Анастасия Стрельцова
Убить Альваро. Вернуть Альваро

В оформлении обложки использована картина Натальи Куликовой «Убить Альваро. Вернуть Альваро».

© Стрельцова А., 2022

© Оформление. ООО «Издательско-Торговый Дом “Скифия”», 2022

От автора

Это очень самостоятельная и вздорная история. Она накрыла меня в один из весенних дней своей хтонью, и я не вышла из этого морока, пока не дописала до конца… До конца ли? Это тоже неизвестно.

Прежде чем вы нырнете «за стену» и узнаете, каково это – быть туристом в Стране Парящего Феникса, я позволю себе написать то, что сказали об этой истории мои первые читатели, которым я показала книгу:

– Братья Стругацкие создали фантастический мир сталкеров, психотропных вышек и НИИЧАВО, а автор Стрельцова вновь приоткрыла для читателей дверь в него своей новой книгой «Убить Альваро». Читатель пройдет путем героя по сказочным просторам страны ПаФе, полюбуется блестками в Городе Фееричных Дур и серянкой в городе Офисного Планктона, счастьем избежит КОКОНА и ВОДКИ. Фантасмагорическая смесь юмора, метафор и эротизма делает эту историю особенной.

– Понравилось, что главный герой – лишь щепка и тряпичная кукла в руках окружающих, куда более активны его близкие женщины. Женских персонажей много, они интересны: Гликерия, Рита.

– Настя, это невозможно читать без смеха сквозь слезы! Мы и есть жители этой страны, покрытой серянкой.

– В конечном итоге всё на себе тащат проводники семнадцать.

– В этой книге так много узнаваемого. Смех сквозь слезы. Спасибо. Город с дурами сделал мой день.

– В каждой фразе драка. Столько скрытых смыслов. Все легко, на поверхности.

– Точно и едко о новой моде на саморазвитие, коучей, псевдогуру, всей околопсихологической мишуре.

– Динамично, захватывающе, как на американских горках, только постоянно ощущение падения – восторга от того, насколько эта сюрреалистичная картинка похожа на правду.

– Причитания фееричной дуры – самый любимый момент, уже выучила. Заговор на благодать.

– Начала читать про Альваро и не дочитала. Я просто такое читать не могу. Это больно. Это по-настоящему. Поэтому тут ничего сказать не могу.

– Мне было страшно, всю историю было кромешно, невыносимо страшно. Понимаю, что есть смешные моменты. Но как на открытую рану морской водой. Дранькин, конечно, и на моего бывшего похож.

– Именно в сказках нам легче всего говорить правду.

Такие интересные мнения… Кто-то увидел много поводов посмеяться, кто-то – задуматься, кто-то – помечтать… Я не знаю, что увидите вы, но надеюсь, что книга оставит след в вашей душе и не разочарует.

Все совпадения с реальными событиями и персонажами случайны, все истории автору приснились.

Глава 1

Альваро тяжело вздохнул, опустив заплечный мешок на пыльный пол. Все вокруг него было покрыто толстым слоем мелкой пыли. Кажется, он сам состоял из этой противной серой субстанции: дунь ветерок посильнее – и он развеется, как убитый герой в компьютерной игре.

Таможенник с таким же, как и пыль, серым лицом мрачно взглянул на Альваро:

– Цель поездки?

– Посещение музеев, изучение культуры.

– У вас странный выговор…

– Меня учил донный радиолюбитель.

– Кого только не пускают за стену, – расстроился таможенник. Он достал замызганный платок из кармана и вытер потный лоб. Затем продолжил: – Оружие, наркотики, воспламеняющиеся предметы?

– Нет, что вы, я сдал инструкцию на сто баллов из возможных ста! – с гордостью произнес Альваро заученный текст.

– Ну да, конечно… – ворчливо резюмировал таможенник и шлепнул квадратную черную печать в паспорт. – Добро пожаловать! Пройдите в санитарную зону, отсек тринадцать. Там получите санитарный допуск в Страну Парящего Феникса.

– Всегда поражался этому названию!.. – мечтательно сказал Альваро.

– Следующий! – крикнул таможенник, давая понять, что разговор окончен.

В санитарном блоке было чище. Пыль была и здесь, только она изменила свой цвет на белый и слегка поблескивала под неоновым светом.

Альваро поздоровался, но ему никто не ответил. Помявшись с ноги на ногу, он провел пальцем по столу, поднес к носу, разглядывая микроскопические пылинки.

– Прошу вас ничего здесь не трогать, – раздался низкий электронный голос.

– Да-да, конечно, простите… – озираясь по сторонам в поиске источника голоса, ответил Альваро.

– Напоминаем, что это последний рубеж перед посещением Страны Парящего Феникса. Вы можете отказаться и вернуться домой целым и невредимым. После прохождения процедуры вы уже не сможете отменить свое решение.

– Я хочу увидеть все своими глазами! – с готовностью ответил Альваро.

– Подойдите к загрузчику.

Из стены напротив выехало светлое табло.

Альваро сделал шаг.

– Прижмите лицо к экрану.

Альваро на секунду замер, но потом вспомнил, какого труда стоило попасть в этот квест, и прижал лицо.

– Пять… четыре… три… два… один… – отсчитывал невидимый электронный мужик. – Добро пожаловать!

Лицо немного пощипывало, Альваро потер его тыльной стороной ладони. Хотелось пить.

В стене открылась автоматическая дверь, и он вышел в длинный коридор, тускло освещенный желтыми лампами. На полулежала привычная серая пыль.

Пройдя по коридору метров сто, Альваро начал было нервничать, что проход никогда не закончится, как появилась потертая оцинкованная дверь. Альваро нажал на дверную ручку, и дверь открылась. За ней начиналось бескрайнее поле, недвижимое от безветрия, покрытое все той же унылой пылью. Низкое небо заволокло кучевыми облаками, сбившимися в огромный колтун прямо над зданием пропускного пункта.

Альваро смотрел, широко раскрыв глаза. Приключение начиналось.

– Надо бы проводника дождаться, – услышал он надтреснутый голос.

– Да я его и жду. Пункт номер один: «Дождаться проводника. Делать, как он скажет, ступать след в след».

– Тогда разрешите представиться: проводник номер семнадцать.

Альваро обернулся, но никого не увидел. Затем, опустив взгляд ниже, увидел мальчика лет семи с большой лысой головой, с морщинистым лбом, в телогрейке. На левой ноге у него был обут лапоть, а на правой – валенок с потрескавшейся галошей. Высокий и стройный Альваро с телом греческого бога с недоумением смотрел на это недоразумение, которое, кажется, назвалось его проводником.

– Вы – проводник? – Альваро не мог в это поверить.

– Да не ссы, я лучший, круче сталкера! Не смотри, что маленький, курил с рождения – вот и не вырос.

– Ясно. А по имени как звать-величать?

– Не надо этого всего. Я к экскурсантам не привязываюсь – мало ли какой косяк, плакать буду, а у меня душа слабая, вмиг на предательство тянет, когда я расстроен. Просто Пэсэ. Проводник семнадцать.

– Приятно познакомиться, Пэсэ, я Альваро.

– Ну и имечко… хотя ты ж из этих… горя не хлебавших.

– Да, я из-за стены.

– Пункт номер два? – неожиданно посерев лицом, спросил ПС.

– Местным о жизни за стеной не рассказывать. Только текст из буклета.

– Сработаемся! – хмыкнул ПС и пожал Альваро руку.

Ладонь у ПС оказалась на удивление жесткой и сухой. Увидев удивление на лице Альваро, он пояснил:

– В шахтах робил, а как вышел на пенсию, в проводники выучился.

– Ясно. – Альваро в любой ситуации пытался быть вежливым.

– Пункт номер три?

Но Альваро не успел ответить. Раздался сильный свист, поднялся ветер.

– Хана нам, пригнись! – крикнул ПС. Скинув телогрейку, накрылся с головой, потянув Альваро за руку, заставил присесть тоже.

На небе разлилось радужное сияние. От ветра пыль поднялась столбом, закружилась, затрепетала, обнажая изумрудную зелень поля и лазоревые цветы на нем.

– Не смотри, не смотри… – шептал ПС, натягивая телогрейку на голову Альваро. – Зажмурься посильнее. Эк нас угораздило, давно такого не видывал.

Резкий порыв ветра засвистел в ушах, завизжал истеричной ведьмой и стих.

– Что это было? – переводя дыхание, спросил Альваро.

– Он и был. Феникс. Наш правитель и спаситель, ревнитель и хранитель Страны Парящего Феникса. Наше, как говорится, все.

Альваро тихо прошептал:

– Глаза открывать можно?

– Нужно, скоро опять все серянкой накроет.

