Александр «Котобус» Горбов
Книга пятничных рассказявок. Красный том

Размер – не главное

– Не понял…

Рыцарь спрыгнул с коня и по кругу обошёл дракона, с подозрением осматривая ящера. Дракон дружелюбно улыбался рыцарю во все двести зубов и помахивал кончиком хвоста.

– Ничего не понимаю. Девушка! Девушка! – рыцарь задрал голову и принялся кричать, обращаясь к окну на верхушке башни.

– А? – Из окошка показалась растрёпанная голова принцессы.

– А чего у вас дракон такой задохлый?

Дракон обиженно зафыркал и поднялся на лапы. Ростом он действительно не вышел. Был он размером всего лишь с лошадь. Ну хорошо, не с лошадь, а с упитанного пони.

– Я тебе дам «задохлый»! – Тоненьким голосом заверещал ящер. – Я тебе сейчас покажу – «задохлый!»

И дракон выпустил жиденькую струю пламени прямо перед лицом рыцаря.

– Я не задохлый, я декоративный! Понял?

Рыцарь отмахнулся от огня рукой в стальной перчатке.

– Ты ещё скажи, карликовый.

– Ещё одно слово, и я тебя поджарю. Люся! Люсенька, – дракон поднял голову и в свою очередь закричал в сторону окошка, – этот гопник меня обижает!

Голова в окошке исчезла, а дракон наклонил голову, выставил коротенькие рожки и попёр на рыцаря.

– Я тебе покажу, как обзываться. Как дам тебе сейчас больно.

Рыцарь ойкнул и спрятался за лошадью.

– Уйди прочь, животное. Как рубану тебя мечом, будешь знать.

Дверь в башню распахнулась.

– Это кто мою Пусю обижает?

На пороге стояла принцесса. Размашистым, почти строевым шагом, девушка подошла к рыцарю.

– Ты чего хамишь, а? Дракон ему не нравится, каков гусь. Ты сам-то чего такой мелкий?

Рыцарь покраснел и снизу вверх посмотрел на принцессу.

– Это не я мелкий. Это вы… слишком большая.

– Пуся! – Принцесса отступила на шаг и чуть не расплакалась. – Он меня толстой обозвал!

Дракон проскользнул под брюхом у лошади и цапнул незадачливого рыцаря чуть ниже спины. Латы хрустнули, как яичная скорлупа.

– Ааааа! – Заорал укушенный.

Принцесса от неожиданного крика испугалась, со всего размаху треснула ухажёра по шлему сумочкой и бегом умчалась обратно в башню. А тело несчастного с глухим стуком рухнуло в траву.

Дракон оттащил рыцаря к башне, снял с него помятый шлем и принялся отпаивать коньяком из фляжки. Юноша отпаивался с удовольствием, но при этом печально жаловался на жизнь.

– Как я другим рыцарям в глаза смотреть буду? Ты ведь такой мелкий. Меня же засмеют.

– А ты говори, что в отличие от них у тебя комплексов нет.

– Каких комплексов?

Дракон зашептал на ухо рыцарю, и тот опять густо покраснел.

– Но ведь она меня на целую голову выше! Я её даже на руки поднять не смогу.

– Ну и что? Пусть она тебя носит. Зато у неё характер золотой. И готовит отлично. Знаешь, какой борщ она варит?

– Да? – Рыцарь с сомнением посмотрел на дракона.

– А пельмени? Уууу, закачаешься!

– Ну, не знаю, – рыцарь всё ещё колебался, – она ведь в два раза меня больше.

– В жизни рыцаря, – дракон встал в патетическую позу, – всегда должен быть подвиг!

Рыцарь задумался. Попробовал надеть помятый шлем, сплюнул и выкинул его в кусты. Вдохнул, как перед прыжком в воду, и распахнул дверь в башню…

И жили они долго и счастливо. Рыцарь устроился работать директором королевства и сделал принцессу королевой. Принцесса носила мужа на руках, а ему это нравилось. Соседские королевы-бабушки умилялись дракончику, когда рыцарь выгуливал декоративного ящера у подъезда замка. А на все вопросы подружек, принцесса загадочно улыбалась и вела показывать парадный меч своего рыцаря в главной зале замка – огромный двуручник в рост человека. Подружки ахали и мечтательно закатывали глаза.

Навигатор

– Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Ленка остановилась у обочины, ударила руками по рулю и чуть не расплакалась. Этот дурацкий красный рекламный щит с улыбающимся депутатом она проехала уже третий раз. А всё Вовка со своими шашлыками. Ну почему нельзя купить дачу где-нибудь рядом, а не за сотню километров от города? Где совершенно нет дорожных указателей и девушке так легко заблудиться!

Тяжело вздохнув, Ленка глянула в зеркало и ужаснулась – тушь всё-таки потекла. Отстегнув ремень, она потянулась к бардачку за салфетками. Среди всякой нужной всячины, между календарём за прошлый год и вязаными перчатками ей попалась серая невзрачная пластиковая коробочка. Навигатор, пару месяцев назад подаренный кем-то из знакомых с ехидным комментарием – мол, специально для девушек. Не любившая таких шуток Ленка сослала его в бардачок.

Приведя себя в порядок, Ленка поставила навигатор на панель. Воткнула провод питания, забила адрес и поехала, следуя указанию стрелки.

Минут через пять навигатор мигнул жёлтым огоньком и мужественным баритоном произнёс:

– Через триста метров поверните направо.

Дорога выгнулась кошкой, и Ленка выехала на шоссе.

– Вы молодец, – неожиданно подбодрил голос после поворота.

Ленка улыбнулась, настроение начало исправляться.

– Теперь два километра прямо. – Баритон звучал уверенно и внушительно, он точно знал дорогу.

– Через пятьсот метров будет поворот налево. Перестройтесь заранее в левый ряд. – Голос сделал паузу и шёпотом добавил: – Левая сторона там, где вы выходите из машины. – И, словно извиняясь, навигатор жалобно пискнул.

Ленке на секунду показалось, что над ней издеваются, но она послушно и без задержек перестроилась.

– Через двести метров поворот налево, – баритон снова был уверен в себе. – Поворот уже рядом, приготовьтесь. Внимание, поворачиваем. Замечательно. Вы умничка.

Ленка с удивлением посмотрела на навигатор. Тот как ни в чём не бывало продолжал показывать карту с жирной оранжевой стрелкой.

– Скоро поворот направо. Перестройтесь в правый ряд. И снова шёпотом добавил: – Правый ряд со стороны пассажирского сиденья. Отлично. Выполнено на пять с плюсом.

– Согласна, – Ленка довольно подмигнула навигатору.

Ревя двигателем, как взлетающий самолёт, Ленкину машину догнал здоровенный джип. Плюясь чёрным выхлопом, нагло подрезал девушку, заставив пропустить хулигана.

Ленка хотела уже выругаться, но навигатор успел первым:

– Мужики – козлы, – баритон был полон яда. А затем снова наполнился мёдом. – Не стоит переживать. Приготовьтесь к повороту направо. Замечательно, моя леди. Вы отлично водите. А теперь три километра прямо.

Через каких-то полчаса Ленка затормозила у ворот Вовкиной дачи. Судя по всему, она была первой.

– Конечно, я ведь умничка. – Ленка подмигнула себе в зеркале. – А ты пойдёшь со мной, моя пуся. – Ленка с нежностью взяла навигатор. – Я тебя никому не отдам.

Навигатор моргнул зелёным огоньком и нырнул в сумку. Напоследок успев шепнуть:

– Вы отлично водите, леди. Разрешите проводить вас домой сегодня вечером?

Картография

Паладин Тьмы, первый меч Тёмного замка Азхушат, неистовый Вырк-Мархат вошёл в тронный зал и замер. Высокие арки потолка, теряющиеся в темноте, тонкие изящные колонны вдоль стен, стрельчатые окна с витражами, роняющие цветные тени по полу, – всё это тревожило его своей красотой, заставляя сердце замирать от гордости. В глубине зала на чёрном обсидиановом троне скрючилась фигурка в белом – великий некромант, Мрачный властелин и владыка Непобедимой армии, прославленный злодей Ухшу-Зыгрых Двенадцатый. Учитель и наставник Вырк-Мархата.

