# Аркаим. Благословенны, кто добрался

Эд Раджкович

В ваших руках четвёртая книга серии "За пределами". Дада покидает селение Небо. За ним охотятся спецслужбы. Он встречается со старыми знакомыми в Аркаиме.

Волшебство свежих мыслей -

яркий салют вдохновения.

Рассеивается пелена корысти,

свет души – чувств впечатления.


ГЛАВА 1.

ПУТЕШЕСТВИЕ К МЕСТУ СИЛЫ

Родник


Что может быть лучше бытового комфорта? Только в здоровом теле здоровый дух.


София Кларк и Мирослав Чудов направляются в микроавтобусе туда, где кладезь сокровенной воды выходит наружу. Водитель, знающий историю целебных месторождений, рассказывает им, когда и кем были обнаружены источники.

Софи одета в туристический костюм и ботинки с треком для ходьбы по горной местности Урала. Её осветлённые волосы создают ореол свежести, обрамляя лицо.

Мирослав в спортивном костюме, кроссовках, кепке. Двухнедельная щетина на лице Чудова придаёт его внешности вид путешественника. Выражение глаз скрыто за тёмными очками. Беглым взглядом не запомнить детали очертаний его лица из-за незамысловатой маскировки.

В ходе следования по намеченному маршруту Софи смотрит в окно на пейзажи лесистых склонов гористой местности. День выдался ясный. Софи расположилась на заднем сиденье в третьем ряду, Мирослав Чудов – на соседнем сиденье, рядом с водителем по имени Рустам.

Общительный водитель включил тяжёлую рок-музыку, а сам орёт громче колонок, действуя раздражительно для слуха двоих пассажиров.

Мирослав:

– Певец, кричащий под аккомпанемент гремящей металлическими звуками музыки, тоже Творец, но Творец через агрессивный посыл. Резонанс необходим для оживления в толпе. Задумываться не надо, когда вопль вызывает цепную реакцию в круге эгрегора. Люди начинают буянить, орать, подпевать.

Рустам понял намёк, переключил канал радиоприёмника. Другая волна – Йога радио. Льётся тихая музыка из слов. Разум обязательно приходит к состоянию покоя, внутренний диалог затихает. Звуки вызывают гармоничное чувство восприятия природы жизни.

Чудов обращается с вопросом к Рустаму:

– Вы как давно чувствовали себя счастливым?

Водитель:

– А что это такое? Сплю лицом к стенке. Мне шестьдесят лет, на работу из-за возраста не берут. До пенсии ещё три года дожить надо.

Мирослав не стал занудно уточнять на какую работу тот хотел устроиться и выяснять детали, почему отказали.

Рустам сам рассказывал о себе:

– Работаю извозчиком через оператора. Сообщают куда ехать, забираю людей и еду. Заработок есть, значит будет на что поесть.

Водитель замолчал.

Вдруг взгляд у Рустама просветлел, говорит Мирославу:

– Вам надо к озеру Тургояк обязательно съездить. Там есть остров Веры, где жила отшельница. Озеро глубокое с чистой водой.

Мирослав:

– Сегодня планы менять не будем. Цель задана, маршрут Вам известен. Целебные источники – знаковое место силы, туда и направляемся. – Мирослав уходит глубже в рассуждениях: – Человек обязан познать себя. Устранить из обихода слово – некогда. Многие умирают, не узнав своего предназначения.

Рустам держит левой рукой руль, правой – чешет затылок. Непроизвольное движение выдаёт его спонтанную реакцию на слова Чудова.

Софи погружена в свои мысли, визуализирует. Ей хочется ходить по жёлтой, осенней, шуршащей листве. Чудов обещал ей предоставить такую возможность.

София, повязывая платок на голову, посмотрела в зеркало. Осталась довольна собой. Вновь перевела внимание на окрестности, очарованно смотрела на окружающую природу.

Через два часа пути Рустам припарковал авто на стоянку. Показал куда идти, сам остался в салоне машины.

Первым делом Мирослав и София подошли к источнику, выходящему в низине у обочины дороги. Ступая по камням, чтобы не замочить ноги они одновременно подошли к воде, бьющей струями из двух труб. Умылись, ощутили прохладу и вкус особенной воды. Настроение у них улучшилось.

Софи подумала о водителе: «Остался в машине, не интересно ему смотреть на красоту природы. По пути больше всего говорил о работе и деньгах. Признаёт, что несчастлив». Софи уловила направление своих размышлений, задалась вопросом: «К чему?». А к тому, что она больше рада общению с невесёлым водителем, чем с Чудовым, с которым она часто насторожена. Ещё недавно думала, что люди вымрут окончательно. Несчастный водитель живёт без интереса в широком смысле, но ведь живой. Ей всё равно. Находиться в машине с Рустамом кажется безопасней, потому что он не импровизирует, не лихачит, живёт по заданию, и наоборот, рядом с Чудовым ей не по себе. Для неё, биолога, наблюдать жизнь – это райское наслаждение. Чудов своими воздействиями охлаждает наваждение её чувств. Безупречность в его словах воспринимается Софией подозрительно. Он говорит: «Благородные поступки непростительны. Ошибки придумать можно из ничего. Герой без осмысления совершает добро». К чему он клонит? Софи иногда забывает, что он человек во плоти, она слышит только голос Чудова, который не смотрит на неё как на равного человека и твердит внушительно:

– Подвиг выше закона расчёта,

дух всеспасающий требует этого.

Происходит поступок веления

ради жизни другого,

без зачёта для самого себя.

Софи в раздражении от навязчивых поучений восклицает:

– Есть выражение «плохой поступок».

Чудов улыбается:

– Плохой поступок из страха и корысти происходит. Благородный поступок совершается для других, не для себя самого.

София:

– О себе не думать, тогда вообще ничего не логично. Мирослав, ты ко мне пристаёшь, тело моё используешь.

Чудов:

– Сама мне даёшь доступ к себе. Недавно плакалась, что тебе страшно в одиночестве.

Софи делает недовольную мину.

Чудов:

– Я великодушен к тебе.

Биология не отдельная наука.

Послушай, что я тебе скажу

о доблести духа.

Доблесть нравственного благородства –

сознательно не допускать ложь.

При раскрытии мерзкого предательства

начинает главенствовать

духовное законодательство.

«Намёки или философские мысли?» – не понимает Софи. Голос Чудова подчиняет, заставляет слышать каждое слово отчётливо. Софи не раз думала, искала варианты решений как бы избавиться от влияния Чудова. Она для него игрушка, но в оценке себя Софи не простушка.

Чтобы отвлечься от деструктивного витка мыслей, Софи начинает собирать на лужайке зелёные листья одуванчика для Ши, выбирая среди пожелтевшей травы крепкие листочки. Она складывает листья одуванчика в пакет, убирает в большой нижний карман куртки.

Софию и Мирослава постепенно окутывает нависшая тишина. Кажется, они одни из людей в заповеднике дикой природы.

Чудов идёт в направлении к источнику для купания. Софи следует позади Мирослава на расстоянии десяти шагов. Она не хочет слишком близко приближаться к его ауре.

Чудов иногда сбавляет темп. Искоса поглядывая на Софи, критически думает о ней: «Выражение лица недовольное, глаза зелёные, выпученные, будто от ужаса».

Чудов испытывает сиюминутное отвращение от этого сосуда греха. Однако ничего не может с собой поделать, его возбуждают её бёдра, которые покачиваются при ходьбе. Ему нравится играть с ней в отношения, для него это новый опыт. Он никогда не был столь продолжительное время в близких отношениях с одной женщиной. Его физический потенциал долгие-долгие годы дремал в теле. Он сторонился траты энергии в плотских утехах. Француженка Софи запутала его инстинктивные алгоритмы, приблизив когда-то к себе. Её тело не идеально, но страсть, которую она выдаёт в близости, вынуждает забывать об осторожности, погружаясь в мир её воплощаемых фантазий. Она одушевляет реальность, в которой вновь и вновь тонет Мирослав. Его тянет к ней как магнитом. Софи податливая, умелая, смелая, в физическом смысле её можно считать мастером спорта ритмической любви. Внешне Мирослав не показывает свою озабоченность.

Софи в свою очередь знает, что Чудов меняется, когда ему вздумается. Она не способна его прочитать. Это и пугает. В прошлом Софи обращалась с законными мужьями как с пластилином. Выстраивала формат отношений по собственной психологической стратегии. Тут особенный случай. Чудов, мужчина, который близко от неё и одновременно недосягаем. Её злит его ровная осанка, уверенная походка и то, что он всегда хозяин обстоятельств. Софи пленена монстром, то ли человеком, то ли голосом, то ли воображением. Она как женщина хочет обладать душой мужчины, взять его волю в свои руки. Мирослав особенный, физически сильный, но она себя счастливой с ним не чувствует, и не может быть откровенно весела. Софи не хочет быть забавой, ей нужно подпитываться энергией. Она сомневается, есть ли душа у Мирослава Чудова.

