Александр Шохов
Заговор драконов

«Нельзя рассеять страх,

не познав природу Вселенной»

Эпикур

I

Управление системности возглавлял Моргульский. К нему я был направлен высоким седым человеком в рваных рыцарских доспехах. Тем самым, который разбудил меня после Исцеляющей Ночи. Он напомнил мне, что жизнь, которую я, как мне казалось, прожил, была всего лишь сном в Аду. Сном настолько реальным, что я поверил в него, но куда менее реальным, чем Ад, в котором я проснулся.

Я мог вспомнить теперь, что уснул согбенным и утомленным, а пробудился свежим и полным сил.

– Это обычная процедура омоложения, – объяснил мне седой рыцарь. – Теперь я уполномочен сообщить, что ты находишься на сто сорок седьмой ступени и передать тебе вот это направление к господину Моргульскому.

И он протянул мне желтый конверт.

Я вспомнил, что иерархия Ада состоит из двухсот пятидесяти шести ступеней. Весь мой путь от ничтожного духа-вамп до носителя Алого Платья работника управления вероятности сто сорок восьмой ступени раскрылся перед моим внутренним взором подобно бесконечной лестнице вверх. Я поблагодарил рыцаря и, поднявшись на ноги, направился к выходу из Пещеры Сновидений.

Небо, пыльно-красное, с серым пятном в середине, казалось наполненным жаром и копотью. Красные трубы по всей линии западного горизонта извергали вверх светло-синие струи горячего пара. Там, далеко внизу, под разрывом, располагалась сто сорок восьмая ступень, на которой я жил до Исцеляющей Ночи. Восточный горизонт отсутствовал. Вместо него зияла дыра, за которой я мог оказаться при следующем Пробуждении.

Как гласила надпись на желтом конверте, Моргульский располагался на сороковом этаже стоэтажного желтого здания. При входе унылый серый демон в длинном плаще ярко-желтого цвета тщательно изучил мое направление и, пристально глядя в глаза, выдал объемный пакет с комплектом желтой одежды и обуви. Его глаза, как и кожа, были серыми, а зрачки – темно-синими.

– Вам на сороковой этаж, – проскрипел он, провожая меня к возносящей трубе.

Я привычным, хотя и забытым, движением прыгнул в зияющий провал, и поток силы понес меня вверх.

Кабинет Моргульского был обшит розовой кожей пантер двухсот первой ступени. Он сидел в дальнем правом углу от двери. Секретарь в его приемной – огромная женщина в желтом кожаном костюме с открытой грудью, войдя вслед за мной, внесла на черном подносе белые чашки с тесием. Этот напиток был распространен среди обитателей всех ступеней, за что и пользовался необыкновенной популярностью. Ведь на первых шестнадцати его тоже пили. Черные соски секретарши слегка задели ручки чашек, когда она ставила тесий на столик.

– Располагайся, – сказал Моргульский, показывая на розовый диван.

Я сел, положив рядом полученный внизу пакет.

– Ты будешь работать в моем управлении в отделе семантического обеспечения. Условия, обязанности и права изложены в этой папке. Этаж двадцатый, комната сорок пять. Рабочее место сто двенадцать. И запомни: ты подчиняешься непосредственно мне. – Он пододвинул ко мне пухлую стопку бумаги, аккуратно переплетенную в синюю кожу. – Жить будешь по этому адресу, – маленький листок лег на папку.

Он отхлебнул тесий, и я также окунул губы в забытый напиток. Его аромат окончательно вернул мне чувство реальности Ада. Я вспомнил, какое значение придавалось здесь слову "реальность". Это был синоним единственности, всеобъемлемости и непостижимости, понятых как интегральные качества Ада.

– Первый день можешь провести дома. Завтра утром жду на рабочем месте. Возникнут проблемы – дай знать мне. – Он протянул небольшой кристалл, из которого, когда его в определенном месте касались мои пальцы, возникал голографический портрет моего шефа.

– Кажется, на предыдущих ступенях такой способ связи не используется? – улыбнулся Моргульский.

– На сто сорок восьмой мы использовали такие кристаллы как визитные карточки.

– Здесь это индивидуальная связь. Мы сможем общаться в пределах этой ступени, где бы каждый из нас ни находился.

– И неужели все работники Управления имеют подобные каналы связи с первым руководителем?

– Не все. Но тебе этот кристалл в скором времени очень понадобится.

Кристалл имел небольшое отверстие, а в кожаном футляре рядом с ним покоилась тонкая прочная цепочка из антиана.

