, где крепились петли и замок. Еще один удар – петля звонко пролетела по полу. Ная пятилась в сторону своей комнаты.

***

– Да что с тобой? Ну? Проснись!

Ная увидела лицо Джесс и ее голубые глаза.

– Спасибо, – ответила Ная.

Она стерла со лба пот и откинула спутанные волосы. Сердце еще колотилось. Она осторожно встала у окна. Свежий воздух немного успокаивал. Ная смотрела на водную гладь и луну, которая в ней тонула.

– Кошмар опять? – спросила Джесс.

Ная кивнула.

– Тебе нужна помощь, это же ненормально, так кричать во сне, – сказала Джесс.

– И кто мне поможет? – спросила Ная.

Джесс отвела взгляд и больше ничего не спрашивала. За полночь. Ная решила принять душ, чтобы прийти в себя. Она взяла одежду, полотенце и стеклянный флакон с шампунем. Флакон источал аромат апельсина. Девушка поболтала его. Осталось совсем мало, и новый не сварить без ингредиентов.

– Можешь взять мой, если кончился, – предложила Джесс.

– Спасибо, – поблагодарила Ная.

Через час она пришла на занятия. Девушка постучала и вошла.

– Проходи, проходи, – бросил Норз.

Рикс улыбнулся девушке и вернулся к практике. Есть еще оптимисты в этом месте…

– Сегодня тема непростая. Слушайте внимательно и ничего не делайте без моего разрешения, – сказал Норз.

Он стоял за кафедрой и обводил взглядом двух учеников.

– Милтон не видела? – спросил Рикс.

– Соскучился? – съязвила Ная.

– Странно просто, – ответил Рикс.

Он пожал плечами и стал ждать, что расскажет Норз.

– Знак, который я покажу, получается не у всех и не всегда. Но вы должны хотя бы попытаться. Тренироваться будем друг на друге под моим присмотром, – сказал Норз.

Ректор взял два листка и раздал ученикам.

– Знак не переносится, его надо создавать вручную. Чтобы не терять времени, я уже это сделал, – сказал Норз.

Он покосился в сторону Наи, но ничего не сказал.

– Подавление воли или управление разумом, как вам больше нравится, – сказал Норз.

Рикс переглянулся с Наей.

– Не делайте такие лица, мало кто может удерживать контроль дольше нескольких мгновений. Но это немало. Хорошо, если вы немного знаете свою цель. Отождествите себя с ней и выдайте свои желания за ее. Поверьте в это. Потом вызывайте знак и быстро, как молния, хлестко, как хлыст, вбивайте в голову цели только одну мысль, – проговорил Норз.

На его лбу проступили вены.

– Это может быть то, что можно успеть сделать за один миг. Когда грозит опасность, вы сможете отвести от себя удар или посеять смуту в рядах врага, – добавил Норз.

– А защита есть? – спросил Рикс.

Норз несколько секунд смотрел на молодого человека, прежде чем ответить.

– Надежной не существует, но регулярная тренировка воли, очищение головы от мысленного мусора помогает выработать некую устойчивость к столь опасной магии, – ответил Норз.

– Но как очистить голову от мысленного мусора? – уточнил Рикс.

– Любой учебник по медитации и концентрации из библиотеки гильдии поможет.

– Медитация?

– Именно.

Молодой человек больше вопросов не задавал.

– Теперь практика, я проникну к вам в голову, чтобы вы запомнили это мерзкое ощущение. В будущем это может помочь, – сказал ректор.

Ная поправила волосы и сложила руки в замок, а Рикс постукивал пальцами по столу.

Норз несколько секунд смотрел на девушку. Ная резко вздохнула, словно ухнула в ледяную воду. А через секунду перед ней сверкал знак «яд». Ректор отвел взгляд, и знак потух. Девушка словно очнулась, посмотрела по сторонам и на ректора.

– Что почувствовали? – спросил он.

– Головокружение, потом темноту и холод, – ответила Ная.

Норз закивал и добавил:

– Запомните это ощущение.

Потом он проделал то же самое с Риксом.

– Теперь потренируемся, идемте, у нас полчаса, – сказал ректор.

Ученики тренировались, но вместо подавления воли они вызывали то головокружение, то помутнение сознания. Норз пристально смотрел, сжимал сухой кулак и ждал результата.

– Хватит, отдохните, – сказал ректор.

Ученики обессиленно плюхнулись на стулья, Рикс утер пот со лба.

– И правда сложно, – сказал молодой человек.

Норз ушел в подсобку и закрыл за собой дверь.

– Интересно, зачем нам это нужно? – шепотом спросил Рикс.

– Защищаться? – спросила Ная вместо ответа.

Ей казалось, она уже не первый раз слышит такой вопрос.

– Ничего не получилось, а сил уже нет, – возмущался Рикс.

– У нас еще дела, – напомнила девушка.

Рикс глазами показал на дверь и замолк, через несколько секунд вышел Норз.

– Надо верить, что вам это нужно. Верить так, словно это уже произошло. На сегодня все, отдыхайте, – ответил Норз.

Он открыл дверь кабинета и побрел прочь.

– Во сколько завтра приходить? – спросила девушка вдогонку.

Ректор сбавил шаг и буркнул что-то про утро, а затем побрел дальше. Ученики решили притвориться, что уходят, и пошли в сторону центральной лестницы. Они сделали небольшой круг и вернулись. Кабинет был в тупике, поэтому здесь ученики не ходили. Молодые люди некоторое время подождали, прислушиваясь к шорохам.

