Анастасия Зинченко
Выбор крила

Глава первая

Что-то резко заставило ее вынырнуть из сна, широко распахнув глаза. Какое-то чувство тревоги, что не отпускало, сосредотачиваясь внутри тела в тугой и горький комок.

Лина поднесла ладонь к груди, сжимая ночную сорочку.

Что это?

Она почувствовала выброс магии. Ужасающе мощный выброс. Будто сразу вся королевская семья решила воспользоваться сильнейшим заклинанием, объединяя свое могущество.

Девушка откинула одеяло, которое стало вдруг душить, да спустила ноги на прохладный пол.

Ей нужен воздух.

Пару шагов до высокого окна, открыть ставни… и замереть.

Потому что над Сулеимом, этим вечно летним и жарким островом даже зимой, вдруг пошел снег. Впервые за всю историю сотворения.

Лина несколько раз моргнула, но видение не исчезало. На протянутую ладонь упала снежинка, что растаяла от тепла демонического тела, дополнительно подсказывая, что снежное марево впереди – не мираж.

Быстро вернувшись в комнату и набросив на себя первую попавшуюся одежду, адептка выбежала на улицу, подставляя лицо прохладе ветра и зачаровывающему падению белоснежных хлопьев с темного неба .

Тишину ночи не прерывали ни крики птиц, не рычание животных из ангара, словно все решили отдать должное таинству момента. Возможно, из-за этого Лина и вздрогнула, когда знакомый голос окликнул ее по имени.

Девушка резко обернулась.

– Профессор Айнелиас?

Брюнет смотрел на нее с тропинки, которая располагалась чуть в стороне от общежитий. Сбросив первое оцепенение, он подошел, быстро оценив ее неподобающий для прогулок под снегом вид. И действительно, Лина как-то не подумала, что может замерзнуть, поверх ночной сорочки натянула всего лишь длинный свитер, оставив ноги обнаженными от бедер.

– Гхм. Не хочешь ничего мне сказать?

«Ты». Он вновь обращался к ней на «ты». Каждый раз, когда никого не было по близости, Персиваль откидывал условности.

Но почему?

И… тот поцелуй. Поцелуй, который он навязал неделю назад.

Почему преподаватель целует свою студентку? Разве имеет на это право?

Отчего же она не помнит момента, когда давала повод переступать непозволительную черту?

Впрочем, если вспомнить ощущения, да и прибавить то, что она ответила на ласку… интуитивно, совершенно не задумываясь над тем, что делает, выходило, что не только профессор Айнелиас виноват. На ней также лежит вина.

Это гложило ее все семь дней, пока девушка приходила в себя. И именно чувство вины заставляло каждый раз избегать встреч с ним. С этим сероглазым демоном, укравшим ее сон.

В конце-концов, неужели он не знает, что они с Коулом пара?! Сам же видел, как они обменивались знаками внимания все в том же целительском крыле! И сразу же отчитал феникса за непристойное поведение.

Не иначе как для того, чтобы занять его место, стоило только старшекурснику скрыться за дверью. Разумеется.

Повод, из-за которого ее пригвоздило к койке под присмотром мадам Суарсы, казался смехотворным. По словам Коула, Лина просто перестаралась на экзамене по Боевой магии и отключилась. Но как же нужно было повредить голову, чтобы не помнить всего, что было до пробуждения в светлом помещении бокса?

Но у нее не было причин не верить тому, кто с таким беспокойством всматривался в ее глаза, пытаясь найти там наверняка признаки узнавания… и не находя.

Ко всему прочему, из-за своего ранения Лина практически опозорилась перед лордом острова, на котором проходила обучение. Ведь Коул сказал, что на этой неделе они должны были придти к его отцу на обед, во дворец. А тут такой конфуз! Аудиенцию пришлось перенести, более того, лорд Эйарад через сына передал ей корзину с фруктами и пожелания скорейшего выздоровления. Приятный и смущающий одновременно момент. Неужели она достойна того, чтобы за ней ухаживал наследный лорд тропического острова, размером с крупнейшее государство материковой части Ингиака?

Даже если так. Пусть так. Но как к ней относится профессор?

Из почерпнутой беседы Лина поняла, что Персиваль также является ее наставником, не просто преподавателем, которых в Академии десятки. Он являлся учителем, который должен показать, как правильно подготовить себя к управлению дикими пантерами, что ждали в загоне и готовы были растерзать любого любопытствующего, кто пересечет незримую черту. Из-за более высокого статуса они перешли на «ты»? Из-за доверительности отношений?..

И все же его поведение в лекарском крыле далеко не напоминало поведение двух «коллег», он показал, что заинтересован в ней, как мужчина.

И ведь ей придется оставаться с Персивалем наедине! Из-за кураторства. И кошек.

Почему она выбрала «дипломной работой» именно этих крилов? Сразу двух самок, от одного вида которых у нормального студента дрожали колени? Не могла, что ли, указать на кого-то более мирного, с которым справилась бы без посторонней помощи?

Также провал в памяти. Ничего. Словно пустой лист.

– Ты вновь игнорируешь правила Академии, Лина. Комендантский час никто не отменял. До начала занятий еще четыре часа… и что же я вижу? Ты решила потренироваться? В таком случае, могла бы не забыть про теплые брюки, к примеру, – его взгляд скользнул к ее коленям.

Адептка Дестеэль попыталась натянуть свитер пониже.

– Я только что вышла… не думала, что встречу кого-то… так поздно.

Он сверлил ее взглядом, после чего, вздохнув, взмахнул рукой, создавая вокруг нее теплый кокон… и иллюзию мантии, что обвила ее фигуру, скрывая обнаженные участки кожи.

– Почему снег?

И это он ее спрашивает?!

– Зима?..

Персиваль фыркнул.