Когда Моргульский встал, чтобы пожать мне руку, он оказался существом поразительно маленького роста. Телосложением он более всего напоминал мне летучую мышь. Сходство усиливалось полупрозрачными перепончатыми крыльями, которые, когда он сидел, помещались в специальные углубления спинки черного кресла. Его изборожденное глубокими неровными морщинами красное лицо освещали синим светом глаза с желтыми белками. Густые брови почти падали на верхние ресницы, которые, длинно изгибаясь вперед, отбрасывали тень на верхнюю половину лица.

Я пожал его сухую тонкую руку и вышел.

II

Эта ступень отличалась от предыдущей обилием женщин. Существа женского пола, раскрашенные так же разнообразно, как летние бабочки в моем последнем Исцеляющем Сне, порхали, ползали, шли, прыгали и перекатывались в самых разных направлениях.

Горбатые старые упырихи со свисающими до плеч щеками, которые, наполняясь кровью, делали их похожими на странных животных с глупыми пухлыми мордашками, громко разговаривали друг с другом через пыльную улицу. Хвостатые четырехногие твари с человеческими лицами и маленькими ручками на груди, почему-то названные волколачками, похотливо виляя обтянутыми шерстью бедрами, шествовали мимо возносящихся вверх нелепо-уродливых и грандиозных зданий с асимметрично прорезанными окнами и дверями.

Женщины-птицы сидели на черных колоннах на высоте четырех человеческих ростов и поглаживали свои полные синеватые груди перьями крыльев, перекрикиваясь странными хриплыми голосами, в которых звучали ноты тоски. Там и сям ползали зеленые самки караноидов, короткие лапы которых располагались на спине и ягодицах. Их тело было похоже на человеческую плоть с ногами до колен и отсутствующими руками. Двигались они лицами вверх параллельно земле, запрокидывая голову, чтобы видеть дорогу. Были здесь и существа, которых я не встречал на нижних ступенях. На перекрестке я увидел парочку невероятно толстых особей, одна из которых имела несомненные анатомические признаки женственности, судя по ровному, выставленному напоказ лобку. Возможно, это были бонты, о которых мне когда-то рассказывали.

В окнах мелькали лица с длинными носами, свисающими подобно хоботу. О хобоносах я слышал, но никогда их не встречал. Рассказывали, что это злобные и энергичные существа, которые умело маскируют эти качества за благовоспитанностью и здравомыслием. Жизнь, по сравнению со 148-й ступенью, где я носил алую одежду, здесь буквально бурлила. Я не встретил никого, кто относился бы к расе Моргульского. Насколько я понял, он был крылатым демоном. Я слышал несколько мифов о них, но никогда не думал, что эта раса существует реально.

Неся пакет с одеждой, папку с вложенным в нее адресом и чувствуя в кармане кожаный футляр с кристаллом Моргульского, я поднялся к дверям своего нового жилища. Прикосновения пальца к замку оказалось достаточно, чтобы трехдюймовой толщины стальная дверь плавно отъехала в сторону. Апартаменты состояли из двух больших комнат, к одной из которых примыкала большая лоджия с шезлонгом и установкой искусственного загара. Было довольно уютно. В большой комнате располагался видеоинформатор с проигрывателем объемного видео и музыкальная аппаратура. Мне предстояло провести здесь сто тысяч дней – таков обычный срок пребывания на ступени. Один день состоял из тридцати двух тиков. Тик – единица времени, которая на разных ступенях имела разное значение. Физика Ада не была постоянной и имела особенности на каждой ступени. Примерив желтую одежду (в пакете оказалось десять идеально подходящих мне комплектов) я ощутил, какой она была легкой и невесомой. Один комплект вместе с мягкой обувью, прилагавшейся к каждому костюму, помещался в двух соприкасающихся пальцами ладонях. Поговаривали, что на первых шестнадцати ступенях жители Ада носят одежду из особым образом сконфигурированных энерго-информационных полей. Что ж, будет время, когда я об этом узнаю. Я достал кристалл Моргульского и, не прикасаясь к нему пальцами, продел антиановую цепочку в отверстие кристалла. Кристалл расположился на моей груди и через несколько минут я уже перестал замечать его. Приняв ванную, я одел желто-красный халат с драконами и устроился перед видеоинформатором, потягивая тесий. Еда и напитки по заказу доставлялись в специальный шкафчик, расположенный около стола. В выпуске новостей диктор – женщина вполне человеческой внешности – рассказала о ликвидации крупной банды торговцев информацией, которые продавали ее на нижние ступени Ада, взамен получая товары, которые здесь продавались полулегально. Я вспомнил обшитую кожей розовых пантер мебель в кабинете своего начальника и улыбнулся. Герметичность ступеней всегда была чисто декларативной. Похоже, что здесь ее нарушение не воспринималось как что-то выходящее за рамки дозволенного. Диктор утверждала, что был подкуплен персонал пещеры сновидений. Только там стояла аппаратура, позволяющая осуществлять контакт с соседними ступенями. Персонал пещер, как правило, был неподкупен, поскольку содержался на средства самых верхних ступеней. В данном случае средством подкупа был наркотик. Предполагали, что наркотическое вещество производила скрытая раса – так называемые маленькие агрессивные старушки. Следующими сюжетами были убийства и самоубийства на ступени. Долго и тщательно обсасывался репортаж о начальнике управления повседневности Гарриасе, который, сам будучи упырем, был замечен в связях с самцом-караноидом. Потом начался фильм из эпохи богов и героев Ада, в котором гиганты боролись за власть, перепрыгивая со ступени на ступень. Мифология была далеко не абстрактной дисциплиной в этом мире. Объяснение Ада могло быть получено только через нее. Потом начался сериал "Властелины Ада", изображавший жизнь на первой ступени так, как ее представляли на сто сорок седьмой. Он показался мне довольно глупым. Потом я выключил информатор и открыл синюю папку.

