Мила Гейбатова
А папа кто?

Пролог

Две полоски.

Две, чтоб их, полоски. И как мне быть дальше?

Мне, вчерашней лучшей студентке, а ныне никому ненужной безработной девице без роду и племени, причем ненужной в прямом смысле этого слова.

И когда только моя жизнь покатилась под откос? С того вечера в клубе? Или когда началась эпичная стажировка с двумя оболтусами?

Разницы нет. Впрочем, как и работы.

Хорошо хоть жилье мое. Квартирка совсем небольшая, но собственная. Расщедрился папа для старшей дочери от первого брака. Или откупился, но не суть. Главное, на улице мы с ребенком не окажемся. От голода, глядишь, тоже не умрем. Мать поохает, поахает, да и позаботится худо–бедно. Да и работу мне еще не поздно найти. Живота нет ведь еще, ну или почти нет. И на булочки уже не спишешь…

Только в этот раз никаких перспективных стажировок! Конкретно работа, приносящая стабильный доход, и все. Если понадобится, пойду баристой в кофейню за углом. Не время для гордыни.

Все вопросы решаемы. Кроме одного.

Как быть с отцом ребенка???

И дело тут вовсе не в том, что я с ним разругалась, не общаюсь или понятия не имею, где он обитает в настоящее время. Нет. Все намного сложнее.

Я элементарно не знаю, кто отец.

О! И за что мне все это.

Роняю голову в ладони и просто отпускаю себя в рыданиях. Кошмар, какой позор! Как я до этого докатилась.

Выбирать отца буду исходя из цвета волос родившегося ребенка? Типа чуть светлее – значит, папаша один, а немного темнее – другой. А если он будет рыжеватым, как я!? Или лысым!?

Аааа. Стекаю по стенке в ванной комнате на пол и еще долго содрогаюсь в истерике. А как все хорошо начиналось…

Глава 1

За некоторое время до

Я счастливый человек. Вот честно. Через неделю я закончу университет, получу диплом с хорошими оценками и начну стажировку в престижной фирме, как и хотела.

Ах да. Со мной будет жить лучший на свете парень, мое персональное любимое чудо, мой Ваня.

Наконец–то. А то сопротивлялся до последнего, отнекивался отговорками, что квартира у меня маленькая, да и ему неудобно селиться у девушки. Он же, мол, мужчина в нашей паре.

– Милый, конечно, ты мужчина с большой буквы для меня, но с общежития тебе совсем скоро придется съезжать, а зачем тратиться на съем, если мы и так собирались жить вместе! Ну в самом деле, сколько можно, так долго встречаемся, пора бы уже и на новую ступень отношений перейти.

– Эм, да, действительно, ты права, – замялся тогда Ваня.

Его неуверенность в голосе я решила проигнорировать. Да и не важно это. Мужчины больше женщин страшатся перемен. Так всегда говорит моя мама.

И на стажировку мы тоже вместе пойдем! Это ли не счастье. Надеюсь, с помолвкой Ваня не будет затягивать, и к следующему году ходить мне в новом статусе. Ааах! Как же я счастлива!

–Жанночка, милая, ты обещала мне выбрать всякие полезные вещи для дома, не забыла? – захожу за лучшей подругой.

– Да, помню. Только что там у тебя докупать, и так, не квартира, а барахолка с кучей ненужных вещей.

– Не правда, все исключительно нужное и полезное. А сейчас мне хочется сделать проживание Вани максимально комфортным.

– Ага. Помешалась на нем, – мрачно смотрит на меня Жанна. – Не возводила бы ты его на пьедестал, милая. А то сложно будет сгонять потом оттуда, когда тебе наконец надоест играть в идеальную спутницу жизни.

– Не начинай. Лучше пошли.

У нас обеих с Жанной родители давно в разводе. Только я на фоне этого слегка помешалась на визуализировании своей собственной идеальной семьи, а она, наоборот, полностью утратила веру в брак. Считает, что это все пустое, фальшивое.

Я же верю в лучшее. Хотя у отца новая семья, родился долгожданный наследник, которого так и не дала ему моя мать, все хорошо, я за него, рада, правда. И брат вызывает только положительные эмоции. Но! Я ведь в его семье просто гость, дальний не очень удобный родственник, которого вроде и не прогонишь, жалко, да вот держать близко не хочется.

Но я не обижаюсь. Понимаю.

У мамы новой семьи не сложилось, но ей и не нужно. Оставшись одна, она наконец нашла себя. Порвала с прежним жизненным укладом образцовой домохозяйки, записалась на кучу курсов, ринулась в путешествия. Меня пару раз брала с собой. Но мне все же оседлая жизнь милее.

И я давно, еще на первом курсе, выстроила свою идеальную модель поведения в роли будущей жены. Мама моя, я считаю, всегда являлась образцовой хозяйкой, но круг ее интересов ограничивался только лишь домом да нами с отцом. И это в корне не правильно!

Но я–то не зря училась прилежно и буквально выцарапала место для будущей практики, Карьера для меня стоит на одной ступени с семьей. Ниже спускать ее я не собираюсь.

Но возвращаюсь в реальность.

Купив, новое постельное белье и скатерть, Жанна уговаривает меня приостановить приступ шопоголизма.

– Милая, ты боялась смутить своего ненаглядного розовым цветом, мы купили ему замену. Все остальное у тебя абсолютно адекватных расцветок, не стоит перекрашивать стены и менять пол, только потому что малыш Ванюша наконец залетит к тебе в клетку.

– Не надо его так называть! Так, словно он мальчик.

– Ну судя по многим его поступкам он и есть мальчик. На учебе ты его тянула, на стажировку его устроил крутой папочка через свои связи. Странно, что квартирку дорогому отпрыску не купил.

– Там сложные отношения на самом деле, – пытаюсь выгородить любимого, – не стоит судить только с одной стороны.

– Ну–ну, – Жанна скрещивает руки на груди, – еще скажи, что он не предпринимал никаких шагов к тому, чтобы вы съехались, потому что излишне боялся излишне усложнить ваши отношения.

А эта фраза больно ранит, как и любая горькая правда. Но тут я могу только отгонять мысли о том, почему же я, а не Иван, занимаюсь нашими отношениями, в самый дальний угол.

Главное, все правильно организовать. В идеально отлаженном механизме все детали работают четко и слажено, им не нужно думать, их задача добросовестно выполнять возложенную функцию. Большего не нужно.

Так и я занимаюсь наладкой собственной жизни. Ваня станет прекрасным мужем, его всего лишь надо подтолкнуть.

– Ладно, Жанночка, спасибо, что помогла, без тебя бы я провозилась в два раза дольше, – натягиваю на лицо улыбку и прощаюсь с подругой.

– В три как минимум!

– Ну хорошо, в три. Ты знаешь меня лучше.

– Не обижайся, милая, я ведь о тебе забочусь, – подруга целует меня в щеку и убегает в сторону своего дома.

Я же решаю податься внезапному порыву и навестить Ваню. Просто, чтобы убедиться, что нашей с ним любви все нипочем. Что он лучший парень для меня, а остальное приложится.

Поднимаюсь на этаж Ивана уже в абсолютно прекрасном настроении. Грустные мысли ушли, в сердце снова царит уверенность.

– Милый, тук–тук, а вот и я, – широко распахиваю дверь комнаты. – Извини, я помню, что ты собирался готовится к пересдаче экзамена по экономике, я на ми–нут–ку.

Дар речи резко пропадает, и я безмолвно замираю, смотря словно в замедленной съемке на происходящее в кровати любимого парня…

Дар речи резко пропадает, и я безмолвно замираю, смотря словно в замедленной съемке на происходящее в кровати любимого парня…

Раздетый Иван совершает интенсивные поступательные движения, а ниже торчат еще чьи–то ноги. О нет, они женские. Приглядываюсь дальше, и вижу длинные кучерявые блондинистые волосы.

Я настолько в шоке, что так и продолжаю стоять в прострации. Мозг отчаянно цепляется за спасительную мысль, что это не мой парень вытворяет такое, что он, не знаю, комнату уступил соседу. Но мимолетный взгляд на макушку сразу перечеркивает эту версию. Волосы его, сосед у Вани совсем темненький.

– Аврора, привет. Ты чего встала, проходи, или дай я пройду. Мне учебник по философии срочно нужно взять, – подходит ко мне сзади тот самый сосед и протискивается внутрь. – Ой. Упс.

Выдает красноречиво.

– Да, Леша, потому и не заходила, – речь ко мне наконец возвращается, и я с громким стуком захлопываю дверь, проходя внутрь.

– Аврора, а ты зачем пришла? – глупо хлопая глазами, спрашивает Ваня, наконец отвлекшись от подружки снизу и заметив, что они уже не одни в комнате.

– Зачем я пришла!? Это как это, зачем я пришла! То есть ты даже оправдываться не собираешься? – реакция моего парня обескураживает.

Понятия не имею, как нужно поступать в подобной ситуации.

– А чего оправдываться? – отвечает Иван, почесав свой подбородок. – И так все видно и понятно. Отшутиться, что я случайно неудачно упал, придя из душа, на кровать, а там уже лежала Соня, которую я совсем не ждал, явно не получится. Да и не к чему. Раз уж так вышло, то, может, оно и к лучшему. Да и ты сама виновата, зачем–то пришла без предварительной договоренности, никогда так не делала раньше, а тут вдруг на тебе. Как бы сама видишь результат.

– Ты хочешь сказать, что эта девица не первая? – только и могу выдавить из себя.

– Даже не вторая, – со смешком выдает молчавшая до этого Соня.

–Аарр, ты хотя бы слезь с нее ради соблюдения элементарных приличий, – подскакиваю к Ивану и толкаю его.

– Тише, тише! Легко, – равнодушно перемещается парень. – Только толку от этого? Это ты у нас всегда помешана на приличиях, идеальной картинке для других и прочей чепухе. Меня же не заботит чужое мнение.

– К–как ты мог? Я ведь нам скатерть купила, белую, чтобы не раздражать тебя розовым цветом, – говорю, едва сдерживая слезы и нервно сжимая ту самую скатерть.