– У тебя хорошее чувство юмора. Вот только не думал, что решишься на подобную выходку. Да с таким выбросом Энергии. Мне казалось, ты хочешь оставаться неузнанной.

Неужели он решил, что изменение погоды – ее рук дело?

– Вы меня не правильно поняли! Я всего лишь вышла на улицу, когда снег уже шел. Я здесь не при чем.

Айнелиас нахмурился, недоверчиво посмотрев по сторонам.

– Такой мощи заклинание не под силу обычному студенту. Да и преподавателю.

– Тогда тем более, Вы понимаете, что я не могла сотворить подобное.

– Что за игру ты ведешь? – резкий перепад интонации, и сведенные вместе брови.

Лина недоумевающе склонила голову.

– Ты сторонишься меня?..

– Н-нет, – девушка не выдержала, и первой отвела взор.

– Да? А мне казалось, что после ранения ты начала меня избегать.

– Вам показалось.

– Лина, посмотри на меня, пожалуйста.

Она подчинилась, и Персиваль сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними до вытянутой руки.

– Скажи мне, что я сделал не так? Ты ведь наказываешь меня за что-то. Я чувствую это. Я был слишком напорист, и тебе это не понравилось?

Почему их разговор перешел с погоды на столь пикантные темы? Ведь Лина прекрасно поняла, о чем он вопрошает.

– Я… – ее щеки заалели. – Мы ведь с Коулом встречаемся, я считаю, что это неправильно, поощрять другого мужчину, когда место рядом уже занято.

Брюнет прищурился, словно пытался найти в ее словах опровержение сказанного.

– Если я тебя чем-то обидел, прощу прощения. Но не стоит прикрываться несуществующими отношениями только для того, чтобы позлить меня. Или заставить ревновать.

– Ревновать?! – ее глаза расширились, а Айнелиас стиснул зубы.

– Другого объяснения я найти не могу. Это внезапное и показное выступление в подведомственном геуне Суарсе помещении – не более, чем инсценировка. Если ты хотела меня проучить, изволь, я прочувствовал все достаточно ярко. И твое бегство от моего общества также позволило все обдумать.

– О чем Вы?

– Я не отступлюсь от тебя, Лина. Просто знай это. И кто бы не стоял у меня на пути, будь то Коул, Илай, да хоть бефар, не важно! Меня не волнует, через что и кого придется пройти, чтобы доказать и показать тебе очевидное: место рядом с тобой – мое.

Они с минуту смотрели друг другу в глаза, пока сердце выбивало бешеный ритм, а зрачки не желали уменьшаться.

– Сладких снов, адептка Дестеэль, не смею более задерживать.

Он дождался, пока она на негнущихся ногах развернется и проследует ко входу в общежитие, хоть где-то благоразумно уступая.

Не хватало только, чтобы кто-то заметил их двоих ночью под окнами девичьей спальни, да в фонившем Высшей магии пространстве.

Этот снег – не просто природное явление. Оно вызвано колебанием магического поля на тонком уровне. И способности к влиянию на столь сложные материи есть лишь у единиц. Одна из них – наследная принцесса Аминса, что почему-то стала себя странно вести после испытания у Падроука.

Однако Персиваль выяснит, что случилось с Миллинарской Эллонской, и почему она делает вид, что между ними ничего быть не должно.

***

Кассандра сдержала свое слово. Она помогла ей выбраться с материка, обустроив отъезд беглого артефактора из порта Аминса на судне, принадлежащем семье Танасори. Его не стали осматривать, хотя Луреисса заметила, как по порту бегали слуги Первого Советника, отсвечивая бордовой униформой. Они уже тогда искали ее. Фредон и Авери наверняка смогли распознать следы присутствия женщины на территории Риштиха, и разослали своим ребятам ориентировку.

Однако Фроуз отплыла из Аминса, после поменяв корабль прямо в море. Без захода на Деорет или Беарон. Шикарный ход. Ведь на островах одинокую спутницу могли приметить, запомнить, да и доложить по Кристаллу в столицу. Но Кассандра предусмотрела все. Подкуп команды, сложный маневр с передвижением на воде, и легкий переход на торговое судно, которое не мыслило ничего в том, чтобы с подозрением отнестись к преподавателю, возвращающемуся после длительного отпуска на свое рабочее место.

В стратегии дочери было не отказать. Кассандра стала лучшей ученицей дома Танасори. Если не считать киоссу Араи. Но для королевского рода можно сделать исключение, все же могущество позволяло обойти наставников.

Пока все шло гладко.

Ей удалось пробраться на территорию, которая была под протекцией Фредона, совершить сложный ритуал, и вернуть свои Силы. Единственным промахом стала потеря фамильной драгоценности киоссы Каларики, но перстень намертво вмуровался в камень, и времени, чтобы достать его, не хватало.

Фроуз думала, что выжала из драгоценности все, оставив пустышку. Но то, что начало твориться на небосводе, стоило лишь кораблю приблизиться к острову, тонко отзывающемуся на любое магическое воздействие, насторожило.

Луреисса сильнее сжала перила, всматриваясь в хмурое небо. Его с каждой минутой заволакивало все больше, образуя тяжелые, серые тучи, обещая обрушиться на море и виднеющейся вдалеке остров если не ливнем, то градом.

И она практически угадала, первая снежинка коснулась ее щеки, стоило лишь кораблю причалить в порте Сулеима, бросив якорь.

Снег. Снег на жарком острове, окруженным защитным куполом!

Артефакты, которые она неизменно носила с собой, отозвались слабой дрожью. Они также почувствовали в атмосфере магию. Не могли не почувствовать.

Ведь то, что происходило сейчас над землей жаркого климата, случилось из-за нее. Луреиссы Фроуз.

Она привезла на этот остров отголосок Силы. Той, что не должно было быть.