– Жди полчаса и уходи, если не выйду, – сказал Рикс.

– К чему такой трагизм? Мы просто идем в кабинет к ректору, – ответила Ная.

Рикс пожал плечами и открыл дверь. Ная облокотилась о стену и закусила губу. Через пару минут Рикс выглянул, девушка вздрогнула.

– Там руны, посмотришь? – спросил он.

Девушка зашла в кабинет и осмотрела дверь. Точно такую же защиту использовал ее отец на входной двери.

– Удачное совпадение, – сказала Ная.

Она провела филактерией по контуру двери, руны начали мерцать и через мгновение потухли.

– Круто! – восхитился Рикс. – А какое совпадение?

Ная отмахнулась и поспешила выйти. Пару раз по коридору слышались шаги, и девушка молилась всевышней, чтобы ученикам и учителям хватило ума не заворачивать в этот тупик.

Каждая секунда невыносимо растягивалась. Разговор, который она вновь услышала в коридоре, только нарастал. Может, показалось? Совсем скоро она услышала отчетливый стук шагов, голоса Норза и женщины. Ная резко открыла дверь и крикнула Риксу, что пора убираться.

– Быстрее, верни руны, как были, придется в следующий раз прийти, – ответил Рикс.

Ная без лишних слов провела филактерией и заблокировала дверь, затем они быстрым шагом пошли прочь.

Они остановились за углом.

– Стой, – прошептал Рикс.

Ная остановилась и вслушивалась в разговор.

– Да ты никак рассудком тронулась?! – едва сдерживал негодование Норз.

– Отнюдь нет, дорогой Норз, это единственное разумное решение, в противном случае ты и сам знаешь, что может случиться, – спокойно отвечала Абигейл.

– Ты же могла предупредить еще до телепорта, какого же хрена? – не унимался Норз.

– Если бы в этом был резон, то непременно. Думаешь, что в Миаранде сейчас безопасно? Если ты помнишь, у нас тут сынок мэра и дочка великого мага, которых мы тихонько спрячем и увезем подальше, пока все не утихнет, – твердо ответила Абигейл.

– Ты должна рассказать все преподавателям и послать весть в Миаранд, Абигейл, – настаивал Норз.

– Это исключено, никто не должен знать. Иначе резни не избежать, я и так сильно рискую. Делай что должен, об остальном я позабочусь, – ответила Абигейл.

– Проклятье. И ведь уже ничего не сделать… Будь осторожнее, едва ли им можно верить, – едва слышно сказал Норз.

– Верь мне, все будет хорошо, а чтобы тебе было спокойно, пусть это побудет у тебя, – ответила Абигейл, затем вложила в руку Норза амулет с оранжевым камнем.

– Мне спокойнее, когда он у тебя. Так я меньше переживаю, – возразил Норз.

– Я чувствую, что так надо. Пожалуйста, доверься моей интуиции, – сказала Абигейл и легко коснулась ладонью щеки Норза.

Норз убрал амулет в карман.

Они постояли пару мгновений и разошлись в разные стороны.

– Пошли, – тихо скомандовал Рикс.

Они прошмыгнули в соседнее крыло гильдии.

– Подожди, там ведь женские комнаты, – удивился Рикс.

– У нас с Джесс двухместная комната, не мне же к тебе идти, – ответила Ная и, не дожидаясь Рикса, двинулась к своей комнате.

– Но я же не могу… – замялся Рикс.

– Как хочешь, – не оборачиваясь, ответила Ная.

Рикс, преодолевая стеснение, все-таки двинулся следом.

– А где твоя подруга? – спросил Рикс, робко заглядывая в комнату.

– Наверное, в гостях. Да заходи ты уже, не стой там, надо ведь обсудить все, что мы слышали, – сказала Ная.

Он, оглядываясь, зашел в комнату и встал посередине. Ная устроилась на подоконнике и рассматривала пейзаж за окном. Пару минут висела тишина.

– Получается, ничего хорошего можно не ждать, – начал Рикс и медленно подошел к окну.

– И ты был прав насчет Норза, но, оказывается, все куда серьезней. Абигейл все знала изначально, и теперь одной всевышней известно, что будет дальше, – рассуждала девушка.

– Попробуем еще раз пробраться в кабинет, может, что из его бумаг узнаем, – сказал Рикс и осторожно уселся на край подоконника.

– Снова расспроси его, уже не отвертится, – устало проговорила Ная и потерла глаза.

– Радует, что тебе хотя бы ничего не угрожает, – сказал Рикс.

– С чего бы? – удивилась Ная.

– Ты же слышала, что Норз должен тебя и еще этого придурка Малика вывезти, – ответил Рикс.

– Если бы у них шло все по плану, вряд ли Норз так нервничал бы, – ответила девушка.

– Так, может, и не стоит беспокоиться, и ты скоро окажешься подальше отсюда? – предположил Рикс.

– Хочешь сказать, что я с удовольствием воспользуюсь привилегией своего знатного рода и выброшу из головы все остальное? – Ная перестала изучать пейзаж за окном и теперь пристально смотрела на Рикса.

– Да нет, извини, я другое имел в виду. Я, скажем так, наоборот был бы рад, окажись ты в безопасности, – промямлил он.

Ная прислонилась головой к стеклу и прикрыла глаза.

– Ты отдыхай тогда, я пойду. Завтра снова навестим Норза, – тихо сказал Рикс и собрался уходить.

– Почему раньше-то не звал на свидание? Мне просто интересно, – спросила Ная сквозь сон.

– Свидание? Я разве звал тебя на свидание, нет же вроде, – потерялся Рикс.