Говорю, конечно, полный бред, но мозг мой к подобному стрессу явно не готов, и таким образом защищает психику, как может.

– А–ха–хах! Какая ж ты у меня дурочка все–таки, милая, – почти ласково произносит Ваня. – А если серьезно, зря потратилась. Я бы у тебя все равно надолго не задержался. Отец обещал купить квартиру, когда закончу стажировку.

– Ты ее еще закончи! – истерично кричу. Наконец внутренние эмоции начинают вырываться наружу. – Без моей помощи ты бы и близко не приблизился к диплому! Я тянула тебя все время! Тянула наши отношения, планировала совместную жизнь, а ты, а ты!

– Что я? – изобразив зевок, спрашивает Иван.

– А ты поступил как свинья, – выплевываю ему в лицо.

– Всего–то? Детка, ты слишком правильная, ну правда, скучно даже. Отпусти себя наконец, поругайся как взрослая что ли, для начала.

– Да, да, – нижняя губа трясется, я со всей силы вонзаю ногти в ладони, чтобы не зарыдать в голос на виду у этих, – да пошел ты!

– Уже лучше, милая. Но все–таки на будущее, уточняй, куда именно посылаешь человека, хорошо? Так внушительней будет звучать, – поучительным тоном говорит Ваня.

Внутри меня разгорается огонь ненависти, я тяжело дышу, мысли путаются. Мельком оглядываюсь на Лешу, он пытается состроить сочувствующее лицо, но по его глазам видно, что эта некрасивая ситуация его забавляет.

Затем бросаю взгляд на распластанную в откровенной позе девицу. Да она даже прикрыться как следует не удосужилась! Так и сверкает всеми своими прелестями и хихикает надо мной. И мой внутренний предохранитель сгорает.

Перехватываю пакет с покупками обеими руками и с диким криком начинаю бить им Ивана. А там помимо мягкой скатерти еще комплект постельного белья в твердой упаковке с острыми краями лежит. Известная фирма не скупилась на оформление.

– Ты! Самая! Большая! Задница! Ты! Никчемный! Бесполезный! Инфантильный! Не мужик!

– С последним я бы поспорила, – вставляет Соня, с интересом наблюдая за шоу.

– А ты замолчи! – врезаю и ей тоже.

– Ай! – визжит она и вскакивает с кровати к Леше. – Ненормальная.

Это отвлечение дает время Ване, и тот тоже успевает переместиться от меня на безопасное расстояние.

–Знаете что, а идите вы все к черту! Вот. У вас впереди только мерзость, которую вы сами же и сеете своими поступками, а у меня светлое будущее.

И с гордо поднятой головой ухожу.

Глава 2

Выбегаю в коридор и несусь вперед, не разбирая дороги. С трудом подавляю в себе желание сесть прямо здесь на пол и разрыдаться.

Только не тут. Только не у всех на виду.

Бьет отчаянная мысль набатом по виску.

Спотыкаюсь на последнем пороге на выходе из студенческого общежития, едва не прочесывая носом неровный асфальт. Возвращаю себе равновесие и иду дальше спокойнее, глубоко дыша, с силой проталкивая свежий воздух в собственные легкие.

Истерика никуда не делась, она здесь, на месте. Лишь немного отодвинулась на задний план. Вперед вышла апатия.

В полной прострации бесцельно пялюсь на прохожих. Там парочка влюбленных гуляет, крепко взявшись за руки. А мы с Ваней так практически не ходили, его всегда раздражало проявление чувств на людях. Хотя какое ж это проявление чувств? Всего лишь невинное рукопожатие.

А в другой стороне идет счастливое семейство со своим маленьким сыном и большой собакой. Наверное, будут кидать тарелку и со смехом смотреть, как умное животное ее ловит. Красота.

А мы с Ваней так и не завели собаку. И не заведем. И ребенок нам явно не светит, впрочем, как и брак.

–Аааа, – вдруг завываю я в голос, чем сильно пугаю прохожих. – Извините, не обращайте внимания, это не слезы, это аллергия.

Ужасно стыжусь своей слабости. Кошмар. Какое впечатление я произвожу на окружающих!?

Прислоняю прохладные руки к горящим щекам, а потом машу ладонями, чтобы прогнать остатки влаги из глаз. Неслыханно вести себя подобным образом. Домой приду, там и поплачу.

В итоге до квартиры удается добраться, не привлекая больше ненужного внимания. Открываю дверь, включаю свет. И идеально убранное помещение вместе с замененными с любимого розового на белый цветами, заставляет снова удариться в истерику.

– Как!? Почему!? За что!? Я ведь всегда старалась быть идеальной девушкой, никогда не надоедала, всегда старалась помочь, быть нужной, полезной. За собой всегда следила! Да и по ночам у нас все было хорошо. Как мне казалось, – громко вопрошаю, сидя на диване, невидящим взглядом уставившись в огромное панорамное окно напротив. – Что не так!?

Хватаю фотографию с прикроватной тумбочки и прижимаю ее к себе.

– Ох, Ванечка, милый Ваня, что же ты наделал. Я ведь так все прекрасно распланировала! Мы должны были пожить немного вместе, пройти стажировку, затем работа в престижном офисе, помолвка, отдых где–нибудь на берегу океана. А там и свадьба была бы не за горами. Детей завели бы лет через пять, чтобы я укрепилась на работе и смогла бы продумать альтернативный заработок на время по уходу за ними. Ах да, еще дом. Прекрасный большой дом с ухоженным участком и подъездной дорожкой с красивыми клумбами по бокам где–нибудь в пригороде, чтобы больше времени проводить на свежем воздухе, не дышать загазованными парами большого города. А ты!

И заливаюсь горючими слезами. Улыбающийся Иван, естественно, молчит, впрочем, и его живой оригинал всегда молчал, когда я заговаривала о совместном будущем.

Проплакав еще примерно с полчаса, я поняла несколько вещей.

Во–первых, все мои потуги были тщетными. Жанна всегда видела, что в наших с Ваней отношениях существуют огромные проплешины, я же запрещала себе такие мысли и дальше трудилась во благо совместного светлого будущего.

Во–вторых, скорее всего Ваня никогда и не любил меня. Я всегда была удобной ему и все. В этом причина долгого поддержания видимости влюбленного парня.

И в–третьих, собственных глаз в зеркале я завтра не увижу, после таких усиленных слезных потоков.

В итоге я так и засыпаю в обнимку с фотографией на узком диване. Сил и желания перейти на кровать не могу найти.

– Аврора, ау! Ты где? Почему не отвечаешь на телефон, не пришла в институт? Нам там осталось всего–ничего, а ты в прогульщицы вдруг заделалась, но ничего, я тебя отмазала, сказала, что ты заболела, сегодня ударно полечишься, а завтра все донесешь и отработаешь. Аврора!

С трудом открываю один глаз. Сколько времени?

– Ох ты ж, ничего себе, как у тебя здесь все навалено. Ты чего спала на этом узком диване? Да еще и в обнимку с фотографией своего ненаглядного? Слушай, это уже ни в какие ворота не лезет, ты завязывай его в превозносить, вот правда, завязывай.

– Напомни, зачем я тебе дала ключи от своей квартиры? – открываю второй глаз и принимаю более–менее вертикальное положение.

– Чтобы твоя любимая ненаглядная Жанночка могла прийти в любой момент и навестить тебя, дуреху, – ласково отвечает подруга.

– А, ну тогда ладно, – механически киваю как болванчик. Голова раскалывается, глаза болят. – Спасибо, что отмазала. Расскажешь, что нужно донести?

– Естественно! Зачем, по–твоему, я здесь! Я еще поесть захватила, так что поднимай свою на удивление ленивую сегодня задницу, покормлю тебя уж, а то съедешься со своим любимым и не будешь на порог пускать, – Жанна театрально заламывает руки и смахивает несуществующую слезу. – Ох, выросла девка, и когда только успела.

– Нет, – угрюмо отвечаю хриплым голосом.

– Что нет? – не понимает подруга, продолжая колдовать на кухне. – И кстати, голосок у тебя и впрямь жутковатый, может, действительно болезнь? Не накаркала ли я часом?

– Нет, – снова односложно отвечаю.

– Да что ты там заладила, нет и нет! Все! Чайник закипел, булки подогрела, иди вкушать пищу королей.

– Это баб Нюрина стряпня что ли пища королей? – помимо воли на лице появляется улыбка.

– Ага, а как иначе? Сама знаешь, что пирожки у нее самые вкусные, не зря ее внуки подрядили в их пекарне готовить.

– Как по мне, у них сработала обыкновенная жадность, на приходящего сотрудника пришлось бы больше финансово тратиться.

Наконец поднимаюсь–таки с дивана и бреду на кухню, где от вкусных запахов внезапно понимаю, насколько проголодалась.

– Ну не скажи, не всегда так. Если взять мою бабку со стороны отца, так я ей лучше приплачу, чтобы она не участвовала в семейном подряде, до того вредная, с ней даже отец не выдерживает долго находиться в одном помещении. Аврора! Что с лицом?

Предстаю во всей красе перед Жанной, она, естественно, в шоке. Хотя я себя еще в зеркале не видела, но предполагаю, что зрелище еще то.

– Да так. Наливай чай, – присаживаюсь на стул напротив. – И нет, я не перестану тебя пускать на порог, потому что мы с Иваном не съезжаемся.

– К–как? Почему? Что случилось? Ты ж так хотела.

– Вот именно, что оказалось, хотела только я. Ты знала, что все это время пока мы с ним встречаемся, тьфу ты, то есть встречались, он мне изменял направо и налево? – спрашиваю прямо в лоб и внимательно слежу за реакцией подруги.

Для меня очень важно узнать, неужели и она скрывала от меня тайну, пусть и типа во благо.

–Нееет, – ошарашенно тянет она, – не знала. Если бы знала, попыталась сфотографировать его на месте преступления и показала бы тебе. Ты знаешь, как я отношусь к подобным вещам, считаю, что козлов нужно вырывать из души и сердца резко, без анестезии.