Он, по обыкновению, читает её мысли. Его слова абстрактные на первый взгляд, как всегда с глубоким смыслом. Понимание зависит от того, с какой стороны посмотреть на его нравоучения. Сложность злит Софи. Она хочет простоты в общении.

Чудов:

– Сердце без сновидения

показывает необходимые решения.

Софи оживлённо блеснула глазами.

Чудов рядом дышит ей в лицо, взглядом подавляет её спесь на уровне мыслительного процесса.

У неё возникла беспокойная мысль: «Где душа Чудова?». После этого в голове тишина, глаза остекленели. Она идёт за Чудовым. Машинально проверяет карман, на месте ли мешочек с листиками календулы для Ши. Вот они уже совсем рядом с купелью.

Чудов:

– Не суетись Софи, не спеши.

В порядке Ши.

Раздеваемся, купаемся, исцеляемся.

Софи не ответила. Она устала, обесточена, злоба пропала, настроение ушло. Не понимает, зачем она здесь.

День в разгаре. Поздняя осень, конец октября, температура воздуха два градуса. Светит солнце, прохлада, безветрие. Мистическая красота природы замерла в затишье.

Чудов снимает верхнюю одежду, остаётся в плавках. Босыми ногами ступает по бетонным плитам, подходит к лестнице, уходящей ступенями в водоём, обложенный каменными стенами. Он погружается по пояс в играющую пузырьками воду, ныряет с головой, крутится в воде, окунается три раза. Смотрит на лик Богоматери Марии с младенцем на руках, находящийся на кирпичной стене раздевалки.

Чудов раскраснелся, бодро двигается вплавь к лестнице, взбирается наверх.

Софи наблюдает за ним, её охватывает озноб. Не понимает, в чём радость купания в холодной воде.

Мирослав делает глубокий вдох, поднимает руки вверх, приседает три раза, обводит взглядом округу.

Проточная вода с журчанием вытекает из купели под открытым небом. Неподалёку виднеется сооружённая из булыжников плотина, которая стеной перегораживает русло реки. Вода собирается в запруде и падает через протоку между камней. Десятки уток плавают в воде и подплывают совсем близко к людям, не опасаясь их.

Чудов ещё раз заходит в воду. Три раза окунается и бодро выскакивает на мостки. София замечает перемены в движениях Мирослава. Энергичный посыл следует от Чудова. Он восторгается, расправляется, разводит в сторону руки, смотрит на небо, переводит внимание туда, где вода течёт через пороги. Чудов наблюдает за импульсивным движением воды, плавно идущей по камням и шумно падающей через узкое жерло. Дальше вниз течение ускоряется.

В третий раз он оказывается в воде быстрее обычного, нырнув с площадки в купель. Окунается трижды. Подняв руки над головой, три раза хлопает в ладоши и аккуратно выбирается из источника, насыщенного пузырьками энергии из подземных родников. Возвращает взгляд на речку. Микроскопические воздушные частички воды зависают над протокой. Через узкое пространство между грудой камней мощное давление воды толкает поток. Мини-водопад шумит в радужном свечении солнечного отражения.

Чудов не спешит одеваться, кажется, ему не холодно, он в восторге, громко говорит:

– Дыхание планеты создаёт вода.

Смешивает тайны прошлого,

обновляя энергию события.

Софи слышит его слова, смотрит на лик Богоматери с младенцем. Дева Мария наблюдает за ней, Софи уверена в этом. Она более не сомневается. Снимает с себя одежду, бросает на лавку и в купальнике устремляется к воде. София двигается в прохладном роднике, погружается с головой. Ей кажется она слышит весь земной шар, находится в единении с природой. Она выбирается из воды, стоит на открытом воздухе. Ей холодно. Софи не крестится, она визжит от нахлынувшей радости, выходящей изнутри её тела наружу. Через мгновение открывается тепло внутри неё. Она шагает по бетонным плитам, пытается размышлять, в ней чувство гармонии без мыслей разумных. Софи повторяет опыт Чудова, ещё раз купается. Новые ощущения. Третий раз категорически не хотела заходить в леденящую воду. Решила не отставать от Чудова. Стремительно заходит, окунается с головой, ей не страшно, ей светло. Эффект обновления, всплеск эмоций в теле и душе. Она взбирается по ступенькам вверх обновлённого восприятия. Трижды поворачивается вокруг своей оси.

Софи смотрит на лик Девы Марии, поднимает глаза в небесную синеву и шепчет:

– Таинственные нити

соединяют тело и душу.

Каждый новый день

надо себя слушать.


ГЛАВА II.

НЕСОСТОЯВШИЙСЯ МОНАХ


Спасение души


Уединение Софии и Мирослава вблизи источника с родниковой водой прерывается появлением других людей. На велосипедах приближаются трое: мужчина, женщина и мальчишка лет шести.

Мужчина резво спрыгивает с велосипеда и с ходу начинает интересоваться у Чудова:

– Вода тёплая?

Чудов отвечает:

– Здравствуйте. Вода здесь одной температуры и зимой, и летом пять градусов.

Завязывается разговор. Улыбчивый незнакомец представляется в ходе общения:

– Меня зовут Геннадий.

Чудов отзеркаливает действие:

– Меня зовут Мирослав.

Геннадий на эмоциях говорит и говорит:

– Позавчера купался в Чёрном море, проплыл километр.

Чудов ему:

– Здесь другая вода, живая, полезная для профилактики и лечения.

На Геннадия воздействовал голос Чудова и от этого у него резко поменялось весёлое настроение на задумчивое.

Надо сказать, Геннадий человек любознательный, ищущий ответы на вопросы. Неординарный в глазах тех, с кем сотрудничает. Думает, что ему чего-то не хватает. Нет внутреннего баланса, из-за этого душа неспокойна. Геннадий – несостоявшийся монах, по образованию юрист, весёлый, общительный, любящий поговорить на животрепещущие темы, в душе – пилигрим. Когда-то среди степей в открытом поле он увидел пришельцев. Никто не разубедит теперь его. С тех пор улыбка на лице возникает чаще. Он знает, за нами наблюдают.

Чтобы получить заряд бодрости Геннадий торопится к источнику. Его радует новое знакомство. Что-то в Мирославе есть особенное, слова произносит, словно инструкции в сознание собеседника вносит.

Геннадий:

– На черноморском побережье сейчас хорошо. Был в Сочи. Авиабилеты в межсезонье дешёвые. Три ночи жил в отеле пять звёзд, всё включено, на первой береговой линии. Народу немного, на пляже свободно. В настоящее время люди консервируют себя в квартирах, опасаются общаться с незнакомцами. Массовая вакцинация не спасла людей от вселившихся страхов. Мы, юристы, рулим. Объясняем народу, что можно, а что нельзя. Не хотят идти на общение, тогда достаём рекламами через интернет.

Чудов утепляется. Надевает верхнюю одежду и говорит Геннадию:

– Здесь силы набираешься в источнике с целебными свойствами.

Геннадий ему:

– А ты, Мирослав, был монахом в монастыре? Представляешь, что это за жизнь?

Мирослав сразу не отвечает. Намеренно делает паузу, говорит:

– Знаю, что живут там по строгому режиму.

Геннадий улыбается. Ему кажется, что он знает больше перипетий социальной жизни, чем Мирослав, который внешне похож на человека из трудовых ресурсов, с проницательными глазами.

Чудов замечает, что собеседнику необходимо выговориться.

Спутница Геннадия купается молча, не издаёт ни единого звука. Софи думает: «Может она неразговорчивая или не хочет идти на контакт с другими людьми». Женщина не подходит близко к Софии. Вытирается полотенцем, одевается и начинает фотографировать горный массив. Поднимается от источника на дорогу, ведущую к женскому монастырю и к церкви, сверкающей на возвышенности золочёнными куполами, отражающими солнечный свет. Вверх на скалу с отвесными склонами, где находится Храм веры, ведёт лестница.

Женщина говорит ребёнку, чтобы тот никуда не отходил от купальни. Мальчик, примостившись на валуне, занялся изучением берега речки, куда впадает из источника водная струя. Разглядывает уток, бросает им кусочки хлеба.

Новый знакомый Чудова продолжает говорить о монастыре:

– Усмирение гордыни – цель для многих прибывающих в монастыре. Неожиданно для себя в один момент меня потянуло в монастырские стены. Захотелось душевного умиротворения. В знак преклонения настоятелю надо целовать руку. Признавать другого человека выше себя, тем более в стенах монастыря, для меня представляется неправильным. Я пришёл к Богу, а мне показывают жизнь по правилам настоятеля. Кроме Бога авторитетов для меня нет. Поклоняться другому человеку – это моральная утопия, как минимум для моего мировоззрения.

