Айнави, Джулиан Хитч
В обиду (не) дам, новенькая!

Глава 1

– Эй ты, из триста седьмой! Куда намылилась?

От жесткого и резкого мужского голоса Женя сначала чуть не подпрыгивает на месте, потом замирает. Над ней нависает высокий парень, дыша как разъярённый бык. Похоже зря она утром решила надеть красную водолазку. Жар от его тела слишком ощутим, заставляя в страхе вжаться в дверь. Но исходящий от него запах шалфея дурманит голову, побуждая расслабиться. На секунду ей и правда этого хочется.

Сердце останавливается, когда неожиданно рука парня ложится на дверь.

– Кажется, я задал вопрос, триста седьмая!

Тень, так Женя мысленно успевает окрестить незнакомца, делает шаг вперёд, едва не прижимаясь к ней вплотную. У Жени от страха, кажется, всё в животе переворачивается, но она не находит в себе сил оторвать взгляд от пола и посмотреть в его глаза.

И когда он убирает ладонь с двери и перемещает всё ближе к ней, у Жени окончательно перехватывает дыхание – наверняка, он решил схватить её за горло! Но вместо этого незнакомец резко выхватывает у неё из руки булку и бесшумно исчезает, как будто ничего и не было. Женя остаётся с вещами и осознанием, что её единственная еда украдена. И она уже ненавидит общежитие всей душой. Пусть и провела в нём всего несколько минут. Ей приходится потратить пару минут, чтобы отдышаться и постучать в дверь комнаты, в которой она теперь будет жить. Хотя единственное желание – испариться отсюда прямо сейчас. Мама была права: ничего хорошего она здесь не найдёт.

Тишина. До неё не доносится никаких звуков.

Жене кажется, ещё немного и она взорвётся. Просто убежит обратно на вокзал и сядет на поезд до родного города. Но она делает глубокий вдох, стараясь успокоиться. Всё же она не привыкла сдаваться без боя. И если подумать, вряд ли бы незнакомец на самом деле сделал ей что-то плохое – просто она слишком впечатлительная. Да и потеря булки – не проблема. Хотя урчащий от голода желудок с ней не согласен, напоминая, что это был её единственный завтрак. На вокзале ей не из чего было выбрать. Она купила булку в ларьке, который показался ей более менее нормальным.

Женя дёргает за ручку, и та поворачивается без особых усилий. Это напрягает. Ей позвонили и сказали, что комната уже заселена, осталось только одно свободное место для неё. Может, тот незнакомец уже добрался до её соседок? Нервно усмехнувшись нелепой мысли, Жена встряхивает волосами и, прогнав сомнения, делает шаг внутрь.

В комнату не попадает свет из окна – на нём плотные шторы. Но свет из коридора освещает часть помещения. Почти сразу до неё доносятся раздражённые слова:

– Закрой дверь, ну серьёзно! Ночь была тяжелая…

Женя заходит в комнату, скидывает багаж на пол и закрывает дверь, оказываясь в темноте. Она боится, что ей снова что-то скажут, поэтому присаживается на стул, что обнаруживается у стены, и прижимает колени к себе.

«Ну и стоило оно того?»

Женя закрывает глаза, вспоминая прощание с родителями и сестрой. Никто из них и подумать не мог, что она рванет за сотни километров поступать в университет – родные не были к этому готовы, впрочем, как и она сама. Это было спонтанное решение после того, как она погостила у бабушки в деревне. Та была так рада, что заполняла своими историями и разговорами всё пространство между ними – Жене это нравилось. И отчасти она жалела, что часто игнорировала приглашения погостить, считая, что стала слишком взрослой для каникул в деревне.

– Твоего деда я встретила далеко отсюда! Ну и красавец же он был! А эта жизнь в общежитии! Там-то, милая, я многому и научилась. И людей посмотрела, и себя показала.

Бабушка без конца смеялась, вспоминая о молодости, и даже, казалось, что в эти моменты и сама становилась моложе. Иногда она запиналась, хитро улыбалась и говорила, что некоторые подробности, пока умолчит – Женя слишком юная, чтобы делиться с нею всеми секретами.

И теперь, сидя на стуле в комнате, в которой предстояло жить, но которая была абсолютно чужой, Женя сомневается, что стоило поддаваться обаянию бабушкиных рассказов. Ведь сама Женя никогда не стремилась уехать из родительского дома. Что на неё нашло? В поезде она так и не смогла уснуть, считая часы, а потом и минуты до того, как придётся выйти на перрон чужого большого города. И сейчас она испытывает разочарование, но менять выбранное направление слишком поздно.

Женя кладёт голову на колени и незаметно для себя засыпает, надеясь, что день принесёт ей облегчение и радость.

– Эй! Ты не заблудилась?

Женю толкают в плечо не сильно, но ощутимо. Перед собой она видит девушку в нижнем белье. Покраснев и отведя взгляд в сторону, встаёт на ватные и затекшие ноги.

– Я… Я тут по распределению.

Женя опирается на стену, пытаясь размять ноги. Замечает зеркало и вглядывается в собственное отражение – выглядит она помято и жалко.

– Что ж ты сразу не сказала?! А мы всё гадали, какого кота в мешке нам подбросят, – смеётся девушка, расхаживая по комнате и собирая свои вещи. – А ты ничего, мне нравишься. Скромная.

Кинув одежду на кровать, девушка усаживается рядом, начиная одеваться. Кивает на соседнюю постель.

– Киру не буди до десяти, бесполезно. – Женя только удивлённо косится на ещё одну соседку, а вернее ворох одеял, под которым с трудом можно угадать фигуру девушки. – Я Маша. А ты?

– Евгения.

– Будешь Женей, без обид. – Маша доброжелательно улыбается. – Не люблю полные имена. Слишком уж официально. Пойдём, я тебе по возможности всё покажу. За вещи не переживай, тут есть охранники.

Женя не успевает задать вопрос. Переведя взгляд на свой чемодан, замечает огромного таракана, который шевелит усиками. Женя, вскрикнув, резко отпрыгивает в сторону. Зажимает ладонью рот, чтобы не заорать в полный голос, и с ужасом смотрит на Машу.

– Привыкнешь! – совершено спокойно говорит та.

Маша накидывает на себя халат и, приобняв Женю за плечи, выводит из комнаты. Женя на автомате следует за соседкой, а перед глазами у неё так и стоит картина, как мерзкий жирный таракан смотрит на неё, словно ухмыляясь и говоря тем самым:

– Теперь это всё моё!

– Так, – голос Маши возвращает её в реальность. – Самое важное следовать нескольким правилам, если собираешься тут задержаться: возвращаться в общагу по вечерам нужно до одиннадцати часов. Гости же должны до одиннадцати уходить. – Маша многозначительно смотрит на Женю, но она игнорирует её взгляд, хотя и понимает, о каких «гостях» идёт речь. Парней Женя водить к себе не собирается, и в глубине души надеется, что её новые соседки тоже не особо увлекаются подобным времяпрепровождением, во всяком случае не в их общей комнате. Маша между тем продолжает: – Готовить можно только на общей кухне, никаких переносных плит в комнатах. Никакой громкой музыки и выпивки по будням. На выходных тоже нельзя, но на самом деле немного можно. Если сильно не шуметь и не наглеть, конечно. Тогда коменд закрывает на это глаза и не гоняет нас как тараканов из одной в комнаты в другую.

Выпивать и шуметь Женя тоже не собирается, и вообще нарушать что-либо из озвученного списка. Простые правила дают уверенность в сегодняшнем и завтрашнем дне, и это Жене нравится.

– Это общая кухня. – Маша указывает на большое помещение со столом, несколькими плитами и рабочими поверхностями и парой холодильников. – За собой лучше убирать, но не стучи коменду, если кто-то не убрал. Лучше решить всё на уровне нас, не привлекая «начальство».

Женя ухмыляется: вряд ли она побежит кому-то жаловаться, она тут никого и не знает. Да и так не поступают.

– Душ в конце коридора, без сланцев не ходи, если не собираешься собирать на полу всякую гадость. – Маша кривит лицо, передергиваясь.

В коридор из одной из комнат выходит молодой парень в голубой рубашке и тёмных джинсах, на поясе висит связка ключей.

– Здравствуйте! – Маша как-то напрягается, теряя свою расслабленность.

Для крошечной Жени его рост кажется буквально великанским, она тоже неосознанно напрягается. Парень, не обращая на них внимания, проходит дальше, позвякивая ключами. Только через некоторое время Маша снова расслабляется и, поворачиваясь к Жене, произносит:

– А это Тень, наш коменд.

Глава 2

– Тень? – удивлённо переспрашивает Женя, вспомнив, как сама дала точно такое же прозвище парню, который украл у неё булку.

Маша отвечает не сразу – смотрит в сторону, куда ушёл комендант, и накручивает тёмные волосы на палец.

– Никто его иначе не называет. Вечно подкрадывается ко всем, словно из воздуха возникает. У меня от него мурашки по коже, – ёжится она. – Раньше здесь комендом была женщина. Строгая, но справедливая, поблажки давала, если мы не наглели. Но полгода назад пришло это… – Маша наклоняется к Жене, – …чудовище и устраивает нам кузькину мать, ей богу!

Маша затягивает посильнее халат и снова становится немного отстранённой, явно думая о чём-то своём.

– А как его зовут?

Жене не хочется называть коменданта «Тенью». Использовать прозвище – как-то глупо. Она же не в детском саду.

– Кто его знает. – Маша пожимает плечами. – Мы с ним не друзья.

В голосе Маши отчётливо улавливаются ноты обиды. Наверное Тень успел сделать что-то, чем вызвал такое отношение к себе. И Жене хотелось бы узнать, но она молчит, стесняясь задать Маше личный вопрос. Конечно, у неё нет причин не верить Маше, но она привыкла судить людей по поступкам, а у коменданта она даже лица не разглядела. Вот если бы на его месте оказался парень, укравший её булочку, Женя охотно согласилась, что он «чудовище».

– Слушай…

Женя собирается спросить у Маши, кто из парней мог бы так себя повести и съесть её завтрак, но в животе предательски урчит и Женя краснеет. Осталось только в голодный обморок хлопнуться! Задать вопрос Женя не успевает, потом что слышит за спиной голос вора.

– Ну что, Мария Эдуардовна, ввели новенькую в курс дела?

Женя оборачивается и видит перед собой коменда. Она настолько зла, что, кажется, даже раздувается от эмоций словно рыба фугу. Теперь она знает, кто украл её булочку – с сыром и зеленью. Женя буквально ощущает на языке вкус выпечки, которую она купила у милой бабушки.

Женя набирает побольше воздуха в лёгкие и поднимает на коменда глаза, чтобы высказать ему всё, что о нём думает, но… сдувается как шарик. От его взгляда она как будто примерзает к пол. Всё получается ровно так же, как и с утра – она в его власти. Краем глаза Женя замечает, что Маша уже не выглядит такой скованной, как в первый раз, стараясь вести себя более раскованно.

– Разъяснительная беседа проведена. Отметите в моём табеле?

– Мария Эдуардовна, – с усмешкой отвечает Тень, – кажется, вы не знаете, когда стоит своим внешним видом влиять на оценку, а когда нет. – Кивком головы Тень указывает на края кружевного бюстгальтера, виднеющиеся из-за разъехавшиеся в стороны полы Машиного халата.

Женя опускает голову, пряча улыбку, которую ей не хочется показывать ни Маше, ни Тени – вряд ли они её оценят.

– Новенькая, пошли со мной!

Тень указывает вперёд, вынуждая её идти первой. Маша хмыкнув, касается её руки, как будто давая понять, что всё будет в порядке. Женя медленно шагает по коридору, не представляя, куда они идут.

До своей комнаты ей удалось добраться только благодаря подсказкам охранника. Вспомнив о нём, Женя улыбается – он оказался очень дружелюбным. «Зови меня дядей Васей! Напоминаешь мне внучку. Выдрать бы её хорошенько за плохую учёбу, но рука не поднимается. У тебя-то проблем не будет?» Женя тогда лишь молча покачала головой, немного потерявшись перед этим немолодым и громогласным мужчиной. А потом слушала его объяснения, как дойти до своей комнаты, наблюдая, как он покручивал густые длинные усы.

Теперь путь лежал в неизвестном направлении. Поэтому Женя чувствовала себя скованно, боясь, что Тень не выдержит её медленного хода и рявкнет, поторапливая.

– До конца коридора и направо.

Его голос звучит мягче, чем ожидала Женя, но это не помогает расслабиться. Тени она не доверяет. Чего можно ждать от парня, укравшего её булку? Да чего угодно!

Следуя инструкции, Женя добирается до комнаты коменда. Встаёт сбоку от двери, пропуская его вперёд. Он бесшумно открывает дверь – даже связка с ключами как будто не звенит. И правда похож на бесшумную тень.

– Проходи.

Женя оказывается внутри небольшой, но очень опрятной комнаты. И это неожиданно, почему-то ей казалось, что в кабинете Тени будет бардак. Проходится взглядом по полкам, замечая многочисленные фотографии – явно из детства, классические книги, шахматы и даже сувениры.

– Я тебя не на чай звал. – Тень безжалостно пресекает её любопытство. – Падай на стул.

Женя аккуратно садится на край подставленного деревянного стула и поправляет твидовую юбку, чтобы не были видны колени. Она не поднимает глаза, но, кажется, Тень всё же замирает на пару секунд рядом с нею.

Наконец кладёт на стол перед нею лист с таблицей, в которой Женя видит список фамилий и подписи напротив них. Она берётся за ручку, чтобы расписаться, но в этот момент Тень опускает рядом толстую папку.

– Сначала прочитай правила, потом расписывайся, – ехидно говорит он. – Впрочем, выбор за тобой, но учти – не соблюдение техники безопасности и правил дорого тебе обойдётся.

Тень придвигает второй стул к столу и усаживается так, его колено практически касается её собственного. Расстояние между ними – максимум, шириной в палец.