Альваро смотрел, как колышется высокая шелковая трава. Ей вторили в такт удивительные цветы, покачиваясь в молчаливом танце. Пение птиц, казалось, исходит изнутри этой прекрасной картинки.

– Пойдем, засветло расположиться надо, – сказал ПС и подтолкнул Альваро.

Пока они шли вдоль раздолбанной асфальтовой дороги, пыль или, как ее назвал ПС, серянка снова накрыла все вокруг.

– А откуда эта серянка? – спросил Альваро.

– Это великий дар Феникса. Чтобы никто не хотел нашу страну завоевать – маскировка, так сказать, и величие его деяний, – пояснил ПС.

– А долго нам идти?

– Не-а…

За поворотом показалась опушка леса, такая же унылая, как и все вокруг. Перед самым входом в лес стоял большой камень.

– Вот и пришли. Давай путевку, – шмыгнув носом, сильно вбирая в себя сопли, сказал ПС. Затем кашлянул, заурчал, словно кот, и сплюнул смачно на землю комок мокроты.

Альваро отвернулся, подавляя приступ рвоты.

– Путевку?

– Ну билет, билет твой. Титульный лист инструкции.

– Да-да, конечно, сейчас.

Альваро достал из нагрудного кармана путевку и протянул ПС. Он давно мечтал побывать в стране, огороженной стеной и не имеющей связи с внешним миром. Связь работала, интернет был, но люди из этой страны всегда говорили одно и то же и верили во всякие предрассудки. Тысячи ученых мечтали изучить способы промывки мозгов многомиллионному государству, но не всем везло побывать здесь. Путевку для Альваро пробила жена. Она через знакомых умудрилась записать мужа на курсы подготовки к поездке при посольстве Страны Парящего Феникса. Он подходил по многим параметрам: у них с Сильвией уже было двое детей, он неплохо говорил на языке страны Парящего Феникса.

И вот он здесь.

ПС внимательно прочитал внутренний вкладыш путевки. Затем плюнул в штрих-код в углу бумаги, потер пальцем, посушил, размахивая листом, словно веером. Поднес к самым глазам:

– Кодовое название путешествия – «Пенелопа». Бонус от турфирмы, совет: никому не давай взаймы. Никогда. Ни при каких условиях. Понял?

Альваро кивнул.

ПС крепко схватил его за грудки и потряс.

– Ни-ко-му!

– Я понял, не надо нервничать.

– А я и не нервничаю. На «Пенелопу» не распространяется страховка. Это самое опасное, что может быть в ПаФе.

ПаФе – так сокращенно называли страну Парящего Феникса.

Альваро немного стало не по себе. Но ПС, довольный произведенным впечатлением, уже тер штрих-кодом камень. Через некоторое время камень загудел, завибрировал и выплюнул едва светящуюся оранжевую стрелку вправо от леса. ПС кивнул и пошел по указанному направлению.

Завернув за серые деревья, больше похожие на пыльные мешки, они сразу оказались перед постоялым двором.

Справа от здания ишаки вяло жевали пыльную траву. По книгам Альваро знал, что породистые лошади в ПаФе были запрещены, поскольку могли соревноваться по красоте с Великим Фениксом. А ишаки выносливее и дешевле.

– Вас здесь убьют, жалко как, симпатичный… – услышал он тонкий девичий голос.

– Пшшшла прочь! Ему и так не по себе… – зашипел ПС.

– Да больно надо! – Тощая девица в длинном холщовом платье, рваном по подолу, нагло рассматривала Альваро.

Он решил разрядить обстановку и поздоровался.

– Здрасьте и прощевайте! – крутанулась девица на пятках, показав на секунду щербатый рот, и ушла в дальний угол двора.

Внезапно потемнело.

ПС вздохнул:

– Раньше выключили, пойдем поедим что-нибудь. Голодный?

– Есть немного. А что выключили?

– Солнце. Когда обратно включат – неизвестно. Внеплановое явление ПФ перед гражданами убавило долю нашей удачи на сегодня.

Альваро слегка мутило. Он не понимал, как можно выключить солнце и что будет дальше, и от этого у него внутри ворочался склизкий страх.

Они зашли в двухэтажное приземистое здание с квадратными окнами. Внутри их встретила крупная грудастая женщина в белом халате и с высокой прической. Альваро достал маленький блокнотик, листая, пытался вспомнить описание местного персонала и способы взаимодействия с ним. Он никак не мог решить, вахтерша это или буфетчица… еще были, кажется, путейщицы… проводницы… шпалоукладчицы… спецназ страны ПаФе.

– Буфетчица… – подсказал ПС шепотом.

– Спасибо… – таким же шепотом ответил Альваро.

– Не за что, – съерничал ПС.

Женщина смотрела на них сверху вниз, как смотрит мать на блудных сыновей, пропадавших неизвестно где последние два года.

Пауза затянулась. ПС вздохнул и громко сказал:

– Спасибо за наш покой и безопасность великому Фениксу!

– Спасибо ему за все! – ответила женщина и громко икнула, рыгнув перегаром.

ПС нагнулся к уху Альваро: «Всегда икает, когда врет».

– Пенелопа.

– Ах ты, мой горемычный, да за что такое испытание! Неужто контрабанду приволок?

Альваро почувствовал, как сердце упало на грязный кафельный пол и замерло. Откуда она могла знать, что он привез несколько флешек с последними научными статьями ведущих ученых со всей планеты? Это была его миссия, и в случае провала он знал, что больше может не увидеть ни жену, ни детей.

– Тише, все нормально, все по плану. Главное, никому никогда не одалживай ни денег, ни вещей. Это твоя страховка. Остальное Пэсэ порешает, – дружелюбно похлопал ПС Альваро по животу. Он, может, и похлопал бы гостя по спине или плечу, но в силу своего роста не дотягивался.

– У вас оплачен ужин в местном колорите, – сказала буфетчица.

– Он после дороги не потянет… что там у нас сегодня? – сказал ПС.

– Я хочу я выдержу! – вмешался Альваро.

– Ну не зна-а-аю… – протянула буфетчица.

– Так что?

– Проводы, – ответила она и вместе с ПС уставилась на Альваро.

Тот в ответ смотрел на них.

– Проводы в армию? – Альваро решил показать свои знания об устройстве страны ПаФе.

– Именно! – хором сказали буфетчица и ПС.

– Идем! Время дорого, нас ждут великие дела.

– Ну, дела тут шьют за полсекунды, – сказала буфетчица и достала тяжелую связку ключей. Открыв маленькую приземистую дверь в стене, она пригласила мужчин внутрь.

– Потом подойду, я через болота, здесь не пролезаю… как благодать Феникса получила, так и не пролезаю, а вы идите, идите, там как раз все только начинается.

ПС пролез первым, Альваро пришлось встать на четвереньки. Он протолкнул свой вещевой мешок в дверной проем и полез сам. Почувствовал, как две мягкие сильные руки подтолкнули его, нагло ощупывая ягодицы, но ничего не мог с этим харассментом поделать, так как наполовину уже был в новой реальности.

Дверь захлопнулась, наступила полная темнота.

– Давай быстро флешки, пока луну не включили, ее только на весенний призыв и осенний включают! – услышал он голос ПС.

Шаря в мешке руками, он не был уверен, что поступает правильно, поэтому спросил кодовой фразой из методички:

– В светлом будущем будут лишь достойные?

– А недостойных сожжет пламя Великого Феникса! – ответил ПС и заржал.

Наконец Альваро нащупал носок с флешками и облегченно вздохнул. ПС выхватил его из рук передачку.

– Ты что, садист, троглодит, сука, в чистый носок положил?!

– Ношеный, ношеный! – испуганно ответил Альваро.

– Да сутки от силы, надо по инструкции, в трехнедельный, учуют же… конец всему! Не успею… – голос ПС дрожал.

Глаза к этому времени привыкли к темноте, и Альваро различал, как ПС стаскивает с себя валенок. В нос ударил тошнотворный запах, Альваро закашлялся.

ПС быстро сунул носок с флешками в свой вонючий. В это время раздался скрипучий щелчок, и на небе зажглась голубоватая круглая луна.

– Фу-у-у, с тобой костей не соберешь, – обувая на босую ногу валенок, сказал ПС.

– Простите, мне казалось, что пахнет, я не знал, что так бывает.

– Да что ты вообще знаешь, – расстроенно ответил ПС. – Ладно, идем поедим. Мясо или курица?

– Курица, – по инерции ответил Альваро.

Глава 2

Ему снились дом родителей и море, купающиеся дети и жена. Они смеялись и ели кальсотс. «Какой прекрасный сон!» – подумал Альваро и проснулся от тупой боли в голове.

