Бытие времени
Дмитрий Александрович Рудюк

© Дмитрий Александрович Рудюк, 2022

ISBN 978-5-0056-2719-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Дмитрий Рудюк
БЫТИЕ
ВРЕМЕНИ…

Да пребудет со мною любовь и вино!

Будь, что будет: безумье, позор – всё равно!

Чему быть суждено – неминуемо будет,

Но не больше того, чему быть суждено.

Омар Хайям

К читателю!!!

Дорогой друг, близкий человек, товарищ – читатели!

Что для Вас время? Как трудно держаться на плаву

времени… или легко не удержаться в нём?…

Время, которое бежит, диктует, живёт в каждом из

нас, летит в стороны, которые мы так часто не понимаем

и в судьбы, которые не верим, и в события, которые пере-

живаем и с душевной болью отдаляемся всё дальше и даль-

ше от дня настоящего к томимому дню прошлого… Зачем?

Нужно набраться смелости и терпенья; настойчивости

и упорства, чтобы «сила» была в центре и держала…

Но так, к сожалению или к радости, бывает редко

и мало, или не бывает вовсе… Почему?

Вот и Ваш «такт», наше время. А что в нём день? А что

в нём неделя, месяц? И как в суммарности был разрыт, где-

то прожит, где-то оторвано забыт каждый из этих сильных,

стойких и, порой, ужасно жестоких дней, недель, месяцев…

Да! Те самые годы, то останавливающиеся, то бегущие

вперёд, а то и совсем еле тикающее время.

Не пытайся его ловить, и даже не живи им! Не пытайся

сделать его верным и правильным для себя, не вычерпывай

и не разрывай «силу», которая диктует и правит твоим бы-

тиём. Не нужно. Это всё не то…

А ведь каждая из жизней – жизнь.

Без грусти… и не пугайтесь…, радуйтесь всему и всем,

больше добрых эмоций, чистого настроения, света души

и блеска чувств.

Спасибо! Что я живу с дорогими, чуткими, преданны-

ми мне людьми в одном времени. Спасибо времени, что

даёт мне жить.

Дмитрий Рудюк

Позвольте обратиться через лист,

Узнать, спросить, подумать молча.

Прислушаться смеясь, любить

И даже кое-где пророчить.

Позвольте мне отдать себя,

И даже, может быть, души частицу,

Понятно, что не всем она нужна,

Позвольте мне… не делайте ошибку!

МОНОЛОГ…

на обрыве тишины…

Когда я иду по тихим улицам городов, иду медлен-

но и сосредотачиваясь, стараюсь запомнить и отложить

в память каждое событие: встречу, мысль, вздох, лёгкий

смех за спиной, плач малыша, грубые крики людей. Даже

взгляд из окон домов иногда так притягивает меня, что

хочется остановиться и жестом показать, что я вижу…

вижу… Всё странно. И в тоже время до внутреннего со-

прикосновения близко.

А так хочется иногда перепрыгнуть через события

и медленно, протянув в себе, помолчать. Как нужно сосре-

доточиться, да и можно ли стараться запоминать и откла-

дывать то самое немое и приятное, грустное, и в то же вре-

мя доброе и искреннее, долгое состояние?

Какое оно? И кому? Для чего вертится и обвивает сила

с такой ужасной скоростью, что даже трудно бывает сде-

лать шаг и посмотреть куда-то в сторону.

Смех толпы, лёгкая доброжелательность редких глаз,

обманчивое пожатие рук, добрая лесть и маленькая хи-

трость верных и, порой, мало сильных друзей. Зачем?

Выезд за город. Природа. Деревья с тенью гор, лужайки

с кустарём, как точки на белом листе бумаги, и пруд, стоя-

чий, сильный пруд. Такой тихий и молчаливый, с крутым

берегом. Даже не берегом, а пропастью, к которой, подходя,

вспоминаешь остаток пыли и следа по пути сюда. А вокруг

так тихо, и не слышно тишины, безветренно, но знобко.

И есть небольшое желание открыть фолиант. И смотреть,

смотреть точно, с верой туда и знать… А вдруг нарушит-

ся тихое бремя робкого, но правильного шага? Вдруг ис-

чезнет порыв и чистая гордость, сомнение и уверенность

в пыльном, тяжёлом пути оттуда? И на закате, даже где-то

на рассвете будет пониматься отблеск чего-то дико-родно-

го и слёзно-верного человека.

А пока… Пока всё тихо. Всё крепкое, с опаской про-

снуться спит. Всё дремлет, и чуть-чуть сопя, зовёт, зовёт

с собой в этот край безмолвия, чуткого, иногда поры-

висто-спокойного, объятия раздражённости и глупого

утомления.