Управление системности занималось проблемами моделирования событий, отражающих в себе системные характеристики Ада. Отдел, в котором мне предстояло работать, обеспечивал семантическую поддержку этого процесса. Дело в том, что на каждой ступени постоянно велись изыскания, целью которых было постижение Ада в его целостных системных характеристиках.

Предполагалось, что это с одной стороны служит просветлению населяющих ступень сущностей и благотворно влияет на их дальнейшую судьбу, с другой – притягивает созидательную энергию высших слоев и улучшает качество жизни. События, в которых проявлялись системные характеристики Ада, на каждой ступени выглядели по-разному. Это делало их проектирование и моделирование необычайно трудной и интересной задачей. Предсказать последствия моделирования было еще труднее. Например, на 151-й ступени я наблюдал как прозрачный куб, который был положен на блюдо из черного фарфора с надписью "Великие силы Ада", через несколько мгновений оказывался висящим в воздухе. При этом из него вырывались лучи, соединяющие его с надписью. Последствием этого эксперимента тогда стало извержение всегда мирно спавшего вулкана и впадение в Исцеляющий сон автора эксперимента, который прожил на ступени всего семь тысяч дней.

Честно говоря, я не думал, что мне придется заниматься чем-то подобным, но перспектива мне, в общем, нравилась. Когда я уже собрался выйти и обследовать окрестности, в дверь моего жилища осторожно постучали.

III

Я открыл и увидел синего, как небо моего последнего сна, лысого гомулуса.

– Я Ваш сосед. И, кажется, коллега. Зашел познакомиться.

– Очень рад.

Мы представились. Его звали Глосин.

– Я слышал о Вас на предыдущей ступени, но встретиться довелось только здесь. Могу предложить Вам сходить в кафе "Сумерки Ада".

– Как раз собирался пройтись по окрестностям.

В кафе было тесно и шумно. Мы взяли по бокалу сагры, настоянной на зубах красных хомяков, и сели у прорубленного на Восток окна.

– Я работаю в отделе семантического обеспечения уже 2030 дней, – рассказывал Глосин. – Отвечаю за сравнение информационных потоков от нашего отдела к некоторым отделам управления мифотворчества и обратно.

– Интересно.

– Конечно. Я, фактически, поглощаю целыми днями уже обработанную и интерпретированную информацию, находя параллельные идеи и сходные ситуации. Любая параллель между языком описания модели и мифом может продвинуть нас еще на несколько шагов по пути познания Ада.

– Я не совсем представляю, чем предстоит заниматься мне.

– Насколько я знаю, Моргульский лично отобрал десять проектов, в которых Вы будете задействованы. У него есть какие-то особые планы, связанные с Вашим Пробуждением.

– Давай на "ты", хорошо?

– Нет проблем.

Мы заказали еще по одному бокалу сагры.

– Ты знаешь об этих проектах? – спросил я.

– О некоторых да. Один из основных, по поводу которых идет переписка между управлениями – это моделирование метапространственной структуры Ада.

– То есть?

– От ступени к ступени пространство Ада меняет свои характеристики. Предполагается, что для существования интегральных характеристик Ада, необходимо и достаточно, чтобы Ад поддавался описанию в некотором метапространстве. В нем Ад может быть описан как некий геометрический объект, внутренняя структура которого обусловливает локальные свойства пространств ступеней.