Голова болела так, как никогда еще не болела. Он попытался открыть глаза, но лишь едва веки дернулись, как яркий свет заставил снова зажмуриться. Альваро застонал. Тело ныло, во рту пересохло.

– Пить… – прошептал умоляюще Альваро.

Никто не ответил.

Он повернул голову вбок, снова попытался открыть глаза.

Яркий свет исходил от лампы, направленной прямо ему в лицо. Темный силуэт выделялся за лампой. Кто-то большой сидел на стуле и ждал.

– Альваро Мария Санчес-Родриго? – услышал он низкий мужской голос.

– Да. С кем имею?..

– Здесь вопросы задаю я.

Альваро с трудом поднялся и сел. Железная сетка кровати жалобно скрипнула под ним и просела. Сидеть так было неудобно, колени почти доставали до ушей. Альваро поерзал, но резкая головная боль заставила замереть.

– Ознакомьтесь.

Перед носом Альваро появился лист бумаги.

– Это ваша подпись?

– Кажется, да, – ответил Альваро. На бумаге действительно стояла его подпись.

Он умел читать на языке страны ПаФе. Всмотревшись в бумагу, он понял, что сходит с ума. Это был кредитный договор, где он одалживал какому-то господину со странным именем крупную сумму.

– Можно воды, пожалуйста?.. – сказал Альваро.

– У нас только селедка.

– Селедка?

– Для подследственных – только селедка.

– Я уже под следствием?

– А вы что хотели? Вчера на проводах сына уважаемого господина Чуракри убили нескольких односельчан. И заметьте, это были перспективные жители страны ПаФе.

– А я здесь при чем? – удивился Альваро.

– Кроме вас, некому, – ответил темный силуэт.

– У меня нет мотива.

– А вы нарушили главное условие контракта: не давать никому в долг.

– И что?

– А то. Миссия «Пенелопа» начата.

– Подождите, я ничего не понимаю!.. – закричал Альваро, но получил сильный удар под дых и повалился на пол, теряя сознание.

Очнулся он от холодной воды, которую ему вылили на голову. Его пнули чем-то тяжелым в живот, затем еще раз. Раздался грохот захлопнувшейся двери, и все стихло.

Ночью он лежал на ледяном полу, тихо постанывая, пить хотелось нестерпимо. Альваро подполз к стене и припал губами к сырой поверхности, пытаясь высосать влагу.

«Это сон, страшный, тягучий сон, я проснусь утром – и все будет по-старому. Сильвия с детьми приедут встречать на вокзал, она будет в легком платье в горошек и сандалиях на босу ногу, а в волосах цветок магнолии, который она сорвет по дороге», – думал он и снова проваливался в небытие.

Под утро его стало тошнить. Отползая от собственной блевотины, он нащупал лужу воды – наверное, той, которой его обливали, – жадно вылизал все досуха и снова уснул.

Сколько бы он ни просыпался, в комнате, где находился, было темно. Никто не появлялся, и никаких звуков не раздавалось в этом промозглом месте.

Накатывали обрывками воспоминания. Кадры застолья. На длинном дощатом столе простая деревенская еда. Жаренные на вертеле куры, овощи и зелень. Звук гармони, длинные и слащавые тосты. Что же пили?.. Как-то странно назывался этот обжигающий горло напиток, Альваро не мог вспомнить. Он так хотел передать сведения о внешнем мире местным. Но то, что пока успел увидеть и услышать, говорило о том, что им и не надо ничего знать.

– Вы там в своем море купаетесь. От вечного расслабления совсем мозги мягкие. Только суровая действительность может сделать из ребенка настоящего гражданина и патриота!..

– Я слышала, что дети у вас до четырех лет в памперсах ходят. И не учатся нормально до пятого класса, только играют…

– А медицина? Сплошной ибупрофен. То ли дело у нас? Ваське косому руку оторвало на лесопилке, так хирург в местной больничке руками вены клеил, пластырем примотал – приросла, как и не отрывало. Только пальцы не слушаются…

Он вспомнил, как посреди ночи луна сменила свой цвет и все решили, что Альваро хороший, хоть и горя не нюхавший, и надо бы ему столицу показать. Они тряслись на тракторе по ухабам. А потом ходили под светом все той же луны, спотыкаясь и сквернословя, вокруг крепостной стены красного кирпича.

– Смотри, как красиво! – обнимая его за плечи одной рукой и указывая ввысь другой, кричал тракторист. – Нигде такого кирпича не найдешь, на крови замешан! С годами только крепчает, склеивается на века!

– Да чью же кровь используете?

– Врагов народных! Чью же еще…

– Ну, я думал, животных каких…

– Варвар ты, хоть и из-за стены! Животных мы любим, зачем же их святую кровь на оборону тратить…

Он вспомнил, как стоял перед серой церковью, а потом кто-то подул на нее, и поднялась серянка в воздух, а церковь оказалась цветной и красивой. Задрав голову, восхищался зодчеством местных мастеров, а потом ковырнул ногтем стену, а краска и осыпалась, оголяя черный железный остов здания, формой напоминающий огромную клетку. Закричала толпа, враз все протрезвели и бросились врассыпную.

Дальше… нет, темное пятно.

Альваро сдавил виски руками. Они гуляли по широченной площади, в центре которой возвышалась многометровая статуя феникса. Он чинно сидел на постаменте, сложив крылья, и хвост его, доставая до земли, волочился еще на несколько метров по брусчатке.

Когда же он подписал этот чертов договор?.. Нет, этого он не помнил.

В комнате зажегся свет. Вошли двое в масках с дубинками в руках. Не говоря ни слова, схватили под руки и куда-то потащили. Внеся Альваро в помещение без окон, кинули с размаху на низкий железный стол, похожий на те, на которых работают патологоанатомы в моргах.

Били дубинками по пяткам, затем Альваро почувствовал, как что-то холодное разрывает задний проход, закричал не своим голосом и потерял сознание.

Очнулся от удара по лицу. Его теперь посадили на стул, привязав ноги к ножкам стула и руки позади спинки.

– Вы убили этих людей прошлой ночью?.. – услышал он вкрадчивый голос.

– Я не убивал никого. Я не умею.

– Все так говорят, а потом тренинги проводят. Почему вы их убили?

– Я не убивал… – Альваро не мог разглядеть лицо спрашивающего, оба глаза заплыли от ударов.

– Увести его.

В камеру вошла миловидная сестричка в белом халатике. Она сделала надрезы на веках Альваро – и он смог посмотреть ей в лицо. Обрабатывая его раны, она тихо приговаривала полушепотом:

– Признайся, что тебе стоит, подумаешь, убийство на проводах – какие проводы без драки! Отсидишь, выйдешь, на шахту пойдешь работать, бабу тебе подгоним ладную. А за шпионаж убьют тебя и кирпичей наделают. Сознайся…

Альваро молчал.

Сестричка потерлась об него упругой грудью, поцеловала в лоб, вздохнула и ушла. Альваро повалился на пол, застыв в позе эмбриона. Голова не соображала. Сколько же это может продлиться, думал он, на сколько ему хватит здоровья? Он просто хотел поиграть в героя, несущего знания. Но попал в систему, сражаться с которой в одиночку невозможно.

Наутро его умыли, дали жидкую кашу и стакан кофе, помогли одеться в костюм, который ему, как ни странно, подошел.

От горячей еды Альваро немного пришел в себя.

Его долго вели по извилистым темным коридорам. Затем втолкнули в огромный зал с высоким потолком и нелепой хрустальной люстрой, занимающей почти все пространство зала.

Альваро смотрел на людей в мантии, думая, что в любой стране суд – это суд. Он сейчас докажет свою невиновность и поедет домой.

Альваро улыбнулся.

– Год работ строго режима за улыбочки в суде!

У Альваро отвисла челюсть. Дальше все происходило по сценарию из самого страшного триллера.

Выступали какие-то люди, которых Альваро видел впервые. Кто-то говорил по существу. Кто-то воспользовался правом свидетельствовать и рассказывал о своей жизни. Ему вменялись вымогательство, промышленный шпионаж, отравление младенцев в далекой северной деревне, убийство, подкуп, незаконный оборот кредитных средств, отсутствие патриотизма, взяточничество, агитация, вербовка, хранение оружия, плохое произношение, хорошие зубы, странная фамилия и подпольное производство гомеопатии. Обвинение в отсутствии патриотизма сняли, так как иностранец не может быть патриотом. Но взяли обещание, что он воспитает в себе уважение к стране ПаФе.

Когда его вернули в камеру, то ударили лишь пару раз, затушили о лицо несколько сигарет и оставили в покое.

Альваро беззвучно плакал, когда раздался тихий свист.

