Алексей Лавров
Персонаж с демоном 6

Глава 1

Володя предложил переходить к практике. Я с ним сразу согласился и попросил связаться со своими подручными. Пусть подъезжают, контролируют вход, никого внутрь не пускают и сами не лезут до подхода основных сил.

– Каких основных сил? – удивился Владимир.

– А кого я сейчас позову, – пояснил я. – Понравился мне этот домишко, и подвальчик вполне. Себе приберу, – я посмотрел на Чивагора. – То есть клану.

Рейнджеры неуловимо изменились. Вроде, стоят, как стояли, с бесстрастными мордами, никто даже острым ухом не повёл, но всем стало ясно, что они только что получили от вождя приказ и выполнят его с той же скукой на физиономиях, чётко и коротко.

– Вих! – неуверенно подала голос Кэрри. – Мы же договаривались! Ограбить, всех убить…

– И поделить добычу! – едко добавил дядя Фрол.

Я им улыбнулся и со всей доброжелательностью заверил:

– Так оно и будет! Вернее, так оно и есть – убили и ограбили! А о недвижимости разговора ведь не было? Она ж, получается, ничья сейчас? Так я себе её забираю, – я сделал паузу для важности и добавил веско. – Полностью. Надеюсь, никто не возражает?

– Ну… – дядя Фома демонстративно огляделся. – Действительно хороший подвальчик. А сколько мы ещё не видели! Нужно всё осмотреть, оценить…

Я вздохнул печально и поднял руку… почти поднял, и на ней повисла Кэрри с воплем:

– Не надо!

Я раздражённо стряхнул её с руки и, как и собирался, принялся тереть подбородок, глядя на поникшую на плитах девушку. Сказал сварливо:

– Сложный сука случай… ну, не лежи на камнях!

Кэрри поднялась на ноги, встала, стыдливо опустив лицо, а я продолжил:

– Повторяю, о недвижимости мы не договаривались.

– Так давай поговорим, – проворчал дядя Фрол.

– Хорошо, – пожал я плечами. – Мои условия – я забираю для клана дом и подвал целиком, и никаких компенсаций никому платить не буду. Ведь вы до дела, – я выделил слово «до», – никаких условий не выдвинули? Значит, по умолчанию согласились с моим решением.

– Да кто ж мог подумать-то, – проговорил Тео.

– И кто виноват, что вы не подумали?! – усмехнулся я.

– Беспредел, конечно, – вздохнул Володя. – Но формально он прав.

– А по-человечески точно беспредел! – вдруг взревел Гронг.

Я грустно посмотрел на орка. Он смущенно отвернулся к Рене и просипел:

– Ну, ты хоть ему скажи!

Поисковик криво улыбнулся.

– А мне похуй – всё равно ведь наличных не дадите, – он холодно напомнил Гронгу. – Забыл, как эта сволочь выкрутила мне руки?! И ты его поддержал! Забрал сука сегодня все мои ассигнации, что привезли на мою долю!

– Да?! – взревел Гронг. – А кому я разрешил выдавать фишки на пятьсот золотых в неделю?!

– В неделю нахуй! – заорал Рене. – Ты такая же сволочь, как этот!

Я громко откашлялся и, когда они повернули ко мне злые морды, сказал, виновато разведя руками:

– Да, вот такая я сволочь. И хуля делать?

– Да нихуя! – злобно прорычал орк. – Вызывай уже свои основные силы, а то стоишь тут! Пиздишь!

Я открыл городскую карту, задействовав способность «курсограф», проложил маршрут от казино и запомнил скрин. Открыл чат и послал картинку Таворину с сообщением:

– Здесь новое владение клана. Срочно высылай наёмников и рейнджеров.

«Я знаю, где резиденция гильдии убийц», – ответил он через секунду. – «Поздравляю с победой! Немедленно выдвигаюсь с войсками. Рексу своему скажи, чтоб возвращался в крепость».

Блять друид зараза знает, где сука гильдия убийц! Я, маг Тьмы и Смерти, был не в курсе, а этот эльф… советник нахуй! Хотя, чему удивляться – в библиотеку же как-то записался. И, наверное, именно члену совета такое знать полезно. Хрен с ним, интересно, что поделывает мой уникальный капитан. Написал ему в чате:

– Как дела?

«Нормально», – ответил он. – «А вы закончили»?

– Да, тоже всё заебись, – написал я. – У тебя есть нормальный заместитель? Таворин с эльфами и наёмниками направляется ко мне.

«Сейчас за меня капитан Берёза», – доложил капитан.

– Справится? – спросил я с сомнением.

«Так сегодня же поставили парням новые модуляторы»! – напомнил Рекс. – «Конечно, справится»!

– Тогда можешь тащить Китти в койку, – распорядился я. – Но чтоб с утра был в крепости.

«А Настя на шоу разве не вернётся»? – спросил военный.

Я про себя хмыкнул – фанат, бля! Однако, вряд ли она ради искусства откажется от осмотра добычи, да и лицом опять приложилась.

– Не вернётся, – ответил я. – Спроси у ведьмочек комнату, скажи, что я разрешил. Приступай, капитан.

«Слушаюсь, сеньор», – написал Рекс и вышел из чата.

Я поднял глаза на спутников, они хмуро ждали, когда я закончу. Настя проворчала:

– Всё, что ли?

– Да, Таворин с рейнджерами и наёмниками скоро прибудут, – сообщил я радостно. – Чивагор, пятерых поставь охранять яйца, остальные, за мной!

Я неспешно направился вглубь зала, Настя пошла рядом. Народ тронулся за нами. В гроте не обнаружили больше ничего интересного. Возможно, есть тайники в стенах, но до них ещё будет время добраться. Снова вышли в коридор, прошли немного, и я издали заметил огненного элементалия перед высокой деревянной дверью.

Сидит, глазки прикрыл, будто дремлет. А ведь раньше я их в засаде только чувствовал! И как я его только увидел?! Очки? Блять, очки в кармане! Я обернулся к Кэрри с вопросом:

– Скажи, что ты видишь?

– Дверь, – ответила она сухо.

– И всё? – уточнил я.

– Ещё тебя, – недовольно сказала Кэрри.

Маг Разума его не видит! Значит, что-то со мной случилось? Появилось сообщение от модулятора:

«Поздравляем!

Во имя всеобщего блага!

Как Вы правы! Да блять, что-то случилось! Вы оторвали яйца архидемону! Это событие, несомненно, как-то на Вас повлияло. Информация в базе отсутствует, о последствиях Вы можете узнать только опытным путём.

*ну, не отрывали ещё в Озгире яйца архидемонам»!

А! В этом всё дело! Ну, тогда ладно, просто буду знать. Я присел перед элементалием на корточки и подумал:

– Привет.

Он поднял на меня мордашку, открыл глазки. В голове прозвучал его голос:

– Привет.

– Пойдёшь ко мне? – спросил я мысленно, протянув к нему руку со знаком Огня.

– Ага! – он кивнул и, словно джин, втянулся в мой знак.

– Ну, что там? – вполголоса спросила Кэрри.

– Ничего, – сказал я. – Шнурок развязался.

Действительно подтянул шнурки и поднялся. Шагнул к двери. Она открывалась внутрь, попробовал слегка толкнуть. Не поддалась. Тогда я врезал ногой в архангельском ботинке, дверь с грохотом развалилась на куски.

Обломки и мелкие щепки упали на каменные плиты, и перед взором моим открылся вид небольшого каземата или кабинета. В стенах слева, справа и напротив входа имелись двери. Прямо передо мной за столом некий лысоватый тип в сером, засаленном местами до сверкания костюме, в очках на омерзительного вида роже при свете масляного фонаря что-то писал в большой книге. От него отчётливо воняло. Поднял он слегка вытянутую голову на тощей, кадыкастой, давно немытой шее, открыл гнилозубую пасть и лишённым приятности голосом проскрипел:

– А потише стучать тебя не учили?

Я подошёл к столу, за мной в кабинет вошла Настя в истинном облике и все остальные. Настин облик на типа не произвёл никакого впечатления, он строго смотрел на меня, явно ожидая ответа.

– Мы, вообще – то, грабить пришли, – сказал я.

– А я-то подумал, соседи за солью! – едко вякнул мужчина.

– Кстати, там мы всех уже убили, – показал я большим пальцем себе за спину.

– Ну и хуль с того?! – этот хрен нахально откинулся на спинку стула. – Тут на секундочку гильдия убийц!

– А то, что ты сука будешь нормально разговаривать, если жизнь тебе дорога! – стал я терять терпение.

– Ха-ха-ха! – разразился он омерзительным смехом. – Я не могу нормально разговаривать, и жизнь мне недорога! Я гоблин нахуй!

– Сука! – рыкнул Гронг. – Совсем забыл, что даже проклятое золото не пахнет! Это воняют гоблины!

– Какие гоблины?! – воскликнул я. – Настоящие?!

– Ну, а какие ещё?! – проскрежетал хрен за столом.

Гронг подошёл к столу и обратился к этому существу:

– Значит так, мудила. Ты сейчас нам всё тут покажешь, или мы вышвырнем тебя на помойку.

Мне показалось, что, судя по облику, на помойке мудила не заметит особой разницы, однако он неожиданно произнёс просительным тоном:

– Может, всё-таки убьёте?

– Ты эту хуйню можешь городить другим, – в тоне Гронга зазвучало веселье. – А я-то орк, знаю вашу натуру очень хорошо! Мы вышвырнем тебя на помойку – ты будешь жрать дерьмо и больше никогда не увидишь даже медной монетки, не то что проклятого золота!

– Не, в принципе, я не возражаю! – заговорил гоблин с гаденькой улыбочкой. – Но раз уж ты нас хорошо знаешь, должен понимать, что мы скорее подохнем на помойке, чем сделаем хоть что-нибудь бесплатно! Хотите экскурсию? По серебряной монете с рыла!

Я вытащил из кошеля серебряшку и бросил её на стол, сказав:

– Это за всех, сдачи не надо.

Гоблин шустро спрятал монетку в карман, подскочил со стула, и стало понятно, что это э… не совсем человек: тощий, худые ноги кривые, штаны короткие, на заднице висят, пиджак топорщится на сутулой нелепой фигурке. Он принялся рассказывать, показывая рукой с какими-то скрюченными пальцами:

– За этой дверью проход в хозяйственные службы. Это секретный проход в катакомбы, туда ходили только мастер Жиго и его друзья с его позволения. А там казначейство.

– Наверное, сначала в казначейство? – обернулся я к спутникам.

– Да, пожалуй, – Володя солидно выразил общее желание, впрочем, и так легко читаемое на физиономиях.

Гоблин подбежал к двери напротив входа, широко её открыл и прогундосил торжественно:

– Добро пожаловать!

– Сначала ты, – сказал я.

Он пожал худыми плечами и прошёл внутрь. Обернулся, посмотрел на меня, ухмыляясь. За ним вошла Настя, повела головой влево-вправо и вдруг расправила большие крылья. Раздался её восторженный демонический рёв:

– Ёбаный в рот! Вот нихуя себе блять! Агхр-аха-ха!

Народ оторопело замер, а я поспешил взглянуть, что произвело на неё такое впечатление. Оказался я в довольно просторном зале с невысоким сводом, что поддерживали грубо отёсанные каменные столбы. На столбах висели масляные фонари, горящие красно-жёлтым светом. Разглядеть в их свете что-либо было трудно, ибо воняло так, что глаза резало. И фонари были не причём.

В зале находились довольно много похожих на нашего экскурсовода сутулых, нелепых фигур в сереньких костюмах и воняли. Вонь им не мешала, они даже не обернулись на Настины восклицания и ацкий хохот. Одни у стены слева из большой сверкающей кучи деревянными лопатами насыпали на носилки жёлтые монеты, несли к длинным столам и высыпали. За столами стояли другие сутулые, нелепые создания, монеты они отсчитывали и складывали в мешочки. Третьи уёбки в серых засаленных костюмах монеты из мешочков высыпали на свои носилки и несли их к тускло сверкающей куче у другой стенки.

– Что здесь происходит?! – воскликнул я.

– Ревизия, – сказал гоблин-гид равнодушно. – Тут всегда ревизия.

– И какие результаты? – спросил я строго.

– По данным последнего пересчёта в казне было один миллион шестьсот пятьдесят четыре тысячи двести семьдесят восемь проклятых монет, – доложил гоблин.

Действительно охуеть! За мной в зал вошли рейнджеры с Чивагором, Рене, Гронг, Кэрри с папой и братом и дяди Фрол с Фомой. Стояли, прикрыв ладонями носы, даже орк прикрыл, и потрясённо таращились на кучи золота и суету гоблинов.