– Сложно, но невероятно интересно. Во всяком случае, мне ничем подобным не приходилось заниматься раньше.

– В последнее время в рамках проекта моделирования метапространственной структуры живо обсуждается эксперимент Кальвина. Кальвин осуществил его около 150 тысяч дней назад и в настоящее время находится на 145-й ступени.

– Никогда не слышал, – признался я.

– Это эксперимент, в котором задействованы шестнадцать магнитов и шестнадцать алмазов. Их располагают на специальных подпорках на поверхности сферы. В центр сферы помещают огонь, горящий на гиперболическом зеркале. Теперь, если убрать опоры из-под магнитов и алмазов, они сохранят свое устойчивое положение в течение четырнадцати тиков. Затем они приходят в движение и через двадцать восемь тиков по спиральной траектории из четырех витков падают вниз. Самое поразительное, что когда все магниты и алмазы оказываются на ровной поверхности, они, чередуясь друг с другом, образуют две буквы известного тебе алфавита – альфа и омега.

– Если бы я не наблюдал подобные опыты своими глазами, я бы не поверил.

– Я бы тоже. Но я участвовал в эксперименте четыре раза. Результат всегда один и тот же.

– Как я понял, в этом эксперименте проявляются метапространственные структурные характеристики Ада?

– Полагаю, да, поскольку интерпретация некоторых космологических мифов, благодаря этому эксперименту, стала куда более убедительной. Например…

– Не желаете поразвлечься, мальчики?

К нам подсели две сестренки-упырицы.

– Хочешь? – спросил Глосин. – Сегодня я угощаю.

Я нерешительно кивнул головой. Мне нужна была самка после Исцеляющей Ночи, но я никогда не вступал в связь с упырицами. На нижних ступенях мы охотились на них и использовали их кожу для переплетов книг. Но существа, враждебные внизу, зачастую оказывались союзниками и даже духовными братьями на верхних ступенях. Огромные острые уши Глосина слегка дрожали, когда он смотрел на розово-серую кожу упыриц. Должен признаться, их формы возбуждали и меня.

Упырицы повели нас наверх. Их нежные пальцы, чуть прохладные и приятно— влажные, щекотали кожу, когда они снимали наши одежды. Их щеки не выглядели отвратительно свисающими вниз. Скорее это было похоже на странные украшения лица типа кожаных сережек. Их поцелуи были крепки и головокружительны. От их волос распространялся дивный аромат, а бусы и браслеты, в изобилии висевшие на теле, звенели подобно грустной и странной мелодии, когда мы занимались любовью.

Потом Глосин расплатился с ними двумя стаканами своей крови, объяснив, что гомулусы должны регулярно обновлять свою кровь, чтобы не болеть.

– Так что это для меня ничего не стоит, а для них моя кровь – жизнь.

Я видел, как жадно блестели глаза упыриц, когда кровь наполняла большой стеклянный сосуд. И когда они, взяв в руки высокие стаканы, добавили в них лед и стали пить кровь через белые широкие соломинки, мне стало противно. Мы вышли на воздух, где в сгустившихся сумерках маячило сияние неба.

IV

Мы с Глосином оказались соседями не только по квартире. Наши кабинеты располагались напротив друг друга – дверь в дверь.

Я сидел у окна, выходящего на Юг в довольно большой светлой комнате, насыщенной самой разнообразной техникой. Она вплотную примыкала одной стеной к архиву, другой – к лаборатории. В оба помещения можно было попасть не выходя в коридор, поскольку все они выходили на треугольной формы балкон, засаженный цветами и деревьями. Архитектура на всех ступенях Ада была асимметричной. То есть неровные потолки, сходящиеся под острым углом стены, неожиданно образующиеся вследствие этого помещения были общим свойством всех адских сооружений. И тем не менее, это позволяло возводить огромные небоскребы, иногда насчитывавшие до трехсот этажей в высоту.

В одном помещении со мной сидела бонт (я не ошибся в наименовании расы толстых особей). Ее звали Трейси и она занималась обработкой математических соотношений семантических единиц и математическими алгоритмами конструирования языков описания моделей. Ее рабочий костюм скрывал обычно выставляемые бонтами напоказ половые признаки. В самом дальнем от меня углу комнаты (всего этих углов было семь) сидела волколачка Тара, на которой лежала обязанность формирования архива и переписки с другими отделами. Также рядом со мной сидели два моих подчиненных. Хобонос Ню и упырь Рэм.

Моргульский приказал мне в течение недели ознакомиться с материалами по десяти проектам. Сначала Рэм и Ню рассказали мне о существе каждого из них, а потом я изучал историю экспериментов, проводившихся за последние пятьдесят миллионов дней. Работать приходилось по шестнадцать тиков в день.