– Живой? Ты как там? – это точно был голос ПС.

– Да, живой… ты где?

– Ползи на голос, пора выбираться.

Альваро пополз, обдирая и без того исцарапанные колени.

– Слушай, есть возможность тебя вытащить отсюда, но надо поторопиться до того, как включат солнце.

Альваро старался изо всех сил. Наконец он нащупал руку ПС. Тот помог ему встать. Опираясь на сырую стену, они долго петляли по темному коридору, пока не вышли на улицу.

Альваро прошептал:

– Пэсэ, почему никого нет?

– Премии раздают, все ушли лоты тянуть. Это час амнистий. Страну ты не сможешь покинуть, но есть возможность поколесить по дорогам.

– И долго колесить? – замирая от ужаса, спросил Альваро.

– Пока срок кредита, что ты подписал по пьяни, не истечет, – ответил ПС.

– Я не помню, как подписывал! – умоляюще сказал Альваро.

– А у нас многие в стране не помнят, что подписывали, что делали и с кем дружили, – ответил ПС.

– Так сколько колесить?

– Двадцать пять лет, – буднично ответил ПС. – А если быть точным – двадцать четыре года и шесть месяцев.

– Это шутка?

– А все, что происходило до этого, тебе показалось розыгрышем?

– Это вся жизнь.

– Это не вся жизнь, но ты же подписался на миссию «Пенелопа»?

– И?..

– Будет твоя дорогая Сильвия ждать своего Одиссея на своем белом берегу четверть века. Дождется?

– Я в ней не сомневаюсь, но за что?

– За то, что не зря стена вокруг ПаФе, нечего через нее лезть – можно пострадать. Ты шел на риск – и проиграл.

Они шли в сумрачной ночи. ПС протянул Альваро фляжку с водой, тот жадно отпил несколько глотков.

– Я думал, что меня убьют, – сказал Альваро.

– И убили бы, но твоя жена перевела пожертвование, которое спасло тебе жизнь.

Альваро молчал. ПС промычал что-то нечленораздельное.

Раздался щелчок. Включили солнце.

ПС прикрыл глаза рукой, Альваро на мгновение ослеп.

– Я до сих пор не могу поверить в происходящее, – сказал Альваро.

– Я больше не твой проводник, миссия провалена. Ты теперь сам по себе, – тихо сказал ПС.

– Что мне теперь делать?

– Ничего. Будет новая инструкция.

– Я могу спокойно передвигаться по стране?

– Так она и есть главная тюрьма, в заточении тебя хоть и бьют, но кормят, – как-то разом постарев лицом, сказал ПС.

Альваро оглянулся: они стояли перед маленькой дверью, в которую недавно их втолкнула буфетчица.

– А что выбрал бы ты? – спросил Альваро ПС.

– Я выбрал бы никогда не родиться, – спокойно ответил ПС.

Альваро взглянул на маленькую дверцу, в которую предстояло пролезть, а когда повернулся попрощаться с ПС, того уже и след простыл.

Порыв ветра поднял серянку, раздался пронзительный свист. Альваро, понимая, что происходит, не заставил себя ждать – рванул ручку и нырнул в темный дверной проем.

Глава 3

Сильвия доверяла своему мужу. Она не пылала его страстью к изучению скрытого за стеной, но поддерживала его во всем. Альваро обладал уравновешенным характером и острым умом. Он нравился ей, предстоящая разлука беспокоила. Первое время, как и ожидалось, новостей никаких не поступало, но затем неприятный холодок плохого предчувствия, зародившись где-то в солнечном сплетении, медленно расползся по всему телу. Сильвия сделала первый официальный запрос в посольство. Ответа не последовало, что напугало ее еще сильнее. Через некоторое время ей позвонили в дверь. Пришедший человек представился сотрудником посольства и сказал, что миссия провалена. Необходимо перевести некую сумму для оплаты дополнительного пакета услуг на той стороне.

– Это, по крайней мере, спасет ему жизнь, – сказал сотрудник и замер, глядя на Сильвию и не мигая.

Сумма была большая, она оставила семью полностью без накоплений – даже пришлось занять некоторую часть. Сильвия теперь писала запрос за запросом, ответов не приходило.

Приближался момент, когда скрывать от родителей, что Альваро не вернулся, больше не было смысла. В ближайшие выходные она поедет и все расскажет.

Сильвия стояла перед открытым шкафом, разглядывая одежду. Она ни за что не будет плакать. Ни за что! Она дождется Альваро, наденет платье в горох с карманами по бокам и сандалии на босую ногу, воткнет в волосы цветок магнолии и будет ждать его у выхода.

Она сама нашла ему вход в эту темную зону – что ж теперь плакать? Искать выход для него – вот первоочередная задача на сегодня.

Сильвия села за письменный стол у открытого окна. Задумавшись, скривилась от того, что ей предстоит написать, и вывела первые строки на чуть желтоватом листе бумаги: «Уважаемый спаситель, ревнитель, хранитель и правитель Страны Парящего Феникса, я уповаю на вашу мудрость и рассудительность…».

Дописав письмо, она запечатала его в простой белый конверт. Решив отправить заказным, а не бросать в почтовый ящик, пошла в сторону почтового отделения. Навстречу шла знакомая, они часто завтракали вместе в одном милом кафе на берегу моря. Альба была излишне навязчива в общении, но при этом обаятельно добродушна.

– Как ты? – спросила подруга, скрывая за улыбкой беспокойство.

– Все хорошо, – ответила Сильвия и заплакала.

– Столько времени прошло… что-нибудь известно?

– Я слетела с катушек, не сплю толком и только пишу и пишу, куда только возможно, – ответила Сильвия.

– Как же помочь тебе?

– Выпьем кофе?

Они молча пили двойной горький без молока и смотрели на горизонт, будто ожидая, что появится Летучий Голландец и выкинет на берег живого и невредимого Альваро.

Глава 4

Альваро на секунду потерял сознание от удара о холодный кафельный пол. Он нырнул в маленький темный проем, торопясь поскорее убраться от великого сияния. Приоткрыл глаза: щель под дверью вспыхнула на миг радужным всполохом и погасла.

Альваро перевел дух, продолжая лежать. Вскоре зрение привыкло к темноте.

– Здесь все время сумерки, кроме времени, когда включают солнце, – зачем-то он произнес вслух.

– Севернее наша земля, чем твой мир, темнеет рано, зимой так вообще три часа световой день, – услышал он тихий ответ. Голос показался знакомым.

– Буфетчица? – спросил он.

– Гликерия, – ответила она.

– Что? – не понял Альваро.

– Мама так назвала в честь какой-то ей одной известной красавицы… В детстве была Ликой. А потом выросла. А как благодать получила, повзрослела – и теперь я Гликерия. Буфетчица – это лишь звание. А для человека даже за стеной имя важнее звания, – сказала буфетчица так, словно объясняла первокласснику домашнее задание.

А потом эта громадная женщина взяла Альваро на руки и куда-то понесла. Он подумал, что со стороны это выглядит странно. Но не унизительнее пыток, которым он подвергся недавно.

– Куда вы меня несете? – спросил Альваро.

– Полечить тебя маленько, смотри – избитый весь, – буднично ответила Гликерия.

Она поставила его на ноги посреди небольшой комнаты, скорее кладовки. Вдоль стен стояли стеллажи, заполненные коробками и банками с консервами.

Удивительно, как заботливые руки и тихий голос делают человека красивым! Большегрудая, со слоновьими ногами Гликерия обработала порезы и царапины Альваро, уложила на мягкий соломенный тюфяк, накормила рассыпчатой кашей, обильно сдобренной сливочным маслом, и Альваро провалился в глубокий сон, словно в наркоз.

* * *

Пробуждение было таким же, как после длительного забытья. Горло саднило осколками разбитого стекла. Казалось, что он дышит, извергая сухой дым и пламя. С усилием разлепив глаза, Альваро осмотрелся вокруг. Он уже был не в темной складской комнатенке, а в светлой комнате с небольшим окном. Тощая ситцевая занавеска, выцветшая от многочисленных стирок, пропускала пыльный свет.

В комнату вошла буфетчица. Она положила ему на лоб холодное полотенце:

– Лежи. Отдыхай. Жар у тебя сильный.

Альваро покатал сухой кадык, пытаясь что-то сказать, но лишь зашипел.

– Пить хочешь? – догадалась буфетчица и приложила ему ко рту холодную миску, из которой он, словно кот, вылакал несколько глотков ледяной воды.

К вечеру жар спал, и он смог немного поесть.

