Лев Николаевич
Толстой
Материалы Севастопольского периода

Государственное издательство

«Художественная литература»

Москва – 1935

Электронное издание осуществлено в рамках краудсорсингового проекта «Весь Толстой в один клик»

Организаторы:

Государственный музей Л.Н. Толстого

Музей-усадьба «Ясная Поляна»

Компания ABBYY

Подготовлено на основе электронной копии 4-го тома Полного собрания сочинений Л.Н. Толстого, предоставленной Российской государственной библиотекой

Электронное издание 90-томного собрания сочинений Л.Н. Толстого доступно на портале www.tolstoy.ru

Предисловие и редакционные пояснения к 4-му тому Полного собрания сочинений Л.Н. Толстого можно прочитать в настоящем издании

Если Вы нашли ошибку, пожалуйста, напишите нам info@tolstoy.ru

Предисловие к электронному изданию

Настоящее издание представляет собой электронную версию 90-томного собрания сочинений Льва Николаевича Толстого, вышедшего в свет в 1928—1958 гг. Это уникальное академическое издание, самое полное собрание наследия Л.Н.Толстого, давно стало библиографической редкостью. В 2006 году музей-усадьба «Ясная Поляна» в сотрудничестве с Российской государственной библиотекой и при поддержке фонда Э. Меллона и координации Британского совета осуществили сканирование всех 90 томов издания. Однако для того чтобы пользоваться всеми преимуществами электронной версии (чтение на современных устройствах, возможность работы с текстом), предстояло еще распознать более 46 000 страниц. Для этого Государственный музей Л.Н. Толстого, музей-усадьба «Ясная Поляна» вместе с партнером – компанией ABBYY, открыли проект «Весь Толстой в один клик». На сайте readingtolstoy.ru к проекту присоединились более трех тысяч волонтеров, которые с помощью программы ABBYY FineReader распознавали текст и исправляли ошибки. Буквально за десять дней прошел первый этап сверки, еще за два месяца – второй. После третьего этапа корректуры тома и отдельные произведения публикуются в электронном виде на сайте tolstoy.ru.

В издании сохраняется орфография и пунктуация печатной версии 90-томного собрания сочинений Л.Н. Толстого.

Руководитель проекта «Весь Толстой в один клик»

Фекла Толстая

Перепечатка разрешается безвозмездно.

–

Reproduction libre pour tous les pays.

Л. Н. ТОЛСТОЙ

март 1856 г.

Размер подлинника

НЕОПУБЛИКОВАННОЕ, НЕОТДЕЛАННОЕ И НЕОКОНЧЕННОЕ

МАТЕРИАЛЫ СЕВАСТОПОЛЬСКОГО ПЕРИОДА. (1855—1856)

РЕДАКТОРЫ

В. И. СРЕЗНЕВCКИЙ

М. А. ЦЯВЛОВСКИЙ

I. * ПРОЭКТЪ ЖУРНАЛА. СОЛДАТСКІЙ ВѢСТНИКЪ.

ЦѢЛЬ ЖУРНАЛА.

1. – Распространеніе между воинами правилъ военныхъ добродѣтелей: преданности Престолу и Отечеству и святаго исполненія воинскихъ обязанностей. —

2. – Распространеніе между офицерами и нижними чинами свѣдѣній о современныхъ военныхъ событіяхъ, невѣдѣніе которыхъ порождаетъ между войсками ложныя и даже вредныя слу[хи], о подвигахъ храбрости и доблестныхъ поступкахъ отрядовъ, и лицъ на всѣхъ театрахъ настоящей войны. —

3. – Распространеніе между военными всѣхъ чиновъ и родовъ службы, познаній о спеціальныхъ предметахъ военнаго искуства. —

4. – Распространеніе критическихъ свѣдѣній о достоинствѣ военныхъ сочиненій, новыхъ изобрѣтеній и проэктовъ. —

5. – Доставленіе занимательнаго, доступнаго и полезнаго чтенія всѣмъ чинамъ Арміи. —

6. – Улучшеніе поэзіи солдата, составляющей его единственную литературу, помѣщеніемъ въ Журналѣ пѣсьни писанныя языкомъ чистымъ и звучнымъ, внушающія солдату правильныя понятія о вещахъ и болѣе другихъ исполненныя чувствами любви къ Монарху и Отечеству.

ПРОГРАММА ЖУРНАЛА.

Журналъ раздѣляется на части: офиціальную и неофиціальную. —

Въ офиціальной части помѣщаются:

1. – Реляціи съ различныхъ театровъ войны.

2. – Приказы о наградахъ за заслуги, выходящія изъ общаго разряда отличій. —

3. – Сентенціи военнаго суда за противузаконные и постыдные поступки.¹

4. – И приказы, которымъ угодно будетъ Господину Командующему Войсками дать особую публичность. —

Въ неофиціальной части помѣщаются:

1. – Разсказы изъ военнаго <офицерскаго и солдатскаго быта и письма очевидцевъ> съ различныхъ театровъ войны, заключающія въ себѣ: подвиги отдѣльныхъ отрядовъ и лицъ, жизнеописанія, некрологи, описанія края, жителей, характера и образа дѣйствія непріятеля, и т. п.²

2. – Популярный статьи объ артиллерійскомъ и инженерномъ дѣлѣ и наставленія солдатамъ о правильномъ обращеніи съ лошадьми и оружіемъ и сбереженіи оныхъ.³

3. – Критическій обзоръ. Перечень полезныхъ сочиненій и описаній проэктовъ и нововведеній въ военномъ искуствѣ.⁴

4. – Солдатскія пѣсни.⁵

5. – Религіозныя поученія воинамъ.

6. – Казенныя и частныя объявленія, касающіеся потребностей войска.⁶

СРЕДСТВА ЖУРНАЛА.

Подписка и средства издателей:

Капитановъ: Фриде, Столыпина

Штабсъ Капитановъ: Комстадіуса, Баллюзека

Попручиковъ: Шубина, Боборыкина и

Подпоручика: Графа Толстаго.

Издателями избраны редакторы Графъ Толстой и

Кромѣ издателей и редакторовъ уже обѣщали свое сотрудничество :

Полковники: Ковалевскій, Крыжановскій, Миньковъ и Капитанъ Кебеке.

Сверхъ сего редакція обратится съ прозьбою, удостоить Журналъ своимъ сотрудничествомъ къ Князю Михайло Димитріевичу Горчакову и будетъ покорно просить принять учаcтie въ Журналѣ:

Генералъ Адъютанта Коцебу

Генералъ Адъютанта Безака

Генералъ Лейтенанта Соймонова

Генералъ Лейтенанта Липранди

Генералъ Лейтенанта Бриммера

– Ковалевскаго

Генералъ Maïopa Бутурлина

– Затлера

– Баумгартена

Полковниковъ: Милютина

– Веймарна

– Лебедева

– Шуббе

– Кулебякина

– Карлгофа

– Левина

Преосвѣщенного Инокентія

и Выс[око]пр[еосвященнаго] Филарета.

Вообще редакція будетъ стараться имѣть сотрудниковъ и постоянныхъ корреспондентовъ во всѣхъ мѣстахъ расположенія русской арміи и даже во флотѣ. —

Журналъ предполагается издавать при Главной Квартирѣ войскъ 3, 4 и 5-го пѣхотныхъ корпусовъ, еженедѣльно по печатному листу въ форматѣ in 4°.