– Погулять в парке – это похоже на свидание, Рикс, если ты не знал, – терпеливо поправила девушка.

– Ну, если честно, я как-то побаивался твоего отца, сама понимаешь. У меня ни рода, ни выдающихся способностей. Мне как-то мать говорила, еще до того, как заболела, что я посредственность, каких свет не видел, и удел мой – тезийная шахта. Это она так злилась, что отец ушел, а ей меня растить пришлось. Но в чем-то ведь она права, – рассказал Рикс.

– Кажется, с шахтой она промахнулась, да и Норз тебя хвалил, – улыбнулась Ная.

– Всегда хочется доказать обратное тем, кто в тебя никогда не верил, – сказал Рикс.

– Ну, до завтра.

– Да, я только сумку возьму, – Рикс вернулся к подоконнику с сумкой в руках и быстро коснулся губами щеки Наи.

Она мгновенно проснулась, и Рикс еле увернулся от просвистевшей в сантиметре от его лица ладони. Еще до того, как Ная опомнилась, он уже выбежал из комнаты.

Не в силах об этом думать, девушка пошла спать. Утром Джесс так и не вернулась. Закончив со всеми приготовлениями, Ная двинулась в столовую, где Рикс от нее таки отхватил.

– Да за что! – возмутился он.

– За вчера, когда занятия? – спросила она.

– Через полчаса, можем выдвигаться, – ответил Рикс.

Несмотря на резкое приветствие девушки, он едва сдерживал улыбку. Занятия прошли так же скучно, как и в прошлый раз. На этот раз они выждали, пока Норз уйдет, а затем вернулись.

И снова шаги. То ли Норз чувствовал, что ученики хотят порыться в его вещах, то ли им просто не везло. Ная позвала Рикса несколько раз, но тот упорно молчал и не выходил. Уходить отсюда некуда, тупик, поэтому девушка вошла в аудиторию и снова позвала Рикса.

Ответа нет. Она громко постучала в дверь подсобки, ректор идет в их сторону. В панике она бросилась в другой конец аудитории, где стоял шкаф с филактериями и книгами.

У нее была маленькая надежда остаться незамеченной. Шкаф не слишком глубокий, но и она худенькая. Что за глупая мысль в такой момент? Она вжалась в стену за шкафом и часто дышала. Дверь распахнулась.

– Секунду, свет зажгу, – проговорил Норз.

Девушка зажмурилась и перестала дышать. В глазах темнело. Хотелось воздуха. И очутиться подальше отсюда. Она даже через шкаф почувствовала взгляд ректора. Девушка мечтала просочиться сквозь стену, лишь бы ее не нашли.

Плохая, отвратительная идея припереться сюда. Еще и во второй раз, после того, как их чуть не застали здесь.

– Секунду, какой-то инертный тезий, – сказал Норз.

Он сделал еще пару шагов в сторону девушки и зажег свет.

Ная почувствовала пелену на глазах. Несколько раз моргнула, пелена не исчезла. Она позволила себе выдохнуть, потому что ректор ее не заметил, а значит, есть шанс…

– Проходи, – сказал Норз.

Спутница Норза медленно зашла в кабинет и расположилась за кафедрой, ректор облокотился на стол напротив.

– Как продвигается? – спросила Абигейл.

– Все по плану, но ты же сама видишь, что ученики волнуются, – ответил Норз.

Абигейл приехала вчера, и никого об этом не предупредили. Но сейчас важно другое – уйти незамеченной. И чтобы Рикс не додумался вылезти.

– Я слышала, что Грэгориану не сидится спокойно, насколько он опасен? – спросила Абигейл.

Норз некоторое время помолчал.

– Опасен? При всем уважении, Абигейл! Это не он опасность, – ответил Норз.

– Мы это уже обсуждали, если никто не будет лезть, все будет хорошо, и никто не погибнет, – сказала Абигейл.

У Наи по спине прошелся холодок от голоса Абигейл. Пока еще смутно, но Ная начинала догадываться, о чем они говорят.

– Выскочки не видно? – спросила Абигейл.

– Он до сих пор угрожает мне своим папой-мэром, а я еще его и спасать должен, – ответил Норз.

– Связи все равно нет, пусть угрожает, сколько хочет, – сказала директор.

– Подозреваю, у него есть, – тихо проговорил Норз.

– Так сложно поставить на место одного зарвавшегося юнца? – возмутилась Абигейл.

– Смею напомнить, кто папа этого юнца, который, к слову, сделал возможным весь этот дерьмовый план, – еще тише проговорил Норз.

Абигейл издала что-то вроде сдавленного рыка.

– Полегче, дорогой, – сказала директор.

– О, поверь, это еще очень легко, – ответил ректор.

– Нужно лишь выиграть время.

– Хорошо, а теперь давай сходим поедим, я уже вторые сутки не сплю и горбачусь ради этого… плана? – спросил Норз.

– Сначала посмотрим, как наши успехи, – ответила Абигейл.

Она зашагала в сторону подсобки.

– Ночью там зябко, не хочу, чтобы ты простыла, – возразил ректор.

– Трогательно и неуместно, идем, – настояла Абигейл.

В следующую секунду Ная снова зажмурилась и перестала дышать. Дверь распахнулась, и повисла пауза.

– Здравствуйте, директор, – промямлил Рикс.

– Юноша, вы знаете, что подслушивать плохо, а еще хуже копаться в чужих вещах, тем более, вещах ректора гильдии? – ответила Абигейл.