– Вы своё золото сразу заберёте? – спросил я Володю.

Он помотал головой и, кивнув на двери, пошёл прочь. За ним из зала вышли остальные. Я взглянул на Настю, а она вдруг спросила умильным голоском с очаровательной демонской хрипотцой:

– Можно я тут пока побуду?

– Ну, побудь, – разрешил я.

Демон захохотала, взяла короткий разгон и прыгнула в самую большую кучу золота, посшибав крыльями гоблинов с носилками. Захохотала ещё громче, принялась закапываться в монеты. Гоблины ползали на карачках, собирая рассыпанное из носилок золото.

– Пойдём, – сказал я нашему экскурсоводу и направился на выход.

Гоблин вышел из зала за мной, снова уселся за стол, открыл большую книгу и принялся писать. Я заглянул ему через плечо, разобрал:

«Пришли грабить какие-то придурки и заплатили за осмотр ими же награбленного золота серебряную монету. Ты, читающая это тварь, можешь сдохнуть от зависти»!

– Что это ты пишешь? – спросил я строго.

Гоблин прикрыл страницу грязной ладонью и возмущённо проскрипел:

– Это личное! То есть служебное! Журнал дежурств!

Я грустно посмотрел в его гноящиеся правдивостью глазки. Ну, хуль с ним делать – гоблин. И в конце концов, не моё дело, что он себе пишет. Есть вопросы поинтересней. Я обернулся к Владимиру и спросил:

– Так в чём, говоришь, дело? Почему вы не хотите забрать золото?

– Оно же проклятое! – очень убедительно заявил Вова.

Я перевёл взгляд на Кэрри. Она тихонечко вздохнула и принялась объяснять:

– Вот чем обычный предмет отличается от амулета? У амулета есть э… условно аналог души, эфирная проекция или составляющая… это зависит от точки зрения и задач…

Я недовольно поджал губы, Кэрри попробовала объяснять проще:

– Короче, у амулетов есть душа. Маги, создавая волшебные, заговоренные вещи, сознательно передают предметам частичку своего эфирного тела. Ещё искусные мастера, в основном орки и в меньшей степени эльфы и гномы, вкладывают душу в свои творения. Но это немного другое – они не могут задавать характер предметов, тупо наделяют их своими характерами…

Мне тут же припомнился мой эльфийский меч, я понятливо закивал.

– Во-о-от! – обрадовалась Кэрри. – А в самом простом, массовом случае предметы получают свои души от обычных людей, если они к ним относятся как к чему-то одушевленному. Это должно быть связано с сильными эмоциями… Вих, какие эмоции у людей самые сильные?

– Любовь к родине, – проворчал я.

– Злоба, страх, алчность! – убеждённо закричала девушка и, резко сбавив тон, сказала почти спокойно. – А этими монетами платили за убийство.

В принципе, мне всё почти стало ясно, но я всё-таки уточнил:

– И почему их нельзя брать?

– Ну, как же ты не понимаешь?! – удивилась Кэрри. – Проклятое золото впитывает эти чувства и передаёт, навязывает и, в конце концов, подчиняет простого человека! Лишает разума!

– А непростого? – спросил я с интересом.

Кэрри недовольно поморщилась и нехотя ответила:

– Вообще-то, для большинства сильных тёмных артефактов проклятое золото – обязательный элемент. Колдуны Тьмы и Смерти платят десять обычных монет за одну проклятую. Они умеют как-то защищаться от проклятья, хотя их, вообще-то, вполне разумными назвать трудно…

– Если что я маг Тьмы и Смерти, – проговорил я строго.

– Вот именно! – воскликнула эта непосредственность. – А нормальные маги даже с очень сильным духом теряют удачу, наказывает карма…

Гоблин опять что-то старательно записывал в журнале. Я украдкой заглянул в его каракули и легко уловил смысл:

«Пиздят всякую хуйню о золоте, дебилы блядь. Заебали уже нахуй! Опять пиздят! Эта писклявая сучка особенно заебала! Какая пытка сидеть тут с этими уёбками, слушать их ебучие бредни о золоте и знать, что оно за дверью! Сука! Когда уже кончится это сраное дежурство! Мой вонючий сменщик! Чтоб ты обкончался, читая эти строки, злорадная тварь»!

Поэт, бля! Мне его даже стало немного жаль.

– А если проклятое золото просто переплавить? – спросил я.

Гоблин резко обернулся ко мне перекошенной ненавистью и без того отвратительной мордой в очках. Ну, чисто всё прогрессивное человечество, каким я его себе представлял!

– Во время переплавки проклятья освободятся и поразят тех, кто будет плавить, – пророкотал Гронг. – За такое не возьмутся даже гномы.

– А как же эти, гоблины? – удивился я.

– Что гоблины? – не понял великан.

– Ну, гоблины же вон – возятся с монетами, – сказал я глубокомысленно. – А они ж вам родичи?

– Кому блять они родичи нахуй?! – взревел Гронг, оскалив клыки.

– Оркам и гномам, – проговорил я растерянно. – Я читал про вас, что вы родня, и ты сам сказал, что хорошо знаешь гоблинов… вот… в чём дело-то?

Гоблин сука упал рожей на стол и трясся, повизгивая и похрюкивая от внезапного счастья. Гронг постоял с открытой пастью, наконец, захлопнул её и задышал носом. Гоблин же в экстазе принялся стукаться лбом в стол. Орк резко протянул лапу к его загривку и, впечатав еблом, с отчётливым хрустом повернул ему головёнку. Гоблин дёрнул ногами, ещё сильнее испортил воздух и обмяк.

– Твои это родственники, – прогудел Гронг с тихой грустью, отпустив дохлого гоблина и вытирая лапу об штаны. – Вот в такое со временем превращаются некоторые клерки из пришлых засранцев. «Гоблины» это прозвище, а не название расы.

– Они не размножаются? – уточнил я деловито.

Гронг внимательно посмотрел на меня и покачал головой.

– Им не до этого, – сказал он. – А знаю я о них потому, что в гоблинов клерки превращаются в основном на службе у гномов. В принципе, это болезнь – служащие всё больше времени проводят на работе, перестают за собой следить, у них портятся характеры, они замыкаются … во-о-от. А у гномов тоже, знаешь ли, скапливается проклятое золото, и гоблины заканчивают жизни в таких хранилищах.

Я задумчиво потёр подбородок. Получается, у гильдии убийц какие-то дела с гномами? Но Гронг сказал «превращаются в основном на службе у гномов». В торговых гильдиях и у человеческих купцов, наверняка, происходит что-то подобное. Бедняг выгоняют из приличных фирм, и они оказываются в таких местах. Как те же оборотни, вид сбоку. Грустно, но жизнь вообще грустная. Короче, лирику нафиг.

– Да? – проговорил я, иронично взглянув Гронгу в лицо. – Тогда, раз сам его придавил, сам и выбрасывай, а то дышать нечем.

Гронг неприязненно на меня посмотрел, но, ничего не сказав, взял труп клерка за шиворот двумя пальцами и стащил со стола. Подтащил ко входу в хранилище, открыл дверь и забросил тело внутрь. Из зала доносились восторженные демонические вопли. Гронг прикрыл дверь, Настины взвизги утихли. Я решил переходить к делу и заговорил ровным тоном:

– Итак, что у нас получается, дорогие компаньоны? Кроме оружия и магических трофеев, 1 654 278 золотых. Всего у нас долей… э… моя, Насти, Рене и Гронга, Вовы, Тео, Кэрри, дяди Фрола и дяди Фомы, у парней от общины на всех одна доля и пятнадцать долей рейнджеров…

– Пятнадцать рейнджеров?! – воскликнул дядя Фома.

– Да, Володя же говорил, что все, кто рискуют одинаково, и получают поровну, – спокойно напомнил я. – Итого 25 долей. На одну долю получается 66 171 золотой и серебрушка…

– Серебрушка?! – крикнул дядя Фрол. – Проклятое золото ценится в десять раз дороже обычного!

– Ой, да и ладно, – сказал я добродушно. – У общины без меня шесть долей, итого 397 026 монет и остаток округлим до золотого.

– Мы не можем их забрать сразу, нужно найти покупателя, – мрачно проговорил дядя Вова.

– Вот мы и подходим к самой сути! – радостно возвестил я. – Вы согласились с тем, что это мой дом и подвальчик, стало быть, с вас за хранение по монетке с сотни в день…

– Да ты охуел, что ли, фраер?! – заорали жулики почти хором, даже Кэрри что-то пропищала.

– Ну, фраер. Ну, охуел, – я нагло улыбнулся. – И что вы сделаете? Выгоните меня из общины? А за что? Я же не отказываюсь заплатить четверть со своей доли на общее благо!

– Да ты… ты! – заклинило дядю Фому.

– Погоди, – Володя положил ему руку на плечо и спросил меня. – Другие варианты есть?

– Конечно! – я широко улыбнулся собранию и снова принял деловой вид. – Смотрите – для меня и Насти проклятость золота похую, Насте даже за счастье. То есть монеты из своих долей нам продавать не требуется. А вы, пока будете искать покупателя, можете много потерять на хранении – как раз к весне всё проебёте.

– Я спрашивал про другие варианты, – проскрипел Вова сдавленным тоном.

– Ну, я готов обменять ваше проклятое золото на обычное по цене один к одному. Только сейчас у меня столько нет, – развёл я руками. – Вот до будущей весны могу рассчитаться.

– Сволочь, – с печальным вздохом проговорила Кэрри.

– А какой процент за рассрочку? – просипел дядя Фома.

– Никакой! – заявил я безмятежно.

– Действительно сволочь, – грустно пробасил дядя Володя. – Но хуль делать? Кстати… вот четверть на общее мы возьмём из твоей доли с продажи трофеев. Ты же согласен поручить реализацию трофеев общине?

– Конечно, да! – воскликнул я радостно и добавил вполголоса. – Но при обязательном участии клана. Мои рейнджеры в общине не состоят и ничего вносить не должны.

– У нас большая часть, – внезапно проговорил Чивагор. – Значит, скорее, клан будет продавать трофеи при участии вашей общины.

– Тогда уже проще нанять гномов за процент, – внёс предложение Рене.

Я вопросительно посмотрел на Чивагора, он сказал ровным тоном:

– Это будет зависеть от воли нашего вождя.

Глава 2

Пришло сообщение от Таворина:

«Я подъезжаю».

– Ты что, поехал один на своей кибитке?! – написал я.

«Не беспокойся, не один», – ответил друид. – «Остальные тоже скоро подъедут. Всё по плану».

– По какому нафиг плану?! – не понял я.

«Ты что, думаешь, что твои советники носят головы для красоты»? – обиделся друид в письменной форме. – «Составили разные планы сразу после возвращения клану его крепости. Например, о срочной и скрытной переброске сил быстрого реагирования в черте города. Спроси Чивагора или подожди меня с подробностями».

И тут же пришло новое послание:

«Всё, я приехал. Встречай».

Я обратился к спутникам:

– Приехал мой советник. Я с рейнджерами иду его встречать, а вы можете подождать нас здесь или в гроте с яйцами.

– Лучше остаться с яйцами, – пробасил Володя. – Ты же оставишь парней для их охраны?

– Разумеется, – ответил я.

– Вот и наши заодно поохраняют, – улыбнулся дядь Вова.

Что ж, разумно, даже после гибели самого главного это подземелье остаётся небезопасным местом. Мы прошли в грот, там я оставил на охрану ещё пятерых эльфов и с Чивагором, Скипой, Файрином, Бьёри и Ральчи направился на выход.

Рейнджеры шли молча, с безразличными лицами, но я уже научился угадывать их настроение. Парни явно с большей охотой остались бы охранять яйца. Я вдруг заметил, что Бьёри и Ральчи прихрамывают, и остановил отряд. Заставил себя приглядеться к фигурам эльфов. Чёрт побери, а ребят-то покоцали! Сука на костюмчиках рейнджеров почти незаметны порезы и кровь. И ни гу-гу! Я прохрипелся в кулак и сказал как можно спокойнее:

– Чивагор, ты хоть не ранен?

Он с грустной полуулыбкой помотал головой.

– Остальные возвращайтесь в грот охранять трофеи, – скомандовал я сухо.

Парни без комментариев развернулись обратно. Когда они достаточно удалились, я подумал:

– Настя, давай ко мне.

– Ой! Ну, давай не сейчас! – завизжала она в мозг.