Чудов слушает с интересом высказывания Геннадия. Крепкий, спортивного телосложения Геннадий выглядел уверенным человеком со сложившимся убеждением по отношению к монашеской жизни.

Мирослав говорит ему:

– Ты имеешь право выбора. Никто не вправе тебе навязывать свою волю без твоего согласия.

Геннадий улыбается, разговор ему приходится по душе. Заметно, что он высвобождается от тягостных размышлений. Говорит Мирославу:

– Патриарх коронован. Он старший над всеми настоятелями, а чему учит. Пример его внушаемых убеждений: «Человек личностен, тем самым может менять свою природу. Индивидуализм – обострённое личностное осознание человека. Крайний индивидуализм – одиночество, выдворение из круга других. В среде людей одиночество – это не развитие, а заболевание. Уединение бывает полезным, когда познаёшь себя. Личностное бытие – это не закрытость от другого человека, это общение с другими, не со всеми, с избранными. У человечества много ипостасей, но человеческая природа объединяет нас. Высшая сущность – личностная».

Геннадий интерпретирует слова Патриарха в своё убеждение.

Чудов:

– Складывается впечатление, что ты, Геннадий, зазубрил слова Патриарха.

Геннадий:

– Разумеется, как юрист, я просеиваю информацию, отделяю приемлемое от принуждения.

Юрист, он же несостоявшийся монах, явно волнуется, душу разбередили воспоминания о монастыре.

Начинает говорить совершенно о другом вероисповедании:

– Вы читали Коран?

Чудов молчит, делает вид, что не совсем понимает суть вопроса.

Геннадий отвечает сам:

– В Коране шестьдесят процентов смысла трактуется для понимания следующим образом: «Кто не соблюдает требования канонов Корана при жизни, с того строго спросят на небе после смерти. Мне импонирует, что открывается безальтернативная мораль. То есть жить надо в рамках нравственных принципов, здесь и сейчас.

Несостоявшийся монах, не прошедший курс послушания в мужском монастыре со строгим уставом, говорит об исламе как о вере с глубоким уважением, при этом улыбается от чувств, идущих из благого и понятного для него душевного настроения.

Чудов говорит юристу своё мнение:

– Ты из любопытства стал читать Коран. Посетил мечеть, принял ислам после долгих мытарств. А всё потому, что тебя никто не убеждал и не вынуждал целовать руку муллы. Никто не принизил твоего значения. Ты услышал слова: «Нет посредника в молитве для верующего человека между ним и Всевышним». Ты окреп, реабилитировался в собственных глазах. Дух вернулся в сознание и тело твоё. Ты принял верование по-новому, чувствуешь себя свободным в вере. Наверное, у каждого вставшего на этот путь, сложности в понятии разумом веры были всегда. Есть одно учение, где сказано: «Все религии равны», а искушаемый человек пытается менять знание духовного мира в своих интересах. Контроль в структуре осуществляется через иерархическое повиновение. Однозначно, вера не бизнес на основе религии, вера – личное убеждение, созидание без ожидания. Наставник, прячущий своё эго под саном жаждет указывать и принуждать других, как жить. Неустанно внушается: «За всё надо платить». По-моему, верить, значить действовать, служить примером благопристойного поведения без назначения цены сущему.

Геннадий затаился, увлечённо слушает Чудова, не перебивает, внимает словам.

Чудов продолжает говорить:

– После развала СССР в сложившемся атеистическом обществе роптали, в годы перестройки открыто заговорили, в начале 21 века решили – надо восстановить храмы религиозных конфессий. Теперь везде есть приходы, даже здесь, вдали от городов, чтобы человек укрылся от непогоды, бытовых проблем. Молитесь пожалуйста сколько угодно. Закон принят, имеет юридическую силу: «Каждый имеет право на свободу совести и вероисповедания». Ты юрист, знаешь силу закона и изучаешь жизнь. А что ты понимаешь? Сравниваешь учения, явления. Будь собой, имей к другим уважение. – Чудов обвёл правой рукой вокруг, проговорил звучным голосом: – Храмы пусты. Туристы посещают обитель веры как музей. Висят плакаты с напоминанием, чтобы люди одевались пристойно при входе в Храм. Всё в нас самих, и причины, и действия.

Геннадий был не готов что-то аргументированно возразить.

Чудов его ещё больше удивил, когда, глядя прямо в глаза, спросил:

– Где ты видел пришельцев и когда?

Геннадия перемкнуло, мысли встали без движений. Тяжело вздыхает, возвращает самообладание, откровенно говорит:

– На Аркаиме в прошлом году.

Геннадий подумал: «Необычный человек, Мирослав. Заставил замешкаться, вынудил раскрыться. Откуда он знает, что со мной было?».

Геннадий смотрит на церковь, стоящую наверху утёса, переводит взгляд вдаль за горизонт и тут в его восприятие врезается громкий крик Софии:

– Скорее сюда. Он утонул.


До этого мгновения произошло следующее. Софи находилась в состоянии медитативного транса. Чистый воздух действовал анестезией для эйфорического созерцания зрелых прелестей осени. Софи чутко слышала природу в различимых звуках. Среди гармоничных ритмов шелеста листвы, журчания воды, кряканья уток, дуновений ветерка раздался всхлип с непонятным всплеском. Неведомая сила заставила Софию обратить на это особое внимание. Её что-то вело через подсознание, ребёнок звал на помощь. София стремительно, переходя на бег, словно пантера, бросилась к речке вблизи родника. Запрыгнула на валун, ища глазами малыша. Его нигде не было. Увидела в воде тень, быстро уплывающую по бурному течению. Софи бросилась без раздумий в воду, гребла руками, отталкивалась ногами от камней. Схватила за ногу малыша. Он безвольно мотылялся в воде. Софи не придала значение сопротивлению воды, у неё одно устремление – избежать беды. Вынесла из холодного потока на берег ребёнка. Малыш не дышал, его тело посинело, глаза остекленели. София сделала ему искусственное дыхание.


Мать малыша мешает ей, хватает своё дитя, кричит на всю округу как раненая белуга.

Геннадий хватает свою женщину в крепкие объятия, держит. Софи одна помогает ребёнку. Она знает, что надо делать. Поворачивает холодное тело на бок, разжимает стиснутый рот, достаёт язык из гортани. Путь для вдоха открыт. Софи вдыхает через рот в ребёнка свою энергию. Она жаждет помочь. Роднее всех для неё в этот момент душа ребёнка. Она подсознательно слышит зов о помощи. София растирает кисти малыша, заглядывает ему в глаза, вдыхает в него через себя.

Мать малыша, побледнев, падает в обморок.

Чудов подходит к Софи, гладит её по волосам, заглядывает ей в глаза, говорит:

– Не спеши.

Отстраняет её от ребёнка. Встаёт на колени, кладёт руки на грудь маленького человечка и громко произносит:

– Повелеваю именем небесных сил, ЖИВИ.

Время потекло в замедленном действии. У всех присутствующих в сознании возникает пробел.


Сцена действий меняется.

Магнитное поле

волнами качается.

Всеобщее сознание открывается.

Геннадий благодарит Софи. Уверяет, что теперь она – родной человек для их семьи. Его жена держит за плечи малыша, прижимает к себе.

Геннадий берёт с багажника своего велосипеда джинсы, футболку и кроссовки сына. Мальчика переодевают в сухую одежду. Ему всё равно холодно, чему свидетельствует дрожь в теле.

Мирослав Чудов снимает спортивную куртку и отдаёт родителям малыша. Те закутывают ребёнка в великую по размеру, но тёплую куртку. Мальчик с посиневшими губами дышит глубоко и неотрывно смотрит на Софию взглядом, не по годам повзрослевшего человека.

Чудов обращается к Софи:

– Мудрость природы мальчику помогла.

Софи:

– Какая мудрость природы?

Я вытащила его из воды.

Чудов:

– Это дела, а не слова. Успела.

Геннадий и его семья скоро засобирались. Беда их обошла.

Чудов напоследок обращается к Геннадию:

– Как жить собираешься дальше?

Геннадий:

– Монахом мне не быть. Произошедшее не забыть. Я на ставке штатного юриста сразу в нескольких медицинских центрах, в том числе реабилитационных.

Чудов:

– А зачем врачам юрист?

Геннадий:

– Своевременно представлять доказательства, чтобы выигрывать судебные иски.

Чудов:

– Что с миром стало. Врачам нужна подстраховка.

София включается в разговор одним словом:

– Бизнес.

Общение на данной ноте исчерпало ресурсы. Геннадий удаляется со своими близкими в неизвестном направлении.


Софи взглянула в глаза Мирослава и дотронулась своей рукой до его руки.

Мирослав охарактеризовал происшествие в своём репертуаре:

– Внимание дороже понимания.

Тело ничто без души.