Гликерия заботилась об Альваро, как о младенце. Ничуть не смущаясь, она раздела его и обтерла мягкой мокрой губкой, напевая при этом странную протяжную песню:

– Отдадут тебя замуж, во деревню чужую, во деревню чужую, что не видно отсюда. Мужики там все злые, топорами секутся, а по праздникам там дождь идет и по будням…

– О чем эта песня? – спросил Альваро.

– О жизни в стране ПаФе.

– Почему же дождь идет?

– Так это слезы людские. У нас так часто плачут, что все время дождь идет. У нас и приметы такие: если перед поездкой идет дождь – к легкому пути, если ребенок родился в дождь – к счастливой судьбе. Если во время свадьбы дождь – значит, молодым жить не тужить.

– По вашей логике, – сказал Альваро, – если в стране ПаФе все время идет дождь, то все должны быть счастливы.

– Так и есть, – со вздохом ответила буфетчица. – Мы живем в самой счастливой стране мира.

– Да уж… – только и смог выдавить из себя Альваро.

Гликерия, она же буфетчица, погладила его по голове и достала из-под стола, покрытого льняной желтоватой скатертью, огромную бутылку с мутной жидкостью.

– Что это?

– Лучшее средство для поднятия духа и укрепления чресел, – ответила она и добавила: – Сама гнала. Чистый, как слеза младенца, нектар.

– С него все и началось… – жалобно попробовал протестовать Альваро.

– Началось все с твоей дурной головы. Жил бы себе припеваючи, так нет же ж, надо было хлебнуть страху так, чтобы нервы в узел.

– Я не жалею, хотел помочь.

– А чем тут поможешь? Помогать надо тем, кто этого просит. А у нас половина населения считает, что все хорошо, а стена – лучшее, что со страной случилось. Ее из космоса, говорят, видно.

Гликерия налила два полных стакана жидкости, затем откинула полотенце, под которым на столе оказалась большая деревянная доска с закуской.

– Пей, не раздумывай. Без этого у нас люди с ума сходят.

– Как говорят… ваше здоровье?..

– Да. Здоровье тебе пригодится, – ответила она и залпом выпила, следом уткнувшись зашмыгавшим носом в рукав белого халата.

Альваро поначалу медлил, но все же осушил разом стакан, глотая обжигающую жидкость. Горло свело спазмом, лишая дыхания. Но затем приятное тепло разлилось по телу, глаза наполнились слезами – и к нему пришел зверский аппетит.

Честно говоря, он не чувствовал вкус еды, глотал практически не жуя, вгрызаясь зубами, словно голодный пес. Гликерия снисходительно посмеивалась, подливая самогонку уже по четверти стакана.

Почувствовал вскоре прилив тошноты, Альваро откинулся на спинку стула и закрыл глаза.

– Жить будешь… смотри, как быстро в себя пришел, – сказала буфетчица.

– Я обожрался, мне дурно, – выдавил Альваро.

– Вот теперь, на сытый желудок, можно и о деле поговорить, – серея лицом, сказала Гликерия.

Ее лицо, лоснящееся румянцем на фарфоре, приобрело вид старой черно-белой фотографии, и будто все вокруг – и занавеска в мелкий цветочек, и пахнущий теплым сеном тюфяк, и выскобленный дощатый пол – все стало пыльным, потертым, полусгнившим.

Альваро поежился.

– Так что? – спросил потухшим голосом.

– Как в сказке: надо идти родине служить. Иначе не видать тебе моря, как своих ушей. Только на фотографии.

– А как служить?

– У тебя выбора нет: ты признанный шпион и диверсант в бегах. Тебе только к управляющим податься, там более что они за тобой должок назначили.

– А где их найти? – с ужасом понимая, что ввязывается в следующий раунд квеста, спросил Альваро.

– Отоспись, залечи раны, а там само собой все устроится. Не надо их искать… как вылезешь из норы, так они сами тебя найдут.

– Жуть какая…

– Жуть, не жуть… У них хотя бы есть правила, они взятки берут и знают, кому на лапу дать. Они вопросы решают. Сколько жизней ими спасено. Думаешь, ты жив до сих пор благодаря кому? Им, родимым! Кому твоя жена заплатила, чтобы остался ты жив? То-то же… вот и подумай. В стране, где казнят за соплю из носа в неподобающий момент, как вопросы решать?

Альваро поежился. Глаза слипались, тянуло в сон. Он повалился головой на стол, не почувствовав, как сильные мягкие руки отнесли его на топчан.

– Уморился, болезный, – по-доброму сказала сама себе буфетчица. Сняв белый халат, она осталась в одном исподнем и легла рядом с Альваро, прижимаясь горячим рыхлым телом к нему. По-матерински поглаживая его кудри, она прошептала: – На одну ночь, да мой… Спи, соколик, спи родной.

Глава 5

Сильвия отвезла детей к родителям, сухо попрощавшись, быстро вернулась к такси. Если она позволит себе обнять их, вдохнуть этот сладкий детский запах, то никогда не решится на предательство. Предательство всего, во что она свято верила до сих пор. Ради спасения мужа и отца.

Она должна позвонить Рикардо…

Однажды она пообещала себе, что никогда больше не услышит этот голос. Голос мужчины, из-за которого сердце пропускает удар, пуговицы плавятся на платье под его взглядом. Трудно устоять перед таким напором.

Когда-то учились вместе в университете. Она знала, что нравится ему, но уже начала встречаться с Альваро.

Альваро всегда принимал ее сторону. Он ухаживал нежно, ненавязчиво. С ним было спокойно и весело. Рикардо она немного боялась. Он всегда прогибал окружающий мир под себя. Богатая семья и хорошее образование. «Самый завидный холостяк в Европе», – писали газеты.

Сильвия еще раз глубоко вздохнула. Телефон тихо блюмкнул – вызов был с незнакомого номера.

Она сделала глубокий вдох, прежде чем ответить. Услышав приветствие, тихо сказала:

– Здравствуй, Рикардо.

– Я знаю, как помочь Альваро, – раздался голос Рикардо, и в телефоне повисла тишина.

Глава 6

Альваро с трудом разлепил веки. Тошнотворный привкус во рту напомнил о вчерашнем возлиянии. Он тихо застонал – и тут же почувствовал, как сильная рука приподняла его за воротник рубашки и усадила обратно за стол. Пока он вяло дрыгал ногами, чиркая об пол, буфетчица сказала:

– Жалко тебя отпускать. Но тебе надо либо сотрудничать с властями, либо сгинуть в хмырье.

– Хмырье?

– Болото такое. Там испарения с этиловыми элементами. Народ пьянеет и не трезвеет, плутает до последнего вздоха. И никто не ищет.

– А как с этой самой властью сотрудничать?

– Здесь все просто. Надо знать, кому услугу бесценную оказать. Потому что услуга, у которой есть цена, – это просто подхалимаж и взятка.

– Что же я могу такого бесценного сделать?

– А тебе всё сами расскажут. Главное – до нужных людей дойти.

– Ты знаешь как? – Альваро почему-то даже не подумал сомневаться в предложенном плане.

Все, что происходило в стране ПаФе, не поддавалось объяснению. Чем смехотворнее и несуразнее оказывался план, тем вернее было, что именно он и реализуется.

– А вот сейчас колокольчик тебе приладим да в туман и выпустим. Там тебя нужные люди и найдут, – ответила буфетчица.

Она перекрестила Альваро размашисто, крепко поцеловала в губы и вытолкнула за дверь.

Перед ним открылась широкая низина, залитая густым, вязким туманом, словно недовзбитый белок с сахаром.

Вдали слышались отрывистые позвякивания колокольчиков. Смутные тени медленно двигались взад-вперед по полю, иногда издавая утробное мученическое мычание.

Альваро несмело шагнул в молочно-сизую смесь.

– Погодь! – со всхлипом сказала буфетчица. – На вот, возьми.

Она протянула небольшой сверток.

– Что это? – спросил Альваро.

– Откуп. Когда напарник найдет тебя, отдай.

Альваро взял из ее рук небольшой сверток. Бумага хрустнула в руках. Сверток был теплым и маслянистым.

– Не разворачивай, а то остынет, – сказала она и снова всхлипнула. Она взялась за ручку двери и перед тем, как ее закрыла, на секунду кромешная белая мгла осветилась тусклой лампой, что горела внутри дома. В просвете Альваро увидел внутри мягкого белого тела, огромного, словно облако, маленькую тонюсенькую девочку с двумя тощими косичками, лежащими на плечах. Внутри Гликерии сидела изящная испуганная Лика и смотрела на Альваро обожающими глазами. Он даже рассмотрел торчащие ключицы и трогательные плечики.

Дверь закрылась, и его обнял сырой туман, напоминая, что пора идти дальше.

– Спасибо… – прошептал Альваро.