Отодвинуться Женя не решается. Вдруг Тень решит, что она брезгует или не уважает его. Лучше сделать вид, что она этого не замечает.

Бросив взгляд на наручные часы, Женя видит, что уже почти десять утра. Прикинув объем чтения, с унынием понимает, что выйдет от коменданта не раньше полудня. Поворачивается к нему, чтобы спросить, можно ли сейчас уйти, а вернуться позже, но нерешительно прикусывает губу. Тень сидит с закрытыми глазами, и не то чтобы Женя верит, что он спит, но… Нехотя она открывает папку и начинает пролистывать первый документ. Старается выхватывать главное, не собираясь всерьёз забивать голову бесконечными инструкциями. Больше внимания привлекает сам стол, а вернее, стоящие и лежащие на нём предметы.

На самом деле вещей на столе не так уж много, возможно, необходимые мелочи аккуратно сложены в ящики. На деревянной поверхности Женя замечает пару ручек, кружку и настольную лампу. Выбивается из этой идиллии только небольшой камешек – полностью чёрный и пористый, напоминающий губку. Раньше Женя не видела подобных, он словно магнитом притягивает взгляд. Она даже перестаёт листать инструкции, делая вид, что занята.

Её отвлекает прикосновение к ноге. Тень своим коленом касается её, слегка надавливая. Женя замирает, надеясь, что это продлится не более секунды, но его нога остаётся неподвижной.

Женя краснеет. Ей не доводилось так тесно общаться с представителями противоположного пола. У неё были друзья среди парней – они гуляли, ходили в кино, иногда выбирались на природу, но это было именно дружбой. Так сложилось, что никто из них не воспринимал Женю как девушку, а она и не стремилась изменить их отношение к себе.

Глаза Тени по-прежнему закрыты, выглядит он расслабленным, словно и правда уснул. Женя приподнимает руку и, наклонившись к нему поближе, машет у него перед лицом. Тень никак не реагирует, Женя некоторое время внимательно его рассматривает. У него короткие светлые волосы и короткие тёмные ресницы. Во сне он расслаблен, и лицо, лишённое излишней угловатости, выглядит привлекательно. Губы, обычно сжатые в тонкую линию, как успела заметить Женя, сейчас кажутся мягкими. Она даже представляет, а каково их целовать? И какая на ощупь его кожа? Нагнувшись ещё ближе, она вполне может дотронуться до него. И не только до лица, но и до плеч. Может осторожно пройтись вдоль мышц, которые отчётливо прорисовываются под тонкой тканью рубашки, из-за того, что руки сложены на груди.

Женя признаёт, что он красив. По её меркам точно. Как заворожённая она наклоняется вперёд, собираясь провести пальцем по его щеке, не задумываясь о том, что будет дальше. Даже забывая, что из-за него она сейчас голодная. Но Тень неожиданно открывает глаза, встречаясь с ней взглядом.

– Ты уже всё дочитала? – на лице появляется серьёзное выражение, что мгновенно добавляет ему возраста.

Женя опускает лицо в бумаги, стараясь не покраснеть. Пальцы немного дрожат, пока она переворачивает листы, продолжая взглядом скользить по расплывающимся строчкам. Но она не может собраться – их колени всё ещё соприкасаются друг с другом, что вынуждает в мыслях снова и снова возвращаться к нему.

Через некоторое время Тень снова закрывает глаза, но Женя больше не предпринимает попытки посмотреть или дотронуться до него. Мысленно ругает себя за опрометчивость. Какая же она дурочка! Ей страшно представить, какой была бы его реакция, если бы она и правда прикоснулась к нему. Наверняка высмеял бы её.

Ещё около часа она читает инструкции, стараясь сконцентрироваться. Но терпение заканчивается и Женя захлопывает папку. Несколько секунд рассматривает камень, потом берёт ручку и ставит подпись напротив своей фамилии. И, поддавшись неожиданному порыву, хватает камень, пряча в ладони.

Женя аккуратно поднимается со стула, стараясь не коснуться лишний раз Тени. Но он, открыв глаза и посмотрев на бумагу, тоже встаёт, бросая взгляд на часы.

– Удивительно, побила рекорд. Обычно у всех чтение инструкций занимает не более десяти минут.

Женя идёт к двери, желая, как можно скорее скрыться со своей добычей. Знает, что ещё не раз обругает себя, но успокаивает мыслью, что просто проучит Тень, а позже обязательно вернёт камень на место.

Открыв дверь, она почти выходит в коридор, но в этот момент Тень перехватывает ручку – его пальцы оказываются в непосредственной близости от её руки. И произносит:

– Твоя булка оказалась очень вкусной, Евгения.

Глава 3

Женя оборачивается, чтобы понять, стыдится ли он хоть немного своего поступка, и понимает – нет. Он насмешливо улыбается, и это вызывает у неё злость. Угрызения совести из-за того, что она взяла камень, растворяются. Тень точно стоит проучить!

Женя делает шаг вперёд, как ощущает прикосновение к спине. Её как будто бьёт током. Тень шевелит пальцами и в следующий момент выталкивает её в коридор. Дверь хлопает, закрывшись.

Женя чувствует дискомфорт, не сразу понимая, чем он вызван, но, поняв, мгновенно краснеет от возмущения. Оказывается, одним лёгким движением пальцев Тень через ткань водолазки расстегнул её бюстгальтер. И застегнуть его она сможет, только приподняв водолазку, чтобы дотянуться до застёжки. На двери нет глазка, но Женя всё равно поворачивается к ней спиной, чтобы исключить малейшую вероятность, что Тень может увидеть её бельё.

– Да что он себе позволяет?! – восклицает Женя, не привыкшая к подобным шуткам.

Она идёт к своей комнате, пытаясь понять, как комендант может вести себя настолько… странно. Дурацкие шутки не то, чего можно ожидать от человека, следящего за порядком целого общежития. Он вообще выглядит слишком молодым для такой работы. Женя вспоминает, как несколько минут назад разглядывала расслабленное лицо Тени – больше двадцати пяти ему точно не дашь. А ей всегда казалось, что комендантом в общежитии должна быть женщина под пятьдесят. Интересно, как Тень мог получить эту должность?

В собственную комнату Женя стучит и только затем тихонько приоткрывает дверь – никого. Её вещи стоят нетронутыми, незваный усатый «гость» уполз куда-то, но Женя догадывается, что это ненадолго. Теперь у неё есть время спокойно рассмотреть комнату, пока она пустует.

Женя отмечает, что соседки успели навести порядок – многое выглядит иначе, чем она застала с утра. На подоконнике больше ничего не стоит, шторы открыты, ворох вещей с кровати Киры пропал. Впрочем, как и разбросанная одежда Маши.

Кроме трёх кроватей Женя замечает столько же небольших тумбочек, а также три письменных стола. Один из них пустует, а значит, будет принадлежать ей.

Жене неуютно в отсутствии девчонок. Она не чувствует себя хозяйкой, наоборот, как будто без спроса вторглась в чужое жильё. Пустующая комната вызывает ощущение беспокойства и одиночества, к которому Женя совсем не привыкла. Дома она почти всегда проводила время в компании мамы или сестры, но всё изменилось. Мама наверняка её ещё не простила, сестра тоже обижена и не станет вести долгие задушевные разговоры. Женя знает: родные вряд ли позвонят первыми, чтобы узнать, как она устроилась на новом месте.

Женя усаживается на незанятую кровать и достаёт телефон. Ей тяжело принять мысль о том, что она больше не является частью семьи. Она готова к тому, чтобы первой сделать шаг к примирению. Несколько раз Женя пальцем проводит по экрану, наконец решаясь нажать на значок вызова, набрав номер сестры.

– Тоня, привет. – В голосе нет уверенности, Женя боится, что сестра вполне может промолчать и сбросить звонок.

– Ну, чего тебе? – вместо приветствия обиженно спрашивает сестра.

Женя прикусывает губу, чтобы не заплакать. Даже то, что она старше, не делает её более зрелой и взрослой. Она храбрится, стараясь не плакать. Но сдерживать эмоции становится всё сложнее. Но она не плакала даже на вокзале, чтобы не дать родителям лишнего повода ещё раз осудить её решение уехать из родного города. И тем более не заплачет сейчас. Собравшись с силами, как можно спокойнее она произносит:

– Я заселилась. Передай, пожалуйста, маме.

– А сама ей позвонить не хочешь? Я не собираюсь быть посредником.

– Тоня, пожалуйста… – наступив на горло собственной гордости, просит Женя. Уж лучше так, чем потом выслушивать новую порцию упрёков, что она забыла о родителях сразу, как только оказалась на новом месте.

– Хорошо, Жень, я тебя услышала.

Раздаются короткие гудки, но Женя их почти не слышит. Слёзы обиды подкатывают к глазам. Стирая их, она вспоминает о камне, что так и сжимает в ладони. Отчего-то его тяжесть успокаивает. Может, потому, что её мысли перескакивают на другое. Женя вспоминает, что находится в общежитии, что у неё начинается новая жизнь, которую она выбрала сама.

Сбросив кеды, подтягивает ноги к себе и ещё раз обводит комнату взглядом. Задерживается на противоположной стене, выкрашенной блеклой серо-зелёной краской. Выглядит она откровенно жалко, но Женя надеется, что скоро привыкнет к почти спартанской обстановке. Поддавшись порыву, вскакивает с кровати и подходит к окну, желая повнимательнее рассмотреть камень. Оглаживает по граням, обводя каждую дырочку. Интересно, он что-нибудь значит для Тени?

– Эге-гей, – за дверью раздается мужской голос. – Есть кто неодетый?

Женя разворачивается к двери, быстро проводя рукой по юбке и поправляя водолазку. И спустя пару секунд наблюдает в дверном проёме парня, одетого только в шорты и кеды с примятыми задниками.

– Привет, – здоровается он, растерянно разглядываю Женю. Замечает чемодан и сразу улыбается: – Только заехала? Поздравляю с новой главой в жизни! Я Димон.

Он проходит вперёд, сразу расслабляясь. Женя, наоборот, снова чувствует себя скованно, не зная как реагировать на подобное вторжение.

– Женя. – Она по привычке протягивает руку. Дима усмехается, но пожимает её, энергично потряхивая.

– А где Машка? – Женя пожимает плечами, не представляя, куда могли уйти соседки. Димон, взъерошив волосы, продолжает: – Передай ей, что я заходил. И да, завтра будем первое отмечать, ты тоже приходи к нам. Мы новичков любим. Особенно если он красивые девушки, – и, подмигнув Жене он вразвалочку идёт к двери.

Женя ничего не может поделать, рассматривая его широкую спину и низко сидящие на бёдрах шорты. Как только он оказывается в коридоре, Женя плотно закрывает за ним дверь, собираясь переодеться в домашнее.

Переложив камень карман, она обеими руками хватается за увесистый чемодан и подкатывает к шкафу. Решает осмотреть его внутренности, надеясь, что девочки могли оставить для неё незанятые полки. Но стоит открыть дверцы, и на неё вываливаются постельные принадлежности и одежда. Женя подхватывает их руками, не давая упасть на пол и понимая, что соседки лишь создали видимость порядка, просто запихнув всё в шкаф. Ей не хочется копаться в чужих вещах, но и просто бросить их кучей кажется некрасивым. К тому же их так много, что отойти от шкафа, ничего не уронив, почти невыполнимо.

– Помогите, – сама не зная зачем жалобно пищит Женя. Ведь в комнате она одна.

– Евгения, вы получили хороший урок, что не стоит открывать двери, если не знаете точно, что ждёт за ними, – Женя чуть не подскакивает от неожиданности. – Женские шкафы – ещё та ловушка. – Из-за спины выходит Тень и встаёт рядом. Подставляет руки, перехватывая ворох одежды. Вдвоём они запихивают вещи обратно в недра шкафа. Женя, вспоминая, что он сделал с её бюстгальтером, старается не смотреть на него, одновременно злясь и смущаясь. —Закрывай дверцу со своей стороны, – командует Тень. Следом захлопывает вторую половину.

Женя оборачивается к нему и сразу понимает, что оказалась в ловушке – она прижимается спиной к шкафу, а Тень нависает над ней. При этом он так близко, что Женя при желании может уткнуться носом ему в шею. Сама мысль об этом шокирует её. Но и это не самое страшное. Ей нравится его запах, которым он притягивает к себе. Нравится исходящее от него тепло. В этот момент Женя отчётливо понимает – то, что она вначале приняла за страх перед ним на самом деле таковым не является. Ей действительно страшно, но только потому, что Тень пробуждает в ней какое-то странное томление, то, чего она никогда раньше не испытывала. В её голове рождаются образы, которые заставляют краснеть. Сердцебиение учащается. Тень перехватывает её запястье, сжимая, притягивая её ещё ближе к себе. Его горячее дыхание щекочет макушку, заставляя закрыть глаза и приоткрыть рот, чтобы сделать глоток воздуха. Тень дотрагивается до её щеки, осторожно проводя пальцем вдоль скулы, и это отрезвляет Женю.

– Уходите… – она отшатывается назад, насколько это возможно. – Пожалуйста.

Тень сразу разжимает пальцы и молча отступает от неё. Женя не поднимает на него взгляда, потерявшись в своих эмоциях и ощущения. Он так и не произносит ни слова, просто уходит. Дверь за ним закрывается без скрипа или щелчка. Женя издаёт полуистерический смешок – он полностью оправдывает своё прозвище.