***


После спонтанного знакомства с Геннадием и его семьёй Чудов ушёл в молчаливое состояние. Около часа они не разговаривали с Софией, просто дышали каждый в своём ритме.

София проголодалась.

Мирослав чутко, в тему её мыслей с улыбкой сообщает:

– Пойдём вверх за церковь, там есть беседка с хорошим обзором на окрестности. Подкрепимся.

Редкий случай – его улыбка. Софи даже не помнит, видела ли его когда-нибудь с таким приятным выражением лица.

Чудов встряхивает в воздухе рюкзак, показывая, что он наполнен запасами еды. Закидывает за плечи ношу. Откуда Мирослав знает, что там есть беседка, Софи не расспрашивает его. Она знает, у Чудова всегда есть план действий в голове.

Они вдвоём направляются вверх по лестнице. София идёт рядом. не удаляясь от линии его движения. Мирослав не подаёт вида, что ему холодно без куртки, которую он отдал мальчику.

Чудов заботливо расстилает на скамейку большую салфетку с изображениями озера и парой лебедей. Открывает рюкзак, достаёт из него две глиняные чаши, колбасу из конины, сыр, недрожжевой хлеб, помидоры, огурцы, два авокадо, термос с чаем из горных трав и бутылку красного сухого вина абхазского розлива. Откупоривает штопором бутылку и даёт подышать вину. В это время он нарезает сыр, овощи, хлеб и в последнюю очередь колбасу.

Софи надкусывает кусочек сыра и выпивает из чаши налитое красное вино. Кровь заиграла в жилах. Ей комфортно. Она думает: «А если бы он был мужем? Близким, родным человеком?». Возникла предательская мысль: «Чудов, наверняка, думает иначе, что я для него всего лишь тело». Софи изгоняет сомнения. Мирослав не делает ничего для неё плохого. Он рядом, ей хорошо, даже упоительно.

Софи выпивает ещё вина, хмелеет. Она веселится, заигрывает словами с Мирославом.

Он не пьёт вино. Наливает себе чай, съедает кусок хлеба с колбасой. После разрезает пополам авокадо.

Наблюдая за Софи, увлечённо рассказывает об экзотическом фрукте:

– Авокадо – питательный фрукт с жёсткой кожурой тёмно-зелёного цвета. Кожура защищает мякоть плода, внутри которого находится большая косточка, размером с куриное яйцо. Маслянистая мякоть насыщена полезными веществами. При давлении на зрелый авокадо вилкой, мякоть превращается в кашицу.

Софи, слушает его, представляет зелёную планету плодом и людей, облепивших землю, грызущих кожуру оболочки. Сплёвывает трижды: «Тьфу, тьфу, тьфу. Ну и мысли». Она кокетничает с Мирославом, а он ей про кожуру авокадо рассказывает. Она без кожуры, мякоть податливая, живая планета, жаждущая его прикосновений.

Мирослав не понимает намёков. Купание действует очищением. Он не хочет других ощущений. Его духовное состояние возвышено над животными инстинктами.

Чудов ест в компании Софии, хотя на самом деле он не голоден. В его теле бодрость духа.

Мирослав:

– Раньше ты жила полученными знаниями. Увлекалась делением клеток. Это убеждение учёных, что наука меняет божественное явление.

Софи ничего не понимает в контексте его слов. Она пьяна от вина, от свежего воздуха. Навязчиво привлекает внимание Чудова к своим формам женственными движениями. И вдруг неожиданно до неё дошло. Она сегодня спасла жизнь юной душе. Понимает, что хочет ей донести Мирослав. Софи самоотверженно совершила поступок во имя спасения другого человека. Это не наука, это духовный порыв.

София расслабляется, разваливается на скамейке, вытягивает ноги. Ей хорошо. Мысль: «Рядом с Чудовым безопасно». С этих пор она готова идти с ним на край света.


ГЛАВА III.

СОЛОВКИ


Казань


Софии нравится путешествовать. Она воспринимает просторы России величайшим достоянием страны. Неуёмное желание увидеть разные уголки новой родины потворствует её покладистому поведению по отношению к Мирославу Чудову. Именно он организовывает поездки по прихоти Софии Кларк. Софи водит пальцем по карте России, где ощущает тепло биотоков, туда и хочет ехать.

В этот раз её палец показал на Белое море, в точку, где находятся Соловецкие острова. Манипуляции своеобразного гадания она выполняет с закрытыми глазами, потому верит, что точка, куда указывает палец является наиболее благоприятным местом для посещения. Деньги есть у Чудова. План, маршрут продумывает он же. Софи главное убедить его в том, что он сам готов к путешествию для изучения самобытности разных регионов России.

Мирослав и София переезжают из одного места в другое. Останавливаются в Казани, городе, где история фонтанирует. Привлекательна светящаяся реальность, но увлекательна история прошлого. А сейчас всё по-другому. В этом городе скульптуры духовных сущностей присутствуют повсюду. Рядом с Волгой построен Центр семьи. Архитектурное сооружение в виде казана видно издалека. На противоположном берегу находится Кремль, где масонское око зорко смотрит с фасада здания Республиканского Совета. В резиденцию Президентского дворца ведут необычные врата, одна створка – Солнце, другая – Луна.

Казань выстояла века. В настоящее время люди не выходят из дома. Бесцельно прогуливаться нецелесообразно, нежелательно, нельзя. Могут быть последствия. Всеобщая кодировка приучает к дисциплине.

Чудов с Софией осмотрели много достопримечательностей города.

Мирослав берёт машину напрокат и везёт Софию на остров-град Свияжск.

Там затишье, красота,

воплощена в строениях

творческая мечта.


Погуляв по острову, вечером возвращаются в Казань. Чудов припарковался на стоянке под стенами Кремля. Вышли на воздух.

София интересуется у Чудова:

– Почему люди разучиваются общаться?

Чудов:

– Люди давно разучились общаться. Песни вместе поют только в старых фильмах. Мы ходим где хотим, потому что я с иммунитетом гражданин, ты со мной.

Они стоят на набережной Волги. Софи начинает нервничать. Поднимает камушек, замахивается и бросает в воду.

Софи:

– Ты меня используешь вслепую.

Я, честное слово, негодую.

Чудов:

– Говорю правду, тебе не хуже от этого.

Софи:

– Где мои документы?

Чудов:

– В серьге, которую я тебе подарил. Там информационный чип. Серьга в твоём пупке.

София использует ситуацию в свою пользу. Предлагает Мирославу поехать в другую сторону, к Северной Двине.

Чудов легко соглашается:

– Нормальный план. Я с тобой ещё там не бывал.


Софи вынуждает Мирослава обновить гардероб, и они едут в модные бутики. Из практических побуждений Чудов покупает бытовые инструменты и посуду. София довольна, значит вечер будет многообещающим для исполнения желаний Мирослава. София умеет быть благодарной, особенно, когда ей потворствует мужчина с возможностями в этом непростом мире. Мирослав хорошо это знает.


Смена энергии


В гостиничном люксе Софии с Мирославом в одной постели спится безмятежно. В номере две комнаты, балкон, вид на реку, где происходит течение истории.

Мирослав проснулся раньше. Стоял у окна.

Софи потягивается спросонья в кровати, встаёт и нагая подходит к нему.

– Здравствуй, Мирослав, – первая здоровается она.

– Доброе утро, София, – отвечает он не спеша.

Софи смотрит на великую реку, спрашивает:

– Интересно, что значит слово Волга?

Мирослав:

– История в течении.

Софи влюблена в новое утро. Лучи солнца поднимаются над горизонтом. Очертания Казана видны издалека.

– Почему называется Казань? – интересуется она.

Мирослав:

– В этой местности в реке утонул большой казан. Люди, указывая пальцем на него кричали: «Казан! Казан!». Его вытащили и приготовили много еды. С тех пор существует город. Здесь сосредоточена душа территории.

Софи:

– Ты по-своему трактуешь истории. Надо бросить в реку монетки, чтобы путешествие было удачным.

Мирослав:

– Течение не решает задачи. Течению плата не нужна.

Софи:

– Ты быстро согласился на поездку к северным широтам.

Мирослав:

– Смена энергии нужна.

Здесь предсказуемо.

Людей заботит сейчас только еда.

Софи:

– Какая-то ерунда.

Важна не только еда.

Мирослав:

– Ты передо мной босая,

рядом стоишь нагая.

Открытая для меня

без скрывающих одежд.

Смотри внимательно из окна.

Что видишь?

Какие дома?

Софи:

– Исторические строения

и в реке – вода.

Мирослав:

– Мы вчера ходили по городу. Повсюду видели вывески рекламы: еда, еда, еда. Культурные программы под запретом, потому что пандемия. Ты учёный специалист, в принципе знаешь, что наука ничего не доказывает, а обосновывает программные установки.

Люди с привычками толковать

в эфире твердят

как правильно питаться.

Есть платные советы о диетах.

