Мария Киселева
Каменный дракон

Каменный дракон.

Глава 1. Пожар

Утро началось с хаоса. Я в очередной раз переоценивала свои силы. Почему я всё ещё верю, что способна прийти на работу вовремя, если накануне пошла с Алей в клуб? Будильник отчаянно молчал – или я снова его выключила в полусне, этого я уже не узнаю. В итоге, проснувшись в панике и взглянув на часы, я осознала: на работу я катастрофически опаздываю.

Бросив быстрый взгляд в зеркало, я судорожно собрала волосы в небрежный хвост, натянула джинсы и свитер с широким воротом. Из обуви – только мои старые, но любимые кроссовки, которые не раз выручали меня в таких утренних забегах. Завтракать было некогда – кружка холодного кофе осталась сиротливо стоять на подоконнике, а я, захлопнув за собой дверь, рванула вниз по лестнице. Лифт, как назло, застрял на седьмом этаже. Спасибо, вселенная.

Улица встретила меня прохладой и запахом весеннего утра – пыль, влажный асфальт, тонкий аромат сирени откуда-то со двора. Но всё это я заметила лишь краем сознания – я спешила, почти летела на остановку. Автобус, как обычно, ушёл за минуту до моего прибытия. И, конечно, следующий задерживался. Каждая секунда ожидания превращалась в пытку.

Наконец, добравшись до офиса – серое пятиэтажное здание с облупившейся вывеской «Тифон-принт» – я сразу почувствовала, что что-то не так. Люди толпились у входа. Кто-то громко переговаривался, кто-то звонил по телефону, а из открытых окон верхнего этажа клубился густой чёрный дым.

Сердце сжалось. Я замерла. В груди разливался липкий холод. В тот момент всё замедлилось: движения людей, звук машин на улице, даже собственное дыхание.

Я метнулась глазами по толпе, и наконец заметила её – Аля, моя лучшая подруга. Она стояла чуть в стороне, плотно закутавшись в куртку и прижимая к груди сумку. Её обычно живые глаза были растерянными, взгляд бегал, словно пытался найти точку опоры.

– Аля, что происходит? – выдохнула я, подбегая к ней.

Она повернулась ко мне и, казалось, только тогда осознала, что я рядом. Её губы дрожали, но голос был удивительно чётким:

– Лана, хорошо, что ты пришла… – прошептала она. – Директор… он… его нашли мёртвым. В офисе пожар. Нас всех вызывают на допрос.

Мир пошатнулся. Я всмотрелась в дымящиеся окна. Это было… невозможно. Только вчера я говорила с Антоном Игоревичем. Он был взволнован, но как всегда вежлив. Он говорил о каком-то крупном заказе. Просил нас прийти пораньше, чтобы всё успеть. А теперь…

– Вот тебе и утро, – подумала я растерянно. – А ведь началось всё с опоздания. Почему… кому понадобилась наша маленькая типография?

Я не успела договорить эту мысль даже мысленно – Аля схватила меня за руку:

– Пойдём. Я не хотела заходить без тебя. Мне страшно.

Мы с Алей были неразлучны с детства. Нас часто называли «две стороны одной монеты». Она – яркая, весёлая, взбалмошная, а я – сдержанная, серьёзная, тихая. Вместе мы прошли школу, поступили в университет, поселились в одной съёмной квартире и нашли эту работу – пусть и временную, но дающую хоть какой-то доход.

Сейчас, глядя в растерянное лицо подруги, я ясно чувствовала: всё рушится. Опять. Мы не в штате, но работа давала хоть какие-то деньги, а теперь… что дальше?

Допрос прошёл быстро. Мы и правда не появлялись на работе последние несколько дней – учёба, подработка, бытовуха. Полицейские лишь записали наши данные и отпустили. Но осадок остался.

– Пойдём в нашу любимую кафешку? – Аля прижалась ко мне плечом, голос её звучал почти умоляюще.