А тишина всё кружится по улицам городов, попадая

в дома, где встречает её скрип дверей и лёгкий гул из при-

открытых окон, в тонкие судьбы людей, которые, не повто-

ряясь переплетаются, и, ударяясь, разлетаются в разные

пути. Даже проникает иногда в души и подолгу, годами,

может быть, и, подсказывая, улыбаться тебе изнутри, во-

время останавливать с бурного, порой неинтересного,

внешнего события и встреч. И бывает она и на тех ули-

цах городов, где, поверьте, второй раз быть и не хочется.

Да и сил осталось только на один жест, на одно слово, на

один правильный и финальный прыжок, который там да-

леко-далеко окажется на этом последнем и изредка чужом

обрыве, конце спокойствия и умиления, плавности и лёг-

кого желания плыть. И никого нет, никто не мешает.

Всё странно… Странно всё…

* * *

Людей толпа – шаги, шаги.

Все ломятся от страха смерти,

Они друг другу не враги

И не друзья – поверьте.

Что правит твоим стадом, человек?

Кто твой пастух из века в век?

Для этой непонятной муки,

Для послушания и скуки.

И если встанешь ты с колен,

Собьют тебя безбожно!

И вновь кровоточащий плен

И вряд ли кто поможет.

Людей огромный давит шаг,

Тяжёлый, чёрный, громкий

Он топчет всех, кто был неправ,

И слышен стон лишь горький.

И смерть уже им не страшна,

Дышать не могут глотки,

Жизнь их покорностью грешна

И тем, что были кротки.

Меня в толпе уже не видно,

Ушёл на много лет вперёд.

За бытие своё не стыдно

Когда же ваш придёт черёд?

* * *

Кто качает мне лошадку,

Всё помял и шерсть не гладка,

Хвост у клячи на боку,

Оторвал одну ногу.

Как не стыдно, люди, вам,

Просто полный стыд и срам.

А лошадка на полу

Нет в ней слёз, лежит в бреду.

Так мечтала покачаться,

И галопом в поле мчаться,

На лугах в цветах стоять,

В парке ребятню катать.

А теперь она одна,

Вся несчастна и больна.

Кто хозяин? Кто тот враг?

Кто разгонит этот страх?

Не откликнулся народ.

Дать ответ никто не смог.

Время шло, года летели.

С парка дети повзрослели.

И нашёлся человек,

Склеил ей он новый свет.

И поставил на комод,

Удивился сей народ.

Как с несчастного «осла»

Получилась красота.

Любим все красиво жить,

А умеем ли любить?

* * *

Я поймал твой взгляд,

Я помню твой жест,

И шаг торопливый,

И голос с небес.

И смех твой ручьём,

И взгляд ветерком.

Всё ж ведь я помню.

Мы были вдвоём.

Сидели когда?

Любили кого?

Всё это нужно,

И вдруг всё равно.

Прошлое множить,

Не надо в судьбе,

Но взгляд с ветерком,

Пронзил всё во мне.

* * *

Курю, а мысли бегут о вечности,

И бытия скоротечности

Проходя одну полосу опрометчиво,

Подходим к неизведанному, в бесконечное.

И ждём ли исхода ужасного

В каждой жизни это по-разному.

Но детство и юность, и зрелые годы —

Всё заберут небесные своды.

* * *

Желанья мои – весенний цветок,

Страданья мои – в костре уголёк.

Природа и люди.

Жизнь так опасна.

Пыльцой распыляясь,

О том забывал я.

И мчался как звук,

Что слышал когда-то.

Сидел чуть согнувшись,

В чём виноват я?

Не плакал, не думал,

Не бредил в ночи.

Эй, ветер!

Раны мои залечи.

Скитался по городу, думал и верил.

Куда-то на поезде еду во мгле я.

Я не хочу, чтоб природа смотрела,

Как трудно мне биться в закрытые двери.

* * *

Шаг, темно; второй – не слышно,

Взгляд, терпенье, ужас мысли,

Страх, шуршанье, тишина —

Всё погасло до утра.

Утро. Томно без отрыва

Пробужденье, шаг сонливый,

Кофе крепкий заварил,

Вспомнил тех, кого любил.

Шаг второй – не смог дойти,

Слаб был я на том пути,

Дни за месяц, год – неделя

До сих пор в себя не верю.