Пищевые эксперты

готовят проектные десерты.

Долго такое не может продолжаться. Человек – лампочка, душа – вольфрамовая нить, которая быстро, трещала, мигала и в итоге перегорала. Содержимое в стеклянной оболочке заменили на порошок с наночастицами, считающийся энергосберегающим, да и служит дольше, заполняя сферу лампочки холодным светом.

Люди не птицы,

их судьбы предопределены.

От включенного рубильника

во многом зависят они.

Софи:

– Значит все люди к одному источнику привязаны. Рубильник выключат и обесточена искусственная жизнь?

Мирослав:

– Отключи электричество и в социальной сети нет тебя.

Софи настораживается, трогает свой лоб руками, проводит вниз по животу, бёдрам, прижимается к Мирославу, шепчет:

– Может быть

это известно тебе одному.

Не говори больше никому.

Рядом с тобой дева живая,

скажи что-нибудь

хорошее, обнимая.

Мирославу надоедает её игра в чувства. Взглядом выразил, что София глупая.

Софи решает оспорить умозаключение:

– Медицина лечит тело.

А религии твердят,

что есть душа.

Медицина – наука,

без неё никак нельзя.

Мирослав смотрит в лоб, меж бровей Софи, говорит:

– Медицина вынуждена

признать существование чуда.

Присутствие духа, сила воли

могут исцелять тело от недуга,

перед которым бессильна медицина.

Вот моя доктрина.

Мирослав разворачивает Софию к себе спиной, нагибает вперёд. Она упирается в пол руками, послушно начинает двигаться волнами в ритм его движениям.

Всё заканчивается быстро, как ей показалось.

– Ничего не поняла.

Что произошло?

Где страсть была?

Мирослав отстранённо:

– Хватит болтать.

Пора энергию менять.

Смена мест

не меняет слагаемых.

Соловецкие острова –

место силы.

Они людьми обитаемы,

там энергии слагаемы.

Сегодня же едем туда,

куда, думаешь,

решила ехать ты одна.

Считаешь манипулируешь ты,

на самом деле

манипулируют тобой.


София обомлела

и подумать толком не успела.

Мирослав получил от неё

удовлетворение сполна.

Подрегулировал напряжение.

Снова ведома она.


Острова


Можно на острове побывать.

Не обязательно туда ногами шагать


Глубокой осенью Архангельск встречает путешественников холодным северо-западным ветром, гуляющим шквальными потоками по поверхностям Северной Двины. Рейсы судов отменены из-за шторма, частные корабли не соглашаются идти на Соловки из-за рисков.

Чудов привёз Софи в аэропорт Талаги, оплатил частный самолёт.

Начинается полёт. Софи радуется, как дитя. Воплощается её желанная мечта. Над другими людьми смеётся, говорит Мирославу:

– Обывателям дома сидеть достаётся. Ха-ха, их история – ждать.

Софи смотрит в иллюминатор. Белые буруны волн создают на море овечье руно.

Мирослав внушительно объясняет Софии состояние её психики:

– Как только начинаешь насмехаться,

перестаёт хорошее сбываться.

Софи:

– Хватит грузить. Надо жить.

Мы хозяева положения,

не делай другим одолжения.

Всё по нашему плану.

Прекрати шутить, Мирослав.

Не нарушай плана.

Чудов:

– Всё без обмана.

Самолёт проваливается в воздушную яму. Слышится дребезжание крыльев, мотор загудел громче.

Пилот прилагает значительные усилия за штурвалом, чтобы в ручном режиме исправить положение воздушного судна, просит пристегнуться двоих пассажиров Мирослава и Софию. Предупреждает:

– Видимость плохая из-за сплошной облачности. Мы находимся в зоне турбулентности. Приборы ведут себя странно.

Чудов после слов пилота пристёгивает к креслу свою спутницу и подмигивает ей.

София испугана. Чудов рядом, улыбку подарил. Вопреки обстоятельствам она уверена, не тот он человек, чтобы всё закончилось бесславно.

Самолёт попадает в оборот магнитной спирали. Софи в ужасе, ничего не слышит, уши заложило, голова отяжелела. Боится думать, предполагать. Начинает молиться, как умеет.

Слышит голос Чудова:

– Молиться не лень тому,

кто знает, что идёт ко дну.

Софи с трудом выползает из шкуры оболочки прежних мыслей. Прозревает. Она благодарна жизни за всё. Прощает себя, прощает других, прощает возникающие сомнения в миг.

Голос Чудова в голове возник:

– В прощении видится многое сложным,

но не бывает результат ложным.

Софи открывает глаза, гул нарастает. Она не чувствует веса своего тела. В голове пустота. В сердце появляется тепло. Ей не страшно. Она благодарно смотрит на Чудова, который снова подмигивает ей.

Мирослав сосредоточен, не выражает никаких эмоций. Вытянул ноги, в кресле сидит не пристёгнутым, смотрит в окно обзора из-за спины пилота.

В пустой голове Софии возникают чистые мысли. Она молится Высшим силам за себя, за пилота, за Мирослава. Видит через закрытые глаза Вселенную с хаотично движущимися энергичными частичками, проникающими внутрь её существа. Она слышит слова, мыслью доходящей: «Будете жить. Ещё не время».

Софи испытывает лёгкость, выходит из физического оцепенения. Смотрит на пилота. Гул мотора притихает, полёт переходит в плавное состояние, открывается чистый небосвод.

К ним оборачивается пилот:

– Слава небесам, наконец-то включился автопилот. Нас снесло магнитной бурей в какое-то энергетическое окно. Мы отклонились от маршрута. До островов далеко. Самолёт сейчас находится в два раза дальше от конечной цели, чем были в начале пути из аэропорта.

Пилот оказался не робкого десятка, паники не проявил. Представился:

– Меня зовут Алексей. Поздравляю, мы в безопасности. Скажу честно, в условиях турбулентности испытывал небывалый стресс. Необычно всё это. Представил, что я в самолёте один. Забылся, спал наяву, до сих пор не пойму, как после недопустимых перегрузок выбрались без поломок в чистую полосу неба.

Чудов не поддерживает разговор. Слушает.

София подумала, что пилот очень смелый человек, знающий своё дело.

Алексей вымотан до предела, по его лицу струями стекает пот.

Он вытирает полотенцем лицо и сообщает ожидаемую новость:

– Через два часа будем на месте.


Кильватер


Компактный самолёт-авиатакси благополучно снижается и удачно приземляется на авиационную полосу. Остров в каменном ожерелье стен и башен предстал перед взором во всей красе.

Пилот, светловолосый Алексей с голубыми глазами помогает достать багаж и провожает словами:

– Соловки – это острова в сердце моря. Дальше сами. Рад был знакомству.

Пожимает руку Мирославу, Софии отдаёт знак приветствия кивком головы.

Чудов:

– Когда в обратный рейс улетаешь?

Алексей:

– Необходим техосмотр воздушного судна, полная диагностика. Вероятнее всего завтра вылечу.

София чувствует себя туристкой, попавшей на экзотические острова. Климат на Соловках оказался гораздо мягче, чем на материке.

Подъезжает УАЗик. Чудов и Софи направляются к машине. Это не такси, не автомобиль из парка аэровокзала, машина без опознавательных знаков. Из неё выходят трое: двое мужчин в камуфляжных костюмах, масках на лицах и женщина в такой же одежде, но отличимая от мужчин очертаниями фигуры.

Софи шепчет Мирославу:

– Военные люди. Разве здесь есть база?

Мирослав:

– Белое море имеет стратегические выходы в открытый Северный Ледовитый океан. Скорее всего это пограничники, проверят документы и на этом все формальности закончатся. По-французски не говори, по-английски тоже не говори, по-русски с акцентом не произноси ни слова. Буду говорить я. Видишь, пограничники стоят как вкопанные столбы, ждут пока сами подойдём к ним. Наблюдают за нашими жестикуляциями. Поморы – это не нация, это культура образа жизни. Север всякого проверяет на прочность. В общем молчи, говорить буду я. Не жмись ко мне близко, держи деловую дистанцию, не вторгайся в личное пространство. Когда к ним подойдём, руки в карманы не убирай, нос не чеши, волосы не поправляй, глазами часто не моргай. Смотри не прямо в глаза им, а чуть выше, на брови, тогда напряжение выдержишь. Помни, это эксперты психологии, случайные люди не охраняют рубежи самой большой по территории страны в мире.

Чудов что успел, объяснил Софии. Дольше задерживаться нельзя. Могут подумать, что гости замешкались при виде патруля.

Через несколько минут Мирослав Чудов в полной мере общается с представителями власти, сотрудниками федеральной службы безопасности. Он объясняет, что совмещает служебную командировку с путешествием, желает обойти пешком и на лодке Соловецкие острова, чтобы отдохнуть морально и физически от напряжённого интеллектуального труда. Он к ним обращается не иначе как коллеги, товарищи. К удивлению Софии, людей, наделённых полномочиями власти, на Соловках не называют господа. Чудов называет свой кодовый цифровой ряд. Его проверяют и более не задают вопросов для идентификации личности.