Сходила на берег женщина торопливо, даже не пытаясь создать вокруг своей фигуры защитного контура. Вдруг остаточный след древнего кургана остался на ее «игрушках», и вступит в связь с этим снегом явно магического происхождения?

Не стоит рисковать.

Но то, что над островом, на котором никогда за всю историю его существования не шли белоснежные хлопья, говорило об одном: ее путешествие в Риштих и использование перстня Высшего демона возле старинной арки с высеченной на ней мертвым языком символами, дало побочный результат.

Кажется, Луреисса собственными руками приблизила пророчество о конце света.

***

Старые Боги покинули Ингиак несколько тысячелетий назад, им на смену пришел Гисхильдис. Единый Бог…

До сегодняшнего дня сохранилось несколько теорий смены власти на небосводе.

Вероятно, Старые Боги, которые властвовали над Ингиаком многие тысячелетия, уступили место приемнику, переключив внимание на другие, неизведанные для нашего взора миры. Все же постоянно, ежеминутно и ежесекундно отвечать на молитвы верующих, поддерживать порядок на огромных территориях, да отзываться на призывы при бедствиях – тяжелая работа. Пусть Боги не имеют слабостей как простые смертные, но даже им могут быть знакомы человеческие привычки. Может статься, что они решили взять перерыв в многовековой работе? И выбрали себе замену, молодого и подающего большие надежды Гисхильдиса, взращивая его и направляя на путь истинный. Разумеется, становление Единого Бога не могло проходить моментально, ему нужны были мудрые наставники, которые подсказали бы на первых порах, что и как следует делать. Поэтому Семеро, каждый из них, будь то Бог войны или Бог быта, мог посодействовать в воспитании и «вылеплении» из Гисхильдиса истинного продолжателя их профессии.

Отсюда имеем две главенствующие ветви предположений. Во-первых: теория перемещения Старых Богов в другие миры, их покидание Ингиака вследствие невидимых смертным причин.

Во-вторых, причиной ухода Семерки из Ингиака может статься желание Богов привести другой мир в подобие порядка, который они смогли сотворить в Ингиаке. Ведь смысл существования того или иного Бога – процветание заведенных ими порядка на той или иной территоррии. Ингиак в этом плане работал, как отлаженный организм. Как пример можем взять часы – отрегулированные, смазанные, с замененными шестеренками и не нуждающиеся в подкрутке какое-то время. Возможно, именно высчитав необходимое для невмешательства в судьбу «часов» время, Семеро решили потесниться, предоставив новичку возможность испробовать свои силы. Зная при этом, что машина продолжит работать и без них.

Самым страшным аспектом Древнейшей истории была находка свитков, коих насчитывалось единицы, хоть те и были собраны со всего Ингиака. В них была описана легенда о возвращении Семерых… и ни одного слова о судьбе нынешнего Единого Бога.

Те, кто умеют расшифровывать подобные летописи, настаивают, что возвращение Старых Богов не за горами.

А что для нас будет означать приход Старых Богов?.. Гисхильдис станет восьмым?.. Или… разразится война?

Лина проснулась с трелью Кристалла, оповещающего о начале нового дня.

Сон, который мало был похож на сон, запомнился каждым словом и каждой тревожной мыслью, въедаясь в ее существо.

Старые Боги. Пророчество. И магическая вспышка небывалой силы этой ночью.

Не могут ли они быть связаны?..

Глава вторая

Персиваль впервые пошел на уловку, попросил Кириона отдать сегодняшнюю лекцию ему.

– Но ты же практик! Разве теория подходит твоему характеру? – полноватый мужчина почесал затылок.

– На этой неделе ребята должны будут вновь встретиться с крилами. Я хочу лишний раз убедиться в том, что они готовы. И понимают, что их ждет в случае провала. Все же разрушенный купол на стадионе – не лучшее начало практики.

Турнэ махнул рукой.

– Хорошо, я тебе уступаю. Только у первого курса?

– Да, все-таки сразу две адептки Управления выбрали себе хищников, которых и бравые ребята не в силах вытянуть.

– Студентки Гимрила и Дестеэль?

– Медведь и две неуправляемые пантеры. Согласись, Кирион, их выбор несколько отличается от того, к чему ты привык.

Мужчина крякнул, согласно кивая.

– Отдаю их на твои поруки. И могу лишь пожелать удачи. Все же я уже не в том возрасте, когда поспеваю за молодежью и их темпераментом.

Персиваль улыбнулся.

– Рано ты себя записываешь в старики, Мастер Турнэ! Однако советом воспользуюсь. С этими дамами удача явно не помешает.

Так Айнелиас получил лишние пару часов в аудитории, где на него взирали первокурсники. Он рассчитывал, что Лина будет вступать в беседы и дискуссии, однако она сидела тихо, как мышка. Старательно отводя взгляд, как только он смотрел в ее сторону.

С каждой пройденной (чуть ли не зря) минутой, Персиваль начинал злиться, однако никак не показывал это внешне.

Почему эта упрямица игнорирует его?!

Сама же передала чудо-зелье, сварила его согласно рецепту, добавила последний ингредиент из собственной крови… и теперь даже не встречается с ним взглядом!

– Адептка Дестеэль, адептка Гимрила, задержитесь.

Персиваль закрыл за последним адептом дверь, оставшись с подругами наедине.

Так Лине будет комфортнее. Она будет ощущать себя в безопасности, когда еще одна девушка будет участвовать в беседе.

– Лина, Надин, я хотел бы обсудить с вами некоторые моменты по воспитанию выбранных вами крилов.

Ведьмочка начала мять академическую форму, она явно переживала. Все же ректор запретил ей вновь подходить к Жюлю, значит, Персиваль вправе назначить ей нового питомца.