Мне становится в разы легче. Теперь можно выдохнуть и расслабиться. Кажется, Жанна не обманывает.

– Спасибо.

– Да не за что вроде. Но ты давай, рассказывай, что там произошло вчера? Что этот урод натворил? Это потому у тебя такой вид красивый, рыдала небось полночи? – подруга неодобрительно качает головой.

– Было дело, – соглашаюсь и приступаю к рассказу.

– Н–да, дела, – тянет Жанна, внимательно выслушав меня.

Булки съедены, чай остыл, а мы так и сидим.

– Ага, номинация «Дурочка года» точно моя, – горько усмехаюсь, отпивая из кружки.

– Ой да ладно тебе! Сколько женщин оказались обмануты подобным образом! И поумнее, и поопытнее тебя, между прочим.

– Ну спасибо.

– Пожалуйста. Я правду говорю, дорогая моя. Мужчины по определению своему не могут быть порядочными, они от природы полигамны, о какой тут порядочности может идти речь!?

– Опять ты со своими феминистическими настроениями, – недовольно бурчу. – Не все плохие, я не верю.

– И хорошо. Значит, приводи себя в порядок и завтра чтобы явилась в институт при полном параде, поняла меня!?

– Зачем. Перед преподавателями я и знаниями могу блеснуть, не собираюсь уподобляться Лере, которая вечно всем глазки строит да слезливые истории рассказывает.

– Вот и умница! Красивый вид нам нужен не для преподов, а для самоутверждения перед глупыми самцами!

Глава 3

Встаю на час раньше, чем обычно, преисполненная намерений выполнить задание Жанки. Не скажу, что сама сильно жажду, но она меня еще и перед сном долбила несколько раз по телефону этим самым «полным парадом». Так что выполняю.

А из зеркала тем временем смотрит бледное худое существо с огромными синяками под глазами и сбившимися в не распускаемый колтун волосами.

Невольно вспоминаю вчерашнюю блондинку Соню, та, даже лежа, выглядела прекрасно, макияж ровный, волосы блестят. И тут я.

Может, дело все не в том, что Ваня не может быть моногамным, как меня вчера убеждала Жанна, а во мне? Кому такое чудо нужно?

Эх. Руки опускаются сами собой, и снова хочется рыдать. Нет, так нельзя! Если сейчас расклеюсь, опять не попаду на учебу, а мне нельзя, у меня будущее решается. Пусть и без жениха пока что, но карьеру строить надо!

И с такими бодрящими напутственными мыслями привожу себя–таки в порядок. И вот из зеркала смотрит не побитая моль, а вполне себе миловидная девушка.

Подмигнув отражению, выхожу на улицу.

Погода, благо, радует, совсем тепло, по–летнему, может, в этом году мы вволю погреемся под лучами солнца. Хотя какая мне разница, каникул уже не будет, будет сплошная работа.

– Здравствуй, милая, – Жанна целует меня в щеку при встрече. – Замечательно выглядишь, пошли.

Сначала я напрягаюсь в толпе студентов, под взглядами одногруппников, все время кажется, что они в курсе, какая я лохушка, что не замечала измен парня так долго. А они все знали, смеялись надо мной за спиной, регулярно перемывали косточки. Но потом это неприятное ощущение постепенно отпускает.

Если кто–то и в курсе подробностей личной жизни Ивана, вида не подает, пальцем в меня не тычет. Да и вообще, люди пришли хвосты по учебе отдавать, никому нет дела до других.

И в итоге я полностью расслабляюсь и быстро закрываю долги. Защита диплома через несколько дней, и все. Даже грустно немного, что пять лет жизни пролетели так быстро.

–Аха–ха, Ваня, ты такой смешной, – доносится до меня сзади, – никогда бы не подумала, что ты столько интересного знаешь.

– Только резко не оборачивайся, – тут же предупреждает Жанна, – да и вообще не оборачивайся, не стоит он того.

Конечно, я сразу догадываюсь, о ком речь. Сердце предательски сжимается, и учащается пульс. Но подруга права, не стоит показывать слабость.

– Может, пойдем, или тебе еще к кому–то нужно зайти? – спрашиваю Жанну, а сама глазами молю ее немедленно уйти.

– Я у Альберта Александровича не была, пойдем, подождешь меня снаружи, я быстро проконсультируюсь и все.

С облегчением ухожу подальше от опасной близости Ивана и его новой или старой, кто там разберет, подружки. В коридоре полно нервных студентов, все снуют туда–сюда с озабоченными лицами, а мне в радость подпирать стенку, лишь бы никто не докапывался. Настроение снова катастрофически быстро снижается, хочется домой, закрыться в четырех стенах, желательно на недельку как минимум, и потеряться для внешнего общества.

– 

Вы только посмотрите, кто тут у нас стоит, наша любимая отличница и одна, – раздаётся весёлый голос позади.

Медленно оборачиваюсь, и так прекрасно догадываясь, кому он принадлежит.

– 

Проблемы какие–то? – спрашиваю напряжённо.

– 

Явно не такие, как у тебя. Ремонт хотя бы не успела затеять? Ваня рассказывал, что ты та ещё квочка, – смеётся Соня, а Иван стоит рядом, опустив глаза в пол.

И с этой размазней я собиралась совместную жизнь строить!? Кошмар. Куда только смотрели мои глаза. Наверное, Жанна в чем–то права, я слишком зациклилась на мечте об идеальной семье, что пыталась её построить с первым подвернувшимся кандидатом.

– 

Очень любезно с его стороны, правда, о тебе, например, он совсем ничего не рассказывал. Наверное, ты слишком не интересна как личность, чтобы о тебе говорить.

– 

Что!? Да как ты смеешь! Он сейчас со мной! А не с тобой! – визжит задетая за живое блондинка.

А Иван тем временем начинает пятиться назад, типа он вообще не при делах.

От этого жалкого и одновременно потешного зрелища я помимо воли смеюсь в голос, хотя изначально собиралась не усугублять конфликт. Но поздно, она явно приняла смех на свой счёт.

– 

Ах ты сучка! – визжит та и внезапно прыгает ко мне, и вцепляется в волосы.

– 

Идиотка! Что творишь? Тебя ведь выгонят из института! Я над твоим так называем парнем смеялась, отпусти, дура! – пытаюсь высвободить свою шевелюру из лап этой грымзы, но тварь держит крепко, ещё и когтями длинющими царапается.

– 

Ты завидуешь! – визжит она, явно не расслышав ни единого слова из моего объяснения.

– 

Да было бы чему! Ума нет, считай калека, – начинаю злиться и тоже вцепляюсь в волосы сучки. – Отпускай! А то лысая останешься!

– 

Ни за что!

Вокруг нас собирается толпа зевак, которые, естественно, не спешат разнимать, а с интересом наблюдают за развернувшимся бесплатным представлением. Краем глаза отмечаю, что Иван продолжает ретироваться, но подошедшие зрители сильно осложняют его старания.

Не знаю, чем бы закончилось дело, но, к счастью, на устроенный нами шум выходит Альберт Александрович вместе с Жанной.

– 

Так, и что это у нас происходит здесь?

Одного его спокойного вопроса хватает, чтобы Соня отпустила мои волосы, а народ начал расходиться по своим делам.

– 

Это все она! Она вдруг на кинулась с криками! Я только защищалась.

– 

Чего? – вот это заявочка. – Все наоборот было! Иван, подтверди! Ты ведь все слышал!

Цепляюсь взглядом за бывшего и жду от него честного ответа. Но тот лишь смотрит в пол и чертит узоры носком ботинка.

Думаю, ну все понятно, я попала, кажется.

– Я все видел! – от противоположной стены отделяется незнакомый парень. – Блондинка начала, это она напала и теперь врет.

Фух. От сердца сразу отлегло. Спасибо тебе, милый человек.

– Это правда, я не причем, она ненормальная какая–то, – подтверждаю слова парня.

– Замечательно. В общем–то я так и думал, пройдемте за мной, гражданочка, – произносит Альберт Александрович в свойственной только ему особой манере и берет под локоток Соню и уводит.

– Что за ерунда у вас тут произошла, пока я там по диплому общалась. Ты цела хоть? – озабоченно осматривает меня Жанна.

– Да более–менее цела. Пошли домой, по пути расскажу.

Жанка, вдоволь поохав и поахав, оставляет меня у своего дома и обещает придумать кучу способов отмщения. Сердечно благодарю и иду к себе. Но нужны ли они мне на самом деле, эти мщения?

Однозначно нет. Мне нужна семья.

– Привет, мам, как твои дела? Да нормально все, не переживай. Да, диплом скоро. А, роуминг дорогой, ну ладно. Ага, ничего страшного, поговорим, как прилетишь, хорошо.

Вот и пообщалась с семьей. Отцу можно не набирать, он наверняка очень занят на работе, да и что он скажет? Ничего.

Присаживаюсь на так и не убранный диван и обнимаю свои колени. Так тоскливо и одиноко на душе. Неужели я много хотела? Всего лишь выйти счастливо замуж.

Да подавляющее большинство женского населения страны об этом мечтает. Да что там страны, мира! Вполне себе обычное приземленное желание для девушки. И оно не сбылось.

Обидно. Теперь нужно работать еще более усилено над собой и кандидатов выискивать. Терпеть не могу это дело. Да и как их подбирать? Ваня мне изначально виделся отличным подходящим парнем, но как оказалось, в людях я разбираюсь дерьмово.

Значит, основное требование к будущему следующему кандидату в мужья – это не быть как Ваня! Звучит словно сильный политический лозунг, но мне нравится.

Эх, но как же больно на сердце. Ведь Ваня был для меня не просто любимым парнем, он был для меня другом, поддержкой, опорой! Как мне всегда казалось.

Я рассказывала ему абсолютно все, делилась самым сокровенным. Черт, да я даже Жанне не так много рассказываю! В этом, наверное, и была одна из моих личных ошибок. Как там, в женщине должна быть загадка или изюминка, или безуминка. В общем что–то тайное в любом случае должно присутствовать.

А что может быть таинственного в девушке, у которой даже нижнее белье скучное. Простые хлопковые комплекты, все максимально практичное и удобное.