Она подходит к кровати и в изнеможении падает на неё. Случившееся настолько неожиданно и непривычно, что кажется нереальным. Вновь её посещает острое желание вернуться домой, но Женя качает головой, словно пытаясь избавиться от охватившего её морока. Она сама выбрала свой путь, поверила в себя и не станет отступать. Достаёт из кармана камень Тени и сжимает в кулаке. Нет, она не отдаст его. Тень решил поиграть с ней, а Женя уверена, что это именно так. Значит, его вещь станет её талисманом. Будет придавать ей сил на то, чтобы противостоять его новым шуткам, подколам и… Все эти вещи… Всё, что он позволил себе сделать… Да он просто пытается выжить её из общежития! Зачем, она пока не знает, но выяснит. И в общем-то, Женя с радостью уехала из общежития, но родители не дадут ей денег на съёмную комнату, а сама она вряд ли осилит платёж без хорошей работы. Значит, у неё остается один вариант:

– Война так война!

Жене не свойственно подобное рвение и такие эмоции, но она не станет никому уступать. Не станет плыть по течению – у неё началась новая жизнь!

Глава 4

– Ты спишь?

Женя открывает глаза: Маша, только потрясшая её за плечо, стоит у кровати. На уже нет халата,. Вместо него футболка и короткие шорты. За окном день близится к вечеру. Она провалилась в сон без сновидений.

– Что? Я… нет. Не сплю.

Женя поднимается с кровати, поправляет волосы и юбку. С другого конца комнаты на неё с интересом смотрит темноволосая девушка.

– Это Кира, – откусив от яблока, говорит Маша. Потом заваливается на свою кровать, скинув с ног шлёпанцы. Повернувшись к Кире, продолжает ритуал знакомства: – А это Женя, она приехала, пока ты спала, а потом пропала с Тенью.

Кира, всё это время не сводившая с Жени пристального взгляда, наконец улыбается.

– Тебе здесь неуютно, мы все через это проходили. Я проплакала несколько первых дней и собиралась уехать обратно домой.

– Кира у нас домашняя девочка! – восклицает Маша. Но потом, засмеявшись, уточняет: – Была.

Обе улыбаются, переглядываясь между собой.

– Если хочешь, поплачь, это хороший способ скинуть накопившийся стресс и пойти дальше. – Кира вновь обращается к Жене. – Но ты не подумай, я не собираюсь лезть тебе в душу. Это всего лишь небольшой совет.

– Спасибо, – кивает Женя.

Ей приятно, что Кира проявляет внимание к ней. Обе соседки, на первый взгляд, оказываются вполне приятными девчонками. Не зазнайками, пусть и старше её на год. На один страх становится меньше, но Женя сомневается, что слёзы помогут ей окончательно успокоиться. Только время. Ей просто нужно привыкнуть ко всему новому.

– А чего ты так долго просидела в кабинете Тени? – интересуется Маша, доедая яблоко.

– Маш, завязывай уже! Не пугай Женю.

Кира вроде шутливо грозит Маше кулаком, но у Жени остаётся чёткое ощущение, что девочки говорят о чём-то, что ей пока неизвестно.

– Да плевать! Не очень-то и интересно! Этому социопату никто не нравится.

Маша встаёт с кровати, и вопреки своим словам с такой силой швыряет огрызок в урну, что та чуть не переворачивается на бок. Одними губами, пока Маша не видит, Кира произносит: «Влюблена» и улыбается, заставляя Женю покраснеть. Водолазка наверняка усиливает её красноту на щеках, делая её соучастницей Киры.

– К тебе заходил Дима, – прокашлявшись, говорит Женя.

Маша сразу преображается: недовольное выражение исчезает с лица, она заметно оживляется.

– Зайду к нему, порешаем, что и как будет сегодня. – Маша выпаривает из комнаты.

– Пойдёшь с нами сегодня к мальчикам? – спрашивает Кира, снова внимательно следя за реакцией Жени. Она как будто решает для себя – из какого теста её новая соседка.

– Я бы хотела разложить вещи и отдохнуть.

Женя переводит взгляд на шкаф и вздрагивает, вспомнив, как прижималась к нему спиной, глядя на нависшего над ней Тень.

– Маша придёт, и мы освободим тебе полку, не волнуйся. – Кира достаёт телефон, вставляет в одно уши наушники и, прежде чем включить музыку, добавляет: – Я прекрасно тебя понимаю.

Жене становится легче. И это удивительно, что пока почти незнакомая девушка вселяет в неё уверенность и спокойствие. Но с Кирой вдвоём очень комфортно – молчание не угнетает, как это бывало с другими, когда Женя остро чувствовала, что нужно поддерживать беседу. В школе у неё было мало подруг, а по-настоящему близкой только Тоня. Но сестра не оценила её поступок, и теперь Жене абсолютно не с кем делиться своими переживаниями.

Сидеть в комнате Женя не видит смысла. Она берёт рюкзак и идёт по коридору, точно следуя утреннему маршруту. В лифт заходит одна, но в последний момент между дверьми протискивается чья-то нога. Женя бросается к кнопке открывания дверей.

Подняв взгляд, она видит перед собой Тень.

– Золушка помнит, в каком часу надо вернуться домой? – с ухмылкой спрашивает он.

Не дожидаясь ответа, он убирает ногу, и двери закрываются. Облокотившись на стену лифта, Женя пытается прийти в себя. Всю дорогу вниз она пытается понять, что сделала не так? Почему этот любитель чужих булочек прицепился именно к ней? А, может, ответ прост? Прицепился потому, что она лёгкая мишень?

– Эй, – доносится до Жени, когда она ровняется с охранником. – Всё нашла?

Дядя Вася отрывается от решения судоку и приподнимаясь со стула.

– Да, спасибо вам. – Женя останавливается рядом с ним, улыбаясь и стараясь отвлечься от собственных мыслей. Которые вращаются вокруг одного и того же человека – Тени.

– Тебе официальный пропуск выписали. Распишись в журнале.

Дядя Вася достаёт потрёпанную тетрадь из ящика в столе и пролистывает до нужного места. Разглядывая страницы. Заполненные фамилиями студентов, Женя задумывается о том, сколько же людей прошло через это общежитие, даже через через дядю Васю. И каждый оставил свой след, как минимум, в виде собственной закорючке на листе бумаги.

– Не забывай про комендантский час, – дядя Вася пододвигает к ней тетрадь, пальцем указывая на строчку с её фамилией. – Глеб следит, чтобы его соблюдали чуть ли не до секунды. Так что не советую опаздывать. Знаешь, скольким ребятам пришлось на улице ночевать? – Дядя Вася накручивает ус на палец. – Но это хотя бы дисциплинирует, ваше поколение…

Женя рассеянно кивает, держа ручку в пальцах. Она не обжигает кожу, не сделана из золота и не украшена драгоценными металлами. Но Женя уверена, что на всю жизнь запомнит этот момент, когда ставит свою подпись, подтверждая, что получила пропуск в общежитие. Он окончательно связывает её с этим местом на несколько лет. Связывает с новой жизнью.

Глава 5

Дядя Вася продолжает говорить, но Женя, уйдя в собственные мысли, пропускает его слова мимо ушей. И только второй раз прозвучавшее имя – Глеб – заставляет её очнуться. Она понимает, что так зовут Тень.

– Глеб… – одними губами повторяет она, словно пробуя имя на вкус и понимая, что оно ей нравится. – Дядя Вася, – Жене неудобно перебивать его. Он годится ей в отцы, а уважение перед старшими привито родителями намертво. Но Женя понимает, что словоохотливый охранник может говорить часами. – Мне нужно в магазин. Извините.

Дядя Вася замолкает, протягивая ей через стол пропуск с фотографией, и возвращается к судоку. Идя к выходу, она задумывается, что, может, зря остановила его. А вдруг узнала бы ещё что-то новое о Тени? То, что помогло бы лучше его понять? И не в войне, которую она мысленно ему объявила. Это решение сейчас уже не кажется ей разумным – тем более, оно совсем не в её духе. Женя предпочла бы, чтобы Тень просто от неё отстал. Она ловит себя на том, что продолжает называть его по прозвищу. Но быстро находит этому объяснение: имя надо заслужить!

На улице между соседними домами пробиваются лучи закатного солнца. Красный, оранжевый и жёлтый оттенки сливаются во что-то поистине восхитительное. Женя замирает на месте, наслаждаясь открывшимся видом. Когда-то бабушка говорила, что порой нужно остановиться, выдохнуть и прочувствовать момент. «Счастье в мелочах». Женя делает глубокий вдох, а затем медленно выдыхает. Сегодня первый день её новой жизни, и с не случилось многое из того, чего она не переживала ранее. Одна встреча с Тенью чего стоит! Но сейчас Женя верит, что спустя некоторое время она будет вспоминать этот день с радостью, а не раздражением.

В магазине она покупает необходимые вещи и продукты на первое время. Возвращаясь к общежитию, мысленно ревизирует содержимое кошелька, понимая, что денег, заработанных самостоятельно и подаренных бабушкой, хватит не так уж и надолго. Конечно, у неё будет стипендия, но её размер таков, что придётся садиться на диету из макарон и кетчупа, чтобы протянуть месяц. Ждать помощи от родителей не стоит, а брать деньги у бабушки Женя больше не станет. Нужно искать подработку, и желательно, чем быстрее, тем лучше. Она вспоминает о своих немногочисленных учениках, которых подтягивала по русскому языку. С детьми она ладила хорошо, в отличие от представителей своего же поколения, а имеющихся знаний вполне хватало, чтобы работать с учениками средней школы.

Дядя Вася замечает её, но на этот раз просто кивает. Женя прикладывает пропуск к экрану и проходит внутрь после того, как на нём загорается зелёная стрелка. Около лифта её догоняет небольшая компания парней, чуть не сбивая с ног. Трое парней в сланцах и без футболок её просто не замечают, что-то громкой обсуждая и жестикулируя. Женя и рада, что не вызвала у них интереса, но один из них бросает на неё взгляд и тут же задаёт вопрос:

– Жека? – Подняв глаза, Женя видит улыбающегося Димона. Его улыбка настолько заразительна, что и она улыбается в ответ. Димон между тем представляет её друзьям: – Это Женя из триста седьмой. А это Антон и Рома.

Женя пытается запомнить их лица, но взгляд натыкается на голые торсы, и выходит как-то не очень. Хорошо, что она хотя бы не краснеет.

– Приятно познакомиться!

Двери лифта открываются, и они вчетвером заходят в кабину. Димон жмёт на нужную кнопку.

– Ну что? Сегодня пьём? – Женя не сразу понимает, что он обращается к ней. —За приезд.

– Я… —Я сегодня раскладываю вещи.

Димон меняется в лице, как и другие парни, и она слышит, как один из них проговариваает:

– Тихоня.

– В чемодане они целее будут, – не сдаётся Димон.

– Нет, правда, в другой раз.

Женя буквально вылетает из лифта, слыша вслед шутки – совсем не обидные, но всё же ей становится не по себе. Может, зря она отказалась? Ей нужно обзаводиться друзьями. Но, вспоминая все те истории,, которые она читала в интернете или слышала от родителей, Женя решает, что приняла правильное решение. Сначала стоит узнать людей, что теперь её окружают, получше.

В комнате Кира и Маша уже собираются на вечеринку, стоя у шкафа и решая, что надеть.

– Надо что-то а ля общажное, но и красивое. Но чтобы выглядело так, как будто я не особо старалась, выбирая одежд… – Маша замолкает, увидев Женю. И тут же обращается уже к ней: – Скоро уже пойдём, ты где пропадала?

– Ходила в магазин.

– Твоя полка нижняя, – Кира отрывается от зеркальца, держа в пальцах кисточку от туши, и указывает на стол, под которым прячется маленький холодильник. – Ставь продукты сюда, если не хочешь, чтобы тебя оставили без еды. – Кира смотрит на Женю так, словно знает о поступке Тени. Но следующими словами развеивает это ощущение: – Парни к нам заходят, и если увидят что-то на столе, стащат без зазрения совести.

– Спасибо, – благодарит Женя, удивляясь про себя – неужели, таскать чужую еду, это местная традиция?

Она ставит на полку молоко и йогурты, когда Маша её спрашивает:

– Ты не будешь переодеваться?

– Я не пойду, устала. – Женя боится, что девчонки скажут про неё тоже самое, что и парни.

Но Кира с мягкой улыбкой произносит:

– Ещё будет много шансов, не переживай.

В комнате девчонки проводят не больше пятнадцати минут. Закончив наводить красоту, они уходят, пожелав Жене спокойного вечера.

– Нас не жди, раньше одиннадцати не вернёмся. А если повезёт, и у Тени будет хорошее настроение, то будем после полуночи.

– Кира закрывает дверь, оставляя Женю одну.

Может, ей стоило сходить с ними и отвлечься? Но Женя отгоняет от себя эту мысль, понимая, что та вызвана лишь чувством вины, которое начинает её грызть, потому что она отказала приятным людям. Да, ей не хочется быть белой вороной, но и идти против своих желаний тоже не стоит. Женя напоминает себе об этом и начинает раскладывать вещи – девчонки успели навести порядок в шкафу, поделив место в нём поровну на всех.

Возня с вещами отнимает немного времени. Оказывается,она взяла совсем немного одежды по сравнению с тем, сколько всего лежит у девчонок. Женя встаёт на колени на кровати и смотрит в окно: на потемневшее небо и свет от фонарей, слушая шум проезжающих машин. И снова повторяет себе, что здесь совсем не плохо – ей просто надо привыкнуть.

Перед сном она заходит в маленький туалет с раковиной, прилегающий к их комнате, и расставляет на свободной полке свои принадлежности. Умывшись и переодевшись за закрытой дверью, застилает кровать свежим постельным бельём, привезённым из дома. И, устроившись наконец поудобнее, достаёт из рюкзака ежедневник, чтобы записать свои впечатления о прошедшем дне. Не встреть она Тень, то наверняка половина записи была бы посвящена родителям и Тоне, но теперь её мысли далеки от семьи. Она снова задумывается, зачем он делал всё то, что успел сделать в её присутствии. Может, проверял её на прочность?