– Я пониманию, как это выглядит, но библиотека настолько скудна, а мне очень нужны знания, клянусь, я спросил разрешения ректора Норза, – протараторил Рикс.

Абигейл вопросительно взглянула на ректора.

– Вздор, – рявкнул Норз.

– Простите, я… – начал оправдываться Рикс.

– Ваш синдром отличника похож на помешательство, юноша, я же сказал, что знания нужно получать последовательно, и, когда придет время, я сам скажу, что и когда вам читать, вы хоть понимаете опасность того, что содержится в этих материалах? – Норз перешел на крик.

– Простите, такого больше не будет, я ничего не взял, клянусь, – лепетал Рикс.

Его голос звучал жалко, он чуть ли не всхлипывал. Ная почувствовала легкое отвращение, но прекрасно понимала, зачем он это делает. Находчиво, сработает ли?

– Это недопустимо, юноша, если у вас не получается сотворить знак, больше тренируйтесь, а не лезьте в дебри науки, вы же себя убьете так! – снова кричал Норз.

– Больше не повторится, – ответил ученик.

– Что ж, похвальная тяга, но пусть отныне она не граничит с безумием. А чтобы закрепить это понимание, предлагаю пройти втроем для разъяснительной беседы, – тихо сказала Абигейл.

– Конечно, да, спасибо, – снова бормотал Рикс.

Первой вышла Абигейл, потом Рикс, за ним Норз. На пару секунд он задержался под предлогом погасить свет. Внутри подсобки щелкнул неизвестный механизм.

Ректор закрыл за собой дверь, и Ная выдохнула. Ее блузка прилипла к холодной стене. Ная утерла лоб и откинула волосы. Девушка пыталась надышаться и унять дрожь в руках.

Она убедилась, что шагов не слышно. Медленно, как кошка, Ная кралась в сторону выхода. Трудно поверить, что ее не нашли. И уж никак нельзя это испортить. Около двери валялась смятая бумажка. Ная заметила ее только потому, что случайно пнула мыском туфельки.

Девушка развернула листок – пусто. На всякий случай она провела по нему филактерией, после чего на нем проявились слова, написанные рваным почерком: «Беги, ход тут, руны».

Девушка подошла к двери подсобки. В ней боролся страх, что ее обнаружат. Вышло бы весьма глупо. Страх неизвестности перед тем, что рассказывала Абигейл и тем, что скрывается внутри. Что нашел Рикс? Что он успел узнать за эти несколько минут? Соблазн так же силен, как и страх.

Она стояла перед дверью. Решить надо сейчас.

## Глава 5

Захватчиков, тех немногих, кого удалось взять в плен, допрашивали в Бастионе. Ужасные крики долго слышались из недр подземелья. Однако стоит заметить, что подобные зверства направлены исключительно и только на благо Миаранда. Опасность же может быть и в том, что на поражении своем они не остановятся и учтут ошибки в будущем.

«Архив допроса специального отряда Бастиона»

– Ну что, господа, возражений не имеете? – спросил предводитель головорезов.

Его подельники вальяжно ходили по трактиру, один из них перегородил дорогу молоденькой официантке. Девушка тряслась от страха и прижимала к себе тарелки. Они предназначались Зорди и Грэгу.

– Значит, сам император разрешил вам быть грязными свиньями? – вежливо спросил Грэг.

Главарь с хрустом свернул лист и спрятал в набедренной сумке. Он сделал пару шагов навстречу Грэгу.

– Хочешь, наверное, чтобы тебя запомнили молодым? – спросил он.

Его подопечные хохотнули.

– Грэг, нечисто тут, – тихо сказал Зорди.

– Слушай друга, колдун, – сказал кто-то из головорезов.

– Пивка, еды и ту красотку, а если нам понравится, пошлину скинем, – сказал предводитель.

Грэг видел округлившиеся глаза официантки и животный взгляд того головореза, что притянул ее к себе. Еще двое жадно шаркали по ней глазами. Главарь смотрел высокомерно на мага и трактирщика. Смотрел, как хозяин.

– Сейчас принесу пиво и еду, оставьте девушку, – сказал Зорди и добавил после паузы: – Пожалуйста.

– Не боись, не сломаем, – ответил ему головорез.

Зорди скрипнул зубами, но отложил оружие. Грэг стоял неподвижно. Воздух начинал потрескивать рядом с ним, давая понять, что сверхъестественные силы только и ждут команды мага. Он мог бы выпотрошить их одним мощным всплеском энергии.

– Колдун пусть поможет пиво разнести, а потом валит отсюда, – сказал главарь.

По его кастету снова пробежали искорки – руны активны.

– Не обижу, идем, – подгонял официантку головорез.

Девушка всхлипывала, но подчинялась. Проходя мимо Грэга и Норза, она бросила взгляд на хозяина трактира. Зорди отвернулся. Грэг лихорадочно соображал, его слегка покачивало, и на лбу проступила испарина. Слабость. Болезнь. Но это не делало его менее опасным врагом.

С тех пор, как закончилась война, магу никто и ничего не приказывал. Никогда. Даже когда он выполнял задания с доски объявлений. Просили вежливо, платили больше. А тогда, двадцать лет назад, когда враг узнавал, с какого фланга идет авангард Грэга, появлялись дезертиры.

– Знаешь историю про самоубийства в Бастионе? – неожиданно спросил Грэг у главаря.

Все, включая Зорди, уставились на мага.

– Какая к черту разница? – спросил главарь, впрочем, удивившись.

– Пленники, их ведь почти не осталось, когда война закончилась, – спокойно пояснил маг.