Первый проект – моделирование метапространственной структуры Ада – включал в себя около сотни различных экспериментов, в чем-то подобных тому, который описывал мне Глосин. Каждый из них был запараллелен на мифах и информации, которую удалось получить с верхних ступеней Ада.

В основе второго проекта лежал эксперимент, связанный с приемом галлюциногена мюзорана. Это вещество, полученное более 800 тысяч дней назад, будучи введенным в организм всех разумных рас этой ступени, вызывало у них идентичные галлюцинации в одно и то же время.

То есть подопытные, где бы они ни находились, приняв мюзоран, видели как бы один и тот же фильм. Все события в этом фильме были абсолютно синхронизированы по времени для всех наблюдателей. Смысл увиденного тщетно пытались разгадать. В последние десять тысяч дней запись этих событий велась постоянно двумя четверками сменяющих друг друга наблюдателей.

Примером этих видений может служить часто встречающийся пейзаж города, за жизнью которого можно было наблюдать. Наиболее колоритные жители были выделены, описаны, нарисованы и названы наблюдателями. Чаще всего герои этого шоу совершали абсурдные или необычные действия. Например, учились прыгать на руках или прогуливались по саду, населенному огромным количеством маленьких зеленых змеек, стараясь не наступить ни на одну из них.

Количество толкований этих картин превосходило все разумные пределы.

Третий проект был довольно мрачным, но, по видимому, также содержал в себе какие-то общесистемные проявления Ада. Определенная последовательность действий, состоящая в детально описанном манипулировании тридцатью шестью различными предметами (коготь красного хомяка, высушенный хвост лысой крысы с Западного плоскогорья и т.п.) приводила к тому, что в течение следующего дня на ступени совершалось двенадцать кровавых убийств. За миллион дней было проделано двадцать два эксперимента. Все дали один и тот же результат.

Маленькие агрессивные старушки, упоминавшиеся вчера в новостях, составляли существо четвертого проекта. Как оказалось, существовал только один способ вступить в контакт с ними: в определенном месте к юго-западу от города следовало установить гравиметр – прибор из нескольких маятников, измеряющий силу тяжести и амплитуду ее колебаний (сила тяжести в Аду нигде не была постоянной). Через несколько мгновений, если гравиметр был установлен в нужном месте и правильно соориентирован по сторонам света, скрытая раса становилась видимой и позволяла общаться с собой. Все мыслимые ответы на вопрос "почему это происходит именно вследствие размещения гравиметра в определенном месте" содержались в двадцати пухлых папках (или трех информационных кристаллах, – все сведения в Архиве хранились в том и в другом виде).

Физика и геометрия Ада – таким был пятый проект. В основном в ведение нашего отдела попадали метаматериальные эксперименты, для которых требовался язык описания. В этих экспериментах процессы и явления происходили вопреки сопротивлению материи. Вернее, материя почему-то не оказывала сопротивления некоторым процессам. Например, сколько бы я ни бросал стальной шар в стену своего кабинета, он не смог бы пролететь ее насквозь из-за сопротивления, оказываемого материей. А вот если бы я бросил его в гранитный куб, ребро которого относится к диаметру шара как 13:1, он прошел бы сквозь него при скорости, превышающей одну стотысячную скорости света в ваккуме. Если скорость шара была меньше, он застревал внутри куба. Удивительным было то, что гранит при этом не разрушался. Шар и куб проходили сквозь друг друга, не изменяя свойств материи, но материя почему-то не оказывала этому сопротивления. Метаматериальность считалась одним из проявлений системных характеристик Ада, поэтому подобная информация направлялась в Управление системности. А поскольку не существовало удовлетворительных языков описания для такого рода явлений, отдел семантического обеспечения пытался восполнить этот пробел.

Шестой проект назывался "Толкования неба". Суть его состояла в том, что хотя в аду не было погоды в собственном смысле этого слова, на небе то и дело появлялись разноцветные пятна-облака. Было замечено, что определенные конфигурации этих пятен соответствуют определенным изменениям социального климата на ступени. Резкие изменения социальной структуры происходили после резких изменений состояния неба. Упразднялись управления, переименовывались должности, перераспределялись полномочия, происходили резкие сдвижки по иерархии… Многочисленные голограммы небес и последовавшие за ними изменения были детально описаны и тщательно систематизированы. Пользуясь этим банком данных, можно было с большой вероятностью предсказать последствия тех или иных знамений. Но природа этой связи оставалась неясной и требовала разработки хоть какого-то языка описания, чтобы начать ее изучение.