– Маловероятно…

Женя оглядывает комнату, убеждаясь, что по-прежнему одна. Разговаривать с собой при свидетелях такое себе удовольствие. Замерев, она слышит негромкие звуки музыки и смех, видимо, доносящиеся из комнаты Димы. В глубине души она расстраивается, что не нашла в себе силы перебороть страх.

Из-под двери пробивается свет из коридора. Женя наблюдает за ним, пытаясь заснуть. В какой-то момент ей даже кажется, что кто-то останавливается прямо перед дверью, но почти сразу исчезает. Но всё происходит тогда, когда она находится между сном и явью. Решив, что воображение сыграло с ней шутку, Женя поплотнее кутается в одеяло и проваливается в сон.

Глава 6

Просыпается Женя от ощущения голода. Спросонья ей даже мерещится запах мятных пряников, которые бабушка пекла по воскресеньям, если Женя оставалась у неё на выходные. Но иллюзия быстро развеивается, стоит сделать глубокий вдох. В комнате пахнет так, как будто все продукты в холодильнике «умерли» и кто-то заботливо переложил их в мусорное ведро, но забыл закрыть крышку.

Женя выбирается из постели и на цыпочка проходит на их импровизированную «кухню». Открыв холодильник, никаких изменений внутри не замечает. Но причина запаха обнаруживается почти сразу, стоит присесть за стол. На одной из кроватей переворачивается Маша, а следом раздаётся её стон:

– Бо-оже.

Женя подходит к ней, но Маша продолжает лежать с закрытыми глазами. Рядом с кроватью Киры она замечает жёлтый тазик, к счастью пустой. Женя наконец понимает – девчонки сильно напились, и в комнате пахнет перегаром.

Приоткрыв окно и прихватив йогурт, Женя выходит из комнаты. В коридоре пусто, и это радует – она всё ещё ощущает себя не в своей тарелке.

На общей кухне пусто, и Женя выбирает свободный стул, усаживаясь спиной к проёму и стараясь слиться с местность. Подтянув ноги на сиденье, Женя проверяет мобильник – на экране пусто. Ни сообщений, ни пропущенных звонков от сестры или родителей. Женя выдавливает из себя улыбку, стараясь посмотреть на ситуацию с другой стороны. Раз её семье на неё всё равно, значит, она вольна делать всё, что захочет.

– Похмелье?

На этот раз Тень не прячется, с шумом передвигаясь по кухне – ставит чайник гремит кружками. Затем садится напротив Жени. На нём надеты шорты и светлая футболка, что удивляет Женю – почему-то ей казалось, что чёрная «униформа» стала ему второй кожей.

Женя молча открывает йогурт и отпивает сразу треть. Ставит бутылку на место, не сводя с него взгляда. Она не говорит этого вслух, но надеется, что он поймёт её пантомиму – так она напоминает о той злосчастной булке, что он забрал у неё прошлым утром. Но Тень лишь ухмыляется, а затем поднимает руку и со словами:

– У тебя тут кое-что осталось, – касается кожи над губой.

Тень проводит по линии губ, а потом облизывает палец с каплей йогурта. Всё происходит так быстро, что Женя даже не успевает застесняться. Они смотрят друг на друга, не отводя глаз, как будто это их битва. Но оба отвлекаются на звук шагов, доносящийся из коридора.

– Мы ещё сыграем, – обещает Тень, вставая.

Уходя, он проводит рукой по плечу Жени, едва сжимая его через футболку.

Женя не оборачивается, зная, что он будет смотреть – так она точно попадёт в его власть. А ей совсем не хочется увязнуть в нём – в этих странных отношениях, которые складываются между ними. Она лишь слышит, как он наливает в кружку кипяток и как идёт к выходу. Почти сразу в кухню со смехом вваливаются студенты.

– Новенькая?

Женя вынуждена повернуться. Напротив неё стоят девушка, а по обеим сторонам от неё парни, обнимающие её за талию.

– Вчера приехала, – отвечает Женя, стараясь чтобы голос не дрожал после незапланированной встречи с Тенью.

– Тогда понятно, почему я не видела тебя у Димона. – Девушка, чуть пошатываясь, подходит ближе и облокачивается о стол. – Но посвят первого сентября не стоит пропускать. Тут не очень любят таких.

Женя хочется спросить: «Каких таких?», но выражение на лице девушки говорит само за себя. А следом она поясняет то, что Женя и так уже поняла.

– Таких, кто считает, что водиться с остальными – это не их уровень. У тебя всё на лице написано. Надеюсь, что мне просто показалось.

Девушка улыбается, как будто ничего такого и не сказала. Жене сложно её хоть в чем-то обвинять, потому что в её словах есть смысл. Как бы её не пугало всё это и не казалось бессмысленным – здесь живут по определённым правилам, и ей нужно под них подстроиться. Насколько это возможно.

– Спасибо.

– Было бы за что! – смеётся девушка, поглядывая на парней у раковины, которые по очереди умывают лицо, опираясь друг на друга – им явно не до них. – Мы одна большая семья против общего врага.

Смех девушки, кажется, отлетает от стен, накрывая Женю с головой. Она наверняка говорит о Тени, но почему-то Женя испытывает к нему сочувствие. Даже если он и ведёт себя с ней странно, заставляя злиться и выходить из себя, это не означает, что все должны быть против него. Отчего-то ей кажется, что Тень совсем не прост – ни как комендант, ни как человек.

Она сама до конца не понимает, откуда у неё такое ощущение, но что-то в его комнате навело её на подобные мысли. Даже камень, который она украла. Интересно, как быстро он заметит пропажу и что предпримет? Женя почти уверена, что он может подумать на неё. Вряд ли он часто водит к себе в комнату посторонних людей.

«А если и водит, разве меня это касается?» Саша ругает себя за излишнее любопытство и вообще мысли, связанные с Тенью.

– Парни, пойдём!

Девушка, улыбаясь, отходит от стола, забирая с собой два тела – на людей они сейчас мало похожи. Женя быстро допивает йогурт, боясь и одновременно ожидая, что Тень вернётся. Ей хочется отплатить той же монетой, как минимум, съязвить, хотя это совсем не в её характере.

Женя оборачивается всего лишь раз, уже будучи перед дверью своей комнаты, но коридор пуст. Она нервно усмехается – Тень совсем её запугал. И запутал.

Со стороны других комнат доносится всё больше звуков – общежитие постепенно просыпается. Из-за двери доносится:

– Пристрелите меня.

Зайдя к себе, Женя застаёт девчонок в туалете. Маша, склонившись над унитазом, содрогается всем телом. Кира поддерживает её волосы, поглаживая по спине и приговаривая:

– Выходи, дрянь, выходи.

Женя не знает, что делать в таких ситуациях – никто в их семье ни разу не нуждался в подобной помощи. Саму же Женю тошнило всего раз после несвежей молочки.

Кира замечает её, хмурится, а потом командует:

– Не стой столбом, принеси стакан воды.

Женя на секунду теряется, но выходит из комнаты, надеясь, взять стакан на кухне. Оглядываясь на дверь и боясь опоздать, Женя врезается в кого-то. Человек удерживает её от падения, сжав плечи.

– Осторожно! – перед Женей стоит улыбающийся Димон. – Куда ты так спешишь, Жека?

Её снова дёргает от вариации собственного имени, но она решает, что сейчас не время учить Диму манерам.

– Машу тошнит, я за водой.

На этот раз на кухне есть народ – кто-то готовит, кто-то сидит за столом, лениво перебрасываясь фразами. Женя протискивается между парой незнакомых девушек и берёт стакан с полки. Споласкивает его и наливает воды из бутылки, стоящей возле раковины, надеясь, что она питьевая. Понюхав её, Женя собирается уходить, но дорогу ей преграждает девушка.

– Ты это куда собралась с чужим? – спрашивает та, сложив руки перед собой.

– Там… Маше плохо, я принесу обратно. Честно.

Женя теряется. Понимает, что нарушила какие-то правила, но как себя вести в такой ситуации – не знает.

– Из триста седьмой ты что ли? – Девушка немного расслабляется.

– Да, вчера приехала.

– Тогда запомни: впредь чужие стаканы, тарелки, приборы брать не нужно – всё должно быть своё.

Женя кивает, сжимая стакан и чувствует желание оставить его здесь, но перед глазами встаёт картинка с Машей, склонившейся над унитазом. Потому в коридор Женя выходит с горящими щеками, но со стаканом в руке.

– Спасение утопающих – дело рук самих утопающих.

Тень ровняется с ней в коридоре, практически касаясь плеча, но его Женя чувствует даже на расстоянии. Похоже она для него подобна магниту – он снова рядом.

– Те…

Женя едва не произносит его прозвище, но вовремя останавливается, хотя по его взгляду понятно – он услышал. Но Тень лишь улыбается в ответ. Потом наклоняется к ней и касается пряди её волос, сжимая пальцами.

Женя, тряхнув головой, наступает ему на ногу пяткой и, развернувшись, почти забегает в комнату, прижимаясь к двери спиной. Она ожидает удара, вспышки гнева, но Тень в коридоре тихо.

Стакан в руке подрагивает, когда Женя отдаёт его Кире.

– Меня попросили вернуть стакан обратно.

– Тут так не принято, да. – Маша отпивает воды. – Спасибо.

Кивнув, Женя отходит к окну и вдыхает свежий воздух. Разгорячённые щёки приятно обдувает ещё прохладный утренний ветерок. Опустив взгляд вниз, Женя вспоминает, что завтра первое сентября, а значит…

– Новая жизнь…

Глава 7

К вечеру Маша оживает и, щедро рассыпая шутки, рассказывает истории о вчерашнем вечере у Димона.

– Что там было!

Каждая история начинается одинаково, но рассказчица из Маши хорошая – эмоциональная и артистичная. Женя искренне смеётся, наблюдая как она то закатывает глаза, то шумно вздыхает и энергично жестикулирует. И она даже ловит себя на мысли, что жалеет, что не пошла на вечеринку.

– А потом пришёл наш цербер, и всё веселье закончилось. Разогнал всех по комнатам со словами, что вышвырнет всех из общаги вместе с вещами. Мы не особо-то и шумели. Наверное, опять не в настроении был.

Женя смотрит на то, как Маша прикусывает губу при упоминания Тени, и наконец

понимает, почему та так реагирует на него. Наверняка Маша влюблена в него, но он не обращает на неё внимания! Или у них даже были отношения, но он её бросил. Об этом говорят и те взгляды, которые Маша каждый раз бросает на Тень, стоит ему оказаться рядом. Такие же она видела у сестры, когда та вспоминала о парне, с которым рассталась.

– Завтра с нами идёшь? – спрашивает Кира.

Первый порыв – отказаться. Но Женя вспоминает слова девушки, встреченной утром на кухне. Да и рассказы Маши о прошедшей вечеринке заставили страх отступить. Потому Женя решительно произносит:

– Пойду.

– Ну даёшь! Недолго ты ломалась! – Маша подскакивает со своей кровати и, плюхнувшись рядом с Женей, приобнимает её за плечи. – Вот это мы заживём! Три девицы под окном…

– Не начинай! – одёргивает её Кира.

– Почему я не могу об этом говорить, Кира, а? Разве Женя не должна знать о Тени всё? – Маша с силой сжимает ладонь, видимо, не осознавая этого до конца. Камень на её кольце впивается в кожу Жени, оставляя отпечаток.

– Я считаю, сейчас это лишнее.

– Ну и считай, Кира! Зою тебе не было жалко?

Кира молчит, смотря на Машу с раздражением. Видимо, что-то она хотела сохранить в тайне от Жени. Или поделиться секретом позже.

– Зою – нашу соседку, которая жила здесь до тебя, Тень выкинул из общаги в разгар семестра. Мы втроём много времени проводили вместе, пока она не влюбилась в него. – Кира отводит взгляд, смотря в окно.

– И как все, влюбленные в негодяев, она оказалась жертвой. – Маша хлопает ладонями, изображая крушение. —Так что нашу комнату он точно прекрасно знает, вот и придирается.

– А что… Что она такого сделала?

Женя сомневается, что можно выкинуть из общаги из-за простой влюблённости. Потому она ждёт ответ, надеясь, получить объяснение всему произошедшему. Но Кира смотрит на Машу явно дольше, чем нужно. Женя переводит взгляд с Маши на Киру, кожей ощущая напряженность, повисшую в комнате. Слишком уж знакомая атмосфера. Такая часто бывала в её семье, особенно по-вечерам, когда они собирались вместе за ужином.

Наконец Кира потирает виски, словно собираясь с мыслями, и продолжает:

– Её застали голой в комнате Тени. Его там не было, да и не было причин думать, что он к этому причастен. По крайней мере, «начальство» так говорило. Их никогда не заставали наедине, никаких слухов о них не было и Зоя тоже его ни в чём не обвиняла. Она пришла сама к нему, но кто-то её слил. Тень не мог знать о её визите, его не было в тот день в общежитии.

– Как удобно! – Маша наконец отпускает Женю и, встав с кровати, разминает плечи. Но затем эмоционально всплескивает руками и восклицает: – Свалили всё на неё, чтоб по-тихому всё замять. Я вот не верю, что Тень ни в чём не виноват!

Кира не спорит с Машей, лишь пожимает плечами и, отвернувшись, подхватывает с постели какой-то журнал. Маша возвращается на свою кровать. Поняв, что разговор окончен, Женя больше не задаёт вопросов. Может, попробует позже поговорить с Кирой наедине. Эта ситуация с Тенью её задевает – она хочет понять, что правда, а что ложь. И отразится ли то, что случилось с Зоей на ней? Вдруг Маша права, и Тень теперь отыгрывается на всех, кто проживает в этой комнате?

Вопросов много, а ответов нет. Женя не знает, что и думать, потому поступает так, как привыкла. Берёт телефон и выходит в коридор, чтобы позвонить бабушке. Разговоры с ней всегда успокаивают и придают сил.