Грохоча стальными сапогами по мрамору пола, паладин подошёл к трону и опустился на колено.

– А, это ты… – Владыка рассеянно окинул взглядом ученика и махнул рукой. – Вставай, ни к чему.

– Армия ждёт, мой властелин: орки, гномы, тёмные эльфы, люди – все готовы к великому походу по захвату мира.

Некромант вздохнул.

– А толку? Мы не сможем, мой добрый Вырк, не сможем!

– Мы непобедимы, владыка!

– Не кричи, тут всё-таки тронный зал.

Кряхтя, Ухшу слез с трона и, опираясь на посох, медленно побрёл к окну. Паладин следовал за господином, удивлённо поднимая брови и топорща острые волосатые уши.

– Я обдумал всё, Вырк, и пришёл к выводу, что захват мира сейчас невозможен. – Владыка оперся о подоконник и, глядя в открытые створки окна, продолжил: – Я облазил всю библиотеку, изучил все тысячи и тысячи фолиантов и ни в одном не обнаружил карты мира! Нет карт, понимаешь? Только пространные описания, вроде того что за землёй Ых лежит земля Хы. А какова их длина? В каком направлении лежит? Где проходят дороги? Понимаешь?

Паладин почесал затылок и покачал головой.

– У нас нет карт, Вырк, нет! А как можно спланировать захват, не зная точно, где что находится? Ну отправлю я армии, и что? Я не смогу отсюда понять, где они находятся. Не буду знать, куда направлять их дальше. Да я элементарно пропущу какие-то страны просто потому, что они мелкие и их описания нет в моих книгах! И что потом? Оттуда, как из заповедников, полезут всякие герои, героини и геройчики. Примутся покушаться на меня. А я даже не буду знать, где у них гнездо!

Вырк задумчиво закусил губу и хотел что-то сказать, но передумал и опустил взгляд.

– Кроме того, мне элементарно негде отмечать, что захвачено, а что нет. Как я пойму, что захватил мир? Я не буду знать, стал я властелином мира или нет. Это же сплошное расстройство, а у меня нервы и больная печень.

Они стояли, смотрели в окно и думали о потерянной мечте.

Неожиданно некромант громко хмыкнул и побежал к трону. Уселся, подождал, пока подойдёт верный ученик, и нараспев стал изрекать.

– Повелеваю! Всех моих верных воинов переобучить на землемеров и отправить на составление подробных карт всех доступных земель. Каждому выдать средства для путешествия и сухой паек на месяц. Слава мне, великому владыке.

Вырк щёлкнул каблуками, поклонился и направился к выходу.

Уже у дверей его нагнал крик:

– И пусть мои маги изобретут хремзюг… Нет, лучше грезучуш… Нет, пусть это называется теодолит! Не знаю, что это, но чувствую, он пригодится.

Бабушки и покемоны

Бабушка Марья устало поднялась на крыльцо и села на низенькую скамеечку. Немного посидев, перехватила палочку с изогнутой ручкой и ткнула концом в кнопку звонка. Подождав пару минут, ткнула ещё раз, более настойчиво. И только собралась позвонить третий раз, дверь открыли. На порог вышла ещё одна бабушка в красной косынке, повязанной на пиратский манер.

– Ну и чаво ты трезвонишь, Петровна? Я и с первого раза услышала.

– Да хто ж тебя знает, мож ты померла уже. У тя тут не написано, хде ты есть.

– Я те дам, померла. Чего хотела-то?

– Да насчёт молока договориться. Корова-то у тебя как?

– Зачем те молоко-то, ты ж не пьёшь вроде.

– Внуки вот приезжают, для здоровья хорошо бы молочком попоить.

– Так они вроде не хотят к тебе ездить, сама ж говорила.

– Ничо, приедут. Как не хотели, так и захотят.

– Эт ты чем их заманила-то?

– Да разным. Дед вот старшей пообещал фитнес и веганскую диету. Ну а чо, буряка у нас много уродилось, а пару раз грядки прополет, так и похудеет враз.

Старушка хихикнула в ладошку.

– Да и дочке полезно будет. Младшему дед обещал живого кабана показать и разрешить на нём верхом сюлфи сделать.

– Не сюлфи, а селфи, деревня.

– Тьфу ты, господи, слово-то, как матерное.

– А среднего чем?

Бабушка вздохнула и вытащила смартфон.

– Да вот бесов этих, покемонов, наловила. Напишу ему ымейлу, что у меня теперь больше, чем у него, а их у нас, как грибов после дождя, и не ловит никто.

– Как никто? А к Зинке-то позавчера внук приехал?

– Вот! Узнает он, как приедет, глядишь, и подерутся, потом подружатся… Им и не будет так скучно у нас.

– Драка – это да, всегда дружба с драки начинается.

Хозяйка дома тоже вздохнула и присела на скамейку рядом с подругой. Обе молчали. Каждая о своём, и в то же время об общем.

– Так молока-то что, дашь?

– Да бери, чего уж там. Ты вот лучше меня научи этих, пукеманов, ловить.

Старушки переглянулись со значением и достали смартфоны.

Обеденный перерыв

– Вот, значится, он тута и лежит, господин маг. Ужо третий день валяется.

Маг в широком халате, расписанном яркими птицами, и шляпе, с обвисшими полями, недоверчиво потыкал диковинку волшебной палочкой.

– Поразительно, милейший, поразительно.

Поправив сползшие очки, волшебник подобрал полы халата и почти бегом осмотрел тушу со всех сторон. Огромная, развалившаяся на десятки футов, она заставила мага запыхаться.

– Даже архипоразительно! Такой уникальный экземпляр! Вы очень вовремя меня привели, милейший. Вот, получите ваши десять сольдов.

– Так эта, господин маг, премия требуется: шо вам сказали, а не вашим товарищам. Добавьте, а мы и в следующий раз вам подсобим.

– Да, да, за такой экземпляр не жалко добавить. Вы только посмотрите! Тонн десять будет, не меньше.

– Благодарствуем, ваше мажество. Как же вы его до города попрёте? Тут разделывать надо да телег пару дюжин.

– Да, пожалуй, да. Отделить лапы, хвост. Порубить на крупные куски…

Рёв боевой трубы прервал мага. На полянку въехал рыцарь в полированных до блеска доспехах, с громадным плюмажем. Позади рыцаря уныло плелись два оруженосца на осликах и крестьянин, сердито уставившийся на двух смердов, привёдших мага раньше его.

– Не сметь трогать моего дракона!

Рыцарь привстал в стременах и грозно помахал рукой над головой.

– Мой, дракон, мой!

Под конец фразы воин «пустил петуха» и, сконфузившись, замолчал, с глухим стуком рухнув обратно в седло.

Маг подбоченился, поднял волшебной палочкой сползшую шляпу и выставил ногу вперёд.

– Нет уж, позвольте батенька, это мой экземпляр. Я раньше его нашёл.

– Экзе… экзем… может, и ваш, а дракон мой. Это рыцарская добыча.

– Милейший, вы ошибаетесь. Этот чудесный экземпляр periculosum bestia обнаружен мной. Если вы хотите иметь свой – идите и добудьте сами.

– Ну ты, книжник…

– Найн, найн, это есть мой чудесный зверушка!

Из кустов на поляну вывалился толстяк в белом фартуке и поварском колпаке. За его спиной скромно топтался ещё один крестьянин.

– Это есть мой большой зверище.

Маг и рыцарь с некоторой брезгливостью посмотрели на ещё одного претендента.

– Земля эта есть мой лорд, сэр Духкукались, вся добыча из лесов поставляется на моя кухня. А кто хочет взять сам, тот есть браконьер и преступник.

Повар подбоченился и с угрозой посмотрел на противников.

– Позвольте, что вы себе позволяете? Это не результат охоты, я подобрал его…

– Молчать! Это мой рыцарский трофей.

– Найн! Это есть добыча лорда Духкукались.

Добрых полчаса над поляной стояла ругань и крики. Под конец сорвавшие голос спорщики замолчали, не в силах вырвать победу.

Маг погрыз кончик волшебной палочки, утёр лоб и поклонился соперникам.