– Так как прошлый инцидент показал, что Вы, адептка Гимрила, способны… удивлять, я склонен предложить Вам одного из хищников, обитающих в лесах. Например, волка. Понимаю, что волки в разы меньше выбранного медведя, но все же проворны и достаточно сильны, чтобы свести на нет разницу в могуществе. Мне кажется, это идеальный вариант при невозможности вернуться к обузданию бурого.

– Правда? – Надин выглядела потрясенной. – Вы разрешите мне попытать удачу с хищником? Я думала, после Жюля…

– Да, ректор Марафад был склонен настоять на менее опасном криле, однако я, как и Мастер Турнэ, заверили геуна, что в Ваших силах заставить слушаться кого-то серьезнее зайцев.

– Ректор хотел предложить Надин тренировать кроликов?! – Лина распахнула глаза, впервые заглядывая демону в глаза.

Персиваль мысленно возликовал.

Да, девочка, показывай свое негодование. Хоть так вернешься к привычной язвительности, от которой кровь кипела сильнее.

– Да. У него были подобные мысли.

– Я согласна на волка, – быстро, будто за пару минут Персиваль может передумать, заверила Надин.

– Хорошо. В таком случае, на этой неделе нас с Вами ждет плодотворная работа. Вновь выход на арену и знакомство один на один. Лина… Адептка Дестеэль, прошу Вас присутствовать на тренировках адептки Гимрилы.

– Как скажите, профессор Айнелиас.

– Что же касается пантер… Как Вы себя чувствуете? Я хотел бы сегодня после занятий отправиться к ним.

– Я пришла в себя после травмы. Но думаю, что не окончательно.

Мужчина нахмурился.

– Хотите отодвинуть момент закрепления результата с кошками?

– Нет. Я этого не говорила. Я буду готова к назначенному времени.

Отлично. Вот тогда и побеседуем.

***

Лина была удивлена, когда, стоило ей пересечь порог аудитории, к ней кинулись сразу трое: два эльфа и человеческая девушка. Как оказалось позже, Рен, Илай и Надин. Ее друзья. Которых она не помнила. Что и поспешила сообщить.

– Мда. Видать последствия тренировки у Яра, – Рен почесал почти бритый затылок. – Но память должна восстановиться.

– Давай мы тебя введем в курс дела, – предложил Илай, и тут же начал методично описывать, что происходило за первые девять месяцев обучения.

– Значит, Персиваль Айнелиас – мой персональный тренер?

Илай приподнял бровь.

– Единственный вопрос, который у тебя возник после длительного пересказа?

– Я видела его… – хотелось сказать «прошлой ночью», но девушка прикусила язык. – Одним из первых, когда пришла в себя. Его, Коула и мадам Суарсу.

– Коул тебя относил на руках, геуна Суарса лечила, а Персиваль… что было нужно ему?

– Справлялся о моем самочувствии. И сказал, что нужно возвращаться к пантерам.

– Изверг, – Надин поежилась. И в этот момент вошел тот самый «изверг», оповестив, что сегодня заменяет Турнэ.

Так как ребята в красках рассказали про то, что совершили на стадионе, реакция Лины на предложение ректором травоядных в качестве дипломной работы для подруги показалась ей рациональной. Как может этот ректор разбрасываться талантами? Ведь в ведьмочке заключена Сила, если она смогла совладать с большим медведем!

По мере того, как друзья рассказывали ей события прошлого, картинки ложились на подкорку, словно она действительно вспоминала все то, о чем ей поведали. Вот только… был огромный провал в том, что касалось Персиваля.

Ни одной тренировки под его началом. Ни одного разговора. Ничего. Демоница не помнила ничего, что бы связывало ее с преподавателем. Который изъявил желание посоревноваться с Коулом в праве ухаживать за первокурсницей.

Не фарс ли?

Где это видано, чтобы профессор бегал за студенткой?!

Впрочем, этим вечером им предстоит вновь остаться наедине. И выяснить некоторые моменты.

Лина не была глупа, и даже потеря памяти не стала причиной падения ее мыслительных процессов. Поход к ангарам с животными – лишь предлог. Благовидный повод оказаться с ней вновь один на один. Вновь заговорить. Не так, как он мог при свидетелях. А ведь ночная встреча – случайность, не более. Не стоит рассчитывать на ее повторение.

Но что сама Лина думает о том, что говорил этот сероглазый мужчина?

Он и она?..

Если отбросить в сторону понимание факта, что теперь Персиваль Айнелиас для нее такой же незнакомец, как и Коул, который заявляет, что является ее парнем, то, пожалуй, можно поставить их в один ряд. И сравнить. А для этого сначала узнать и о том, и о другом получше.

Словно услышав ее желания, небеса подослали феникса к дверям корпуса, когда их группа выходила на улицу.

– Лина!

***

Коул переживал, что что-то может пойти не так, следил за киоссой все время ее реабилитации, старался держаться поблизости. И все же упустил момент, когда ее окружили вездесущие однокурсники, начавшие рассказывать о том, что было. И ведь она не стала скрывать от них факта, что ничего не помнит! Выдала все, как на духу!

Не глупая ли?! А если они оказались бы на самом деле врагами? И в свои слова вложили бы злой умысел, приукрашивая действительность?..

Так, как сделал это он. И собирался укрепить позицию, поджидая светловолосую девушку после занятий.

– Лина!

Слава Гисхильдису, она была одна. Смогла отвязаться от приставучей человеческой рини, да и эльфы, видимо, убежали на очередную тренировку, все же Яр взялся за их курс в полную силу, после того как лучшая ученица попала к старушке Уиллет.

– Коул? Привет! Извини, я спешу.

– Спешишь? Мне казалось, ваши пары закончились.