Он сделал первый шаг, и его колокольчик глухо звякнул. Со всех сторон дренькнули на разные голоса такие же, как и у него, колокольчики. Альваро замер, не смея снова сделать шаг: он не хотел издавать эти пронизывающие своим одиночеством звуки. Но делать было нечего, и он медленно, словно зомби, пошел сам не зная куда, переставляя ноги так медленно, как только мог.

Из тумана на него вынырнуло бледное изможденное лицо. Очень худой человек смотрел пустым взглядом куда-то поверх головы Альваро.

– Я больше не могу, – сказал человек. – Я уже больше года здесь. Ни голода, ни жажды, только пустота внутри. Ждал проводника, но его все нет. Откуп потерял. Это судьба такая. Нет выхода.

– А ты убеги, – сказал Альваро.

– Так если бежать, то тогда верная смерть, – ответил человек и засмеялся нездоровым трясущимся смехом.

– Может, она и лучше такой жизни?

– Конечно лучше. Только смерть заслужить еще надо.

– Я вижу, что ты, измученный человек, достоин самой красивой смерти.

– Видимо, да. Нет подвига во славу его, если нет жертвы при этом.

Альваро задумался, о чем это было сказано, и хотел уж было переспросить, как человек, нелепо взмахнув тонкими длинными руками, словно надувная кукла у супермаркета, зашатался, задрожал и побежал со всех ног. Его колокольчик затренькал словно ужаленный, переходя на визгливые ноты.

Вдали послышался нарастающий шум вертолетных лопастей. Альваро поднял голову: три черных вертолета двигались в сторону убегающего человека.

– Остановись, остановись… – шептал Альваро.

Но звук колокольчика звякал все чаще, пока не слился в сплошной визгливый шум.

Небо окрасилось оранжевой вспышкой. Вертолеты улетели. Наступила тишина. Никто не шевелился, только клубы тумана молочными волнами двигались в пронизывающей тишине.

Альваро поднял было ногу, чтобы сделать первый шаг, как почувствовал, что его кто-то крепко схватил за руку.

– Ни звука, стой тихо, – раздался до боли знакомый голос.

– Пэсэ? – не веря своим ушам, спросил Альваро.

– А кто же еще… Тише ты. Хорошо, что этот припадочный побежал, я сразу подумал, что ты где-то поблизости.

Альваро опустил наконец ногу на землю – и несмотря на то, что сделал он это медленно и очень тихо, колокольчик вяло пискнул.

Тут же стало слышно, как шуршит разрезаемый крылом ночной птицы воздух, сопит ПС, журчит ручей. Альваро удивился контрасту.

– Я рад снова видеть тебя, – сказал он ПС.

– Да пропади ты пропадом, – приобнял ПС товарища и тут же спросил: – Ты откуп не потерял?

– Нет, вот он, – протянул сверток Альваро.

ПС взял его и охнул:

– Надо же! Повезло тебе… Видимо, и правда непростой ты человек, иноземец.

– Я не понимаю… – начал было Альваро.

– Мудрец объяснит. Плоть и кровь она свою тебе отдала. Ты теперь ее силой будешь полон в час роковой.

ПС развернул сверток. Внутри лежали еще теплая сдобная булка и четвертушка красноватой настойки.

– Рябиновая, редкая вещь, – продолжил ПС.

– Это же хлеб и вино… – не понимая, сказал Альваро.

– А ты глаза закрой и в руку хлеб возьми, – ответил ПС, привычно сплевывая на землю.

Альваро понял в стране Пэ Фе только одно: здесь не надо пытаться объяснить происходящее, надо делать, что говорят, и тогда есть большая вероятность, что он сможет выжить.

Он безропотно закрыл глаза и положил руку на хлеб. Мягкая круглая ягодица в ямочках… Теплая, податливая, пульсирующая под его ладонью. Сон ли это был – или правда алкоголь и нежная забота Гликерии заставили его испытывать это странное вожделение? Было ли – не было ли… Погружаясь в огненное нутро, он стонал и называл ее девочкой, а она смеялась в ответ и сама себя целовала в огромную грудь, легко дотягиваясь до сосков губами… Откуда это нахлынувшее воспоминание? Истома вязкой патокой связывала по рукам и ногам, слышался влажный шепот: «Хоть не мой, а на одну ночь со мной, спи, касатик, спи, родной…»

Альваро отпустил хлеб, открыв глаза. Сердце билось в самом кадыке, рвалось вон из груди.

Откуда это внезапное воспоминание?

ПС бесцеремонно отломил кусок булки и засунул в рот. Медленно прожевал. Открыв чекушку, отпил пару глотков и протянул Альваро. Альваро допил оставшееся. Пряный терпкий вкус обжег гортань.

ПС бесцеремонно схватил Альваро за рукав куртки и потащил в только ему известном направлении.

– Куда мы? – спросил Альваро.

– Тише ты! А то увяжется кто за нами, а этого никак нельзя допустить. Иначе не пройти заставу.

– Заставу?

– Ну а ты что хотел? К мудрецу идем, там испытания надо пройти и заставу. Если хвост притащим, так рубеж и не покажется.

– Рубеж?

– Да-да, потом объясню, помолчи уже… Ах ты, плесень подрейтузная! – выругался ПС и с усилием потянул Альваро за собой. Он что-то нашептывал и бормотал себе под нос. Альваро не понимал, что ПС говорит. Доносились только обрывки фраз: —… ляг, оберег, на мой порог, на мой след, от напрасных слов и от всяких бед, от врага первого и от последнего, от силы, от славы, от горя, от тени, от беды и от воды, от огня и от полымя… Не успели… – обреченно закончил свой бред ПС и встал на колени. Он потянул Альваро, чтобы тот встал рядом, но гость застыл перед открывающимся видом.

Туман, словно занавес, разошелся круглыми клубами в стороны, и перед ними открылись широкая река, искрящаяся под полной луной, и мост через эту реку мрачной красоты.

– Надо же, царя нового ждут будто, аж луну включили… – ворчливо сказал ПС.

Серянка не покрывала это строгое своей зловещностью сооружение. Гладкие отполированные перила моста отражали тысячи маленьких лун, ступени были зеркальные. Альваро видел в их поверхности сжатые губы ПС, его опущенный в пол взгляд и свое перекошенное от удивления лицо. Он впервые за все время путешествия увидел свое лицо. Это не был он – другой человек, изможденный, с сухими воспаленными глазами и отросшей бородкой.

На мосту клином стояли четыре черных внедорожника с тонированными стеклами. Двери машин одновременно открылись, и из них вышли огромные гладковыбритые детины в строгих черных костюмах и лакированных туфлях с острыми мысами. То, как они двигались, говорило, что настоящих проблем у Альваро еще не было.

Лица лютых гризли ничего не выражали. Восемь громил встали полукругом и застыли, разглядывая Альваро и ПС.

– Доброго вечерочка, бояре, – пискнул ПС и поклонился в пол, буквально ударившись о землю лбом так, что серянка мелким фонтанчиком взметнулась вверх. ПС, придурочно ухмыляясь, начал размазывать по лицу пыль.

– Сюда подошел, – наконец нарушил молчание один из громил.

ПС сделал ползущее движение, но тут же остановился. Новый окрик разрезал ночь:

– Не ты, убогий. – Боец ткнул пальцем в сторону Альваро: – Иди сюда, импортная конфета.

Альваро моргнул и сделал неловкий шаг навстречу громиле.

– Что застыл, шевели поршнями, – продолжил бандит.

Альваро не шевелился.

– Бить будут, – обреченно сказал ПС.

– С чего бы нам бить его? Только силы тратить. Убьем сразу! – гоготнул бандит.

Альваро тоскливо обернулся. За спиной чернильная синева перемешивалась с туманом в причудливые волны. Бежать – выбрать скорую смерть.

Он медленно повернул голову, но не успел ничего ни сказать, ни подумать, как тяжелый удар по лицу сбил его с ног.

Альваро упал. Он не почувствовал боли, но ярость охватила его. Шатаясь, вытирая окровавленным рукавом рот, он сплюнул и прокричал:

– Так страшно! Восемь взрослых дяденек приехали убить меня. Достойная смерть, как я посмотрю! Так просто не сдамся!

– А что ты можешь? – издевательски усмехаясь, поинтересовался самый здоровый из бандитов.

– Все! Все он может! – крикнул ПС. – Он… он…

– О-о-он… – передразнивая ПС, протянул бандит.

– Блин… рано еще говорить… рано, – бормотал ПС. – Он – избранный!

В воздухе раздался раскат грома, и крупные холодные капли застучали по земле и по капотам машин. Звук дождя нарастал, и в этот самый момент Альваро выпрямился, сделал несколько уверенных шагов в сторону бандитов и громко прокричал:

– Да! Я – избранный!

