Концлагерь мыслей
Сергей Согрин

Все, что может рука твоя делать, по силам делай; потому что в могиле, куда ты пойдешь, нет ни работы, ни размышления, ни знания, ни мудрости.

Книга Екклесиаста, Глава 9, стих 10

Зачерпни воду, и луна будет в твоей руке. Прикоснись к цветам, и их аромат пропитает твою одежду.

Чаньское изречение

Марьяна Куприянова Корректор

Сергей Согрин Дизайнер обложки

Максим Вейнер Иллюстратор

© Сергей Согрин, 2024

© Сергей Согрин, дизайн обложки, 2024

© Максим Вейнер, иллюстрации, 2024

ISBN 978-5-0056-2750-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Двери

Двери, двери…  Кто за ними?
Постучал, там тишина.
Приходил сюда вчера,
На мой стук сказали: ждите!

Вот, сегодня снова здесь,
Мне никто не открывает.
Адрес этот на бумаге,
Больше нет похожих мест.

Вход загадочно манящий.
Год за годом, день за днём
Думал я только о нём,
Брось надежду, всяк входящий.

Концлагерь мыслей

I

Вторгаются первые лучики,
Шагают бессмертные лучники,
Несут они солнечный свет
На кончиках белых стрел.
Мир манит своею помпезностью,
Но стены от сырости в плесени,
Сигнал на подъем прогудел.

II

В концлагере наших мыслей
Дурное проклятье повисло,
Бессмысленность ловим глазами,
Хоть истина ясной казалась.
Здесь думать о многом не надо,
Блокада, под током ограда.
Борьба чревата, охрана!
Где вечность, неведомы даты.

III

Морозно становится ночью,
Похоже, застужены почки,
Боимся, ведь скоро зима.
В бараках огромные щели,
Мы сделали всё, что сумели,
Сберечь чтоб немного тепла.

IV

В темницу посажены стражей,
Убийцами названы даже,
А лица испачканы сажей.
Встаём, надеваем одежду,
Берём для труда принадлежности
И ждём, поскорее бы ужин.
Но время на месте застыло,
Баланда в тарелке прокисла.
А после дождя кругом лужи,
И каждый невольник простужен.

V

Твердят, что у дальнего берега
Лежит территория нежити,
Творение подлого гения,
Земля там пропитана злом.
Несём на плечах коромысла,
Таскаем без всякого смысла
Огромные вёдра с песком.
Мы узники, странники, беженцы,
Идей несвободы приверженцы,
Идём по грязи босиком.
Не чувствуем ног от усталости,
И спины надорваны тяжестью,
Становится горько во рту.
Затянута дымом лощина,
Уехали днём три машины,
Живых предают там огню.

VI

Неспокойно у западных башен,
Яркой кровью закат окрашен,
Говорят, что поднялся мятеж:
Встали сотни под знамя невежд.
Всем известен исход этой битвы,
Остаётся нам только в молитвах
Попросить, чтобы нас не коснулась
Теплота электрических стульев,
Всё померкло, кроме надежд.

VII

Кровь в жилах от выстрелов стынет,
Мы должны что-то этому миру?
Заучить иллюзорную книгу,
Где вкушают плоды прошлых дел
Лицедеи разрушенных сцен.
Под закон кафкианских кошмаров
Был написан сумбурный сценарий.
Мне бы сбросить коварные чары,
Жаль, от голода я похудел.

VIII

Всё тело в ужасных шрамах,
Зияют душевные раны,
Распухли разбитые брови.
Колени истерты до крови
В молитвах Иисусу и Кришне.
Аллаху шепчу еле слышно
И Одину, Локи да Зевсу,
Осирису, Марсу, Аресу…
У Будды прошу просветления,
Концлагерь мой стал академией,
Душевных наук изучение.
Мне песни поют мертвецы
О толке безвестных вакцин,
И пользе от тайных лечений.

IX

Когда-нибудь стану звездой я,
Сейчас мне хотелось бы к морю,
Всё нужное бросить в рюкзак,
Отправиться на острова.
В горячем песке изваляться бы,
Не слыша шипения раций,
Ночную устроить прогулку
Без взглядов громил-караульных.
Но я прохожу свой катарсис
В темнице придуманных царствий,
Листаются жизни страницы
В концлагере моих мыслей.

X

Солнце упало за горизонт,
Стражник невольников соберёт,
Объявит желанный отбой.
Не все дотянули до вечера:
В условиях нечеловеческих
Не выжил десяток-другой.

XI

Меня разбудил тихий шорох,
Не вижу цепей и заборов,
Теперь всего этого нет.
Но слышу дыхание рядом,
Окинув всю комнату взглядом,
Я снова встречаю рассвет.