Весьма значительный блок информации представляли собой чудеса (седьмой проект), то есть события и явления, которые не были сопоставлены с какими бы то ни было причинами.

Например, возведение за одну ночь небоскреба Ахарон на вершине горы Нипэк. Я дал себе слово обязательно побывать в этом небоскребе, поскольку даже на голограмме он производил ошеломляющее впечатление.

Восьмой проект представлял собой попытку установить единую логику в Указаниях. Довольно часто на ступени появлялись тексты, изображения и статуи, которые производили неизгладимое впечатление на тех, кто их видел. Они существовали в своей материальной форме, как правило, в течение трехсот дней. За это время их тщательно копировали и размножали для всех управлений. Существовала гипотеза Единого Замысла, которым руководствовались высшие сущности, забрасывая нам Указания. Реконструкция Замысла была одной из интереснейших задач управления системности.

Девятый проект представлял собой толкования ландшафтов. В незапамятные времена исследователи Ада заметили, что если встать в определенную точку очерченного естественными барьерами (горами, реками и пр.) территориального локуса, то окружающий ландшафт приобретает красоту и законченность произведения искусства. Кроме того, он начинает двигаться и неуловимо изменяться, являя наблюдателю совершенно иные ландшафтные композиции. Объемные движущиеся голограммы более тысячи ландшафтов прилагались к материалам. В одной и той же географической точке невозможно было дважды увидеть один и тот же ландшафт. Была не очень явная статистическая зависимость между тем, какие типы ландшафта открывались взору наблюдателей и теми изменениями, которые в дальнейшем происходили в их судьбах. Но ландшафты никогда не повторялись! Это поражало воображение.

Десятый проект именовался Перстнем Сатаны. Он был спрятан где-то на этой ступени. Информация была выбрана из мифов и текстов Указаний. Любые сведения об этом признавались чрезвычайно важными, поскольку обладатель Перстня мог перемещаться со ступени на ступень. Исследователей занимали принципы работы Перстня. Если его невозможно найти, можно, предполагали они, сконструировать устройство, которое работает как Перстень.

В течение недели я был занят анализом всей этой лавины информации. В конце меня посетила странная уверенность, что Моргульский выбрал эти десять проектов из более чем двух сотен, относящихся к отделу семантического обеспечения, поскольку видел между ними внутреннюю связь. Моя интуиция также подсказывала мне, что они являют собой части целого. Ради любопытства я даже заглянул в другие проекты. Классификация животных видов ступени, анализ структуры минералов и проч. Просматривая эти материалы, я утвердился в своей уверенности.

Вечера я проводил в беседах с Глосином. Он проявлял ко мне особый интерес, причину которого я для себя уяснить не мог. Глосин ввел меня в клуб со странным названием "Космос", членами которого в основном являлись работники управления мифотворчества. Это были демоны и люди, довольно приятные в общении. Мне особенно был приятен Аксидз – огромный демон с грудью, покрытой стальной шерстью.

Аксидз пил много вина, был полон жизнелюбия и склонен к философствованию. Психическая энергия буквально изливалась из его большого сильного тела, покоряя окружающих. Я с первой встречи понравился ему, что вызвало болезненную ревность Глосина.

С ним в клубе появлялись три славные подружки – Дэомея, Терсея и Алиана, которые славились тем, что предпочитали сексуальные развлечения вчетвером – они плюс мужчина. На третий день знакомства я узнал этот вид наслаждения, и нельзя сказать, чтобы мне это не понравилось.

– Что ты наделал! – кричал Глосин, когда я рассказал ему об этом.

– Что? Я всего лишь получил наслаждение…

– Эти женщины опасны. Они сильны как мужчины. И они действительно опасны.

– Но в чем опасность?

– Понимаешь, твое появление долго ожидалось здесь. Считается, что ты сделаешь нечто, не удававшееся до сих пор никому на этой ступени. И есть те, кто очень интересуется тобой.

– И, как я понимаю, твой интерес ко мне объясняется прежде всего их интересом?

– Да, они попросили меня сопровождать тебя по этой ступени.

– Хм! А мое знакомство с этими тремя красотками никак не входило в их планы.

– Боюсь, что так. Но вовсе не потому… Словом, они могут преследовать свои цели…

– У меня есть несколько выводов, – сказал я. – Первый – ты работаешь на тех, кто проявляет ко мне особый интерес. Второй – они преследуют цели, которые тщательно скрывают. Третий – они ходят в клуб "Космос", но мне они еще не были представлены.

– Как ты догадался об этом?