Нужно срочно становится женственнее! Идеальному мужу нужна идеальная жена, как ни крути! Значит, буду дорабатывать свой образ. Но как же мне жалко отдавать столько денег за комплект обыкновенного нижнего белья! Он ведь наверняка и неудобный, просвечивает.

Ладно, это все потом, сейчас у меня диплом, срочно дописывать, через три дня защита. А потом и собой займусь.

Так, собственно, и проходят следующие дни. Я, как безумный гений хожу целый день по квартире в пижаме со взбившимся колтуном из волос на голове, постоянно что–то корректирую в дипломе, а сама параллельно леплю идеальный образ самой себя. Ставлю воображаемые галочки, что мне нужно подправлять.

Ах, люблю такое свое состояние! Вот честно. Так и прет изнутри созидательная энергия, как будто все по плечу в этот момент.

– Готова, красотка? – в день защиты за мной заходит Жанна. – Только не говори, что еще не собралась!

– Я уже, – выхожу в прихожую к подруге.

– Выглядишь, отпад. Можно вообще ничего не говорить, пускай за один вид «отлично» ставят.

– Спасибо, милая, ты тоже прекрасна, – с нежностью целую в щеку подругу, и мы выходим.

Защита проходит успешно, меня все хвалят, и я выхожу в коридор дожидаться завершения и общего оглашения результатов. И тут снова натыкаюсь на Ивана.

Он стоит весь такой красивый, высокий, в строгом костюме, который ему очень идет. Вот только одна прядка выбивается из общей массы волос. И у меня уже тянется на автомате рука поправить ее, как…

– Дорогой, ты следующий? – на плечо Ивану ложится женская рука с ухоженным маникюром.

Кстати, ногти тоже не самая сильная часть моего образа. Они аккуратные, ровные, но практически всегда не накрашенные.

– Н–не знаю, Марин, – с легким раздражением отвечает Ваня, – через одного, кажется, пойду.

Марина, не Света. И что они все в нем только находят? У меня ведь была любовь, а у них что?

– Ладно, ладно, не нервничай. Просто я практически освободилась и мне не терпится прокатится на новом подарочке твоего папы.

Ах вот оно что! Строгий отец снова в стадии милости к непутевому отпрыску, тогда понятно.

– Да без проблем, защищусь и весь твой, – Иван целует девушку в губы и фривольно щиплет за попу. – Надеюсь, и ты моя.

– Конечно, котик, целиком и полностью.

Кривлюсь от отвращения. Это ж просто фу! С большой буквы фу. Брр. Ужасное зрелище.

– Зачем ты мне делал мозги столько времени? Я смотрю, ты себя прекрасно сейчас чувствуешь в роли ловеласа, – вырывается из меня прежде, чем я успеваю подумать.

Он медленно поворачивается, осматривает коридор за мной и только потом говорит.

– А, это ты. Привет.

– Виделись, – отрывисто отвечаю.

– Знаешь, времена меняются, обстоятельства меняются, люди меняются. Ты ж умная, отличница практически, в общем, должна суметь сложить дважды два.

Естественно, картинка быстро складывается в голове.

– Типа Аврора для душевного комфорта и учебы, да? А когда папочка добрый, отстегивает сыночку деньжат, можно и для любви кого–то снять.

– Как грубо! Аврора! Не ожидал от тебя такого. Ты ведь так тщательно следишь за тем, что подумают о тебе люди, а сама – «снять». Не стоит, с твоим идеальным образом не вяжется. Хотя в общем–то ты права, да, малыш, все именно так и есть, – кивает Иван, ничуть не смутившись.

– Когда в следующий раз будешь в заднице, не приходи ко мне! Ты слышишь!? Не приходи! – говорю громче, чем следует и быстрым шагом ухожу в дамскую комнату.

Слезы застилают глаза, не хочу, чтобы кто–то их видел.

Аааррр, когда же я перестану убиваться по этому идиоту? Когда перестану коситься не него с затаенной щенячьей нежностью? Когда!?

Нужно просто не видеть его и все наладится, однозначно.

О нет, практика! И почему мы с ним в одну фирму намылились. Мне это казалось жутко романтичным, но лучше бы я отправилась к их конкурентам, да и туда проще было попасть, в разы. И работу, может, сразу бы предложили, а не то что эти жуки, только и любят, что поманить молодняк к себе, обещая опыт и золотые горы, а по факту мало кого принимают на постоянку.

Кругом засада! Все тщательно спланированное будущее катится не туда, куда я хотела! Вообще больше планировать не буду абсолютно ничего однозначно. По крайней мере не прибегут потом клевать меня мысли из разряда, зачем уперлась рогом и запланировала идти сюда, когда, плывя по течению, вполне себе неплохо устроилась бы в другом месте.

Слезы прекращаются, наспех брызгаю в лицо прохладной водой в попытке убрать покраснения под глазами, промокаю салфеткой и выхожу обратно в коридор.

Все, что сделано, то сделано. И, услышав результаты защиты диплома, сердечно поздравляю одногруппников и ухожу. Никакого настроения праздновать нет, мое «отлично» вполне ожидаемо.

– Аврора, милая. Нельзя ведь так! Что ты будешь делать дома в одиночестве? Побудь немного с нами, – уговаривает Жанна.

– Нет, спасибо, правда, но я пойду. С кислой миной сидеть всех пугать не хочу, а веселиться нет сил.

Едва закрыв квартиру, прислоняюсь спиной к двери и тупо сползаю по ней вниз, полностью оседая на пол. Хочется заламывать руки, рвать волосы, истерично кричать: «Все тлен!».

Но я так никогда не поступаю. Я все держу в себе. Я сильная, независимая, здравомыслящая девушка, у меня все всегда под контролем.

И я идиотка. Клиническая, непроходимая идиотка. Или проходимая? Раз осознаю этот факт.

Какая разница.

В голове пустота, на сердце, в целом, тоже. Очень хочется отпустить себя и поплакать вволю, вылить не вылитое, довыжимать из себя скопившуюся боль, но глаза абсолютно сухие, да и силы есть только на то, чтобы сидеть и смотреть в одну точку перед собой…

Глава 4

– Эй! Есть кто–нибудь живой? Ау? – заваливается после обеда на следующий день ко мне Жанна.

– Что за глупые вопросы? И чего ты постоянно кричишь на лестничной клетке? Соседи скоро начнут жаловаться, – выхожу недовольная.

– Ох ты ж елочки! Что у тебя за кошмарный вид! – игнорируя мои вопросы, продолжает вещать подруга. – Как я вовремя пришла. На, держи, поешь, а потом собираемся и идем в клуб отдыхать.

– Еще рано, какой клуб? Четырех даже нет, – бурчу, но в пакет с едой заглядываю с интересом.

– Так тебя в приличный вид приводить нужно будет несколько часов точно. Не знаю, что ты с собой делала, но выглядишь настоящей страшилкой.

– Да ну тебя, – беззлобно машу на Жанку и ухожу на кухню. – Как вчера посидели?

– Замечательно. А сегодня еще лучше оторвемся с тобой!

Я пока не готова разделить веселый настрой подруги, но идея проветриться нравится мне все больше. Вчера из меня, кажется, вышли–таки оставшиеся чувства к Ване, и стоит срочно переключиться и напитаться изнутри положительными эмоциями.

Ночной клуб. Горят огни. И я поистине чувствую себя звездой среди всего этого великолепия. Вовсе меня не пришлось приводить в порядок несколько часов, справились в разы быстрее.

Жанна давно тащила развеяться, но я сопротивлялась, и хорошо, что ссора с Иваном помогла сделать правильный выбор в сторону долгожданного отдыха. Пора вспомнить, что молодость быстротечна.

И вообще, кто такой Иван? Не знаю таких. Пошел он.

– Ну вот, а ты еще идти отказывалась. А сама прямо цветешь вся, – с трудом перекрикивая громкую музыку, кричит мне на ухо подруга.

– Ты права, спасибо, что вытащила.

Я смотрю на пляшущие огни на танцполе, и мне становится тепло на душе, по телу разливается эйфория, и появляется стопроцентная уверенность в непременной радужности следующего дня.

Хочу поделиться своими эмоциями с Жанной, но мой взгляд вдруг встречается с Ним, и по коже тут же проносится целый табун мурашек.

Высокий широкоплечий блондин. Одет с иголочки. Волосы излишне прилизаны, как по мне, но ему идет. И все девушки вокруг нет–нет, да и пожирают его глазами.

А он смотрит на меня… И от осознания этого факта я вся словно воспаряю.

Слишком долго я была лишена чужого мужского внимания, попусту не обращая на него и не замечая, был ведь рядом Ваня, я ни на кого другого не смотрела и забыла, как это круто, купаться в этих лучах.

Сначала мне кажется, что он ошибся, обознался или попросту играет. Но нет. Мы так и продолжаем перемигиваться, посылая друг другу многозначительные улыбки с противоположных концов клуба.

Возможно, он все же играет. Но эта игра ох как нравится мне.

– Потанцуем? – раздается около моего уха приятный баритон.

Я хочу прогнать незнакомца даже не глядя, машинально опускаю глаза туда, где сидит блондин, но его там нет. Лихорадочно бегаю глазами по залу, выискивая светловолосого аполлона, но его нигде нет. И только тогда оборачиваюсь.

– Простите, я, э, – способность говорить уходит, когда я понимаю, что это мой блондин желает потанцевать.

– Я не кусаюсь, – усмехается он. – Потанцуем?

– Она потанцует, – отвечает за меня Жанна и пихает прямо в объятия парня.

И мы танцуем.

Смотрю в его пронзительные голубые глаза и зависаю на мгновение. Ах да, для этого мне приходится немного задрать голову, но ничего, неудобство оправдано.

Да, кто–то скажет, блондин с голубыми глазами, как банально, мол. Но только не в его случае. В эти сияющие глаза я готова смотреть, кажется, вечность, а пшеничные волосы так и хочется потрогать, ощутить их мягкость и шелковистость или, наоборот, убедиться в жесткости. Ведь я не знаю, какой характер у парня напротив, а говорят, именно волосы отражают нашу внутреннюю сущность.