На кухню идти не хочется – там наверняка много народу, а ей нужно хотя бы немного побыть в одиночестве. Окно в конце коридора кажется хорошим вариантом, лишь бы только бабушка взяла трубку.

Ожидая ответа, Женя поглаживает телефон.

– Алло? – бабушка кажется удивленной её звонку. – Ты, надеюсь, не собралась домой?

Женя расплывается в улыбке, а на душе мгновенно становится легче. Так всегда бывает, когда бабушка рядом – пусть только по телефону.

– Нет, не собираюсь.

– Вот это хорошо! А то мать твоя уже сказала: ты не выдержишь и приедешь обратно. Ишь какая гордячка, думает, что ты совсем ребёнок! Жень, ты даже не думай, стой на своём! – Бабушка ещё ворчит что-то невразумительное, но затем успокаивается и уже спокойнее добавляет: – Конечно, если тебе самой нравится… – Последняя фраза звучит как вопрос.

– Необычно. – В это слово Женя вкладывает все впечатления, накопившиеся за два дня. – Домой я не собираюсь, бабушка.

– Вот и умница! Не надо сдаваться только потому, что это не нравится твоим. Подожди, и они привыкнут.

– Надеюсь, что ты права. – Женя скучает по родным. – Расскажи, как ты?

– Ой, да как я? Как обычно! Огород, вязание, самогон.

Женя морщится и прикрывает телефон. Бабушка по привычке говорит очень громко и Женя боится, что если кто-то будет проходить мимо, то даже сможет услышать их разговор.

– Давай аккуратно, ты обещала, что прекратишь.

Жене не нравится, что бабушка не просто гонит самогон, а продаёт его. Конечно, серьёзной ответственности ей не грозило, но Женя боялась, что неприятности могут случиться – от пожара до стычки с пьяным покупателем. Но бабушка каждый раз находит отговорки, вот и на этот раз она ворчливо произносит:

– Твой дедушка с небес смотрит и гордится, что я его дело продолжаю, а не убрала аппарат на чердак или в подвал. Может, тебе тоже послать бутылочку?

– Не надо, к такому тут не готовы, – издаёт нервный смешок Женя.

Ей даже кажется, что на языке оседает горький вкус, а в груди разливается жжение. Хватило одного раза, чтобы понять, что такое самогон.

– Меня там Зинка зовёт, Жень. Я пойду. А ты только не кисни, всё приложится.

Телефон Женя не опускает, глядя в окно. Присутствие бабушки сейчас было бы как никогда кстати.

– Эй ты, из триста седьмой!

Обернувшись, Женя видит Тень – от неё всего в паре шагов, стоит, привалившись плечом к стене.

После истории про Зою она не смотрит на него как-то иначе – всегда нужно выслушать обе стороны. У монеты всегда две стороны. Хотя сейчас ей кажется, что у Тени только одна – язвительной задницы.

– Вы что-то хотели сказать? Или перекличка?

Женя старается говорить спокойно, даже с насмешкой. Но стоит ей поравняться с ним, как он перехватывает её под локоть.

– Евгения, вы ничего не хотите мне сказать?

Странно, что щёки не краснеют – Женя догадывается, о чём он спрашивает. О камне.

– Нет.

Его пальцы сжимаются чуть сильнее, он притягивает её к себе. На нём белая выглаженная футболка, заправленная в тёмные брюки с ремнем. Его опрятность и уверенность обезоруживает.

– Что ж, тогда у меня нет к тебе больше вопросов. – Тень касается её плечом и спокойно идёт по коридору, бросая через плечо: – Я бы на твоём месте всё же согласился на посылку от бабушки.

Его смех отскакивает от стен, Жене так и хочется сказать ему пару ласковых.

В комнате она наконец раскладывает оставшиеся вещи по полкам, слушая музыку в наушниках. Усевшись на кровать, выдыхает, на часах уже больше одиннадцати. И тут Женя понимает свою ошибку.

– Душ уже закрыт? – спрашивает Женя у Киры, боясь услышать ответ.

Кира смотрит на настенные часы.

– Должен быть, но можешь ещё поймать Марину Михайловну в коридоре и уговорить дать ключи от душа. Только не наглей, если откажет.

Женя выходит в коридор, направляясь к душу. Из двери спиной выходит немолодая женщина.

Заметив Женю, она опирается на швабру, глядя на Женю.

– Чего хочешь?

– Здравствуйте, Марина Михайловна. Я могла бы у вас взять у вас ключ и сходить в душ?

– Новенькая? Только заехала? Правил ещё не знаешь? – Прищур у Марины Михайловны изучающий, как будто пытается вспомнить, была она здесь или нет.

– Новенькая.

– Симпатичная, – улыбается уборщица. – Я люблю белый молочный шоколад, будешь должна. – Марина Михайловна протягивает ей ключ на толстой веревке. – Спусти потом Васе, он мне передаст. Ему шоколад не неси, у него сахарный диабет, совсем себя не бережёт.

– Спасибо вам огромное! – Женя забирает ключ.

– Грязь только не разводи, усекла? – Марина Михайловна грозит ей пальцем. Скорее в шутку, но Женя напрягается. – И когда будешь мыться, закрой дверь на крючок изнутри. А то ещё кто запрётся помыться, потом до ночи не выгонишь. Ну чего смотришь? Давай быстрее – за вещами и в душ.

Опомнившись, Женя быстро возвращается в комнату и хватает всё необходимое для душа. Сланцы она держит в руке, запомнив слова Маши про опасности. Но переступив порог общей душевой, Женя замирает, ужасаясь увиденному. Старый серый кафель на полу и стенах, покосившиеся кабинки, обшарпанные стенки, разделяющие душевые друг от друга.

– Тут вообще можно мыться? – вслух произносит она, едва не опуская руки от безысходности. Вспоминаются слова матери: «Ты тепличная! Куда ты намылилась? Запоздавший бунт переходного возраста?»

Жене не хочется признавать, но мама была права – ей сложно адаптироваться к подобным условиям. Но, немного отойдя от первого шока, ещё раз оглядевшись, Женя понимает – в душевой довольно чисто. Это приносит некоторое облегчение.

Повесив на крючок сумку и полотенце, Женя раздевается. По телу проходит дрожь, но не от холода, а от не прошедшего до конца чувства брезгливости. Но Женя делает глубокий вдох – она это сделает или сейчас или не сделает никогда.

Женя открывает кран, настраивая воду и стараясь не смотреть по сторонам. Закрыв глаза, фантазирует, что находится совсем в другом месте. И ей почти удаётся отключиться от действительности, когда до неё доносится странный хлопок. И в этот момент она понимает, что забыла закрыть дверь.

Глава 8

Женя быстро выключает воду и, осторожно выглянув в раздевалку, тянется к крючку, на котором оставила полотенце и одежду. Но оказывается они упали на пол. Женя с ужасом смотрит на бесформенную кучу, не представляя, что сможет поднять вещи и надеть их на себя. И даже мысль о том, что уборщица недавно навела порядок и пол чистый не приносит облегчения. Она даже забывает о том, что выйти в раздевалку её заставил шум от двери.

– И кому тут неймётся? До одиннадцати времени не хватило помыться?

До Жени доносится знакомый голос. Тень говорит нарочито громко, явно предупреждая о своём присутствии, прежде чем зайти в раздевалку. Женя успевает отскочить за шкафчик. Прикрыв грудь, высовывается из-за него и встречается взглядом с Тенью.

– Евгения, – тянет Тень, кажется, ничуть не удивлённый. – Правила писаны не для тебя? – заметив вещи, лежащие на полу, насмешливо добавляет: – Смотрю, у тебя случился казус…

Женя чувствует себя настолько расстроенной и уставшей, что эта насмешка окончательно выбивает её и так из хрупкого душевного равновесия. Она выходит из-за стенки и, вскинув руку в обвиняющем жесте, при этом напрочь забыв о своём внешнем виде, зло спрашивает:

– Почему ты постоянно до меня докапываешься? – Женя сама не замечает, что переходит на ты. – Что я тебе такого сделала? Только потому, что я новенькая? Или ты всех из триста седьмой не любишь? Я ничего тебе не сделала! Это просто нечестно! Так нельзя поступать с людьми!

Ещё немного и Женя заплачет. Сдуваясь как шарик, она обнимает себя за плечи и делает шаг назад. По телу распространяется дрожь – в раздевалке прохладно, да и нервы окончательно сдают.

Тень стоит всего в паре метров от неё – он выглядит ошарашенным, глядя на неё. То ли из-за того, в каком виде она она перед ним появилась, то ли из-за услышанного. Сглотнув, он прикрывает глаза. Расстегнув ремень, вытягивает из-за пояса футболку и стаскивает через голову. Женя отступает назад, не понимая, чего от него ожидать и стараясь не удариться в панику.

Под одеждой Тень выглядит подтянутым и широкоплечим, не таким, как Дима. Такая фигура ей нравится куда больше. Но это не отменяет её испуга.

На шаги Тени Женя отвечает отступлением. Тогда он останавливается и протягивает ей футболку.

– Держи, потом вернёшь. – Указывает на полотенце и одежду на полу. – Это ты вряд ли на себя оденешь. Или тебе не нужна помощь?

Он медленно уводит руку с футболкой назад, глядя Жене в глаза, пока она не хватается за неё, вырывая из рук.

– Нужна. И отвернись, – говорит она, стараясь прикрыться тканью. – Пожалуйста.

Тень молча отворачивается, к удивлению Жени оставляя ехидные замечания при себе. Неужели её отповедь задела его за живое?

Женя смотрит на него, трясущимися руками натягивая на себя его футболку. Она чувствует себя раздавленной, от него же, пусть он и стоит к ней спиной, исходит аура уверенности и силы, заставляющая Женю внутренне сжаться.

Футболка ещё теплая, от неё исходит аромат его дезодоранта. Ткань мягко соскальзывает по талии вниз, прикрывая Женю ниже ягодиц. У неё остаётся ощущение лёгких прикосновений, но Женя отбрасывает эту мысль.

– Готово? – Тень слегка поворачивает голову.

– Да.

Женя собирает с пола одежду, стараясь не прижимать к себе.

– Я пойду, а ты прибери всё за собой. И больше не нарушай правил. Ну а если нарушаешь, не забывай закрывать дверь на замок.

Женя замирает на месте. Хочется облегчённо выдохнуть, но одновременно она снова начинает злиться, понимая, что он опять её подначивает. Словно всплеск её эмоций, её слова он просто пропустил мимо ушей. Неконтролируемая обида поднимается изнутри, но Женя старается сдержать эмоции, прикусывая губы и тихо сопя.

Тень останавливается и, обернувшись, спрашивает:

– Ну и что ты хочешь сказать, Евгения? Твоё напряжение чувствуется за несколько метров.

Кажется, она топает ногой как в детстве, прежде чем собраться с мыслями.

– Ты просто невероятный… Козёл!

Женя чувствует, как ей становится легче. Она наконец это сделала – назвала его так, как он заслуживает после всех его выходок. Но улыбка на лице держится недолго, буквально до того, как Тень прижимает её к кафелю, не оставляя возможности сбежать.

Женя делает судорожный вдох и замирает, испуганно глядя ему в глаза.

– Ну и где твоя смелость теперь? Расскажи мне, Евгения. Разве можно идти на попятную при первом же препятствии?

Его лицо слишком близко от её. Ещё больше Женя не покраснеет, и эта нелепая мысль отчего-то придаёт ей хоть немного уверенности. Губы Тени расслаблены, и это тоже приносит радость – она всё-таки лишила его привычной ухмылки.

Глупость. Женя делает глупость. Прикрыв глаза, она слегка отталкивается кончиками пальцев от кафеля и тянется к Тени. Уже представляя, как случится её первый серьезный поцелуй. Может, и не с тем, кого она уважает и любит, но её тянет к к Тени и она признаёт это. Она едва касается его губ, чувствуя жар и сухость кожи и в глубине души желая большего. Его ладони уверенно давят ей на плечи. Короткие ногти впиваются в футболку, комкая в пальцах ткань.

Открыв глаза, Женя видит перед собой тёмного как грозовое небо Тень, как будто он едва сдерживается, чтобы не ударить её. И это хуже пощечины или грубых слов – она ему неприятна. Ткань натягивается и давит на спину, но постепенно его хватка ослабевает.

– Евгения, вы же понимаете, это запрещено? – он почти шепчет ей в ухо, но даже в шёпоте она различает уже привычные насмешливые нотки.

Он отступает от неё и, больше не сказав ни слова, выходит из душевой, оставив Женю наедине с горькими мыслями. Она прикрывает на пару секунд глаза, но… Ей не хочется раздумывать о сделанном. Глупо. Всё равно она уже ничего не исправит, не сотрёт воспоминания ни себе, ни Тени. Это случилось и всё.

Собрав вещи, Женя закрывает душевую на ключ и медленно идёт в комнату, стараясь, чтобы не сильно заплетались ноги. Упади она сейчас, и вряд ли она себя соберёт. Физически и эмоционально. Сейчас бы поговорить с бабушкой – она бы нашла правильные слова для нерадивой внучки. Объяснила бы и поступок Тени, и его мотивы. Только бабушки здесь нет, и разбираться надо самой.

В коридоре ей встречаются студенты, которые слоняются из комнаты в комнату, что-то обсуждая. Женя не обращает на них внимания, они не обращают внимания на неё. Она уже часть этого мира. Женя опускает взгляд, разглядывая свои голые ноги, прикрытые только футболкой. Под ней ничего нет. Ещё пару дней назад она бы горела от стыда, а сейчас её всё равно. Женя не узнаёт себя, удивляясь тому, что с ней могло случиться то, что случилось.

Она скромная, тихая, хорошая девочка из маленького города. И только. Подобное могло случиться с Тоней, но уж никак не с ней. Однако…

В комнате девчонки лежат каждая на своей кровати. Машка, уткнувшись в смартфон, листает ленту в сети. Кира перетряхивает содержимое сумки, выкидывая мусор и бумажки. Перед ней уже образовывается целая куча из чеков и билетов на транспорт.