Спотыкаясь, редко падал,

Силу славил как награду

Что дорога?… Больно дышит

Как устал, вдруг, кто услышит

Всё б отдал и разорвался,

Приближался, отдавался

Шаг, темно, второй… не слышно

В сон ворвусь поспешно, быстро

Взгляд, терпенье, тишина —

Всё погасло до утра…

* * *

Сухость во рту, мысли в тумане,

Сырость в дому, пот пробивает,

Солнце не светит, хрусталь не звенит,

Боль растекается, вряд ли кто спит.

Глаза приоткрыты, откинут и плед,

Дышать стало легче, прошёл тот момент.

Не убрано. Пыль.

Тишина. Пустота.

Дом не живой.

Болеть до утра.

* * *

Солнце пригрело, снег заблестел,

День был короче… Кто не успел?

Тихо уже дождь говорит,

Ветра не слышно, долго молчит.

Стало теплее, свободнее, легче

От чуда в пути,

От слов бесконечных,

От рук мягких, нежных,

От голоса – дива,

От нас, от двоих…

Этим чудом счастливы!

* * *

Вдали показался силуэт.

Давненько знакомый, а может, и нет.

Он смотрел на меня, будто зверь на луну.

Он не шёл, не бежал и не летел,

В глаза мои страстно, долго смотрел.

И тенью моей его трудно представить,

И дьяволом тоже назвать тяжело,

И ангелом тем, что на крыльях летает,

И святым, от которого всем хорошо.

Что-то промчалось так быстро и тихо,

За собой, оставляя ветерок и тепло!

Это какая-то сила?…

О, Боже! Это не то!

* * *

Вот и выпал первый снег —

Зимняя потеха,

На душе моей светло,

Хочет она в лето.

И спешит она туда,

Где теплее станет,

Вместо грусти и тоски

Солнцем озаряет.

Полюбила вдруг кого?

Так зачем ей в лето?

Может, вспомнила тепло?

Глупости всё это.

Два начала, два конца

Борются до драки,

Холода ведь настают

Для души, вояки.

Одинокая зима,

И темнеет рано,

И душа моя скучна

Света очень мало.

Что её развеселит?

Обогреть, кто сможет?

Может от того зудит,

Что любить не может!

* * *

В настроении моём так много разности,

И в чувствах нет однообразности,

И на лицо как будто не рогожа,

Зато внутри сидит большая «рожа».

Мне трудно попросить о помощи,

Нет, нет! Я не беспомощен,

Но от чего же так бывает?

Что людям души разрывает?

И всё болит и света нужно много,

И жадно надышаться чистотой сует.

Чтоб злости было не угодно

Свершить свой праздничный обед.

Я не мирюсь, я с ней борюсь,

А силы неравны.

Не убежишь, не срежешь,

Не скроешься в ночи,

Лечить бы надо эту силу,

Так дальше жить невыносимо.

Понятно – человек не без греха,

Всосался вот и он в меня.

И от того я злюсь и мало сплю,

Кричу как можно громче

И оскорбляю, что есть мочи

Всех тех, которых я люблю.

И памятью и «сердцем Божьим».

Я помолюсь за всё, что было,

Всмотрюсь в безоблачную даль…

Судьба мне в жизни всё простила

И мне вершить ещё сполна…

* * *

В небо я стою смотрю,

И ищу свою звезду,

И только слепит мне глаза,

Одинокая луна.

Тёплый вечер кружит тихо,

Море – зеркало небес,

И какой-то вой тоскливый

Пробивает тёмный лес.

Птиц не видно, только тени,

Нет у берега песка,

Да, унылая картина,

Беспокойство, боль, тоска.

Тень на камень от луны,

Падает как капля града,

Ветер пыль поднял у скал,

Моя ночь пришла – так надо!

Вдруг звезда зажглась, упала,

Вздох, потухла, всё пропало…

* * *

Говоря о чувствах к кому- то,

Забываю о них от бессилья.

Пребывая же в них ложью красной,

Понимаю, что это напрасно.

Повернуться навстречу к кому-то,

Для меня одна ведь минута,

Отвернуться от кого,

Подобно смерти всё – равно.

Закричать бы в тишине,

Но громкое эхо, ответ не во мне

А, может быть, в быстрой и шумной толпе?

Но им хорошо, горько ведь мне.

А может, выпить стакан сильно сладкий,

А может, играю с собою я в прятки…

Нет, ни к чему, я затеял игру,

Мне лучше, наверно, побыть одному.

* * *

Пальцы! Руки! Чужая кровать.

Как бы хотел я дома поспать.

Влеченье! Разрыв! Звонок и срыв.

Душа покорность лицезреет,

Ложь и предательство. Кто в это верит?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.