Я кивнула. Денег почти не было, но настроение было слишком паршивым, чтобы экономить на последней радости в этом хаосе – булочках с корицей и кофе с карамелью.

Кафешка встретила нас уютом: приглушённый свет, запах свежей выпечки, знакомые лица официанток, тёплые кресла. Мы заняли наш обычный столик у окна, и я впервые за утро позволила себе выдохнуть.

– Лана, – начала Аля с хитрой улыбкой, – тебе не звонил вчерашний красавчик?

Я закатила глаза. Конечно, она не могла не вспомнить про Мика – того симпатичного блондина из клуба, что проводил меня домой.

– Его зовут Мик. Он сказал, что позвонит сегодня… – я замялась, – …но мне сейчас не до него.

– А зря, – не унималась Аля, – он выглядел неплохо. Уверена, он мог бы нам помочь. Хотя бы с арендой – судя по его часам, он явно не бедствует.

– Нет, – отрезала я. – Даже не думай. Я знаю, чем такие «помощи» заканчиваются.

Я достала из сумки сложенную бумажку – странное объявление, которое зацепило мой взгляд прошлым вечером.

Аля развернула листок и присвистнула:

– Вот это зарплата… и опыта не требуют. Только вот… «готовность уехать на полгода без связи с внешним миром»? Что за ерунда?

– Аля, нам всё равно терять нечего. А здесь – жильё, еда, оплата вперёд. Лето впереди, с учёбой я могу решить. Главное – выжить.

Я не успела договорить – взгляд подруги снова «уплыл» куда-то за моё плечо. Я обернулась и увидела того самого блондина из кафе. Он улыбался, направляясь к нашему столику.

– Аля, ты опять?! – я фыркнула. – Я сегодня поеду на собеседование. А ты, пожалуйста, отвлекись от мускулов и сходи в универ – прикрой меня.

Не дожидаясь ответа, я встала. Блондин всё ещё приближался, Аля – мечтательно смотрела на него. Ну вот и снова: я – в поисках работы, она – в поисках любви. И всё равно я её люблю. Потому что когда у меня опустились руки, именно она заставила меня подняться. Именно её жизнерадостность вытаскивала меня из самых тёмных уголков себя.

Глава 2. Собеседование

Я приехала точно к назначенному часу, хотя сердце колотилось так, словно я опаздывала. Внутри офиса царила гробовая тишина. Узкий коридор, серые стены, затхлый запах бумаги и старого кондиционера – всё казалось будто вымершим. Секретарь, пожилая женщина с тонкими губами и очками на кончике носа, кивнула мне, не отрываясь от монитора.

– Светлана Кириллова? – прозвучало из глубины кабинета.

Я кивнула, и меня впустили внутрь.

Кабинет оказался просторным, но аскетичным. Ни безделушек, ни живых растений – только массивный стол из тёмного дерева, стеллаж с папками и большое окно, в которое хлестал серый свет. У окна, будто вырезанный из мрамора, стоял сухощавый мужчина в чёрном костюме. Он обернулся, и я на секунду замерла от его взгляда. Очки, тонкие губы, абсолютно прямые плечи – вся его фигура источала сдержанную строгость. Его холодные, стальные глаза скользнули по моему лицу, потом по резюме, которое я держала в руках. Он жестом указал на стул напротив.

– Садитесь, – коротко сказал он. – И расскажите, почему вы покинули предыдущее место работы.

Я неловко уселась, сложив руки в замке, словно школьница перед директором.

– На самом деле… я не уходила, – начала я, чувствуя, как щёки заливает румянец. – Типография сгорела. Вместе с… директором.

Мужчина на секунду замер. Медленно снял очки, прищурился. Его взгляд, теперь ничем не смягчённый, был пронзительным, почти пугающим.

– Что вы имеете в виду? – спросил он медленно, словно каждое слово он пробовал на вкус.