«Повинуясь воле ветра…»

Повинуясь воле ветра,
Мчимся к дальним берегам.
Из бетона видим стены,
Кулаки сбиваем в кровь.

Были в трёх шагах от цели
И не ждали здесь преград.
Погибать во имя чести
Мало кто из нас готов.

Души тёмные, как сажа,
В головах звериный ад.
Были глупыми приказы,
Не надеть на вас оков.

Всё неистовство и ярость
Брызнет, словно горький яд.
Силы больше не осталось,
Павших в яму без гробов.

Добыча

На лезвии ножа
Блестят рубина капли,
И мутные глаза
Вновь смотрят на меня,
Язык во рту стал кляпом.

Я не забрал, а взял в кредит,
И всё придётся возвращать.
Но всё же сердце мне щемит,
Чуть вспомню, как она кричит,
Когда не сеял, стыдно жать.

Ты не простишь меня, не сможешь.
Свои мне руки не отмыть,
И холодок бежит по коже,
Ведь урожай сегодня скошен.
Ты умерла, чтоб я мог жить!

Опасное место

Анубис, угости таблеткой,
Осирис, строго не суди!
Я не хотел сюда идти,
Играя в русскую рулетку.
В костёр подбросишь ты монетки,
Что на глазах у мертвеца
Лежали платой за проезд.

Тяжелый деревянный крест —
Подарок от всея творца.
Следы тернового венца,
Стигматы снова кровоточат.
Закончены и дни, и ночи.

За Стиксом царствие Аида,
И тут же дивный сад Эдем,
И непонятно, что за чем.
Привратник мрачный и безликий
От всех дверей ключи держал,
И уксус льёт он в свой бокал.

Здесь Цербер на семи цепях
Покажет жуткий свой оскал.
Запутавшись в ночах и днях,
В перине, как начинка в тесте,
Закрылся от всего и всех,
И нет печалей, нет потех.

Перчатка брошена. Дуэль!
Противник весел, горд и дерзок.
Твой город серый, грязный, мерзкий.
Опасней нет на свете места,
Чем наша тёплая постель.

«Я открою любые двери…»

Я открою любые двери,
И заборы мне не страшны.
Пусть не скалят цепные звери
Свои заострённые клыки.

Не задержат меня легионы
И противотанковые ежи,
Железобетонные бастионы
Для меня совсем не страшны.

Не боюсь крокодилов в каналах,
Металлических острых витков,
Статных башен в обрывистых скалах
И как бритвы точеных клинков.

Не боюсь ваших дьявольских пушек,
Будто этой вселенной храним.
Сотни раз вы держали на мушке,
Каждый раз уходил я живым!

Великий путь

О, великий невидимый путь,
Умоляю, подай же мне знак.
Я мечтаю увидеть рассвет,
Опасаюсь даже моргнуть,
Очень мягок мой тихий шаг,
Чтобы вдруг не прослушать завет.

Расцветают деревья весной,
Ручейками становится снег.
Я опять по колено в грязи,
Далеко тишина и покой,
И за ними никак не успеть,
Остаётся себя мне казнить.

О, великий невидимый путь,
Я прощенья прошу у тебя,
Ведь понять был не в силах никак,
Что деревья и горная круть,
Холод снега и пламя огня, —
Это всё и заветы, и знак!

Конвейер

Минус,
Плюс,
Пошёл разряд!
Ну, что чувствуешь
Сейчас?
Ты не знал,
Когда писал
Стих про них,
А не про нас!

Уноси!
Теперь другой,
Как вас много,
И не счесть!
Прежде, чем
Ступить ногой,
Думай:
Стоит ль в это лезть?

Сон

Вчера приснился сон,
Я видел: в круге чёрном
Сидят седые мудрецы.
Рой злых колонн
С призывным горном,
Идут несчастные глупцы!

У них заряженные ружья,
А старцы истину хранят,
Всю мудрость прошлых лет.
И я проснулся от удушья,
В поту холодном я лежал,
А за окном уже рассвет.

Я не узнал, что было дальше,
Но всё же понял я одно:
С оружием правды не добыть.
А в мире лжи и наглой фальши,
Где звон поддельных голосов,
В пещере двери на засов,
Вся истина у мудрецов,
Ей только там и быть!

Дом среди деревьев

Я видел дом среди деревьев,
Вокруг не слышно даже птиц.
Ушёл из города отребья
И почерневших грустных лиц.

Я видел дом среди деревьев,
Там ровно выкошен газон,
И штабели сухих поленьев,
Чтобы в камине жечь огонь.

Я видел дом среди деревьев,
Вы оставайтесь в суете
И в мире мерзких лицедеев,
Я здесь с собой наедине.