Софи молчит как рыба.

Со стороны её изучает взглядом сотрудница службы безопасности. Она ведёт переговоры по рации:

– Блондинка с ним, как будто наших баб нет. Тащат с собой куртизанок с другого мира.

Ей отвечает женский голос:

– Куртизанка, ха-ха. Может она завербована, для дела нужна.

Сотрудница опомнилась, замечая, что разговор громкой связи слышит Мирослав Чудов.

Она хочет оперативно завершить переговоры:

– Процедура досмотра пройдена. Далее действуем в соответствии с Федеральным постановлением, пункт 17.2.

Тут же в ответ получает дополнительное пояснение:

– Не выходите за рамки правового поля требуемых постановлений. Сейчас ранги и звания второстепенны. Нужно думать об общей безопасности в условиях повышенной смертности. Кстати, они в рекомендуемых средствах защиты?

Сотрудница отвечает:

– Средств защиты нет.

Слышно, как коллега по телефону повышает на неё голос:

– Значит предоставьте маски и перчатки для вновь прибывших, пока они не вступили с кем-то в близкий контакт. Пилота срочно изолировать. Вам всё ясно?

Сотрудница отчеканивает:

– Приступаем к выполнению указаний.

София смотрит за реакцией Мирослава на переговоры по громкой связи.

Мирослав открыто, ничего не скрывая, говорит Софи:

– Я правила знаю. Нас не выпустят к людям. Здесь полная изоляция от внешнего мира – локдаун.

Софи:

– В монастырь зайти бы, посмотреть где обитали монахи, отбывали срок политические заключённые.

Мирослав ничего ей не отвечает.

Один из сотрудников федеральной службы обращается к Софи на французском языке:

– К сожалению, сейчас время не для экскурсий. Может быть вообще закончилось бесконтрольное хождение в природе. Человечество на грани.

Софи не удивилась, но остепенилась. Мысль возникла: «На особенной земле стою. Здесь провидцы все что ли?».

Мирослав уединяется с военными, что-то обговаривает.

Взор и мысли Софи притягивает дальний берег. Что там она пока не знает, но неведомая сила тянет к зарослям и камням вдалеке. Она приседает на спортивную сумку с вещами и ждёт возвращения Чудова.

Прошёл час, другой. Мирослав мелькнул неподалёку, сел в машину и куда-то уехал с сотрудниками. Алексея увезли на другой машине. Софи осталась одна на взлётной полосе.


Тень от стен монастыря движется по земле. Солнце клонится к закату. Софии безмятежно и тепло. Она расстёгивает курточку, снимает перчатки. Тёплый воздух реально завис над островом. Вспомнила ранее сказанные слова Чудова о Соловках: «Место силы. Острова омываются тёплым течением, идущим от Гренландии. Монастырь, основанный давно, успел побыть тюрьмой, музеем, меккой для туристов». Софи, вспоминая слова Чудова, констатирует: «Меккой для туристов БЫЛ. Люди дошли до такой стадии, что являются заразой друг для друга. Токсичные мысли распространяются в глобальных масштабах от человека к человеку. Перевоплощение грядёт, не иначе».


Щи


К ней приближается человек в оранжевой жилетке машиниста. Лицо, заросшее бородой, неспешная походка, в руке бамбуковая палка, взгляд живой, даже озорной. Человек подходит совсем близко. София смотрит по сторонам – больше никого.

Человек говорит ей по-русски:

– Пойдём к нам в дом.

Не бойся снимать маску.

Все приказы для острастки.

София опасается незнакомца, спрашивает:

– А как меня найдёт мой муж?

Незнакомец достоверно поясняет:

– Он тебе не муж – это известный факт. Искать не будет, он знает.

Софи замолкает, берёт в руки сумку, снимает ненавистную маску с лица и следует за человеком в оранжевом жилете в ту сторону, куда совсем недавно её тянуло как магнитом, до появления незнакомца.

Софи идёт по шагам проводника в оранжевой жилетке. Пробираются по тропе вдоль сплошной каменной стены. Обходят две сторожевые башни, затем движутся дальше к дальнему берегу.

Небольшой лесок, груды камней, полянка. Проводник останавливаясь, представляется:

– Зовут меня дед Матвей.

Вот тебе склянка со снадобьем,

пей скорей.

Софи думает: «Не доверять, не значит отказывать». Выпивает. Выпрямляется. Бросает сумку наземь. Замедляет дыхание, закрывает глаза. Начинает потихоньку крутиться вокруг своей оси по часовой стрелке. Вращение ускоряется. Ноги сами перебирают по кругу. Она и не придаёт значения, что босая. Крутится, крутится, крутится… Софи вращается, превращаясь в единую гармонию. Ей тепло и уютно. Отчётливо видит остров в разрезе. Вниз к ядру ведёт воронка. Вверх уходит спираль, закручивающаяся в конусе.

Софи вращается,

новое видение открывается,

она энергией наполняется.

Дед Матвей говорит:

– Сбавляй обороты, выходи из центра, иди по лабиринту.

Софи открывает глаза, обращает внимание на проводника. Видит под ногами выложенную спираль лабиринта. Кусты колючего шиповника с созревшими плодами растут тут же меж камней. Софи идёт по натоптанной пилигримами стезе, она интуитивно находит дорогу. Лабиринт заводит в тупик. Следует обратно. Новый зигзаг. Идёт, идёт – тупик. Разум Софии поник, чувства не слышны. Она хочет выскочить из лабиринта. Ограждений нет. Её держит в спирали магнит.

Она понимает,

есть выход,

надо искать.

Солнце за горизонт

начинает оседать.

Софи громко говорит:

– Дед Матвей, помоги.

Дед отвечает:

– Искренне проси, себя прости. Дорогу не знаешь, найдёшь и не потеряешь.

Наступают сумерки.

У Софии кружится голова. Надеяться не на кого, надо продолжать искать выход.

Вышла полная луна.

Софи идёт, не зная куда. Лунный свет для неё освещает лабиринт из камней. Она идёт как робот, переставляет ноги, перешагивает через камни в сухой траве. Вступает в линию зарослей кустарников, пробирается вперёд и наконец-то вырывается из затягивающего лабиринта.

Неподалёку видит свет в окне. Перед глазами возник в очертаниях деревянный домик. Она подходит к крыльцу, открывает дверь, заходит внутрь. Слышит запах щей, душистых трав. Оглядела себя. В руках сумка, ноги не поранены. София проходит коридор, открывает следующую дверь. Комната. Посреди комнаты стоит стол со стульями. Над столом с потолка свисает голая лампочка на проводе. Светло.

Дед Матвей ей говорит:

– Не стой, проходи, отведай мои щи.

Софи присаживается за стол. Недоумевает, что спросить не знает.

Дед Матвей говорит:

– Соло в кильватере -

Среди потоков

гольфстрима поток.

Спираль энергий –

духовный исток.

Вверх молились

знающие мастера.

В каменных мешках

затворники кляли в века.

Остепенились.

увидели верх бытия.

Софи съела тарелку щей с двумя зубчиками чеснока. С удовольствием уплела два ломтя домашнего хлеба.

Дед Матвей ей ещё подливает, говорит:

– Ешь, сил набирайся. Из лабиринта вышла, значит не заплутала душа твоя.

Софи:

– Кто Вы? Как здесь оказались? Когда прибыли сюда?

Дед Матвей:

– Я не пришелец,

я из бывших, поселенец.

Семнадцать лет

от звонка до звонка отсидел.

Здесь остался, постарел.

Была другая жизнь у меня.

Забрали завистники, оклеветали,

в никуда сослали.

Софи не боится откровений деда Матвея. Он ей родная душа, зла не питает. Она это сразу поняла, как вошла в его дом.

Дед Матвей продолжает:

– Вас небо не пускало. Вы всё равно полетели, не сворачивая обратно. Что надо ты поймёшь.

Государство надо уважать.

Морально другим помогать.

Люди агрессивные как никогда.

Сейчас обязательна «прививка»,

чтоб забыл своё Я.

Софи:

– Что это за место?

Дед Матвей:

– Острова,

перевалочная база для душ.

Завтра улетайте.

Новый день

на материке встречайте.


Софи слушает деда Матвея, верит ему.

Дед её провожает в дальнюю комнату, говорит:

– Время спать.


Софи засыпает.

Всё, что было с ней

мгновенно забывает.

ГЛАВА IY.

