Анна Гаврилова, Яся Недотрога
Закон подлости никто не отменял

1.

Мы надели самые нарядные костюмы и выстроились возле трёх кибиток, принадлежащих труппе. Я жмурилась от яркого солнца, Марика глупо хихикала, а мадам Фиория, предсказательница, тяжко вздыхала:

– Ох, не к добру это. Ох, зря мы сюда пришли.

На предсказательницу сразу зашикали. Директор даже тростью погрозил, но мадам обвела окружавшие нас замковые стены расфокусированным взглядом и прямо-таки взвыла:

– Как же всё плохо!

Воздух вокруг Фиории неожиданно заискрился, что означало пробуждение дара. Предсказательница перешла от актёрской игры к настоящему ясновидению и…

– А всё ты! – и перст, указующий в мою сторону. – Всё из-за тебя!

Я изобразила испуг, смешанный с изумлением, а директор труппы пошёл пятнами. Он был единственным, кто сознавал всю подозрительность нашей «случайной» встречи. Хотя, с другой стороны, а что такого особенного приключилось? Ну вышла к артистам во время одной из стоянок молодая девушка с полной потерей памяти, и что?

Отца-мать не помню, документов при себе нет, а то, что сама слишком чистая, не похожая на бродяжку… ну, не преступление, верно?

Другое дело, что в замок Ризель мы тоже попали именно благодаря моим научениям. Собственно, ради проникновения в логово графа Арзанского я и затеяла это всё.

– У-у-у! Погубительница! – страшным, но тихим голосом взвыла Фиория.

Одна проблема – невзирая на искорки истинного дара, предсказания мадам сбывались настолько редко, что артисты замогильного воя совершенно не испугались.

Бородатая женщина – Зиза – и вовсе пихнула товарку в бок и бухнула строго:

– Ну-ка уймись.

Взгляд предсказательницы сразу вернулся в нормальное, не расфокусированное состояние. Она проморгалась и уточнила:

– А? Что-то произошло?

Народ дружно отмахнулся, а директор погрозил тростью уже мне. Я сделала большие глаза – да разве может какая-то юная скромная девица нести опасность?

Но директор дураком не был и хищно раздул ноздри. В ответ я скривилась, показывая, что ничего ужасного делать не собираюсь. Я ведь не самоубийца. Мне вражда с хозяином здешних земель ни к чему.

Пока мы с директором переглядывались, случилось важное – из далёкого проёма, ведущего в хозяйственную часть замка, вышли двое – управляющий и, собственно, граф Арзанский.

Кто-то из наших предупреждающе свистнул, и мы все снова вытянулись, принимая важные позы. Наконец, мужчины приблизились, и управляющий сообщил:

– Вот, ваше сиятельство. Те самые артисты.

Граф посмотрел кисло.

– Хочешь сказать, что это лучшие?

– Конечно, нет, – отозвался управляющий. – Откуда взять лучших? Лучших разобрали до нас.

Наша пёстрая толпа возмущённо приосанилась. Понятно, что до труппы королевского театра нам далеко, но можно быть хоть чуть повежливей?

– Почему «до»? – граф скис ещё больше. – Почему мы не успели?

– Так вы не желали, – сообщил управляющий. – Категорически отказывались участвовать во всём этом, как вы изволили назвать, балагане.

На лице графа Арзанского было большими буквами написано, что он и сейчас не желает. Но в целом понимает, что лучше с нами, чем без нас.

Впрочем, он всё же усомнился:

– А может его величество к нам и не заедет? Может нам и не придётся его развлекать?

Управляющий промолчал, ведь вопрос был риторическим – да, такое тоже возможно. Более того, вероятность приезда короля, который и являлся большим поклонником театрализованных действий и циркового веселья, в отдалённый мрачноватый замок крайне мала.

Но!

– Ваше сиятельство, Закон подлости ещё никто не отменял, – пробормотал управляющий.

Мои слова, кстати. Я скромно проронила эту фразу, когда управляющий торговался с нашим директором. Слуга графа тоже до последнего сомневался в необходимости найма, но страх перед монархом и здравый смысл всё же победили.

Тогда победили! А сейчас…

Впрочем, после недолгой хмурой паузы граф Арзанский произнёс:

– Ну, хорошо.

Подумал, окинул нашу компанию новым пристальным взглядом и обратился к директору:

– Кто тут у вас вообще?