Кольцо всезнания

Умнее сделаешь лицо,
Придут к тебе со всех концов.
Кольцо засело намертво
На пальце. Словно пламенем,
Сверкают длинные ножи,
Как никогда остры они.

Заточенные пилы, не хилы,
Много силы. В игре такие правила:
Свет выключай, без паники,
Глуши свои динамики,
Порезы станут шрамами.

Зачем кольцо всезнания
Надел на палец грязный ты?
Ведь знал же о последствиях,
Они в твоём сознании.

Кокарды, звёзды, звания…
Сам у себя под следствием,
Не скроешься и бегством ты.
Судьба твоя, как бестия,
Всё предрешила без тебя.

А бедствия неистовы,
Когда стоишь на пристани.
Закат сверкает искрами,
Твоя борьба бессмысленна?
Врагов ты видел крысами,
Но сколько можно вымыслов?
Воюешь не с нацистами!

Статистика пролистана,
И мысли твои есть враги.
Беги, не зная устали,
Но тянешь этот груз нулей.
Там, в месте безмятежности,
Остались все надежды те,
Что страхом искорёжены.

Одежды, маски сброшены,
Кусты и травы скошены,
В пустыне ржавой брошен ты.
Не знал своих возможностей,
А видел безнадежность, смерть,
И прожита на свете треть
Всего, что нам положено.

«Кричащей толпе…»

Кричащей толпе
Надо кричать:
«Свободу! Долой!
Хватит!»
Порочную власть
Со злостью в глазах
Топить будем
В огненном граде.

Кричащей толпе
Надо кричать.
О чем и зачем —
Неважно.
В назначенный день,
Когда пробьёт час,
Пойдём на Голгофу
Вальяжно.

Клад

Блеск зарытого металла,
Крики мертвого орла,
Мы – сгоревшие дотла,
Нас таких немало.

Колокольный звон затих,
Вязнет в жиже колесо,
Наш последний марш-бросок,
Жизни крайний штрих.

Всё исчезло, всё прошло,
Дым разгонит ветром,
Песни наши спеты,
Сброшено седло.

Царица брошенных земель

Рабыни кукольных домов,
Луна раскрасит ваши лица.
Пьянящим запахом духов
Затянет в омут жрица.

Запретный город дверь откроет,
Он шепчет, будто заведённый:
«Отдай мне каплю крови,
Нет, не противься доле!»

Там, в норках белых кроликов,
В пещерах горных королей,
Всё больше манит, как наркотик,
Царица брошенных земель.

Дзен

Решил стать дзен-буддистом,
Не разобравшись в сути.
Погряз в пути тернистом,
В смердящей тёмной мути.
Набрался «умных мыслей»,
Мудрейших изречений,
Что важное, что лишнее,
Понять не смог ученья.

А суть всегда проста,
Но не отыщешь в книгах.
В сиянии огня
И в шепоте дождя,
В морях и горных пиках,
В прощальных вздохах,
Детских криках,
Там жизни истинный устав.

Просветление

Узкая тропа
На краю ущелья,
Я прошу прощенья,
Длинная тропа.

Горная река,
Быстрое течение,
Я прошу прощенья,
Дикая река.

В небе облака,
Грозное движение,
Я прошу прощенья,
Седые облака.

Горе от ума,
Напрасные волнения,
Я прошу прощенья,
Дурная голова.

Смотришь чуть дыша,
Сила пробуждения,
Мира отражение,
Светлая душа.

Выстрел

Тикают стрелки часов,
Каждый удар бьёт по нервам.
На старте стою, я готов!
Хочу быть на финише первым.

Я долго к этому шёл,
Мой дух укреплён в тренировках.
Большую решимость обрёл,
Победа – моя установка!

Дыхание замерло. Выстрел!
Все ринулись, ног не щадя
На месте стою, обессилел,
Ведь выстрел был прямо в меня.

Пламя

Удушье мозг сжимает.
Застряла птица в клетке,
Разбившись в кровь о прутья.
Звенящий сталью голос
Пронизывает жилы,
Нет больше силы в теле.
Забыл дорогу к счастью,
Забыл дорогу к горю,
Стоишь на перепутье.
Разбитые осколки,
И сердце замирает
В тревожном ожидании.

А где-то за горами
Живут седые старцы,
Дровами пламя кормят.
И Солнце восседает
На раскалённом троне,
В руке сжимая посох.
Скитальцы в рваных тряпках,
Стирая свои ноги,
Идут по дну ущелья.
Забытые дороги,
Заросшие бурьяном,
Открыты вдаль идущим.

Мы в городах под зноем
Томимся в кабинетах,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.