Марина Весенняя
Аssистент с причудами

Пролог

3 месяца назад

– Милая, тебе пора вставать…

Та-а-к не хотелось этого делать.

– Зай, ты просила разбудить тебя в половине шестого.

Приятный мужской баритон ласкал слух. Вдвойне приятно, что мой кавалер не забыл о моей просьбе. Редко встретишь такое трепетное отношение к мелочам.

Повернулась на другой бок и лениво открыла глаза. Мужчина лежал рядом.

– У тебя будет время на чашку кофе? – спросил он, после чего дотронулся губами до моего обнаженного плеча.

– Возможно… – улыбнулась. Ночь получилась фантастической. Не в моих правилах переходить от знакомства сразу к… более близкому знакомству, но Андрей… Невозможно устоять. Обаятельный. Самая точная характеристика.

Кто бы мог подумать, что случайная встреча в клубе обернется таким увлекательным времяпрепровождением? Сколько я отшила мужиков, которые пытались познакомиться со мной во время танцев? Будто девушка не может хотеть просто потанцевать, расслабиться после тяжелого рабочего дня.

Честно слово, я уволюсь, если Никифоров не найдет себе ассистента в ближайшую неделю.

Но вспоминая начало вчерашнего вечера… Ммм. Андрей. Его я тоже сразу отшила, но только он встретил это с улыбкой. И продолжил свои попытки. Слово за слово, и мы поехали гулять. Доехали до набережной, спустились к воде. С ним хотелось говорить и говорить. Я как дурочка рассказала, как меня достала работа, мой вечно чем-то недовольный начальник. Посетовала, что никак не найдем ему помощника, потому что все нормальные люди сбегают. Только за эту неделю трое уволились.

Андрей слушал. По-настоящему слушал.

И я растаяла.

Ночь, улица, фонарь. И губы.

Мы целовались, как обезумевшие. Я и не помню, как мы добрались до его квартиры. Как сшибали мебель, разбрасывали одежду. Как я засыпала на плече этого невероятного мужчины.

– Заваришь нам? – промурлыкал Андрей, поглаживая мои волосы. – На кухне должно все быть.

– А мне казалось, что я гостья, – простонала в ответ. Вставать с кровати не хотелось. Тем более первой.

– А я люблю кофе, но совсем не умею его готовить, – признался Андрей, отчего стал еще чуточку интереснее. Как можно не уметь заваривать кофе? – И потом… С удовольствием посмотрю, как ты колдуешь на кухне. Обожаю, когда девушки готовят.

– Ты рассчитываешь еще и на завтрак? – хитрец. – Я не успею. Если опоздаю на работу, босс меня убьет.

– Кстати, – Андрей встал с кровати, натянул на себя трусы. – Ты говорила, что у вас есть вакансия.

Сдула волосы с лица. Андрей помнит эти мои душевные излияния? Черт. Вдвойне приятно.

– Ну да.

– У меня есть подруга. Учились вместе. Она как раз ищет работу.

– Нет. Не вариант, – нашла свои джинсы. – Женщин не берем.

– Откуда такой категорический ответ? – Андрей не стал натягивать футболку. Остался с голым торсом. Красивый. Поджарый, мышцы подрезаны. – Клянусь тебе, она идеальный кандидат. Машка таких, как твой начальник в бараний рог скручивает. Бой-баба.

Эм-м-м… Это вряд ли. С Никифоровым никто не справится.

– Пожалуйста, котенок, – вновь промурлыкал Андрей, хищно подкрадываясь. – Попытка не пытка? Тебе же самой будет проще, если все получится?

И то правда. Если честно, я уже на все согласна.

– Хорошо. Пусть приходит сегодня. Посмотрим, что можно сделать.

– Вот и отлично, – Андрей заключил меня в объятия. Новый поцелуй. На этот раз в основание шеи.

– Уверена, что тебе надо ехать?

– Ты же хочешь, чтобы твоя подруга получила работу? Ничего не получится, если я ее лишусь за опоздание.

– Тогда я вызову тебе такси?

Как бы я хотела никуда не ехать…. Но сегодня пятница, так что достаточно пережить всего один рабочий день, чтобы вернуться в сладостную идиллию.

«А я в нее вернусь?» – с волнением посмотрела на Андрея, только сейчас по-настоящему ощутив себя идиоткой. Мы познакомились только вчера. И ни слова не было сказано по поводу того, что будет между нами дальше. Я мысленно уже представляю себе романтический уик-энд, пока Андрей… Понятия не имею, что у него на уме.

– Я позвоню тебе вечером? – предугадывая мой вопрос, поинтересовался парень.

– Буду ждать, – пообещала я, предвкушая начало отличных отношений. Как в сказке. С первого взгляда.

Жаль, что звонка так и не дождалась.

Предсказуемо, Анют. Можно было и не надеяться.

Глава 1

Выходить на новую должность было страшно.

Я – начальник.

Сюрприз у Сергея Викторовича, конечно, получился знатный. Естественно, довольная, как слон. В кой веки раз можно похвастаться родственникам, что их "во всем непутевая" чего-то добилась. А то что такое? Сестры – умнички. Замужем, внуков рожают. А я "в своей Москве" только время трачу, чтобы кофе чужим невестам носить, да в ноги кланяться". Цитата. Из любого воскресного звонка любимых тетушек.

Интересно, какой будет следующая песня? "Ну понятно, каким местом должность получила" (и нет, увы, не мозгами, как почему-то считает новая жена отца). Или, может быть, "Ты ж тяперь бохатая, забирай Лесю, Алю и нас в свою Москву".

Ага. С мужьями, с тремя детьми, собакой и курами. И всех в мою однушку за мкадом.

Может не говорить им пока? Должность-то временная. И непонятно, что потом будет…

Отставить панику!

Все будет хорошо. Обязательно все будет хорошо!

В кармане зазвонил телефон. Посмотрела на экран – Сергей Викторович. Ох, не к добру это. Еще в офис не успела зайти, а вышестоящее руководство уже звонит.

– Анют, привет, – Никифоров поздоровался. Голос сонный, словно он до сих пор не вылезал из кровати. Немного завидую. У меня за спиной час тряски в метро, забытый завтрак и нереальное волнение по поводу выхода на новую должность.  – Звоню предупредить. К тебе сегодня на собеседование человечек придет. У нас же есть вакансии в главном офисе?

– Да, конечно…

Сдула волосы с лица. В одной руке телефон, в другом – портфель с документами.

– Всех не помню, но мне нужен будет секретарь. Может еще что есть…

– Секретарь – это отлично, – тут же согласился Никифоров. – Справится.

Звучит обнадеживающе.

– В общем, он сегодня приедет. К обеду. Оформи, пожалуйста. Пропуск. Собеседование. Документы. Ну, ты сама знаешь.

– Хорошо, – согласилась. Одной головной болью меньше. Стоит вспомнить, сколько Сергей для себя помощников искал, так плакать хочется. А тут такой подарок от бывшего босса.

– Отлично. Пропуск на имя Андрея Коржаненко.

Стоп. Скажите, что я только что ослышалась?

Андрей Коржаненко?

Только не это!

Глава 2

– Да мам, – протянул в трубку. – Я еду на собеседование.

– Опять ты врешь…

Голос матери оказался тихим, зато с характерным театральным придыханием. И после этого родители удивляются, в кого я такой… талантливый.

– Мам, какой «врешь»? – вспылил я. – Мне пришлось ехать на метро. На метро, мама!

– Ох, метро! – а вот и нотки восторга. – Это же так чудесно! Когда мы с твои папой познакомились, то целыми днями могли кататься в этих прекрасных вагончиках… Это же так романтично!

– М-а-ам, – простонал я. Кто-то скажет, что я оторван от реальной жизни, но лишь в том случае, если не знаком с моей маман. – Это было тридцать лет назад. И во Франции.

Более чем уверен, что отец не тащил мою мать в час-пик по замызганным станциям, чтобы ей отдавливали ноги, бомжи перебивали аромат ее Шанель номер пять, а любой прохожий наровил побольнее толкнуть плечом. Будто от попадания на эскалатор зависит чья-то жизнь.

– Это все детали, милый. Уверена, что в Москве метро ничуть не хуже парижского.

– Не знаю, – признался честно. Пока меня радовало, что приложение в телефоне подсказывало всю дорогу – в какой вагон лучше сесть, на какой остановке выйти. И, спасибо уж не знаю кому, но вай-фай под землей – настоящее спасение. Хоть как-то отвлечение от… реальной жизни.

– Если все так плохо, давай я поговорю с отцом, чтобы он вернул машину.

Грустно хмыкнул.

– Спасибо, конечно, но не стоит.

Отказался, пусть и вынуждено. Мне пока самому питаться нечем, куда там кормить еще и автомобиль? На метро – и то пришлось мелочь по карманам наскребать.

Хочешь-не хочешь, а придется сказать Сергею спасибо, что берет на работу.

Я – и работать…. Дожил, называется.

Слышал, что на западе миллиардеры любят воспитывать своих детей в лишениях. Но представить себе не мог, что и моих предков коснется это веяние. Нет, отец и раньше предпринимал попытки ограничивать… Но не настолько же? Ну подулись они неделю на меня. Ну месяц.

Но три?!

– Я так понимаю, что отец все злится? – уточнил я у матери. Как раз вышел из метро, завис у витрины какой-то пекарни. Круассаны так и манили. Позже, родные мои.

Деньги за продажу ноута уже кончились, так что теперь уже до первой зарплаты. Надеюсь Серега согласится выдать аванс. Ибо вкус и запах доширака въелись в меня с такой силой, что я уже не чувствовал запаха своего парфюма.

– Мы оба на тебя злимся! – возмущенно ответила мама.

– Не злимся, а проводим воспитательное мероприятие, – послышался приглушенный голос отца.

– Пап, а может уже хватит? Я все понял,

– Ни черта ты не понял! – рявкнул отец строго. Догадался с опозданием, что родители держат меня на громкой связи. – И вообще. Взрослый парень уже. Давно пора было выпустить тебя из гнезда.

Ага. Выпустили.

Выпнули. Из теплого, мягкого, уютного и сытного гнезда. В пропасть.

Ладно, Дрю, сам виноват. Нечего было попадаться.

– Вообще, скажи спасибо, что мы тебе квартиру оставили, – повторил отец свое коронное.

Спасибо! Огромное, как эта квартира. Которую я не могу ни сдать, ни продать. Ни содержать…

Никогда не думал, что буду грустить из-за четырехкомнатной хаты в Москве. Разве что в ключе, что это не загородный дом. Теперь мечтаю о маленькой скромной однушке, которая не будет высасывать все финансы на оплату коммуналки. Но переехать – не вариант, потому что аренда, как ни крути, все равно дороже.

Расскажи кому – в лицо плюнут. Страдает москвич со своей жилплощадью. Я даже не успею рассказать, как непросто существовать, когда у тебя в жизни было вообще все. А осталось – пятьдесят рублей на обратный билет в метро. Правда подозреваю, что после подобного душеизлияния, в лицо плюнут еще раз.

Ладно, сам дурак. Надо было готовить финансовую подушку на случай очередного родительского кризиса а-ля «мы тебя запустили». Расслабила меня фиктивная семейная жизнь.

– Ладно. Все понял. Люблю вас! – последнее произнес погромче, чтобы не сомневались.

Ведь правда их люблю. Да, врал, конечно. Но чтобы их не расстраивать. А то вечно – мать за сердце, отец за ножницы. Можно было бы подумать, что за ремень, но нет. Папка всегда начинал резать мои карты.

А не врать не получалось. Никогда. Потому что соответствовать высоким стандартам фамилии не удавалось. Рядом же всегда был золотой мальчик Сережа! Вот у кого и оценки всегда лучше, и увлечения серьезнее. А если не оценки – так олимпиады. Не олимпиады, то доклад красочнее. Не доклад – так очередная какая-нибудь хрень. Или дипломов получил больше, или говорить начал раньше.