– Не вижу перспектив у этой дискуссии. Так мы ни о чём не договоримся. И в связи с этим готов удовольствоваться только кровью. Этого вполне хватит для моих изысканий.

– Голова моя!

Рыцарь привычно взвизгнул, но уже без прежнего задора.

– Я, я, я взять хвост. Самый лучший вырезка! А какой шницель я сделать из него!

Спорщики переглянулись и вздохнули от найденного компромисса.

– Тушку забыли поделить.

Мягкий голос с весёлыми нотками раздался от туши.

Все обернулись.

Дракон облизнулся и повязал салфетку.

Через час крестьяне приблизились к хищнику, деликатно покашливая.

– А, это вы. Благодарю, благодарю. Вот по пять золотых за каждого. Отличный обед, друзья.

Старший из крестьян кивнул, принимая благодарность.

– Господин дракон, так это, надо бы добавить.

Ящер удивлённо вскинул бровь, ожидая объяснений.

– За моральный ущерб, ваше чешуйчество. Такой ругани наслушались, пока вы соизволили отобедать. А мы люди богобоязненные, нам такое слушать не пристало.

Дракон захохотал.

– Добавлю, шельмы, исключительно за находчивость. Но в следующий раз затыкайте уши. Моральный ущерб, вот ведь придумали.

Властелин застолья

Гендальф тряхнул головой, стараясь прийти в чувство, и обнаружил себя сидящим за столом с бесчисленными тарелками и полным вина кубком в руке. А вокруг шумели хоббиты в застольном веселье. Странные, очень странные хоббиты. Вовсе не такие, как были сто лет назад. Или двести. Старый волшебник уже плохо помнил, когда последний раз посещал тихую Хоббитонию.

– Вах! Батоно Гендальф, зачем грустишь, слюшай! Давай кушай шашлык, хороший шашлык. Сам Вано готовил! Пальчики оближешь, мёд, а не шашлык. И лобио, лобио обязательно кушай. Бабушка Дарико делала. Такого лобио ты нигде не попробуешь, только тут.

Маг послушно взял ложку, подвинул к себе тарелку и стал кушать, потому что, если он не будет кушать, ему придётся слушать длинные нескончаемые тосты, а потом пить.

– Дарагой!

Рядом с Гендальфом присел хозяин дома Бильбджо Торбишвилли.

– Ай, как рад тебя видеть. Хорошо, что зашёл. Гость в дом – радость в дом. Я как тебя увидел, сразу моему племяннику Фродиа сказал – вот идёт замечательный человек, сколько лет прошло, а до сих пор помню, как он меня пригласил к нашей родне. А человек, который приглашает тебя к твоей родне, – это уже родной человек. Эй, слушайте люди, замечательный тост родился!

Снова забулькало вино, и Бильбджо принялся долго славословить, прославляя гостя, себя, родню, оставшуюся дома, и дальнюю родню, к которой ходил в гости. Гендальф вздохнул. До самой смерти он будет помнить, как решил взять этого хоббита в помощь гномам для похода на Одинокую гору.

Бильбджо опознал в гномах дальнюю родню и всю дорогу спаивал гномов и всех встречных, включая троллей («Вах, слюшай, зачем кушать гнома? Я тебе сейчас цыплёнка табака сделаю, ты только его кушать будешь»), орков («Ай, маладца, давай пей до дна, а то зелёный весь, кушаешь, наверное, плохо») и эльфов, которым умудрился продать ящик мандаринов. Эльфам! Мандарины! Продать! А потом очень активно помогал прижучить дракона («Вай, мамой клянусь, нехорошо поступаешь, да»). И где-то в пещерах умудрился обыграть в напёрстки Голума и отобрать кольцо.

Кольцо! Точно, ведь именно за ним он и пришёл. Гендальф попытался было найти глазами Бильбджо, но махнул рукой и взялся за шашлык. Бесполезно. Столько даже с помощью магии он не выпьет.

Гендальф потянулся за маринованной черемшой и, увидев на другой стороне стола трёх назгулов, усмехнулся. Один, приехавший в поисках кольца первым, уже не выглядел призраком. От вина, шашлыка и лобио бабушки Дарико он был уже вполне осязаемым, розовощёким и окосевшим. Приехавший последним ещё вяло отбивался от Гиви Брендиашвили с тарелкой хинкали.

Маг улыбнулся и подумал, что, пожалуй, заявись сюда сам Саурон, всё кончится большим застольем, тостами в честь такого замечательного гостя и длинными песнями на десяток голосов. Чуть-чуть пошатываясь, волшебник встал, поднял кубок и громогласно заявил.

– Друзья мои! Этот кубок я хочу поднять в честь вас. Ведь благодаря вам Средиземье может спать спокойно. Ибо ваши традиции и ваша кухня – это опора стабильности нашего мира. И как говорит владыка Элронд…

Гендальф сидел среди шумящих хоббитов, блаженно жмурился и пьяно думал: «Надо вызвать сюда Сарумана. Очень уж хочется посмотреть, как этого тощего типа будут уговаривать съесть ещё чахохбили, а он будет отказываться и есть, есть, есть. Уж тогда не будет рассказывать, какой он аскет и проповедник умеренности».

А в это время Тёмный Властелин с ужасом смотрел в палантир. Ведь за тысячи лет он так и не научился говорить подходящие к случаю тосты. А без этого получить кольцо у гордых носатых хоббитов вряд ли получится.

That's one small step for man

– Хьюстон, у нас проблема!

Голос Нила Армстронга прозвучал глухо, с паническими нотками.

– В чём дело, Орёл?

– Вам лучше увидеть это самим.

Изображение с камеры дёрнулось и покрылось рябью. Где-то там, на Луне, космонавт пытался примостить объектив к маленькому иллюминатору на люке лунного модуля. Наконец тряска прекратилась, и люди в Хьюстоне увидели поверхность земного спутника. Там, на сером реголите, где не ступала нога человека, стояли двое: высокие полные фигуры в тёмно-синих скафандрах с яркими хромированными деталями. За прозрачными шлемами с антеннами – нечеловеческие плоские коричневые лица с огромными фиалковыми глазами.

– Хьюстон, вы видите?

– Хьюстон?

– Хьюстон, вы слышите нас?

– Слышим, Орёл.

Голос с Земли звучал сдавленно.

– Вы уже вступили в контакт?

– Плакат, вы прочитали его?

Камера снова задёргалась, пытаясь показать другой ракурс. Действительно, инопланетяне держали жёлтый транспарант с ярко-красной надписью на английском, русском и китайском:

«Частная собственность. Посадка запрещена. Просим покинуть немедленно. В следующий раз будем стрелять».

– Орёл, попытайтесь вступить с ними в контакт.

– Какой контакт? Вы там очумели? У них оружие! Каждый раз, когда мы смотрим в иллюминатор, они показывают нам, чтобы улетали. Хьюстон, они нас тут пристрелят!

– Орёл, сохраняйте спокойствие, мы должны обсудить сложившееся положение. Займитесь тестированием взлётного модуля.

– Вас понял, приступаю.

В течение часа астронавты, склонившись над приборами, ждали ответа с Земли.

– Орёл, вызывает Хьюстон, как слышите?

– Хьюстон, Орёл на связи.

– Орёл, вы возвращаетесь на Землю. Как вернётесь – снимем вашу посадку в Голливуде. Начинайте процедуру взлёта. Но перед этим…

Люк аппарата открылся. Командир экипажа спустился на три ступеньки лестницы и взглянул на инопланетян. Те замахали руками, жестами показывая, чтобы земляне улетали. Нил Армстронг согласно закивал, махнул рукой, подтверждая указания, а затем вытащил из-за спины флаг на древке и с размаху, как копье, воткнул его в лунный грунт. Резко опустил одну ногу, топнув по реголиту и оставив отпечаток ботинка. И быстро перебирая руками, полез обратно в модуль. Инопланетяне переглянулись и пожали плечами. А лунный модуль «Орёл» уже поднимался в чёрное небо, выбрасывая огненные струи из двигателей.

– Товарищ майор, может, снимем уже эти костюмы? Неудобно ведь.