(Съ увеличеніемъ средствъ издатели надѣятся и будутъ стараться изъ еженедѣльнаго изданія Журнала, довести его до ежедневнаго):

Редакція будетъ имѣть постоянныя конторы въ обѣихъ столицахъ и нѣкоторыхъ Губернскихъ городахъ. —

Редакція будетъ просить Господина Командующаго Войсками о разрѣшеніи дѣйствовать для пріобрѣтенія сотрудниковъ и матеріаловъ для Журнала, до начала изданія его и въ случаѣ утвержденія проэкта Журнала о безплатной разсылкѣ №№ онаго по различнымъ частямъ войскъ.⁷

–

II. * [ЗАМЕТКА ПО ПОВОДУ ВОЕННОГО ЖУРНАЛА.]

Составить болѣе подробную программу – и форму письма для приглашенія сотрудниковъ. —

Составить 2 списка сотрудниковъ.

1) Сотрудниковъ, статьи которыхъ могутъ поспѣть къ новому году и

2) сотрудниковъ, которые будутъ содѣйствовать на будущее время. —

Разослать программы и письма ко всѣмъ сотрудникамъ. —

Написать письма въ Петербургъ къ лицамъ, могущимъ имѣть вліяніе на успѣхъ проэкта Журнала, и просить о томъ лицъ, принимающихъ участіе въ немъ.—

Въ случаѣ измѣненія нѣкоторыхъ статей пробнаго листка, обратиться за совѣтами къ Ковалевскому и статью Толстова измѣнить [на] Ростовцева.

Притомъ стараться, чтобы 2-й пр[об]ный листокъ былъ напечатанъ. —

Денежныя средства находятся у Фриде. Въ случаѣ же недостаточности общими силами. —

Сотрудн[ики] 1-го разряда.

Кантакузинъ

Ковалевскій

Коржановскій

Командир[у] 3-го Сап[ернаго] бат. Ник. Конст.

Зацѣпину

Редингеру.

Ушакову.

И всѣмъ тѣмъ, кому того требуетъ учтивость.

Сотрудники 2-го разряда. —

Полковые и батарейные командиры Южной Арміи.

Командиру 4-й Бат. батареи 20-й артиллерійской Бригады Полковнику Алексѣеву. Въ г. Кизляръ. —

–

III. * [ЗАПИСКА ОБ ОТРИЦАТЕЛЬНЫХ СТОРОНАХ РУССКОГО СОЛДАТА И ОФИЦЕРА.]

1. * [ПЕРВОНАЧАЛЬНЫЙ НАБРОСОК НАЧАЛА «ЗАПИСКИ».]

Русское войско огромно и было славно, было непобѣдимо; поэтому то оно самонадѣянно и неединодушно; и несмотря на громадность этого войска Россія въ опасности. – ⁸

Многіе понимаютъ это положеніе отечества, сочувствуютъ ему и готовы для него жертвовать имуществомъ, трудами и жизнью. Многіе, увлеченные страстями и привычкой злоупотребленія законовъ, препятствуютъ примѣромъ и даже властью – людямъ преданнымъ отечеству – оказывать ему ту пользу, которую бы они могли. Большинство равнодушно.

Слова: самопожертвованіе, безкорыстіе, трудолюбіе потеряли смыслъ и значеніе. Правила чести стариннаго воинства стали барьерами слишкомъ высокими, которые мы привыкли проходить, нагибаясь подъ ними.

Нужны новая преграда и новый толчокъ, которые бы дали дѣятель[ности] людей преданныхъ, умѣрили злоупотребленіе людей увлеченныхъ и дали бы напр[авленіе] и равнодуш[нымъ].

2. * [ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ ЗАПИСКИ ОБ ОТРИЦАТЕЛЬНЫХ СТОРОНАХ РУССКОГО СОЛДАТА И ОФИЦЕРА.]

По долгу присяги, а еще болѣе по чувству человѣка, не могу молчать о злѣ, которое открыто совершается передо мной и очевидно влечетъ за собой погибель миліоновъ людей – погибель силы, достоинства и чести отечества. —

Стоя по своему рожденію и образованію выше среды, въ которую поставила меня служебная дѣятельность, я имѣлъ случай изучить зло это до малѣйшихъ грязныхъ и ужасныхъ подробностей. – Оно не скрывалось отъ меня, бывъ увѣрено найти во мнѣ сочу[в]ствіе, – и я способствовалъ ему своимъ бездѣйствіемъ и молчаніемъ. Но нынѣ, когда зло это дошло до послѣднихъ предѣловъ, послѣдствія его выразились страданіями десятковъ тысячъ несчастн[ыхъ] и оно грозитъ погибелью отечества, я рѣшился, сколько могу, дѣйствовать противъ него перомъ, словомъ и силою.

Зло это есть развратъ, пороки и упадокъ духа Русскаго войска. Въ Россіи, столь могущественной своей матерьяльной силой и силой своего духа, нѣтъ войска; есть толпы угнетенныхъ рабовъ, повинующихся ворамъ, угнетающимъ наемникамъ и грабит[елямъ] и въ этой толпѣ нѣтъ ни преданности къ Царю, ни любви къ Отечеству – слова, которыя такъ часто злоупотребляютъ, ни рыцарской чести и отваги, есть съ одной стороны духъ терпѣнія и подавленнаго ропота, съ другой духъ угнѣтенія и лихоимства. —

И скорбны и непостижимы явленія нынѣшней войны! Россія, столь могущественная силой матерьяльной, еще сильнѣйшая своимъ духомъ – любовью къ Царю и Отечеству, Россія, столько лѣтъ крѣпчавшая подъ мудрою, мирною державою,⁹ не только не можетъ изгонять дерзкой толпы враговъ, ступившей на ея землю, но при всѣхъ столкновеніяхъ съ¹⁰ ними – скажу правду – покрываетъ срамомъ свое великое имя. – Нравственное растлѣніе войска: вотъ причина сихъ печальныхъ явленій. —

Изъ какихъ началъ состоитъ наше войско? – солдаты, офицеры, генералы, Главнокомандующіе.

Солдатъ – бранное поносное слово – въ устахъ нашего народа, солдатъ существо, движимое одними тѣлѣсными страданіями, солдатъ существо грубое, грубѣющее еще болѣе въ сферѣ лишеній, трудовъ и отсутствія основаній образованія, знанія образа правленія, причинъ войны и всѣхъ чувствъ человѣка. Солдатъ имѣетъ по закону только строго необходимое, а въ дѣйствительности менѣе того, чтобы не умереть человѣку сильнаго сложенія – отъ голода и холода слабые умираютъ. Наказаніе солдата за малѣйшій проступокъ есть мучит[ел]ьная смерть, высшая награда – отличіе, дающее ему право, присущее человѣку, – быть не битымъ по произволу каждаго. Вотъ кто защитники нашего отечества.

У насъ есть солдаты 3-хъ родовъ – я говорю про армейскихъ, которыхъ знаю. Есть угнетенные, угнетающіе и отчаянные.