– Ну… офис сгорел, – повторила я. – Пожар, всё серьёзно. Мы даже давали показания полиции.

Наступила тишина. Я чувствовала себя неуютно, словно рассказала анекдот, а никто не засмеялся.

– Надеюсь, – сказал он наконец, – вы не имеете отношения к… хм… происшествию?

– Конечно, нет! – я почти воскликнула. – Я вообще последнее время там почти не появлялась. Мы с подругой подрабатывали, да, но неофициально… Просто пытались хоть как-то выжить.

Он кивнул и снова посмотрел в бумаги.

– У вас, – сказал он почти лениво, – весьма… разносторонний опыт. Официантка. Курьер. Подработка в типографии.

– Я не боюсь работы, – быстро добавила я. – Я готова делать всё, что потребуется. Просто мне очень нужны деньги.

Он не ответил сразу. Его пальцы постукивали по подлокотнику кресла, глаза скользили по моему лицу, как будто что-то высчитывая.

– Расскажите о родителях, – резко сменил тему.

Я напряглась. Не люблю этот вопрос.

– Мама нас оставила, когда мне было три года. Я её не помню. Отец – преподаватель. Он… живёт наукой. Нас не связывает почти ничего. Меня вырастила бабушка.

– Понятно, – произнёс он, но в его голосе не было ни удивления, ни сочувствия. Он будто поставил галочку в списке.

– Простите, – осмелилась я, – но в объявлении написано: «помощница по дому». Что именно входит в обязанности?

Он усмехнулся. Сухо. Легко. Почти незаметно.

– Помощница, – повторил он. – Ну, это слишком примитивное определение. Конечно, в объявлении мы не могли указать всю суть. На деле – требуется молодая девушка, без семьи, без обязательств. Та, кто сможет на ближайшие полгода стать… невестой.

Я напряглась. Внутри что-то резко оборвалось.

– Простите, кем?

– Фиктивной невестой. – Его голос был спокоен, будто он обсуждал покупку утюга. – Через полгода вас отпустят с деньгами. И, вероятно, с новой жизнью.

Я взяла паузу. Сердце билось в горле.

– Я не оказываю интимные услуги, – отрезала я. – Даже за большие деньги.

Он медленно кивнул, не отрывая от меня взгляда.

– И не нужно. Физической близости никто не требует. Это политическая игра, формальность, – он на секунду прищурился. – Наш… господин не урод, не маньяк, не преступник. Просто так надо.

– Значит, – сжала я пальцы в кулаки, – я должна уехать на полгода, жить с незнакомцем и при этом… изображать любовь?

– Всего лишь помолвку, – уточнил он. – Формально. Никто не заставит вас даже притворяться – главное присутствие. А взамен – сумма, которая может решить большинство ваших проблем. Возможно, на несколько лет вперёд.

Он положил передо мной бумаги. Я взглянула – глаза расширились. Там была сумма в два раза больше, чем в объявлении. Она бы покрыла аренду, обучение… даже отложить немного на потом.

Но я чувствовала, как внутри растёт тревога. Это слишком странно. Слишком… необъяснимо.

– Я не могу… – прошептала я, сама не веря своим словам.

– Что вы не можете, мисс Кириллова? – в голосе появилась нотка раздражения. – Принять подарок судьбы?

– Мне нужно подумать.

Он резко встал.

– У вас нет времени. Господин готов удвоить сумму, но выезд – сегодня. Немедленно.

Я попросила выйти на минуту. Руки дрожали. Я позвонила Але. Она, как всегда, была полна энергии – даже весёлая. Оказывается, уже договорилась о «стажировке» в университете и обещала прикрыть меня.

– Слушай, – сказала она, – если там безопасно – соглашайся. Кто знает, может это как раз твой шанс.

И тогда я поняла: меня действительно ничего не держит. Отец давно только присылает редкие переводы. У меня нет ни собаки, ни любимого, ни дома. Только этот город, в котором я всё время пытаюсь выжить.