– Сейчас, – отрезал я. Подождал немного и спросил. – Ты где?

– Да бегу я, бегу сука! – отозвалась демон.

– По преисподней? – удивился я.

– Блять, если это ебучее подземелье можно так назвать! – нервно ответила Настя. – Подождёшь! Не хватало только проёбывать воплощение из-за твоих капризов!

Вскоре она вышла из грота в истинном облике. Подошла с независимым видом, я молча направился по тоннелю. Демон и Чивагор без слов пошагали за мной. В зале я решил дать скупые пояснения:

– Рейнджеров тут поранили, пусть парни отдохнут. А мне срочно нужно наверх встречать Таворина.

– И тебе одному страшно! – иронично прокомментировала Настя.

– Да, – просто сказал я. – Потом наиграешься с монетками, и у тебя ж призраки вдобавок.

– А их ловить тут ещё! – заявила демоница. – Я, может, тоже уставшая!

– Да брось! – усмехнулся я. – Никуда они от трупов не денутся.

– А личи?! – возразила она. – Они блять стали привидениями этого подземелья!

– Ну, поиграешь с ними в прятки, – сказал я добродушно.

– Тогда все призраки, кого поймаю, мои! – сказала Настя с вызовом.

– Твои, конечно, мне-то они нахера? – усмехнулся я.

– Ну, ты тут хотя бы недельку никого не освобождай, пожалуйста, – проговорила она просительно. – Мы ведь и по магии договорились на неделю.

– Ладно, – пожал я плечами.

– Вас, конечно, очень интересно послушать, – едко сказал Чивагор. – Но, раз уж ты с демоном в охране не нуждаешься, я бы лучше остался с ребятами.

– Ты взялся обсуждать решения вождя? – холодно удивился я.

– Пока только комментирую, – ответил он сухо.

– Прекращай, – сказал я. – Скажи-ка лучше, что за планы вы придумали с Тавориным? Какие там силы быстрого реагирования?

– А! – закивал старый рейнджер. – Ну да, тебе ж не сказали, извини. Слов нет, вождь у нас молодец, но еба… э… молодой. Вот на случай возможных твоих э… рискованных импровизаций…

– Давай уже поближе к делу, – попросил я добродушно.

– Да просто всё, – хмыкнул эльф. – По тревоге Таворин с дежурным отрядом выезжает к ближайшей станции кэбов и захва… э… энергично склоняет к сотрудничеству кэбменов. В это время другие отряды частью бегут на ту же станцию и э… разговаривают со всеми встреченными по пути извозчиками, чтоб подвезли, а остальные э… энергично просят помощи у местного населения и отправляются на остановку на рекви… э… привлечённом транспорте. Мы ж погуляли по окрестностям, посмотрели, во-о-от…

Я непроизвольно представил себе, как может описать это «энергично склоняет к сотрудничеству» Кэрри или другая журналистка. Мдя. Кажется, я удачно захватил гильдию убийц, в смысле не нужно её совсем закрывать, пригодится ещё. А Чивагор продолжал описывать план, который уже приведён в действие:

– С ближайшей станции Таворин с группой рейнджеров отправляются на следующую станцию, что на пути к цели, там тоже душевно уговаривают кэбменов и отправляют их на первую остановку за парнями… ну, там ещё кое-какие детали, в целом где-то так…

«А город подумал, а город подумал»… Пиздец какой-то эти эльфы! Ещё я блять для них психованный!

– Это у вас называется «скрытно» нахуй?! – осведомился я сдавленным тоном.

– Пф-ф-хр-р-р-аха-ха! – развеселилась Настёна.

– Уверен, что никто не шумел, и никого не изуродовали, – проговорил Чивагор.

– Это сейчас! – заметил я. – А потом что будет?!

– Когда сейчас в опасности вождь или интересы клана, потом похуй, – спокойно ответил эльф.

Вот так просто, совсем без рисовки. Это их натура. Они много рассуждают о гармонии, о чувстве прекрасного, но если что-то нужно сделать прямо сейчас – отчекрыжат нахер головёнку кому угодно. И снова суки будут рассуждать о гармонии…

– И что тебе не так?! – возмутился в сознании Тыц.

Тоже интересно. Всю дорогу у него комментариев не возникало, а тут – пожалуйста!

– Да что блять такого?! – ещё повысил голос дух эльфа матерщинника. – Вот вы мало разводите соплей! Мы виноваты, что ничего из-за моралей не проёбываем?! Всему своё время нахуй! Время – убивать и время оплакивать убитых!

– По мне вообще, терзаться из-за того, что сделано, – полная дурость, – влезла Настя в наш мысленный разговор. – Ладно бы блять только притворялись, а то ж насвинячат и бегут падлы каяться!

Я про себя грустно усмехнулся:

– Хоть в чём-то сошлись эльф и демон!

– Да какой он эльф! Душара несчастный! – завизжала в мозгу демоница.

Тыц тоже не стал себя сдерживать:

– А ты сука кто?! Демон бляха! Да Вих у тебя почти ебучий праведник! Ещё в архидемоны захотела, коза с загнутыми рогами!

– Так! Заткнулись оба! – не выдержал я воплей в своей голове. – У каждого есть недостатки…

– Что?! – раздался голос Чивагора.

Упс! Кажется, последнюю фразу я выдал в акустике. Довели суки! А рейнджер зараза смотрит так жалостливо! Я ему улыбнулся и хрипло проговорил:

– Ничего, мысли вслух. Уже прошло, всё нормально.

Он с сомнением смотрел мне в лицо. Я вздохнул и продолжил движение. Демон и рейнджер молча двинулись следом.

Более не отвлекаясь на разговоры, я упругим шагом направился к выходу из здания. Уж что-что, а ходить я в Озгире научился. Грёбаная бродилка! Опять иду и думаю, что, как всегда, куда-то иду и о чём-то думаю – и так девять десятых всей сказочной жизни! Хотя бы ходьбу освоил, ещё б научиться умно думать… но тут, видимо, правило исключения, или «дурная голова ногам покоя не даёт». Ну, не умею прыгать через пустоту вслепую! Страшновато. А вопросом быстрого перемещения давно следует заняться серьёзно. Вот Рене ж как-то проводит порталы! Надо будет с ним поговорить.

Мы в темпе прошли по подземному тоннелю, вышли в коридор наверху, и через минуту подошли к обожженному дверному проёму главного выхода. Настя проворчала:

– Ну, тут тебе провожатых хватит. Я назад пойду?

– Иди, пожалуйста, – разрешил я вежливо. – Благодарю за компанию.

Демон настороженно на меня посмотрела, неуверенно повернулась и побрела назад, волоча по полу поникшие крылышки, как шлейф чёрного платья. Я ласково смотрел ей вслед, и тут до меня донеслось приглушённое бурчание:

«Благодарит сука. Сам сначала приказал зараза за ним тащиться, а теперь «пожалуйста» нахуй, «благодарю за компанию» блять! Корчит сволочь приличного… или опять что-то удумал. И в мысли опять не пробиться – точно что-то гад замышляет…»

Ух-ты! Я слышу её мысли! Вообще-то, мысли так себе, но важна способность! Кстати, а почему ничего не пишет модулятор?

Появилось новое сообщение:

«Поздравляем!

Во имя всеобщего блага!

У нас нет достоверных данных о мыслях демона, то есть не с чем сравнить то, что Вам показалось или послышалось. Ваше предположение о новой способности слышать мысли Вашего демона не опровергается фактами, но и не имеет прямых доказательств. Проверить его Вы можете опытным путём.

*большинство прогрессивных магов считают, что у демонов своих мыслей быть не может – только мысли носителя и базовые инстинкты Тьмы.

**пожалуйста, в ближайшее время сообщите гильдии Разума о своих трофеях.

*** если это ещё возможно, приходите БЕЗ ВАШЕГО ДЕМОНА.

****архонта своего, пожалуйста, оставьте на улице».

Ну… кто чем думает – вопрос действительно философский. Я обернулся к Чивагору, он с несколько отрешённым видом ждал распоряжений. Я без слов пошёл на воздух. Первым делом огляделся. Прямо у входа Таворин и кучка народу, чуть дальше непрерывно останавливались экипажи, из них высаживались вооружённые эльфы и наёмники, и кэбы тут же уезжали. Бойцы сразу разбирались по отрядам.

У входа в здание с Тавориным стояли капитаны наёмников, смуглый крепыш Дупре, светленький Славик, несколько рейнджеров обычного эльфийского облика и Вовкины помощники блатного вида. Немного особняком стоял Дёма и смотрел своими удивительно спокойными серыми глазами. Уже очнулся, значит. Я ему едва заметно кивнул, и парень неожиданно расплылся в глуповатой ребячьей улыбке. Ага, это он так обрадовался, что я живой.

– Ну, вот и Вих, – прогудел друид. – Теперь-то можно войти?

– Нам Влад велел никого не пускать, – угрюмо ответил рослый Вовкин подручный.

– И как, спрашивается, не убить тут ни одного дебила! – возвысил голос Таворин. – Невозможно работать!

– Чудного вечера, – приветствовал я народ. – Все живы и здоровы, мы взяли хорошую добычу, всё замечательно, – я обратился к Таворину. – Старина, сам назначь здесь старшего, берём бойцов и пойдём там всё посмотрим…

– Но Влад запретил… – снова воскликнул парень и осел кулем на мостовую.

К нему бросились товарищи, поддержали, а я благодушно пояснил:

– Всего лишь глушилка, скоро сам очнётся. С него просто 50 золотых за магию, – я холодно посмотрел на представителей общины. – Это уже мой дом, и только я решаю, кто может войти. Вы останетесь снаружи.

– Но… – подал голос второй парень и потерял сознание.

Его придержали друзья, аккуратно положили на мостовую и направили на меня недобрые взгляды.

– С него тоже 50 золотых, – прокомментировал я. – Ещё вопросы есть?

Парни энергично помотали физиономиями.

– Вот! А ты сразу убивать! – сказал я друиду.

– Тебе, злодею, легко говорить! – возразил Таворин. – А нас, эльфов, считают все слишком духовными, пальцы гнут! Хуль делать, приходится…

– Прекращай философию, – поморщился я.

– Тогда, капитан Славик, на тебе оцепление. Капитан Дупре, приступай к методичному захвату, – распорядился друид. – Чивагор, забирай пару рейдовых групп, пойдёте с нами.

– Да! И Дёму отправьте в крепость, ему давно спать пора – на учёбу с утра, – добавил я строго.

И я снова потопал тем же маршрутом. Не, нафиг мне домик с такими коридорами, останусь в башне. А сейчас, спрашивается, чего ради топтать архангельские кеды? Они и впрямь приняли туристически-походную форму. Интересно, что спутники мои такими вопросами не задавались. Или всё им со мной ясно – шило в жопе, ветер в голове.

Привёл я эльфов в грот. Таворин поздоровался, с умным видом осмотрел яйца архидемона, и мы отправились далее. В каземате за столом что-то писал новый гоблин, почти неотличимый от старого – лысоватый, с очками на омерзительной роже, в засаленном костюмчике, вонючий.

Друид не обратил на него особого внимания, будто и не ждал увидеть здесь кого-то другого. Я проводил советника в хранилище. Там всё оставалось почти без изменений: гоблины таскали и считали монеты, Настя купалась в деньгах. Только в этот раз гоблины высыпали из носилок монеты на демона у стенки слева, а для пересчёта нагребали лопатами на носилки у стенки справа.

«Опять припёрся», – снова «показалось» мне злобное рычание.

Настя поспешно зарылась в кучу монет. Я не стал её отвлекать, тем более напоминать о призраках – нам только загробного визга тут не хватало. Таворин, брезгливо морщась от неприятных запахов, огляделся и направился на выход. В каземате я назвал предполагаемую общую сумму и условия раздела. Таворин важно кивнул и предложил осмотреть помещения «хозяйственных служб», заявил, что там должно быть много интересного.

Я выразил уверенность, что они действительно найдут замечательные вещи и потом расскажут, а мне всё надоело и охота спать. Самых главных врагов уже грохнули, если что вывезут и без меня. Таворин сухо проговорил обычное:

– Как прикажешь.

Я вышел в коридор, что ведёт в грот. Прошёл немного, замедляя шаг, остановился и, глубоко вздохнув, развернулся обратно. Ещё не до конца открылись двери, я «ощутил» пространство, убедился, что Таворин всех увёл. Гоблину врезал глушилкой. Подошёл к столу, пальцами взял его за шиворот и стащил на пол. Направил знак Огня на журнал, он вспыхнул и рассыпался пеплом. Медленно повернулся к двери, куда, по словам старого дежурного, ходил мастер Жиго.