Руководитель труппы прямо-таки растёкся в поклоне. Он едва не протёр брусчатку заднего двора своим животом. Затем торопливо выразил радость по поводу нашего пребывания в замке Ризель и начал с гордостью рассказывать кто есть кто.

Зиза, мадам Фиория, Марика… Акробаты, каучуковый мальчик и гибкая, немного пугающая заклинательница змей. Силачи Виз и Ром, фокусник Дивьер и человек-оркестр Густав…

– А это кто? – граф кивнул в мою сторону.

Надо же какой дотошный. Я-то была убеждена, что в такой толпе и не заметят.

– Она… – на щеках директора снова проступили нервные пятна. – Никто. В смысле Сюзи пока ничего не умеет, она… просто красивая.

Граф хмыкнул, скользнул взглядом по моему платью и головному убору, украшенному крупными зачарованными цветами.

– Такое чувство, что я вас где-то видел, – произнёс он.

Тут я удивилась по-настоящему. И лицо моё вытянулось без всякого притворства.

Запомнил, серьёзно? Надо же. А ведь мы действительно виделись, но мельком и, в общем-то, давно.

Перед мысленным взором сразу замелькали картинки той встречи, но тема узнавания была уже закрыта. Граф был слишком занят, чтобы вспоминать какую-то там девицу. Тем более он тогда признал меня странной, и вообще послал – причём нецензурно и далеко.

Сказал и даже не понял, насколько ему повезло. Очень повезло, что у меня в тот момент резерв был выпотрошен почти в минус! В противном случае я бы ему ответила. Ух как ответила!

Но… забыли. Что было, то прошло.

Я даже зла на него не держу.

Арзанский посмотрел на нас опять, и снова, и в третий раз, и в четвёртый…

– Сколько времени мне придётся терпеть их в своём замке? – наконец, уточнил он.

Вопрос опять-таки риторический, потому что…

– Да кто же знает, ваше сиятельство? – управляющий развёл руками. – Как мне объяснили, король никогда не соблюдает расписание собственных поездок. Может закончить поездку раньше, а может быть и позже. Мы отпустим артистов как только минует опасность его визита.

Граф в который раз поморщился, но тут в его голову пришла «светлая» мысль:

– Погоди. Они ведь могут разместиться снаружи? – и он кивнул в сторону большого луга, расположенного с восточной стороны.

Объективно, там было всё для стоянки труппы бродячих артистов, включая протекавшую недалеко мелкую речку. Но всем хотелось пожить хоть какое-то время за стеной, в цивилизации. А уж мне-то как хотелось! При том, что иного способа проникнуть в замок не придумывалось. Не в служанки же мне идти?

– Кхм, – сказал управляющий.

– О, конечно, мы можем! – натянуто, с фальшивым оптимизмом, подтвердил директор.

Секунда паники, и я вышла из положения грубым, зато действенным способом. Наклонилась к мечтательной Марике – она, кстати, показывала номер с птицами, – и сказала тихо, но так, чтобы все услышали:

– Можем. К тому же граф Вэмар тоже никого ещё не нанял, а он, говорят, пощедрее этого…

Марика глянула шокировано, ведь у меня потеря памяти, и до сего момента я очень редко озвучивала связные мысли.

Однако моей целью была не цирковая девчонка, а нагловатый титулованный жмот. И финт удался!

Граф Арзанский недобро сверкнул глазищами, быстро всё сопоставил и оценил перспективу остаться без артистов. Ведь даже если Вэмар не перекупит, покинуть какой-то луг гораздо проще, нежели выехать за пределы этих стен.

– Хорошо. Договорились. – Рявкнул граф, очень недовольный дополнительными людьми на своей территории.

И уже управляющему:

– Размести их!

– А оплата-то, ваше сиятельство. Оплата! – опомнился директор, когда Арзанский уже развернулся и поспешил прочь.

Граф махнул рукой, показывая, что всё будет, и артисты облегчённо выдохнули. И всё бы ничего, только Фиорию опять переклинило:

– У-у-у, как всё плохо, – вокруг предсказательницы вновь закружились магические искры. – Зачем мы только сюда пришли…

2.

Нас разместили без прикрас – на том же внутреннем дворе, где проходили «смотрины». Там был небольшой навес с коновязью, где встали лошади. Кибитки передвинули ближе к стене, и прямо на брусчатке разбили несколько шатров.