Я вернулась. Мужчина всё ещё стоял у окна. Когда я подошла, он повернулся и спросил:

– Вы всё же решились?

– Как его зовут? – спросила я.

Он слегка приподнял бровь.

– Вы не читали договор?

– Пробежала глазами. Но имя не запомнила.

– Линар, – сказал он, и в голосе проскользнуло почти уважение. – Князь Вилморт. Если готовы – подпишите.

Руки дрожали. Я взяла ручку. На первой букве имя вывелось неровно, а потом палец обожгло – ручка как будто уколола. Появилась капля крови. В панике я сжала руку, и на бумаге появилась клякса. Вместо красивой подписи вышло «Л» и алый мазок.

Я добавила фамилию – Светлана Кириллова.

Он молча забрал бумаги, аккуратно сложил, положил в кожаный портфель и направился к двери.

– А как же мои вещи?

– Они не понадобятся, – коротко бросил он.

Я молча последовала за ним.

Глава 3. Перемещение

На улице нас уже ждала машина. Но не обычная – это был настоящий зверь на четырёх колёсах: глянцево-чёрный спорткар с длинным капотом и серебристой эмблемой в виде крылатого существа. Его облик говорил одно – за рулём кто-то, кто знает цену деньгам и не привык отказывать себе ни в чём. Салон машины был тёмным, почти зеркально отражающим всё, что попадало в поле зрения. Мужчина открыл мне дверь, не говоря ни слова.

Я села внутрь, чувствуя, как сердце колотится всё быстрее. Кожаные сиденья приятно холодили спину, пахло дорогим парфюмом и кожей, смешанными с каким-то еле уловимым ароматом – почти как костяной ладан или влажный лес. Мужчина занял место водителя, не включая музыки, не говоря ничего лишнего.

Он нажал на газ. Машина взревела – не просто ускорилась, а рванула вперёд, будто отрываясь от земли. Я вжалась в кресло, инстинктивно сжав ремень безопасности. Ветер, даже сквозь стекло, казалось, шептал что-то древнее, неуловимое. Я не знала, куда мы едем. Дорога петляла, за окнами мелькали деревья, города, поля, а потом и вовсе исчезли постройки – остался только лес. Густой, мрачный, почти зловещий.

Не знаю, как долго мы ехали. Может, час, может, больше. Пульс медленно сбавлялся, тело привыкало к скорости, но разум всё ещё метался в догадках.

Потом резко – темнота.

Нет, я не уснула. Просто… будто провалилась в небытие. В один миг мир исчез – вместе с дорогой, деревьями, шумом мотора. Всё стало пустым. А затем – словно щёлкнул выключатель – я оказалась в другом месте. Мы остановились.

Передо мной возвышался огромный дом. Нет – не дом. Замок. Серый, величественный, с башнями, массивными колоннами и коваными решётками на окнах. Он словно вырос из самой земли. Каменные стены были покрыты влажным мхом, в трещинах клубилась тень, а у ворот горели факелы, отбрасывая колеблющиеся отблески на мраморные ступени.

Я вышла из машины, и холод ударил в лицо. Ветер был каким-то густым, как если бы воздух сам обладал весом. Я поёжилась, сильнее запахнула плащ – его мне выдали в машине, и он оказался как нельзя кстати. Я обернулась – машину, на которой мы прибыли, словно поглотила ночь. Ни огней, ни мотора. Мужчина исчез, будто его и не было.

– Добрый вечер, мисс, – раздался вдруг голос. Спокойный, ровный, будто из прошлого века.

Передо мной стоял мужчина в ливрее. Его фигура была точёной, движения – выверенными. Он слегка поклонился. Возраст определить было сложно – лицо казалось почти без морщин, но глаза выдавали опыт десятилетий.

– Меня зовут Элион. Я дворецкий. Ваши покои готовы, ужин – также. Ваши вещи будут доставлены позже.