– Да насрать нам, вали, а? – обозлился головорез.

– Каждый день я обходил камеры, а через несколько часов они вешались, резались, топились в собственном дерьме! – рявкнул Грэг.

Его руки била мелкая дрожь, зрачки расширились. Девушка поежилась, головорезы переглянулись и взялись за оружие.

– Старина, не надо, они же потом придут, – взмолился Зорди.

Маг не удостоил его взглядом.

– Ты тупой или забывчивый? – спросил главарь.

Он резко достал лист с печатью императора и тряс им перед носом Грэга, словно это единственное, что защищало его от неминуемой гибели. Взгляд мага вспыхнул.

Зорди бормотал просьбы уйти. Всхлипы официантки затихли, когда ее утащили наверх. В комнаты для постояльцев.

– Твари, – прорычал маг и пошел к выходу.

Зорди побрел на кухню. Через несколько минут он вынес две кружки холодного пива.

Далеко маг уйти не успел.

На улице раздались тяжелые шаги целого отряда. Стражники с опаской взглянули на мага. Потом озвучили ему обвинение в неповиновении императорской воле и повели в Бастион. Стало быть, головорезы подстраховались.

Долгая беседа. Напряженная. Грэг едва сидел на стуле. Внимать объяснениям мага никто не стал. Правда была так или иначе на стороне головорезов, которые трясли императорской грамотой.

– Если бы свидетель ваш прямо сейчас тут был, обошлись бы условностями. А раз нет, придется вам с дознавателем говорить. Четверо подтвердили, что вы на них напали, понимаете? А головорезы или нет, не нам решать. Грамота есть грамота! – заключил тупой стражник.

– Если бы я на них напал, они бы ничего вам подтвердить не смогли, – ответил маг.

Стражник вздохнул и сделал жест рукой, после которого Грэга повели в камеру.

Тело отзывалось дрожью на холод подземелья. Грэг потянул сырой запах и прислушался к разговору в коридоре. Обсуждали недавний побег. Получается, никто ничего не слышал. Если уж Карим не взрывал камеру, значит, купил здесь половину стражи. Или кого-то повыше. Грэг даже не удивился, потому что знал – Карим сбежит, рано или поздно. Но он оставался единственным, кто знал о портале в мир захватчиков. Вот только теперь какой от этого прок.

Грэг бывал в Бастионе десятки раз, но впервые сидел по другую сторону решетки. Чтобы унять дрожь, он обхватил себя руками.

Грязные ублюдки, Зорди, девушка. Ненависть все еще слепила, разбиваясь о бессилие. Маг уже дважды пожалел, что не размазал их ровным слоем по стенам трактира. Когда этот город прогнил? Грэг тут главный. Не мэр, не император. Он спас их всех, а теперь эти мрази…

Дрожь била с новой силой, а пот заливал глаза.

Лязгнул замок, протяжно скрипнула дверь.

– Вставай, пошли, – приказал голос.

Конвоир вел его в комнату допроса, Грэг опирался о стену и тяжело дышал.

– Заразный, что ль? – спросил конвоир.

– Конечно, – ответил Грэг.

Человек в броне скривился и, вопреки указаниям к сопровождению, немного отстранился. Возможно, он не считал мага серьезной опасностью. Мага, который с трудом ходит.

Грэга приковали к железному столу и приказали сесть. Маг сразу отметил, что таких, как он, сюда часто не приводят. Защиты от магии нет.

Напротив задержанного сел дознаватель. Человек его возраста с короткой стрижкой. Он несколько секунд изучал документы и слегка наклонил голову. Потом перевел взгляд на мага, затем на его кандалы и недовольно скривился.

– Меня зовут Салд. Вы же герой войны, господин Грэг? – спросил дознаватель.

Грэг кивнул.

– Зачем вы напали на посетителей господина Зорди? – спросил Салд.

– Ложь.

– Разве?

– С каких пор бумажка уничижает мои слова?

– Не думаю, что такая формулировка уместна.

– Самый раз.

Салд замолк на пару минут и записал ответы в материалы. Грэг заметил, что он использовал обычное перо и чернильницу, в то время как почти все пишут с помощью филактерий. Есть даже специальный писчий вариант, когда небольшой ее фрагмент встраивают в стержень.

– И все-таки, к чему этот дебош?

– Если вы были там, то, вероятно, не заметили никакого дебоша.

– Мне доложили стражники.

– Какое удачное совпадение! И шли они как раз в то время, когда я уходил. Кстати, а кастет с рунами – подарок императора? Вместе с грамотой достался?

Дознаватель отвел взгляд, а Грэг сжимал и разжимал кулаки, чтобы руки не затекали в тугих оковах.

– Кто может подтвердить ваши слова?

– Вы и так знаете.

– Господин Зорди сообщил, что это была попытка побора, а девушку мы так и не нашли.

Грэг вздрогнул.

– Он боится.

– Он ведь ваш друг?

– Боится, что они вернутся.

– У этого есть причины?

– Их наглость и уверенность.

Салд встал и подошел к магу.

– Что вы знаете, господин Грэг?

– Что у нас скоро будут проблемы.

– Поясните.

– Из старого портала сочится чума, а это значит, что портал отчасти работает. Но это также значит и то, что одной чумой дело не закончится.

Он кивнул на свою руку, Салд застыл в нерешительности. Потом все-таки отодвинул рукав мага. На предплечье чернели две язвы. Дознаватель отшатнулся.

– Это чума?

Грэг кивнул в ответ.

– Она заразна?