Угнетенные – люди сроднившіеся съ мыслью, что они рождены для страданія, что одно качество возможное и полезное для него есть терпѣніе, что въ общественномъ быту нѣтъ существа ниже и несчастнѣе его. Угнетенный солдатъ морщится и ожидаетъ удара, когда при немъ кто-нибудь поднимаетъ руку; онъ боится каждаго своего слова и поступка: – каждый солдатъ – годомъ старше его, имѣетъ право и истязаетъ его, и онъ, угнетенный солдатъ, убѣжденъ, что все дурно, что только знаютъ другіе, хорошо же то, что можно дѣлать скрытно и безнаказанно. Офицеръ велѣлъ дать 100 розогъ солдату за то, что онъ курилъ изъ длинной трубки, другой наказалъ его за то, что онъ хотѣлъ жениться; его бьютъ за то, что онъ смѣлъ замѣтить, какъ офицеръ крадетъ у него, за то, что на немъ вши – и за то, что онъ чешется, и за то, что онъ не чешется, и за то, что у него есть лишніе штаны; его бьютъ и гнетутъ всегда и за все, потому что онъ, – угнѣтенный и потому что власть имѣютъ надъ нимъ бывшіе угнѣтенные – самые жестокіе угнѣтающіе. Угнѣтенный не получаетъ ¹/₃ того, что ему даетъ правительство, знаетъ это и молчитъ, включая всѣхъ начальниковъ въ одно безъисключительное чувство подавленнаго презрѣнія и не-любви – «господъ много, всѣмъ надо жить», вотъ его мнѣніе. Зародышъ чувства мщенія есть въ душѣ каждаго, но оно слишкомъ глубоко подавлено угнѣтеніемъ и мыслью о невозможности осуществить его, чтобы обнаруживаться. Но, Боже! какіе ужасы готовитъ оно отечеству, когда какимъ-нибудь случаемъ уничтожится эта невозможность. Теперь же чувство это являетъ себя въ тѣ минуты, когда мысль о близкой смерти уравниваетъ состоянія и уничтожаетъ боязнь. Въ бою, когда сильнѣе всего должно бы было дѣйствовать вліяніе начальника, солдатъ столько же, иногда болѣе, ненавидитъ его, чѣмъ врага; ибо видитъ возможность вредить ему. Посмотрите, сколько Русскихъ офицеровъ, убитыхъ русскими пулями, сколько легко раненныхъ, нарочно отданныхъ въ руки непріятелю, посмотрите, какъ смотрютъ и какъ говорятъ солдаты съ офицерами передъ каждымъ сраженіемъ: въ каждомъ движеніи, каждомъ словѣ его видна мысль: «не боюсь тебя и ненавижу». Угнетенный солдатъ не боится ни физическихъ, ни моральныхъ страданій и оскорбленій: первыя дошли до такой степени, что хуже ничего не можетъ быть, – смерть же для него есть благо, – послѣднія, не существуютъ для него. Единственное наслажденіе его есть забвеніе – вино, и три раза въ годъ, получая жалованье 70 к. – эту горькую насмѣшку надъ его нищетой, – онъ приходить въ это состояніе, несмотря ни на какія угрозы, – проздравляетъ, т. е. пропиваетъ жалованье. Солдатъ нашъ особенно храбръ, когда ведутъ его, – самъ идти онъ не можетъ, потому что не мыслить и не чувствуетъ, – храбръ потому, что мысль – авось все кончится, не оставляетъ его. —

Угнѣтающіе солдаты – люди перенесшіе испытанія и не упавшіе, но ожесточившіеся духомъ. Ихъ чувство справедливости – заставлять страдать каждаго столько же, сколько они страдали. Угнѣтающій солдатъ сжился съ мыслью, что онъ солдатъ, и даже гордится симъ званіемъ. Онъ старается и надѣется улучшить свое положеніе – угнетеніемъ и кражей. Онъ открыто презираетъ угнетеннаго солдата и рѣшается выказывать иногда чувство ненависти и ропотъ начальнику. Въ немъ есть чувство сознанія своего достоинства, но нѣтъ чувства чести; онъ не убьетъ въ сраженіи своего начальника, но осрамитъ его. Онъ не украдетъ тулупа у товарища, но украдетъ порцію водки. Онъ также, какъ угнетенный, невѣжественъ, но твердо убѣжденъ въ своихъ понятіяхъ. Его оскорбитъ не тѣлесное наказаніе, а оскорбитъ сравненіе съ простымъ солдатомъ.

Отчаянные солдаты – люди, убѣжденные несчастьемъ, что для нихъ нѣтъ ничего незаконнаго, и ничего не можетъ быть худшаго. О будущей жизни они не могутъ думать, потому что не думаютъ. Для отчаяннаго солдата нѣтъ ничего невозможнаго, ничего святаго; онъ украдетъ у товарища, ограбитъ церковь, убѣжитъ съ поля, перебѣжитъ къ врагу, убьетъ начальника и никогда не раскаится. —

Угнетѣнный cтрадаетъ, терпитъ и ждетъ конца. Угнѣтающій улучшаетъ свой бытъ въ солдатской сферѣ, въ которой онъ освоился. Отчаянный презираетъ все и наслаждается. – Скажу еще сравнительно: ни въ одномъ европейскомъ войскѣ нѣтъ солдату содержанія скуднѣе русскаго, нѣтъ злоупотребленій лихоимства, лишающихъ солдата ¹/₂ того, что ему положены; ни въ одномъ войскѣ нѣтъ тѣлѣснаго наказанія, – а главное, тѣхъ злоупотреблений тѣлеснаго наказанія, превышающих не только въ 10 кратъ мѣру наказанія положеннаго правительствомъ, но даже возможную; ни въ одномъ государствѣ нѣтъ такого невѣжественнаго войска, какъ въ Русскомъ.

Офицеры, за малыми исключеніями, или, наемники, служащіе изъ однѣхъ денегъ, средствъ къ существованію, безъ всякаго чувства патріотизма и мысли о долгѣ – Поляки, Иностранцы и многіе русскіе, грабители, – служащіе съ одной цѣлью украсть у правительства состояніе и выдти въ отставку, и безнравственные невѣжды, служащіе потому, что надобно что нибудь [делать], мундиръ носить хорошо, а больше по направленію образованія они ни на что не чувствуютъ себя способными.

Генералы – наемники, честолюбцы и Генералы, потому что надо быть когда-нибудь генераломъ. —

Главнокомандующіе – придворные. Главнокомандующіе не потому, что они способны, а потому что они Царю пріятны.

Вотъ положеніе, до котораго съ увеличеніемъ его дошло н[аше] в[ойско] и изъ котораго можетъ вывести его только толчокъ, данный свыше.

Главные пороки нашего войска:

1) Скудность содержанія. —

2) Необразованность.

3) Преграды къ повышенію людямъ способнымъ.

4) Духъ угнетѣнія.

5) ¹¹Старшинство.