– Да. Но мне нужно… я иду к крилам. Время, которое я провела в целительском крыле, необходимо восполнять.

– Я провожу.

Лина кивнула, медленно последовав за ним.

– Как прошел первый учебный день?..

– Знаешь, удивительно легко. Оказывается, я не так сильно стукнулась головой, как думала. Знания никуда не делись. Стоит только подумать о чем-то, как необходимая информация всплывает в памяти.

Коул напрягся.

– То есть, ты все вспомнила?

– Нет. К сожалению, память оказалась избирательной. Все, что касается образовательного процесса, я помню. Все, что когда-либо читала или делала собственными руками. Руны, заклинания, артефакты, настойки и порошки. Магию я помню, но не помню, при каких обстоятельствах и когда применяла эти познания. Да и для чего. – Девушка слабо улыбнулась. – Получается, что я стерла все ненужное, оставив лишь голые знания. Словно стала ходячим справочником. Вот сейчас, например, я точно знаю, каким образом нужно подходить к хищным кошкам, чтобы те не разорвали меня на мелкие кусочки. А благодаря рассказам ребят, смогла вспомнить нашу милую пробежку по стадиону. Если не ошибаюсь, с одной из пантер проблем быть не должно. Возможно, она немного обижена на меня, что я давно не приходила, но скоро оттает. А вот вторая…

– Может, тебе не стоит рисковать? Все же травма…

– Не переживай обо мне, Коул, – Лина коснулась его руки. – Я понимаю, что тебе не по себе после всего произошедшего, но ты сам знал, какую девушку выбирал. Я не оступлюсь от того, чего пожелала!

Коул стиснул зубы.

О да, он действительно знал, кого выбирал! Благо было время изучить как следует ту, что кроется под личиной обычной студентки.

– Возможно ты забыла, но у меня также есть крил. Орел. Я могу что-то подсказать, как управиться с животными, – он сказал это, уже придерживая дверь в ангар, и совсем не ожидал, что получит ответ не от Лины.

– Не стоит, адепт Эйарад. Геуна Дестеэль в надежных руках, – от клетки с кошками в их сторону смотрел Персиваль.

Разумеется! Не могла же она одна отправиться к хищницам на съедение! Нужно было присутствие этого вездесущего раба!

Коул сузил глаза, уговаривая себя не отвечать ему колкостью в присутствии «своей девушки». Не хватало еще подтолкнуть демоницу на мысль, что общество Айнелиаса ей импонирует больше, нежели его!

– Благодарю, что доставили Лину в целости и сохранности, а теперь, будьте любезны, – наглый раб кивнул на дверь!

Он! Этот гнусный демон, возомнившей себя лордом!

Коул был уверен, что демонический слух уловит, как он скрипнул зубами, заглатывая рвущееся наружу оскорбление.

– Не буду вам мешать. – Феникс, прежде чем уйти, потянул Лину на себя, шепнув ей в ухо так, чтобы Персиваль услышал. – Заканчивай быстрее, я буду ждать тебя, малыш.

И уже выходя из животного отсека, феникс улыбался.

Он сумел испортить настроение этому брюнету! Всю тренировку он будет только и думать о том, что же ожидает его подопечную после их общения с животными! Куда ему, само собой, вход будет закрыт.

Вот так, Персиваль, один ноль в пользу Коула. Счет открыт.

Глава третья

Персиваль оставался внешне невозмутимым, в который раз вознося старой службе слова благодарности.

Почему-то он, мужчина, который повидал на своем веку более, чем достаточно, был искушен в таких делах, что и не снились молодежи, встает в «стойку», стоит лишь кому-то оказаться вблизи Лины. Эта девчонка смогла пробить защиту, установленную на его разуме. И сердце.

Вот только Коул, этот клоун с королевским самомнением и желанием утереть ему нос слишком уж явно, действовал на нервы.

Персиваль понял бы еще Илая, да того же Рена, если бы те хотели приударить за красивой однокурсницей, все же демоница привлекала своей перчинкой и харизмой, да и со сверстниками (по крайней мере, этими двумя мужскими особями) ей было комфортно, однако наследник Эйарада?

Коул ей не пара!

И речь ведь даже шла не об его высоком статусе при дворе, тут скорее, правда на стороне феникса, нежели рода Айнелиас, просто… Коул – мальчишка! Зеленый юнец, совершенно ничего не смыслящий в женщинах!

О, разумеется, Персиваль наслышан о подвигах местной знаменитости, и знает, сколько дам прошли через постель красноволосого боевика, но речь-то идет не о постельных утехах! А умении поддержать разговор, понять психологию собеседницы, суметь выслушать ее и помочь советом. Увлечь и отвлечь от бед, встать на защиту, отстаивать ее достоинство. Быть готовым умереть за нее, в конце концов!

Мужчину определяет ответственность. А Коул еще не стал этим мужчиной. Ему нужны были лишь забавы, да услада тела. Не более. Для него Лина – игрушка… тем более, если он сумел разглядеть в ней истинную сущность.

Персиваль думал об этом.

О том, почему Коул последние несколько месяцев постоянно крутится вокруг Дестеэль. И открыто противостоит ему.

Логика и интуиция подсказали лишь один вариант – Эйарад узнал, что перед ним Миллинарса. Поэтому и появились наглые попытки взять ее в оборот.

В этой теории был недочет. Решение самой Лины.

Девушка упорно доказывала ему, начиная с ранения на экзамене Яра, что они с Коулом – пара. Причем отстаивала отношения, в которых третьему не было места. Но до этого поощряла ласку самого Перси, да и зелье… тот факт, что она принесла бутылочки с собой, означали ее желание открыться перед ним. Сбросить маску.

Разве может быть что-то серьезнее, чем разоблачение? Это круче признания в любви. Быть посвященным в тайну. И знать, что она доверилась ему. Только ему.