– Не знаю, но эпицентр точно заразен.

– Мне нужно доложить об этом.

Грэг понял, что это надолго, и мысленно застонал. Его снова отвели в сырую камеру.

На показания Зорди рассчитывать не стоит, разве что его совесть сожрет. Официантка. Проклятье. Грэг пока отгонял эту мысль.

Связаться с Алакордом, чтобы он передал «живитель» и помог выйти отсюда?

Он прислушался – у камеры никого. Грэг достал квадратный футляр с зеркалом, чтобы передать сообщение другу.

Маг открыл футляр и чертыхнулся. Зеркало покрывала сетка трещин. Когда он успел его раздавить? Осталось надеяться, что получится передать хотя бы голос. Алакорд ответил не сразу.

– Еще раз, где ты?

– В тюрьме!

– Что ты там делаешь?!

– Сижу! Захвати у меня дома со стола флакон, там розовая жидкость.

– За что?

– За серийное убийство, конечно, проклятье, Алакорд, потом расскажу!

– Убийство?! Всевышняя, Грэг!

– Ты каждое слово повторять будешь?

– Я скоро.

Грэг утер пот со лба засаленным рукавом и понял, что выглядит не лучше бездомного на паперти. Болезнь и мысли о возможном вторжении, а в особенности мысли про Анну, заполнили его сознание. Еще та девушка… Успокаивала лишь надежда на то, что Ная далеко и в безопасности.

Маг стал изучать стены. Каменная кладка, плесень, кровь…

Снизу, на правой стене, бордовое пятно и обрывки волос. Узник не принял участи. Маг поморщился. Хорошо еще, что его не посадили в крыло, где держали Карима.

Долго сидеть в одиночестве не пришлось. Вскоре дознаватель вернулся и без стражи проводил его в комнату допроса.

– Что вы знаете про пленника, который сбежал накануне?

Грэг решил, что враньем доверие не завоевать.

– Да Карим еще более знаменит, чем я. Он наверняка этого ждал и знает больше, чем мы с вами.

– После вашего посещения он убивает охранника и незаметно скрывается. Никто ничего не видел. Вы не находите это странным?

– Нет.

Дознаватель нахмурился и сделал запись на листе, который остался с прошлого допроса.

– О чем вы говорили?

– У меня есть подозрения, что портал скоро откроется, поэтому я спрашивал его о рунах, которые его открывают. Как вам известно, это, возможно, последний захватчик, который у нас был в плену со времен войны.

Салд снова сделал запись и посмотрел на Грэга, проверяя сказанное на правдивость.

– Допустим, он расценил это как знак от своих сторонников и устроил побег, но сам бы он не сбежал, значит, ему помогли, следовательно, сторонники есть. Теоретически, это могли быть вы, чтобы выведать сведения.

– Нужно быть идиотом, чтобы так себя подставить. Он давно предлагал мне такую сделку, как видите, сбежал он только сейчас.

– Тоже верно. Что вы еще о нем знаете?

Грэг коротко пересказал историю о том, как он стал свидетелем похода стражника к сомнительному человеку.

– Наверху мрачные настроения, приезжие купцы оттесняют местных, причем не совсем понятно, откуда именно они приезжают. А сведения от нас тщательно скрывают. Тут я узнаю про чуму, которая подействовала на вас, но как скоро она распространится дальше? Потом эти неизвестные, которые вас сюда… – Дознаватель слегка оговорился и замолк.

Грэг понял, к чему он клонит.

– Я мог бы попробовать узнать больше, – сказал маг.

– Поймите правильно, я вас уважаю, но отпустить пока не могу, – ответил Салд.

– Начните эвакуацию, если чума распространится на близлежащий район, будет поздно. Лекарства ведь у нас нет. А город, охваченный чумой, завоевать гораздо проще.

Салд помрачнел и глубоко вздохнул. Потом сделал новую запись, поскрипывая пером.

– А то, что вы принимаете, ее как-то сдерживает?

– Дает немного сил. Это «живитель». Тот, кто его варил, теперь ушел на пенсию, если можно так выразиться, – ответил Грэг.

– Я пошлю запрос в лабораторию императора вместе с образцами. Пусть начинают разработку лекарства параллельно с вами, надо спешить.

– Дайте лист, – попросил Грэг.

Дознаватель удивился, но выполнил просьбу и протянул ему бумагу.

Грэг нацарапал несколько слов и протянул листок обратно. Салд пробежался глазами и кивнул. В комнату вбежал запыхавшийся стражник.

– Господин Салд, имперские агенты хотят вас видеть! – протараторил он.

Конечно, при его габаритах такие забеги были сродни рекорду. Салд велел стражнику отвести мага обратно в камеру, а сам скрылся за дверью. Грэг вздохнул и побрел обратно. По пути он почувствовал чудовищную слабость и едва не размозжил себе лоб о каменные ступени.

Он оперся на конвоира, который помог ему встать. Когда он остался один в камере, то, не брезгуя, развалился на затертом матрасе и глубоко дышал. Если Алакорд не принесет «живитель» в ближайшее время, чума начнет побеждать.

Тягучие минуты ожидания наводили мага на разные мысли, вплоть до того, чтобы просто взорвать стену и что есть сил помчаться подальше от этого места. Грэг вспомнил Карима. Он просидел в каменном аду двадцать лет и сохранил способность мыслить.

Грэг не мог выдержать здесь ни одной лишней минуты. Он тяжело дышал, вставал и вцеплялся в решетку. Сжимал ее, пока костяшки не начинали белеть, рычал и падал без сил. Маг чувствовал, как сочатся нарывы, рукава его рубашки уже разукрасили уродливые кляксы.