– С лёгким паром? – Кира отрывается от своего занятия, разглядывая Женю. – Если ты хочешь постирать, то можно кинуть вещи в общую корзину. То, что не для машинной стирки, мы стираем обычно руками в тазу.

Кира указывает под свою кровать, из-под которой выглядывает уголок того самого тазика, который Женя видела утром.

Женя опускает вещи на кровать, руками оттягивает футболку вниз и только потом проходит к корзине, бросая в неё вещи и полотенце.

– Длинная какая у тебя футболка. – Маша отрывается от телефона. – Парня что ли?

Женя останавливается, не зная, двигаться или нет. Кровь от лица отливает, оставляя белое полотно с бегающими глазами.

– Отца, – сдерживая чувства, отвечает Женя.

Маша, ещё раз окинув её взглядом, снова погружается в телефон, принимая такой ответ. На Киру Женя не смотрит. Та удивительный психолог, и может обо всём догадаться. Если уж не о Тени, так о том, что она соврала.

В туалете Женя садится на крышку унитаза, сжимая голову и раскачиваясь из стороны в сторону. Если она сейчас не соберётся, то всё. Конец. После холодной воды становится полегче. Женя переодевается в свою одежду, но от неё всё равно пахнет Тенью. Влажная кожа впитала его запах, продолжая её дурманить. От Тени не отделаешься. Вцепился в неё как клещ.

Женя заводит будильник на утро, чтобы отнести футболку Тени и забыть обо всей этой истории. Хочется верить, что не многие встают в пять утра, и она останется незамеченной.

Нормально уснуть не удаётся, она всего лишь проваливается в дрёму. То и дело выплывает обратно в реальность, наблюдая, как гаснет свет, и слыша разговоры и смех девчонок, но не улавливая суть разговора.

Женя встаёт с рассветом и разглядывает небо, сидя на кровати. Сон совсем уходит. На тумбочке её ждёт сложенная футболка, напоминая о том, что ей предстоит сделать.

Спустив ноги с кровати, Женя ощущает холодок, поэтому быстро натягивает тапочки. Но теперь нет повода тянуть с тем, чтобы взять футболку в руки. Прохладная ткань по-прежнему вызывает в ней бурю эмоций и воспоминаний о том, как она сама поцеловала Тень, об их своеобразной близости и его оголённом торсе. До этого Женя почти ни разу не ловила себя на мысли, что её что-то или кто-то заводит. Во всяком случае из реальной жизни. А тут этим кем-то выступает чёртов коменд!

Женя знает, она будет ругать себя за это, но всё равно приподнимает футболку к носу, втягивая аромат. Это успокаивает. Набравшись сил, она тихо выходит в коридор. У двери в комнату Тени останавливается и собирается постучать, как до неё долетает женский смех.

– Тихо! – следом звучит голос Тени – суровый, но одновременно с отчётливыми нотами нежности.

Женя отступает, крепче сжимая ткань. Отчего-то ей обидно и больно.

Глава 9

Белая ткань в пальцах Жени поскрипывает – с такой силой она сжимает футболку. Мысленно она представляет и саму девушки, и то, чем они с Тенью могут заниматься за закрытой дверью. И эти мысли Жене совсем не нравятся. Она теряется от силы нахлынувших эмоций. Слишком непривычно. Женя ещё ни разу никого не ревновала, если не считать сестры. Но те эмоции были детскими, да и давно прошли. Сейчас же ревность яркая и отравляющая. Нелогичная, но всё равно причиняющая боль. Женя ловит себя на мысли, что обладательницу смеха хочется придушить… или… Хочется быть на её месте.

– Ксюша, тебе уже пора. А то эти кровососы скоро начнут подниматься из своих склепов. Возвращайся в свой.

– Глеб. – По скрипу половиц, доносящемуся из-за двери, Женя предполагает, что девушка подходит к Тени. – Не нарывайся, а то мы сожрём тебя с потрохами, если ты в конец нас достанешь.

– Даже ты? – смеётся Тень.

– Разве так не интереснее? – продолжает ворковать девушка.

– Вали уже.

Слыша шаги, Женя бледнеет – сейчас эта Ксюша выйдет и увидит её. Но и бежать нет смысла, топотом она только привлечёт к себе внимание, а осторожно уйти уже не успеет. Наверное, так себя чувствуют смертники за минуту до исполнения приговора. А то, что он будет быстрым и жёстким, Женя не сомневается. Тень точно выкинет её из общаги. Женя замирает, закрывая глаза, как перед самой настоящей казнью.

Скрипнув, дверь приоткрывается.

– Я кое-что забыла спросить.

Дверь захлопывается, голос девушки снова отдаляется. Женя, не долго думая, быстрым шагом направляется по коридору в сторону своей комнаты. Шум в ушах не позволяет услышать, вышла ли девушка или осталась внутри. Но теперь есть шанс, что даже если та увидит её удаляющуюся спину, то не придаст этому значения.

Но если Тень узнает, что она подслушивала под дверью… От одной этой мысли тело покрывается холодным потом. Эти двое наверняка встречаются и вдвоём точно выживут её из общаги. Не выдержав, Женя оборачивается – к её облегчению коридор пуст. И в этот момент её посещает мысль, из-за которой она даже запинается на ровном месте. А что если она сдаст их администрации университета? Тень – комендант, и встречаться со студентками наверняка запрещено. Потому они с Ксюшей и прячутся. Если его уволят, её жизнь определённо станет спокойнее. Но готова ли она ради этого сломать жизнь Тени? Женя качает головой, нет – она не станет «стучать». Личная жизнь Тени её не касается. В конце концов он не виноват, что вызывает в ней такие неоднозначные эмоции. Всё, что она сделает – вернёт ему футболку, и на этом их взаимодействие полностью прекратится.

Да, именно так она и сделает. Именно этого она и хочет. Женя так старательно себя убеждает, что даже начинает верить в то, что получится выкинуть Тень из своих мыслей. Он всего лишь помутнение её сознания. Скоро пройдёт.

Девчонки ещё спят. Киру, закопанную под одеяло, почти не видно. У Маши в руке, свисающей с кровати, мёртвой хваткой сжат телефон. Стараясь не шуметь, Женя осторожно крадётся к своей кровати и, прежде чем лечь, переводит будильник на семь часов. У неё ещё есть полтора часа, чтобы поспать, и к своему удивлению она проваливается в сон, стоит коснуться головой подушки. Футболку Женя продолжает сжимать в руках.

– Подъём, салаги! – По коридору разносится голос Тени, усиленный громкоговорителем.

– Он опять… – стонет Маша, роняя телефон на пол. – Это невозможно…

Женя садится на кровать и, сняв блокировку с экрана телефона, видит, что на часах – 6:55.

– Мои законные пять минут сна! – Маша сваливается с кровати. Растирая ушибленный локоть, морщится и посматривает на дверь с ненавистью. – Тень!

Прозвище эхом распространяется по всему корпусу.

Кира со смехом откидывает одеяло в сторону. Встав, под недоумевающий взгляд Жени начинает разминку – наклоны головой сменяются на энергичные махи руками.

– Ты решила играть по правилам? – Маша, развалившись на кровати, закидывает ногу на ногу.

– Тебе бы тоже пошло на пользу размяться. – Кира поглядывает на Машу между упражнениями. – Вывести токсины.

В Киру летит подушка, но та успевает увернуться.

Женя так и не успевает вставить и слова, как в комнату заходит Тень.

– Так-так! Что у нас тут?

На Тени такая же футболка, как та, что в скомканном виде лежит у Жениной подушки. По его прищуру Женя понимает: он заметил.

– А тут у нас лежбище из двух тюленей. Вам нужно особое приглашение?

Женю оглушает свисток. От неожиданности она чуть не подскакивает на месте. Маша остаётся невозмутимой, старательно глядя в сторону, а не на Тень. Не дождавшись реакции, он произносит:

– Что ж, Мария, вы сохраняете за собой почётное место в чёрном списке. По-прежнему никаких гостей.

Маша встаёт и поднимает вверх два пальца. Изобразив зарядку, падает обратно на кровать.

– Все ещё в черном, – спокойно говорит Тень. Затем обращается к Жене: – Что насчёт тебя? Женя хлопает ресницами, до конца не понимая, что она должна сделать. Вздохнув, Тень ещё раз окидывает их всех взглядом. – Короче, ваша комната остаётся на прежнем положении.

Тень выходит из комнаты, через несколько секунд доносится громкий свист, а затем и его голос:

– Хорошая попытка! Но первую неделю и вы без гостей. Слабо верится в ваше желание заниматься. Форма ничего не значит.

Кира плюхается на кровать.

– Вот сложно было сделать вид, что занимаешься?

– Кира, ты можешь ходить в другую общагу сама. Так, между делом.

Женю удивляют такие отношения между девчонками. То они ладят, то ругаются, то ведут себя так, как будто вовсе не знакомы, но при этом ясно, что им есть, что вспомнить из совместного прошлого.

– А ты можешь иногда думать о других. Так, между делом, – идёт в наступление Кира.

Жене очень хочется сгладить углы, но влезать в их отношения не хочется. Она точно знает, чем это заканчивается – не раз проходила это в собственной семье. В итоге прилетит ей же.

Маша поднимается с кровати и быстро выходит из комнаты.

– Она отойдёт, – тихо произносит Кира.

Женя до конца не понимает, для кого звучат эти слова – только для неё или Кира так успокаивает сама себя.

Посматривая за сборами Риты, Женя тоже решает переодеться. Футболку Тени она собирается закинуть в тумбочку, не особо заботясь о её состоянии. Но, задумавшись на секунду, откладывает её в сторону. В голову приходит безумная мысль, и Женя хватается за неё. Ей хочется позлить Тень. И не только из-за девушки. Но из-за случая в душевой, из-за его отношения к ней… из-за всех их стычек и того постоянного душевного смятения, которое он в ней вызывает. Может, разозлив его по-настоящему и увидев его искажённое злостью лицо, она наконец отделается от мыслей о нём?

Аккуратно разгладив футболку, Женя надевает её на себя. Затем достаёт из шкафа джинсы с высокой талией и, натянув их, пытается заправить футболку внутрь. Но ткань комкается, образуя вокруг плотное кольцо, смахивающее на надувной круг.

– Держи, должно классно смотреться. – Кира бросает ей в руки какую-то вещь. Женя разворачивает серую ткань. Велосипедки. – А ещё…

Кира роется на своей полке и достаёт широкий ремень. Подойдя к кровати Жени, кладёт его рядом с нею.

Первый порыв – отказаться от чужих вещей, но почему-то Жене хочется этого делать. Кира очень похожа на сестру, которую она хотела бы иметь рядом с собой. Тоня совсем другая. От неё бы она помощи точно не дождалась.

Поблагодарив Киру, Женя натягивает велосипедки, которые немного выглядывают из-под футболки. Бросив на неё оценивающий взгляд, Кира берёт ремень и помогает застегнуть его на талии. Затем вытягивает над ним немного ткани, придавая Жене нарочито небрежный вид, а заодно немного укоротив длину футболку.

Женя смотрит на себя в зеркало и ей нравится девушка, которую она видит в отражении.

– Ну как? – Кира улыбается, держа Женю за плечи с обеих сторон. – Нравится?

Женя понимает – плакать глупо, но на глаза набегают слёзы. Порой прикосновение другого человека значит намного больше, чем может показаться на первый взгляд.

– Нравится. – Женя пожимает плечами, стараясь не выдать свои эмоции.

– Будь в себе уверена, не давай слабину на знакомстве. А вечером… вечером отметим. – Кира сжимает в последний раз её плечо и отходит в сторону. – Ты обещала.

Женя помнит об этом. Но только сейчас понимает, что действительно хочет пойти на предстоящую вечеринку.

– Я пойду, хотела встретиться с подругой, а потом в корпус.

– Тогда увидимся позже. – Кира возвращается к шкафу.

Жене стыдно, что она соврала насчет подруги – здесь у неё нет близких знакомых. Но она сама хочет дойти до учебного корпуса, а отказываться от помощи, которую могла предложить Кира, было бы неловко. Для неё это своеобразный вызов – добраться до нужного здания, зайти в зал и отыскивая свободное место. Поэтому она выходит пораньше, чтобы настроиться.

В блоке шумно – кто-то обсуждает Тень, кто-то также готовится к тому, чтобы пойти в универ. Многие слоняются из комнаты в комнату, что-то спрашивая или чем-то обмениваясь. Жене хочется проскочить незамеченной мимо немногочисленных знакомых. Проходя мимо кухни, она замечает девушку, которая накануне объясняла ей правило про посуду. Рядом с ней стоит красивая блондинка. Женя не стала бы к ней приглядываться, но та начинает говорить, и её голос кажется знакомым. Слишком знакомым. Женя замирает на месте.

– Ксюша, мы опоздаем!

– Да ладно тебе, нас же подвезут. – Ксюша едва ли начинает быстрее пить свой кофе, аромат которого доносится даже до Жени. – Я хочу позавтракать. Лучше уж не сделаю прическу, но поем.

Женя разглядывает профиль Ксюшы – длинные ресницы, пухловатые губы и аккуратный носик. Образ дополняют длинные светлые волосы. Она объективно очень красивая и милая. Женя не может отвести от неё взгляда, пока Ксюша, видимо, заметив, что за ней наблюдают, не поворачивается и не произносит:

– Привет, – улыбается она, снова касаясь губами кружки.

Женя краснеет, ощущая себя последней дурой. Быстро ответив на приветствие, она ныряет обратно в коридор. Но, идя вперёд, ещё раз оборачивается в сторону кухни.

– Евгения, вы кое-что забыли мне отдать. – Тень вырастает перед ней, перегораживая проход. На его шее всё так же висит свисток.