– Не нужно много ума, чтобы увидеть очевидное. Ты проявлял ко мне повышенный интерес, ты ввел меня в клуб и ты воспротивился невинному знакомству. Кстати, моей взаимной симпатии с Аксидзом ты тоже не был особенно рад. Таким образом, у меня есть уже целый список людей, дружба с которыми обеспечит мою личную независимость.

После этого разговора мы по-прежнему поддерживали отношения, но почти не общались с Глосином.

Дома я много писал. Философские и художественные тексты рождались друг за другом. Впрочем, это состояние было для меня обычным и свидетельствовало о полном восстановлении после Исцеляющей Ночи.

Когда истекла отведенная мне неделя, Моргульский пригласил меня на сороковой этаж. Пройдя мимо улыбнувшейся мне секретарши, на этот раз облаченной в желтые шорты с широкими подтяжками и сандалии-плетенки, я снова оказался в его розовом кабинете.

Его взгляд, казалось, высветил мое внутреннее состояние.

– Ознакомление с делами прошло успешно?

– Да. Я владею информацией о десяти порученных мне проектах.

– И что ты думаешь об этих проектах в целом?

– Полагаю, что они тесно связаны друг с другом. А своеобразными точками входа в постижение этой связи я считаю проекты "Скрытая раса" и "Перстень Сатаны".

Моргульский посмотрел на меня с нескрываемым интересом.

– Блестяще. Мне расхваливали твою интуицию, но тем не менее, я удивлен.

– Чем же?

– Я не случайно выбрал для тебя это множество проектов. Похоже, между ними и правда есть какая-то связь. Но я, отбирая проекты, владел информацией, которой пока не владеешь ты. Поэтому твоя интуиция и вызывает удивление. Вот что я имею в виду.

Он протянул мне небольшой листок, на котором витиеватым шрифтом, характерным для Указаний, было написано:

"Пусть тот, кто придет владеть, вступит связь со скрытой расой. Хобонос и волколачка ждут у входа. Ветер в спину. Отверстия ночи. Найденный Перстень откроет дорогу."

– Как бы ни были туманны эти фразы, скрытая раса здесь впервые недвусмысленно упомянута в одном контексте с Перстнем. Мы должны последовать этому указанию,– сказал Моргульский.

– Но кто придет владеть?

– Знак указывает на тебя, потому что Указание появилось одновременно с твоим пробуждением. Завтра группа техников установит гравиметр в нужной географической точке. Ты отправишься вместе с ними и вступишь в контакт со скрытой расой. Можешь взять с собой в экспедицию, кого посчитаешь нужным.

– Я бы хотел пригласить сотрудников управления мифотворчества.

– Кого?

– Аксидза, Дэомею, Терсею и Алиану.

– Хорошо. Я свяжусь с Го Нуром. Думаю, он не будет возражать.

– И для ведения отчетности мне потребуется в экспедиции Ню.

– Не возражаю. Вы отправляетесь завтра на рассвете от Юго-Западных ворот. Мои дополнительные инструкции будут доставлены тебе сегодня вечером демоном-курьером.

– До свидания.

– Удачи.

Вечером, когда мы с Глосином случайно встретились в "Сумерках Ада", черный демон-курьер доставил пакет с кратким посланием и небольшую сумочку из оранжевой замши. В пакете была записка.

"Уважаемый Сократ!

Пересылаю сумочку с синим кристаллом и розовой материей. Эти артефакты были переданы нам скрытой расой более двухсот тысяч дней назад. Известно, что розовая материя символизирует мир и желание вступить в переговоры. Синий кристалл не проявил каких бы то ни было уникальных свойств при его изучении, но учитывая обстоятельства его появления в наших хранилищах, он может сыграть свою роль во время контакта. Техники и приглашенные тобой сотрудники управления мифотворчества будут ждать у Юго-Западных ворот в начале восьмого тика. Ты возглавляешь экспедицию и принимаешь все решения. Это согласовано с Го Нуром. Если возникнут трудности, связывайся со мной в любое время с помощью коммуникационного кристалла. Еще раз удачи.

Моргульский."

В сумочке была розовая ткань, на ощупь напоминающая ртуть, и большой синий кристалл, который едва умещался в моей ладони.

– Превосходная вещь, – сказал Глосин.

Я улыбнулся и не ответил.

V

Мы выступили в путь, когда небо начало светлеть. Го Нур отправил в экспедицию еще одного демона – Аркуса. Это был юный, живой и обаятельный тип, синие глаза которого освещались изнутри желтыми ромбовидными зрачками.

Техники с трудом перемещали тележку на рессорах, на которой был установлен старинный гравиметр. По этой причине наш отряд продвигался вперед довольно медленно.