Понятия не имею, что со мной, ведь еще вчера я так убивалась по Ивану, а уже сейчас пожираю взглядом прекрасного незнакомца. Но почему–то рядом с ним мне так хорошо и спокойно на душе, словно я знаю его давно.

– Простите, а мы раньше не встречались? – вырывается из меня.

– Хм, не думаю, – с секундной задержкой отвечает он.

– Жаль.

И мне действительно жаль. Что за шутки творит со мной подсознание?

И тогда я вспоминаю, у кого я встречала когда–то такой же пронзительный взгляд…

У меня в детстве был друг, очень хороший друг. Мы с ним много общались, делились всякими детскими и не очень неурядицами. Но однажды очень глупо разругались.

То была целиком и полностью моя вина, мне было всего десять лет, и я была слишком зависима от мнения окружающих. Впрочем, как будто сейчас что–то изменилось.

Дело было перед новым годом, у нас в школе организовывались танцы, ну и мальчики приглашали девочек, девочки приглашали мальчиков. Да, уже в десять лет у нас было такое дело.

Так вот, мой лучший друг долго обирался с мыслями, ну это как я думаю, и пригласил–таки меня, хотя я и была младше на два года. К сожалению, сделать он это решил на виду у всех, прилюдно, рядом с более популярными девочками, которые всех всегда обсмеивали.

И я колебалась, правда. Мне не хотелось обижать его, но одновременно с этим я была очень зла на Сашу. Зачем он это сделал? Зачем решил усложнить наши отношения? И, в общем, я ему отказала.

И конечно, все присутствующие смеялись над ним. Еще бы, белобрысый толстяк захотел завести подружку, над ним и до этого случая подшучивали из–за внешности, а уж тут и вовсе пошли во все тяжкие.

В тот день я потеряла лучшего друга навсегда. До праздников я так и не нашла в себе смелости попросить прощения, а после они с семьей внезапно уехали, и я так и не узнала куда.

Но его яркие голубые глаза, смотрящие на меня с затаенной болью и укором, до сих пор иногда возникают в голове, словно это все было вчера. А прекрасный незнакомец слишком похож на него.

Ну насколько вообще может быть похож двенадцатилетний ребенок с лишним весом и высокий стройный молодой мужчина напротив меня.

Трясу слегка головой, прогоняя картинки из прошлого, и возвращаюсь в настоящее.

– Еще потанцуем?

– Давай.

И мы продолжаем, правда, недолго. В клубе недолго. Ведь как–то практически сразу перемещаемся в квартиру блондина, имя которого по иронии судьбы – Саша.

– Кофе? – учтиво предлагает он.

– Эм, да, пожалуй, – соглашаюсь, чтобы как–то унять дрожь в руках.

Вне стен ночного клуба романтизм вечера несколько рассеивается, и мой мозг начинает кричать о том, что хорошие девочки не ходят в гости к незнакомым мальчикам.

Тем более такие девочки как я, которые и опыта общения практически не имеют с противоположным полом. Почему–то мне кажется, что отношения с Иваном особо в опыт нечего приписывать. Но все же я отправилась в гости к незнакомцу в первый вечер знакомства. Какой кошмар.

– Держи, – парень протягивает ароматный напиток, и я с облегчением прячусь за него.

Но Саша не вызывает у меня опасений. И дело не только в имени. Разве будет маньяк заботливо поить свою жертву кофе?

Ой, а вдруг там что–то намешано.

Мгновенно отставляю кружку.

– Не вкусно? – удивляется блондин, хватает мой кофе и отпивает глоток. – Да нет, вроде все хорошо.

– Все отлично! – спешу заверить. – Горячо немного просто.

Ну теперь–то пить явно можно.

Осторожно делаю глоток. Обжигает. Но как же вкусно! У Саши определенно талант.

Рассуждаю как влюбленная дурочка. Но почему–то мне так спокойно и хорошо с этим парнем, и вовсе дело не в легком вечере. Я словно знаю блондина давно и прочно.

– Мы с тобой точно раньше не встречались, может быть все же очень давно?

– Сомневаюсь. Моя семья переехала недавно.

Нет. Все–таки нет, значит.

– Согрелась? – показывает он на мою руки, сжимающие кружку. – Ты вроде замерзла на улице.

– Ах да, спасибо, все хорошо.

– Я рад, – говорит он и медленно огибает барную стойку, заменяющую полноценный обеденный стол на его стильной кухне, и подходит сзади, как бы невзначай кладя руки на мою талию и наклоняясь к уху. – Тогда, может, переместимся на диван. Он более мягкий.

И тут бы мне опомниться, послать его, убежать с криками. Да что угодно, пусть и неадекватное на первый взгляд, но очень правильное впоследствии. Но я, конечно, ничего из перечисленного не делаю.

– Эм, с удовольствием, – разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и обвиваю личного аполлона руками.

Он подхватывает меня под попу и несет словно пушинку, не забывая покрывать лицо поцелуями. Я млею от блаженства. Как же хорошо. И пусть весь мир подождет.

Ваня…

Всплывает имя моего постоянного на протяжении студенческих лет парня. Но я усилием воли вычеркиваю его.

Ему больше нет места ни в моей голове, ни на сердце.

– Ты такая красивая, Аврора, – нежно шепчет Саша, продолжая осыпать меня поцелуями, лаская на диване. – Давно хотел поцеловать тебя, – бормочет аполлон.

В смысле давно? Мы ж только познакомились.

Мой размякший мозг пытается уцепиться за несоответствие, но быстро бросает это гиблое дело.

В реальности, не думая, слишком хорошо сейчас, чтобы отвлекаться.

Глава 5

Утро встречает меня хмурыми красками. С трудом разлепив веки, смотрю на серые тучи за окном, улыбаюсь собственному сладкому сну и переворачиваюсь на другой бок.

И тут почему–то передо мной оказывается широкая мужская спина. Ваня? Первая вполне естественная мысль, ведь последние несколько лет я видела только его спину, да и вообще в принципе только его спина и была в моей постели.

Прежде чем кричать и будить соседа, ложусь на спину и поднимаю глаза на зеркальный потолок. Что за ерунда!? У меня в квартире подобного нет.

И только после этого мой полусонный мозг подкидывает здравую мысль о том, что сон был вовсе не сном, а настоящей такой реальностью.

Хотя я сама себя понимаю, сейчас, при свете дня, с трудом могу представить, чтобы я точно также пошла в гости к парню, пусть даже и такому красивому и располагающему к себе, как Саша. Проще действительно решить, что произошедшего не было, была лишь фантазия.

В полной прострации встаю с кровати, автоматически отмечая мягкий ворс на сером ковре, лаконичную, но стильную мебель. Кажется, хозяин этой квартиры живет один. По крайней мере фотографий чужих нет, лифчик, вон, лишь мой висит на стуле, да и краски все какие–то слишком мужские – белые, серые, бежевые, но холодные. Вся квартира какая–то холодная, хочется ее немножечко отогреть. Сюда пятнышко желтого, на занавески каких–нибудь бабочек, салфеток ярких на кухню. И ок.

Интересно, это его личная квартира или снимает? Хотя в любом случае явно не бедствует. Ох, а я даже не знаю, чем он занимается, когда не ходит по клубам и не принимает в гостях залетных девушек!

А в целом какая мне разница? Попью воды и пойду, пожалуй, из этого приветливого дома. Еще бы понять в какой части города мы находимся.

Но какой все–таки позор! Куда я скатываюсь. А Жанка еще и подзуживала, напутствия давала, мол, пойди, развейся, отдохни.

Развеялась, отдохнула. Но что теперь делать, понятия не имею.

Может, стоит подождать пока Саша проснется? Поговорить? Кофе вместе выпить? Что там еще делают девушки в подобных ситуациях? Завтрак готовят на чужой кухне? Нет, лучше не стоит. Кулинария не совсем мой конек.

Некоторые, если верить фильмам, повторяют с утра то, чем занимались ночью. А у нас было все весьма и весьма обалденно…

При одной только мысли краснею. И снова хочется закрыть лицо ладонями и не смотреть никому в глаза, как минимум до осени.

А если Саша проснется и взглянет на меня совершенно другими глазами? Как на назойливую чрезмерно задержавшуюся гостью? Вдруг станет грубым и неприветливым. Я же со стыда провалюсь. Может, не стоит его ждать, уйти по–английски и все. А в качестве компромисса можно написать записку с извинениями, типа дела образовались, будить не хотела, бла, бла, бла.

Быстро одеваюсь, допиваю несчастный стакан воды, греметь еще какой–либо посудой не стала, чтобы не разбудить хозяина квартиры, так что оставила сама себя без ароматного кофе.

Только третий вариант записки удовлетворяет меня, вроде приветливо, и нет ощущения, что кто–то кому–то что–то должен. Дольше всего думаю, оставлять ли свой номер телефона или нет. Это прям задача по высшей математике для меня. Хотя нет, еще сложнее. Математику я бы хоть как–то решила, а здесь одни догадки, додумки и так далее.

Вот я оставлю телефон, а он, как джентльмен, решит, что обязан позвонить, хотя сам не будет этого хотеть – плохо? Плохо.

Или не решит, а я буду подсознательно ждать, затаив дыхание, с тайной надеждой брать трубку с незнакомых номеров, пусть даже и сто раз скажу самой себе, что мне все равно. Тоже плохо.

Не оставлю и буду спокойна.

Нееет.

Буду изводиться каждую минуту на тему, позвонил бы он мне, если бы я оставила, а вдруг это моя судьба и прочее.

Внезапно мои глаза натыкаются на смартфон, лежащий на прикроватной тумбочке. Мой у меня, значит, это Сашин.

В порыве беру его и посылаю самой себе гудок. Хм, странно, я у него, оказывается, записана. Может, мы еще в клубе номерами обменялись, а у меня из–за непривычности ситуации все смешалось в голове?

Но так и проще. Комкаю свою записку, кто вообще их пишет в двадцать первом веке. Отправлю позже смс.