Я был уверен, что должен туда войти. Без этого поход в подземелье будет неполным, незавершённым, бессмысленным. И откуда-то взялась уверенность, что откладывать это дело нельзя категорически.

Никакой логики в мыслях моих не было. Какой-то сумбур. Почему Жиго встретил нас практически один? Зачем-то он почти сам попросил его убить – боялся, что будут пытать? Он не походил на человека, который чего-то боялся. В конце концов, я решил захватить тут всё, и там отныне мой персональный выход в катакомбы. Я буду часто туда ходить, прямо начиная с сегодняшней ночи, с этого момента. Жиго ходил туда, и мне нечего там бояться, незачем откладывать…

Я толкнул дверь, створка плавно открылась. За порогом стоял непроницаемый мрак. Его плотность казалась абсолютной, пространство сначала совсем не чувствовалось… потом возникло ощущение монолитной твёрдости, словно впереди была гранитная скала, а в следующее мгновенье возникло ощущение космической бездны. Я повторил про себя, что поверженный мной враг ходил туда, и шагнул во тьму.

Пространство плавно наполнилось белым светом, я стоял на чёрных матовых плитах в круглом зале с белыми стенами и сводом. В центре стоял человек в военном мундире с лицом дедушки.

– Мастер Жиго?! – воскликнул я. – Опять ты?!

– Если бы я ещё был жив, ты бы меня здесь не увидел, – печально ответил он. – И вообще хер бы сюда пришёл!

– Тебя?! Но ты сука мастер Жиго? Который не должен быть живым?! – попробовал я разобраться.

– Вообще-то, с тобой говорит система, – сказал человек. – Я образ мастера Жиго, ну а в образе глупо говорить о себе в третьем лице. «Если бы он был ещё жив»…

– А! – воскликнул я. – Но почему именно этот образ?!

– Ты пришёл сюда, – проговорил образ. – Сделал важный шаг. Не зассал. Ты заслуживаешь награду… и ты вновь перед выбором. Подсказать я тебе не могу, но не буду скрывать – я заинтересован в определённом твоём решении. Поэтому избран этот образ.

– Выбор? – сказал я. – А может, не сейчас? Ну, я ещё не во всём разобрался… в принципе, дела пока идут неплохо… тебя, то есть Жиго этого завалил.

– Ты мог и дальше бегать, играть, теребить мыслишки, пытаясь в чём-то разобраться, – покачал головой человек. – Хоть всю жизнь! Но ты зачем-то пришёл сюда…

Он смотрел мне прямо в глаза. У меня хватило твёрдости не отвести взгляд. Он сука прав – мне и впрямь надоело бегать и думать какую-нибудь ахинею. Просто стало скучновато… и как-то глупо всё.

– Обратно пути нет, ты должен сделать выбор, – вновь заговорил он. – Перед тобой два пути…

Человек повёл рукой, в стенах слева и справа от него появилось по проходу.

– Там, – указал он налево. – Ты окажешься в доме своего деда и пошлёшь ведьму нахуй. Она тебе врала, дед и отец завещали тебе дом и приличную сумму денег. Около пяти миллионов евро.

– И всё забуду?! – вырвалось у меня.

– Такое трудно забыть, – усмехнулся образ и показал рукой направо от себя. – Там же ты продолжишь свой путь в Озгире на новом уровне. Тебе откроются многие тайны, ты постигнешь великую мудрость. Ты даже найдёшь дом и выполнишь свой квест. Но плата за всё – твоя гибель.

Он сделал драматическую паузу и звучным басом проговорил:

– Выбирай, Алёшенька!

Я неприязненно на него посмотрел – вот что за фамильярности? Даже дед такого себе не позволял! Хрен с ним, надо выбирать.

– Сколько у меня времени на раздумья? – спросил я неожиданно охрипшим голосом.

– Можешь мучиться хоть целую вечность! – весело прогудел образ.

Я опустил глаза и задумался. Хотя что тут думать-то? Дом и деньги! Живи себе, пиши книжку… ну или ещё что-нибудь… и вспоминай всё это. Интересно, а Настя-то у меня будет? Она же, вроде бы, тоже с Земли! Я поднял глаза и заговорил:

– А Настя…

Образ пропал, я стоял в зале один. А что он хотел мне подсказать? Э… Последний раз знакомые настоящего Жиго тоже предлагали мне выбрать таблетку. И я, скотина такая, даже не вспомнил о Ярике! Давай уже по чеснаку – даже если это правда, я должен буду бросить… отказаться от Насти и Ярика.

А это вряд ли правда! Система, образ – ага! Да он это, сука дохлая, мастер Жиго! Приветик с того света! Подсказать он падла хотел! Ну-ну. Однако он же реально подох…

Вот что мне сказали в катакомбах под управлением стражи? Система это – инфополе и разумные камни, то есть процессоры, серваки. А это была просто программа, которую этот Жиго оставил, чтоб точно меня угондошить тут.

И… даже если правда… Не стоят Настя и Ярик какие-то пять миллионов евро! У меня если что тут на полтора миллиона проклятого золота, считай пятнадцать обычного! И мудрость обещали… ну, просто интересно, что это вообще такое. А что погибну здесь, так ведь все умирают, и там тоже никаких гарантий – ковидла та же!

Я решительно направился налево, то есть к выходу, ведущему к продолжению пути в Озгире.

Глава 3

Думалось, что попаду для начала в коридор с какой-нибудь пакостью типа змей или сколопендр – выбрал же путь – а оказался в другом зале, только на этот раз более реальном, что ли. Нормальные квадратные стены, высеченные в скале, пол тоже квадратный, с обычными плитами, свод подпирают четыре прямоугольные колонны ближе к центру.

Вот колонны как бы в углах квадрата, и плиты пола в центре матово-чёрные, будто отполированные. Но тоже вполне реальные, не идеальные, как э… там, откуда я только что вышел.

Я подошёл к ближайшему столбу, приложил ладонь к камню, погладил. И нефига! Стою, как дурак, глажу камень и что-то жду. И чего-то стесняюсь… вообще-то, дурость полная – разговаривать с камнями. Ну, получил раз сообщение от некой системы, может, сбой или прикол такой…

Но тут же нет никого, кроме меня, с кем разговаривать? Вот колонны… и я же выбрал путь! Где сука мудрость и тайны?! Мне всё померещилось?!

Так, спокойнее. Вспомним факты. Во-первых, то, что заебался уже бегать без смысла – это факт. Во-вторых, если бы мне действительно предложили, как в первом варианте – всё бросить, жить без проблем…

У меня вырвался смешок! Я ведь ради этого по идее и пришёл в Озгир! За решением своих земных таких ужасных, не решаемых проблем! Ну, умора – я заржал во весь голос!

Ладно, что там по логике дальше? Да просто всё! Заебался без смысла бегать – ну, не бегай… э… это был первый вариант… или бегай со смыслом – только и всего. Какая, однако, глубокая мысль! Кажется, начинает постигаться обещанная мудрость…

– Ха-ха-ха! – я снова заржал.

Уф! Всё-таки это нервное – стоять тут и ржать в одиночестве после всего. Успокаиваемся и включаем голову – не просто так сюда ходил Жиго. Эти камни вполне похожи на древние, индейские… блять как оно включается?

Я убрал от колонны руку и прошёл в центр чёрного квадрата. Немного потоптался, озираясь, и сознание затопила беззвучная вспышка. Белое сияние плавно угасло, прояснилась картинка. Колонны светились светло-зелёным, воздух вокруг искрился. Передо мной в воздухе появились символы:

«Привет, Вих.

Молодец, что не стал тянуть с визитом и не послал кого-нибудь вместо себя. Тут, знаешь ли, правило – у кого халат, тот и доктор. Вернее, кто первый вошёл, тот и сисадмин. В смысле кто вошёл первым после гибели предыдущего «сисадмина».

Я поскрёб подбородок. Ведь мысли не возникло кого-то послать для проверки! А послал бы Настю, как её потом убивать? Если б мог, всё равно не смог бы. Действительно молодец. Так, что у нас дальше?

«Сисадмин» ты ещё в очень жирных кавычках, конфигурировать систему у тебя ума маловато. Для начала разберись с собственным модулятором. Однако твой уровень позволяет доступ к закрытым базам данных.

Скажу тебе по секрету, что ментасеть, доступная обычному пользователю Озгира – это даже не одна сотая реальной сети. Система хранит ВСЕ творения разума, даже если авторы не обладали телепатическими способностями.

Кстати, тоже на 99 % муть и бред графоманов. Ну, что делать – по вашей же поговорке, на грамм золота приходится тонна говна».

– Не так! – подумал я. – В тонне говна всегда есть хотя бы грамм золота!

«Да и похуй. Всё равно сейчас действительно настоящие вещи недоступны твоему пониманию. Вообще, это всё было вступление, чтобы правильно тебя настроить. Ведь что для тебя сейчас главное»?

Вопрос повис передо мной и замерцал. Я пожал плечами и растерянно молвил:

– А хуй его знает.

Появилась и замерцала короткая строка:

«Главное – чтобы ты хорошо учился»!

Я грустно вздохнул – вспомнился анекдот про нарка в трамвае. Ну, неправильное это фэнтези, и система у него соответствующая. Старые буквы растаяли, и засветились новые:

«Будем считать, что ты настроился. Кроме общей мудрости, тебе на положении местного сисадмина доступны сведения об имуществе гильдии убийц, юридические документы, список её членов и…

Та-дам!

Догадался»?

– Неужели списки заказчиков и клиентов?! – воскликнул я.

«Да! Ты можешь просмотреть списки целиком или задать поиск по полу, возрасту, месту жительства, роду занятий, первым буквам имени, просто имени целиком»…

– Кэрри, – сказал я сразу.

«Найден один элемент с таким именем.

Кэрри Владимировна Светлова, советница мэрии по связям с общественностью и делам молодёжи. Недавно исключена из организации за попытку обмана в деле Виха, колдуна Тьмы и Смерти. По данным гильдии, она его не убивала, а гонорар получила.

В тот же день на её ликвидацию принят заказ от Зеднека Гжирба, мэра Ремуза».

– Вот падла! – не смог я сдержать возмущения.

Буквы растаяли, и перед моим носом повис вопрос:

«У тебя всё»?

– А мудрость? – спросил я из принципа. – Обещали же!

«Первую порцию ты уже получил.

Главное – чтобы ты хорошо учился.

Всё, гуляй. Следующий сеанс через сутки».

– А почему аж через сутки?! – возмутился я. – Перегреваешься, что ли?!

«Это тебе время придумать умные вопросы. Читай книжки, практикуйся в магии и думай. И, пожалуйста, хватит уже тупить – за идиотские вопросы буду штрафовать. Пока».

– Пока, – ответил я.

Погасли колонны, и воздух стал обычным. Я по привычке потёр подбородок. Список членов, заказчиков и клиентов гильдии убийц – это же… это… просто весь пиздец! И Кэрри будет полезно узнать, кто её заказал. Хотя она и так позитивно настроена. Интересно, нафига это мэру? Не за красивые ж глазки! А фамилия у неё красивая…

Я неспешно пошёл к выходу. Подошёл к двери… блять! Её же не было! Осторожно потянул на себя ручку, выглянул. За дверью был каземат, стоял стол, на полу валялся без сознания гоблин. Я вышел, прикрыв за собой дверь. Подошёл к гоблину и легонько пнул его по ляжке. На третий пинок он завозился.

– Охуел совсем спать на дежурстве? – сказал я строгим голосом.

Гоблин уставился на меня испуганными глазами, ещё и увеличенными диоптриями. Судорожно забился на полу, со второй попытки подскочил, уселся на стул и, сложив перед собой руки, сделал отвратительную свою рожу кирпичом.

– А где журнал? – спросил я. – Проебал?

Гоблин осмотрел стол и рухнул на карачки, видимо, искать под столом.

– Бля-а-а-ать! – донёсся его стон из-под стола. – Мне пизде-е-ец!

– Да ладно, новый заведёте, – сказал я нормальным тоном.

Над столешницей показалась его мерзкая физиономия в очках и проскрипела:

– Меня сожрут! У нас и не за такое сжирают!

Я припомнил его коллег… да уж! Это точно не фигура речи!

– Журнал забрал я, – заговорил я строго. – Впредь запрещаю писать в журнале о моих визитах. В те двери, – я указал на вход в зал с колоннами. – Вход запрещён всем, кроме меня.