Тут в лепешку расшибись, но вместо «молодец» все равно услышишь «а у Сереженьки». На выходе – отсутствие всякого желания пытаться переплюнуть идеал, полное признание своих несовершенств и окончательный штамп на лбу «непутевый ты нам достался».

Ага.

«Непутевого» воспитали они, а расхлебывать мне.

Хотя, с отцом все равно согласен. Из гнезда давно пора было свалить, причем подальше. Жаль, что вылет случился с острой болью в заднице от пинка.

Но будем оптимистами. Я не бедствую на дошираках, а парю гордым орлом, хозяином своей жизни.

Сейчас, только на работу устроюсь, чтобы в полной мере ощущать эту гордость.

В центре города я ориентировался отлично, так что найти дорогу до бизнес-центра Никифорова не составило труда. Пришлось, конечно, прогуляться. Но я уже почти привык. Первое время подобные вещи вызывали острое отторжение. Все-таки я всеми руками и ногами за альтернативные средства передвижения.

Нет, гулять я тоже люблю. Но не так – до магазина, до работы.

Только представьте: ночь, улица… Набережная. В свете тусклых фонарей. Тихая черная вода. За спиной Нескучный сад или Воробьевы горы. На худой конец – Парк Культуры.

И тишина.

В такие моменты даже воздух другой. Все другое.

Прекрасное.

А не вот это вот всё.

Днем центр города тошнотворен. Суета, давка, хаос. Мне чертовски нравилось спать до трех-четырех часов дня и только потом подниматься с кровати. Заметьте – с кровати, а не с куцего, опостылевшего матраса на полу. Нравилось, когда случайная красотка готовила кофе и о-о-о-чень поздний завтрак. Люблю зиму, когда к моменту, как я раскачаюсь, на улице уже тепло.

Теперь прихода холодов ожидаю с опасением. Потому что отопление четырехкомнатной квартиры влетит в целое состояние.

Да и нет больше халявных завтраков от прекрасных нимф.

Москва. Если у тебя нет денег – забудь о развлечениях. И о друзьях. И о мясе. Вообще о нормальной еде.

О белых кроссовках, кстати, тоже. Столько раз, сколько мне за сегодняшнее утро отдавили ноги – просто невыносимо представить. Перед входом в офисное здание пришлось остановиться, чтобы протереть ботинки.

Мои проблемы – это мои проблемы, нечего всех окружающих посвящать в них своим небрежным видом.

Хотя, перед кем мне распинаться? Перед Сергеем? Он лучше всех остальных знает, в какое положение он меня загнал.

Сережа, блин. Вот надо было ему вмешаться! Ну, подумаешь, его невеста – моя фиктивная жена. Чего из этого скандал-то делать? Будто я на Машку хоть как-то претендовал.

Ну так, разве что чуть-чуть.

Красивая она у меня получилась. Еще один пример того, как деньги творят чудеса с людьми. Похудела, похорошела. Одеваться научилась. А что в итоге? Нож в спину.

Вот и делай после этого добро людям.

Я ей – бесплатное жилье в городе, полный гардероб брендовых шмоток на четыре года, идеальное зрение, отличную работу и тепленького жениха. А она кинула меня с договором.

Машка, Машка… Хоть бы общаться не переставала. А то делать вид, что знать меня не знает – это как-то слишком.

– Молодой человек, вы куда?

– К Никифорову, – посмотрел на охранника в стеклянной будке возле лифта.

– Куда?

Черт, как там у него фирма-то называется?

– К туристам, – максимум, что подкинула память.

– Пропуск заказывали?

Ах да… Достал из внутреннего кармана пиджака паспорт и протянул бдительному дядьке.

– Ясно. Поднимайтесь. Этаж знаете?

Знаю. Даже кабинет знаю.

Проверил время – без пяти минут три. Да я сама пунктуальность.

Лифт… Хоть бы музыку включали, что ли. А то от скуки помереть можно.

Мелодичный звонок, извещающий о прибытии на этаж, двери раскрылись.

Бодро направился к стойке ресепшн, которую сделали настолько высокой, что бедняжку-секретаршу и не видно вовсе.

План стандартный – обворожительная улыбка, пара комплиментов, какая бы страхолюдина там ни сидела. Союзники нужны всегда. Да и потом – всегда есть шанс, что за непроглядной преградой будет скрываться премиленькое личико. Обычно в приличных фирмах гостей встречает разве что не модель.

– Привет, красавица, – выдал с фирменной улыбкой… пустому месту. Надежда на горячий кофе перед собеседованием начала стремительно угасать.

Эх, Сережка. У идеального мальчика сотрудники на рабочем месте отсутствуют. Ай-ай-ай.

Надеюсь, у меня такие номера будут прокатывать.

Пару минут постоял возле ресепшен, выжидая – вдруг кто-то да подойдет.

Но нет. Тишина.

Ладно. Видимо, с коллективом теплые связи буду налаживать несколько позднее.

Пришлось ориентироваться в офисе по табличкам с номерами кабинетов. Стоило заприметить белую надпись на синем фоне «М. Ромашкина», понял, что мне туда. Машка-то у Сергея личным ассистентом работает. Круглосуточным и очень близким.

Толкнул дверь. А там снова пусто.

Стоит себе одинокий рабочий стол. Даже компьютер не включен. Может у всех обед? Заглянул в приоткрытую дверь – оказалась кухня. Такая же пустая, как место Ромашкиной.

Если сейчас окажется, что Серега надо мной прикололся, и никакого собеседования нет… Или есть, но мне придется проторчать в ожидании пару лишних часов, я взвою. Хорошо, не слепой – заметил дверь его кабинета. Хотя вокруг все настолько серое и однообразное, что не удивлюсь, если весь персонал сидит на антидепрессантах. Просто пятьдесят оттенков Питера, не иначе.

– Слушай, у тебя здесь вымерли все что ли? – завалился в кабинет Никифорова без предварительного стука. Возможно, зря.

За столом начальника сидела девушка. Лицо смутно-знакомое…

– Пардон, – нет, ну я точно ее знаю. – Я к Сергею. Викторовичу.

– Нет его.

Вот как чувствовал, что слишком легко Никифоров согласился помочь с работой.

– Ясно. А когда будет?

Все смотрел на девушку и пытался вспомнить, где ее уже видел. В душе стойкое ощущение, что мы уже встречались. И настоящий зуд в мозгах от понимания, что я точно знаю, как ее зовут, а вспомнить не могу. Это как когда кино смотришь, появляется в кадре актер, тебе показалось, что ты уже видел его в другой роли. И все. Дальше ставишь всё на паузу, пока не найдешь (или не вспомнишь), где именно.

Брюнетка. Хорошенькая. Очень хорошенькая.

Неужели Серега себе завел… еще одно помощницу?

– Не будет. Я за него.

– Я думал, что мне назначено.

– Назначено, – просипела девушка сквозь стиснутые зубы.

А вот сейчас не понял, к чему такой градус агрессии.

Поджав губы, маленькая злыдня постучала аккуратным маникюром по столу.

– Ну что, хоть вспомнишь, как меня зовут? – протянула Аня, видимо, мысленно расчленяя меня на части.

Анечка! Точно.

Точно… Было дело.

– Понял. Я пошел.

– Отчего? У тебя собеседование. Садись, – девушка указала на стул.

– А есть смысл? – поинтересовался у нее настороженно. Вроде как клоуном в цирк не нанимался, чтобы развлечения брошенным дамам устраивать.

Ну как – брошенным? Один раз не… не считается. Нетрезвый один раз после клуба – особенно. Нетрезвый один раз, который в памяти отпечатался исключительно негативным осадком в виде устроенной на работу «жены» – тем более.

– Вот и посмотрим, – ответила Анюта, и что-то ее улыбка не предвещала ничего хорошего.

Глава 3

Совершенно удивительное дело. Собеседование у него, а как на иголках сижу я. Отвратное состояние – встречать призраков прошлого.

Подозрительно смотрю на Андрея. Парень развалился на стуле и, кажется, чувствовал себя королем прерий. Густые темные волосы, конечно, на львиную гриву не походили. Но когда у безработного мужчины стрижка и укладка смотрятся лучше, чем у тебя – прямо повод серьёзно задуматься о смене парикмахера. Я бы даже сказала – об увольнении, учитывая, что я сама себе подравниваю посеченные кончики, а максимальный изыск в прическе – сделать косой пробор, вместо прямого.

– Резюме? – раз собеседование спонтанное, значит бывший начальник явно не получал от Андрея документов. Знаю я Никифорова, он бы о таком в принципе не вспомнил.

– Не думал, что оно потребуется, – признался Андрей, не сводя с меня хищного взгляда. И вот что Андрей на меня так пристально смотрит? Насколько помню, это не я его кинула. Может, самонадеянно рассчитывал, что у него никакого собеседования вообще не состоится? Мол – основной владелец фирмы мой товарищ, должен был сразу выдать должность. А тут я.

Ничего не знаю. Сергей Викторович устроить попросил хоть куда-нибудь. Я на свою птичью голову ляпнула про секретаря.

Хотя… Закусила карандаш, серьёзно задумываясь, какие  отличные перспективы мне открываются. Не то, чтобы я сильно мстительный человек, но мужиков же всегда передергивает, если женщина верховодит? И потом, что это я об удобстве Андрея думаю? Я о себе думать должна. Если хочу со временем стать достаточно хорошим руководителем, мне с любыми кадрами справляться надо уметь. Может, Андрей – неплохой шанс отточить коммуникативные навыки лидера? Так сказать – хочу, не хочу, а эффективную работу построить придется.

– Образование? – спросила я, чтобы не молчать слишком долго. Мысли-то уже в успешную карьеру стремительно улетели, а у меня пока ни одного дня на новой должности не отработано.

– МГИМО, экономика.

– Специальность?

– Экономика, – повторил Андрей раздраженно.

– Я услышала, – улыбнулась. Но только для вежливости. – Конкретнее, пожалуйста. Прикладная экономика, торговое дело? Международная? Менеджмент? Аудит?

– Экономическая теория, – тихо процедил Андрей.

Хорошая кафедра. Я читала. Интересно, что это он так бесится-то?

– Год?

– Может, уже хватит? – предложил парень. – К чему этот допрос?

– Чтобы оценить, чем вы, Андрей, можете быть нам полезны, – еще раз спокойно улыбнулась.

– О, мы уже на "вы", Анют? – мне прилетела ответная ухмылка. Как Андрей умел – чтобы и ямочки на щеках появились, и молочно-голубые глаза заблестели.

– Анна Марьяновна, – поправила я. Субординацию-то никто не отменял.

– Марьяновна? Серьезно? – хохотнул парень. Если он надеялся меня задеть, то словесный удар пролетел мимо. Будто я всю не выслушиваю про то, как можно быть «Марьяновной». Понимаю, даже для моей деревенской глуши причудливое имя «Марьян» это слишком. Ладно, хоть про деда не знают, а то приколов было бы в шесть раз больше.

– Что-то смущает? – без лишних эмоций поинтересовалась у своего будущего подчиненного.

– Ну… так… Любопытно, как пролегал ваш путь к повышению, Анна Марьяновна. Вы же были простой секретаршей, а не директором.

– ИО, – в очередной раз поправила я, на этот раз с бессильным раздражением. Ох уж мне эти «намеки». Опять же, ничего нового, но все равно обидно. Будто половина офиса не шепталась по поводу моего удачного «лежания» под новую должность. Вторая половина – говорила в открытую. – А вы с какой целью интересуетесь? Хотите «смазать» тернистый путь карьерного роста?

Ответом Андрей меня не удостоил. Презрительным взглядом – пожалуйста. Возможно, даже презрительным молчанием.