Двор был узким, шатров поставили меньше обычного, и пришлось потесниться. Меня поселили вместе с Марикой, Зизой и змеиной заклинательницей. К счастью, зверинец, включая тех самых змей, расположили в другом месте. В этом плане всё было хорошо.

Из плохого – во двор выходила кухонная вытяжка, и пространство то и дело наполнялось соблазнительными ароматами. Мы нюхали и завидовали, завидовали и нюхали, и украдкой глотали слюну.

Причём на саму кухню нас не допустили. Под крики дородной поварихи рабочие соорудили второй навес, где наскоро сложили два временных очага, чтобы мы имели возможность вскипятить чай и приготовить пищу.

Эти бытовые хлопоты напоминали чёрную дыру и полностью поглотили следующие два дня, однако не помещали директору вызвать меня и устроить допрос.

– Сюзи, как насчёт объяснений? – воскликнул он.

Я сделала большие непонимающие глаза и пожала плечами.

– Сюзи, что происходит? – продолжил раздражаться директор. – Вы с его сиятельством знакомы?

– Да откуда ж мне знать? – намекая на потерю памяти, ответила я.

Кстати, я всё-таки не лгала. Назвать ту нашу встречу знакомством сложно, и я правда не в курсе как её интерпретировать.

Ведь мы даже не представились друг другу. Рик Арзанский вывалился из камышей в самый разгар динамического медитативного ритуала, который я проводила в водах священного озера, расположенного на землях графства…

На мне была длинная пурпурного цвета сорочка, волосы пребывали в хаосе, а взгляд был направлен глубоко в тонкий мир.

С помощью этой медитации я искала то, что искала, и мне почти удалось, а тут граф изволил вломиться в пропитанные магией воды, да ещё на лошади, причём взмыленной.

Конечно, я сбилась! Разумеется, не обрадовалась! Он тоже радости не испытал!

Нарычал на меня. Нашипел. А мой разум к тому моменту ещё не до конца вернулся из тонкого мира, и… Короче нет, мы не знакомы.

– Слушай, это же ты привела нас сюда. Это ты рассказала, что нас могут нанять, если постараться, – напомнил директор уже с претензией. – Если ты втравила нас в неприятности… Или хочешь использовать в своих целях…

Он потряс пальцем, а я привычно сделала большие глаза.

Хотела уйти от разговора, применить стратегию, которую использовала все эти три недели пребывания в труппе. Но притворяться надоело, к тому же бывают случаи, когда лучше всё расставить по своим местам.

В итоге я ответила:

– Успокойся. Тебе и артистам ничего не грозит. Мои планы самые мирные и никого из вас не касаются.

На щеках и шее циркача проступили знакомые пятна.

– Но Фиория сказала…

– Да она вообще ничего в предсказаниях не понимает! – я позволила собственной магии проступить, и глаза сверкнули синеватым светом.

Собеседник подпрыгнул, а потом заявил, опять-таки с претензией:

– Так и знал, что ты магичка!

Угу, знал он, как же. Да я запрятала свою магию так далеко, что ни одна ищейка не найдёт!

– Расслабься и не лезь, – повторила я с непробиваемым спокойствием.

Труппе действительно ничего не угрожало. Единственным человеком, кто мог нарваться на неприятности, оставалась я сама.

Директор, кажется, понял. Он шумно втянул воздух и обмяк, даже круглый живот словно обвис, отдавшись во власть силы тяготения.

– Сюзи, а ты… вообще Сюзи? – прозвучал новый, совершенно неуместный вопрос.

Я фыркнула:

– Ну разумеется!

Ну разумеется нет. Кто же идёт на такое дело под собственным именем? Мне, как показала практика, и внешность следовало изменить, но увы. Собираясь примкнуть к труппе, я решила, что другая внешность – это слишком сложно, и вообще лишнее. Впрочем, Арзанский меня всё же не узнал, значит всё опять-таки хорошо.

3.

Все эти два дня народ спорил, ругался и искал себе местечко получше. Немногочисленные свободные девушки, включая Марику, тут же принялись строить глазки обитателям замка, и я пошла по тому же пути.

Я мило улыбалась всем и использовала любую возможность, чтобы осмотреться, изучить это внушительное строение – со всеми его арками, башнями и бойницами. Я изучало замок, потому что мне требовалось соотнести реальные стены с картой, которую удалось недавно добыть.