– А кто ты такой? – просипело несчастное создание с надеждой.

– Ваш новый хозяин, – ответил я спокойно.

– А мастер Жиго подох, что ли? – уточнил он осторожно.

– Да, я его убил, – сказал я с улыбкой.

– Секундочку, – проговорил гоблин и поднялся из-под стола во весь рост.

Подошёл ко входу в хранилище, толкнул двери и заверещал своим омерзительным голосом:

– Старая сволочь Жиго подох! У нас новый хозяин… – он обернулся ко мне. – Как тебя?

– Вих, – ответил я добродушно.

Гоблин кивнул, повернулся к публике и снова заорал:

– У нас новый хозяин – молодая сволочь Вих!

– Ура! Нахуй Жиго! Виха тоже нахуй! – донеслись из хранилища визгливые крики гоблинов.

Дежурный аккуратно закрыл дверь и вернулся на своё место. Его рожа светилась омерзительным счастьем – он получил свою минуту славы. Я улыбнулся и молча направился на выход. Да, жизнь грустная штука, но даже у этих существ есть обычные человеческие радости. Они всё-таки люди… хотя и гоблины.

В коридоре специально подумал о Насте. Она недовольно откликнулась, и я сказал, что собираюсь в крепость. Настя пожелала мне дорожку скатертью, а у неё полно дел. Когда закончится воплощение, вернётся через инферно. Я в свою очередь пожелал ей приятно провести время и мысленно заблокировал от неё сознание.

Загрустил, конечно. Что-то мы с ней всё-таки утратили. Это пресловутое единомыслие. Были мы с ней вместе обычными попаданцами, старались выжить, выкарабкаться… а теперь… не вместе. И ничего не изменить и не отмотать назад. Прав Ярик – никогда не бывает, как раньше.

В гроте с яйцами я приветствовал рейнджеров, попросил потерпеть и не терять бдительности – яйца архидемона отныне сокровище клана. Парни с суровой решимостью выразили готовность жизни не пожалеть за клан, и я пошёл далее.

В одиночестве прошёл коридором и вышел в зал большого побоища. Там начиналась деловая суета. Мечники и рейнджеры сортировали трофеи и вытаскивали на носилках убитых. Распоряжался всем капитан Дупре. Он подошёл ко мне и доложил обстановку.

Трупы вампиров и магов до особого распоряжения отложили, капитан махнул рукой в сторону уложенных аккуратным рядочком у стенки фигур. Я и распорядился – велел их вообще не трогать.

В остальном взяты под контроль все помещения наверху, там вынос тел уже завершили, а в подземелье решили пока не углубляться – поставили охрану ко всем дверям, накапливают силы – прибывающих бойцов направляет сверху капитан Славик. Ждут моей команды или приказа Таворина двигаться далее.

Я в целом одобрил, только сказал, чтоб от меня команд до утра не ждали – я направляюсь в крепость работать с документами. Пожелал капитану спокойной службы и пошагал дальше.

В тоннеле мне действительно навстречу шли бойцы с носилками и просто группы новоприбывших наёмников и эльфов. У дверей стояли по двое часовых. Парни мне чётко салютовали, а я смущённо кивал в ответ. Блин, придётся всё-таки потихоньку взять пару-тройку уроков строевой у Валеры. Нужно хотя бы козырять научиться.

Возле кучи дохлых оборотней пришлось подождать, пока парни укладывали тела на носилки. Их тоже ведь предстояло всех вынести по длинным коридорам. Хорошо придумали в американском кино, что всё в конце взрывается, а тут устроил ребятам мороку! Прям неловко…

Вышел из здания, кивнул часовым у дверного проёма в ответ на приветствие и огляделся. Под звёздами и в свете факелов суета вокруг обрела упорядоченные военные формы. В отдалении маячили бойцы оцепления с арбалетами, прибывающие экипажи останавливались в одном определённом месте, солдаты выгружались, строились, получали инструктаж и маршировали в дом. Экипажи жуликов стояли у стенки в линеечку, рядом с ними представители общины сидели на кортах в одну шеренгу, лузгали семечки и чинно поплёвывали шелухой, с виду безучастно наблюдая за развитием интересной сцены.

Из дома бойцы постоянно выносили носилки и укладывали жмуров аккуратными рядами. Очень получалось наглядно и поучительно. Это ж сколько в городе было убийц! В строгом порядке лежали обожженные джиннами и убитые личами клерки, а опаленные, изуродованные оборотни и убитые в зале члены организации продолжали прибывать.

В отдельную кучку сваливали фрагменты, в ней копались люди в форме городской стражи и громко переругивались с другими стражниками, что блуждали между рядов.

– Блять вот ещё один без ноги!

– Сука! Кто этому положил две левые руки?!

– Это другому, рядом!

А немного сбоку капитан Славик на повышенных тонах общался с неким мужчиной административной наружности – в костюме, с очками на официальной морде и с папкой подмышкой.

Я подошёл к ним, кивнул на приветствие капитана и попробовал вникнуть в вопросы дискуссии. Славик грубовато заявлял, что ему «похуй ваще», он на службе. По приказу сеньора командует оцеплением, а что в доме творится, его совершенно не ебёт. И никаких показаний без приказа сеньора он давать не станет, пусть административный мужчина «спасибо» скажет, что его вместе со стражниками не пристрелили к ебеням по ошибке, а вежливо сука с ним разговаривают нахуй.

Мужчина в костюме благодарить капитана не спешил, говорил, что не чинить препятствий городской страже долг всякого горожанина, каковыми являются и всякие охуевшие наёмники, советовал тщательней следить за базаром и требовал содействия властям, присовокупив в свою очередь «нахуй».

А вымогал административный мужчина, чтоб капитан часть привлечённых экипажей выделил для перевозки трупов в городские морги. Славик юмористически спросил:

– Какие нахуй трупы? Где?!

– Да вот же твои бойцы таскают! – заорал городской чин.

– Ты глухой или тупой? – душевно поинтересовался капитан. – Повторяю ещё раз: мои бойцы в оцеплении, и скажи «спасибо», что не пристрелили тебя по ошибке! А что там валяется, и откуда оно взялось, – парень набрал воздуху и проорал по слогам. – МЕ-НЯ НЕ Е-БЁТ!

Мужчина в костюме подавился негодованием или взял паузу для нормализации давления, и я, учтиво откашлявшись, попросил разъяснений. Славик заговорил спокойнее и практически без матюгов. Прежде всего, сказал, что экипажи отпускать или передавать команды не было. Во-вторых, честному наёмнику попросту впадлу помогать страже – пусть сами суки суетятся. В-третьих, этот член из администрации совсем ушибленный – сразу принялся требовать показаний! С наёмников и эльфов! Короче, идёт он на хер, и вместо того, чтобы трахать тут мозг, пусть вызывает городские труповозки.

– Да вызвали уже, – печально просипел мужчина в костюме. – Полночи теперь ждать эти телеги! Потом возить да оформлять ёбаные сутки, сука не меньше!

В принципе меня всё это не касалось, просто стало интересно. Я обратился к представителю администрации:

– А вот скажи, пожалуйста. В одной гостинице повесились пятеро постояльцев, так за ними почему-то приехала телега сразу с гробами и рабочими. Уложили и повезли хоронить.

– Это другое, – махнул рукой мужчина рукой. – Умерли они сами и в гостинице, наверно, одинокие. Розыск родных и содержание в морге за счёт заведения – владельцу дешевле самому похоронить, – он тяжко вздохнул. – А этих, получается, просто на улице нашли…

– И сообщили властям! – важно добавил Славик.

Городской чин невнятно выругался. Я обратился к своему капитану:

– Старик, организуй, пожалуйста, экипаж.

– Сию минуту! – отчеканил военный. – Прошу за мной.

– Нет блять! Властям помогать ни в какую, а тут «сию минуту» нахуй! – возмутился чиновник.

– Я же сказал «пожалуйста», – улыбнулся я мужчине и пошёл за капитаном.

Извозчику очередного экипажа Славик небрежно бросил:

– Вот тебе нормальный пассажир. Отвезёшь его и свободен.

– К старому посту Драги, – сказал я, забираясь в экипаж.

– Старый пост Драги! – радостно заорал возница. – Ну, конечно! С величайшим удовольствием! Обожаю это место! Домчу с ветерком, господин будет доволен!

Только я захлопнул дверцу, экипаж тронулся. Поехали действительно довольно резво. Я откинулся на спинку сиденья и устало вытянул ноги… так блять, что-то не так… глупо и неудобно. Не, я же должен устать, устало вытянуть ноги и откинуться на спинку! Ночь уже – я обязан хотеть спать!

Вдруг стало отчётливо ясно, что подремать по дороге не получится. Ночью. Теоретически уставший. В экипаже! В голове ведь не укладывается! Я сел ровно, подтянул ласты, раздражённо посопел, успокаиваясь, и остановил мысли. Всё равно ни о чём думать не хотелось. Особенно о том, что по пути я вряд ли достаточно устану, и в башне своей спать мне, скорей всего, не захочется.

На парковке у северных ворот модулятор сообщил мне, что удалось запасти 22 минуты. Я вылез из экипажа, вытащил из кошеля серебряную монету и бросил вознице.

– Благодарю, хороший господин! – воскликнул он удивлённо-радостно.

– Лошадь покорми, – пробурчал я.

Прошёл через мост и открытые настежь ворота, вежливо ответив на приветствия часовых. Ничего ведь такого – сам же не отменил приказ не закрывать ворота. Осада закончилась, снова режим открытых ворот, хоть и не проехать через крепость.

Во дворе при свете факелов на стенах казармы заметил остатки плакатов «Добро пожаловать». Грустно усмехнулся – пусть висят. Напоминают всяким, что я же хотел по-хорошему. Ну, мог этот Жиго сам проследить, чтобы тут не беспредельничали?! И ничего бы не было! А так…

Сука этот Жиго, точно не мой дед – он бы такого не допустил. Хотя что я о нём знаю? Что он был доб… э… хороший? А ведь не был он… я заставил себя подумать «добрый». Тьма меня уже не накажет за слова, хватает моих дел.

Так вот, по-взрослому рассуждая, дед был просто нормальный. Не орал, не ругался, играл со мной… как я нормально, по-взрослому веду себя с Томми. А пацан меня сначала откровенно бесил, да и потом частенько раздражал… Вот я походу тоже доставал старого!

И недаром я считал его загадочным, почти волшебным. Умер он, я видел его в гробу мёртвого! И тут этот Жиго – фактически копия и, судя по репликам, знал деда. Получается, дед был здесь? Он открыл Озгир? Или… наоборот, он отсюда родом?! Загадки, загадки…

В общем, права система – нужно хорошо учиться. За размышлениями я поднялся в кабинет. Зажёг от знака масляный фонарь, положил на стол лук, колчан, меч, очки, флягу, кошель… нормальная получилась куча. Первым делом пошёл в душ. Ополоснулся, переоделся, уселся в кресло и включил час вампира. Просто потому, что это нужно сделать.

Все эмоции, мысли побоку – продолжаем наш бесконечный бой. Нескончаемый спор, в котором рождаются и умирают тысячи истин в блеске клинков и разлёте алых капель крови. Максимальная концентрация… и абсолютное расслабление. Очнулся через час Вечности или одно мгновение реального времени по-настоящему отдохнувшим.

Посидел немного, благодушно ухмыляясь – а ведь до отдыха я не ощущал себя уставшим! Нажал кнопку селектора и проговорил с наглой рожей:

– Это Вих. Кофе мне в кабинет, пожалуйста.

– Сию минуту, сеньор! – откликнулся боец.

Пусть и не хочется спать, я вождь эльфийского клана, нужно соответствовать. Через пару минут солдат принёс поднос с кофейником, чашкой и сахаром. Налил в чашку, смущённо ворча, что кофе солдатский, за печенюгами нужно на кухню, а у них только сухари. Я заверил парня, что всё и так замечательно, и от души поблагодарил.

Воин ушёл, я нацепил волшебные очки, отхлебнул кофе…

– Ну, я тогда тоже отдохну, – раздался в голове голос Тыца.

Мелодично зазвенели струны арфы… эльф исполнял что-то очень умное, проникновенное. Душа наполнилась покоем, уютом. Действительно здорово вот так отдохнуть от всей похабщины реального мира – под великолепную музыку почитать волшебную книгу. Я открыл «Основы магии» и с чувством уставшего путника, вернувшегося домой, поплыл расслабленным взором по строчкам…

Глава 4

Автор в своих рассуждениях к теории стал прибавлять описание практического применения магии. Начал он с констатации того факта, что все маги рано или поздно предпринимают самостоятельные попытки колдовать. Это же можно сказать обо всех много возомнивших о себе местных придурках подросткового преимущественно возраста, а также о возомнивших о себе придурках всех возрастов, перенесённых в Озгир из магически недоразвитых миров.