И наконец выхожу на улицу. Погода по–прежнему пасмурная, но не холодная, и дождя нет. Но я все равно кутаюсь в тонкий пиджак, чтобы не смущать народ блестящими пайетками на вчерашнем платье.

Район, к счастью, знакомый, и даже не так далеко от моего дома. В итоге решаю прогуляться пешком напрямик через парк.

И только на одной из лавочек, купив себе ход–дог и кофе из автомата, пишу Саше: «Извини, не попрощалась утром, срочно понадобилось уходить, а ты слишком сладко спишь, чтобы будить».

Отправила и почувствовала себя влюбленной дурочкой из–за формулировки…

Глава 6

Проходит два дня, сегодня третий с моего памятного небольшого приключения. Снова начинаю сомневаться, а было ли оно на самом деле?

– Так и не звонил, и не писал? – спрашивает вновь Жанна, которую, я естественно, посвятила во все произошедшее.

– Нет. Ты бы первая узнала, – недовольно отвечаю.

– Плохо. Если сегодня не позвонит, то судя по правилу трех дней, он решил забить.

– Что за дурацкое правило? Ты названия не перепутала? Я только слышала о такой фишке на собственные решения, типа, если чем–то загорелся, надо в течение трех дней приступать к осуществлению, а если кто–то другой тебя зовет на авантюру, выждать три дня, чтобы точно определиться, надо ли оно тебе.

– Да три дня вообще универсальная единица в психологии, – машет рукой подруга.

– В психологии? – прыснула от смеха.

– Не смейся! Чем тебе отношения не наука? Это ж даже логично, если парень не звонит три дня, значит, он либо цену себе набивает, специально маринуя тебя, либо забил.

– Мне ни один из предложенных вариантов не нравится. В любом случае, я обозначилась, не просто свалила, не попрощавшись, так что карты ему в руки. И вообще, по большому счету мне все равно. Ну не продолжим общение и ладно.

– Да? – Жанна скептически выгибает бровь. – А кто с влюбленным придыханием рассказывал мне детали тесного общения у него в квартире? Да еще потом и вполне себе практичную оценку его жилищу дал.

– Напомни мне в следующий раз не посвящать тебя в подробности личной жизни, – закатываю глаза. – А оценку практичную я даю всему и всегда, причем совершенно неосознанно, человек я такой, практичный.

– Ага, ага, я ж так и поняла, – с улыбкой кивает подруга. – Еще скажи, что на предложение Саши повторить вечерок, ты бы ответила отказом.

– Естественно нет! Что за странные выводы. Я ведь уже сказала, что являюсь практичным человеком.

И тут смеемся в голос мы уже вдвоем.

– Не знаю, может, это была магия вечера, внезапности и так далее, но у меня с Ваней все было гораздо скромнее в плане ощущений. Кто ж откажется в здравом уме повторить, хотя бы ради того, чтобы убедиться, что фейерверки дарил определенный человек, а не вечер, наполненный особой магией. Но только после полноценного свидания, сразу к нему в квартиру я больше не прыгну.

– Ну ты и в прошлый раз не сразу прыгнула, все же потанцевали. Но как ты поэтично заговорила, прям самой захотелось познакомиться поближе с этим Сашей.

– Иди ты! – кидаю подушку в Жанну.

– Да шучу я, шучу, – со смехом возвращает она заряд.

– В любом случае, мне нужно думать о другом. Завтра начнется эта дурацкая стажировка, нужно как–то ее пережить рядом с Ваней, не ударить в грязь лицом перед работающими там, но морально готовиться к тому, что они все равно меня к себе не возьмут. Так что можно уже начинать пассивно искать постоянную работу.

– Напомни, зачем ты подписалась на эту бредовую авантюру, если никаких плюшек тебе там не светит?

– Ваня.

– Ах да, Ваня. Этого ж козла папашка туда запихнул престижа ради.

– Ну и мне будет все–таки одна плюшка, смогу указать в резюме, что проходила стажировку у них.

– Сомнительная плюшка, но делать нечего, времени менять что–то все равно нет. Но лучше бы пошла со мной. У нас все не столь престижно, зато спокойно, и платят сразу.

– Да знаю, милая. Но слишком с большим трудом я билась за попадание туда, пойду уже из чистого упрямства. Заодно и посмотрю изнутри, такие ли они крутые, какими себя позиционируют.

– Ты тогда хотя бы по Ивану не начни снова страдать.

– Нет, это вряд ли. Стоит вспомнить вечер с Сашей, и к Ивану не хочется.

– И то польза.

И тут начинает звонить мой смартфон. Играет мелодия, которая стоит на незнакомые номера. А Сашу я как раз–таки и не записала, просто выучила наизусть все цифры.

– Телефон, – произношу очевидный факт.

– Я слышу, что телефон, брать–то будешь?

– Мне страшно.

– Ох ты ж елочки, свалилась на мою голову, – Жанна тянется к смартфону. – Номер незнакомый, последние цифры – пятнадцать сорок девять.

– Ой, – вскрикиваю, – дай мне его, дай. Он.

– Так отвечай, дуреха.

– Ага, – выдыхаю и нажимаю на кнопку вызова. – Алло.

– Да, я, привет. Нормально все, спасибо, ты как? О, я забыла пояс, надо же. За кровать завалился, потому только заметил? Ясно. Да, конечно, давай как–нибудь пересечемся на улице, отдашь. Да, пиши, звони, когда там тебе удобно будет.

Нажимаю на сброс вызова и с каменным выражением лица сажусь обратно за стол.

– Ну? И что там?

– Ничего. Я пояс, оказывается, забыла. А он только обнаружил.

– Ты так из–за пояса расстроилась?

– Конечно, Жанна, из–за пояса. Ты иногда такие глупости спрашиваешь.

– Да поняла я все, ерничаю по инерции. Ну иди сюда, пожалею. Может, этот дурацкий пояс как повод с тобой увидеться? Может, у вас будет импровизированное свидание, по парку прогуляетесь или еще что.

– И вовсе он не дурацкий. Он дорогой, хорошего качества, там столько стекляшек на нем, а до сих пор ни одна не отвалилась.

– Хорошо, хорошо, не дурацкий.

– Но нет, я не думаю, что эта встреча как намек на свидание. Он звучал довольно убедительно, словно действительно просто нашел чужую вещь и решил ее вернуть владельцу, а не выкидывать в мусор. Эх.

– Да не расстраивайся! Этот не твой принц, значит, следующий будет им! Вон, завтра с кучей нового народа перезнакомишься, авось и будут там перспективные личности. На серьезной работе всяко практичнее знакомиться, чем в ночном клубе. Сразу видишь, кто чем занимается, а заодно и доход примерный прикинуть можно.

– Ага, а еще и справку в бухгалтерии взять, не выплачивает ли человек ипотеку, а у отдела кадров узнать про семейное положение, да? – со смехом говорю я.

– Вот ты смеешься, а схема–то рабочая! Я лично так и собираюсь делать, если кто приглянется на службе.

– Так ты ж против брака.

– Общение ради взаимного приятного проведения времени никто не отменял.

С улыбкой смотрю на Жанну, а эта действительно вполне может и с кадрами сдружиться и к бухгалтерии подмазаться, а потом беззастенчиво узнавать информацию об интересующих ее мужских особях на фирме.

– Тогда и со службой безопасности на всякий случай сдружись, чтобы уж наверняка всю подноготную узнавать, – даю совет, усмехаясь.

– Вот! В корень зришь, в корень! А смеяться погоди, еще сама мою схему на вооружение возьмешь.

Утром, тщательно собираясь на свой первый рабочий день, слова Жанки о схеме почему–то снова всплывают в моей голове. Хм, смех смехом, а что–то в этом есть. Но я иду не за тем. Мне за два месяца нужно набраться опыта, напитаться корпоративным духом, нанюхаться рабочей атмосферы, перенять правильное внешнее позиционирование себя у наиболее успешных людей, в общем, дел куча.

Ах да, еще не смотреть каждые две минуты на Ваню, не анализировать, на какую девушку он взглянул на этот раз, и, вообще, вычеркнуть его наконец полностью из собственной головы. А то после вчерашнего общения по телефону с Сашей образ Ивана зажегся снова поярче в моей голове.

По самому хорошему, нужно переключиться на кого–то третьего. Тогда первые два не будут занимать столько ключевого места в моей голове. Но кидаться на первого встречного ради этого самого переключения я не буду. Так что третьим основным станет стажировка.

К счастью, добираться до офиса мне недалеко, можно даже пешком. Что я и выбираю, предпочитая прогулку поездке в набитой маршрутке, где мой новенький идеально отглаженный костюмчик вмиг превратится в жеванное нечто.

На такси не разъездишься, совсем не экономно, учитывая, что доход мне не светит в ближайшее время. А автомобиля у меня так и нет. Вот это прям жаль. Права пылятся в комоде. Отец как–то обещался помочь мне с машиной, но так и не дообещался пока что. Да я и не настаиваю. Квартира в центре города позволяет до многих нужных мест добираться оперативно и без личных колес.

Вуаля, всего каких–то тридцать минут, и я уж стою перед офисной высоткой, окна в которой сплошь панорамные и создаётся впечатление эдакой строгой стальной глыбы, протыкающей серое небо в тучах.

А зонтик я не взяла. Не может так вести второй день, что тучи есть, а дождя не будет.

У меня в запасе еще целых пятнадцать минут, все хорошо, я молодец, справлюсь. Выдыхаю и захожу в красивый холл. Мне нужно к лифтам, кажется, пятый этаж мой. Вот тут пешком не хочу идти, нагулялась.

Вместе со мной в кабину заходит еще куча народа, и меня в итоге оттесняют к самой стенке. Поворачиваюсь лицом к выходу, чтобы не пропустить свой этаж, и натыкаюсь взглядом на светлую макушку высокого парня, стоящего через два человека от меня.

Это же не может быть он? Или может?

Или я как совсем отчаявшаяся девица уже? Вижу в каждом встречном знакомых парней?

– Пятый этаж, – сообщает механический голос.

– Эм, простите, извините, – проталкиваюсь вперед, едва успевая выскочить наружу.