Ирония ситуации заключалась в том, что карта была очень и очень старой. На ней изображался замок времён первой постройки – с тех пор его дважды разрушали и достраивали раз сто.

В итоге, глядя на зачарованный от истления свиток, я испытывала острое желание побиться головой о что-нибудь твёрдое, и за два дня, проведённые в Ризеле, ни на шаг к предмету своих поисков не приблизилась! Зато пришла к выводу, что нужное помещение расположено в хозяйской части, попасть в которую ой как нелегко.

Туда не пускали никого. Вход был ограничен даже для прислуги, не то что для каких-то артистов.

Это создавало трудность, которая мне не нравилась. После недолгих раздумий, я решилась попробовать один вариант.

Всё утро третьего дня я маялась, дожидаясь подходящего момента. Потом расправила складки на платье и принялась прогуливаться неподалёку от караулки – туда-сюда, туда-сюда.

Минут через пять рядом нарисовался Ватик – худощавый улыбчивый стражник, с которым я уже переглядывалась и даже пару раз перешучивалась.

– Привет, – сказал он любезно. – Скучаешь?

Я очень натурально зевнула, но вслух ответила:

– Нет, что ты. Просто немного утомительно сидеть без дела, выступлений то у нас сейчас нет.

Ватик кивнул и озвучил то, что все и так знали:

– Их и не будет, если король не появится.

Отлично! Тема скуки, кажется, сработала!

Зевнув снова, я сказала:

– Вот, думаю сходить прогуляться на луг?

Мой неуверенный тон и лёгкая улыбка сделали своё дело, Ватик встрепенулся. Затем уныло оглянулся на караулку и перекинул алебарду в другую руку.

– Зачем на луг? В замке тоже много интересного.

– Серьёзно? – недоверчиво переспросила я.

Страж мгновенно распушил хвост.

– Да полно всего! Знаешь сколько этому замку веков? Его ещё древние строили. Тут и привидения, между прочим, – он придвинулся и понизил голос до шёпота, – водятся.

Я сделала испуганное лицо, а потом, словно невзначай, покосилась на стену, где виделись следы недавнего ремонта – свежий раствор, местами новые камни. О какой древности вообще речь?

Ватик догадался сразу:

– Да не эта часть. Другая.

– Но мне-то на другую не посмотреть, – горько вздохнула я.

Думала, будет сложно. Полагала, что придётся извиваться и намекать, но собеседник заявил насмешливо:

– Если хочешь – покажу. Только не прямо сейчас, а вечером.

Я удивилась.

– А как же? Туда же никому нельзя. Я слышала, что его сиятельство не любит, когда кто-то ходит.

– Да, не любит, – подтвердил страж. – Но что теперь? Ради такой красавицы, я готов на всё!

Я всё же зарделась, польщённая комплиментом и вниманием. Мне давно не говорили приятного. Собственно, с тех самых пор, как я осела в этой глуши.

– А если граф нас… – начала я, но запнулась под весёлым мужским взглядом.

– Не бойся, милая Сюзи, – он поймал мою руку и легонько сжал. – Со мною всё под контролем. Я покажу тебе все особенные места!

Прозвучало двусмысленно, однако я внимания не обратила. Решила – ну что взять с полуграмотного жителя отдалённого графства? Выражается как может. Спасибо и на том, что жаждет помочь.

Вот только вечером, когда я, вся такая благоухающая цветочным парфюмом, явилась на эту прогулку, выяснилось, что выражался Ватик очень даже чётко.

Не успели мы дойти до интересующей части замка, как меня прижали к стенке и полезли целоваться. Я, совершенно отвыкшая от подобных поползновений, очень растерялась и, вместо прицельного удара коленкой в пах, пропищала:

– А ну прекрати!

Ватик не прекратил. Его слюнявые губы мазнули по щеке в тот момент, когда я выворачивалась и вообще отбивалась. Мне же подумалось – ну ты, «Сюзи», и дурочка! Это же надо было так вляпаться! Ведь всё было так очевидно, а ты?

– Ну-ка пусти! – уже твёрже рявкнула я.

Миг, и я оказалась прижата крепче, а слюнявые губы опять прошлись по щеке, вызвав запоздалый приступ бешенства. Только позиция для удара коленкой была уже упущена. Увы.