И что особенно интересно, у них у всех что-то получается! Буквально у всех, кто по жизни настолько прибитый, что пробует колдовать! Другое дело, что у большинства получается всякая фигня, и она совсем не та, которую пытались сотворить экспериментаторы. Однако отсюда следует первый практический вывод: людей, у которых полностью отсутствуют магические способности, не существует. Или, если посмотреть на проблему с другой стороны – каждый человек, заинтересованный в магических возможностях, может их в себе обнаружить.

Автор приводил несколько примеров из жизни настоящих магов, они охотно вспоминали свои первые попытки ворожить и то, что получалось в результате. «Сделать хотел грозу, а получил козу», как пела в моём детстве Алла Пугачёва.

Любые способности требуют развития, у личного магического мастерства несколько основных и множество добавочных характеристик. Главные из них: сила и мощь. Силой конкретного мага принято считать количество магической энергии, которую он способен вложить в одно заклинание. Мощь – это эффективность заклятий. Грубо говоря, количество кирпичей, разбиваемых волшбой «удар» при единичке магии.

На этом месте я потёр подбородок – не доводилось ломать кирпичи, и волшбу ещё не использовал. Так пока справляюсь, без магии. И вообще-то для таких дел проще использовать кувалду, а не магию по 50 золотых за единицу! Но тут дело явно не в кирпичах, они просто для примеру.

Другой важнейшей характеристикой является концентрация, вернее даже способность мага сконцентрироваться в нужный момент. Она играет главную, точнее жизненную роль для боевых магов. Строителям, мастерам или лекарям, как правило, никто не мешает сосредоточиться.

По легендам драконы и какие-то единицы из десятков тысяч человеческих магов обладают «интуитивной» магией. Они ворожат просто по желанию, заклятья записаны в их подкорку…

Вот это да! Я, оказывается, один из десятков тысяч! Понятно теперь, почему так смотрели на меня Кэрри и Дора. Кстати, в дальнейшем нужно поменьше трепаться об этом.

Так вот, именно концентрация определяет силу и мощь конкретного заклятья. Для сложных, мощных заклятий создаются магические свитки и амулеты. Боевые маги с их помощью увеличивают запас магической энергии и скорость применения волшбы. А простейшие заклинания часто «завязывают» на жесты и кодовые фразы.

Это всё имеет довольно занятные общественные последствия. Большинство людей со слабыми магическими способностями, которых магами-то считать не принято, вполне способны применять свитки и амулеты.

Сила, или количество магии, которой они могут оперировать, у них в основном менее единицы, и, поскольку характеристика эта развивается только путём применения магии, развить её у них нет возможности. Однако все могут тренировать концентрацию – сиди себе хоть целыми сутками и концентрируйся. Лучше не просто сидеть, а сосредоточиться на неких мыслях, желательно не своих, записанных где-нибудь мелким шрифтом. То есть читать умные книжки, как эта, например.

Ведь мощь или эффективность заклятья зависит от его понимания магом. Легендарным драконам и редким исключениям всё ясно интуитивно, а нормальным людям приходится всю жизнь учиться, чтобы хотя бы с достаточной пользой применять магические свитки и амулеты. Многие люди, автор этой книги тоже, не считаясь магами, настолько развили свою магическую мощь, что в применении свитков и амулетов превосходят создавших их магов.

Эге! Вот как, значит, Рене проводит порталы! И почему он сидит в библиотеке!

В Озгире сложилась довольно забавная ситуация. Настоящие маги в массе своей отличаются от не магов способностью применять простейшие заклятья типа «удар» или «разряд», для которых просто нет смысла создавать свитки и амулеты. А даже самым продвинутым знатокам магии, но без выраженных магических способностей, чтобы колоть камни, приходится браться за кувалду. К счастью уровень образования позволяет этого избежать.

В результате разницы между магами со способностями и просто думающими людьми с достаточным образованием практически не существует – вопрос лишь в наличии амулетов или свитков, то есть в деньгах. Кстати, большинство средненьких магов подрабатывают на их создании и зарядке.

Но разницы нет до определённого магического уровня. Единицы «интуитивных» магов изначально имеют громадное преимущество перед любыми магами – они практически живут в мире магии, это их естественное состояние. К сожалению автору ни с одним таким магом поговорить не удалось, более того – о них ходят лишь слухи, основанные на догадках чудом выживших пострадавших от них магов.

Однако, судя по тому, что подозревают в «интуитивизме» исключительно очень сильных магов, архимагов от третьего уровня, они не ограничивались стартовыми возможностями, а усердно постигали магические науки. Так что построение «магическая сила есть – ума не надо» к ним не применимо. А о большинстве других архимагов так думать и вовсе глупо, они точно добились своего уровня ценой многолетних трудов.

Вот, собственно, с уровня архимага и начинает увеличиваться разница между магами и образованными людьми. Архимаги настолько развивают способности, что даже в бою совершенно не используют амулеты – скорость применения заклятий практически та же, что и у «интуитов», и при их магической мощи уже не особенно требуется их громадный, по сравнению с обычным, запас магической энергии, они одним заклятьем на единичку магии испепелят любого. К тому же по пути на высшие уровни поединки успевают порядком надоесть, и архмаги занимаются непостижимыми простыми смертными интригами…

– Нет, ну, ни хера себе! – в голове раздался удивлённый Настин голосок.

– И что тебе не так? – раздражённо подумал я.

– Ты глазки от книжки оторви и посмотри, кто сидит напротив! – весело воскликнула демон.

Я поднял глаза и невольно улыбнулся. В кресле для посетителей сидел тоже я и читал книжку «Введение в магическое осмысление». Ай да Ярик! Я… то есть он поднял на меня глаза поверх книжки и сказал:

– Настя же про меня знает, в чём проблема?

– А ничего, что ты материализовался, не сказав мне?

– В лесу, в драке с котами ты, кажется, не возражал? – напомнил он. – Тогда я тоже не спрашивал разрешения.

Я печально вздохнул – вот точно так же я бы и ответил. И действительно – в чём проблема-то?

– Ладно, извини, – сказал я добродушно. – Просто интересно, с чего ты вдруг взялся читать?

– А ты с чего? – сказал он брюзгливо, положив книгу на стол. – Научился видеть, чтение с тобой освоил. Думаю, зачем нам вдвоём читать одну книгу?

– Погоди! – помотал я головой. – У нас же получатся разные мысли! Это шиза!

– Да вся магия шиза, – хмыкнул архонт, кивнув на книжку. – Тут так написано. А мыслями просто обменяемся потом, когда тебе делать будет нечего.

– Ну… – потёр я подбородок. – Ладно…

Ярик опустил глаза на свою книжку, я тоже попробовал вернуться к чтению.

– Эй! Вы двое нах! – воскликнула Настя в сознании. – А что я тут, вам похеру уже?!

– В смысле «вам»? – спросил я сердито. – Ты мой демон!

– Ага! – проворчал Ярик. – Демон твой, а мозги трахает обоим!

Блять! Он отдельно и слышит наш разговор с Настей?!

– Да орёте, как у себя в голове! – раздражённо сказал архонт.

– Точно шиза, – подумал я растерянно.

– А ты не верил, – усмехнулся Ярик. – Тут про магическое осмысление интересно – многое объясняет.

– Ну, читай дальше, – проговорил я добродушно и снова опустил глаза на строчки.

– Блять! Я к кому обращаюсь! – завизжала Настенька в мозг.

Я мысленно вздохнул и спросил ровным тоном:

– Ну, что?

– Ты можешь смотреть на меня, когда разговариваешь?! – нервно спросила она в акустике.

Я выпустил воздух носом и поднял спокойное лицо, даже улыбнулся… ну, как получилось. Настя воплотилась в истинном облике и стояла перед столом рядом с Яриком. Тот читал, словно его ничего не касалось.

– Куда-то собралась? – спросил я участливо.

– У меня время нового воплощения, так я в подземелье гильдии убийц к своим призракам, – проговорила она почти нормальным тоном. – Ты меня по пустякам не дёргай, пожалуйста.

– Хорошо, лети, – разрешил я и опустил глаза в книжку.

– Э… ну… – засмущалась она отчего-то.

Блин, эти демоны, как дети! Я проговорил, глядя в книгу:

– Что-то ещё?

– А чего вы не спите? – спросила она несмело.

– Как у Конфуция? «То ли я мотылёк, которому снится, что он Конфуций», – ответил я благодушно. – То ли мы спим, и нам снится, что мы читаем, а ты нас отвлекаешь.

– А! – понятливо воскликнула Настя. – Ну, спите…

Лица коснулось лёгкое дуновение от её крыльев, послышался стук платиновых платформ по паркету.

«Спят они так нахер! Суки умные! Совсем ебанулся»! – «послышалось» в сознании её ворчание.

Я предупредительно открыл ей двери кабинета мысленным усилием.

«Ещё и выёбывается опять»! – подумала демон и сказала вслух:

– Я улетела!

И дверь за собой не закрыла! Самому пришлось. Хоть и мысленно, но всё-таки!

– Знаешь, – неожиданно заговорил Ярик. – Тут тоже приводится изречение Конфуция, и не шутки ради. Всё так и есть!

– Замечательно, – проворчал я. – Только давай потом?

– Хорошо, – ответил он, и настала, наконец, долгожданная тишина.

Благодаря волшебным очкам я почти дочитал книгу. В принципе я и так знал, что там дальше – основные выводы, которые я уже сделал не хуже автора. Однако из уважения к его труду считал нужным обязательно дочитать. К моему счастью протилинькало извещение о новом письме. Ну, что делать? Это вполне уважительная причина, чтобы отложить чтение э… на некоторое, весьма неопределённое время.

Я закрыл книгу, снял волшебные очки и активировал модулятор. Сначала посмотрел, который час. Пять сорок пять! Однако! И кому я понадобился в такую рань? Уже не Кэрри – что-то новенькое. Написал Дёма:

«Вих, извини, если разбудил, у меня светится значок, что ты в сети».

– Бодрого утра, Дёма, – ответил я. – Всё нормального. Спрашивай, что хотел.

«В чате неудобно», – написал он и с некоторой задержкой прибавил. – «Улька хочет тебе что-то сказать».

Угу. Ну, этого следовало ожидать.

– Вы хотите поговорить сейчас? – спросил я.

«Да», – пришёл короткий ответ.

– Ладно, жду в кабинете, – отстучал я.

Я потянулся, далеко выставив руки… блин, вот нафига опять?! То есть, потягиваться по ощущениям мне совершенно не требовалось, будто это не я читал всю ночь! Мне что же теперь, так и не спать никогда? Или действительно просто считать очередную порцию этого фэнтезийного бреда сном! Я раздражённо нажал на селекторе кнопку и проговорил:

– Это Вих опять. В мой кабинет кофе на трёх человек, пожалуйста.

– Сию минуту, сеньор! – ретиво ответили из прибора.

Ярик закрыл книгу, положил на стол и сделал вид зараза, что потягивается.

– Очень смешно, – пробурчал я.

– Да тоже чувствую себя дебилом, – сказал он. – У меня ж твои привычки.

– Что-то раньше не было, – заметил я ворчливо.

– А раньше я вообще был шаровой молнией, – хмыкнул архонт и пробурчал. – Ну, я к тебе…

Ярик плавно растворился в воздухе, лишь над креслом недолго мерцали искорки. В дверь постучали, я открыл мысленным усилием. Боец принёс поднос с кофейником, чашками и сахарницей. Поставил на стол и принялся, было, наливать, да я его сразу отпустил, вежливо поблагодарив. Сам стал наливать горячий кофе, как раз налил, когда в дверь постучали снова.

– Заходите! – крикнул я.

Первым вошёл Дёма и за руку завёл Ульку. Встали у дверей, девушка опустила лицо, а Дёма настороженно смотрел исподлобья.

– Можно подумать, что вас к директору вызвали! – повысил я голос. – Закрывайте двери и проходите! Сахар сами насыпайте.

Ребята прошли к столу, Улька уселась на самый краешек кресла, Дёма как кавалер насыпал сахару и подвинул к ней чашку. Девушка кивком его поблагодарила и сделала маленький глоток, разглядывая на столе устроенный мной беспорядок. Дёма тоже примостился в креслице, взял чашку и, учтивости ради, отпил немного. Я, подчёркнуто равнодушно помешивая ложечкой в кружке, сказал сухо:

– Итак?