Его разбудил разговор.

– Алакорд?! – спросил маг в тишину.

– Он наверху, – ответил дознаватель.

Грэг прильнул лицом к холодным решеткам, Салд отшатнулся.

– Вы как? – спросил дознаватель.

Маг кивнул.

– Ваш друг внес залог, но, боюсь, есть проблемы, – признался Салд.

– Мне нужно разобраться с чумой, – прошептал маг.

– У вас мало времени, – сказал Салд.

Он открыл скрипучую дверь и взял мага под руку. Грэг с трудом поспевал за ним. Наверху их ждал Алакорд, он ходил из стороны в сторону. Охранника с поста отослали.

– Держи, – сказал Алакорд.

Он протянул флакон с розовой жидкостью. Грэг вырвал зубами пробку и сделал два глотка.

– Быстрее, – торопил Салд.

Он распахнул дверь и указал на карету. Грэг не стал ничего спрашивать, спотыкаясь и опираясь на друга, он вырвался наружу и первым делом наполнил легкие свежим воздухом. Он жадно вдыхал его и широко улыбался.

Алакорд помог ему залезть в карету, извозчик погнал лошадей.

– Тебе лучше уехать, Грэг, я договорился с капитаном небольшого корабля, он держит курс на колонию и сможет незаметно переправить тебя на Сколдинги, – сказал Алакорд.

Грэг отрицательно покачал головой.

– Ты не можешь остаться, я едва убедил дознавателя, что ты единственный понимаешь, что происходит, не говоря о том, сколько пришлось отсыпать ему золотых, – объяснил Алакорд.

– От чумы не откупишься, – ответил Грэг.

Его друг только всплеснул руками и до конца поездки смотрел в окно. Карета остановилась у портала, через который когда-то переходили будущие ученики гильдии.

– Зачем мы здесь? – спросил Грэг.

– Уходи, Грэг, сейчас я еще могу тебе помочь в этом, – ответил Алакорд.

– Слишком много совпадений, я нужен тут, к тому же, Салд ждет помощи, – сказал Грэг.

– К землеройкам Салда, это уже не твоя, да и не наша война! – воскликнул Алакорд.

– Чума так и так меня добьет, если с ней не разобраться, – тихо сказал маг.

Некоторое время царила тишина, изредка нарушаемая возгласами глашатая на площади и гомоном прохожих.

– Думаешь, все будет как тогда? Соберется целая армия под твоими знаменами, может быть, еще и Анна вернется? Ты же сам видишь, как все поменялось, кто знает, может, ты и вовсе один будешь сражаться. Это, конечно, будет похвально, только смысл? – спросил Алакорд.

Он смотрел магу прямо в глаза.

– Не просто сражаться, а сражаться ради того, что для меня дорого, – ответил маг.

– У тебя есть выбор, друг, я отправляюсь на Сколдинги завтра. А сейчас мои люди едут забрать из гильдии Джесс и Наю, все будут в безопасности, – уговаривал его Алакорд.

Грэг положил руку ему на плечо. Собрался что-то сказать. Промолчал и побрел вдоль улицы.

– Хватит играть в бога, на тебе Миаранд не держится! – крикнул Алакорд ему вслед.

Маг шел не оборачиваясь. Как действовать дальше? За спиной послышался хлопок. Портал перенес Алакорда. Грэг остановился на мгновение, но затем пошел дальше.

Заявляться к себе домой рискованно. Но Салд ждет результат, чума может начать убивать, а в Миаранде отчетливый привкус заговора. Грэг еще не видел перед собой четкого плана действия, но точно знал – воин сейчас из него дерьмовый. Это нужно исправить.

Он наблюдал за своим домом. Постепенно опустели улицы. Полумрак скрадывал силуэты людей, а фонари рисовали мерцающие тени.

Маг навел на себя иллюзию и проскользнул к своему дому. Как удачно, что вход у него был со двора. Он потянул дверь и едва успел отскочить. Она просто грохнулась на пол перед его ногами.

Из вместилища тут же появился бледный кот-фамильяр и жалобно замяукал, бегая вокруг ног хозяина.

– Сейчас, сейчас, это тебе на несколько дней, все сразу не ешь, – сказал Грэг.

Он достал из ящика стола мелкие кристаллы, затем раскрыл вместилище фамильяра и положил их в него. Кот довольно муркнул и устроился на стуле у рабочего стола.

Пол устлали книжки и листы для записей, мебель перевернули, а один ящик разломали на части. Наверное, искали тайник. Маг решил не задерживаться надолго. Он покопался в книгах и взял две, с затертыми корешками.

Еще нужны реактивы. Грэг ругался вслух, потому что большую часть колб и склянок разбили, а реактивы разлили. Он взял те, что уцелели, и сложил их в сумку.

Маг позволил себе некоторое время рассматривать портрет Анны над столом. К счастью, его трогать не посмели, хотя и проверили, нет ли за ним тайника. Грэг заметил, что рамка сдвинута на сантиметр.

Он смотрел, пытаясь запомнить каждый миллиметр холста. За двадцать лет маг так и не пришел к однозначному выводу, что выражал этот взгляд из-под тонких линий бровей.

Маг проверил комнату Наи, в которой царил такой же хаос. Это разозлило его, вещи дочери разбросали, мебель разворотили. Он зло оттолкнул стул и подошел к шкафу. Изрядно попотев, он все-таки его подвинул. Затем коснулся рукой плитки на полу и, услышав щелчок, вернулся в свою комнату.