Однако этот Коул…

И что он там говорил про планы после тренировки? Что они собрались делать?

В любом случае, Персиваль не позволит произойти тому, чего сама Лина не захочет. И слегка подправит планы фениксу, измотав демоницу до той степени, чтобы единственной мыслью девушки был отдых и сон. В компании подушки и одеяла. Без каких-либо посторонних.

Нет, если она позовет его самого, Персиваль, разумеется, согласится. Чтобы охранять сон прилежной ученицы. Только и всего.

Ну да. Только и всего.

Как будто она позовет.

Впрочем… не сейчас, так позже. Он не отступится.

– Добрый вечер, профессор Айнелиас.

– Доброй вечер… Лина. Я могу тебя попросить об одолжении?

– Да?..

– Зови меня по имени.

Да, он осознал, что ее «Выканье» было защитной реакцией. Наказанием за что-то. Но хватит. Следует вернуться к тому, где они остановились. И начать хотя бы с малого.

Миллинарса медлила, после чего все же кивнула.

– Хорошо, Персиваль. Думаю, это логично… – она не добавила «после всего, что между нами было», вместо этого закончила фразу по-другому, – во время работы с животными стоит отбросить пиетет.

Персиваль вздохнул.

Ладно. Пусть. Хотя бы так.

– Ты знаешь, как их зовут? – мужчина схватился за решетку, за которой кошки потянули носом, стоило лишь Лине подойти ближе.

– Нет.

– Та, что справа – Атаро, ее имя значит «загадка». Слева – Эш, «жизнь».

– Жизнь?..

Перси усмехнулся.

– Значит, с загадкой вопросов нет?

Лина сложила руки на груди, вскидывая бровь.

О! Противостояние характеров? Ему удалось колкостью растормошить ее?

– Атаро послушная девочка, но к ней нужно уметь подобрать ключ. Отсюда и «загадка», верно, Персиваль?

Умная демоница.

– Да, ты права. Удивлен, что ты можешь отличать их.

А ведь действительно, сейчас кошки вели себя одинаково. Эш не пряталась, да и не рычала, а также, как и сестра, подошла поближе к двуногим, чтобы поприветствовать.

Лина дернула плечом, взявшись за замок, здесь нужно было начертить пару отворяющих рун.

– Не так быстро, – Персиваль перехватил ее ладонь. – Пантеры давно не видели тебя, дай им время. Эш назвали жизнью, потому что она также переменчива и непредсказуема, как наша судьба. Если сейчас она выглядит безмятежной, то в следующий момент попытается перегрызть тебе горло.

Она не стала освобождать кисть, однако изогнула губы в ухмылке.

– Но ведь для этого здесь Вы, Персиваль. Неужели не спасете неразумную студентку от нападок крилов?

И ведь эта негодница уже произносила эту фразу! Правда в прошлый раз намекала, что он обязан помочь ей в том, чтобы убедить кошек принять ее в качестве партнера и хозяйки.

Айнелиас отпустил ее руку, но не отступил, готовый в любой момент создать щит перед девушкой, взяв удар на себя.

Чудо-зелье он пока решил не принимать, оставив его для особого случая. Да и грозился Дестеэль выпить ее «стряпню» перед ней, чтобы она следила за тем, как он принимает возможный яд. Сейчас же пока не пришло время, чтобы она всецело оценила его ход. Не когда мысли заняты фениксом.

Клетка распахнулась, и пантеры ринулись на волю.

***

Она будто предчувствовала, что нужно делать. Словно знания, которые до этого мешались, исчезли вовремя. Ее сознание, не затуманенное лишними проблемами, открыть перед умными кошками оказалось делом простым. И самым верным.

Пантеры, грациозно покинув клетку, остановились перед Линой, всматриваясь в ее глаза. Их хвосты стали беспокойно бить по полу, почувствовав магию. И тут же обнажили клыки, издав грудное рычание.

Персиваль двинулся было вперед, но девушка подняла руку, останавливая его порыв.

– Не нужно.

Ей пришлось сбросить все ментальные щиты, которые были. И предстать перед кошками такой, какой ее сотворила природа. Вот только… что-то мешало.

Жжение в груди и ушах.

Лина поднесла руку к отдающим теплом вещицам, поняв, что украшения, которые она носила, не снимая, несли в себе серьезную магическую вязь. Это были артефакты. Причем заговоренные сильнейшими заклятиями. Высшая магия. Против которой идти в данный момент не хотелось.

Кошки, почувствовав ее нерешительность, припали к полу, намереваясь прыгать.

Вот тут Айнелиас не стал ждать, пока Лина соберется с мыслями, и просто оттеснил студентку, загораживая ее своей грудью.

Эш прыгнула первой, наваливаясь на преподавателя и вставая передними лапами ему на плечи.

Персиваль уперся ногами в пол, помогая себе созданными невидимыми потоками.

– Непослушная киса! Эш, ну как же ты приветствуешь свою хозяйку! Негодница!

Аторо в этот момент обогнула сестру, рыкнув на Персиваля, да отправилась к попятившейся Лине.

Животные, которые были в этот момент в ангаре, заволновались. А Персиваль выкинул ладонь назад, запирая дверь.

И это был знак.

Лина, больше не сомневаясь, схватилась за серебряный амулет на шее, направляя на него слабый поток магии. Который должен был опутать медальон в подобие кокона, создать иллюзию, позволить кошкам прочувствовать, что кроется за этой вещицей.

И Аторо замерла. А Эш, продолжая рычать на Персиваля, спрыгнула на пол, потеряв к Айнелиасу всякий интерес.

Животные в своих клетках замолкли, боясь пошевелиться.

А сам Персиваль повернулся к студентке, не веря собственным ощущениям.