Улька поставила чашку на стол и заговорила без всякого выражения, словно отвечала урок:

– У меня редкая болезнь… ну, когда ходят во сне. Случилось это первый раз примерно год назад, летом, когда мы ездили к бабушке в деревню помогать. Мама испугалась, что её выгонят со службы… мне потом сказали, что болезнь очень нехорошая, опасная для окружающих. А мы с мамой жили в общежитии прислуги при особняке начальника городской стражи. Бабушка меня очень боялась и не согласилась оставить. Мама хотела отдать меня в специальный приют – есть такой на попечительстве их светлости сеньора Крайза. Я не хотела, но мама сказала, что мы умрём с голоду, если её выгонят…

Девчушка взяла чашку, сделала несколько глотков. Я молча смотрел в стол, Дёма сосредоточился на своей чашке. Улька продолжила тем же бесцветным голосом:

– Я прожила в приюте неделю, там было неплохо… кормили сносно, учили рукоделию, не били. А потом меня позвали в кабинет и там надели на голову колпак на таких шарнирах, – девушка что-то изобразила руками. – Сказали, что меня можно вылечить, нужно только согласие моё и мамы. В субботу пришла мама меня навещать, и нас вместе позвали в другой кабинет. Там какой-то солидный господин в костюме предложил нам…

Она снова попила кофе и заговорила с тихим отчаяньем:

– Он сказал, что они могут меня вылечить! У меня нашли телепатию, мне за счёт сеньора поставят специальный лечебный модулятор, и я должна буду ходить каждую неделю на процедуры… – Улька примолкла на долгую секунду и добавила тихо. – А если в доме начальника городской стражи случится что-нибудь необычное, приедут какие-то новые люди, я сразу должна буду сообщать ему через ментасеть.

Девушка снова занялась кофе и молчала довольно долго, собираясь с мыслями. Я с безучастной мордой ждал продолжения и дождался, конечно:

– Этот господин сказал, что они не только сделают так, что я перестану ходить во сне, маме даже будут платить по золотой монете каждый месяц. Подумать он не дал, сказал, что, если мы не согласимся, меня выгонят из приюта, а маму со службы, и мы умрём. Мама подписала какую-то бумагу, по которой она стала агентом капитана Августо на службе сеньора Крайза. Она говорила, что мы и так всё сделаем, но господин заявил, что это нужно, чтобы отчитываться за потраченные деньги.

– А фамилия у господина не Пиначет, часом? – спросил я для начала.

Улька пожала плечиками, удивлённо взглянув мне в лицо.

– Ладно, давайте посмотрим, что у нас получается, – продолжил я холодно. – Я не уверен, что ты не врёшь. В принципе мне вообще безразлично…

– Я всё повторю перед амулетом правды, – прошептала девушка.

– Повторяю, – повысил я голос. – Мне без особой разницы, говоришь ли ты правду. Ты мне никто. Это Дёму пытали на моей службе, и это Дёма предупредил меня о том, что в гильдии убийц меня будут ждать.

– Дёма сказал… – прошептала девушка.

– Что я тебя отпущу? – спросил я. – Иди, пожалуйста.

– А мама? – спросила она тихонько.

– А что мама? – удивился я. – Она хорошая повариха. Ну, подписала какую-то бумажку – пусть этот Августо подаёт на неё в суд. Моё-то какое дело?

В её глазах заблестели слёзы. Ну, этого тоже следовало ожидать!

– Всем на меня наплевать! – воскликнула она, вскочив с кресла.

Дёма тоже подскочил, схватил её за плечо и неожиданно грозно рявкнул:

– Сидеть!

Она упала в кресло и подняла на него удивлённо-испуганную мордашку в слезах.

– Ты на допросе, милочка, – пояснил парень сухо. – Не вынуждай быть с тобой грубым.

Девушка беззвучно открыла ротик и перевела глазки в слезах на меня. Я решил не портить Дёмин авторитет и ухмыльнулся:

– А ты как думала? Я сказал, что отпускаю тебя, но решать моему оруженосцу – это его пытали по твоей милости.

– Я ничего не говорила! – воскликнула Улька и добавила тише. – Информацию снимали во время процедур… – она неожиданно криво улыбнулась и заговорила срывающимся голоском. – Опять всё как с самого начала! Всем на нас с мамой плевать, делай, что сказано, а не нужны – так и пошли вон! Повариха тебе нужна, да?! А что дочка у неё больная, и лечить меня уже не будут, тебе безразлично!

– Девочка, – проговорил я снисходительно. – Кого ты пытаешься разжалобить? Ладно я, взрослый, сеньор, маг Тьмы и Смерти, но ты же, сучка, трахалась с Дёмой! И послала его на смерть!

– А вот бы он сам не пошёл! – зло воскликнула девчонка. – Вы тут все считаете себя очень умными и не думаете даже, что другие, не такие могущественные, тоже хотят жить! Да! Я сообщила, что ты пойдёшь в гильдию убийц! А если Дёма бы потащился за тобой – кто из нас был бы дурак? Я, Дёма, или ты, взяв его туда?!

Тут я не нашёл умных слов, посмотрел на неё с интересом. И Улька продолжила на повышенных тонах:

– Такой тупой блеф! Да что там изобретать для какой-то дочки поварихи, правда?! Ну, поставь себя на моё место, великий маг, что бы ты сделал?

Я ей одобрительно улыбнулся и покивал:

– Ну, давай дальше.

– Ничего бы ты не сделал, – проговорила она спокойно. – Нам внизу тоже без разницы, кто кому там наверху отгрызёт благородную бошку. А что вы сцепились насмерть – этого ну никто ж не мог понять, кроме вас! Я и подумала, что… ну… Крайз меня хотя бы лечил, я действительно больше не ходила во сне. А если победишь ты – приду уговаривать… – она невесело хмыкнула. – Вот пришла.

На физиономию Дёмы стоило посмотреть! Он с явным усилием взял себя в руки и спросил деловым тоном:

– Так когда, говоришь, у тебя следующие процедуры?

– По плану послезавтра, – ответила девушка спокойно. – Но от Августо пришёл внеочередной вызов на завтра.

– Когда пришёл? – уточнил я.

– Да как Дёма вернулся… ну, мы ещё успели полежать… – смутилась девушка.

Я весело посмотрел на своего смущённого оруженосца. Вот поганец! Сначала трахнул, разговоры потом! Обратился к нему:

– Что предлагаешь, оруженосец?

– Её нельзя отпускать – враг узнает об этом нашем разговоре, – заговорил он с очень серьёзной физиономией. – У нас много раненых, пусть Улька пока не вылезает из госпитальных палаток. А её мама съездит в школу и скажет там, что дочку пока не отпускает сеньор.

Я вопросительно задрал бровь, Дёма попытался объяснить:

– Ну, нельзя исключать, что у врага есть осведомители среди раненых – они же ещё не присягали. А в школе точно стучат…

– Я говорю, нафига вообще она нам нужна?! – спросил я весело.

– Ну, как же! А дезу гнать! – воскликнул парень.

Я обернулся к Ульке с вопросом:

– Ты научила?

Девушка смущённо опустила личико. Я сокрушённо покачал головой и заговорил нравоучительно:

– Вот вы ещё дети! О чём деза? О своих ближайших планах?! И каким образом Улька передаст дезинформацию? По ментасвязи? А как я её проконтролирую? Вы серьёзно полагаете, что я доверю важнейшую информацию перевербованной девчонке?!

– Но у неё же нет другого выхода, только служить тебе! – воскликнул Дёма.

– Ещё раз так вякнешь, вышибу зубы, – проговорил я холодно.

– Да, сеньор, – ответил парень.

– Во-первых, – заговорил я. – Любая информация перепроверяется тысячью простейших способов. Ты прав, Дёма – у неприятеля в городе полно соглядатаев, судя по тому, как вербовали девочку…

– Короче, она не нужна… – угрюмо пробурчал парень, и я резко ударил его по лицу открытой ладонью.

Дёма упал на паркет, я продолжил, не меняя тона:

– Во-вторых, именно сейчас неприятель должен проверять Ульку. Её надёжность под большим вопросом.

– То есть нужна всё-таки? – промычал Дёма с полу.

– Сука вышибу я тебе когда-нибудь не только зубы! – процедил я и рявкнул. – Ну, чего разлёгся?!

Дёма поднялся с полу, ровно сел в кресло и воззрился на меня своими удивительно спокойными серыми глазами. Из носа и по подбородку тонкими струйками стекала кровь. Я продолжил спокойно:

– Хорошо, предложение Дёмы принимается. Улька, с этого дня ты на моей службе в госпитале. Поговоришь о своей болезни с Тавориным, друидом эльфов. Расскажешь ему всё, что знаешь об этом Августо, где проходили твои процедуры. В остальном всё по-прежнему…

Тут пришло сообщение в клановом чате. Таворин написал:

«Проснулся? Завтрак через час в твоей башне».

Я свернул модулятор и улыбнулся ребятам.

– Ну, бегите делать зарядку и умываться. Жду вас на завтрак у себя через час.

– Да, сеньор, – сказал Дёма, поднявшись с кресла, и тронул Ульку за плечо.

Девчонка вдруг прямо с кресла бухнулась на коленки и заорала:

– Сеньор!!!

– Так, без драм, – сказал я строго. – Дёма, забирай её, у меня тут своих дел ещё полно!

Пацан принялся поднимать девчонку за плечи, а она продолжала верещать:

– Сеньор!!!

Ну, что было делать?! Пришлось вставать, обходить стол, потом вместе с Дёмой поднимать дурочку, провожать до дверей. Ещё и говорить всю дорогу добрым сука голосом, что всё хорошо, а будет ещё лучше! Маг Тьмы и Смерти допрашивает вражескую шпионку, холст, масло, двое малолеток и один дебил.

– Два дебила, – поправил меня Ярик. – Я вообще архонт и тоже хер его знает, что с этим делать!

– Ладно, вырулим как-нибудь, – подумал я. – Давай уже делать зарядку.

Он без возражений материализовался. Начали с комплекса Тайчи…

Глава 5

К завтраку я спускался в мрачных раздумьях. Даже после интенсивной разминки и трёх спаррингов с Яриком желание спать не усилилось ни на чуточку и продолжало оставаться на нулевой отметке, а после душа вовсе съехало в минус, и появился какой-то нездоровый аппетит.

То есть он, может, здоровый вообще, но для меня утреннего совершенно ненормальный. Сколько я в той счастливой земной жизни просидел над кофе, размышляя, наступит ли когда-нибудь пора, когда мне не нужно будет вставать в такую рань!

Пожалуйста, нахуй – настала блять! Совсем не ложился, и моему тупому организму абсолютно похую, даже жрать просит. Не, с другой стороны просто лежать в энергосберегающем режиме и убеждать себя, что сплю – совсем полная дурость. Но я же думал, что должен отдыхать, просто обязан!

Если не отдыхать, то… зачем жить? Зачем напрягаться, преодолевать?! Зачем тащить на гору этот сраный камень, если он сука не сорвётся вниз, и не будет долгожданного спуска?!

Так! Вот только в отчаянье впадать не будем! Что, по сути, случилось? Спать не хочется! А откуда такая уверенность, что и дальше не захочется? Не заебался за сутки, заебусь за двое… ну, или за неделю. Нужно подождать.

И… э… чтобы заебаться, следует именно что ебаться. Кэрри вряд ли справится, а ведьмочки… вот они мне в этом помогут с радостью. Настя же занята, в подземельях ловит привидений и купается в проклятом золоте. Как раз примерно за неделю должна наиграться.

«Ну и Ленора ещё», – подумал я, входя в зал на первом этаже башни.

За столом с хмурыми моськами сидели одни эльфы – Чивагор и рейнджеры. Я подсел за стол напротив командира и проговорил:

– Привет. Что морды злые?

– Ещё не спали, – проворчал Скипа.

– В отличие от некоторых! – недовольно вякнул Ральчи.

– Ну, что ты! – возмутился Файрин. – Вождь у нас тем более ночами не спит, о народе думает!

– Угу, – кивнул Бьёри. – А то, что по нему не видно, так и должно быть – он же вождь!

Рейнджеры закивали с очень серьёзными физиономиями. И ведь ничего крамольного по факту сказано не было!

– И о чём думал наш вождь? – почтительно спросил Ральчи.

– Да кто ж о таком спрашивает вождя?! – воскликнул Скипа.