– Иванов, ты у меня договоришься. А если они ещё наблюдают за нами? Вот вернёмся на базу, тогда снимем.

– Так точно, товарищ майор. А они точно не прилетят ещё раз?

– Уж кто-кто, а они знают, что такое частная собственность. А прилетят – устроим им шоу и выставим счёт за экскурсию. Всё, Иванов, давай подбери их флаг, нечего тут мусорить. И ещё, след от ботинка сотри. Первый шаг на Луне – наш!

Блондинка на третьем этаже

Женька вытянул очередную сигарету из пачки и, вздохнув, закурил. Ждать Катьку предстояло ещё не меньше часа. Дым лениво поплыл в безветренном воздухе китайским драконом. На другой стороне узкой улочки трое дорожных рабочих лениво вылезли на солнцепёк и принялись с помощью мата и отбойного молотка бороться с асфальтом. Полуденная духота наполнилась бодрым «дыр-дыр-дыр». Женька скривился и в очередной раз проклял момент, когда согласился сопровождать Катьку по магазинам.

В доме напротив на балкон третьего этажа вышла блондинка. Женька с ленивым безразличием принялся рассматривать её, чтобы занять себя хоть чем-то. Потыкав в телефон длинным пальцем, девушка приложила его к уху. Неслышно зашевелились губы, свободная рука принялась жестикулировать, помогая выразить мысли хозяйке.

«Подружке звонит», – скучно подумал Женька, – «сейчас шмотки обсудят, потом парней, затем на диеты перейдут».

И, опустив взгляд, принялся разглядывать неравную схватку рабочего с отбойным молотком. Через пару минут снова заскучал и снова посмотрел на блондинку.

Та, прикрыв глаза, с улыбкой вещала в трубку.

«Не, это она с парнем. Сюси-пуси и всякое такое.»

Блондинка вдруг насупилась, грозно свела брови и стала что-то выговаривать собеседнику.

«Ага, ошибся, товарищ! Сейчас тебе покажут, где раки зимуют»

Девушка, не прекращая хмуриться, принялась рукой показывать фигуры.

«Дорогу объясняет: направо, налево, ещё раз налево, прямо и направо, обогнуть что-то, и налево. Ха! А это что было? Прыжок в портал? А теперь прыжок с переворотом?»

Девица, прижав телефон к уху плечом, уже жестикулировала сразу двумя руками.

«Я, видимо, дурак», – Женька, не отрывая взгляда, следил за движениями, – «но так можно показать только заход в хвост на самолёте. То ли я схожу с ума, то ли она. А теперь была атака на вираже. Хотя, может, она лётчица? С другой стороны, может, это она про игру какую-нибудь объясняет? Ну, там фэнтези, полёты на драконах».

Руки незнакомки по-прежнему не опускались. Теперь она переставляла невидимое перед собой. Чашки? Тарелки? Шахматные фигуры? Нет, наверное, чашки, в шахматах так не ходят. Вот невидимый нож порезал что-то круглое, и в одну из частей девушка налила воображаемую жидкость.

«Бред какой-то. Ничего не понимаю.»

Блондинка, не переставая говорить в телефон, принялась делать патетические жесты, заламывать руки и корчить рожицы одна печальнее другой.

«Может, ей плохо? Приступ? Да нет, глупости.»

Женька ущипнул себя за мочку уха, теряясь в догадках всё сильнее.

А девушка перехватила телефон левой рукой, протянула правую вперёд и что-то говорила, устремив взгляд в пространство.

На мгновение стих отбойный молоток. До Женьки донёсся звонкий голос.

– Если нас уколоть – разве у нас не идёт кровь? Если нас пощекотать – разве мы не смеёмся?

Дыр-дыр-дыр! Взвыл молоток на последнем издыхании.

– Если мы во всём похожи на вас, то мы хотим походить и в этом.

Девушка опустила взгляд и заметила Женьку. Смутилась. Нахмурилась. Показала ему розовый язык и, развернувшись, ушла с балкона.

«Инопланетянка. Точно.» – Женька потрясенно смотрел вслед блондинке. – «Пришелец. Под людей маскируется. Надо что-то делать…»

Женька бросил бычок в урну и решительным шагом направился к дому напротив, на ходу подсчитывая, в какой квартире живёт блондинка.

Через год они поженились, программист Женька и студентка театрального института Настя. И жить вместе им точно не было скучно.

Зоопарк

– Обратите внимание на следующий вольер, – экскурсовод, строгий франт в чёрном костюме, повысил голос, – здесь у нас Депрессия Осенняя.

Серое невзрачное существо, всё в колтунах свалявшейся шерсти, тяжело вздохнуло и рухнуло набок прямо посреди клетки.

– Нет, нет, – франт сделал страшное лицо, – уберите детей подальше.

– Она может напасть? – Женщина в красной шляпе прижала к себе девочку лет пяти. – Какой ужас!

– Нет, что вы, мадам. Наоборот: большое количество детей приводит её в ужасное состояние. Чахнет и отказывается от еды. Даже плачет без удовольствия. А теперь пройдёмте дальше. Посмотрите, один из наиболее трудноуловимых экземпляров – Женская Логика.

Растрёпанное существо ярко-розового цвета с жёлтыми полосками перекладывало в углу клетки цветные кубики. То ли строило башню, то ли складывало звездолет, то ли клеило миниатюру «Рабочий и колхозница» в масштабе десять к одному, фрагмент левой ступни правой фигуры.

– Нет, не надо её ни о чём спрашивать. Этим вы её раздразните, и она будет кидаться на посетителей. Посмотрите на вольер напротив – Гостеприимство Родственное.

Там, похожее на панду существо, зажало подмышкой невероятно тощую, с выпирающими рёбрами, зверушку и насильно пичкало её стеблями сельдерея.

– Кого оно кормит?

– Это Диета, не обращайте внимания.

– А это что за зверь? – мужчина в синей кепке указал на вольер, где восьмирукое существо на мягких лапах бесшумно кралось к кормушке. Заметив, что на него смотрят, оно распахнуло огромную пасть с тремя рядами зубов и зашипело.

– Это Ночной Перекус Холодильниковый. У нас он очень часто встречается. Пойдёмте дальше. Вот здесь – выводок Понедельничных Мыслей.

Десяток похожей на хомячков мелюзги без остановки бежал в огромном колесе.

– Рядом – Пятничная Мысль.

Большой полосатый ленивец медленно раскачивался на ветке и протяжно урчал: «Пивооооо».

– Простите, – джентльмен в цилиндре обратился к экскурсоводу, – а Совесть Политика у вас есть?

– Да, целых три штуки. У нас самая богатая коллекция на планете. Но отдел микробиологии сегодня не работает.

Экскурсия неспешно продвигалась вперёд. Белобрысый мальчик лет двенадцати отстал от группы, чтобы завязать шнурки на кроссовках. Он уже поднимался, когда его тихонько подёргали за штанину. Около ноги стояло маленькое ушастое существо и тянуло к нему лапки.

– Забери меня, – тоненько пискнул зверёк.

Мальчик поднял его, и тот юркнул в карман куртки.

– А ты кто? – Шёпотом спросил новый хозяин.

– Я – Мечта стать космонавтом, – ушастик завозился, устраиваясь удобнее, – будешь меня кормить, я вырасту большая-большая. И обязательно сбудусь.

 Парнишка улыбнулся, поплотнее закрыл карман и побежал догонять экскурсию.

Парадокс мамонтов

– А теперь, мистер Кемшел, поставьте ногу прямо на него. Да, вот так, и ружье повыше. Секундочку… Отличный снимок! Я вышлю вам на почту, когда вернёмся.

Рейнджер Томас, огромный здоровяк с ослепительной улыбкой, выключил фотоаппарат и подхватил приставленную к стволу дерева винтовку.

– О трофее не беспокойтесь. Все включено в стоимость тура. У нас работают лучшие таксидермисты.

Мистер Кемшел отошёл от туши ящера и с затаённой грустью осмотрел свою жертву. Сейчас, валяющаяся на земле, она уже не внушала трепет, а только жалость. Бедный динозавр! Ребёнком он бы отдал все, чтобы увидеть его вживую, а сейчас просто взял и пристрелил. Как обычного волка или гиену.