Стало дико жаль, что сейчас придётся применить магию. Ведь на территории замка полно уловителей, и меня сразу заметят. Тут же начнутся вопросы – почему скрывала? Зачем явилась? Ну и вообще.

Арзанскому это всё точно не понравится, ведь порядочные маги не прячутся, и меня в лучшем случае выставят за ворота. Прогонят! Оставив без возможности отыскать то, что мне категорически нужно найти.

Это грусть с большой буквы! Но и допустить, чтобы какой-то хмырь от стражников залез мне под юбку я тоже не могу!

Новая безуспешная попытка отпихнуть Ватика, и я приготовилась ударить силой. Практически выпустила магию, когда рядом прозвучало неприязненное:

– Что здесь происходит?

Стражник резко застыл. Я, ещё не веря в спасение, принялась торопливо загонять магию обратно, а Ватик резко обернулся, закрывая меня собой, и отрапортовал хрипло:

– Ничего, ваше сиятельство. Уже уходим.

Уходим? Нет уж, спасибо. С меня приключений достаточно.

– Спасите! Насилуют! – сдавленно пропищала я.

4.

Ватик смущался, а Рик Арзанский выражал неодобрение. Мы стояли в том же полутёмном коридоре, граф смотрел на нас, Ватик на графа, а я в пол.

Неприятная ситуация, но вместо осуждения в адрес вояки или сочувствия невинной, между прочим, девушке, прозвучало ворчливое:

– Ватик, почему здесь? Другого места не было?

Я перестала разглядывать каменные плиты и возмущённо уставилась на это… парнокопытное с титулом.

Мой взгляд тут же поймали, но слов сочувствия опять-таки не последовало:

– Ой, только не надо, – фыркнул Арзанский. – Не надо строить из себя жертву. А то я не знаю вас, актрис.

Мои руки непроизвольно упёрлись в бока, поза из жертвенной превратилась в угрожающую.

– Сюзи очень хотела посмотреть старинную часть замка, – проблеял Ватик. – Вот я её и позвал.

К слову, до старинной мы ещё не дошли. Домогательства начались на подступах.

– Да-а-а? – его сиятельство повернулся, заметил мою позу кобры, и неприязненно скривился. – Иди отсюда, – бросил он Ватику.

Стражник умчался мгновенно. Только что стоял тут, и вдруг нет.

Мы остались вдвоём, и я опомнилась. Обняла себя за плечи, но, вместо приказания убираться подобру-поздорову, нарвалась на допрос:

– Ну и зачем тебе старинная часть?

– Да так…

– Что «так»? – граф сурово свёл брови.

– Интересно. Старинная архитектура… она так завораживает, – нервно выдала я.

Арзанский хмыкнул, в глазах мелькнуло этакое странное понимание. Но вывод, сделанный его сиятельством, был в корне неверным:

– Ко мне подобраться хотела?

И раньше, чем успела возразить:

– Ну ладно. Как там тебя? Сюзи? Пойдём!

В миг, когда граф ухватил меня за локоть и непреклонно потащил вглубь помещений, я во второй раз за вечер осознала, что совершенно отвыкла от простой человеческой жизни. От всех этих намёков, хватаний, оценочных взглядов.

У меня же медитации! Поиск истины! Высокие материи! А тут…

Но я всё-таки смолчала. То есть уже открыла рот в намерении завопить, но тут мы прошли мимо стены, добрую половину которой занимал устрашающего вида барельеф. Этакий безрогий демон, изрыгающий изо рта нечто.

Я узнала в этом барельефе схематичное изображение с карты, и всё внутри воспряло. Та-а-ак… Если эта морда тут, то вон там, справа, должен быть тупик и винтовая лестница, ведущая на крышу.

Мы прошли мимо, я заглянула в ответвление коридора и, когда ожидания совпали с реальностью, принялась восторженно вертеть головой.

Я отметила ещё два совпадения с картой, а потом граф неожиданно остановился. Он повернулся и спросил:

– Не понял. Почему не сопротивляемся?

– Мм-м, – ответила я.

Улыбнулась жалобно и, выдернув из захвата свой локоток, прошла чуть дальше. Там, за спиной Арзанского был ещё один барельеф, и его я тоже видела на схеме. К слову, сейчас содержимое свитка очень чётко, линия к линии, всплывало в моей голове.

Я посмотрела, потом заозиралась и поморщилась, отметив, что вон там, дальше, начинается перестройка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.