УРОЧИЩЕ


Пристань


В столице поморов Мирослав и София первым делом выходят на набережную. Останавливаются, смотрят на волны, на пришвартованные ржавеющие суда. Набережная оборудована всеми удобствами для прогулок и отдыха. Народу очень мало. Вернее сказать, прогуливаются одинокие люди, держась на удалённом расстоянии друг от друга. Мирослав и София единственная пара в ярких одеждах. Люди стараются быть неприметными. По мнению Мирослава, если прятаться, то на виду. София не всегда понимает, где шутка, где серьёзность в его словах, но зря он не говорит никогда. Они полулёжа отдыхают на изогнутых волной под тело скамейках, смотрят на течение Двины и беседуют. Она интересуется у Мирослава на тему наболевших вопросов.

Софи:

– Скажи, есть вакцина от проказы, съедающей разумы?

Мирослав:

– Для исцеления необходимо понимание: свержение эгоизма в уме, достижения – в терпении, а не в формуле.

София уважает внимание Мирослава. Она умничает, рассуждает, но не игнорирует чувство предосторожности. Убеждена, что Мирослав её ещё не полностью знает.

Софи:

– Лекарства нужны для победы над будущими угрозами. Биология давно не отдельная наука. Биология, физика, химия в едином звуке струнами времени отчётливо играют и вразумляют.

Чудов не вопрошает, вновь убеждает Софию:

– Логика всего за пределами

нашего понимания,

потому что еда привлекает

до смерти наше внимание.

Просветлённые индивидуумы

существуют,

но они логику всего не обоснуют.

Человечество лишает воли

другие виды жизни на планете.

Логично одно – все мы вместе

За действия цивилизации

в ответе!

Он предлагает Софи не утомлять мозги философскими рассуждениями, а готовиться к дальнейшему движению.

– Беру машину на прокат. В Санкт-Петербург поедем своим ходом. Я буду за рулём, ты – рядом. Чужие уши нам не нужны, – сообщает ей Мирослав кратко о планах.

Софи радуется новому плану, просит его:

– Ну давай перед отъездом зайдём в кофейню, где играет джазовая музыка. Ты же сможешь договориться, чтобы нас пустили внутрь.

Мирослав:

– Не волнуйся. Порешаем.


Сопровождение ангелов


Предыдущий вечер прошёл чудесно. Софи обожала Мирослава вчера. Пила сваренный кофе, отведала эксклюзивных пирожных, душа её наполнилась живой музыкой.


Утро началось стремительно. Наскоро собрались, позавтракали в номере отеля и в дорогу. Мирослав забрал внедорожник на стоянке, подъехал к крыльцу отеля. Софи запрыгнула в салон, и они тронулись в сторону побережья Белого моря.

Проходимый автомобиль с высокой посадкой плавно шёл по гравийной дороге. Чудов явно знал толк в автомобилях.

Проехали километров восемьдесят. Природный ландшафт резко меняется. Вместо болотистой местности, заросшей корявым лесом возникает долина с сосновым бором, откуда начинается спуск по асфальтированной дороге. Остановка у моста. Внизу журчит речка. Билборд сообщает о заповедной зоне, находящейся под охраной государства. На другой стороне дороги – стрелка с указателем к двум источникам с минеральной водой.

Мирослав и Софи переобуваются в сапоги, берут с собой полотенца в пакете и пустые бутыли для воды. Спускаются вправо по тропе вдоль речки, которая уводит в глухой, нетронутый вырубками лес. Софи радуется, как ребёнок, подбегает к поздним соцветиям, трогает руками стебли Иван-чая, не срывает ни одной травинки, разглядывает, бежит дальше. Подходит к берегу речки, видит двух хариусов, стоящих на перекате в прозрачной воде. Софи визжит от восторга. Мирослав терпеливо ждёт, пока она сделает глоток воды, умоется, обнюхает травы. Она получает заряд энергии от живой природы, и они идут дальше по тропке.

Выходят к заболоченной местности, по которой проложены мостки из досок. Переходят болотце со специфически насыщенным запахом. Выходят на пригорок. Видят указатели развилок. В одну сторону – урочище со скитом святого человека Алексия, в другую сторону – купальня и священные источники с минеральной водой.

Решают пойти к купальне, смыть грехи, испить воды, а далее будет видно. Тропинка петляет между высоких хвойных деревьев, кое-где виднеются чаши с бьющими родниками. Поднимаясь по склону, проходят глубже и видят купальню, стоящую над источниками. Заходят в беседку с колодцем посередине отдохнуть. Софи начинает читать стенд с информацией, чтобы знать где какая вода. Выясняется, что в одном месте из-под горы берут начало более десяти истоков с разными свойствами лечебной воды. Кроме Мирослава и Софи нет людей, никто не отвлекает внимания.

Мирослав первым окунается в купель с головой. Выходит из воды бодрым. На лице улыбка. Софи снимает его на цифровую камеру. Вокруг включаются усиленные звуки дуновений ветерка, слышится щебетание птиц, будто в ареале абсолютного добра.

Мирослав говорит Софи:

– Сделай омовение, слух откроется как у меня.

Софи не стала купаться, набирает по-хозяйски воды в бутыли, умывается в разных источниках и тоже улавливает небывалое преображение звуков природы.

Мирослав ей говорит:

– Когда-то здесь в лесу жили монахи. Посланием было дано видение святого образа. Ангелы указали на это место.

Одухотворение здесь воспроизводится

чистым журчанием родников,

человек исцеляется

через омовение от грехов.


Они располагаются на скамейке в той же беседке с колодцем. Сидят молча, созерцая живую природу.

Через некоторое время Мирослав достаёт из пакета котлеты с хлебом. Подкрепляются, запивают местной водой.

Решают следовать дальше к лесной церкви.

Мирослав в дороге делает сюрприз для Софи и читает стих:


Таёжный лес.

Тропа к осиннику ведёт.

Трепеща дрожит листва,

Как верующего душа.


Открывается поляна.

Церковь среди глуши.

Дверь открыта –

Верующему пристань в пути.


Возникает сознательность

Чистым помыслам.

Вековая история

В духовном промысле.


Скит отшельника

Неподалёку стоит.

Пересекаешь порог с поклоном,

Низкая дверь вверх стремит.


Рябина, черёмуха, шиповник

Зрелыми ягодами угощают.

Запах трав благоухает.

Природа приветливо прельщает.


Возникает восторг в душе,

В теле бодрость.

Урочище Куртяево

В уединении торжество.


Всё это она видела своими глазами и прочувствовала сердцем.

Обратный путь идут по знакомой тропе уверенным шагом быстрее. Появляется излучина речки, значит скоро появится мост. Тропа на этом участке проложена среди зарослей травы.

Мирослав слышит свистящие звуки, указывает на то, что видит. Они останавливаются. По тропке бегает рябчик без хвоста и абсолютно не боится людей. Они делают шаг, он тоже идёт с ними за компанию. Софи находчиво общается с рябчиком. Что-то ему насвистывает, он отвечает. Руками она его не хватает, рябчик доверяет ей, подходит очень близко.

Мирослав дожидается пока Софи наговорится с лесным жителем, которого кто-то схватил за хвост, вот он и выживает на людской тропе, как на нейтральной линии, отделяющей от дикой среды.

Мирослав и Софи идут дальше. Рябчик вдогонку насвистывает им свою песнь. Поднимаются к мосту, открывают машину, переобуваются и едут дальше.

Софи смотрится по привычке в зеркальце, хочет размять лицо и шею, чтобы выровнять кожу от морщинистых складок. Смотрит на себя и видит гладкую кожу на лице, румянец, светящиеся глаза, даже выпуклость глазных яблок незаметна. Ей нравится новое отражение. Она верит своим глазам.

Мирослав наблюдает за ней. Он доволен, что Софи правильно принимает энергию омоложения души, а вместе с тем и тела.


ГЛАВА Y.

МЛАДЕНЕЦ С ЧЕРЕПОМ В РУКАХ


Воплощённая архаика


Ленинградская область.

Мирослав и Софи, преодолев значительное расстояние по дорогам России, делают остановку для передышки в Великом Новгороде.

Софи надевает платье и туфли, делает в салоне причёску, чтобы выглядеть женственной. Дождя не ожидается, но плащ она всё же берёт с собой.

Увидев её в новом наряде Мирослав говорит:

– После омовения в источниках заметно, что тебя кровь изнутри греет, внешне похорошела.

Софи смущается от неожиданного комплемента. Он никогда раньше искренне не говорил ей приятных похвал.

По необходимости для себя Мирослав купил куртку, новые джинсы, кепку и непременно очки. Сбрил бороду, подстриг ногти. Чудов надевает наручные часы. Приводит себя в порядок в соответствие с настроением. В общем, в глазах Софи он видит оживление, значит ей нравится происходящее в эти дни.

Гуляют пешком по улицам, говорят об истории России. Посещают укреплённую стенами крепость. Здесь многое началось. Родилась и обосновалась княжеская династия Рюриковичей.