6) ¹²Лихоимство —

Разберу вредъ, который приносить каждый изъ этих недостатк[овъ], и средства против нихъ. —

Армейскій солдатъ имѣетъ отъ правительства только строго необходимое для того, чтобы не умереть отъ холода и голода. По неправильному же организованію нашего войска, дающему,¹³ возможность всѣм тѣмъ лицамъ (а ихъ ужасно много), черезъ руки кот[орыхъ] проходить его содержаніе, отклонять оно[е] въ свою пользу, солдатъ получаетъ на дѣлѣ меньше необходимаго и часто умираетъ отъ лишеній. – Я буду говорить про военное время. Солдатъ получаетъ у насъ отъ правительства (de jure)¹⁴ пищу хорошую и достаточную, одежду плохую, жалованье ничтожное. На дѣлѣ же онъ получаетъ плохую пищу, – пища нечиста и неразнообразна (капуста), – одежду плохую и недостаточную, – сукно плоха[го] дост[оинства], шубы нѣтъ, – и никакого жалованья, – жалованья мало на табакъ, к[ому] есть потребность. Какимъ образомъ это происходитъ, было бы слишкомъ длинно разсказывать. Причина же общая есть злоупотребленное довѣріе правительства къ начальникамъ частей въ отношеніи продовольствія. Солдатъ, не получая необходимаго, или чахнетъ и уничтожает[ся] отъ лишеній, или считаетъ себя принужденнымъ и правымъ дѣлать беззаконія. Солдатъ крадетъ, грабитъ, обманываетъ безъ малѣйшаго укора совѣсти; духъ молодечества Русскаго солдата состоитъ въ порокѣ. Солдатъ презираетъ, не вѣритъ и не любитъ начальника вообще, видитъ въ немъ своего угнетателя, и трудно разъубѣдить его. Солдатъ презираетъ и не любитъ свое званіе. Солдатъ ниже духомъ, чѣмъ бы онъ могъ быть. Человѣкъ, у к[отораго] ноги мокр[ы] и вши ходятъ по тѣлу, не сдѣлаетъ блестящаго подвига. Дайте лучшую пищу, лучшей доброты одежду, лучшую и болѣе достаточную обувь, шубы, табакъ и жалованье въ 5 разъ больше, главное устраните частных нач[альниковъ] пользоваться доход[ами] съ продовольствія, – солдатъ будетъ счастливѣе, нравственнѣе и храбрѣе. Содержаніе же офицера нашего было бы недостаточно для офицеровъ такихъ, какіе должны быть, но для такихъ, какіе есть, оно слишкомъ велико. Ежели въ половину убавить жалованье офицера и въ половину прибавить онымъ жалова[ніе] солдата, войско наше было бы вдвое лучше.

Необразованность. Изъ солдатъ нашихъ едва ли 1/100 знаетъ грамотѣ, но, что важнѣе еще, [едва ли] знаетъ религію, правительство, организац[iю] войска, въ к[оторыхъ] они родились и воспитаны. Солдатъ стоитъ на такой низкой степени образованія, что ничто кромѣ физ[ической] боли не ощутительно для него и, не зная ни событій исторіи, ни образа правленія, ни причинъ войны, онъ дерется только подъ вліяніемъ духа толпы, но не патріотизма. Не понимая религіи, онъ становится безнравственнѣе. – Офицеры наши большей частью изъ юнкеровъ не были никогда болѣе образованы солдатъ, другая же меньшая часть изъ корпусовъ, не только не имѣя средствъ продолж[ать] начат[ое] образов[аніе], но, попадая въ сферу грубую и порочну[ю], теряютъ малое, что пріобрѣли. Военное же образованіе, пріобретающееся въ В[оенной] А[кадеміи], встрѣчается слишкомъ рѣдко.– Заведите во всѣхъ полкахъ школы, дайте солдатамъ журналы, хорошихъ духовниковъ, офицерамъ ротныя и батарейныя библіотеки, учредите экзамены на каждый чинъ. Учредите отдѣленія воен[ной] акад[еміи] при каждомъ корпусѣ, въ кот[оромъ] бы на чины команд[ировъ] частей должны бы были держать экзамены, и у васъ будетъ войско, а не рабскія угнетенныя толпы. —

Старшинство. Люди, имѣвшія одно достоинство терпѣливо идти въ службѣ или происками снискавшіе довѣріе нач[альства], заступаютъ мѣста людямъ даровит[ымъ] и образов[аннымъ]. Пускай бы это было зло необходим[ое] въ низшихъ чинахъ, но званіе команд[ировъ] пусть пріобрѣтает[ся] даровит[остью] и экзаменомъ. —

Духъ угнетенія до того распространенъ въ нашемъ войскѣ, что жестокость есть качество, кот[орымъ] хва[с]таютъ самые молоденькіе офицеры. Засѣкаютъ солдатъ, бьютъ всякую минуту, и солдатъ не уважаетъ себя, ненавидитъ нач[альниковъ], а офиц[еръ] не уважаетъ солдата и наслаждается въ присущемъ кажд[ому] человѣк[у] чувствѣ угнетенія. Мнѣ скажут: солдатъ былъ лучше, когда ихъ больше били, да! Но мы двинулись впередъ и воротиться не можемъ къ старому и не можемъ оставаться въ переходномъ состояніи, мы должны быстро шагнуть впередъ, уничтоживъ¹⁵ тѣлѣсное наказаніе.

Лихоимство. Солдатъ не получилъ ¹/10 того, что ему слѣдуетъ, знаетъ это и ненавидитъ офицера. Большинство офицеровъ имѣетъ одну цѣль – украсть состояніе на службѣ и, достигая его, бросаетъ службу. Содержать армію подрядомъ – вотъ одно средство.

3. *[ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ ЗАПИСКИ ОБ ОТРИЦАТЕЛЬНЫХ СТОРОНАХ РУССКОГО СОЛДАТА И ОФИЦЕРА.]

По долгу совѣсти и чувству справедливости не могу молчать о злѣ, открыто совершающемся передо мною и влекущемъ за собою погибель милліоновъ людей, погибель силы и чести отечества. Считаю себя обязанными по чувству человѣка противодѣйствовать злу этому¹⁶ по мѣрѣ власти и способностей своихъ. Зная истинную любовь вашу къ отечеству, я рѣшился обнажить зло это передъ вами во всей гнусной правдѣ его и въ надеждѣ на разумное содѣйствіе ваше указать на тѣ средства, которыя одни¹⁷ возможны¹⁸, ежели не для уничтоженія, то для ослабленія его.

И скорбны и непостижимы явленія нынѣшней войны! Россія, столь могущественная силой матерьяльною, еще сильнѣйшая своимъ духомъ, преданностью Престолу, вѣрѣ и Отечесту Россiя, столько лѣтъ крѣпчавшая и ставшая на столь грозную степень могущества, подъ мудрою и мирною державою Николая, нетолько не можетъ силою оружія утвердить свои справедливыя требованія передъ другими державами, не можетъ изгнать дерзкой¹⁹ толпы враговъ, вступившихъ въ ея предѣлы. Но Русское войско – скажу правду – при всѣхъ столкновеніяхъ съ врагомъ покрываетъ срамомъ великое, славное имя своего отечества.

Причины непонятныхъ явленій этихъ – пороки, нравственное растлѣніе духа нашего войска. Нравст[венное] растл[ѣніе] это есть зло не случайное или временное, уничтожающееся постепеннымъ развитіемъ; напротивъ, это зло, вкравшеася съ развитіемъ, неразлучное съ нимъ и увеличивающееся по мѣрѣ увеличенія силы и числа войска.

Не принимая того, что желалъ бы видѣть за то, что есть, но съ чувствомъ истиннаго патріотизма, желающаго²⁰быть лучше но не желающаго казаться хорошимъ, постараюсь безпристрастно написать настоящую²¹ жалкую моральную картину нашего войска.

У насъ нѣтъ войска²², а толпы угнетенныхъ дисциплинироварныхъ рабовъ, повинующихся грабителямъ и наемникамъ. Толпы эти не войско, потому что въ²³ наш[емъ] войскѣ нѣтъ ни преданности къ вѣрѣ, къ Царю и отечеству, слова, которыми такъ часто злоупотребляютъ, ни рыцарской отваги, ни военной чести, а есть съ одной стороны – духъ терпѣнія и подавленнаго ропота, съ другой духъ жестокости, угнетенія и лихоимства.