– Вернемся к собеседованию? – поинтересовалась у парня. А то, может, он придумал, как съязвить еще. – Опыт работы?

Одна бровь Андрея изогнулась в крайнем удивлении.

– Какой опыт?

– Какой-нибудь, – уточнила я неуверенно.

– Вы будете у меня первой, Анна Марьяновна, – гаденько сощурился Андрей. Парень сложил руки на атлетической груди.

– Тебе сколько лет?

– Мы снова на «ты»? Честно, я не успеваю следить за сменой вашего настроения, Анна Марьяновна,

Ох, кто-то решил меня побесить этим своим «Анна Марьяновна». Как он нарочито выделял мое имя. С какой-то издевкой в интонации.

– Тебе же лет тридцать! – и да, от меня это звучало обвинением.

– Двадцать восемь, – поправил Андрей.

– Двадцать восемь. И ты никогда не работал? Может, неофициально? – в голове не укладывалось. Руки-ноги у парня на месте. Вроде бы. Экономическое образование – есть. А опыта работы – ноль. У меня в мои двадцать шесть уже восемь лет за хрупкими девичьими плечами. Это я не считаю летние подработки с момента получения паспорта. Пенсионный фонд не посчитает, вот и я не буду.

– Я как-то танцевал на девичнике, – чистосердечно признался Андрей. – Будет считаться за работу, если девочки выпили и стали засовывать купюры мне в…

– Даже знать не хочу, – перебила я нескромные признания. И парню нравилось, что я не захотела его слушать. Андрей раскинул ноги, чтобы мне стало лучше видно блестящую пряжку его ремня. Знаем мы эти психологические приемы. Не буду туда смотреть. Может не демонстрировать.

Кажется, мы зашли в тупик. Лезть в личную жизнь Андрея, чтобы узнать – как он сохранил свою рабочую девственность мне… черт, интересно, но не буду. Сильно повезло мальчику, рада за него. Спрашивать что-либо еще по работе – не вижу смысла.

– Когда можешь выйти? – какая-то усталость навалилась разом. Или скука. Не знаю. Подперла голову рукой.

– Чем скорее – тем лучше.

– Похвальное рвение, – буркнула я. – Тогда завтра. Жду в восемь. С собой паспорт, военный билет, СНИЛС, ИНН, диплом…, – чуть не зевнула.

– Отлично. А что по условиям? – задал вопрос Андрей.

– Ты не опаздываешь,  я тебя не увольняю.

– Я про работу. Что нужно будет делать? Продажи? Планирование?

Кхм. Улыбнулась. Ох, злая я, наверное.

– Андрей. Ты понимаешь… У тебя нет опыта. Никакого. Твое образование… Ты диплом получил лет пять назад? – парень кивнул. – Без работы по специальности он особо не котируется. Единственное, что мы можем тебе предложить, это должность секретаря. И то, я не уверена, что ты с этим справишься. Без обид.

Андрей насупился. Поджал губы. Даже кулаки сжал.

– Слушай, я же не тупой, – на удивление спокойно произнес он. – Действительно думаешь, что не справлюсь с приемом звонков. Или с варкой кофе. У вас же кофемашина стоит?

Ага, то есть кофе – все-таки с условиями.

– А остальное? Документооборот? Навыки деловой переписки?

– Легко, – заверил меня Андрей.

– Посмотрим, – на слово верить не стану. – В любом случае… Тебя придётся обучать программам.

– Еще раз – не тупой. У меня компьютер появился раньше, чем у большинства жителей этой страны. Может, дашь мне что-нибудь посерьезнее места секретарши? Или…

Андрей поднялся со стула и подошел к моему столу. Нагнулся, чтобы оказаться в нескольких сантиметрах от моего лица.

– Или ты хочешь, чтобы я был поближе. Доминирование заводит?

Господи, дай мне терпения. Одной рукой набирала сообщение Сергею Викторовичу, чтобы еще раз уточнить – насколько сильно он хочет, чтобы его товарищ работал в нашей компании. Как хорошо, что это я умею делать вслепую. Второй – уперла ладонь в лоб нахала и заставила отстраниться.

– Ты здесь только потому, что об этом попросил Сергей, – решила расставить все точки над i. Чтобы потом Андрей никаких фантастических предположений не высказывал. – Я бы тебя не взяла и на эту должность.

– Потому что до сих пор злишься, что я тебе не перезвонил?

Рука как-то сама легла на дырокол. Он у меня тяжелый, хороший… Жалко, если сломается о голову этого самовлюбленного придурка.

– Ты вроде сказал, что не тупой.

– Ну?

– Тогда заканчивай говорить глупости, – отрезала жестко. – Во-первых, я не смешиваю личное и работу. Во-вторых – было бы о чем переживать.

Всего-то затащил меня в постель, пробил подружке рабочее место и кинул. Вот совсем моих переживаний не стоит. Ни выплаканных слез от обиды, ни сгрызанных ногтей в ожидании звонка. И сегодня, пока представляла, как пройдет это дурацкое собеседование.

– Вот и отлично, – улыбнулся Андрей. – Сходим с тобой на свидание?

Глава 4

«Ты уверен, что не тупой?» – хорошенько отсмеявшись, поинтересовалась у меня новоявленная начальница. Но я и не обиделся.

Пусть думает, что хочет. Мне нужно было закинуть удочки. Кто ж ее знает, что у Марьяновны в голове творится? Мне лишние конфликты ни к чему. Свидание – просто один из способов немного наладить отношения. Пока денег нет.

Черт, насколько все проще, когда есть свободные финансы! Подарил какой-нибудь последний флагман в няшном чехольчике – и всё. Никаких проблем в руководством. Или с обиженными девицами.

После собеседования в моем распоряжении оказалось половина свободного дня. Так что включив навигатор в телефоне, отправился домой пешком.

Анюта – не Сергей. С Никифоровым была призрачная надежда на получение аванса. А с новенькой на его месте – никаких.

Три с половиной часа прогулки – не самый плохой способ убить время. Дома принял душ и завалился спать, попутно размышляя, чем бы пронять злючку-начальницу. Мне нафиг не надо, чтобы она ставила мне палки в колеса. Или срывала на мне свое хреновое настроение. Или еще чего.

В целом, картина ясна. Без опыта и связей – мне идти некуда. Опыт пока будет капать весьма сомнительный. Связи… Для связей нужны деньги, которых нет.

В общем, вместо здорового и крепкого сна полночи прикидывал контакты, которые могут быть полезными. Кого я еще не задействовал, пока волочил свое мещанское существование в изгнании.

С утра в офис приехал минут на десять раньше. Злой, как черт. Не выспался. Вообще. Подъем ни свет, ни заря радости на лице не прибавлял. Единственное, что хотя бы чуть-чуть поднимало настроение – наличие кофемашины у работодателя.

– Привет, – неуверенно поздоровалась девочка, вошедшая на кухню.

– Привет, – улыбнулся я блондиночке.

– А вы кто?

– Новенький, – новеньких же все любят? Особенно в женском коллективе, если ты не очередная баба. Отсутствие у меня кольца на стратегическом пальце моментально прибавляло мне балов привлекательности для всех дам от восемнадцати до сорока пяти. – Хотел кофе попить, пока кадры не пришли. Поможешь?

Закусил губу, оценивая девочку долгим взглядом.

– Конечно, – сотрудница явно смутилась, ее скулы чуть покраснели. Девочка кинулась к шкафу, достала чашку.

– А я свою забыл принести, – посетовал, отходя в сторону.

– Ничего страшного, у нас тут все общее…, – девушка суетилась.

Заправляя волосы за ухо, включила кофемашину, набрала воды в лоток. Смотрел внимательно, чтобы потом самому справляться. Не каждый же раз будут попадаться сердобольные помощницы.

– А ты в какой отдел?

– К Марьяновне, – ответил, и сразу заметил, как скривилось симпатичное личико. Ага. Кто-то недолюбливает начальницу?

– Тогда у вас там своя кухня есть.

– Я уже видел, – ответил спокойно. – Но здесь, если честно, уютнее. Так что если не погоните…

– Конечно нет! – улыбнулась девица. – Тебе с сахаром?

– Я сам положу, – три шага, и принял кружку с горячим кофе у своей помощницы из рук. Какое-то легкое, простое прикосновение, а девочка снова зарделась, засмущалась.

Сахарницу я уже приметил. Шесть ложек – и, может быть, мозг начнет работать бодрее.

– Ой, что же я… У нас же тут…

Девочка достала из шкафчиков несколько упаковок печенья, пластиковый пакет с пряниками. Из холодильника – остатки шоколадного торта.

– Может молока? – предложила она.

– С удовольствием, – ухмыльнулся. День стремительно становился лучше.

Завтрак есть. Уже неплохо.

– Может еще подскажешь, где тут кадры? А то я еще потеряюсь…

Жизнь определенно прекрасна. Добрая незнакомка и накормила, и напоила, еще и до нужного кабинета довела, чуть ли не под ручку.

– Тук-тук, я к вам, – заглянул в кабинет HR-отдела. И снова женщины. Я уже почти люблю свою работу. – Мне оформиться.

Только слепой не заметит, как одна из сотрудниц постаралась поправить прическу, другая полезла в косметичку за помадой. Третья – самая шустрая, обратилась ко мне:

– Садись, – пригласила, даже встала, чтобы стул подтащить к своему столу.

– Ну что вы, я бы сам, – перехватил инициативу.

– Можно на «ты», – предложила мне сотрудница. – Документы принес? Ты же Андрей?

– Он самый, – не переставал улыбаться. И с наигранным интересом оценивать малинник. – Уютно тут у вас.

– Спасибо. Вот, – мне протянули несколько листов. – Это договор. Ознакомься, если все устраивает – подпиши, я отметила стикерами.

Какая забота. Все подготовили к моему приходу.

По поводу «если всё устраивает» девушки, конечно, погорячились. В любом случае выбор у меня не большой. В условия особо не вчитывался – типовая форма, все стандартно. Оклад тридцать тысяч… Печально. Очень. Слабо себе представляю, как на эту сумму можно неделю просуществовать. А месяц? Минус десятка на коммуналку… Грустно. Посмотрел бы я, как у меня родители попробуют на такие деньги пожить месяца два-три.

Но в любом случае промолчал и начал подписывать.

Кадры вопрос зарплаты не решают.

– А если честно, – обратился я осторожно к ближайшей из девушек. – Тут хоть… нормально?

Девчонки переглянулись.

– Нет, просто всякое бывает… – добавил я ни к чему не обязывающее уточнение.

– Конечно нормально! – ответила та, что сидела у окна. – Зарплату не задерживают, бонусы всякие есть.

А вот это уже интересно.

– Какие, например?

– Проезд оплачивают, – стала загибать пальцы. – Кстати, тебе нужна будет транспортная карта? Или ты на машине?

Мда… Рано я отказался от предложения вернуть мне автомобиль.

– Пока своим ходом, – признался с искренней грустью, вспоминая, сколько вчера добирался домой пешком.

– Тогда держи, – мне протянули заявления на карту. – Заполняй. Девочки тебе принесут вечером проездной.

– Отлично, – улыбнулся своей фирменной. – Тепло у вас принимают.

– Это что… – протянула рыженькая возле двери. – Тебе вообще повезло. Наверное. Когда Сергей Викторивич был, у его ассистента vip-обеды из ресторанов каждый день были… Наверняка Аня оставит эту традицию.

М-м-м, было бы шикарно.

– Ну не знаю… Отрываться от коллектива не слишком хочется. А вы куда ходите обедать? – опять обращался ко всем.

– Маринка вообще из дома носит, – попробовал сориентироваться, кто из них «Маринка», но не могу ручаться, что правильно понял. – На втором этаже есть столовая для сотрудников. Можно оформить обеденную карту, там лимит на сто пятьдесят рублей в день на питание.