Вспыхнула молния, и в ее свете все увидели приближающегося всадника. Только это была не лошадь: беловолосый пожилой человек в майке-«алкоголичке» и холщовых шортах гордо восседал на старом осле. Почему Альваро сразу понял, что осел старый? Все просто: он был седой, хромал и постанывал при каждом шаге.

Однако бандиты, увидев старика, поклонились на китайский манер, быстро расселись по машинам и уехали.

ПС радостно улыбался.

– Значит, ты признаешь себя избранным? – спросил старик Альваро.

– Получается, что да. Только чувствую, что это мой конец пришел.

– Да уж… быть избранным в стране ПаФе – это не политическим заделаться. Это подписать контракт на войну с самим ПаФе.

– А по-другому никак?

– А по-другому… уже не получится. Сейчас уже в новостях передают, что впервые за семнадцать лет вышел ежик из тумана…

– … вынул ножик из кармана… – поддакнул ПС.

– … будем резать… – продолжил старик.

– … будем бить… – вторил ПС.

Они хором закончили:

– … все равно тебе водить!

Старик слез с осла, одобрительно похлопав его по круглому боку, и вплотную подошел к Альваро. Он почти касался Альваро своим телом. Ростом он оказался ниже Альваро, но в плечах чуть шире.

Старик посмотрел пронзительно-синими глазами в глаза Альваро цвета горечавки и сказал:

– Разрешите представиться: Мудрец.

– Вы – Мудрец?.. – не скрывая удивления, сказал Альваро.

– Да. Я – Мудрец.

– А… эти на джипах – кто?

– Охрана моя.

– Вы знали, что я иду к вам?

– Знал. До твоего рождения уже знал.

– Так зачем спектакль?

– Понимаешь, – обняв Альваро за плечи, сказал Мудрец, – ты должен был сказать, что ты избранный. При свидетелях.

– Так если бы не…

– Если бы не сказал, то тебя били бы, пока не скажешь.

– А по-другому нельзя?

– А по-другому осознать себя избранным невозможно. Только на краю гибели.

Пока шел разговор, туман отступил, и Альваро увидел, что они идут по широкой тропе, уходящей далеко в темный горизонт. Вдали показались вершины гор.

– Далеко нам идти? – спросил Альваро.

Мудрец повернулся к нему и с размаху отвесил сильный подзатыльник. Альваро, охнув, отшатнулся, но равновесие удержал.

– За что?

– За лишние вопросы. Меньше знаешь – крепче спишь.

Альваро почувствовал, как гнев затмевает разум.

– Да что ж такое-то с вами тут всеми! – С криком он бросился на Мудреца, но ПС повис на ноге Альваро, по-детски коверкая слова, причитая слюнявым ртом:

– Не перечь, не перечь, он Мудрец, он любит всех, он добра желает, он поможет, поможет, поможет…

Альваро стряхнул ПС. Ему казалось, что он двигается под водой. Словно в замедленной съемке, размахнулся, чтобы влепить Мудрецу пощечину, но тот уже успел подняться в воздух, плавно опустившись на толстую еловую ветку, осыпав серянку с дерева, словно снежный сугроб зимой. Сидя на корточках, он кривлялся, дразня Альваро:

– Сдохнешь – и не вспомнит никто, что был тот, кто вякнул: «Я избранный».

Альваро внезапно успокоился. Он с сомнением в голосе спросил:

– ПС, это точно Мудрец? Он совсем не похож на человека, который чему-то может научить.

– Он, он это… Проверяет тебя на вшивость, так сказать, и проницательность. Мы же привыкли, что мудрецы должны быть чистыми и в очках. А это не так. По-настоящему умные люди часто в тряпье и плохо пахнут.

– Спорно, – сказал Альваро. – Плохо пахнуть – не осознавать значение гигиены.

– Гигиена часто не нужна в стране ПаФе, она только вредит. У нас больных детей не моют, пока температура не спадет, и роженицам неделю воды не дают, чтобы все естественно, как в природе, – разразился тирадой ПС.

– Варвары, – прокомментировал Альваро.

– Это жителям страны ПаФе за комплимент можно посчитать, – решил получить последнее слово в споре ПС.

Альваро не хотелось развивать тему. Он снова посмотрел на Мудреца, который показывал ему синий язык и закатывал глаза, пришептывая какие-то странные стихотворные поговорки в беззвучном припадке не то хохота, не то бесноватого бреда.

– Пойдем, – тронул ПС Альваро за рукав, – я дорогу знаю, он потом догонит.

Альваро пошел по тропе, размышляя о своей судьбе. Он чувствовал себя опавшим листом, который дергает ветер из стороны в сторону, не давая упасть на влажную землю и там смириться со своей кончиной.

Тропа стала шире – и внезапно закончилась. Перед ними текла широкая река с быстрым течением.

ПС втянул с шумом воздух, расширив ноздри. Альваро прислушался к своим ощущениям. Пахло холодной водой, рыбой, тиной и еще чем-то кислым еле уловимо. Он вопросительно посмотрел на ПС.

– Новое испытание на пути к дому Мудреца. Надо через реку перейти, – пояснил ПС.

– Может, плот поищем или лодку, мост?

– Ты не понимаешь… Переходить надо там, где сказали, иначе попадешь не к тому и не туда.

– Все слишком сложно, – вздохнул Альваро и пошел в воду.

– Куда? Там же… – ПС не успел договорить.

Альваро почувствовал, как кто-то пощекотал его голени и слегка прикусил, словно с ним игрался кот. Он пошевелил ногой, но она крепко увязла в иле и песке. Альваро попробовал выдернуть ногу – и понял, что угодил в ловушку. Он обернулся к ПС, бегающему вдоль берега заламывая руки.

– Вот дурак! Это же щучий брод. Я надеюсь только на твою иноземную красоту. Со щучьими дочерьми только лаской управиться можно! – крикнул ПС и сел на берегу, наблюдая, как Альваро медленно погружается в воду.

Альваро в ужасе переспросил:

– Щучьи дочери?.. – Но что ответил ПС и ответил ли, он уже не услышал, ибо волны бурной речки сомкнулись у него над головой.

Открыв глаза под водой, он понял, что в этой взвеси ничего не видно. Альваро в студенческие годы ездил на Майорку ловить жемчуг. Там он научился надолго задерживать дыхание. Ему не было страшно, однако нервировали прикосновения к ногам: слабые покусывания острых зубов поднимались все выше. Он стоял не шевелясь и прислушиваясь к собственным ощущениям. Когда царапнуло в районе шеи, он вскинул руку и схватил что-то скользкое и холодное. Раздался визг такой силы, что от него задрожали барабанные перепонки, заставляя покрыться все тело гусиной кожей.

Чья-то рука схватила Альваро за предплечье и с силой дернула в сторону. От неожиданности он выдохнул весь воздух из легких и, приготовившись уже наглотаться воды, попытался вырваться. Но теперь его удерживали за плечи две сильные руки. Альваро почувствовал, как кто-то раскрывает ему рот с усилием своим языком. Вдохнув, он понял, что пьет свежий воздух, и открыл глаза. На него смотрели зеленые темные омуты – два самых необычных глаза из всех, что он видел за свою жизнь. Он попытался отстраниться, но белое фарфоровое лицо качнулось в предупреждающем жесте.

Тонкий упругий язык продолжал ласкать нёбо и язык Альваро. Он противился этому поцелую, но продолжал вдыхать свежий воздух, что давало странное существо.

Напуганный происходящим, Альваро попытался собраться с мыслями. Существо явно не желало ему навредить. «Что ж… если так я смогу выжить…» – подумал Альваро и обнял за талию источник живительного кислорода. Упругие мышцы спины вздрогнули под его пальцами. Язык на секунду замер, слегка подрагивая змеиным трепетом. Плоский живот потерся об Альваро.

Существо отпустило его плечи и запустило руки в волосы, слегка царапая острыми коготками кожу головы и скребя подшерсток. Озноб охватил Альваро, и одновременно слабая истома, нарастая, парализовала все тело, завораживая…

Глава 7

Очнулся он с ломотой в мышцах, кашляя болотной водой и тиной. Мышцы выворачивало хуже зубной боли.

Альваро слегка приподнялся на локтях и увидел прямо перед собой смеющееся лицо ПС.

– Ты и правда необычный засланец, – сказал он, поскрипывая голосом так, будто не пил год.

– Что это было? – спросил Альваро.

– Испытание.

– Я прошел?