Русскій солдатъ есть существо, закономъ ограниченное въ удовлетвореніи жизненныхъ потребностей до границъ возможности, въ дѣйствительности же получающее менѣе того, что нужно человѣку сильнаго сложенія, [чтобы] не умереть отъ холода и голода. Единственное наказаніе его есть физическое страданіе, ограниченное закономъ, но въ дѣйствительности доходящее иногда до мучительной смерти и зависящее отъ произво[ла] частнаго лица, всегда склоннаго къ угнетенію и жестокости; высшая награда солдата – отличіе, дающее ему право, присущее человѣку, не быть битымъ по произволу каждаго. Солдатъ существо лишенное возможности не только образовывать себя, но даже удержаться на то[й] степени развитія, на которой онъ былъ въ прежней сферѣ. Единственное возможное и допущенное наслажденіе его есть скотское опьяненіе. Солдатъ есть бранное поносное слово въ устахъ русскаго народа. —

У насъ есть 3 рода солдатъ: угнетенные, угнетающіе и отчаянные. —

Угнетенный солдатъ убѣжденъ и сроднился съ мыслью, что въ общественномъ быту нѣтъ существа ниже и несчастнѣе его, что единственная обязанность его есть страданія и терпѣніе. Онъ знаетъ, что его бьютъ не за то, что онъ виноватъ, а для поддержанія духа угнетенія, знаетъ, что не получаетъ ¹/₄ доли того, что даетъ ему правительство, и, включая безисключительно всѣхъ начальниковъ въ одно чувство подавленной нелюбви и презрѣнія, молчитъ и терпитъ. Онъ храбръ не потому, чтобы его одушевляло какое нибудь чувство, но потому, что жизнь его такъ полна страданіями, что онъ не боится смерти. Мысль, что все кончится, поддерживаетъ его. Угнетающій солдатъ, перенося испытанія солдатской жизни, не упалъ, но ожесточился духомъ. Чувство справедливости его состоитъ въ томъ, чтобы заставить переносить другаго тоже, что перенесъ и онъ самъ. Онъ уважаетъ вообще званіе солдата, но презираетъ угнетеннаго, и наконецъ Отчаянный солдатъ есть существо несчастіемъ убѣжденное въ справедливости всего беззаконнаго, невѣрующее, порочное и развратное. – Угнетенный – страдаетъ и ждетъ конца. Угнетающій улучшаетъ свой бытъ въ солдатской сферѣ. Отчаянный презираетъ все и наслаждается въ порокѣ. —

Русскій офицеръ по большинству есть человѣкъ неспособный ни на какой родъ дѣятельности кромѣ военной службы. – Главныя цѣли его на службѣ суть пріобрѣтеніе денегъ. Средства къ достиженію ея – лихоимство и угнетеніе. Русскій офицеръ необразованъ, или потому что не получалъ образованія, или потому что утратилъ его въ сферѣ, гдѣ оно безполезно и даже невозможно, или потому что презираетъ его, какъ безполезное для успѣха на службѣ. Онъ беззаботенъ къ пользѣ службы, потому что усердіе ничего не можетъ принести ему. Для успѣха нужно только соблюденiе извѣстныхъ правилъ и терпѣніе. Онъ презираетъ званіе офицера, потому что оно подвергаетъ его вліянію людей грубыхъ и безнравственныхъ, занятіямъ безполезнымъ и унизительнымъ. Дворянинъ презираетъ службу во фронтѣ въ арміи. – Въ военномъ обществѣ духъ любви къ отечеству, рыцарской отваги, военной чести, возбуждаетъ насмѣшку; уважается угнетеніе, развратъ и лихоимство. —

У насъ есть офицеры 3-хъ родовъ. Офицеры по необходимости изъ корпусовъ или изъ юнкеровъ, люди попавшіе разъ въ сферу военной службы и не чувствующіе себя способными къ другому средству поддерживать существованіе. – Эти люди ко всему равнодушные, ограниченные самымъ тѣснымъ кругомъ дѣятельности, усвоившіе себѣ, не обсудивъ, общій характеръ угнетенія и праздности и лихоимства, и безъ мысли и желанія объ общей пользѣ, безсознательно коснѣющіе въ грубости, невѣ[же]ствѣ и порокахъ. – Офицеры беззаботные, люди служащiе только для мундира или мелочного тщеславія и презирающiе сущность военной службы (службу во фронтѣ), люди по большей части праздные, богатые, развратны[е] и не имѣющіе въ себѣ военнаго ничего кромѣ мундира, – и самый большой отдѣлъ Офицеры аферисты, служащіе для одной цѣли – украсть какимъ бы то ни было путемъ состояніе въ военной службѣ. – Это люди безъ мысли о долгѣ и чести, безъ малѣйшаго желанія блага общаго, люди составляющiе между собой огромную корпорацію грабителей, помогающихъ другъ другу, однихъ начавшихъ уже поприще воровства, другихъ готовящихся къ нему, третьихъ прошедшихъ его – люди составившіе себѣ въ сферѣ грабежа извѣcтныя правила и подраздѣленія. – Люди, считающіе честность глупостью, понятіе долга сумашествіемъ, заражающіе молодое и свѣжее поколѣніе этой правильной и откровенной системой корысти и лихоимства. Люди возмущающіе²⁴ противъ себя и вселяющіе ненависть въ низшемъ слоѣ войска. Люди, смотрящіе на солдата какъ на предлогъ, который при угнетеніи даетъ²⁵ возможность наживать состояніе.

Русскій Генералъ по большинству существо отжившее, усталое, выдохнувшееся, прошедшее въ терпѣніи и безсознаніи всѣ необходимыя степени униженія, праздности и лихоимства для достиженія сего званія – люди безъ ума, образованія и энергіи. Есть, правда, кромѣ большинства Генер[ал]овъ терпѣливыхъ еще новое поколѣніе Генераловъ сщастливыхъ – людей или какой нибудь случайностью, или образованіемъ, или истиннымъ дарованіемъ, проложившихъ себѣ дорогу мимо убивающей среды настоящей военной службы и успѣвшихъ вынести свѣтлый умъ, теплыя чувства любви къ роди[нѣ], энергію, образованіе и понятіе чести; но число ихъ слішкомъ незначительно въ сравненіи съ числомъ терпѣливыхъ генераловъ, отстраняющи[хъ] ихъ отъ высшихъ долж[ностей], появленіе слишкомъ подлежитъ случайности, чтобы можно было надѣяться на будущее вліяніе ихъ.

Главныя нравственныя язвы, съ увеличеніемъ войска вкравшіяся въ ряды его, постепенно увеличивающiся, и доведшія его до сего жалкаго моральнаго состоянія, суть: скудность содержанія войска, пренебрежете къ образованію, угнетеніе²⁶, производство по одному старшинств[у] и, наконецъ, главное – лихоимство. —

Ни въ одномъ Эвропейскомъ государствѣ солдатъ и офицеръ не стоитъ на столь низкой степени матерьяльнаго благосостоянія и моральнаго развитія – условій одинаково необходимыхъ для возвышенія духа войска. Ни въ одномъ Е[вропейскомъ] государствѣ не существуетъ унижающ[аго] человѣческое достоинство²⁷ и переходящаго въ безчеловѣчное истязаніе тѣлѣснаго наказанія. Ни въ одномъ государствѣ, исключая н[аше] о[течество], нѣтъ возможности пріобрѣтенія высшихъ степеней военныхъ однимъ терпѣніемъ. Ни въ одномъ Е[вропейскомъ] г[осударствѣ] военное искуство такъ не отстало, ка[къ] въ нашемъ. Ни въ одномъ е[вропейскомъ] госуд[арствѣ] нѣтъ по самой организаціи армій тѣхъ злоупотребленій лихоимства, которыя существуютъ въ нашемъ не какъ исключеніе, а какъ правило. Ни въ одномъ Е[вропейскомъ] г[осударствѣ] нѣтъ худшаго духа (меньшей связи между солдатомъ и начальникомъ), какъ въ нашемъ отечествѣ.