– Мистер Кемшел, пойдёмте обратно к капсуле, время почти закончилось. Мы отправляемся обратно через пятнадцать минут.

Томас пнул дохлого абелизавра носком армейского ботинка.

– А его заберёт транспортная группа. Голову получите через пятнадцать минут после возвращения.

Оба мужчины зашагали вверх по склону холма. Уже у люка машины времени Кемшел спросил:

– Томас, это было отличное сафари. Но одно мне не даёт покоя: мы так свободно разгуливаем в прошлом, а как же все эти »эффекты бабочки» и прочие парадоксы? Мы ничего не испортим?

Рейнджер, ставший серьёзным, почесал нос и ответил:

– Увы, но как бы нам ни хотелось, прошлое нельзя изменить. Все что произошло – уже произошло. И это, – он обвёл вокруг себя рукой, – уже случилось. Даже если вы рванёте здесь ядерную бомбу, значит, это уже было в нашем прошлом. А динозавры… Думаете, отчего они вымерли?

И Томас потряс винтовкой.

Кемшел помолчал минутку и снова спросил:

– Томас, а мамонтов тоже мы?

Охотник погрустнел.

– Нет, мамонтов не мы. Пещерные люди, как оказалось, охотятся лучше нас с вами.

Страшилка++

Тощая Смерть в чёрном балахоне и с косой на плече достала из кармана бумажку, ещё раз сверилась с адресом и костяным пальцем нажала кнопку звонка. Глазок был предусмотрительно заклеен бумажкой (первое правило из руководства Смерти – не раскрывать инкогнито слишком рано).

– Кто там? – спросил женский голос из-за двери.

– Горгаз, проверка счётчиков.

– А мы не вызывали!

– У нас жалобы на утечку, проверяем все возможные источники. По всему подъезду газом пахнет.

– Да, конечно, проверьте, – изнутри защёлкали открываемыми замками.

Женщина распахнула дверь, увидела гостью, побледнела и попыталась закрыть дверь обратно. Но Смерть уже сделала шаг вперёд.

– Сюрприз!

– Нет, нет! Пожалуйста!

– Это Лесная, двадцать восемь, корпус три, строение один, квартира пятнадцать? – Смерть оттарабанила вопрос, подглядывая в бумажку.

– Нет! Это не тут. Это квартира двадцать, и дом не двадцать восемь, и улица не Лесная, а Горная и…

Смерть погрозила пальцем.

– Нехорошо врать. Это плохо сказывается на загробной жизни. Ну, и неуважение ко мне – я же не совсем дура, чтобы улицы перепутать.

Женщина стала ещё бледней, заставив устыдиться в белизне побелку на стене за спиной.

– Ну, приступим?

– А… может, чаю?

– А можно, – костлявая гостья лукаво подмигнула зелёным огоньком в глазнице.

Они долго пили чай с баранками на кухне. Хозяйка всё подливала и подливала кипяток. А Смерть только ухмылялась и просила дать ещё мёда, печенья, сгущёнки…

– Всё, пора. Пойдём.

Женщина понуро побрела за Костлявой. Но та, против ожидания, направилась не к выходу, а в соседнюю комнату. Осмотрелась и подошла к столу.

– Ну вот и пришёл твой срок, дружок.

Костяные пальцы погладили клавиатуру включённого ноутбука.

– Что? – хозяйка квартиры непонимающе захлопала глазами.

А Смерть взмахнула косой и со всей силой рубанула по несчастному компьютеру.

Вспышка! Искры! Облачко дыма поднимается к потолку.

– Отжил своё бедняга, – Смерть протёрла тряпочкой лезвие косы, – не бери больше этих китайцев, очень недолговечные.

– Но как же, как так? Там у меня фоточки, письма… – женщина, держась за сердце, прислонилась к стене.

– Регулярное резервное копирование – вот гарантия стабильности в жизни, – Смерть похлопала хозяйку по плечу. – Ну, бывай.

Напевая что-то романтичное, Смерть вышла из квартиры и вприпрыжку спустилась по лестнице.

На выходе из подъезда Костлявая остановилась и принялась читать рекламный листок, приклеенный рядом с дверью. «Компьютерный мастер. Низкие цены. Живу рядом, приду быстро. Ремонт и лечение вирусов.»

В гневе Смерть сорвала бумажку и долго топтала костяной пяткой.

– Ненавижу некромантов! – стукнув косой о пол, выкрикнула Костлявая. – Вот всех бы вас да на костёр, еретики! Тьфу!

И, хлопнув дверью, выскочила из подъезда.

Консалтинг

– Вы позволите?

Михаил Николаевич поднял взгляд от тарелки с отбивной и обнаружил около своего столика мужчину в строгом тёмном костюме. Тени, причудливо лёгшие на лицо гостя, делали его лик немного демоническим. Незнакомец, как бы извиняясь, провёл рукой, показывая, что все другие столики заняты. Михаил Николаевич оглядел зал ресторанчика, убедился, что действительно мест нет и пожал плечами. Незваный гость тут же опустился на стул и бросил подошедшему официанту:

– Кофе, чёрный, без сахара.

Михаил Николаевич вернулся к еде, но через пару минут снова посмотрел на незнакомца. Тот с понимающей усмешкой наблюдал за ним, сложив руки на груди.

– Кушайте, кушайте, Михаил Николаевич. С вашим графиком обязательно нужно хорошо обедать.

– Мы знакомы?

– Нет, не довелось. В будущем это неизбежно, но пока нет. Да, не отвлекайтесь вы, кушайте.

Михаил Николаевич отложил вилку.

– Что вы хотите?

– Ах, мой дорогой, я хочу очень многого. Но конкретно от вас мне нужны услуги вашей консалтинговой конторы.

– Так почему не в офисе?

– Нет, нет и нет. У меня дело деликатное, можно сказать, почти личное. Тут нужна камерность. Да и вы не будете отвлекаться и выслушаете меня внимательно.

– Хорошо, давайте обсудим.

Михаил Николаевич убрал с колен салфетку и отодвинул тарелку.

– Но мы не берёмся за мелкие заказы. Если вы не знаете, то мы работаем только с большими компаниями и госструктурами.

– Дорогой мой, куда уж крупнее, чем у меня? Даже там, – палец ткнул в потолок, – хозяйство на порядок меньше.

– Итак?

– Мне требуется автоматизация учёта и, – мужчина на мгновение задумался, – производственного процесса.

– Где именно?

– Назовём это, – незнакомец снова сделал паузу, подбирая слова,– большой промышленный комплекс.

– А можно конкретнее?

– Бриллиантовый мой, мне будет проще показать вам, чем объяснять. У нас очень специфические производственные процессы.

– Я не против.

– Тогда прямо сейчас и приступим.

Мужчина жестом остановил собиравшегося встать Михаила Николаевича, поднял руку и щёлкнул пальцами.

Ресторанчик вокруг столика пропал. Вместо него осязаемыми волнами дрожала чёрная, как смоль, темнота, из которой проступили дымные костры, мерцающие пожары, реки лавы и серные гейзеры.

– Извольте видеть – девять кругов ада. Очень запущенный случай давно не модернизируемого производства. Устаревшее оборудование, ужасные условия работы, никакого соблюдения нормативов, допотопный учёт… В общем – ужас и мрак.

Михаил Николаевич осмотрелся, убедился, что это не галлюцинация, и плюнул в ближайший лавовый поток. Плевок с шипением испарился. Тяжело вздохнув, директор консалтинговой фирмы открыл портфель и принялся раскладывать на столе бумаги.

– Давайте прикинем проект договора. Я так понимаю, тендер нам не требуется? Отлично!.. Тогда давайте составим предварительный роадмап на анализ вашей ситуации и формулированию бизнес-требований…

– …Вот такой проект нам предстоит сделать. Да – сложно, да – необычно, но наша компания всегда удовлетворяла самого притязательного клиента. Какие вопросы будут?

Михаил Николаевич обвёл взглядом собравшихся менеджеров.

– Я так полагаю, – первым откликнулись с дальнего конца стола, – что этот… ммм… ад не находится на территории России?

Директор с минуту морщил лоб, пытаясь решить экзистенциальный вопрос.