Погода плюс девять, вполне нормально для ходьбы в лёгкой осенней одежде. Прогуливаясь пешим ходом, останавливаются у киоска, съедают по мороженому.

Софи предлагает зайти в глубь парка, где виднеется беседка.

Софи:

– В этом есть что-то аристократическое. Отчётливо из сюжетов книг представляю, как здесь гуляли дамы с кавалерами, говорили по-французски.

Мирослав перебил её воображение.

– Скорее в Санкт-Петербурге говорили по-французски в 18 веке, а здесь варяги обосновались в древние времена.

Софи спрашивает тогда:

– А кто по нации Рюрик?

Мирослав задумался.

– Уже в те времена правители из главка всемирной ложи управления понимали, что разделение по нациям скорее закономерно от различных языков, чем по крови. Как известно, в Вавилоне произошёл раскол мирового сообщества. Люди начали развивать ветви народностей на основании разных языков общения. Тогда в Вавилоне высокомерие человеческих амбиций привело к вмешательству Высших сил. Людей сознательно разделили, пропало понимание между народами, возникали столкновения между общинами, войны. Вавилонская башня – символ общих устремлений человечества к духовным высотам. Где-то произошёл сбой, идейная ошибка. Кто теперь разберёт. Как сказку воспринимаем. Ладно, вернёмся к Рюрику. Никто не знает, кто он по национальности. Его значение в истории обозначено тем, что он создал союз объединения мелких княжеств в единое сообщество, устранил распри, создал общую казну. От него начинается усиление государственности русской этногруппы. Очередное доказательство, что всемирная ложа влияет на становление правителей, содержит в своих рядах светлые умы человечества. Никто не думал в древние времена, что людям станет тесно на планете, будет возникать удушье от токсичности, ядовитых энергий, будут постоянно происходить яростные противоречия между социальными группами, мотивированными национальными идеями. За примерами далеко ходить не надо. Россия принимала удары на себя не раз и не два. Во время развития интеллектуального общества на планете, пестрили философские мысли с благонравными устремлениями. В ложе правителей неофициально ходит шутка: «Люди думали, что на планете они занимаются любовью, а на самом деле размножились».

София слушает, не останавливает рассуждения Мирослава. Он смешивает времена исторической эпохи, вплетая в общую спираль последствий. Биолог, София Кларк, по-своему понимает, что каждому виду животных и растений нужен свой комфортный ареал с климатическими условиями. Люди действенно вмешиваются в природу и на суше, и в воздухе, и в воде.

Чудов в данный момент был в своём репертуаре. Завуалированно высказываясь, напоминает, что слышит мысли Софи:

– В скором времени

устранится самообман.

Энергия всего сущего

имеет собственный план.

Сказать, что Софи устаёт от своеобразных мыслеформ, исходящих от Чудова, значит ничего не сказать. Он её утомляет своими выражениями, приходится вдумываться, забывать собственное мнение. Чудов подчиняет её волю, вынуждая деспотическим воздействием на уровне сознания слушать всё, что говорит. София помнит, что Чудов не приветствует её революционные порывы в мыслительную оппозицию, потому она не перечит. Иногда она меняет сценарий в потоке общения, смещает течение с одностороннего на реверсное и задаёт резонанс через вопросы. Она изучила Чудова, он всегда уверен, что ответит на её вопросы. Бывали случаи не отвечал, потому что не считал нужным. Тогда он говорил: «Значит не время тебе знать ответ. Ты ещё не готова принять это». Как учёный, Софи видит уклончивость, размытость, а как человек боится показывать враждебность по отношению к Чудову, к его мнению. Она чувствует на клеточном уровне, что он хищник.

Возможно и сейчас Чудов слышал её мысли, бегущие безостановочно по нейронным цепям мозга, но вида не подаёт или значения им не придаёт. Говорит опять вроде толковую мысль в глобальном масштабе, но с двойным смыслом. Софи распознаёт, когда Чудов говорит об истинной властной структуре, управляющей человечеством. Кто они не понятно. Ясно, что руководство над мировыми политэкономическими процессами существует. Данное убеждение воспринимается бездоказательно, как существующий факт.

Чудов:

– Чувства отмирают, инстинкты деградируют, разум в подконтрольных зависимостях. Востребованное творчество – дикий вопль. Дух-вожак служить зовёт.

Софи:

– Мирослав, что ты имеешь ввиду, говоря эти слова?

Чудов:

– Безволие не гнетёт,

Безволие в народные

массы идёт.

Софи начинает раздражаться, диск её головного мозга перегружается:

– Что тебе, Мирослав, надо от меня?

Чудов:

– Война никому не нужна.

Лишённая смысла жизнь

для планеты – никчёмная суета.

Софи не способна сопротивляться внедрению информации в её голову. Она обмякла и потеряла сознание.


***


Софи приходит в себя. Она лежит на заднем сидении внедорожника. Окна приоткрыты, слышится оживлённый человеческий гомон, играет музыка, неподалёку проезжают автомобили. Вновь слышна забытая мелодия мегаполиса.

Сначала София думает, что она спит и видит сон. Смотрит вперёд – видит спину сидящего за рулём Чудова. Это не видение, это реальность.

Мирослав без малейших намёков говорит:

– С пробуждением дорогая София.

Протягивает горячий кофе в бумажном стаканчике, в придачу два шоколадных трюфеля.

Софи пьёт кофе, втягивая носом запах молотых зёрен. Надкусывает кусочек от шоколадной конфеты, закрывает глаза: «Жива как никогда».

Мирослав ведёт внедорожник в сторону парковки. Ставит машину, глушит двигатель, выходит, открывает заднюю дверь, подаёт руку Софи.

– Если хочешь, допивай кофе в салоне машины.

Софи кладёт свою левую руку в открытую ладонь Мирослава, улыбается и выбирается наружу.

– Ты сам утверждал, что слово «если» – филологический паразит. Услышала от тебя «если», сразу решила сделать наоборот.

Софи смотрит по сторонам. Невский проспект, фасады зданий светятся витринами, раздаются голоса людей.

Впереди, через дорогу она видит раскинувшийся крыльями колоннады, как орёл, Казанский собор, под конусом его крыши – всевидящее око с расходящимися лучами. Обернувшись, за своей спиной, Софи замечает похожее на театр историческое здание со шпилем и украшенным входом, рядом с которым расположен памятник апостолу Петру. С другой стороны, от входа этого здания – памятник Гёте.

– Петербург – это воззвание Петру, – восклицает Софи.

Мирослав:

– Возможно, это Россия.

Софи допивает кофе, съедает вторую конфету. Ей хорошо, она окончательно пробуждается.

Солнечная погода. На ветвях деревьев ещё сохраняется не опавшая листва. Красота. Более всего её прельщает разноголосая речь в разных интонациях. Ей хочется поесть в кафе под открытым небом.

Мирослав предугадывает её желание, просит проследовать за ним в помещение. Они входят внутрь дома со стороны Невского проспекта. Поднимаются по лестнице на второй этаж, попадают в зал для гостей, где находится стойка для принятия заказов. Выбирают столик с видом на Казанский собор.

– Величественно, – первое, что приходит на ум Софи.

Мирослав заказывает два супа, котлеты с гарниром, минеральную воду.

Антураж внутреннего убранства великолепен. Кирпичные стены, арочные окна, деревянная мебель. Софи вспоминает о Европе. Ей хочется выпить пива.

Мирослав заказывает два больших бокала. Софи немного захмелела. В ней просыпается спящее капризное чувство. Она желает большего внимания, незаметно для себя начинает грубить Мирославу. Он серьёзен, сосредоточен, а ей смешно на него смотреть. Люди вокруг гуляют, кушают, пьют пиво, ей не страшен чудак по фамилии Чудов.

Наглый взгляд в её глазах выводит из себя Мирослава. Он, не контролируя эмоции, выпуливает:

– Бессовестная девка.

Софи без стеснения отвечает:

– Сам ты амёба.

Мирослав побелел от нервного перенапряжения при резком выплеске отрицательных эмоций. Он плеснул водой в лицо Софи.

Она вскакивает с места, руками толкает посуду и затем начинает орать:

– Он хочет убить меня.

Софи чувствовала себя чрезмерно ценной для Мирослава. Он смирно сидит, его рубашка заляпана пятнами жира и соуса.

Чудов в замешательстве. Не может поверить, что Софи действительно сознательно вытворяет подобное. На самом деле она вышла из себя под воздействием некачественного алкоголя. Чудов сознательно не пил пиво. Раньше он её никогда не видел в таком виде.

Софи привлекла к ситуации максимально большее внимание обслуживающего персонала и выбежала из зала. Её сумбурный план сработал на пьяную голову. Хватило одного двух бокалов пива, чтобы она вспомнила себя, вспомнила Европу, где равные права у мужчин и женщин.

Она выбегает из здания на свободу от ненавистного гнёта под контролем Чудова.