Постараюсь разобрать подробно вредъ, который приносятъ пороки нашего войска, и средства противодѣйствія имъ. —

Я знаю всю трудность достиженія этой многосторонней цѣли, знаю, что оно возможно вполнѣ только съ помощью времени и неусыпнаго совокупнаго труда людей единомыслящихъ. Я изложу свои мысли на столько, сколько успѣлъ развить ихъ, надѣясь, что другіе разовьютъ ихъ больше въ болѣе правильномъ трудѣ, дополнятъ то, что упустилъ²⁸, исправятъ²⁹ то, въ чемъ я ошибся. —

Скудость содержанiя войска.

IV. * [ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА КН. М. Д. ГОРЧАКОВУ?]

В[аше] С[іятельство].

Дело, о кот[оромъ] я хочу говорить вамъ, слишкомъ велико и важно, чтобы, говоря о немъ, я боялся говорить истину. С[евастополь] идетъ быстрыми шагами къ своему паденію, гарнизонъ къ своей гибели, Россія къ своему сраму. Паденіе Севаст[ополя] важно, какъ погибель всего того благаго, что кровью пріобрѣла Россія, какъ молчаливое вѣчное признаніе не превосходства, а владычества Англо-Французовъ, важно, какъ отреченіе отъ вѣковой славы Р[оссіи] и уничтоженіе навѣки чести и надеждъ Р[усскихъ]. – И мы быстрыми шагами идемъ къ нему. – Я говорю не про число войскъ, пороху, [не] про факты войны и осады, – я говорю про духъ войска. Духъ войска въ настоящую минуту есть грустное сомнѣніе въ возмож[ности] отсто[ять] С[евастополь], преданность волѣ Пров[идѣнія], но не энтузіазмъ героевъ, к[оторый] одинъ можетъ спасти насъ. – Зародышъ геро[ическаго] чувства готовности къ смерти за дѣло христіанства и чести отечества – лежитъ во всѣхъ насъ. Дайте ему ходъ и проявленіе, и духъ этотъ выразится поступками достойными человѣка и Русскаго. —

Пусть каждому изъ насъ отъ высшаго до нисшаго прочтутъ воззваніе, к[оторое] вылилось изъ среды гарнизона и уже глубоко сознали многіе изъ насъ.

[П]усть каждый изъ насъ въ Церкви передъ лицомъ [Бог]а приметъ клятвенное обѣщаніе, к[оторое] въ видѣ а долга таится въ душѣ каждаго, пусть каж[дый из]ъ насъ во имя Св. Георгія надѣнетъ на себя отреченія отъ жизни и полнаго посвященія себя [о]бщаго. – И Гарнизонъ Севастополя будетъ [не молча]ливой жертвой неминуемаго паденія, а великой несокрушимой общиной героевъ, и Севас[тополь буде]тъ не орудіемъ нашего срама, a орудіе[мъ] [з]ащитниковъ его и славы нашего вел[икаго] отече[ства] и мы сокр[ушимъ] авимъ свое.

–

V. * ОТРЬІВОКЪ ИЗЪ ДНЕВНИКА ШТАБСЪ КАПИТАНА А. ПѢХОТНАГО Л. Л. ПОЛКА.

Еще мѣсяца 1¹/₂ тому назадъ говорилъ мнѣ Федоръ Карлычь, что Великій Князь пріѣдетъ сюда на мѣсто Горчакова и что Государь въ Николаевѣ, потомъ говорили, что вздоръ, потомъ опять увѣряли, что ужъ его лошади въ Симферополѣ, и опять оказывалось, что вздоръ. Такъ что я новости эти невольно отнесъ къ разряду нашихъ армейскихъ госпитальныхъ новостей – въ родѣ тѣхъ, что Наполеонъ убитъ, что Викторія приняла личное начальство надъ войскомъ, чт[о] В[еликій] К[нязь] К[онстантинъ] идетъ съ американскимъ флотомъ намъ на выручку, и пересталъ думать. – Но вчера квартермейстеръ, пріѣхавъ изъ Симферополя, разсказывалъ навѣрно, что Государь будетъ. – Онъ говорилъ, чт[о] въ Симферополѣ …

–

VI. * [СОЛДАТСКИЕ РАЗГОВОРЫ.]³⁰

Разговоръ духовно-поэтическій – о мертвецахъ – о 24-мъ – о политикѣ – этнографія и географія – шуточный съ Васинымъ. —

Волковъ молодой розовый солдатикъ съ височками А[лександръ] I. – Я нынче сонъ видалъ, будто меня мать кашей кормила.

Кузъминъ бакенб[ардистъ], І-ый №. И что ни приснится! другой разъ летаешь.

В[олковъ]. И такъ будто хорошо, выше хатъ, меня разъ за ногу поймалъ солда[тъ] М[ельниковъ], а то офицеръ что-то хотѣлъ надо мной исдѣлать, я взялъ и улетѣлъ отъ него. —

Абросимовъ. И что это такое значитъ, братцы мои, что летаешь?

3-ій. Душа летаетъ. —

4. Да, это точно.

Молчанье.

Молод[ой] и красивый солдатъ съ немного жидовской ³¹ физіономіей. Куда же она летаитъ? —

3-ій. Извѣстно въ кабакъ. Куда больше. —

Стар[ый] солд[атъ]. А это, что точно все наши телѣса, а душа совсѣмъ особо; коли какія глупости, все присни[тся], вѣд[ь], теперь, что см[е]рти каждый часъ ждемъ, и ежели бы какая дѣвка пришл[а] сюда. —

В[олков?]. Я бъ ее въ балаганъ затащилъ.

Ст[арый солдат]. Нѣтъ. Я бы теперь ни за что бы не сталъ.

М[олодой солдатъ]. Ну все бы побаловался. —

В[олков?]. А что, братцы, вѣдь, мы здѣсь всѣ скоро отслужимъ мѣсяцъ за годъ. Да вотъ Мел[ьн]икову [?] всег[о] 2 мѣсяца простоять и отпускъ, какъ замиренье будетъ.

Ст[арый солдатъ]. Кады замиренье, то, я чай, всѣхъ отпустятъ.

Ва[синъ?]. Замиренье еще въ 56 году будетъ, еще нов[ый] Царь, чай, смотрѣть будетъ. —

Штуцерная пуля свистит и ударяетъ ³² въ ¹/₂ арш. отъ молодаго.

Ст[apый]. Вонъ еще до вечера чистая выйдетъ. —

Хохотъ. Свистъ и удар ядра.

Вѣдь пополамъ разнесетъ.

1)Я видалъ, клали, на возъ цѣлый.