Еще одна хорошая новость.

– А мне можно будет оформить? – поинтересовался в очередной раз осторожно. – Мало ли, вдруг новое руководство традицию поддерживать не станет.

Что вряд ли. Анюту я найду способ уговорить не делать глупостей. И сам их делать не собираюсь – отказываясь от бонусов.

– Ух уж мне эти перестановки, – буркнула рыжая у двери.

Да… Руководителей обычно никто не любит. Новых – тем более. Особенно если не понятно, что от него (в нашем случае – от неё) ждать.

Возможно, хорошо, что я условно приближенный. Если не зевать, новые веяния буду узнавать первым. Еще один вариант сблизиться с коллективом. Немного бабских сплетен, немного новостей с самого верха. Море моего обаяния.

И я в шоколаде.

***

– Ты опоздал, – вместо приветствия выдала Аня, как только я появился в нашем с ней закутке.

И все равно – красивая она. Есть в ней какая-то изюминка. Простая белая блузка, темно-синяя юбка-карандаш, тонкие и высокие каблуки. Стильно, без излишеств. Очки добавляли образу строгости.

Но я-то знаю, какой мягкой и податливой она умеет быть.

– Не опоздал. Оформлялся.

– Полтора часа? – с сомнением поинтересовалась девушка, элегантно изогнув одну бровь.

Ну да… Разболтался с девчонками. Налаживал контакты.

– Ладно. В любом случае… – Анна Марьяновна приложила ладонь ко лбу. То ли пыталась что-то вспомнить, то ли температуру проверяла. – Посиди сегодня на ресепшен. Пока мы не нашли нового офис-менеджера.

– Вообще, это не входит в мои обязанности, – заметил я. Что это за произвольная эксплуатация? Я тут нанимался личным помощником, а не офисным универсалом. Хотя, что это я? На ресепшен контроля меньше, девчонки ближе… Для начала можно и там потусить. Жаль только, Аня решит, что на меня подействовал ее суровый взгляд. – Ладно. Не дурак, понял.

– Там есть таблица с добавочными номерами, – подсказала добрая начальница. – Приветствуй всех вежливо, проговаривай название фирмы и свое имя. Прежде чем соединять с кем-то – ставь на удержание, уточняй – смогут ли принять звонок.

Это и ежику понятно.

– Потом пройди по офису – проверь, не пора ли заказывать воду. И проверь, что по бумаге.

– Еще что-нибудь?

Опять она смотрела на меня так, словно я недалекий. Это неприятно. Реально неприятно.

– Давай, смелее. Вряд ли моих талантов хватит, чтобы за один день развалить фирму, – подбодрил я Анюту.

За себя было обидно. Беспомощным я себя никогда не считал. И отчего-то хотелось доказать начальнице, что справлюсь с задачами посерьезнее приема звонков и учета воды.

Нет.

Не начальнице. Ане.

Начальницей-то она не факт, что останется. А вот чисто по-мужски разгоралось желание побыть в роли альфа-самца.

– Я подумаю. Сначала сделай это.

И все. Ушла. Не оставила шанса поговорить как-то… более по-человечески, что ли. Кофе пойти попить. Ну, или хотя бы ей заварить.

Хотя – так и так унизительно.

Ну и к черту.

Ресепшн так ресепшн.

Мне потребовалось минут двадцать, чтобы переосмыслить  плюсы и минусы своей временной ссылки.

Не знаю, что там с доступом у меня на рабочем компьютере, а вот на ресепшн удалось изучить кое-какую внутреннюю документацию.

Девяносто девять процентов информации – для меня не несут никакой ценности. Но зато тот самый один процент – весьма актуален. Во-первых, имена сотрудников, их должности и фотографии. На память в целом никогда не жаловался, так что довольно шустро запомнил всех тех, кто может мне быть полезными. Во-вторых, недокументированные бонусы, о которых кадры мне не рассказали. Контракт со СПА-салоном в центре города, с формой запроса. Ее сохранил себе в отдельную папку, чтобы не потерять. Хороший массаж после тяжелой трудовой недели мне будет жизненно необходим. А с тем потоком документов, что идет в бухгалтерию, они и не заметят четыре – пять лишних походов в СПА. Этот момент я тоже оценил – главное не выбиваться слишком сильно из средних затрат. Подпись у Анюты несложная, скан печати найти вообще не проблема.

Абонемент в спортзал для всех сотрудников. Тоже неплохо. Было бы, где убивать время. Проверил в интернете – у них есть бассейн и сауна.

Считай – отличный отдых мне обеспечен. Так что как только закончится мой испытательный срок, надо будет напомнить кадрам, чтобы оформили мне клубную карту.

Скидки на туры? Хорошо, но пока вообще неактуально. Промо туры? Если не найду подход к начальнице, могу и не мечтать. Но я найду. Скоро зима, и торчать в Москве с такие морозы я не собираюсь.

Обеды в офис из ресторанов?

Соблазнительно. Но тут нюанс – заказываешь за свой счет, потом отчитываешься по чекам и ждешь компенсацию.

Что приводит меня все к той же проблеме – срочно нужны деньги.

Сдается мне, что от гитары придется тоже отказаться. Увы.

– Андрюш, пойдешь чай пить? – ко мне заглянула утренняя знакомая. Жанна, как я теперь знал. И даже не стыдно, что залез туда, куда не звали. В конце концов, про меня же девчонки уже успели поговорить, я уверен.

– Если отпустят, – кивнул в сторону коридора начальницы. – Минутку, и я буду полностью в твоем распоряжении.

Поднял трубку и набрал внутренний номер Ани.

– Звоню спросить, можно ли мне отойти.

– Уже? – рявкнула девушка. Довольно грубо. – Ты и часа не просидел!

И это ты еще не знаешь, что все равно отходил. Я же не дурак отпрашиваться каждый раз. Позвонил только для Жанны. Если Анюта меня не отпустит, то плохим буду не я.

– Ну, звонков все равно нет.

– А остальное?

– Ладно, понял, – повесил трубку со вселенской скорбью на лице. – Не могу. Надо работать…

– Мда… Как людей меняет должность.

Власть и деньги. Жанночка, ты даже не представляешь.

– А когда она здесь сидела, то первая в чайную убегала, – посетовала девушка. – Теперь заперлась в своем кабинете, и как будто важнее всех стала.

Да, Анют… С такими настроениями ты долго на месте не продержишься.

– Может, тебе помочь чем-нибудь? – предложила моя доверчивая подруга. Ммм, у меня целый список есть, что надо сделать.

Интересно, я скотина?

Глава 5

– Ты разве совсем ничего не понимаешь? – убрала трубку подальше от уха, пока не оглохла. – Нам тоже нужна помощь! Мы тебя растили, мы тебя кормили, а ты все деньги сливаешь на нее!

Подперла голову рукой. Это невыносимо.

Каждый месяц одно и то же. Мои знают, что скоро зарплата, и начинаются звонки из родной деревни.

– Ты понимаешь, что ей уже ничем не поможешь? Для нее жизнь закончилась. А у нас с твоим папой – еще все впереди.

Молчала. Потому что стоит ответить, и скандал начнет набирать новые обороты.

– Тася, между прочим, двоих растит! Двоих, Аня! У Женечки мужа с работы уволили. А мы с твоим папой уже не молодые, тоже все на своих плечах тянуть не можем…

– Мама, – быстро отрезала я. Нет, все-таки, промолчать не получилось. Как, впрочем, и всегда. К мачехе я отношусь в целом неплохо, но «мамой» зову исключительно из-за ее прихоти. – При всем уважении. Тася сама решила, что хочет родить еще одного ребенка и не выходить из декрета. У Лёни это четвертая работа за полгода, с которой его выгоняют…

– Потому что его не понимают!

– Потому что он пьет, – чуть жестче перебила я мачеху. – И вас всех это устраивает. Женю в первую очередь.

– И что, ты предлагаешь теперь из-за этого семью рушить?! Ты о сестре подумала? Что люди скажут? Кому сейчас нужны брошенки тем более с прицепом?

Ага. Тебя папа с двумя девочками принял, а дочка вот прям обречена будет на одиночество. Такая милая двуличная позиция.

– Да и потом. Дети должны расти с отцом…

О да… Тоже знакомая песня. С отцом, но за счет тети.

– Ты своих детей не имеешь, вот и говоришь глупости. Говоришь тебе, объясняешь, все как об стенку горох. Нам с папой нужна помощь. Ему тяжело!

А мне не тяжело? Я, может, тоже хотела вместо всех уроков гулять с друзьями дни напролет. И вместо подготовки к экзаменам – бегать по дискотекам. Детей завести – много ума не надо. Отличная позиция по жизни: а давайте в восемнадцать все, кроме старшенькой, начнут рожать, а Анюта пусть спонсирует демографический рост в семье.

Все-таки, хорошо, что я не сказала своим про повышение. Звонков бы стало только больше. Да и от любимого прозвища «пустоцвет» не избавило бы. Я ж неудачница – мужика нет, детей нет. Тридцатник на носу, а я все одна.

– Мам. Вот вы сейчас не обижайтесь все. Но… я понимаю, почему папе тяжело. Ему скоро на пенсию, а ему приходится на себе тащить трех взрослых кобыл и одного пьянчугу. Тебе сорока нет, могла бы тоже выйти на работу.

– Что?! – взвизгнула Таисия. – Марьян! Марьян, ты слышал! Твоя дочь меня кобылой назвала! Вот… я к тебе, как к родной всю жизнь! Как свою воспитывала!! А ты… Я, – в дело пошли слезы. – Я не для того свою жизнь положила на всех вас, чтобы теперь слушать такие слова! Тебе должно быть стыдно! Ты бесчувственная… неблагодарная…

Да-да-да…. Закатила глаза.

В целом, как и ожидалось. Лучше бы промолчала, честное слово. Стандартная пластинка.

– Ладно, ма-а-ам, мне пора. Потом еще созвонимся.

– Созвонимся… Ты он нас и думать не хочешь…

Сбросила звонок. К гадалке не ходи – вечером будет звонить отец и извиняться. Хотя бы он не считает, что я обязана пересмотреть свои решения.

Рабочий день начала с совершенно нерабочих моментов. Открыла личную почту. На календаре шестое, а значит должен был прийти счет из маминой клиники. Родной мамы. Цифра в конце оставалась, как обычно, неизменной. Одно радовало – с новой должностью и зарплата новая. Так что теперь уход за мамой будет занимать не девяносто процентов моего оклада, а только пятьдесят.

Счет отправила на принтер. Хм, у меня теперь есть личный, в своем кабинете. Можно не бегать к общему, чтобы забрать поскорее. Стандартные десять дней для оплаты. Но у меня уже все отложено, так что в обед можно дойти до банка и совершить перевод.

Таисия может говорить что угодно. Я и сама понимаю, что Альцгеймер – это, по сути, приговор. Но совершенно не повод бросать маму без ухода. Бабушки давно нет, круглосуточно я бы не смогла с мамой сидеть, так как все равно кто-то должен зарабатывать на еду, квартиру и лекарства. Клиника – выход.

А отказаться от нее, чтобы мои сели мне на шею… не могу.

Наверное, я скотина.

Еще этот «помощник». Свалился мне на голову, как снег в середине июля.

«Вовремя».

Мне бы со своей должность разобраться для начала. Посмотрела на гигантскую стопку документов, которая лежала на столе. Мой предшественник, конечно, провел со мной экспресс-курс «как руководить фирмой», но мандраж не отступал.

Ощущение, что я могу все испортить не покидало с тех самых пор, как я заняла новый кабинет.

«Я тебя умоляю,» – отмахивался Никифоров, – «Ты знаешь все про наше дело. И про наших партнеров. Если бы я не был уверен, что ты справишься, даже если я уволю вообще всех сотрудников из головного офиса, я бы и не предполагал тебе должность.»