– У меня нет с собой вещей, – пробормотала я, немного растерянно.

– Что ж, тем проще, – Элион чуть заметно улыбнулся и сделал приглашающий жест. – Пожалуйста, проходите.

Я ещё раз окинула взглядом массивную дверь, украшенную металлическими узорами в форме драконов. Казалось, камень смотрит на меня. Но я заставила себя сделать шаг вперёд.

Внутри было… неожиданно уютно.

Тёплый свет камина освещал просторный холл. Пол – мраморный, но не холодный, а тёплый на ощупь. На стенах – картины, старинные часы, книги. Из каждой детали веяло благородством, но не показным – а почти домашним. Интерьер был богатым, но не кричащим: мягкие кресла, ковры, резные перила на лестнице, огромные окна в свинцовой оправе. И, конечно, запах – тонкий аромат масел, дерева и старинной бумаги.

– Ваша комната на втором этаже, – сказал Элион, ведя меня вверх по мраморной лестнице. – Её выбрали специально, чтобы вам было удобно.

Мы поднялись. Я шла почти на цыпочках – казалось, что воздух здесь бережёт тишину, и каждый шаг слишком громкий. В коридоре было много дверей, но Элион остановился у одной, с изящной гравировкой в форме ветвей и цветов.

Он открыл её – и я ахнула.

Моя комната была прекрасна. Светлая, с высокими потолками, с балконом, из которого открывался вид на ночной сад. В центре – большая кровать с балдахином, шёлковыми простынями, аккуратными подушками. По одну сторону – ванная комната, просторная, с резной раковиной и полками, уставленными флаконами и мягкими полотенцами. По другую – гардеробная, в которой уже висели платья.

– Завтра с утра вы встретитесь с князем, – сказал Элион, как бы между прочим. – Он объяснит, что от вас ожидается.

– Линар? – спросила я, развернувшись к нему.

Он вскинул брови, удивившись моему прямому вопросу, но всё же кивнул:

– Да. Князь Вилморт. Он сейчас в отъезде. Вернётся к завтраку. А пока… отдохните. Ужин через полчаса. Вас проводит горничная.

Он слегка поклонился и исчез в коридоре, оставив меня наедине с этой сказкой.

Я не стала терять время – пошла в ванную. Там было тепло, вода лилась мягко и ароматно. Я провела рукой по мраморной поверхности ванны, по зеркалу в золочёной оправе. Всё это было настолько нереальным, что казалось декорацией. Я стояла под струёй воды, чувствуя, как с плеч уходит усталость, тревога, страх. Хоть на пару минут – я была просто девушкой, которая оказалась в сказке.

Когда я вышла, на кровати уже лежало платье. Светло-голубое, чуть старомодное, с вырезом, подчёркивающим шею и плечи. Ткань была лёгкой, почти невесомой, и, надев его, я с удивлением поняла – оно сшито идеально под мою фигуру. Я прошлась к зеркалу – и не узнала себя.

Светлые волосы струились по плечам, глаза казались ярче, кожа – светлее. Я выглядела не просто хорошо. Я выглядела… как героиня древней баллады.

Я подвязала волосы голубой лентой и медленно направилась вниз, к ужину.

Столовая была просторной, но удивительно тёплой. На столе – множество блюд. Запечённая рыба с лимоном, горячие булочки, лёгкие закуски и… маковый торт. Мой любимый. Это не могло быть совпадением.

Я ела, не думая, с каждым глотком ощущая, как напряжение отпускает. Впервые за долгое время я была не просто сытой – я была спокойной.

«Не работа, а мечта», – подумала я, обводя взглядом золотистый зал, и отложила вилку.

Но в груди всё равно оставалась едва заметная тревога. Кто такой этот Линар? Зачем я здесь на самом деле? И почему – несмотря на страх – мне здесь хорошо?