2)Ужъ арестанты насмѣются же дурно этакъ, голова о голову, и стучитъ. Мы намѣдни смотрѣли, народу много собралось, такъ арестанта духъ отбиваетъ, народъ за вѣтромъ, онъ разгоняетъ, взялъ колошматину, да какъ пуститъ по народъ, такъ гноемъ закидалъ. Всѣхъ бы васъ, говоритъ, сюда накласть. Ужъ его попъ началъ за эти слова.

Д. Чтожъ, въ отчаянности.

Политической. Развѣ у нихъ присяги нѣтъ? Вѣдь онъ бунтовщикъ?

В. Нѣтъ, онъ такой государство, значитъ.

Про 24. Значитъ, видитъ, въ сапогъ затекло, – вижу падать надо, взялъ ударился оземь. —

Этнограф[ія]. Въ Валахіи кругомъ приставки.

–

VII. *[ДОНЕСЕНИЕ О ПОСЛЕДНЕЙ БОМБАРДИРОВКЕ И ВЗЯТИИ СЕВАСТОПОЛЯ СОЮЗНЫМИ ВОЙСКАМИ.]

24 августа въ половинѣ 6-го часу утра непріятель открылъ послѣднее усиленное бомбардированіе противъ укрѣпленій южной стороны Севастополя. До 11-го часу утра усиленный огонь былъ направленъ только на правый флангъ нашъ, бастіоны: №№ 10, 6, 5 и 4, въ 11-ть же часовъ огонь роспространился по всей линіи и уже болѣе не прекращался, исключая получасовыхъ промежутковъ (каждый день въ 11-ть часовъ утра и въ 6-ть часовъ вечера). 25 и 26 чиселъ непріятель кромѣ того дѣйствовалъ залпами изъ всѣхъ своихъ батарей по всей нашей линіи. Такого рода стрѣльба, хотя и наносила значительный вредъ укрѣпленіямъ и имѣла сильное моральное вліяніе на прикрытіе и прислугу, была гораздо менѣе дѣйствительна, чѣмъ равномѣрное и мѣткое бомбардированіе, продолжавшееся безостановочно 77 часовъ и имѣвшее очевидною цѣлью демонтированіе нашихъ орудій и разрушеніе укрѣпленій. —

Цѣль эта однако была достигнута только мѣстно и въ весьма малой мѣрѣ: Батарея № 10, находясь въ продолженіи трехъ сутокъ подъ перекрестнымъ огнемъ 6-ти батарей (4-хъ мортирныхъ, одной 9-ти-орудійной, стрѣлявшей картечью, одной ракетной) и шести пароходовъ, ставшихъ утромъ 27-го числа на якорѣ въ Песчаной бухтѣ и бросавшихъ на батарею 5-ти-пудовыя бомбы, несмотря на ежедневную потерю около ста человѣкъ прислуги, двухъ взорванныхъ погребовъ и 12-ти под битыхъ орудій, продолжала отвѣчать непріятелю до 1,500 выстрѣловъ въ сутки и угрожать пароходамъ, которые бы рѣшились подойти къ бухтѣ для дѣйствія по Большему мосту. Редутъ Шварца, подвергаясь въ продолженіи трехъ сутокъ перекрестному и фланговому огню батарей непріятельскихъ и въ особенности, ночь 25-го, прицѣльному дѣйствію бомбъ, ядеръ и картечи изъ ближайшихъ траншей, потерялъ только два орудія подбитыми (изъ которыхъ одно въ ту же ночь было замѣнено новымъ, а другое хотя испорченное еще могло дѣйствовать картечью), выпускалъ первые дни по 40-къ выстрѣловъ на орудіе и послѣдніе сутки, молчалъ только для того, чтобы, не обращая на себя вниманія непріятеля, быть въ состояніи дѣйствительнѣе встрѣтить его картечью на случай штурма. 4-ый Бастіонъ въ продолженіи всего бомбардированія отвѣчалъ непріятелю положенное число выстрѣловъ изъ всѣхъ орудій, исключая 9-ти крѣпостныхъ подбитыхъ, изъ которыхъ 2-ва были замѣнены, и 3 полевыхъ, замѣненныхъ тотчасъ-же, и молчалъ отчасти только утро 27-го для того, чтобы окончательно исправить поврежденія погребовъ, траверзовъ, брустверовъ и большаго числа засыпанныхъ амбразуръ. На Костомаровскомъ Редутѣ, несмотря на самый жестокій артиллерійскій огонь и штуцерныя пули, отъ которыхъ всѣ разбитые щиты и засыпанный брустверъ уже не представляли защиты, подбито одно орудіе и замѣнено новымъ³³, и исправлены всѣ главныя поврежденія порохового погреба, амбразуръ и платформъ. —

На лѣвомъ флангѣ нашихъ укрѣпленій огонь непріятельскій по численному преимуществу его батарей передъ нашими и еще болѣе усиленному бомбардированію былъ дѣйствительнѣе, чѣмъ на правомъ флангѣ, въ особенности же противъ Малахова кургана и Рогатки³⁴, 3-го и 2-го бастіоновъ. 1⁻й же бастіонъ подвергся сильному бомбардированію въ особенности въ день 27 числа. Во все время штурма непріятель, не ведя атаки на этотъ пунктъ и предполагая въ немъ наши резервы, сосредоточилъ на него весь огонь своихъ батарей лѣваго фланга, такъ что большая часть морскихъ и 3 стоявшія на нихъ полевыя орудія были подбиты.

Кромѣ дѣйствія по веркамъ непріятель кидалъ здѣсь безпрерывно огромное количество бомбъ и мелкихъ гранатъ изъ ближайшихъ траншей и поддерживалъ вездѣ не утихавшій и по ночамъ учащенный штуцерный огонь, наносившій огромный вредъ прикрытію и затруднявшій необходимыя на батареяхъ исправительныя работы. Къ 27-му числу на батареяхъ лѣваго фланга было значительное число подбитыхъ орудій, разрушенныхъ траверзовъ и брустверовъ и болѣе всего заваленныхъ мерлоновъ, сбитыхъ щитовъ, засыпанныхъ амбразуръ, препятствующихъ дѣйствію изъ орудій.

Такъ на батареѣ Усова изъ 20-ти орудій только 6-ть могли дѣйствовать.

Нa 3 бастіонѣ было 13 подбитыхъ орудій. Двѣ морския батареи на Рогаткѣ, 4-хъ и 12-ти-пушечная, утромъ 27 числа уже не могли дѣйствовать. 2-й бастіонъ былъ буквально разрушенъ. Притомъ потеря въ прислугѣ была такъ значительна, что нѣкому было заряжать тѣ орудія, которыя оставались. Едва успѣвали выносить раненыхъ, убитыхъ оставляли на мѣстѣ. Въ эти три дня на 3-емъ отдѣленіи выбыло около 2,000 человѣкъ прикрытія и 437 человѣкъ артиллерійской прислуги. —

27-го числа въ 8-мъ час. утра непріятель открылъ бомбардированіе, какъ и въ прежніе дни залпами изъ всѣхъ орудій, но многія батареи наши, занимаясь исправленіемъ поврежденій, въ особенности на лѣвомъ флангѣ, не отвѣчали ему. Къ 11-му часу бомбардированіе значительно стало усиливаться на правомъ флангѣ и ослабѣвать на лѣвомъ.

Въ 12-мъ часу орудійный огонь противъ Малахова кургана, 1, 2-го и 3-го бастіоновъ совершенно затихъ, только продолжался съ тою же силою губительный для прикрытія огонь мортиръ и штуцерныхъ.