Боевой настрой, посетивший её в комнате, когда она решила надеть футболку, моментально испаряется, стоит взглянуть в насмешливые глаза Тени. Женя пытается развернуться и снова метнуться в комнату, но он не даёт ей уйти, перехватив за руку. Женя не сопротивляется, не желая привлекать внимание. Не снимет же он, в конце концов, с неё футболку прямо в коридоре, значит, тут она в некоторой безопасности.

– Ключ, Евгения, – немного раздражённо, словно теряя терпение, произносит Тень. – Марина Ивановна не обрадуется, что ты ей соврала. И больше не станет давать ключ.

Женя успела забыть о том, что обещала отдать ключ охраннику. Вылетело из головы.

– Евгения, у тебя не так много времени. – Тень отпускает её руку и раскрывает ладонь.

Хорошо, что он вообще оказался при ней. Вечером она сунула его в карман рюкзака, чтобы не потерять. Сняв рюкзак с плеч, Женя быстро достаёт ключ и опускает его в ладонь Тени. Он сжимает его в пальцах.

– Тебе она идёт больше, чем мне. —Тень окидывает её взглядом с ног до головы, с интересом рассматривая. Его близость снова затрагивает что-то внутри Жени. Будоражит. – Оставь себе, раз понравилась.

Он делает ещё полшага к ней, и Жене даже кажется, что он позволит себе ещё что-то сказать или коснуться её. Но он снова исчезает, оставляя её жадно глотать воздух.

Когда Женя возвращается в общежитие, чувствует себя иначе, как будто теперь детство точно осталось позади. Знакомство с однокурсниками и некоторыми преподавателями, которые выступили перед ними в актовом зале, прошло совсем не так страшно, как Женя себе представляла. Не одна она выглядело напуганной и стеснительной. И от этого стало немного легче. Она даже представила, что Кира и Маша тоже когда-то были на её месте. Но теперь они никого не боялись – у них были друзья, они улыбались и веселились, получая удовольствие от жизни в общаге. Значит, и сама Женя со временем освоится и вольётся в студенческую жизнь.

Уже положив пальцы на ручку, чтобы открыть дверь в комнату, Женя слышит звонок. Она торопливо достаёт телефон из рюкзака. Наверняка звонит бабушка, и Жене очень хочется услышать её голос – родной и заботливый. Но, глядя на экран, она понимает, что поговорить с ней решил совсем другой человек.

Глава 10

Услышать голос мамы настолько неожиданно, что Женю замирает с ключом в руках, даже забывая, как дышать.

– Женя, ты здесь?

Но говорит она как обычно – сухо, по-деловому и с той каплей пренебрежения, от которой Женя всегда себя чувствовала неуютно, а ещё неправильной и дефектной. Не такой как Тоня, которая никогда не доставляла родителям неприятностей.

– Здесь. – Слова царапают горло.

– Я… То есть мы с отцом хотим сказать, что… это твой выбор. Мы его не принимаем, но не должны осуждать. – Женя представляет, как мама массирует бровь, сдерживая свои чувства. – Мы бы хотели с отцом и Тоней приехать. Когда-нибудь. К тебе.

Последние два слова мама произносит с такой натяжкой, что Жене кажется, что ещё немного и от напряжения, которым буквально искрится этот разговор, телефон треснет.

– Я буду очень рада.

Женя не врёт. Какими бы ни были Тоня и родители – они её семья, а за семью нужно держаться.

– Пока, Женя.

– Пока.

Женя спокойно поворачивает ключ в замочной скважине. Нажимает на выключатель, но свет не загорается. Она щёлкает им ещё пару раз – безуспешно. Наверное, перегорела лампочка. Из окна хоть и просачивается свет, но его недостаточно – в комнате царит полумрак. Скрипя зубами, Женя понимает: придётся идти к Тени. Никого другого она не знает, кто мог бы помочь.

Ей просто надо показать – она его больше не боится. И попросить помощи.

Перед его комнатой Женя замирает, прислушиваясь в попытке понять, есть ли там кто-то, а если и есть, то один ли Тень или снова с той девушкой? Стук выходит тихим, и Женя уже собирается идти обратно, когда дверь бесшумно открывается.

– Триста седьмая?..

Оба прекрасно понимают, что ей не нравится это прозвище, но Тень вновь не упускает случая ей насолить.

– Лампочка перегорела в комнате. Я не знаю, что делать.

– И ты пришла… – Тень облокачивается на дверь, напрягая мышцы на руках и хитро улыбаясь, – попросить помощи?

– Да. – Женя делает шаг вперёд. – Если ты, конечно, в состоянии помочь, а не только трепать языком и изводить студентов.

Женя в ужасе замирает, медленно осознавая, что только что напрямую нагрубила ему. Замешательство на лице Тени появляется буквально на секунду. Отвечает он ей спокойно, словно и не слышал того, что она сказала.

– Я не завхоз, Евгения, а коменд. Это не моя работа.

«Работа, ага, конечно!» – мысленно передразнивает его Женя.

– Но могу дать лампочку, поменяешь сама. Стул-то у тебя есть? – с ехидной улыбкой уточняет он.

Тень снова издевается, но на этот раз Женя этому даже – это хотя бы привычно, увидеть его в гневе совсем не хочется.

Женя заходит в комнату за Тенью, когда он отходит от двери. Вряд ли он оценит её поступок, но одно его присутствие снова и снова толкает её на непривычные поступки. Обычно она уважает личные границы, но именно в этой комнате впервые стащила чужую вещь. И сейчас её словно магнитом опять притягивает на личную территорию Тени.

– Могла подождать у двери, – бросает он, но не предпринимает попыток выставить её в коридор.

Тень открывает шкаф и тянется на верхнюю полку за небольшой коробкой. Пользуясь выпавшей возможностью, Женя внимательно оглядывается по сторонам. В прошлый раз она так волновалась, что всё происходящее воспринимала через пелену стыда и страха. Сейчас она замечает новые детали, на которые не обратила внимания. На стенах висит много фотографий, на полках теснятся книги. На одной из стен Женя замечает многочисленные грамоты – разглядеть со своего места подробности она не может. Но наверное они принадлежат Тени, иначе бы не висели на стене его комнаты. Жене интересно, за что у него может быть такое количество грамот при его-то характере. За спортивные достижения? Бросив на Тень взгляд, она лишний раз убеждается, что это может быть правдой – тело у него вполне подтянутое. А вот на человека, который когда-то был увлечён учёбой, он совсем не похож.

Пока Тень роется в коробке, Женя делает два шага вперёд, чтобы рассмотреть надписи.

– Ты не у себя в комнате. – Тяжёлая ладонь ложится ей на плечо, не оставляет шанса удовлетворить любопытство. Развернувшись, Женя практически оказывается в объятьях Тени. Остаётся сделать всего лишь шаг. Он смотрит на неё, не спеша убирать руку. —Поэтому здесь мои правила.

Женя не выдерживает его взгляда – он снова действует на неё как удав на кролика. Она отводит глаза в сторону и замечает закрытую дверь. Женя не помнит, чтобы закрывала её. Она снова заглядывает ему в глаза, сама не понимая, что хочет в них увидеть. Тень медленно наклоняется к ней. Растягивает удовольствие? Или играет с ней? Губами легко касается её виска, и даже это мимолётное касание заставляет колени Жени дрожать. Как бы она не хотела держаться от него подальше, у неё не получается. И похоже он прекрасно это понимает.

Губы Тени скользят по виску, спускаясь к щеке… подбородку. Он замирает, а затем оставляет в уголке её рта невесомый поцелуй. Настолько мимолётный, что Женя даже не уверена, а не показалось ли ей? Может, это только её фантазия? Её помешательство, а похоже, что она и правда сходит с ума.

– Иди уже, меняй лампу, триста седьмая. Или ты решила вернуть мне футболку?

Пальцами он подцепляет край её наряда. В его чуть потемневших глазах пляшут искры. И Женя снова убеждается в том, что для него всё происходящее – только игра. Просто она дурочка, которая не умеет справляться с собственными эмоциями и реакциями. Забавная зверушка, над которой можно посмеяться. От вспыхнувшей в груди обиды и злости она почти задыхается, с трудом втягивая воздух.

– Да пожалуйста! – резко выговаривает она и расстёгивает ремень.

Он падает за спиной, бряцая пряжкой об пол. Женя дёргает за край футболки вверх. Она почти успевает стянуть её с рук, но Тень перехватывает её запястья и силой заставляет опустить их обратно.

– Не стоит шокировать только заселившихся девственников обнажёнкой, Евгения. Ещё найдёшь перед кем ходить в таком виде. – Его слова немного отрезвляют, но злость по-прежнему кипит внутри. В привычной манере он ставит её на место, а ещё, едва касаясь её кожи, показывает, что снова соблюдает границы приличий. – Я же сказал, тебе она идёт больше. Это подарок.

На этот раз в его голосе не слышится издёвки, Жене даже кажется, что в его глазах мелькает что-то человеческое. Как будто ему важно, чтобы она и правда поверила, что этот «подарок» сделан с душой.

«Если она вообще у него есть».

Женя поднимает ремень с пола, но не пытается надеть, нервно перебирая в руках.

– Пошли.

Тень не даёт ей опомниться, ведя за собой к её комнате. Одним лишь своим словом. На них с удивлением поглядывают. Но Женя надеется, что вряд ли кто-то решит, что между ними что-то было. Она опускает голову, глядя в пол, чтобы выглядеть так, будто Тень просто за что-то её отчитал.

В комнате всё так же темно и пусто.

– Свет выключен?

Женя щёлкает выключателем, пока он подставляет стул под люстру. Ему хватает минуты, чтобы управиться с лампочкой. Всё это время Женя наблюдает за его движениями – чёткими и отточенными. Тёмные брюки облегают ягодицы, заставляя думать совсем не о том, о чём следовало. Женя только вздыхает, понимая, что морок, накрывающий её с головой, как только он появляется рядом, вновь отключает её разум.

Тень отставляет стул на место, сжимая в руке перегоревшую и потемневшую лампочку. В призрачном свете, проникающем через окно, он выглядит ещё загадочнее и симпатичнее. Делает шаг вперёд, Женя замирает. Но он просто нажимает на выключатель. От яркого света в разные стороны по полу разбегаются черные точки, в которых Женя признаёт тараканов. От омерзения она кривится, отскакивая в сторону

– Уже завела любимца? – со смешком спрашивает Тень. Бросив на неё задумчивый взгляд, добавляет: – Будь сегодня осторожнее.

Тень исчезает быстрее, чем она не успевает спросить, о чём он говорит.

В комнате без девчонок тоскливо, что даже немного странно – раньше одиночество её не тяготило. Листая собственный ежедневник, Женя не может собраться с мыслями. Писать о Тени не хочется. Пусть это и глупо, но ей кажется, что эмоции, которые он вызывает, станут ещё весомее, если она перенесёт их на бумагу.

Девчонки заваливаются в комнату раньше, чем Женя решает, что ей делать со своими переживаниями. Приходят они не одни, а в компании Димы и ещё пары парней. Комната сразу наполняется громким смехом, а на столе оказываются несколько больших пакетов, в которых что-то шуршит и звенит.

– Женя, пора стать частью общажной жизни. – Кира выскальзывает из объятий одного из парней и подходит поближе. – Ты пойдёшь с нами или останешься в тени?

Женя встаёт с кровати, тем самым давая согласие. Но вспоминает предупреждение Тени. Возможно, он говорил о предстоящей вечеринке? Может, с её стороны и глупо доверять людям, которых она знает пару дней, но и Тень она знает столько же. Всё же она решает довериться девчонкам, но в глубине души остаётся осадок – а вдруг Тень был прав?

– Диму ты и так знаешь, – Машка обнимает её за плечи, поворачивая в сторону каждого. —Это Миша, а это Валера. – Она указывает на обоих спутников по очереди.

– Настало его время.

Вся компания смеётся, потряхивая его за плечи. Женя натягивает улыбку, ей не сильно-то и нравятся эти современные шутки, наверное, она чересчур серьёзна для них.

Девчонки тянут её за руки вперёд, не давая даже собраться или взять кофту.

– Кофта…

Её предложение тонут в разговоре ребят между собой. Как будто для них она тоже своего рода игрушка, манипулировать которой легко и просто. Или это всего лишь игра её воображения, которое окрашивает происходящее в тёмные тона из-за слов Тени?

Девчонки отпускают её после лифта, выскакивая вприпрыжку на улицу и не прощаясь с дядей Васей. Единственная, кто это делает, Женя. Дядя Вася отвечает ей с каким-то странным выражением на лице, накручивая усы на палец.

– Сегодня пьём?

Миша, оказавшись рядом с Женей, с улыбкой приобнимает её за плечи.

Глава 11

Кира почти сразу оборачивается к Жене и Мише и одёргивает его:

– Умерь пыл, Ромео.

Миша поднимает руки в «сдающемся» жесте и с улыбкой произносит:

– Я ж не обижу вашу соседку, что за недоверие к своим же?

– Сам знаешь что! – Кира , остановившись, грозит кулаком Мише.

Кира делает это вроде шутливо, но её взгляд кажется Жене слишком серьёзным. Потому она не знает, как реагировать. Тем временем Миша, смеясь, обхватывает её за талию и прячется за её спиной. Женя напрягается, но не дёргается, не хочет показаться излишне нервной. А ещё неожиданно приходит мысль, что она была бы рада ощутить прикосновения Тени. Они были бы ей приятны. Но Миша не Тень. Этим всё сказано. И Женя не знает, хорошо это или плохо.

– Ты Киру особо не слушай, у неё повышенная ответственность за всех вокруг. Иногда она перебарщивает. – Миша убирает руки, но делает это медленно, пальцами проскальзывая по пояснице. Женя понимает, что это глупо, но пытается запомнить эту легкость, с которой можно прикоснуться к человеку. – Ты тут, триста седьмая?