Тот светловолосый товарищ тоже вышел на моем этаже, кстати, и сейчас мелькает впереди.

В высшей степени заинтригованная иду быстрым шагом за ним, совершенно позабыв о своей основной цели посещения этого модного офиса.

– Девушка, девушка! В светлом костюме, – обращается ко мне кто–то сбоку. – Да, вы, все верно. Вы, наверное, на стажировку?

– Да, доброе утро, – тут же поправляю волосы и разглаживаю несуществующие складки на юбке.

– Идите за мной, те помещения не для вас.

Вот вроде и помочь вызвался человек, а ощущение на душе, словно на меня нагадила птичка. Но это к деньгам, так что, и тут также подумаем. Одно жалко, светлая макушка скрылась в одном из кабинетов того самого крыла, которое пока что не для меня.

Добровольный провожатый заводит в просторный конференц–зал и оставляет там. Внутри на мягких стульях сидят уже пять человек. Я не самая первая, но и не самая последняя.

Вежливо здороваюсь и занимаю место позади. Двоих я знаю, они тоже с моего института, остальных нет. Одно радует, вероятность увидеть здесь каких–нибудь Свет, Марин и прочих сердечных подружек Ивана, практически равна нулю. Не та у них специализация, совсем не та.

Зал постепенно заполняется, и вот нас уже десять человек. Моего бывшего пока так и нет, и глядя на часы, у меня возникает отчаянная надежда, что у него что–то сорвалось с устройством сюда, или попросту передумал, короче, что его и вовсе не будет.

– Здравствуйте, молодежь, – мои мечтания прерывает импозантный дядечка в летах. Его волосы успела тронуть элегантная седина, но дорогой костюм сидит идеально. – Рад приветствовать вас в наших стенах.

– Здравствуйте, – нестройно отвечаем мы все.

А откуда он появился? Я ведь гипнотизировала вход, не отрываясь. А, должно быть с той стороны есть еще один.

– Вы все прекрасно знаете, чем занимается наша фирма, кстати, я один из ее основателей, – мягко улыбается мужчина. – Меня зовут Аристарх Петрович.

Забавное сочетание имени и отчества. Но кто бы говорил, Аврора Леопольдовна. Жуть. Как вспоминаю, так вздрагиваю. Не иначе папаша обиделся на своих родителей за нестандартное имя и меня также заковыристо назвал. Сейчас–то у него просто Серега.

– Да, интересно меня зовут, – продолжает тем временем мужчина, проиронизировав вслух над собственным именем, – но что есть, то есть. Основывали мы фирму давно, не без трудностей, конечно, но это дело обычное. Тем не менее прогресс не сидит на месте, все меняется, развивается, и у вас мозг работает совершенно по–другому, нежели у меня и или даже ваших родителей. Поэтому вот уже несколько лет как мы решили участвовать в программе обязательной двухмесячной стажировки, на которую вас обрекают ваши институты. Не скажу, что все мои коллеги одобрили эту идею, но ее одобрил я. А это единственное, что должно вас волновать. Пока ваш мозг еще свеж, не затуманен всякими рабочими интригами, ненужными шагами, которыми так часто нагружают новичков, у вас есть возможность проявить себя у нас. А вдруг, мы разглядим в вас большой потенциал?

– Извините, я опоздал, можно войти, – все, как по команде, оборачиваются назад.

Ванюша. Чувствую, мое лицо автоматически кривится так, словно под нос мне подсунули что–то крайне дурно пахнущее.

– Вот в этом молодом человеке мы вряд ли разглядим большой потенциал, – продолжает Аристарх Петрович, словно его и не прерывали. – А почему? Правильно, потому что на встречу судьбе опаздывать нельзя. Да и вообще ни на какие встречи опаздывать нельзя, вы ведь не можете знать наверняка, а вдруг именно она окажется судьбоносной? Так что пунктуальность наше все. Запомните это. Если надо, запишите в ваши склерозники, я вижу многие их прихватили, чего они пылятся на коленях.

–Кхм, кхм, так я войду?

– Можете записывать следующим пунктом – не прерывать человека, делающего доклад! Опоздали, молча, как мыши, зашли и сели в стороночке. Ваш коллега может сбиться, потерять важную гениальную мысль из–за вас! Думаете, подсидите соперника таким образом? Не–а. Пострадает все производство! – последнее он прямо–таки рявкнул, что все мы вздрогнули от неожиданности. – И кстати, вас одиннадцать, да?

Мы нестройно киваем, осматривая друг друга.

– Плохо. Плохое число. Но ничего, сократим! – оптимистично заявляет Аристарх Петрович. Специфический юмор у дядьки. – Но не переживайте, курировать вашу практику буду не я, а мой молодой талантливый племянник. Он всего на несколько лет вас старше, так что найдете общий язык, я думаю. А вот и он.

Медленно поднимаю глаза и с ужасом понимаю, кто именно будет руководить моей практикой.

Глава 7

Это он. В левом виске настойчиво пульсирует жилка, и если я сейчас же не выдохну, могу и сознание потерять.

Делаю два глубоких вдоха, а заодно как можно незаметнее стараюсь попить воды из бутылки. Может, у Аристарха Петровича и на этот счет есть свое авторитетное правило и мнение, но мне на данный момент все равно, мне нужно голову свою успокоить и привести в порядок мысли.

И да, в лифте мне не показалось, в отчаявшиеся жалкие лохушки пока рано себя списывать, я видела именно макушку Саши, ну или Александра, если официально.

Нет, ну это ж надо! Чего мне так везет? Бывший изменщик со мной вместе работать будет, да теперь еще и случайный кавалер из клуба. А может, он сделает вид, что мы не знакомы? Ну типа профессиональная этика и все такое. Я бы ему подыграла.

– Всем доброе утро, – здоровается мой блондин.

Ой, какой он мой, просто блондин. Да и блондин не до конца он, просто светло–русый. Но это во мне играет вредность.

– Я буду вести вас, направлять, подсказывать, подталкивать, обращать внимание на ваши сильные и слабые стороны. В общем, буду вашим гуру.

Кхм, гуру, шикарно. Самомнение у товарища что надо.

– По принципу нашей фирмы, каждый сотрудник должен попробовать себя на разных должностях, порой в противоположно разных отделах, только так можно полностью раскрыть потенциал любого человека. Вы – не исключение. Я буду вас менять каждые несколько дней, возможно неделю, возможно дольше, будем смотреть в каждом случае отдельно. И вы, и мы, сможем разглядеть способности и скрытый потенциал с разных сторон. Так что не расстраивайтесь, если первая назначенная задача вас по началу расстроит. Она не на все два месяца, не переживайте.

Моя пятая точка уже чует скрытый подвох.

– Для начала давайте познакомимся, меня вы уже знаете, я Александр, на данный момент ведущий специалист по информационным системам, а заодно ваш коуч. А вдруг в этом и есть мое призвание, да, дядя?

– Конечно, мой мальчик, – благосклонно улыбается ему Аристарх Петрович.

А меня немного подташнивает от этой наглядной сцены значимости родственных связей на работе.

– Но вот о вас мы пока что ничего не знаем, кроме, конечно, содержимого дипломов. Так что было бы неплохо, если бы вы сами нам рассказали пару слов о себе. Итак, я называю имя, человек поднимается и представляется.

Очаровательно, терпеть не могу подобные вещи. Мы в школе что ли?

– Михаил, вы первый в моем списке, прошу.

Худощавый парень в очках поднимается на ноги, поправляет свои очки и монотонным голосом начинает говорить.

– Меня зовут Михаил, и все, что меня интересует в жизни, это компьютеры, поэтому я здесь.

– Спасибо, Михаил, мы учтем. Следующая у нас дама, Мария.

Я плохо слушаю, что говорит Мария, да и остальные за ней тоже, судорожно думаю, что же рассказать о себе? Что я мечтала к ним попасть? Пошло, банально, да и Мария, кажется, уже использовала эту избитую фишку.

Тогда, может, правду? Что я хотела замуж, но не срослось? Поэтому и оказалась у вас.

Тоже явно не то.

– Иван, прошу вас.

О, уже и Ваня. Список явно по алфавиту составлен, как раз я на последнем месте, а Иван передо мной.

– Меня зовут Иван, и я здесь, чтобы побеждать.

– Хм, самоуверенно, но вы адресом не ошиблись? У нас не соревнования, и командная игра приветствуется.

– В каждой команде есть лидер. Им я и намереваюсь быть.

Н–да, рассказ Марии был не такой уж и плохой.

– Ясно, спасибо.

– И завершает нашу импровизированную презентацию еще одна прекрасная дама, Аврора, прошу вас.

Медленно поднимаюсь на ноги и сразу же встречаюсь взглядом с Александром. Узнал гад, но все–таки и удивился. Кажется, наша встреча для него столь же неожиданна, как и для меня.

– Меня зовут Аврора, и я могла бы сказать, что полжизни мечтала попасть к вам на стажировку, или что страсть, как обожаю компьютеры, на чем все мы тут между прочим и специализируемся в той или иной степени, или что я страстная карьеристка в душе и планирую идти по головам и главенствовать. Но я не буду. Правда заключается в том, что все мы после института в поиске своего места под солнцем, независимо от внутренних качеств, интеллектуальных данных и прочего. И я пришла в надежде определиться с этим самым местом под солнцем.

Ах, хорошо выдала. Все пялятся, ну и пусть. Загнула мощно, как и учили, обо всем и ни о чем конкретно.

– Благодарю вас, отлично сказано. А теперь ваши первые рабочие места.

Смотрю на время, ага, и обед скоро, это ли не счастье каждого офисного сотрудника.

– Отлично выглядишь сегодня, – вдруг замечает меня Иван.

Смеряю его взглядом свысока и ничего не отвечаю. Поздно пить боржоми, как говорится.

И только через несколько минут до меня доходит, что я абсолютно спокойно прореагировала на бывшего, то есть совсем никак, можно сказать. Сердечко ни на секунду сильнее не забилось, в груди не разлилось ни намека на трепет, ни единой радостной или какой–либо еще эмоции не промелькнуло. Абсолютно ничего.