Съ непріятельскихъ батарей противъ лѣваго фланга въ 12-ть часовъ сдѣлано было три залпа. По третьему залпу густыя цѣпи непріятеля, слѣдуя одна за другою и поддерживаемыя сильными колоннами резервовъ, двигавшимися по Келимъ-Балкѣ, Камчатской и Зеленой горѣ, вышли изъ ближайшихъ траншей противъ 2-го бастіона, Рогатки, лѣваго фаса Малахова кургана и 3-го бастіона и пошли на приступъ. —

Болѣе сильная по числу направленныхъ войскъ и первая по времени атака была произведена непріятелемъ на исходящій уголъ 2-го бастіона. Едва едва прикрытіе успѣло сдѣлать нѣсколько выстрѣловъ и 3 стоявшія на бастіонѣ полевыя орудія (7-й легкой 12 бригады) выпустить по двѣ картечи, какъ непріятель уже въ большомъ числѣ успѣлъ добѣжать до рва, частью вскочить въ укрѣпленіе, оттѣснить прикрытіе и заклепать нѣкоторыя орудія.

На Рогатку число непріятеля, направленнаго съ фронта, было значительно меньше. Встрѣченные сначала картечью 4-хъ полевыхъ единороговъ 6 легкой батареи 12 артиллерійской бригады, выпустившихъ по нимъ 27 выстрѣловъ, а потомъ пулями, камнями и черепьями нашей пѣхоты, Французы на нѣсколько минутъ были задержаны во рву куртины; но когда значительныя части ихъ, овладѣвъ 2-мъ бастіономъ, по рву куртины достигли Рогатки, артиллеристы, заклепавъ орудія, а прикрытіе отстрѣливаясь, отступили ко 2-й оборонительной линіи.

Противъ Малахова кургана непріятель, въ это время задержанный большимъ разстояніемъ траншей, чѣмъ от 2-го бастіона, глубиною рва, а можетъ быть умышленно, дожидаясь успѣха на 2-мъ бастіонѣ и Рогаткѣ, только разсыпнымъ строемъ перебѣгалъ въ ровъ, собирался въ немъ, но еще не пытался влѣзать на брустверъ. —

Противъ 3-го бастіона Англичане въ это время вышли изъ ближайшихъ траншей и, несмотря на картечный и ружейный огонь съ нашей стороны, добѣжавъ до засѣкъ, остановились и стали разчищать подступы. —

Занявъ 2-й бастіонъ и Рогатку, непріятель двинулся далѣе въ Ушакову балку и ко 2-й оборонительной линіи. Прикрытіе и прислуга уже начинали отступать со 2-й стѣнки и Генриховой батареи, когда Кременчукский полкъ, поддерживаемый прибытіемъ дивизіона (5 легкой батареи 11-й артиллерійской бригады), ударилъ въ штыки на непріятеля; кромѣ того къ этому времени по непріятелю и подходивпшмъ къ нему резервамъ открыли картечный огонь батареи Парижская и Генрихова, до которой не дошли французы (и которая³⁵ снова была занята нами) и перекрестный огонь батареи 1-го бастіона и Сѣверной стороны.

Непріятель такъ же быстро былъ выбитъ изъ укрѣпленія, какъ быстро успѣлъ занять его, и подъ ружейнымъ и картечнымъ огнемъ 2-хъ расклепанныхъ на 2 бастіонѣ полевыхъ орудій дивизіона 5 легкой, ставшаго подлѣ Генриховой батареи и самой Генриховой, бѣжалъ частью къ своимъ траншеямъ, частью въ ровъ куртины и къ³⁶ Рогаткѣ, гдѣ онъ и продолжалъ держаться.

На Малаховомъ курганѣ не было сдѣлано ни одного картечнаго выстрѣла и все прикрытіе еще было въ блиндажахъ, когда значительная часть непріятеля, собравшись въ переднемъ рву Корниловскаго бастіона, начинала влѣ

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

На поле рукой Толстого карандашом приписано: есть Собр[аніе] въ Управ[леніи].

Вернуться

2

На поле рукой Толстого карандашом написано: Разска[зы], Подв[иги] храб[рости], Стал[ыпинъ] о В[алахіи], м[ожеть] б[ыть], Бабо[рыкинъ]. объ Ял[тѣ?] Тол[стого.]

Вернуться

3

На поле рукой Толстого карандашом написано: Крыж[ановский и Баллю[зекъ?].

Вернуться

4

На поле рукой Толстого написано карандашом: Расхв. Кит.[?] О Рагульк[ахъ]. Сверху текста карандашом: перечер.

Вернуться

5

На поле рукой Толстого написано карандашом: Горчако[въ].

Вернуться

6

На поле рукой Толстого карандашом написано: Къ Некр[асову].

Вернуться

7

Вся верхняя часть 1-й страницы исписана преимущественно фамилией К. Боборыкинъ и словом лейтенантъ; несколько раз написано: Графъ Толстой.

В самом конце рукописи карандашная приписка Толстого: На Золотой улицѣ – Домъ Хамудиса.

Вернуться

8

Первоначальный текст первой фразы был таков: Россія могущественна, но она обширна, поэтому: затем вместо этой фразы, занимающей первую строку, над ней было надписано Русское войско… и пр. до сл. непобѣдимо; часть первоначального текста была зачеркнута, часть, именно слова: Россія но она остались незачеркнутыми; думаем, что это произошло случайно и все эти слова должны быть зачеркнутыми, и что единственно возможное чтение то, которое здесь приведено.

Вернуться

9

Зачеркнуто, может быть, по ошибке: Отца вашего

Вернуться

10

Ошибочно зачеркнуто: съ

Вернуться

11

В подлиннике вместо 5) ошибочно стоит 4)

Вернуться

12

В подлиннике вместо 6) ошибочно стоит 5)

Вернуться

13

В подлиннике: дающего.

Вернуться

14

[По праву].

Вернуться

15

В подлиннике впередъ. Уничтоживъ.

Вернуться

16

Слова: злу этому в подлиннике зачеркнуты, но повидимому ошибочно

Вернуться

17

Зачеркнуто: кажутся мнѣ

Вернуться

18

В подлиннике возможными:

Вернуться

19

В подлиннике: ошибочно не зачеркнуто и

Вернуться

20

В подлиннике: желающим ранее ошибочно не зачеркнуто: но

Вернуться

21

В подлиннике: настующую

Вернуться

22

В подлиннике: войско

Вернуться

23

В подлиннике: Въ

Вернуться

24

В подлиннике: возмыщающіе

Вернуться

25

В подлиннике: дают

Вернуться

26

В подлиннике: угнетенія. Ранее было: Дух угнетенія почему и остался редительный падеж

Вернуться

27

В подлиннике: человѣческаго достоинства

Вернуться

28

В подлиннике: упустить

Вернуться

29

В подлиннике: исправить

Вернуться

30

Имена, названия и характеристики действующих лиц в рукописи Толстого не всегда выделены и подчеркнуты; поэтому курсив дополнен от редактора; р вно им же введен курсив и в ремарках автора.

Вернуться

31

См. Словарь трудных для понимания слов.

Вернуться

32

В подлиннике: ударяя

Вернуться

33

Слово: новымъ ошибочно в подлиннике написано дважды.

Вернуться

34

Въ подлиннике: Рогаткѣ,

Вернуться

35

В подлиннике: которую

Вернуться

36

В подлиннике: на

Вернуться