– Народ, – кротко сказал Файрин.

– Да так, – проговорил я небрежно. – Думал, кому бы ещё яйца оторвать.

Вот к этому заявлению эльфы отнеслись действительно серьёзно. Каким бы пацаном они б меня ни считали, я всё-таки настоящий вождь взаправдашнего эльфийского клана – вполне могу оторвать кому угодно и разрешения не спрошу.

Многозначительную паузу прервал приход Таворина. Он поприветствовал всех и уселся рядом со мной. Тут же приоткрылась дверь служебного хода, из-за неё выглянул поварёнок и спросил:

– Подавать, что ли?

Ну, может, совпало просто! Тем более что Таворин обернулся ко мне, вопросительно подняв бровь.

– Подавайте, – снисходительно сказал я.

В зал ворвалась малая орда поварят с судками и подносами под командованием поварихи, принялись расставлять посуду, разливать кофе. Повариха строго поглядывала за ходом операции. В разгар сражения пришли Дёма и Улька, и их естественным образом привлекли на помощь как молодых.

Наконец, повариха, требовательно на меня глядя, спросила, всё ли ладно. Я с душевнейшей улыбкой выразил ей благодарность от лица командования.

– Ну, позовёте если что, – сказала она.

Это послужило сигналом к отступлению её шустрого войска. Поварята скрылись в служебном ходе, а Дёма и Улька смогли сесть за стол, по традиции от меня подальше. Я взял вилку и занялся омлетом с колбасой, за мной к трапезе приступили все.

Уполовинив содержимое тарелки, тщательно прожевал и обратился к Таворину:

– Как прошёл осмотр подземелья? Нашли что-нибудь интересное?

– Нашли, – степенно прогудел друид. – Во-первых, несколько выходов ведут на поверхность, четыре в дома торговцев разным барахлом и три в мотели низкого пошиба. Владельцев обижать не стали, поговорили только и оставили на время наёмников как бы для охраны.

– Ясно, что в эту контору не все ходили с парадного подъезда, – заметил я.

– Ты будешь смеяться, но большинство ходили именно с парадного, – заметил Таворин. – Ребята обратили внимание на интересные документы в кабинетах наверху. Представляешь себе, заказчики писали, кого – имя, адрес, профессия и место работы. И на том же листке – от кого! Своё имя и всё прочее!

– Они там занимались приёмом заказов на убийства?! – воскликнул я.

– Да, – кивнул Таворин. – Но не только. Вы напрасно поубивали клерков, – он покачал головой. – Так наши девчата сейчас разбираются. Они там вели статистику по своим заказам, отдельно по полу, возрасту, семейному положению, роду занятий. Интересные должны быть сведения! А, во-вторых, мы нашли подземную тюрьму…

Друид сделал паузу для важности, я изобразил на лице внимание.

– Ну, гоблинов ты уже видел, – заговорил он. – Вот они под землёй вели статистику по торговой гильдии, по колледжу, по мэрии, отдельно по каждому департаменту. Составляли досье на чиновников, торговцев, магов… – он снова замолк и сказал с особым выражением. – На сеньоров.

– И на меня? – спросил я.

– И я сразу спросил твоё досье! – радостно сообщил Таворин. – Оно быстро нашлось! Ознакомишься потом на месте – мы не стали затруднять им работу.

– И это правильно, – сказал я. – Пусть работают. Кто владеет информацией, тот владеет миром.

– Да, это поможет клану, – сдержанно проговорил Таворин. – Я там распорядился э… включить их в клановую структуру… ну и взять на клановый баланс – информация стоит денег…

– Молодец, – я ответил добродушно. – Утверждаю твои решения в общем, если что в деталях скорректируем по ходу.

– Есть ещё один принципиальный вопрос, – пробасил друид. – Кроме тюрьмы мы нашли лаборатории и виварий с подопытными. Такие опыты над живыми разумными существами эльфы проводить точно не станут!

– Думаешь, нужно привлечь специалистов со стороны? – спросил я деловито.

– Я хотел сказать, что мы в принципе не приемлем такие опыты! – прогудел Таворин, грозно сверкнув очами.

Надо же! Друид-демонолог чего-то не приемлет! Должно быть творилось что-то по-настоящему ужасное. Я усмехнулся и проговорил:

– Ну, не нравятся такие, проводите свои. Я всё равно в этом не разбираюсь.

– В лаборатории среди прочих занятных вещей мы обнаружили тысячу доз эликсира жизни, – сбавил тон Таворин.

– Здорово! – воскликнул я.

– Полная доза – это очень много! – покачал друид головой. – Ею можно вернуть к жизни умирающего от рака, вылечить десяток тяжелобольных… и та же доза сделает из здорового человека оборотня.

– А сколько стоит доза? – спросил я с интересом.

– Нисколько, – ответил он сухо. – За факт продажи любого количества эликсира жизни все магические гильдии объявляют продавца и покупателя вне закона. И объявляют награду за их головы. Эликсир разрешено только применять, и только для лечения. О каждом применении обязательно сообщать в гильдию Жизни. А у нас сука тысяча доз неучтённого нигде эликсира!

– Так, – я поскрёб подбородок. – Жулики видели?

Таворин важно кивнул.

– Ну и пусть забирают свою часть, – сказал я.

– Их лидер предложил обменять свою долю всех препаратов на долю клана в других трофеях, – проговорил друид.

– И что ты думаешь? – спросил я.

– Я считаю, что это хорошее предложение, – сказал Таворин. – Думаю, нам лучше согласиться.

– Ты им пока ничего определённого не отвечай, мол, я ещё думаю, – проговорил я задумчиво и спросил. – А что там за «прочие интересные вещи»?

– Ну, что ждать от гильдии убийц? – грустно хмыкнул друид. – Яды, боевые стимуляторы, наркотики. Их-то и испытывали на пленниках.

– А кто этим занимался? – уточнил я. – Тоже гоблины?

– Ну, что ты! – улыбнулся Таворин. – У этих больных клерков слишком мало мозгов для такого! Обычные ваши специалисты, за хорошее жалование.

– Угу, обычные, – повторил я мрачно.

За разговором мы перешли к кофе с тостами. Таворин сменил тему:

– А где твой Дюрекс? Почему он не на посту?

– За доблесть и умелое командование капитан Рекс получил до утра увольнительную, – сказал я строго. – А утро – понятие растяжимое. Он оставил заместителя…

– Капитана Берёзу, мне доложили, – проворчал друид. – Просто с человеческой безалаберностью ни в чём нельзя быть уверенным.

– Кстати, какие у нас планы на сегодня? – спросил я.

– Ты запас в бою некроса? Значит, заряжаешь мёртвую воду, – важно прогудел Таворин. – А после обеда привезут зелье, будешь со своим Рексом поднимать солдат.

– Тогда вот что, – заговорил я деловито, указав на Ульку. – Эта девочка на моей службе в госпитале. Очень нужно, чтобы она весь день была на глазах у надёжных людей… или эльфов. Заодно организуйте её маме негласную охрану.

Друид степенно склонил голову.

– Во-о-от, – продолжил я. – А мы с Дёмой сейчас поднимемся в кабинет кое-что обсудить, я его отправлю на учёбу и пойду в госпитальные палатки. Сделай так, чтобы к моему приходу для зарядки всё было готово.

– Да, вождь, – прогудел Таворин.

Я посмотрел на Дёму и сказал с усмешкой:

– Ну, чего подскочил? Допивай кофе… блин, сидя допивай… постучите ему по спине!

Таворин увёл Ульку, а рейнджеры явно никуда не спешили – Чивагор заявил, что у них до ночи свободное время. Мы с Дёмой пристойно допили кофе и, пожелав им хорошо отдохнуть, отправились в кабинет.

Я прошёл к своему креслу, пацан подошёл к столу и остался стоять – ему же пора идти на учёбу.

– Садись, – сказал я холодно. – И можешь не делать такую морду, речь пойдёт не об Ульке.

Парень присел на краешек кресла, с интересом глядя на меня.

– Где твоя сумка? – начал я. – Ну, с чем ты ходишь на курсы?

– В палатке, – ответил он.

– Зря с собой не взял, – сказал я, подозрительно прищурившись. – Или ты вообще не собирался на учёбу?

– Собирался, – проворчал он, отводя глаза.

– Ну-ну, – усмехнулся я и, побарабанив пальцами по столу, заговорил доброжелательно. – Допустим. Только я ведь не обязан тебе верить?

– Я, правда, собирался! – пробурчал он, глядя в сторону.

– Хорошо-хорошо, – продолжил я вкрадчиво. – Но я всё-таки не только твой сеньор, а ещё и вождь клана. Вожди никому не верят, даже себе.

Дёма грустно вздохнул, и я продолжил мысль:

– А тебе, оруженосец, я верить просто должен. Просто потому, что ты мой оруженосец. Что ты не подведёшь в ответственный момент…

– Да собирался я на эти курсы! – воскликнул он, резко обернувшись ко мне.

– Ты же понял, что дело не только в курсах? – улыбнулся я ласково.

– А в чём ещё? – спросил парнишка настороженно.

– Во всём, – улыбнулся я ещё душевнее. – Я должен во всём тебе верить, и ты можешь мне в этом помочь.

– Я должен пройти какую-то проверку? – спросил парень настороженно.

– Можно сказать, что проверку, – проговорил я добродушно. – Готов, говоришь? Тогда дай слово мага, что никому не расскажешь то, что услышишь сейчас.

– Слово мага? – смутился Дёма. – Но я же ещё совсем не маг!

– Твоей карме это неважно, дружок, – ответил я. – Итак?

– Даю слово мага никому не рассказывать того, что от тебя услышу, – проговорил Дёма твёрдо.

– Хорошо, – сказал я и снова забарабанил по столу пальцами.

Тема ведь очень непростая, личная. Какие тут подобрать слова…

– Ты пидорас? – вдруг участливо спросил этот мелкий скот.

– Чего?! – растерялся я и воскликнул. – Ты же, вроде бы, ничего не знал о пидорасах!

– У солдат спросил, – пробурчал он и заговорил с сочувствием. – Солдаты говорят, что ты пидорас. И все сеньоры пидорасы!

Я глухо зарычал, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не покалечить поганца. Вот уроды! Пусть я сам не всегда был о начальстве лучшего мнения… вернее, всегда не был… Но наговорить гадостей о руководстве мальчишке! Сволочи! А этот дикарь таращится и понять не может, отчего я зверею! Ладно, дышим носом.

– Я не пидорас, – сказал я сдержанно. – Не нужно верить солдатским разговорам.

Дёма, недоверчиво на меня глядя, проговорил:

– Зачем тогда ты взял с меня слово не рассказывать?

– Есть кое-что интересней того, кто из начальства пидорас, – сказал я снисходительно и заявил прямо. – С твоего согласия я могу установить прямой телепатический контакт. Ну, так мне недавно сказали.

– Это же здорово! – неуверенно сказал парень.

– Да как сказать, – хмыкнул я. – Во-первых, никто не должен знать, что это в принципе возможно. Это одна из самых опасных тайн мира.

Дёма посмотрел мне в глаза и медленно кивнул. Кажется, до него что-то доходит.

– Во-вторых, мне требуется непростой контакт, – сказал я твёрдо. – Я хочу видеть то, что видишь ты, слышать твоими ушами. И я не собираюсь спрашивать на это твоего разрешения, даже не стану ставить тебя в известность.

Дёма смотрел на меня своими огромными серыми глазами, открыв рот. Видимо, пытается осознать перспективы.

– Это поможет тебе в учёбе, – проговорил я благодушно.

Дёма прикрыл рот, помолчал секунду и заговорил глухо:

– Я не врал, когда давал тебе присягу. Я согласен.

– Хорошо, – сказал я деловито и поскрёб подбородок. – Как бы нам установить контакт? Так, смотри мне в глаза и повторяй про себя, что согласен.

Он сделал зверскую рожу и уставился мне в глаза. Я не придумал ничего лучше, только снова пожелать узнать, о чём он думает. Долго ничего не происходило, я уже решил, что пора с этим заканчивать. В принципе, уже то, что пацан будет в это верить, совсем неплохо…

И тут я уловил в голове постороннее невнятное бормотание. Появилось сообщение от модулятора:

«МегаМыслеМаг++ приветствует Вас!

Поздравляем!

Во имя всеобщего блага!

Вопреки законам мироздания Вам неизвестным способом удалось получить от другого разумного существа поток невербальной информации. Во имя чистоты научно-магического познания предлагаем Вам не придавать этому никакого значения. Информация ведь и так не кодируется.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.