«Пожалуйста, не надо», – попросила его в тот момент. А то мало ли, Сергей Викторович тот еще шутник. С него станется.

Вон, Андрея Коржаненко же прислал ко мне.

Чудо в перьях, а не сотрудник, честное слово.

«Сходим с тобой на свидание?»

Интересно, что творится в голове этого самовлюбленного раздолбая? Там или тараканы по пустому пространству бега устраивают. Или раздутое эго из единственной извилины себе качели сделало.

Качели… А я бы покачалась сейчас. Вспомнила бы беззаботное детство, отвлеклась бы.

Вот что мне делать с этим Андреем? Сослала его на ресепшен, чтобы глаза не мозолил. Казалось бы – сиди и принимай звонки. Он и этого не сделал. Четыре раза звонила ему, пользуясь, что там аппарат стоит еще старый, и не определяет номер звонящего. И ни один раз Коржаненко не взял трубку. Либо злостно игнорировал. Или категорически отсутствовал.

Для проверки набрала пятый раз. Но уже ближе к концу рабочего дня. К моему удивлению, на этот раз трубку взяли. Только голос в ней оказался женским:

– Добрый вечер, компания…

– Жанна, – перебила девушку. – Андрей где?

– Он отошел.

В общем, что и требовалось доказать.

– Скажи, чтобы зашел ко мне, как только вернется.

А пока я жду этого прохиндея, полезла в систему. Посмотреть, которые из моих поручений он за сегодня, все-таки, выполнил.

Честное слово – уволю к чертям такого «помощника», если ничего не сделано.

Собственно, повторюсь – всё как я и ожидала.

На лоботрясов у меня настоящая чуйка.

Андрей ввалился в мой кабинет минут через двадцать. Так, будто по-человечески входить не умеет. Обязательно надо толкнуть дверь плечом, чтобы она с силой стукнулась о шаткую перегородку. Обязательно надо растянуться, словно кошак на солнце, демонстрируя широкую грудь, на которой рубашка едва сходится.

Раздражал.

И своим присутствием.

И своим отсутствием на рабочем месте.

Интересно, и где он провел эти двадцать минут, раз не мог добраться до моего кабинета?

– Садись, пожалуйста.

Есть у меня идеи, где гулял этот мартовский котяра. Цветник опылял, не иначе.

– А что у нас с настроением? – поинтересовался парень.

– Ты, – чистосердечно призналась. Если уж совсем искренне, то не только Андрей виновник "торжества" на душе. Со своими загулами по офису. Но, видимо, только он, пока, будет это мое "настроение" терпеть. – Скажи, пожалуйста. Ты на работу зачем устраивался?

Чувствовала себя строгой учительницей, которая отчитывает двоечника. Руки немного чесались взять указку, и показать дуралею, где раки зимуют. За его проделки. Один день в офисе, и уже устроил бардак!

Но насилие – не наш метод. По крайней мере, физическое.

– Что не так-то? Все, что ты велела – я выполнил.

– Ага, – заглянула в экран, чтобы еще раз убедиться в своей правоте. А то этот заливает воду в уши с таким невинным видом, что легко поверить, что это я дурочка слепая. – На звонки вместо тебя отвечала Жанна. Воду в офис заказала Люда из бухгалтерии. Отчет по остаткам бумаги – прислали с рабочего аккаунта Оксаны. Ты чем занимался весь день?

Андрей улыбнулся:

– Я устроил всё так, чтобы всё это было сделано.

Просто отличная «отмазка».

– Тогда ответь мне, пожалуйста. Если всю работу, которую должен выполнять ты, можно незаметно распределить по другим сотрудникам компании, зачем мне держать тебя в штате? Молодец, конечно, что проделал столь ценную перегруппировку. Но, получается, мне выгоднее сократить твою должность и прибавить жалование остальным работникам. Уверена, девочки только порадуются такому решению…

С каждым предложением Андрей терял свою улыбку и все заметнее напрягался.

А с "девочками" надо будет провести отдельную воспитательную беседу. Пока Коржаненко им окончательно мозги не запудрил. У нас коллектив, конечно, дружный, всегда помогут. Но вот сейчас одинокие женщины губы раскатают от общения с этим соловьем, а потом слез не оберешься. Или каких других гадостей.

– Может, стоит давать мне более существенные задания?

– Нет, не могу, – отрезала жестко.

– Ну все понятно.

– Что тебе понятно? – уточнила я. Еще одного концерта с плясками на моей совести я не потерплю. От моих сегодня хватило.

– Всё. Ты дуешься на меня из-за того, что между нами было. И устраиваешь всё это лишь бы поиздеваться.

– Ты серьёзно? – нахмурилась. Мне бы половину самомнения, что есть у Коржаненко. – Ты понимаешь, что чтобы на тебя «дуться», ты должен хоть что-то для меня значить? И ты поднимал уже этот вопрос. Если с первого раза не услышал, повторяю: ты мне параллелен. Если это не касается работы.

– Ну конечно…– протянул Андрей,  закатывая глаза.

– Ну конечно! – повторила я с утвердительной интонацией. – Важнее всего для меня, чтобы работа была сделана. И нет, я не могу поручить тебе ничего серьезнее приема телефонных звонков, потому что даже это ты не делаешь. Я была бы счастлива, если бы у меня человек, способный помочь мне с работой и взять часть обязанностей на себя. Но его нет.

– Если бы ты дала мне шанс…

– Ты бы нашел, кому еще перекинуть задания? – перебила я Андрея. – Мне это надо? Чтобы ты приносил мне результаты чужого труда и, в случае успеха, ждал пряников, а если провалишься – сваливал вину на других? Я не могу и не хочу работать в таком формате.

– Хорошо, – процедил сквозь зубы Андрей. Баран упертый. И лентяй. Ненавижу лентяев.

– Что хорошо?

– Я буду делать все сам, довольна?

– Еще бы спесь поубавить, – намекнула на вздорных характер наглеца.

– Ну, это уже сложнее, лапушка.

– Стоп, – еще раз оборвала Андрея. – Никаких лапушек, милых, заек, котят и прочего зоопарка. Мы на работе. Я твой начальник. Так что будь добр…

– Только на работе? А вне офиса, значит, можно? – парень уселся на край моего стола. Сначала возмущенный и наигранно обиженный кружил по кабинету стервятником, теперь вот.

Господи, за что мне это все? Я же неплохой человек…

– А вне офиса ты мне никто и звать тебя никак.

– Вот, а говоришь, что не злишься.

– Я НЕ злюсь, – рыкнула.

– Тогда почему не хочешь сходить со мной куда-нибудь?

– Потому что мне неинтересно?

– Раньше было интересно.

– Отстань от меня с подобными предложениями, – попросила я. – Последнее предупреждение. Честное слово, какие бы у тебя там ни были друзья, я сделаю так, что ты отсюда вылетишь.

Не Сергея уговорю, так Машу. А она уже надавит на своего будущего мужа.

– Но до сих пор этого не сделала?

– Что еще раз доказывает, что ничего «личного» у меня к тебе нет. Будем считать что один рабочий день – еще не показатель.

Хотя, кажется, с Коржаненко и так все ясно. Диагноз очевиден.

– И завтра ты будешь нагружать меня нормально, как своего ассистента?

О, милый мой, зря ты на этом так настаиваешь. Тебе очень не понравится. Не поленюсь, переброшу на тебя все свои старые обязанности, все обязанности бывшего личного помощника руководителя. Да, придется на каждом шагу контролировать. Но, в конце концов, труд из обезьяны человека сделал. С Коржаненко, может, тоже сработает.

– Хорошо. Завтра получишь по полной.

Глава 6

«Ты мне – никто».

Фраза, которая припечатывает к стенке ржавыми гвоздями. Залипает в мозг и не дает нормально выспаться.

Сначала тебя всю жизнь родители пытаются расформировать из уникальной личности в жалкую, скучную и, главное, бесправную копию самих себя.

Потом какая-то выскочка объявляет никем.

Конечно, Дрю. А ты как думал? При бабле – она с тобой и в клубе станцует, и на квартиру поедет. Без денег – ты пустое место, который или ноги должен облизывать, либо валить на все четыре стороны.

Собственно, еще один чертов урок от жизни. Вернее – урок все тот же самый. Просто повторяется он почему-то по кругу, без остановки.

Не добился успеха, как родители – ты никто.

Не можешь позволить себе машину, клубы – ты никто. Вон, число друзей, которое сейчас равно нулю – прямое доказательство. Не можешь похвастаться достижениями – тоже никто.

Спасибо, Анна Марьяновна, урок усвоен.

С такими мыслями на работу идти вообще не хотелось. Тем не менее я это сделал. Причем приехал даже раньше.

Уж чего-чего, а упрямства у меня хватит на стадо баранов.

Доказать выскочке с удачными связями, что я не пустое место – просто дело принципа теперь. Она думает, что мне слабо справляться с ее бумажками? Посмотрим, что Анюте удастся придумать, чтобы хоть чуть-чуть припугнуть меня мнимыми трудностями.

Хотя, на самом деле, все равно уверен, что она мне мстит. Будто существует какая-то разница – как именно выполнена работа, если она сделана вовремя и качественно.

П-ф-ф-ф.

Сдается мне, Анюта просто не нашла, к чему еще придраться. Так что подозреваю, что каким бы питоном  я тут ни извивался, успеха это мероприятие мне не принесет. Ни малейшего.

Но я не я, если не попробую.

Даже не так.

Помним важную жизненную позицию – мы не пробуем, мы делаем. Или победа, или ничего. Аня – не первый человек, которого приходится переманивать на свою сторону.

Первым делом, появившись в офисе, отправился на начальскую кухню, к холодильнику. Загрузил в него десерты из «Азбуки». Девчонкам в общую чайную тоже принес лакомств. Только для них выбрал свежую пахлаву в вишневом сиропе, а вот Марьяновна получит изысканные капкейки с художественным оформлением в виде космоса.  Цветная темная глазурь, мерцающая звездами-блестками. На вершине каждого кекса – шоколадная планета.

Если это не произведет впечатления на начальницу, то несколько часов моей жизни по находке этого чуда окажутся потрачены впустую.

Гитару и усилком пришлось продавать дешевле, чем планировал. Зато быстро.

Прощай автограф Метью Беллами, здравствуй еда в доме, десерты моим заботливым птичкам и подарок одной стервятнице.

Его, кстати, красиво упаковал. И пока злыдня не явилась на работу, положил ей на клавиатуру.

Раз уж Анюта понимает только язык денег…значит будем прикармливать.

А ведь она мне правда понравилась. Тогда, в клубе.

Милая, нежная девочка с добрыми и грустными глазами. На ее лице так и было написано – ей здесь не место. Только не ночью, не в клубе, который для меня – практически родная обитель. Анюта не такая. Хотелось увести ее подальше от шума, от толпы и от грифов-падальщиков, которые нацелили свои нижние клювы в сторону беззащитной овечки. Пара коктейлей, после которых Анюта перестала быть чересчур зажатой, пара танцев, предложение уехать. С любой другой мой маршрут протоптан годами – квартира, кровать, на выход. А Анечку пожалел. Не ее это. Вместо этого повез ее гулять. В "свое" место. На любимую набережную, к моим скамейкам в тени деревьев, скрывающих парочек от света фонарей. В тишину, где можно одинаково хорошо помолчать и поговорить. Хотел, чтобы девушка перестала смотреть на весь мир загнанной ланью.

И все равно все пошло через одно место.

Каким-то образом мы все равно поехали ко мне, хрен знает как так получилось.  Было что-то вроде "давай вызову такси, поедешь домой, выспишься" и "не хочу домой…" А дальше поцелуи, моя сорванная  башня…

Сам виноват.