То, что она только что сотворила, не было снятием заговора. Нет, Лина всего лишь хотела показать пантерам, что доверяет им. И поэтому готова приоткрыть завесу, под которой крылась ее душа. Ее истинная магия. Пусть зачем-то скрытая сильнейшим артефактом, срывать с шеи который сейчас было бы не разумно. Сперва нужно понять, зачем она его носила столько времени. А для этого вспомнить, откуда дорогое украшение. Кто подарил ей его? Кто причастен к магии, что была заключена внутри серебра?

Ее маленького трюка хватило, чтобы пантеры, понукаемые ее подбадривающими словами, послушно вошли в портал, ведущий на уже известный стадион, где кошки время от времени разгоняли кровь и охотились.

Портал, что построил Персиваль, собираясь перенести их тренировку в защищенную область, и не мешать другим крилам.

Когда вслед за Аторо в серебристую дымку арки шагнула Эш, Лина улыбнулась Персивалю. Да вот только тот хмурился.

– Не делай так больше, – он подошел к ней, разрубая ладонью наведенную иллюзию. – Если не хочешь, чтобы твою магию почувствовали другие. – Его рука проследовала выше, до сережек-капелек, однако он так и не притронулся к ним.

И отступил на шаг.

– Крилы ждут.

***

Она играла с ним?

Ведь не просто так именно сейчас позволила увидеть собственную мощь. Отголосок, который учуяли кошки, но его хватило бы любому магу, чтобы понять, что кроется за вуалью.

Лина приоткрыла перед ним дверь, которую держала запертой весь учебный год.

Ведь ее маскарад, весь этот образ блондинки вместо знойной брюнетки, которую он помнил с дворцовых балов, был закреплен именно этим артефактом, покоящимся на ее груди. Тем самым, что заинтересовал его еще давно. Тем, что Лина так и не позволила снять с себя.

Именно в нем заключалась разгадка, почему Силы Высшей демоницы оказались вдруг сокрыты. А изумруды в ушах наверняка помогают поддерживать морок чужой личины, ведь даже в бессознательном состоянии Дестеэль оставалась геуной, не было даже проблеска истинного лица.

Умно.

Украшения, которые она носила с собой, не были простыми украшениями.

Впрочем, чего еще ожидать от киоссы?

Персиваль шагнул вслед за ней на траву стадиона, закрывая портал. Этим вечером ему придется долго восстанавливаться, слишком много магических пассов, слишком велик расход Энергии. Но ради нее он готов идти на жертвы. Ради нее он готов на многое. Разве плохое самочувствие – плата за возможность увидеть, как девушка будет приручать животных? В ней есть любовь к четвероногим, это чувствуется. И кошки ощущают это. Они знают, что она их не боится. И пытаются прощупать. Найти слабое место. Вот только пока не догадываются, что таких слабых мест у Высших демонов нет.

Лина показала им, что сильнее. И, тем не менее, согласилась играть по правилам пантер. Сестры должны оценить этот шаг. Не могут не оценить.

Персиваль с удовольствием смотрел, как девушка несмело, делая первые шаги, гладила хищниц. Они ей позволили дотронуться до себя.

Легко, проводя ладонью по черной лоснящейся шерсти, Лина что-то тихонько говорила кошкам, и те вели ушами, улавливая ее речь и пытаясь понять.

Подсознательно они уже приняли ее, Аторо точно, а вот Эш еще насторожена. Однако будут показывать характер и коготки.

Он стоял чуть поодаль, позволяя девушке самостоятельно использовать те знания, что давал он и Кирион на теоретических занятиях. Смотрел, как Дестеэль начинает играть с кошками, предлагая вновь размяться и посоревноваться в скорости. В этот раз пантеры решили усложнить ей работу, запрыгивая на деревья и с интересом следили, как их маневр будет повторять «человечка».

Разумеется, они пока не перешли к самой дрессировке, нет, девушка с кошками в этот день решили дать друг другу привыкнуть к запахам, движениям и голосу будущего партнера по битвам. А ведь им предстоят совместные бои. Прохождение полосы препятствий. И этой троице придется действовать слаженно, как одному организму.

Очень сложная задача, непосильная для большинства. Но Лине придется справится с этим.

Если уж она вызвала снег, то с сестричками найдет общий язык.

Кстати, о снеге.

В Академии шли разговоры о его магической природе, многие почувствовали, что в атмосфере было разлито нечто неестественное, вызванное кем-то. Однако никто, слава Гисхильдису, не связывал появление природного явления над Сулеимом с киосами.

Хотя Персиваль мог поспорить, что после этой прогулки адептку Дестеэль вызовут к ректору на ковер. Для разговора по душам, так сказать. Уж Марафад захочет выяснить, что это были за проделки, устранять которую, к счастью, не пришлось. Снег прошел довольно быстро, к утру о его появлении говорили разве что лужи. Так что большинство студентов и не ведало, что творилось глубокой ночью.

Это и должно спасти ее от жесткого выговора.

Персиваль растянул губы в улыбке.

А ведь вызов к ректору может стать отличным поводом помахать перед Коулом ручкой! Мол, извини, дорогой, но не сегодня.

Хоть бы он не ошибся в Марафаде! Этот мужчина был достаточно смекалист, и уж обязан был быть посвященным в секрет адептки, которой легко далась сессия. Сложить два плюс два у него не составит труда.

Да, геун станет спасательным кругом. На этот вечер.

Про то, что Лина могла согласиться провести с фениксом ночь, думать не хотелось.

Да и не может она так легкомысленно относится к своему телу.

И невинности.

В том, что принцесса еще не познала мужские ласки в полной мере, Персиваль почему-то был уверен. И не собирался узнавать, что сладкий плод сорвал какой-то пернатый.

А сам?.. Готов ли был на подобное?