От прозвучавшего обращения Женя напрягается. Ей неприятно, но не из-за прозвища, а странного ощущения, что Миша вторгся в то пространство, в котором она никого не хочет видеть. Потому что так называть её может только Тень.

– Здесь, – натянуто улыбается Женя, осознавая, что опять все её мысли крутятся вокруг Тени. Это обескураживает и немного злит, но она ничего не может с этим сделать.

Чтобы как-то уменьшить напряжение, Женя роется в рюкзаке в поисках резинки, но, как назло, она никак не попадается на глаза. Миша, продолжающий идти рядом, дотрагивается до её запястья и спрашивает:

– Не это ищешь?

Женя краснеет от досады, обнаружив, что резинка всё это время была на виду. Миша лишь добродушно смеётся:

– Девчонки, вечно ищете не там, где нужно.

Женя не уверена, что Миша говорит о резинке, но уточнять ей не хочется – они далеко не в тех отношениях, чтобы говорить по душам. Он замолкает, глядя в спины впереди идущих друзей, и у Жени появляется шанс рассмотреть его внимательнее: тёмные волосы, карие глаза, длинные ресницы, которым может позавидовать любая девушка, и подтянутое тело. Симпатичный. Пройдя мимо Миши, Женя бы обратила на него внимание, но посчитала, что они разного поля ягоды. Себя Женя считает обычной, и жизненного опыта у неё маловато – вряд ли ему будет с ней интересно.

К магазину они подходят минут через десять. Всё это время Миша проводит рядом с нею, периодически ловя её взгляд. Тогда он улыбается, и Женя отвечает тем же, потому что улыбка у него красивая и заразительная. Наверное, со стороны они выглядят как подростки, но она успевает немного расслабиться и перестаёт волноваться о том, что могут подумать окружающие. Женя даже допускает мысль, что Миша лучше, чем показался ей на первый взгляд.

– Мы с Машкой сходим за выпивкой, вы можете здесь подождать или пойти с нами пойти, – громко говорит Дима, чтобы услышали все. Но затем смотрит на Мишу и добавляет: – Кроме тебя. Нам прошлого раза хватило.

Миша, сложив руки перед собой, изображает из себя глубоко обиженного, но смеющийся выдаёт его с головой. Остальные хихикают, и в этот момент Женя ощущает себя лишней, как будто она пропустила большую часть фильма, и теперь не понимает, в чём суть происходящего.

Женя делает шаг к ребятам, чтобы пойти с ними, но останавливается, понимая, что ей жаль Мишу, которому придётся остаться одному.

– Я побуду здесь.

В ответ раздаётся свист Димы.

– Выбор твой, – подмигнув ей, добавляет он. – Что пить будешь?

– То же, что и девочки, – немного замявшись, произносит она.

– Ну и ну! Какие выпивохи живут в триста седьмой! Караул! Женский алкоголизм не лечится, вы знали?

– Диме прилетает с двух сторон – от Киры и Маши.

– Пошли уже, балабол!

Друзья исчезают в магазине. Женя облокачивается о скамейку, запоздало понимая, что её поступок могут трактовать не так, как бы ей хотелось. Она осталась с Мишей по доброте, а не потому, что он понравился ей как парень.

– Я почти устроил драку, – начинает говорить Миша, видимо, решив, что молчание – не лучший способ провести время. – Не лучший день в моей жизни. Тогда Димон договорился с хозяином и пострадавшим, чтобы они не вызывали полицию. Заявление ничего хорошего мне бы не принесло, – усмехается он, перебирая цепочку с жетоном, висящую на шее.

Женя может и не сильна в психологии, но, наблюдая за его манипуляциями, понимает, что та драка случилась не просто так. И цепочка с жетоном на его шее висит тоже не просто так – это не украшение. Она явно принадлежала кому-то, кто важен для Миши.

– Тебе очень повезло с друзьями. – Женя опускает ладонь на плечо Миши, стараясь не придавать этому больше смысла, чем есть.

В её жесте желание поддержать – не более.

– Повезло, – соглашается Миша.

Его голос вновь звучит расслабленно. Заметив в дверях магазина друзей, он натягивает на лицо улыбку, словно давая понять Жене, что их разговор стоит оставить между ними. Жене еле заметно кивает ему, она уж точно не из болтливых.

– Всё докупили. – Димон передаёт Мише пакет. – Ты ответственный за эту партию.

– Значит, я и первый снимаю пробу?

Женя не слышит, что отвечает Мише Дима, потому что Маша и Кира зажимают её между собой.

– Рассказывай. – По глазам видно, что обе они интересуются как она провела время с Мишей.

– О чём? – Женя улыбается, дразня их.

– Не морочь нам голову. – Маша щурится. – Как тебе наш Ромео?

– Я его знаю меньше часа.

– Иногда этого достаточно. – Маша пожимает плечами, улыбаясь.

– Ну что, вы там всё обсудили? – Дима кладёт руку на плечо Маше и уводит её вперёд.

Довольно быстро рядом с Женей вновь оказывается Кира, и почти весь обратный путь они идут вместе. Кира ненавязчиво, но держит Мишу на расстоянии. Тот несколько раз оборачивается, встречаясь с Женей взглядом, но не делает попыток заговорить.

– Кира, – Женя прокашливается и тихо продолжает:– Ты злишься на Мишу?

По подрагивающим уголкам рта Женя понимает, что Кира с трудом сдерживает смех.

– С чего ты взяла? – спрашивает она, замедлив шаг, чтобы немного отстать от остальных.

– Ты идёшь со мной и ты так с ним говорила…

– Нет, Жень, я не злюсь. Какие глупости! Просто не бросайся в омут с головой. Миша хороший, и ты мне нравишься, но торопиться… Не нужно.

Слова Киры не обижают. Они звучат разумно. И Женя, прикусив губу, остаток пути раздумывает над ними. Вот только она переносит их на Тень. Он вновь занимает её мысли.

Возле общежития парни останавливаются.

– Давайте, как вы это умеете!

Димон шлёпает Машу по ягодицам, толкая вместе с Кирой вперёд.

Кира и Маша как по команде расстёгивают клетчатые рубашки до уровня, когда уже видно бюстгальтер. Маша аккуратно берёт Женю под правый локоть, чтобы слева осталась Кира. Так Женя будет меньше попадаться на глаза дяде Васе.

Дверь за ними закрывается буквально на пару секунд, следом заходят парни, тихо разговаривая между собой.

– Дядя Вася! Как же мы рады, что вы сегодня здесь! – громко восклицает Маша, одновременно подтягивая за собой Женю. Кире её помощь не нужна, она сама делает всё, чтобы в итоге закрыть дяде Васе обзор на то, что происходит за их спинами.

– Мария, я здесь почти каждый день уже несколько лет подряд, к чему такая радость?

Дядя Вася наматывает ус на палец, переводя взгляд с одной девушки на другую.

– А просто порадоваться вам мы не можем? – Маша подталкивает всех ещё немного влево, прикрывая парней. – У вас новый кроссворд?

Ярко накрашенным ноготком она указывает на потрепанный журнал, что лежит на столе среди других бумаг. Как только она наклоняется, дядя Вася переводит взгляд на Женю, явно избегая того, чтобы смотреть в вырез Машиной рубашки.

Звук закрывающихся дверей лифта говорит о том, что план удался – парни пронесли «контрабанду» внутрь, и они тоже могут подниматься наверх.

Женя протягивает ладонь к дяде Васе, чтобы молчаливо извиниться, но девчонки утаскивают её за собой.

– Что же вы издеваетесь над стариком? – до Жени доносится тихий шёпот.

И ей становится стыдно. Она помнит, как он рассказывал о внучке того же возраста, что и она. И понимает, что их поступки он наверняка воспринимает слишком близко к сердцу. Сейчас на Женю давят обстоятельства в виде ребят, но она даёт себе слово, что позже вернётся и извинится. Обязательно.

Парни ждут их у выхода из лифта на их этаже. Улыбаясь, они хлопают Киру и Машу по плечам. Достаётся и Жене.

– Это было великолепно! Всегда с ним прокатывает, скромнягой! – Дима притягивает к себе Машу и заглядывает в её вырез. – Ну как такое можно игнорировать?

Но стоит ему договорить, как рядом с ними раздаются шаги.

– Действительно, как?

Над ними нависает Тень.

Глава 12

Мальчики становятся темнее тучи. Маша с Кирой отступают на шаг, но спрятаться негде. Все молчат, Женя тоже. Их попытку протащить выпивку в общагу в том количестве, которое набрали в магазине, Тень явно не оценит.

– Вопрос был задан всем, господа. Или может, вы хотели бы сказать мне что-то ещё?

Женя не сводит взгляда с Тени, испуганно ожидая, что прямо сейчас он попросит открыть пакет, но тот даже не смотрит в их сторону.

– Нет, не хотели. – Миша берёт огонь на себя.

– Ну слава богу, заговорил. Я уже испугался, что вы языки проглотили. – Тень потирает лоб, бросая мимолётный взгляд на Женю. Она мгновенно напрягается, но он вновь обращается ко всем: – Значит, и на вопрос сможете ответить? – на этот раз голос звучит серьёзно – Тень перестаёт разыгрывать спектакль.

– Мы гуляли, ребята показывали окрестности. И мы говорили о том, что сегодня все были утром в универе, его же нельзя игнорировать.

Женя делает шаг к Тени, полностью переключая его внимание на себя. Она оказывается настолько близко, что слышит запах его тела. Улавливает еле заметный аромат сладкой , который сложно назвать мужским. Наверное, он принадлежит Ксюше. Мысль о том, при каких обстоятельствах, Тень мог пропахнуть её духами, не просто раздражает – злит. Но изнутри прикусывает щёку, напоминая себе, что сейчас не время и не место, чтобы погружаться в эмоциональный круговорот, который раз за разом вызывает в ней Тень. Он же, скептически глядя на неё, с усмешкой произносит:

– Какие здравые слова, Евгения, – он складывает руки на груди. Говорит спокойно, но так напрягает руки, что под кожей отчётливо проступают вены. – Ты говоришь мне правду?

– Да. Теперь мы можем пройти в комнаты?

Тень продолжает буравить Женю взглядом, словно анализируя её враньё, чтобы вынести вердикт. Она же почти не дышит, мысленно повторяя себе, что обязана выдержать его взгляд, в котором видит осуждение. Хотя может, Женя просто накручивает себя, зная, что им и правда есть, что скрывать. И пусть ей не понравилось то, как ребята пронесли алкоголь внутрь, походя обидев дядю Васю, сдаваться перед Тенью, тем самым подставив их, она не намерена. Более того, их с Тенью молчаливое противостояние даже заводит – кончики пальцы начинает покалывать от напряжения. В его лице она впервые в жизни словно бросает вызов всем тем правилам, которыми была окружена её жизнь.

– Свободны… все…

Женя слышит, как за её спиной ребята почти синхронно выдыхают от облегчения. Она же ещё пару секунд продолжает смотреть в глаза Тени. Ей кажется, что ещё не закончил, и сейчас закончит фразу, которая прозвучит немного иначе: «Свободны все кроме тебя, Евгения». Но Тень, отступив на шаг, разворачивается и уходит.

– Ну ты даёшь! – Миша шагает к Жене и на радостях крепко её обнимает. – Все бы были такими смелыми.

Все, кроме Маши, выглядят счастливыми. Она же вцепляется в руку Димы, но смотрит туда, где стоял Тень. Женя не знает, как трактовать её реакцию. Наверное, неприязнь к Тени в Маше сильнее, чем радость о того, что они все отделались лёгким испугом.

– И что дальше? – Миша неловко отходит от Жени, поправляя тёмные волосы. – К нам? Сразу начнём, пока Тень не вернулся?

– А разве с ним не договаривались, что сегодня можно посидеть подольше? – спрашивает Кира, застёгивая пуговицы на рубашке и поправляя воротничок.

– Ты как в первый раз, – качает головой Дима, одновременно высвобождая ладонь из пальцев Маши. – Верить Тени нельзя, детки. Всегда помни об этом. Потому надеяться на лучшее, но готовиться к худшему, что он разгонит нас ещё до двенадцати. Иногда я думаю…

Парни уходят вместе, продолжая обсуждать предстоящий вечер и посмеиваясь, но не громко. Снова привлечь к себе внимание Тени никто не желает.

– Пойдёмте? – Кира делает шаг вперёд, собираясь идти в комнату.

Женя следует за ней, но останавливается, поняв, что Маша осталась у лифта.

– Почему он тебе поверил? – Маша хватает Женю за запястье. – Вы с ним знакомы? Он относится к тебе по-особенному!

Женя оборачивается, не зная, что делать дальше и уж тем более – что отвечать.

– Маш, ты чего? – спрашивает подошедшая Кира. Опустив руку на пальцы подруги, на слегка надавливает, чтобы та отпустила Женю. – Она только приехала, и Тень относится к ней не лучше остальных. Для него все одинаковые – типа тараканов, не более. Так что прекращай всё это.

Не сразу, но Маша кивает. Подняв взгляд на Женю, просит:

– Извини, меня иногда заносит на поворотах.

– Да ничего, – доброжелательно отвечает Женя, не желая, чтобы девочки заметили, как шокировало её предположение Маши. Да и та явно сожалеет о своих словах.

– И не только. – Улыбаясь, Кира кладёт руку на Машино плечо, окончательно снимая появившееся напряжение.

– Всё в порядке.

Женя и правда не чувствует к Маше злости или обиды, в конечном счете, её подозрения имеют основания. Между ними с Тенью что-то есть, пусть Женя и сама не понимает, что именно. Но рассказывать об этом она точно никому не собирается.

– Предлагаю забыть данный эпизод общажного недопонимания и вернуться к насущному.

К празднику! – Кира берёт их за руки и тянет за собой. – Сегодня ничего не будет испорчено. Покусаю любого, кто решит, что самый умный. Как отметишь этот день, так и проведёшь весь год – общажная мудрость.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.