Дальше, собственно, у меня был вариант номер один: я не играю в добряка, не убиваю одним выстрелом двух зайцев. В смысле, наслушавшись, как Анюта устала от работы и начальника, я бы мог не пытаться помочь ни Машке (устраивая ей собеседование), ни Анюте (разгрузив от вредоносного начальника).

И у меня был вариант номер два: изобразить благородство и помочь дамам в беде.

В случае номер один, вероятно, я бы до сих пор был при деньгах. Может быть мы бы с Аней созвонились, сходили куда-нибудь. Черт, может быть подружились бы, кто знает?

Но я выбрал вариант номер два.

И сделал неправильный выбор.

И очень зря обещал перезвонить, раз знал, что этого не сделаю. Смысл?

Маша должна была прийти на собеседование, они бы с Анютой разговорились, после чего моя ночная пассия узнала бы, что никакая Маша  мне не "подруга", а очень даже жена.

Но кто ж знал, что Ромашкина в партизана играть станет?

В любом случае – фигня получилась.

Никогда больше не буду помогать людям. Мне это только боком выходит.

Прошелся по офису. Полил чертовы растения, раз уж нужно имитировать бурную деятельность. Непонятно зачем – вряд ли эти старания будут замечены. Но вдруг?

А что, собственно, я работаю без публики?

Глупость какая. Дождался, когда народ начал подтягиваться. Скоротал время за своим столом. На компьютере даже игрушек не было, телефон сел, зарядку я забыл дома. Так что порывшись в шкафах, нашел тонкий маркер и сидел, выводил на белых листах А4 бессмысленные узоры.

Услышав, что возле ресепшн началась какая-то возня, сгреб бумаги…

– Черт, – маркер оставил на поверхности стола следы. Попробовал стереть – бесполезно. Я же выбрал перманентный. Накрыл пятна клавиатурой, а то с Анюты станется – еще штраф влепит за порчу имущества.

– Девчонки, привет, – поздоровался со всеми. – Как настроение?

Мои офисные птички защебетали, щедро зазывая меня в чайную. Отказался. Но сказал, что пройду по кабинетам и проверю воду в кулерах. Не будут же мои птахи мучиться от жажды целый день?

Да и прогиб однозначно засчитают.

Хороший, Андрюша. Андрюша заботливый…

Чувствовал себя дрессированным попугаем. Делаешь хорошо – погладят по голове. Укусишь хозяйку – выдернуть все перья нафиг.

Так что буду хорошим.

На рабочее место вернулся за десять минут до начала рабочего дня. Подцепил с ресепшн почту и журнал, зарегистрировал все входящие.

Так-то, Анют. Ничего в этом сложного нет.

Номер, отправитель, получатель, адрес.

– Доброе утро, Анна Марьяновна, – заставил себя улыбнуться и выдавить милым тоном. – Входящая почта готова.

Протянул ей письма, адресованные директору.

– Доброе, – без толики доверия девушка приняла почту. – Только конверты надо вскрывать. Ставить в правый нижний угол печать о входящем. Есть в нижнем ящике. Потом можешь набрать на штампе свою фамилию и инициалы, чтобы от руки не писать каждый раз. Потом делаешь сканы. Спам в корзину для переработки. Остальное – рассылаешь по отделам на электронки. А там уже придут за оригиналами.

Кто бы сомневался, что мной опять будут недовольны.

Ну да ладно. Я-то откуда знал о таких тонкостях?

Надо взять на заметку – перепроверять заранее. С исходящими наверняка такая же морока. Но раз есть сканы, то разберусь.

– Список задач на сегодня у тебя на почте. Я до обеда на встречах.

– Еду заказать? – памятуя, что начальники у нас питаются в ресторанах, уточнил у Ани.

– Нет, не стоит. Я поем в столовой.

В столовой? Ох, девочку точно надо учить быть руководителем. Столовая? Меня пока это слово пугает, хотя сто пятьдесят рублей лимита на день душу греют. Наверняка на какой-нибудь суп хватит. Или котлетки…

Черт, как я хочу котлеток! Интересно, кто из девочек в офисе умеет готовить? И как бы их приболтать поиграть в гуманитарную помощь моему желудку? Я сдохну питаться каждый день только лапшой и пряниками.

– Ладно… – Аня неуверенно помялась возле моего стола. – Будут вопросы – спрашивай.

Фиг вам.

Проводил начальницу взглядом.

Гордые, сами разберемся, как справляться с этими страшными и жуткими задачами. Компьютер загрузился на удивление быстро. Для такой рухляди даже странно. Почту запустить удалось тоже без проблем. Надо сказать, машинка у меня действительно летала. Ни тебе раздражающих залипаний, ни подвисания мышки и затяжных открытий программ.

Письмо Марьяновны нашел без проблем. Единственное на моей почте.

Так… Поглядим, что она мне там придумала…

Мама родная, я на что подписался?

Нет, понимал, что лишение рабочей невинности вряд ли пройдет приятно, но в глубине души все-таки надеялся хотя бы на прелюдию. А тут настоящий хардкор, так что немцы позавидуют.

«Список дел для Коржаненко А.М.

1. Вызов мастера для ремонта копировального аппарата».

Как и думал – это просто. Сразу взял ручку и сделал пометку – найти список тех, с кем мы работаем. Должен же быть договор? Тут девочки помогут и подскажут. Вызову сам, как только узнаю, что именно у нас сломано.

Плюс – уточню, вдруг еще чего починить надо?

«2. Регистрация входящей документации»

Почти сделано.

«3. Подготовка исходящей документации».

Марьяновна немного зануда, я посмотрю. Я бы обошелся «Вх/Исх», а не расписывал на два пункта.

Кстати, про исходящие – весьма расплывчатый пункт. Задание с подвохом. Точно вижу у себя на столе лотки «на подпись» и «с подписью». Значит, что? Значит, еще что-то нужно оформить у Анюты, которая будет только после обеда. И потом, "подготовка" – это что? Завернуть в конверты, зарегистрировать, вызвать курьера? Ладно, по ходу дела разберусь. Будет время – сделаю программу максимум.

«4. Смета на канцелярию. Осень».

Пока не знаю, но что-нибудь придумаю. Наверняка можно старые данные дернуть.

«5. Журнал расхода бумаги»

Какой еще журнал? Фиг с ним, у девочек узнаю. Сделал еще одну пометку.

«6. Учет нарушений дресс-кода».

Она издевается?

Ведьма.

Мало того что мне этот дресс-код надо найти. Так а потом что – стучать на своих птичек, если кто-то придет не по форме? Не говоря уже о том, что я буду номер один в списке нарушителей. Уже успел заметить, что тут ходят в костюмах, а сам их терпеть ненавижу.

Но куда важнее момент про «стучать» на девчонок. Ситуация-то патовая. Не скажу о нарушениях – не справлюсь с задачей, скажу – настрою коллектив добрых птах против себя.

Вот почти уверен, что Анюта этот пункт назло мне вписала.

Ревнует? Было бы неплохо. Но пока слишком оптимистично.

«7. Создание рассылки по списку. Список прилагается».

Посмотрим… Эксель немного завис, пока я его загружал.

Оно и понятно.

Две тысячи триста шестьдесят четыре позиции. Фамилии, имена, отчества, адреса. Физические, не электронные.

Мне надо за сегодня все это отправить? Почтой? Челюсть немного отвисла.

«8. Да, отправить. Да, почтой.»

Точно ведьма.

«9. Обслуживание посетителей»

Тоже «отлично». У меня тут две с хреном тысячи писем (как я надеюсь, что им не придется присваивать исходящие номера и делать сканы), так еще бегать и встречать посетителей?

Весело. Видимо, придется перебраться на ресепшн, когда займусь этим делом.

Две тысячи писем! Мать. Это коробка бумаги. И конверты, которые где-то надо взять, а значит – опять пытать девчонок.

И никакой помощи. Все сам, все сам…

«10. Переписка с партнерами».

Ну, это мне пока все равно не светит, партнеров у меня никаких нет. А те, что есть у фирмы – пока не знают мой адрес.

Построчно читать задания надоело, так что промотал страницу вниз, неутешительно обнаружив еще двадцать семь пунктов.

Мда. Поздравляю, Дрю, ты теперь Золушка.

Глава 7

Со встреч вернулась выжатая, словно лимон. Проковыляла в свой кабинет, только краем глаза заметив, что Андрей перебрался на ресепшен.

И вроде как работал.

Может быть и любопытно, но пока не до этого.

Упала на кушетку в кабинете и мысленно поблагодарила бывшего руководителя за то, что он установил тут этот предмет интерьера. Ноги гудели и могли посоревноваться в этом бедовом занятии с моей головой. Такое чувство, что мозоли не только на пятках, но и на мозге.

Пустом и бесполезном, раз он подсказал, что ехать на встречи с партнерами надо непременно на каблуках.

Так «типа» солиднее.

Прикрыла глаза ладонью, силясь обуздать головную боль.

Не представляю, как Никифоров справлялся со всем этим каждый день, при этом неизменно с улыбкой приветствуя меня в офисе, когда возвращался. Мне кажется, что сейчас я своим выражением лица способна только поджигать людей. Так что с целью безопасности окружающих, скрылась в своем кабинете. Взяла себе пять минут на то, чтобы прийти в форму.

И все равно – вместо тишины, которую так отчаянно желала, услышала, что дверь в кабинет открылась.

Но… не хочу вставать. Сил на то, чтобы краснеть из-за неподобающего руководителю вида, хватит. На то, чтобы быстро вскочить, поправить юбку, пиджак и волосы – нет. Вообще нет.

– Жива?

М-м-м, Андрей. Кто бы сомневался.

– А что? Не очень похоже? – поинтересовалась я, не поворачивая головы. Мои пять минут еще не истекли.

– Тяжелый день?

А вот теперь я точно услышала нотки ехидства в голове своего горе-помощника.

– А у тебя? – ответила Андрею с не меньшей издевкой.

Андрей не ответил, но я услышала, что мужчина подошел к моей кушетке. Видимо, все-таки придется вставать.

«Р-р-р-р», – опустила руки на кушетку, чтобы приподняться на локтях. И левой ладонью влезла во что-то липкое, мягкое… спасибо, хоть холодное. А то от Андрея я чего только не жду.

– Фу-у-у, – посмотрела на свою ладонь, которая оказалась измазана чем-то черным, блестящим, тягучим. И пахло ванилью.

– Был капкейк, пока ты не уничтожила его, – Андрей невинно улыбнулся. – Я тебе чай принес. И перекусить.

Посмотрела на ассистента без малейшего доверия.

– Почему он черный? – никак не могла понять, что это такое. Еще между пальцами застряло что-то круглое.

– Может тебе полотенце принести?

– Нет, я лучше помою руки.

Таки заставили меня встать и куда-то идти. Андрей последовал за мной на кухню хвостиком.

– Давай сразу договоримся – никакой еды на рабочем месте? Тараканы придут.

А я вообще перестану вылезать из кабинета. Хотя, если «заботливый» ассистент будет подкладывать мне сладкие мины…

Включила теплую воду, намылила руки. В раковину с глухим звуком упал шарик.

– Что это? – взяла, но за пеной и расплывающимся от теплой воды серым нечто – фиг поймешь.

– Видимо, Луна.

Быстро сполоснула руки и развернулась к Андрею лицом.

– Коржаненко, ты совсем охренел? На рабочем месте нельзя употреблять запрещенные препараты.

– Да я серьезно, это Луна, – мне протянули картонную коробку, в которой осталось шесть кексов с черным блестящим кремом и… планетами?

Посмотрела в глаза парню. Вроде не красные, зрачки адекватные.

– Это можно есть?

Такую красоту? Рот невольно наполнился слюной, желудок этого настроения не разделял. Во мне было столько чая и хлебных палочек, что тошнит.

– Нет, если есть желание, можно и дальше втирать в руки, – протянул саркастичный помощничек.