Каменный блок за камином отъехал в сторону, Грэг забрал пыльный сундучок из темного дерева.

– Я скоро вернусь, присматривай за домом, – сказал Грэг коту.

Тот засиял чуть ярче в ответ.

Вздыхая, Грэг вышел из дома, чтобы найти извозчика.

Маг выбрал не слишком известную гостиницу в районе одноэтажных домов. Расплатившись с извозчиком, он толкнул дверь с облупившейся краской. Звякнул колокольчик, а из-под дубовой стойки вырос слащавый администратор.

– Доброй ночи, мне нужен номер на пару дней, – сказал маг.

– Доброй-доброй, господин Грэг! – ответил администратор.

Впервые мага передернуло от того, что его сразу узнали.

– Ваш ключ, проходите, пожалуйста, первый поворот налево, вторая дверь, если вдруг будут вопросы – зеркало в номере! – протараторил он.

Грэг поблагодарил администратора, взял тонкую плитку с узором и пошел к себе.

Он прислонил ключ к узору на двери и толкнул ее.

Кровать, тумбочка, стол, стул, шкафчик. На тумбочке небольшое зеркальце. Закрыв дверь, маг усилил замок своим знаком. Затем убрал зеркало с тумбочки в ящик и растянулся на кровати.

Дешевые ткани, как правило, не отбеливали, поэтому постельное белье недорогих гостиниц и трактиров имело серый оттенок. Но оно было чистым. И сухим. После кушетки в Бастионе – словно императорские покои.

Голод напомнил о себе урчанием в животе. При гостинице была небольшая харчевня с приятными ценами, чего нельзя сказать о еде. Но сейчас это не важно.

Он принял душ, затем вернулся в номер и закрыл ставни. Пару часов маг посвятил тому, чтобы освежить знания по алхимии и зельям. Затем приступил к первому эксперименту, на который ушли все уцелевшие реактивы.

Мерзкая смесь булькала и пахла навозом. Сделав записи в дневнике, маг глотнул напиток.

Грэг едва смог поставить склянку на место, потому что сразу закашлялся и схватился за горло. Он пожалел, что в номере не оказалось воды, перетерпев это, он сделал еще одну запись.

Недавние приключения не прошли бесследно и, когда он исписал очередной лист, сон напомнил о себе.

Его лихорадило, хотя «живитель» еще должен действовать. Значит, это эффект от зелья.

Маг лежал и бегал глазами по стенам и потолку комнаты, ему чудились узоры. Может, повезет, и классическая формула лекарства сработает?

Постепенно Грэг прикрыл глаза и задышал медленней.

***

– Красивый закат, да? – спросила Анна.

– Этого всего нет, – ответил маг.

– Тогда зачем ты отвечаешь? – снова спросила Анна.

Девушка улыбнулась и провела тонкими пальцами по густым волосам.

– Алакорд уехал, кажется, у меня все меньше союзников в Миаранде. И как справиться с чумой, я тоже не знаю, – признался маг.

– Раньше ты всегда находил решение, – заметила девушка.

Грэг сделал пару движений веслами, лодочка покачивалась на ленивых волнах.

– Раньше я был не один, – уточнил маг.

– И все же, – парировала Анна.

– Почему от чумы помогает «живитель»? – спросил маг.

– Как работает «живитель»?

– Направляет потоки через тонкое тело на физическое и восстанавливает его, – ответил Грэг.

Наверху прокричала чайка и сделала круг над лодкой. Анна вскинула голову и проводила птицу взглядом.

– А когда его действие кончается, почему ты снова чувствуешь себя хуже?

– Болезнь берет верх, все просто.

– Ходишь по кругу, «живитель» не микстура от чумы, Грэг.

Девушка опустила руку в прохладную воду.

– Обычные лекарства не помогают, но «живитель» на время дает облегчение. Но он не лекарство, он – магическая субстанция, значит…

– Это не совсем чума? – закончила за него Анна.

## Глава 6

Во времена вторжения сеть тоннелей гильдии использовали в качестве укрытий, но до сих пор никто не знает, как далеко, а главное – куда они ведут. В настоящее время входы заблокированы, чтобы любопытные ученики не испытывали себя в качестве исследователей. В них легко заблудиться и почти невозможно найти выход из-за большого количества тупиков и обвалов.

«Вестник Миаранда», 76 номер

Ная решила, что нельзя упускать шанс. Она подошла к двери подсобки и поднесла филактерию к руническому знаку – механизм отозвался щелчком.

Когда она вошла внутрь, ей потребовалась минута, пока глаза привыкали к мраку. Запах напомнил ей библиотеку в школе. Девушка осмотрелась и подошла к тумбочке у стола. Искать нужный ящик долго не пришлось, Рикс оставил на нем крестик. Кладоискатель.

Девушка старательно изучала документы. Ничего, кроме различных методичек и пары изданий журнала «Вестник Миаранда». Разочарованная, она пролистала его и обнаружила то, что искала. Лист белоснежной бумаги покрывал ровный почерк и пара зарисовок. Смутно припоминая школьную программу, девушка решила, что это схема инициации портала.

Но зачем это в гильдии? Может, просто учебный материал. Ная потратила еще уйму времени на осмотр других ящиков, но больше ничего не нашла. С досады она резко задвинула ящик обратно.

Чего ради Рикс развел панику? Девушка снова изучила листок. На этот раз она заметила, что инструкция содержит даты. Одна из них как раз совпадала с ночью, когда ее разбудил удар.