– Думаю, что нет.

– Тогда будут ли работы на стороне заказчика считаться заграничной командировкой и оплачиваться в соответствии с этим?

– Да, так и будет, учитывая специфику.

– А будут бонусы,– влез начальник разработки, – скажем так, в загробной жизни, в случае попадания в ведомство заказчика?

– Да, – Михаил Николаевич поморщился, этот вопрос вызвал самый жаркий спор при составлении контракта, – заказчик согласился считать сотрудников нашей конторы прикомандированными специалистами по эксплуатации и обеспечить соответствующие льготы с зачислением в штат.

– Ещё вопрос, – менеджер бек-офиса ткнул ручкой в потолок, – а как насчёт отношений с той стороной? Я думаю, требуются определённые бонусы для исповеди там, пожертвований на храмы или что там ещё полагается, во искупление, так сказать…

– Это идёт отдельной статьёй. Но! Я помню, у нас часть разработчиков были буддисты? К ним это не относится. По идеологическим причинам. Всё, вопросов больше нет? Тогда за работу!

– Это у вас что?

Девочка-консультант ткнула наманикюренным ногтем в закопчённую конструкцию. Серый в яблоках чёрт почесал голову между рогов и, с трудом подбирая слова, ответил.

– Ну, это, котлы, в общем. Чтобы грешников… это, отваривать.

– Понятно, а эти что там делают?

– Так, это, помешивают, ясное дело, чтобы к стенкам не приставали. А то потом вручную скоблить.

– Понятно, значит, записываем котловые ёмкости с автоматическим помешиванием. Идём дальше. Что это?

– Ну так, это… как его? … сковороды, для прожаривания.

– Тоже помешивают?

– Не, они того, … переворачивают, ну чтобы со всех сторон.

– Ага, а это?

– Нет, нет, для учёта прибывшего грешника надо нажать кнопку «новое дело» и внести в поля данные по усопшему. После этого автоматически загрузятся прегрешения, и из списка можно выбрать наказание. Понятно?

Мелкий бес потёр пятачок, хрюкнул и ткнул в экран когтем.

– Что за когти, – девочка-консультант нависла над бесёнком, – подстричь! Ни в коем случае нельзя тыкать в сенсорный экран острыми предметами! Повреждённые экраны в гарантию не входят.

Бесёнок смущённо потупился, забубнил, что ему не положено, покраснел и ткнул в экран фалангой согнутого пальца.

– Да нет же! Эта кнопка для просмотра уже принятых грешников. А вам нужна вот эта, для новых. Давайте повторим ещё раз.

– Алло, служба поддержки слушает.

– Не надо нервничать, если в результате грешники не мучаются, значит, надо завести дефект первого приоритета. И наши специалисты исправят его в самое кратчайшее время.

– Нет, не надо кричать, так ничего не исправишь. Это неисправность в программном обеспечении. Программисты немедленно начнут работу над дефектом.

– Прекратите немедленно плеваться огнём! Давайте откроем техническое задание. Вот, пункт 3728. Читаем: «В случае если на грешнике только грех обжорства, то мучение производится по пункту 13-б.» Вот она и мучается.

– Агрх! Где она мучается? А? Где?

– Это уже к вам вопрос! Почему на ленту транспортёра не загружены, как там, в дизайне, – «яства различного сорта, высшего качества»? Кто их должен грузить? Ваши работники! И где они? Мы предлагали автоматическую загрузку. Или даже лучше – голографический показ. А вы экономите…

– Давайте посмотрим. Здесь у нас «мучильня автоматическая, модель семь». Грешники должны поступать ногами вперёд. А вы как грузите? Да, не вилами! Выдали же вам специальные держалки. Нет, вилы – это прошлый век, только держалка. Нет, это не селфи-палка, это держалка для грешников, модель «люкс». Нет, вилы не вернём, они утилизированы.

– Хорошо, давайте ваши бумаги, я подпишу акт приёма испытаний, – дьявол, с красными от недосыпа глазами, с раздражением выдернул листы из рук человека.

– Оплата должна быть перечислена в течение пяти рабочих дней, – медовым тоном напомнил Михаил Николаевич.

– Помню, – у адского создания задёргалось веко. – У-у-у, кровопийцы!

– Вы позволите?

Михаил Николаевич поднял взгляд от тарелки с отбивной и обнаружил около своего столика мужчину в белом костюме. Свет, падавший сзади, окружал голову неожиданного гостя мягким сиянием.

Директор вздохнул, отодвинул тарелку с недоеденной отбивной и достал портфель.

– И вы?

Ангел с виноватой улыбкой развёл руками.

– Мы тоже идём в ногу с прогрессом.

– Только сразу предупреждаю, кроме обычной оплаты, нам необходимы преференции в посмертии. Для всех, включая буддистов!

Ангел пробурчал под нос что-то похожее на «да, он предупреждал» и уселся напротив.

Тёмный культ

– Триста двадцать один, триста двадцать два, триста двадцать три…

– А можно быстрее? У меня, между прочим, тоже дела ещё есть, кроме того, что…

– Мужчина, – почтальонша подняла взгляд на посетителя и неспешно поправила большие очки в толстой оправе, – вы меня отвлекаете. Хотите быстрее – помолчите, пока я ваши же деньги пересчитываю.

– Ну, пожалуйста, я прошу вас!

– Делаю все, что могу, – женщина за стойкой нахмурилась, – ну, вот, я опять сбилась, придётся пересчитывать все заново.

– Нет, только не это! Я уже два часа тут торчу. Давайте я отдам одной купюрой и не надо сдачи.

– Не положено. Десять, двадцать, тридцать…

Украдкой наблюдая за беснующимся посетителем, почтальонша прятала довольную улыбку. А мужчина уже покрылся испариной и не кричал, а только сдавленно сипел, ежеминутно дёргая себя за воротник рубашки.

До конца рабочего дня из длинной очереди получили своё только двое: сердитая сморщенная старуха, как видно опытная, начавшая кричать, даже не дойдя до окошка, и стеснительный паренёк, стоически дождавшийся свою посылку.

– Рабочий день окончен! – Почтальонша гаркнула во всю силу и, выгнав остаток посетителей, закрыла входную дверь изнутри.

Долго что-то выписывала на бумажку, перекладывала посылки, не торопясь уходить домой. Наконец дождавшись полуночи, прошла по длинному коридору и спустилась по ржавой лестнице в подвал. Подсвечивая себе фонариком, зашла в самый дальний угол. Там на небольшом пятачке, огороженном ящиками, зажгла семь свечей по кругу. На голом бетонном полу мелом обновила линии пентаграммы. Разделась догола и принялась, пританцовывая, кружить вокруг рисунка, хрипло выкрикивая заклинание.

– Сервус доминае мортем аерумнарум реквиум!

Пол дрогнул. Почтальонша упала ниц перед появившейся фигурой. Чёрный балахон, острозаточенная коса на плече и зелёные огни в глазницах черепа под капюшоном.

– Что ты хотела, ничтожная?!

– О, госпожа моя, твоя рабыня принесла тебе еженедельный отчёт о проделанной работе.

– Слушаю тебя.

– Трое человек доведены до нервного срыва, пять – до предынфарктного состояния. Десять человек – до депрессии. И одного увезла скорая помощь.

– Хорошо, очень хорошо.

Костлявая рука опустилась на голову почтальонши.

– Трудись, чем больше невинных жертв – тем лучше. Удвой показатель по инфарктам, и я подумаю над твоим повышением.

Почтальонша мечтательно улыбнулась – ещё чуть-чуть и заветная должность кассира в банке будет её. И мысленно приготовилась использовать самое сильное средство – пляски на посылках перед их выдачей.

Страсти по завтраку

(заметки о вкусной, но нездоровой пище)

Диета. Как много тоски в этом слове. Сколько кулинарного ужаса в этих буквах. О, кто не сидел на диете, кто не худел в попытке сбросить лишний десяток килограммов, не может оценить, сколько страданий заключено в диете. Всю глубину тоски от невозможности позавтракать чем-то вкусным.

А ведь как прекрасно встать утром, когда за окном только начинается рассвет, и сделать себе настоящий завтрак. Запах, от которого просыпаются домашние и сонные и растрёпанные, сползаются на кухню, чтобы присоединиться к трапезе.