Еще раз заглянула в коробку. И даже осторожно дотронулась до Марса, желая убедиться, что это все настоящее. Планеты были так искусно разрисованы, что легко угадывалось кто есть кто.

– Где ты такое нашел? – спросила с восхищением. Ничего подобного в жизни не видела. И в голове не укладывалось, как такое могли приготовить из съедобных ингредиентов.

– Места знать надо, – улыбнулся Андрей хитро.

Вот значит как? Удостоила секретаря мстительным взглядом.

– Чем сегодня занимался?

– Твоим списком, – Андрей прислонился к столешнице, сложил руки на груди.

– И много сделал?

– Не всё, – недовольно процедил парень.

Я как бы и не надеялась. Задач-то я ему нарезала на неделю вперед, так сказать – программа-максимум, чтобы не расслаблялся.

– Визитки привезли, положил к тебе на стол.

Я не зануда, и не зазнайка. Но то что Андрей так и обращается ко мне на «ты» очень выбивает из колеи. Будто намеренно тыкает меня носом в то, что между нами что-то было.

– … Со входящими, исходящими разобрался. Посетителей не было. Смета… Вроде накидал.

– Вроде?

– Лучше проверить.

Ну, это по крайней мере честно. В любом случае перепроверять придется всё, что он там натворил.

– А визитки про бренд-буку заказывал? – задала уточняющий вопрос. Не то чтобы я старалась подставить своего секретаря, не разъяснив ему некоторое тонкости… Хотя, может показаться, что именно это я и делаю. По правде было просто интересно – как Андрей подойдет к работе. На «тяп-ляп», или все-таки включит голову?

– Бренд-бука не нашел, но нашел макеты прошлых визиток и уточнил у девочек, не менялось ли ничего.

Похвалить его что ли?

– А с рассылкой?

– Не успел, – Андрей смотрел на меня долго, испытывающе. – Но все распечатал. Конверты, наклейки, сами письма. Упаковал… Не, знаю, может быть половину.

– Наклейки?

– Ну не вручную же мне выписывать адреса? – парень напрягся. Видимо, никак не мог определить – собираюсь ли я его уволить, поиздеваться над тем, что он не справился с задачами, или (может) похвалить.

Забавно, что он считает меня настолько злобной стервой. Вот вроде живешь, никому ничего плохого не делаешь… Но нет, каким-то образом все равно всем не нравишься.

Родным, коллегам, мужчинам. Хочешь-не хочешь, начнешь думать, что, может, со мной что-то не так?

Видимо, мне надо устроиться на вторую работу, чтобы ту зарплату перечислять отцу и остальным. Здесь отказаться от должности, чтобы Андрюшу порадовать повышением. Всем в офисе объявить, что повышение получила через постель, в чем искренне каюсь. И прибудет со мной всеобщее обожание.

Ну бред же?

– Хорошо, – растерла руками лицо. Никто не обещал, что будет легко. Справлюсь и без стороннего одобрения. – Ты проверял, что там все без ошибок?

– Ну… да?

– Не слышу я уверенности в голосе.

Андрей поджал губы.

– Я копировал все из твоего списка. Ничего не менял, так что какие ошибки? Контрл-цэ – контрл-вэ, это не так сложно, – еще одна ехидная улыбочка в мой адрес.

Он копировал все вручную? М-да… Наверное, стоит ему рассказать, как создавать автоматическую печать ярлыков, чтобы задача заняла не половину дня, а минут пять – десять.

Но, как ни крути, Андрей старался. Вроде как. Конечно, еще надо проверить, где этот жук успел схитрить, но, чувствую, шаг в нужном направлении все равно сделан.

– Ладно. Оставь все у меня на столе и можешь идти домой.

Будем считать, что это мое «спасибо». Свалить с работы за час до окончания рабочего дня – неплохо. Мне вот еще сидеть неизвестно сколько. Встречи затянулись, и я и половины запланированного не сделала за сегодня.

– Домой? – не оценил моего добродушия Андрей.

– Домой, домой, – повторила устало. – Завтра в восемь на месте.

На досуге проверю, что он тут натворил за этот день и, если что, завтра спущу с него три шкуры.

– Как пожелаете, госпожа…

Я подавилась чаем. Горячий напиток попал не в то горло, я разошлась кашлем, на глазах проступили слезы.

Андрей поспешил похлопать по спине.

Хорошо так приложился. Не больно, но рука у парня тяжелая.

– Госпожа?! – прокашлявшись, уточнила у шутника.

– А как еще? – Коржаненко улыбнулся. Мягко, без злобы и ехидства. – Я сегодня целый день пахал, как Золушка. Но если назову тебя мачехой, у нас получается очень нездоровые отношения. Учитывая, что было…

Ну вот, что и требовалось доказать. Еще одно напоминание.

Покусала бы, если бы не была уверена, что этому любителю тематических ролей понравится.

– Иди уже, – буркнула я на секретаря. – Пока я не придумала тебе еще задач. К тем, что ты еще не выполнил. Или хочешь остаться ночевать в офисе?

– С тобой?

Ударила. Кулаком в плечо. Сильно. Не так чтобы покалечить, конечно. Но достаточно, чтобы в светлой голове Коржаненко не возникла мысль, что это я его дружески огрела.

– Понял, я пошел.

Вот и молодец.

Проводила секретаря долгим взглядом, сама осталась на кухне, допить чай. И все равно слышала, как он там радостно прощается с девчонками. Слышала, с какой досадой его провожают. Приступ мазохизма заставил подойти ближе к двери, чтобы расслышать, как кто-то из коллег назвал меня грымзой. И никто, само собой, не возразил.

Эх.

Будто что-то могло поменяться в лучшую сторону просто так, само собой. Я уже свыклась с происходящим. Пока назначение не вступило в силу, а было только новостью в офисе, народ еще пытался вежливо улыбаться. Я даже могла разболтать девчонок на разговоры ни о чем.

Но, увы. Начальники отделов считали, что я обошла их нечестными способами. И что каждый из них должен был оказаться на месте Никифорова. Их подчиненные, которым золотой билетик также не выпал, предпочитали злословить за спиной.

А я не умею нравиться людям. Не умею вымучено улыбаться, флиртовать и играть в неженку, чтобы добиться своего. С бизнесом проще – я прихожу на переговоры и оперирую фактами, цифрами. И люди деловые принимают это. Конечно, у многих партнеров возникло опасение, что на место адекватного руководителя пришла тупая фифа, которая поставит работу под удар. Но их я могу с легкостью переубедить.

А что делать с офисными сотрудниками – не понятно. Юристы – хоть те лояльно относятся. И пара старожилов, которым возраст не позволяет играть в детские войнушки да бойкоты.

Зато Андрей живо влился в коллектив. В этом плане я ему немного завидую. Мне, может, тоже хочется человеческого тепла и понимания. А не вечное недовольство ото всех со всех сторон.

Вот только что я получаю? Правильно – опять того же Коржаненко. Вон – кексики какие принес. Чай заварил.

Подлиза.

Еще не хватало, чтобы я растаяла, как шоколадные планеты под струей теплой воды. Долгие одинокие ночи с двумя кошками не делают женщину стойкой к мужскому вниманию.

Так что Андрея надо держать от себя подальше. Отправлю-ка я его «в поля». Побегает курьером следующие две недели.

Вернулась в свой кабинет. Проверила визитки – действительно все правильно оформил. И быстро. Потом вышла и забрала из лотка «на подпись» документы.

Сидеть мне до восьми, не меньше…

С грустью бросила взгляд на ресепшн, где Андрей бросил коробку с письмами. Кстати – отличный повод сделать его курьером. Московских адресов среди получателей хватает. Вот и будет кататься целыми днями. Еще бы маячок на него поставить, чтобы следить, что не прогуливает – и будет отлично.

Глава 8

– Ну наконец-то!

Я взвизгнула от неожиданности и чуть не выронила коробку.

– Я уж решил, что ты там ночевать решила, – Коржаненко… обнял меня со спины и устроил подбородок на плечо.

 Даже стукнуть его не могу. Руки-то заняты. Держу коробку из-под офисной бумаги с конвертами и распечатанными письмами.

– Коржаненко, ты… ты… Руки убери! – гаркнула я строго.

Парень отцепился, обогнул меня и забрал мою нелегкую ношу.

– Ты чего здесь забыл? – посмотрела на часы, хотя и так знала время. Начало девятого. Офисные давно все разбрелись, я уходила последней, как только закончила с новым контрактом по Египту и по поставкам мебели для офисов продаж. Документы отправила юристам на проверку в восемь-ноль одну, и сразу домой.

А тут… этот.

На улицу не успела выйти, а меня уже хватают.

– Тебя, – улыбнулся Андрей. – Хотел проводить до дома. Нечего девушке одной в такое время по городу шататься.

Он? Меня? До дома?

Первая мысль была – какой ужас, ведь Коржаненко увидит какой у меня в квартире бардак.

Вторая – ужас в том, что он увидит, в какой квартире я живу. Гостей никогда не приглашаю, потому что у меня просто нет для них места. Тринадцать квадратных метров на комнату, кухню и ванную – это вам не шутки.

И только в третью очередь меня накрыло – а что я переживаю-то? Будто собираюсь пускать Коржаненко к себе. Хочет играть в носильщика? Пожалуйста. Бонусов за это от меня все равно не получит.

– Я разве не четко обрисовала свою позицию? – если я соглашаюсь на сопровождение, это не значит, что стану милой и любезной.

– Очень четко, – Андрей шел рядом. Мне только плюс – руки освободились, так что я смогла достать из сумки зонт и раскрыть его. На улице моросил дождь. Асфальт успел не только промокнуть, но и покрыться неглубокими лужами. Каблуки оставила в кабинете, но из сменной обуви у меня оказались с собой только балетки. Почти уверена, что ноги промокнут насквозь еще до того, как мы дойдем до метро.

– … Но ты говорила, что суперзлобной букой будешь только в офисе. А вне его…

«Ты мне никто», – как сейчас помню.

– … Мы незнакомы, так что я подумал… почему бы не познакомиться с милой девушкой?

– Никогда не сдаешься? – уточнила я у парня.

– Считай, что это еще одно мое положительное качество, – Андрей легонько толкнул меня плечом. – Ну как, тебе понравилось то, что ты нашла на своем столе?

– На столе? – у меня там столько «сюрпризов» было от коллег за этот день, что не сразу вспомнила, что так и не похвалила Андрея за визитки.

– Да, – кивнула и посмотрела на эту каланчу. Ему бы тоже зонт вручить, пока… документы не промокли. Коробку я, конечно, крышкой накрыла, да и дождь вроде несильный. Но все равно боязно. – Спасибо.

Глаза Андрея вылезли из орбит.

– Только «спасибо»?

– Прости, а ты чего ожидал услышать? – поинтересовалась я осторожно у этого блаженного. Не в ноги же ему кланяться за то, что заказать именно те визитки, которые должен был.

– Ничего. Это я так… Как прошел твой день?

Дайте мне терпения, хоть кто-нибудь.

– Убегалась по встречам, выгнала секретаря домой пораньше, чтобы глаза не мозолил, разгребала хренову тучу бумаг. Хотела отдохнуть по пути домой, где буду складывать тысячу – полторы писем по конвертам, потому что кто-то не умеет пользоваться «рассылками»…. Но тут навязался ты.

– Ясно, – как будто я только что мило щебетала, ответил Андрей добродушно. – Я тоже замотался. Начальница загоняла со списком задач, которые, как я узнал, за один день выполнить невозможно, потому что там работы на неделю минимум. Спина болит от неудобного кресла, пальцы изрезаны бумагой, хочется напиться, но завтра на работу ни свет ни заря. Но не жалуюсь, потому что вечер скрашивает такая замечательная спутница.

Ой подлиза, ой подлиза…

– Тебе самому от себя не противно? – уточнила я у Андрея. – Вечно пытаться всем понравиться…

Скривила лицо в отвращении.