Глава 4. Линар

Он вернулся глубокой ночью. Тишина окутывала замок, нарушаемая только слабым потрескиванием догорающих факелов у ворот. Колёса кареты – старинной, без единого электрического механизма – мягко скользили по каменным плитам внутреннего двора. Воздух был прохладным, пахло пеплом, влажным мхом и чем-то… угасающим.

Линар шагнул из темноты в свет.

Высокий, с расправленными плечами, он двигался сдержанно, точно и устало. Тёмный камзол с золотыми пуговицами был пыльным, чёрные волосы слегка растрепаны, а под глазами залегли тени. Он не спал уже много дней. Время поджимало. Болезнь продвигалась слишком быстро, а решения всё не было.

Элион встретил его у входа.

– Господин, – сдержанно поклонился он, – девушка прибыла. Разместилась, поужинала. Похоже, она ничего не подозревает.

Линар на мгновение замер, взяв дыхание, словно пытаясь оценить свои чувства.

– Ещё одна, – тихо произнёс он. – Очередная надежда… и очередная жертва?

Он знал, как всё это обычно заканчивается. Все девушки до неё – одна за другой – засыпали и не просыпались. Их жизнь медленно вытекала в стены замка, будто дом сам пожирал их. И он больше не мог это терпеть.

– Она уже спит, господин, – сказал Элион, – но… если хотите, можете взглянуть.

– Я не хочу. – Линар отвернулся, но его взгляд метнулся вверх, туда, где на втором этаже за окнами горела слабая тень света.

Несколько секунд он боролся с собой.

– Пойдём, – сдался наконец.

Они поднялись по лестнице. Ни один пол не скрипнул. Замок, несмотря на возраст, был почти живым – но не добрым, а затаённым, внимательным, будто он тоже следил.

Дверь в комнату девушки была приоткрыта. Линар тихо вошёл, не создавая ни звука. Его глаза, способные видеть в темноте, легко различали очертания в полумраке.

Она спала.

На широкой кровати, укрытая лёгким покрывалом, Лина казалась особенно хрупкой. Волосы – светлые, как утренний туман – рассыпались по подушке. Губы чуть приоткрыты, дыхание – ровное, спокойное. Лицо спокойно, но в нём – что-то очень живое. Не марионетка. Не оболочка. Живое сердце, пусть даже ещё не знающее о чём бьётся.

Линар замер.

Он не хотел привязываться. Не хотел смотреть. Не хотел снова терять.

Но не мог отвести глаз.

Такого он ещё не чувствовал. Его собственное тело, всегда сильное и выносливое, казалось тяжёлым, словно каждый мускул звенел от изнеможения. Сердце, которое давно стало камнем, вдруг дало сбой. Один стук. Второй. Слабый, но… настоящий.

Он закрыл глаза.

– Сколько ещё, Элион? – прошептал он уже в коридоре. – Сколько ещё должно погибнуть?

– Я не знаю, мой господин, – тихо ответил дворецкий. – Но вы знаете пророчество: только светлая душа способна пробудить силу рода. Только она сможет разрушить проклятие.

– Проклятие… – с горечью усмехнулся Линар, сжав кулаки. – Проклятие, которое мы сами заслужили. Мы искали любовь и погубили её. Мы – темные драконы, а она… была светом. Мы обманули её. Мы предали. И теперь расплачиваемся.

Он тяжело сел на скамью у камина в своей библиотеке. Здесь, в этой комнате, он провёл сотни бессонных ночей. Перелистывал древние манускрипты, рукописи, письма, оставленные его предками. В поисках хоть одного упоминания, как снять заклятие, как остановить превращение в камень.

Безрезультатно.

– Мой брат уже уснул, – сказал он. – Отец – почти не дышит. Я остался один. И я тоже начинаю чувствовать, как сковываются суставы, как внутри становится холодно. Я держусь – пока держусь – только потому, что не хочу умереть, убив кого-то ещё.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.