– Скрытая раса несомненно охраняет одну из существенных тайн, – рассуждал Аксидз.– Ведь в мифах они фигурируют как хранители. Скажем, в истории изгнания Вельзевула из континуума старушки сопровождают его на пути в Ад и в дальнейшем переходят к нему на службу в качестве пограничников. Или в мифе об Энее, которому зеленая ветвь золотого дерева открыла путь в бездну, он встречается с маленькими стражами, принимая их за состарившихся амазонок.

– А вы слышали, что именно старушек считают теми, кто произвел наркотик, послуживший средством подкупа работников пещер? – спросила Терсея.

– Я не верю ни одному слову в этой истории, – сказал Аркус. – Просто кому-то потребовалось скомпрометировать служителей Пещеры Сновидений. А скрытую расу приплели к делу, потому что старушки уж точно не станут комментировать степень своего участия в этих событиях перед объективами.

– Я не исключаю, что придется немного повоевать с ними прежде чем они согласятся общаться, – сказала Дэомея. – Ведь их недаром называют агрессивными.

– Я слышала, что они прекрасно сражаются, у них очень отточенная тактика ведения боя, – сказала Алиана, самая, пожалуй, сильная женщина из нашего отряда. Ее мускулам было настолько тесно в обтягивающей кожаной одежде, что она казалась обнаженной. Ее короткий изящный меч, который украшал всех работников управления мифотворчества, отличался более широким клинком и роскошной рукоятью. – Посмотрим, что будет в этот раз, но прошлая вылазка мифотворцев, которая была сто пятьдесят тысяч дней назад, закончилась настоящей бойней. Наши сотрудники пытались проникнуть за установленные пространственные границы ступени и сконструировали все необходимое оборудование, но стоило подключить его, как появились старушки и, хотя двадцать демонов уничтожили больше сотни этих тварей, они-таки своего добились, вывели из строя оборудование. Погиб всего один демон – слишком много ран.

– Откуда такие подробности? – поинтересовался я.

– Архивы. Я занималась старушками специально. Надеялась с их помощью решить проблему шахмат.

– Что это за проблема? – похоже этот вопрос интересовал не только меня, поскольку весь отряд сгруппировался вокруг Алианы.

– Я так ничего и не выяснила тогда. Существуют шахматы. От исхода каждой партии, которые на них играются, зависит судьба Ада.

– Я встречал упоминания об этом в некоторых Указаниях, – сказал Аркус.– И еще когда-то было найдено несколько скульптур в виде шахматных фигур.

– Я слышала, – сказала Дэомея, что все ступени Ада – это клетки шахматной доски. Но я не могу этого понять. Ведь ступеней 256.

– Все это слухи и домыслы, – сказал Аксидз.– А нам нужно решить более насущную проблему. Где бы расположиться и хорошо позавтракать?

Мы отклонились немного в сторону, так как Терсея и Алиана знали превосходное место, в котором, к тому же, можно было понаблюдать меняющиеся ландшафты. Я очень заинтересовался возможностью испытать это на себе: ведь на нижних ступенях, насколько я знал, ландшафты не обладали свойством изменяться при взгляде на них из определенной точки.

Мы расположились на берегу ручья, позавтракали сыром, сушеным мясом, хлебом и овощами. Все это заливалось превосходным вином, которое, по словам Аркуса, он изготовил двадцать тысяч дней назад. Он взял с собой два бочонка, которые всю дорогу, незамеченные мной, стояли на тележке с гравиметром.

Потом Терсея и Алиана попросили меня встать на гладкий белый камень посередине ручья. Я должен был повернуться лицом к востоку и вертеть головой из стороны в сторону. В течение нескольких минут я добросовестно крутил головой, а затем увидел перед глазами сверкающие столбы воды. Оглянувшись, я не обнаружил своих попутчиков. Меня окружал чудесный сад с черным небом, из которого струился яркий свет, заливающий все вокруг. В небе, яркими пятнами на черном фоне, летали большие желто-сине-оранжевые птицы. Деревья с крупными распустившимися цветами на ветвях, источали аромат, от которого кружилась голова. Их ветви, соприкасаясь на легком ветру, наигрывали дивную, прозрачную как вода, мелодию. Мне пришло в голову, что я не знаю, как вернуться обратно. Потом я подумал, что нет смысла возвращаться в Ад и сделал шаг по направлению к высокому полупрозрачному дереву, плоды которого были подобны огромным изумрудным шарам. Но стоило мне сдвинуться с места, как я снова увидел берег ручья, а оглянувшись – своих попутчиков и тележку с гравиметром и бочонками вина.