– Всем? Только тебе, Анют, – перехватив коробку одной рукой, парень обнял меня за плечи.

– Зачем?

– Затем, что «давайте жить дружно!», – голосом кота из мультика продекламировал Коржаненко.

«Шарик – ты балбес», – захотелось вторить ему, раз уж пошли по цитатам.

– Ну вот ты нравишься мне, – Андрей вроде как попытался ответить без дурачеств. Но получилось не очень.

С одной стороны, внутри мое сердце йокнуло. Но это ж глупый бесполезный орган. Ему кинули косточку, а он и ведется. Плохое, сердце, плохое.

С другой – уши не развешиваем, лапшу снимаем. Могз-то от работы у меня еще не окончательно сплавился, чтобы верить в это «нравишься ты мне». Не вчера родилась, на одни и те же грабли два раза не наступаю.

Последнее заявление Андрея оставила без комментариев. Потому что мы дошли до метро.

– Ты не на машине? – удивился парень.

– Самой обидно, – буркнула я невесело. Хотя я-то что? А товарищ Коржаненко почему без авто? Уж если ему работать не приходилось ни дня в жизни, то странно, что у баловня нет какой-нибудь люксовой иномарки.

Кстати, надо бы на этого товарища информацию поискать. Подозрительный тип. Аргумент «уволю», конечно, железный, но козырей в рукаве хотелось бы держать побольше. Люблю, когда все ясно, четко и понятно.

А с Андреем ничего не понятно.

Турникеты прошли быстро, несмотря на то что в метро народа было валом.

– В какую сторону едем? – все стараясь оказаться как можно ближе и нагло пользуясь давкой, спросил парень, пока мы спускались к поездам.

– Выхино! – ответ пришлось практически выкрикнуть. Чем глубже мы спускались, тем гул метро все сильнее заглушал речь. Или собственные мысли. Андрей, узнав конечный пункт назначения, несколько скривился. – Тебя никто не заставляет ехать.

Напомнила, а то мало ли.

Кстати, а заставлять его работать сопровождением и личным курьером я тоже могу? Никифоров, например, позволял себе подобные номера. Позвонит часов в одиннадцать вечера в субботу, потому что не помнит куда положил очередной договор. И будьте добры, Анечка, бросить всё и ехать в офис искать документы.

«Заодно можешь заехать в тот ресторан, заказать ту вкусную штуку, которую я ел недели три назад», – любимый номер бывшего начальника. И ничего, что тот самый ресторан – в часе езды в другую сторону, «та вкусная штука» была вообще из другого места и чеки с наименованием блюда, я-дурочка, хранила только две недели.

Да Андрею еще повезло, что я человек добрый. С той школой руководства, что была у меня, я вообще сама нежность и трепет.

Показать Коржаненко разницу что ли? Чтобы вопрос «ты мне мстишь» больше не поднимался.

 До Выхино ехали без разговоров. Между нами была зажата коробка с бумагами. Я прислонилась к дверям, к которым прислоняться нельзя, Андрей держался за поручень. Мы оба бросали друг на друга короткие взгляды. Я все больше украдкой, а вот парень – не стеснялся демонстрировать свой интерес.

Так что старалась не смотреть на него вообще. Даже наушники достала, чтобы ехать с музыкой и забыть, что Коржаненко рядом. Со своим дурацким приятным парфюмом. Нельзя же мужчинам так вкусно пахнуть!

– Приехали. Дальше я сама, – выйдя на платформу, попробовала забрать у парня коробку.

– Конечно нет, – возразил он твердо. Пока поднимались, мне этот «ценный» кадр начал лекцию читать о безопасности. Он. Мне. – Уже темнеет. Не могу же я тебя одну бросить. Райончик у тебя тот еще…

– Это все байки, – отмахнулась я. – Нормальный район. Я здесь уже года три живу, и никогда ничего не случалось.

Андрей одарил меня взглядом, полным сомнений.

– Конечно, – протянул парень. – По всей Москве вечно что-то случается, и только в Выхино за три года – ни разу.

Если быть совсем честной, то я действительно не любила бродить одна в сумерках. По ночам – тем более. В сумочке всегда лежал перцовый баллончик. На всякий случай. И, тьфу-тьфу-тьфу, я им так ни разу и не воспользовалась. Однажды думала, что придется собак разгонять, которые недобро тявкали и подкрадывались со спины. Но все обошлось.

Так что переживания Андрея – наиграны.

И только я хотела рассказать парню, насколько неправдоподобно он устраивает игры в ковбоя, как плечо отозвалось резкой болью. Чуть не потеряла равновесие, вцепилась в руку Андрея, чтобы не упасть.

– Сумка… – Выдохнула, до конца не осознавая произошедшее.

Вернее, вроде понимала: вон парень, который дернул мою сумку, убегает. Меня ограбили. В сумке ключи, документы, кошелек…Не ясно, как теперь в квартиру попасть. И что вообще дальше делать.

Все словно не со мной происходит. Сердце колотится словно обезумевшее, перед глазами… будто не я стою. Словно смотрю на все со стороны. Как в фильме. Или как во сне, когда хочешь двигаться, а не можешь. Я не могла. Напал какой-то ступор, с которым я не в состоянии справиться.

Следом пришла волна жара, опалившая лицо.

Проморгалась. И обнаружила, что руки тянет от тяжести коробки, которую мне вручил Коржаненко, чтобы броситься за воришкой следом.

– Андрей! – крикнула. Не знаю зачем.

Все еще находилась в прострации. Видела, как парень быстро догоняет вора. Даже, оказывается, сама побежала. Медленно, неловко.

И было страшно. Очень страшно. Настолько, что хотелось спрятаться. Забиться куда-нибудь в угол и ничего не видеть. Ни проплывающих мимо лиц прохожих, ни то, как Андрей догнал мерзавца и, схватив за плечо, развернул к себе лицом.

И я точно не хотела видеть ножа в руке пойманного парня.

– Андрей, – выдохнула понимая, что сейчас произойдет. Только сделать уже ничего не могла. Бросить коробку, побежать быстрее… И все равно услышать, как Коржаненко глухо застонал, когда получил удар в живот.

Тело сковал новый ступор.

Андрей согнулся пополам, и не представлял никакой угрозы. Но парень с ножом считал иначе, ударив ножом еще два раза.

Женские визги где-то на фоне, крики «вызовите милицию»… Наверное, они спугнули преступника, который вновь бросился наутек. И на этот раз в погоню никто не бросился.

– Кто-нибудь, вызовите скорую, – уже отчетливее услышала женский голос где-то за своей спиной.

Андрей упал на спину, а я подбежала к нему. Ноги едва слушались, но, может, оно и к лучшему. С такими ватными конечностями, я совсем не почувствовала боли, когда упала на колени перед Коржаненко.

– Андрей, Андрей, – позвала его, похлопала по щекам.

Ему же нельзя терять сознание, разве не так?

– Андрей, – пыталась растормошить парня, убрала его руку от живота. Ладонь была вся в крови. Как и рубашка.

Боже, что делать? Стянула с шеи платок, приложила к месту раны (ран?) и прижала посильнее.

– А-а-а, – Андрей застонал, я почувствовала, как все тело парня сократилось, как напряглись мышцы его живота.

– Тш-ш-ш, все будет хорошо, скорая уже едет, – понятия не имею, что можно и нужно говорить в таких ситуациях. Не то, чтобы я жила в мире розовых единорогов и радуг, в котором не бывает зла… Но все-таки что-то такое максимум в кино видела. Ну, может быть, в новостях пролистывала.

А тут…

– Все будет хорошо, – повторяла я по кругу. – Ты, главное, сознание не теряй.

– Почему ты их не надела?

– Что? – посмотрела на бледное лицо Андрея.

– Сказала, что понравилось, и даже не взяла с собой? – Коржаненко грустно улыбнулся.

– О чем ты? – кажется, он бредит. Это же плохо? Где там эта скорая.

– Я оставил на столе…

– Визитки? – точно бредит. Зачем мне их брать с собой? Или надевать?? – Слушай, ты не умирай, ладно? И буду я носить твои чертовы визитки хоть в каждой сумке.

– Визитки? Черт, женщина, ты нормальная? – гаркнул на меня Андрей и даже попробовал привстать, но только сильнее застонал и упал обратно на асфальт. – Я тебе подарок оставил на столе, ты сказала, что тебе понравилось.

– Андрюш, ты не переживай так, ты просто бредишь, – попробовала успокоить я раненого. Говорила мягко, нежно, негромко – мало ли, вдруг у него голова болит?

– Брежу? Я тебе часы купил, умные. Как ты…

Сирена скорой помощи не дала мне возможности отреагировать на слова Андрея. Все равно не было ясно – говорит он серьезно, или это коктейль из адреналина, боли и кровопотери взял главенство над ослабленным организмом.

– Они здесь! – кто-то из добрых наблюдателей подсказал врачам, где нас искать.

– Все хорошо, помощь уже здесь, – продолжила успокаивать Андрея. – Сейчас поедешь в больницу, тебя подлатают.

– Ты же поедешь со мной? – попросил парень, перехватывая меня за руку.

Конечно поеду, как не поехать?

– Девушка, отойдите, – приказал один из медиков, помогая мне встать на ноги. Оглянулась. Две скорых стояли на тротуаре, из одной уже выкатили лежанку.

– Вы ранены? – мужчина поймал мое лицо ладонями. – Посмотрите на меня.

– Я в порядке. Андрею нужна помощь, – отстранилась.

– Кровь? – фельдшер кивнул на ладони.

– Его. Я пыталась зажать рану…

– Ладно, – от меня отошли, сосредоточив все внимание на Андрее. Рядом с ним на земле уже сидели двое других медиков, раскладывали чемоданчик. – Что случилось?

– Его ножом ударили. Три раза, вроде… – поняла, что голос срывается. А меня трясет. – Он… он за вором погнался.

Дуралей… Ну сумка и сумка, подумаешь, какие мелочи…

– Едем. Наташ, запроси, где места есть. Пусть готовят операционную…

Операционную?

Кажется, я сейчас упаду. Как-то мир вокруг слишком резко поплыл, а дома по правую руку – менять свое положение.

Глава 9

Я думала, что пару кругов ада я в своей жизни уже прошла. Когда заболела мама. Сначала пугающая неизвестность, когда не понимаешь, что будет дальше. Хотя нет. Вначале же были просто какие-то незначительные изменения в поведении, странные оговорки, чрезмерная рассеянность. До какого-то момента никто не замечал. Бывает же? Как заметили, пошли по врачам. Я еще мелкая была, не понимала почти ничего. Да и родители старались не говорить. Только есть вещи, которые не утаишь. Забытые на огне кастрюли, ночные слезы, скандалы с бабушкой, которых я слышать не должна была. Постоянные поездки к врачам. Сначала по городу, потом в областные больницы. Обследования, на которых мама могла пропадать неделями. Новая женщина у папы.

И страшный диагноз, который не обещал ничего хорошего.

Тем не менее тогда я сталкивалась разве что с бесконечными врачами.

Сегодня еще и с полицией.

В чувства после обморока меня привели в машине скорой. Вручили ватку с нашатырем и сказали держать на тот случай, если снова решу падать.

Андрея увезли на второй машине. Но хотя бы ехали мы в одну больницу. Его в операционную, меня в травму. Верить в то, что я не пострадала, на слово мне отказались. Плюс при падении я якобы могла удариться головой и получить сотрясение… Или еще что-то.

Не знаю, для меня все проходило как в тумане.

Вернули сумку. Оказывается, Андрей вырвал ее у того парня. От такой новости разревелась. Думаю, это просто стало последней каплей. А врачи решили, что у меня истерика. Возможно, были правы. Дали успокоительного, тумана в голове прибавилось.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.