Для начала достать турку и сварить кофе. Сколько ценителей этого божественного напитка, столько же рецептов, и каждый готов отстаивать свой. Но я бы просто добавил в кофе мускатный орех. Не порошок из пакетика, а чуть-чуть стружки, снятой ножом с цельного орешка. Налить в любимую чашечку и подумать над блюдами.

Сделав первый глоток, стоит изваять бутерброд. Взять тонкий кусочек бородинского хлеба, с зёрнами тмина на верхней корочке. Намазать сливочным маслом. Не всякой ерундой вроде спреда, а настоящим, сливочным маслом, холодным, чуть крошащимся под ножом. А сверху уложить ломтики солёной красной рыбы. Сёмга, форель, кета, кижуч. Впрочем, сгодится и горбуша. Особенно если засолить её самому. Тушку на две половины, вынуть хребет, соль и сахар три к одному, натереть, в тряпицу (ни в коем случае не в пакет!) и в холодильник. Идеальная закуска.

Но бутерброд лишь обрамление. К нему подойдут варёные в мешочек яйца. О, человек, замерший с часами в руке над яйцами в кипящей воде, нет никого внимательней тебя! Да, в мешочек. На подставке, острым концом вверх. И, напевая «куда идёт король, большой секрет», маленькой ложечкой на длинной ручке надколоть скорлупу.

Впрочем, можно сделать и яичницу. Глазунью. С зелёным луком. Идеальная яичница получается только на сливочном масле. Разогреть сковороду, бросить кусочек масла. Кончиком ножа подталкивая его, смазать всю сковородку. Бросить мелко нарезанный зелёный лук. Немного обжарить и аккуратно разбить яйца, сохраняя желток целым. Подождать чуть-чуть и острым кончиком ножа поддеть слой сырого белка, лежащего на желтке, и сдёрнуть его, оставляя сырым только желток. Лопаткой разделить на порции и – на тарелки. Поэзия!

О яйцах пашот, омлете с овощами и сыром, яйцах с грибами и фаршированных яйцах сегодня не будем. Но чего-то ещё не хватает… Пожалуй, блинов. Тоненьких горячих солнышек, делающих лучше даже хмурое утро. Просто блины с вареньем в розетках, блины, начинённые творогом, блины с мясом, блины с грибами, блины с малиной, блины с мёдом… Не перечислить их все. Блинный пирог: поджаренные грибы с луком мелко порезать и укладывать блины на тарелку, перемежая слоями начинки. Божественно.

Или просто сделать себе горячий бутерброд. На хлеб тонко намазать горчицу, сверху кусок мяса, колбасы или отварного языка, накрыть листом салата и кругляшом помидора, затем кусок сыра, разложить половинки оливок, снова хлеб и в духовку на десять минут…

Но за окном дождь, и по комнате бродит злая диета. Буду ждать обеда и страстей по нему.

Злой сказочник

– За что? За что, я вас спрашиваю?

Злой Сказочник бегал из угла в угол, раздражённо дёргая себя за бороду.

– Разве я рассказываю детям ужастики? Нет! Я пишу только добрые, поучительные истории. Никогда ни одного ребёнка не напугал. И сказки у меня всегда с хорошим концом. Так почему же эти неблагодарные слушатели называют меня злым? А? Вот ответьте мне.

Бросившись к книжной полке, Злой Сказочник стал перебирать толстые и тонкие тома. Хватал один за другим и бросал на пол.

– Вот, сказка о спящей красавице. Проснулась? Проснулась. Мачеху выгнала? Выгнала. Что не нравится?

– Или вот. Сказка о коте в сапогах. Младшего сына в люди вывел, на принцессе женил, бароном сделал. А ещё людоеда победил. Что не так?

– Ещё: сказка о Красном рыцаре. Гоблинов победил. Дракона убил. Принцессу спас. А вы что? Ваша мерзкая комиссия ставит на неё штамп «ужасы, детям после 16 лет». В чём причина? За что вы лишаете детей добрых сказок?

Глава комиссии цензоров, старый горбатый гоблин, почесал бородавчатый нос и поднял взгляд на Злого Сказочника.

– Я перед вами, конечно, извиняюсь, мастер. Но не кажется ли вам, что вы пишете немного для другой аудитории? Как можно читать гоблинятам этот ужас? Чтобы у них с детства была психологическая травма и страх перед этими вашими рыцарями и добрыми героями? Вы в своём уме? Вы понимаете, что мы «по другую сторону баррикад».

– А это уже не мои проблемы. Вы же выпросили себе сказочника по распределению? Выпросили. Вам прислали меня? Прислали. А у меня специализация – добрые сказки. Где добро всегда побеждает. Не нравится – пусть вам нового присылают, – и Злой Сказочник обиженно отвернулся к окну.

Гоблины сбились в кучу, долго шушукались и через пять минут вытолкнули к Сказочнику старого главу комиссии.

– Мастер, а мастер. А давайте вы страшилку напишете? Ну там, например, как рыцаря дракон съел. Или гоблины принцессу украли. А, мастер?

Злой сказочник презрительно фыркнул.

– А мы её большим тиражом издадим. Для самого младшего возраста.

Сказочник зашевелил ушами, будто прислушиваясь к предложениям. Гоблин намёк понял правильно.

– А вам премию дадим, литературную. Как самому доброму сказочнику, – и гоблин подёргал сказочника за мантию, – а, мастер?

– Ладно напишу вам страшилок. И концы кошмарные придумаю, с ужасами всякими.

Гоблины обрадованно загалдели.

– Но учтите, – Сказочник многозначительно поднял палец, – гонорар за книгу – вперёд!

Ангел-хранитель

Таня самозабвенно рыдала в подушку. Всё было ужасно. Хуже некуда. Костик бросил её, на работе начальство устроило разнос, а в трамвае сегодня вытащили кошелёк. И как контрольная неприятность – пропал Барсик. Вышел погулять вчера в форточку и до сих пор не вернулся. Жизнь словно специально подкидывала одну гадость за другой. Если у неё есть ангел-хранитель, то он явно прогуливает работу.

– Подлец, – в сердцах буркнула Таня, имея в виду и Костика, и ангела одновременно, – козёл…

– Полeгче, дамочка.

Девушка вздрогнула. Чужой хриплый голос заставил испугаться. Откуда здесь посторонний? Залез к ней в окно? Таня медленно оторвалась от подушки и повернула голову.

На окне сидел ангел. Да, скорее всего – белые крылья, светящийся нимб. Только странный: в спортивном костюме, кепке-аэродроме, чёрных начищенных туфлях. И на подоконнике он сидел на корточках, как шпана около соседнего подъезда.

– Я бы попросил, – ангел погрозил ей пальцем, – за козла можно и ответить. Ну да, не было меня рядом. Отошёл за пивом, всего-то на пару месяцев. А ты уже сопли развесила.

Таня ещё раз придирчиво осмотрела неожиданного визитёра. Нет, точно ангел – нимб не подделаешь. Но его прикид…

– А ты почему, – девушка обвела его рукой, – в таком виде? Ты же в белом должен быть.

Ангел спрыгнул с подоконника.

– Ты себя-то давно в зеркале видела? Где скромность, где целомудрие? Одна мини-юбка чего стоит. А в церкви давно была? Не положено тебе в белом. Скажи спасибо, что меня выделили.

Таня растерянно хлопала глазами.

– Ничё, я пришёл, ты меня увидела, будем делать из тебя человека.

И ангел со значением подмигнул.

– Я бы попросил.

Из-за шкафа выбрался паренёк. Мятый серый костюм с жилеткой, очки с толстыми стёклами на носу, из растрёпанной шевелюры торчат маленькие рожки.

– Не положено вмешиваться напрямую в жизнь…

– Слышь! Ты кто такой вылез? – хранитель набычился и попёр на паренька.

– Я бес… Искуситель…

– Ща, как двину, – ангел толкнул беса в грудь, – скрылся и не отсвечивай.

– Не положено…

– А в рыло? – посмотрев на кулак перед лицом, бес ойкнул и убежал обратно за шкаф.