Живем.

Зато, глядя на Александра, я испытала полный спектр эмоций. Да и до сих пор внутреннее волнение не отпускает, как он будет вести себя со мной дальше.

– Ой, а уже и обед, – радостно сообщает Саша.

Странно, я думала, это наша прерогатива слинять под благовидным предлогом с рабочих мест.

– Давайте я покажу вам нашу столовую.

Столовая находится двумя этажами ниже. Ничего не могу про нее сказать, общепит он и есть общепит. На вид все вроде свежее, цены не кусаются, и ладно.

Беру поднос и становлюсь в очередь на раздаточной.

– Оказывается, в деловых костюмах ты еще сексуальнее выглядишь, – прилетает мне на ухо комплимент.

Еще один оценил мой внешний вид, и чего я так раньше не одевалась?

– Спасибо, ты тоже сегодня неплохо одет.

– Аврора, ты проходишь? – с противной интонацией громко спрашивает Мария. – Мы ждем вообще–то.

Ох ты ж, нежные все какие.

Быстро набираю еду и иду на кассу.

– А я тут подумал, может, зайдешь в гости за пояском своим, а? – догоняет меня Саша.

– Не думаю, – отвечаю, даже не глядя на него, – у меня работа началась, начальство строгое, еще просплю.

А в душе так и клокочут эмоции. Тут и возмущение, каков наглец, что предлагает такое! И элементарная женская гордость, что все–таки зацепила и сегодня снова подогреваю интерес. Да и желание согласиться тоже промелькнуло, слишком хорошо все было в прошлый раз.

Но нет, мне такие легкие отношения на постоянной основе не нужны, я ищу другого. Потому однозначно нет.

Саша ничего больше не говорит и садится за большим столом рядом с Марией. Я только презрительно фыркаю при виде этого и присаживаюсь на ближайшее свободное место. А тут уже обедает Иван.

– Ах Александр, у вас тут все так интересно, так красиво, так познавательно, – восторженно вещает Мария.

Откуда только взялась эта идиотка? Вроде людей с мозгами должны были брать на стажировку. Или это ее гениальная стратегия под названием «захомутай самого перспективного»? Еще бы, племянник генерального, можно и не такой прикинуться.

– И не говорите, сам до их пор в шоке, – качает головой Саша, в глазах его смешинки, стебется над девушкой.

– И люди такие интересные у вас работают. – Хотя бы не повторялась, а то все интересно ей, да люди интересные, сплошная тавтология. – Много времени отнимает работа, наверное, да? И на личную жизнь не хватает? – глупо хлопая глазками, спрашивает девушка.

Ничего себе, прямо не в бровь, а в глаз. Прямой такой подкат.

– Да вы знаете, действительно, сложно, сложно с этим, – наигранно сокрушается Александр. – Вот на днях, внезапно образовался свободный вечерок, так представляете, сбежала от меня девушка! Сказала, дела у нее важные.

–Кхе, кхе, кхе, – давлюсь собственной едой. Разве можно такое говорить, когда человек ест.

– Что такое, Аврора? Давай постучу по спине, лучше? – проявляет участие Ваня. Я сдавленно киваю. – На, держи, попей водички.

И тут мои глаза встречаются с Сашиными, он откровенно веселится, заметив мою реакцию.

– Спасибо большое тебе, Ванечка, даже не знаю, чтобы я без тебя делала, – елейным голоском благодарю бывшего.

Александр хмурится и снова поворачивается к Марии.

– Ах, я бы так никогда не поступила!

– Да, да, представляете, и голодным меня оставила.

– Так может, вы ее на свидание, как следует, не позвали, вот она и сбежала? – злобно скалюсь я, искренне надеясь, что со стороны можно принять за улыбку мое спорное выражение лица.

– Да может оно и к лучшему, что не пригласил, так и не понял, есть ли с ней о чем поговорить, или там все плохо, – вздыхает Саша.

Резко отодвигаю стул и встаю.

– Всем приятного аппетита, я, пожалуй, наелась.

– Стой, Аврора, давай я тебя провожу.

– Ванечка, не стоит, ешь спокойно.

И злая отправляюсь на выход.

Нет, вы только посмотрите на него! Не понял он, есть ли со мной, о чем поговорить! Каков наглец! Да так можно сказать о каждом посетителе ночного клуба, ведь там особо не пообщаешься.

Ааа. Как же я не люблю парней. Нет, серьезно, парни – это явно не мое, вот правда. Лучше быть одной, чем с такими личностями, что бывший, что нынешний. Хотя его даже нынешним не назовешь.

Надеюсь, Ваня не решит, что я с ним резко помириться хочу после общения за столом. А то будет мне еще одна проблема на голову.

Эта и еще тысяча и одна бесполезная мысль мелькают в голове, пока возвращаюсь обратно в отведенный нашей группке конференц–зал. И вообще, я работать хочу, а не интриги с окружающими плести.

– Что ж, перерыв закончился, а я как раз определился с вашими первыми задачами в нашем дружном коллективе, – спустя пятнадцать минут приходит вполне себе довольный жизнью Саша с остальными практикантами. – Думал, буду дольше выбирать, сомневаться, но решение пришло само собой в столовой. Итак, барабанная дробь, – ухмыляется этот гад и бьет в воображаемые барабаны. – Михаил! Я запомнил про любовь к компьютерам, но с людьми тоже иногда нужно общаться. С этого часа поступаешь в распоряжение колл–центра. Он у нас маленький совсем, но очень выручает, когда клиенты встречаются с проблемами при использовании устройств.

– Эм, спасибо, наверное, – угрюмо реагирует Михаил.

– Это не навсегда, так что выше нос! Может, тебе там так понравится, что основную специализацию сменишь, – подмигивает Александр.

И чего он такой счастливый? Мария согласилась принять предложение, от которого я отказалась!? И почему от этой мысли в душе поднимается волна злости.

– Кто у нас следующий? Ах да, Маша. Машенька, отправлю–ка я тебя посидеть вместе с администратором, будешь направлять посетителей, с твоей очаровательной улыбкой и природным обаянием, я уверен, получится отлично.

Ты ее еще возьми и съешь прямо тут, вон как глазами пожираешь! Гад. А ты запрыгни на него, чтобы даже самым непонятливым стало очевидно, для чего ты пришла сюда.

Возмущаюсь сама с собой и на некоторое время выпадаю из реальности, не слушая, что наш обожаемый руководитель поручает другим практикантам.

– Иван! Что же доверить тебе, даже не знаю. Многое подходящее для начала практики успели разобрать, остается совсем мало дел. Хм, но ты ведь у нас в лидеры стремишься, организую–ка я тебе проходной билет в курьерскую службу! Будешь внутри здания доставлять корреспонденцию, просьбы, приказы коллег. Работа активная, с людьми познакомишься, тебе понравится, в общем.

Ваня молчит, смотрит напряженно на Александра, но выразить свое недовольство громко вслух не решается.

– И осталась одна прекрасная Аврора, верно? – обводит Саша народ довольным взглядом.

Я вдруг начинаю нервничать, а ну как если он решит сейчас сделать по классике фильмов – остальных отправит за дверь на рабочие места дабы не затягивать процесс, а меня попросит остаться.

Уже представляю эту картину – мы с ним одни, наедине, он как бы случайно закрывает обе двери и подходит ко мне.

Хотя стоп, бред – как можно случайно взять и закрыть двери!?

Ладно, это неважно короче.

Так вот, подходит он ко мне и обязательно говорит какую–нибудь гадость в своем репертуаре. Я, естественно, не молчу, отвечаю. Конечно, начинается словесная перепалка, которая довольно быстро прерывается, так как Саша берет и внезапно целует меня.

Но это больше подходит по сюжету слезливой мелодраме. Далее по законам жанра должны прозвучать извинения, он в обязательном порядке расскажет о неимоверной тяге к моей скромной персоне, о том, что все намеки на непродолжительное общение, были ошибочны и с одной лишь целью подтолкнуть меня в объятия такого умного красавца. И прочее бла–бла–бла.

Самое главное, чтобы при таком развитии сюжета не случилось прям в этом зале близкого горизонтального примирения вон на том большом столе, а то как я сама себе в глаза потом смотреть буду.

– Остальные могут идти, не тратьте время впустую! – произносит Александр, а мое сердце пропускает один удар от волнения, пока что идет так, как я только что нафантазировала. – А ты, Аврора, подойди ко мне, пожалуйста, не удобно, когда собеседник на отдалении.

Поднимаюсь со стула и на деревянных ногах подхожу к Саше. Неужели сейчас будет именно то самое?

– Ты почему сбежала? – спрашивает Саша, как только за последним человеком закрывается дверь.

– Я, э, не сбежала! У меня дела были, вот, точно. Дела! – теряюсь под пристальным взглядом.

Почему–то сказать напрямик, что стушевалась, не знала, как себя вести после такой ночи, да и ситуация для меня не рядовая, и так далее, не смогла.

– Дела у нее были, значит. Ясно, – недовольно прищуривает он глаза. – Деловая девушка, я понял. Раз так, а иди–ка ты, деловая такая дама, в стажеры к Кристине.

– Кристине? Кто это? Что делать надо?

Совесть внутри прям–таки кричит: «Будь откровеннее! Скажи, как есть!». Но я предпочитаю отвести взгляд и продолжить разговор исключительно на рабочую тему.

– Я тебя провожу. Она сама введет в курс дела, – произносит Саша и настойчиво берет меня под локоток.

Сквозь тонкую ткань его пальцы обжигают, и по телу тут же проносится табун мурашек. Вмиг пробудившиеся инстинкты так и молят о том, чтобы я повернулась к парню и поцеловала его, пока отдельный кабинет и стол еще в доступности.

Но поздно. У Саши, видимо, не возникает никаких особых ощущений от близости. Мы бодрым шагом выходим в коридор, у меня вообще складывается такое впечатление, что Саша, в отличие от меня, хочет побыстрее избавиться от непосредственного контакта, сбыть меня с рук на руки неизвестной Кристине.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.