– Ну… жив же… – ответил ПС и протянул Альваро сухую рубаху, будто сшитую из мешка из-под картошки. – У тебя чуйка есть. Так что, может, и выкрутишься из своего путешествия живой. Правда, с ума, скорее всего, сойдешь, но зато живой, – многозначительно поглядывая на небо, добавил ПС.

– Ты можешь говорить понятнее? – попросил Альваро.

– А ты можешь не корчить из себя вшивого интеллигентишку и тоже нормально разговаривать? – передразнил его ПС и добавил уже нормальным тоном: – С нежитью только так и надо поступать – нелогично. Она тогда отпускает или за своего принимает.

– Как это? – спросил Альваро.

– Ну смотри, – начал объяснять ПС. – Вот если вдова сильно по мужу убивается, плачет там, орет в голос, по ночам зовет… К ней начинает ходить покойный… сам знаешь чем заниматься. Женщине после этого только хуже становится – так и умирает с горя, потому что мертвяк всю жизненную суть ее выпивает, как сок из трубочки.

– А если она поймет, что это покойник? – спросил Альваро.

– Тогда надо идти к колдуну. Он обычно совет дает.

– Например?

– Как-то был случай в одной деревне близ Войдонги. Река эта, как ты в инструкции читал, самая большая в стране ПаФе, вода ее тяжела и медлительна. Рыба жирная, глубоководная, а икры в ней столько, что можно целое озеро наполнить.

– Так что ж она тогда таких денег бешеных стоит? – удивился Альваро.

– А у нас в стране все так: чего много, того населению иметь не положено. Сваливают икру в старые штольни и там гноят, а крохи за стену продают за валюту, чтобы все думали, что это редкость и деликатес.

– Это же глупость несусветная! – удивился Альваро.

– Это мудрость ПаФе. Если народ каждый день будет на хлеб икру мазать, кто ж с врагами сражаться будет за лучшую жизнь? – пояснил ПС.

– Так что за случай у вас был?

– А, точно! – спохватился ПС. – Баба молодая овдовела и сильно плакала. Она бы и не плакала, но у нее свекровь больно строгая была, била ее коромыслом, чтобы вся деревня знала, что сын у нее, самый лучший сын умер, – вот невестка и убивается. Стал мертвяк к бабе той ходить. А она и поняла, что это не живой муж. Пошла к колдуну, а тот ей и сказал купить льняного семени. Только не со своего поля взять, а именно купить… Вот настала ночь, она разделась, волосы распустила, села на кровать – и ждет. А сама семечки льняные грызет – как обычные подсолнечные. Мертвяк заходит и спрашивает: «Ты что делаешь?» А она и говорит: «Вшей ем». – «Дура ты, кто ж вшей грызет?» – удивился мертвяк. А она ему в ответ: «Вот именно, где это видано, что мертвый к живой ходил?!» – «А-а, догада-а-алась!» – замогильным голосом протянул мертвяк и исчез… Вот и ты кикимору не испугался, ответил на ласку ее – нежить и отпустила тебя. Только знай теперь: внутри у тебя дыхание нежити. Беса водного она тебе поселила.

– Чем это грозит?

– Ну, типа жизнь тебе спасла – должен будешь.

– Долг сразу взыщут?

– Да щас! – ПС ехидно хихикнул. – Подождут… пока проценты накапают.

– Я как попал в ПаФе, так сразу в долги попал… и обрастаю ими, как тухлый помидор плесенью в тепле, – вздохнул Альваро.

– Есть одна идея, – помолчав, сказал ПС.

– Идея?

– Надо сталкера найти. Он помогает к самому ПаФе на аудиенцию попасть. Тут есть один раз в год день такой. Великий сидит у телефона и на все звонки отвечает. Так просто, конечно, не дозвонишься, но если со сталкером, то тот к правильному аппарату проведет, и тогда…

– Что тогда?

– Возможно, ты испросишь милость и прощение, и он кинет тебя от греха подальше за стену. А там уж сам ползи до родных пенат как сможешь.

– Что ж ты раньше-то молчал? – воскликнул Альваро.

– Ну, я и сам не особо верю, что такое существует. Мало ли, что в народе говорят. Одна дозвонилась, чтобы стадион сделали, чтобы спортом заниматься, а ее потом беременную видели и глаза навыкате.

– Так в чем смысл тогда искать этого сталкера?

– Чем меньше смысла, тем больше вероятность, что это поможет. Чем меньше смысла, тем больше шансов на то, что это правда… Хватит тут сидеть, пойдем, Мудрец ждет. А он ждать умеет, но не любит.

Альваро поднялся на ноги и пошатнулся. В глазах помутилось, он почувствовал тошноту.

– Тише, тише, привыкнешь, – ободряюще постучал ПС Альваро по спине, и тот громко закашлялся. Он так долго и громко выплевывал воздух, что спугнул стаю мелких крикливых птиц с веток. Наконец отхаркнул кусок мокроты величиною с ладонь и замолчал.

ПС при этом ловко подставил ладонь, поймав мокроту и сунув ее в карман штанов. Альваро было хотел спросить, собственно говоря, зачем, но передумал и закатил глаза.

Тропа резко уходила вверх, извиваясь по высокому холму, который порос хвойным лесом, густо посыпанным серянкой.

Некоторое время шли молча. ПС хватал редкие ягоды, что попадались на кустах, росших вдоль тропы. Альваро чувствовал голод, но последовать примеру ПС не рискнул: живот до сих пор крутило, урчание его раздавалось все сильнее. ПС при этих звуках поглядывал на Альваро с ужасом на лице, видимо, прикидывая, съест Альваро его или нет, но ничего не говорил.

В воздухе запахло свежей сдобой и крепким кофе. Альваро, вытаращив глаза, закрутил головой в поиске источника соблазнительного аромата.

– Плохо дело, – прокомментировал ПС. – Щами пахнет и курой отварной с гречей. Попали мы с тобой в переделку.

– Мы разные запахи чувствуем? – догадался Альваро.

– Именно. Тут твоего тестостерона освободиться не хватит, всех не перецелуешь, – привычно сплюнул ПС на землю.

– Ты о чем? – Альваро сделал вид, что не понял.

– О том, что генетика у тебя иноземная. Тебя вон и пытают, и топят, и одежды лишили приличной, а все равно красавчик и пахнешь так, что у меня и то нет-нет, да и встанет.

Альваро передернуло, и он слегка отодвинулся от ПС.

Раздался мелодичный звук – и сразу же воздух разрезали тонкие улюлюканья, визгливые выкрики. Со всех сторон к ним приближались существа невиданной красоты. Высокие тонкокостные девы с фарфоровой кожей и длинными волосами неслись к ним, едва касаясь земли тонкими босыми ступнями.

– К нам занесло какого же-ре-е-ебчи-ка… – пропела одна, подходя к Альваро вплотную.

– Вот бы от его семени понести-и-и… – пропела другая.

Тут раздался низкий грубоватый голос. Девы вздрогнули, расступились, и к Альваро шагнула высокая статная старуха с длинной палкой в руках. Темный плащ скрывал ее фигуру, и лишь глубокие, словно борозды на тесте, морщины отличали ее от остальных красавиц. Темный лик напоминал Альваро чернослив, а ее глаза поблескивали нездоровым задором.

Она долго разглядывала Альваро, затем приблизила свое лицо к нему и прошептала:

– Уже двое несут от него, негоже нам опосля нежити на мужика залезать. Сожрем его…

– Сожрем его, сожрем его! Нет ему равноправия в мире красоты! Нет ему места на нашей земле! – закричали девы.

ПС дрожал и не подавал никаких знаков. Он испуганно озирался по сторонам. Что именно он искал, Альваро не мог понять, но на всякий случай тоже начал осматривать окружающие деревья.

– Здесь ты не сможешь позвать на помощь! – засмеялись девы.

Они схватили под руки Альваро и понеслись вверх по тропе. Альваро замутило: казалось, что они летят со скоростью ветра. Он закрыл глаза.

Становилось прохладнее. Ветер усилился, в лицо ударили мокрые снежинки, пахнущие почему-то сырой рыбой и сухим хлебом с плесенью. Альваро попытался обернуться – в надежде, что ПС тоже несут вместе с ним.

Несущие его девы словно прочитали мысли:

– Проводник не нужен, без него праздновать будем.

Альваро смирился с выходками нечисти. Правило, рассказанное ПС о нелогичности поступков по отношению к непонятному, вспомнилось, тогда он спросил:

– Читать? Веселое?..

Девы посмотрели на него с интересом:

– Такой красавчик предлагает читать?

Внезапно ветер прекратил свое завывание, и все вокруг замерло.

– Да. Ведь там, за стеной, истинное веселье начинается с чтения, – радостно осознавая, что сработало, ответил Альваро.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.