– Теперь с тобой, – ангел вернулся к Тане, – вот держи.

Из кармана спортивных штанов, представитель небесной канцелярии достал мятую бумажку.

– Это что?

– Абонемент, на вольную борьбу. Ты же жаловалась, что толстеешь? Вот и поправим. Заодно парня тебе подберём, там нормальные пацаны занимаются.

– Борьба не для девушек! – высунувшись из-за шкафа, пискнул бес.

– Ща кто-то отхватит, – сказал в пространство Хранитель. – Тренировки с семи до девяти. Понедельник, среда, пятница. И смотри – не опаздывать.

– Может, не надо? Я диету держу.

– А кто ночью из холодильника жрёт? Думаешь, если ты свет не включаешь, то не считается?

– Так я…

– Я ещё не закончил. Светке пятьсот рублей отдай. Уже который раз обманываешь.

– У меня сейчас нету…

– А если найду?

Таня залилась краской и потупила взгляд.

– Теперь дальше. Бери телефон и звони маме. Её хранитель мне жалуется, что ты уже месяц не звонила. Давай, по-быстрому, позвонила, порадовала предков.

Ангел отошёл обратно к окну и снова взгромоздился на подоконник на корточки. Под его пристальным взглядом Таня достала телефон и набрала номер.

– Мамочка, привет!… Да, все хорошо… Да, нормально. Как у тебя?..

– Слышь, иди сюда, – довольный хранитель махнул бесу, – не дрейфь, не обижу.

Насупившийся бес, сопя и отводя взгляд, подошёл к ангелу.

– Слушай сюда, у нас тут котик потерялся. Серый такой, в полосочку. Должен отзываться на Барсика. Значит, берёшь ноги в руки и быстренько ищешь.

– Это доброе дело, мне нельзя…Не по понятиям.

– А если я тебе фингал поставлю, это по понятиям будет?

Бес печально кивнул, взмахнул руками и вылетел в форточку на поиски кота.

Ангел довольно улыбнулся: эксперимент увенчался успехом – новые методы убеждения работали на пять с плюсом. Вот только эта дурацкая привычка… Хранитель вздохнул и достал бумажный кулёк с семечками.

Легенды Ящер-стрит

Дракон почуял рыцаря издалека. Рыжая облезлая лошадь понуро тащила всадника вверх по холмам. Так что ящер даже успел задремать на солнышке в ожидании обеда. Когда рыцарь добрался до пещеры, разморённый змей не стал с ходу плевать в него пламенем, а прищурив один глаз, лениво спросил:

– А где доспехи? В них прожарка равномернее получается, вкуснее.

Рыцарь раздражённо что-то пробурчал, пожав плечами.

– Как это нет?

Дракон даже возмутился.

– Может, ты маг? Тогда действительно не нужны. Нет? Не маг? А чего припёрся тогда? Будешь меня своей зубочисткой тыкать? Давай, если по пузу, это даже приятно.

Дракон перевернулся на спину, демонстрируя жёлтую чешую на животе.

– Я не за этим.

– А зачем тогда?

– По финансовому вопросу.

Дракон закашлялся от неожиданности.

– Подожди, подожди… Ты же этот, новый хозяин того замка, разваливающегося, с крысами. В наследство от дядюшки тебе достался. У тебя ещё фамилия смешная… Шмуллер.

– Швуллер, вообще-то.

– Да мне всё равно. Золото в долг не дам, и не упрашивай. И есть тебя тоже не стану – от наглецов у меня изжога и повышенная кислотность.

– Я в долг и не собирался просить.

– А что тогда?

– Я хотел предложить вот что…

Почти час бедный рыцарь произносил перед драконом хорошо отрепетированную речь, вычерчивая на песке кончиком меча графики и диаграммы.

– Стоп, стоп, стоп.

Дракон устало потёр глаза лапой и вздохнул.

– Давай подведём итог. Правильно ли я понял: ты предлагаешь пересчитать моё золото и напечатать цветные бумажки, которые будут обозначать каждую монетку. И вроде как любой может принести бумажку и обменять её на золото.

– Так.

– А мне какая с этого радость? Чтобы тут куча народа покушалась на моё золото?

– Никто не будет покушаться. Потому что это только говорится, что можно обменять. Мы тут построим стены, охрана опять же. А особо настойчивых ты съешь.

– Все равно не вижу смысла.

– Мы на половину этих бумажек купим ещё золото и привезём к тебе. Напечатаем ещё бумажек, ещё золота возьмём… И ещё, и ещё.

– Ага…

Дракон задумчиво ходил взад и вперёд.

– А за это ты хочешь половину бумажек. Правильно?

– Верно. Ровно пятьдесят процентов. Мне ещё замок отстраивать, жениться.

– А когда мы на всё золото бумажки сделаем, что тогда?

– Ещё бумажек напечатаем.

– Так ведь под них золота не будет.

– А кто узнает? Ты разве пустишь кого-нибудь в хранилище? Нет. А мы будем говорить, что золота у тебя вагон. И будут верить.

– Хм… Мне нравится. Однозначно нравится. А как назовём это всё?

– Банк ДРС – Драконья Резервная Система.

– Вот так и был организован наш банк.

Генеральный директор, в идеальном дорогом костюме, закрыл толстую старинную книгу и улыбнулся.

– По крайней мере, так говорит легенда. Впрочем, не вижу повода ей не верить.

Новый член правления банка согласно закивал.

– Я только хотел спросить. А что стало с драконом?

– Ах, это… Говорят, женился на принцессе, дочке Швуллера, охранял золото. Прожил долгую и счастливую жизнь.

Директор улыбнулся, щуря жёлтые глаза с вертикальными зрачками, и облизнул губы раздвоенным языком.

Ужастик для ужастика

Невозможно перевести его имя ни на один из человеческих языков, как нет и звуков, чтобы его произнести. Слишком разные мы с его расой. Но во всех мирах, где они побывали, их называют Хищниками. Ибо цель их существования – охота. Даже в космос они вышли, чтобы найти новые угодья. На тысячах планет охотятся они, выбирая в качестве жертвы самых опасных и свирепых обитателей. Охотятся они и на Земле.

Он замер на ветке высокого дерева, чуть колышущийся прозрачный силуэт в идеальной маскировке. А вокруг шумели джунгли, яркий водопад красок для его инфракрасного зрения. Внизу, среди корней баньяна, теплилось еле заметное пятно. Но Хищник знал, это он: ксеноморф, Чужой, случайно оказавшийся здесь по небрежности Младших Охотников. Редкий случай – поохотиться на ксеноморфа в диких джунглях.

Хищник уже собирался начать охоту, но тут баньян вздрогнул, как от удара. Чужой, только что неподвижно лежавший в ямке между корнями, взвился вверх, покидая ставшим опасным убежище. Ещё мгновение, и его будет не догнать среди деревьев.

Но чёрная фигура ксеноморфа натолкнулась на преграду и гигантской мухой забилась в паутине расставленной кем-то сети. Вот лопнула одна верёвка, другая… Чужой рвался на свободу, распарывая сеть когтями и зубами. В ответ на него упала ещё одна сеть, и ещё одна, и ещё… И хитрая система верёвок стала затягиваться, прижимая лапы к туловищу, не давая жертве ни единого шанса высвободиться. Даже Хищник восхитился такой остроумной ловушкой.

Последний раз дёрнулся Чужой, туго спелёнутый сетями. И тут же высыпали из кустов маленькие фигурки, громко крича и тыкая в жертву пальцами. Хищник моргнул. Раз, другой. В полном недоумении он смотрел на детей, маленьких человеческих детей: маечки, шортики, кепки, сандалии, сачки в руках.

Вперёд выдвинулся мальчик в очках с толстыми стёклами. С трудом подняв большой красный баллон, он направил на Чужого чёрный раструб и выпустил струю белого газа.

– Миша, осторожней, он кусается! – девочка с синими бантами подёргала его за рукав.

– Не бойся, – продолжая поливать струёй Чужого, ответил очкарик, – это особый состав с эфиром, сейчас мы его усыпим.

Рыжая девочка, с горстью веснушек на серьёзном лице, обошла сеть сбоку и оттуда крикнула:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.