Айнелиас пробежался по стройной фигуре плотоядным взглядом, остановив внимание на всех привлекательных выпуклостях.

О да, девочка давно созрела для плотских утех.

Вот только была одна проблема. Ее корона. И родители.

Все же стоит помнить историю ее мамы, она пошла под венец, имея под сердцем плод любви. Двойняшек, одна из которых теперь мелькает перед глазами и всячески соблазняет одним своим видом, острым язычком и прагматичным умом. Если бы не Истинная связь с будущим отцом, наглеца, посмевшего переступить грани дозволенного, ждала бы суровая кара от короля Аминса.

Им с Линой не может повезти также, как Араи с Ноалом. Значит, отвечать за совращение наследной киоссы придется по полной.

Перед тем же Ноалом. И Римондом. И Альмороном. Не говоря уже о женской линии королевской крови. И ведь все ополчатся против него.

Подумать только: вздумал дотронуться до их девочки!

А ведь, если смотреть правде в глаза, действительно хотел.

Он хотел оказаться с Миллинарсой в постели. Но не раньше того момента, как девушка сама была бы готова к этому шагу.

И он смог бы держать ответ перед всей коронованной родней любимой девочки. Отстаивал бы свое.

Но пока… нужно попытаться вернуть их отношениям беззаботность. И пантеры ему в этом помогут. Кровожадные хищницы, способные со свирепым рычанием прыгнуть на неприятеля, станут ключом к сердцу зеленоглазки.

Как только девочкам надоело бегать, Персиваль решил подойти к ним и предложить помощь.

Силы на портал, из которого выпрыгнули несколько овечек вполне остались.

Кошки погнались за добычей, а Лина, вытирая со лба пот, проводила их погоню сияющим взглядом.

– Они великолепны.

«Как ты».

Но демон не сказал этого вслух, вместо этого решил поддержать беседу.

– Знаешь, а ведь ты первая, кто рискнул сунуть руку между прутьев. Причем при первой же встречи с ними.

Лина оторвалась от созерцания питомцев, посмотрев на него с заинтересованностью. И будто не веря тому, что он только что сказал.

Не помнит этого момента?

Однако ее вопрос удивил не меньше.

– А как же Вы?

Персиваль улыбнулся.

– Попытался, признаюсь. Но тут же вынужден был отдернуть конечность, если не хотел так быстро ее лишиться. Видишь ли, все вначале пытаются погладить пантер палками. Через решетки. Приучая к получению мимолетной ласки. Постепенно кошки должны привыкать к тому, кто проделывает данные процедуры, самостоятельно подходить к прутьям и требовать почесать спинки и уши. Таков обычай дрессировки диких животных. Все делать на расстоянии, но позволять зверям видеть и чувствовать тебя.

Лина пожала плечами.

– Я не знала этого. И действовала скорее интуитивно.

– У тебя отлично получается ладить с ними.

– Они подпустили меня к себе. Что дальше?

– Нужно заслужить доверие крилов. Вам придется научиться работать в команде и преодолевать препятствия. Например, вместе запрыгивать на дерево, как вы только что делали. Только по команде. Чтобы ты дала эту команду, и пантеры подчинились. Не наоборот.

Лина смущенно улыбнулась и кивнула.

– Я поняла. Пока я даю им слишком много свободы, и они не воспринимают меня всерьез?

Умница.

– На текущем этапе пантеры считают тебя интересным зверьком, с которым можно поиграть. Возможно, равным им по силе. Но зверьком, а не хозяином.

– Как это исправить?

– Поможет время. И твое терпение в совокупности с выдержкой. К тому же, – он подмигнул. – Девочки должны привыкнуть к твоей магии.

Лина прищурилась.

– А когда мне придется использовать ее рядом с ними?

– Послезавтра.

– Так скоро?!

– Не вижу повода тянуть. Благодаря твоему выступлению с артефактом, – он мазнул взглядом по кулону, что вновь спрятался под блузой, – пантеры готовы будут вновь поучаствовать в чем-то подобном. Нам нужно лишь закрепить результат. Начнем с малого, плетение магических нитей, создание щитов и узлов. Сначала тренировка, после практика с крилами. Встречаемся как обычно перед парами.

– Как обычно?

Персиваль нахмурился.

– Лина… мы ведь договаривались. Тренировки трижды в неделю до занятий. Перерыв был из-за болезни. Но теперь ты достаточно окрепла и пришла в себя, чтобы действовать. Я не вижу поводов отступать от намеченной цели. Или ты передумала?

– Нет. Я хочу заниматься с этими кошками.

А где же «и с Вами, Персиваль»?..

– Думаю, на сегодня хватит занятий. Сможешь создать портал прямиком в ангар?

Лина кивнула.

Глава четвертая

Персиваль скрыл торжество в глазах, когда к ним с Линой подбежал один из работников Академии, передавая послание адептке Дестеэль от ректора с повелением подойти к нему для беседы. И ведь Коул уже распахнул свои объятья, желая увести девушку с собой!

Так тебе, птица-переросток! Охлади голову. Еще не оперился, чтобы соперничать со взрослым демоном.

Айнелиас вызвался проводить странную процессию до административного корпуса, хмыкнув, когда посланец Марафада ускорил шаг, не желая встревать в разговоры между куратором и «его подопечными». Умный паренек.

И ведь Коул ничего не мог сказать против присутствия самого Перси, все же общежитие преподавателей было в той же стороне, где и управленческие постройки. Как удобно!

– Коул, скажите, Вы разговаривали с Яром о занятиях с Линой?

– Простите?

– Ввиду новых вводных, я предполагаю, что Ваши совместные тренировки более не будут столь же действенны, как раньше. Все же при отношении к сопернику нужно исключать привязанности, а у вас с адепткой Дестеэль голова забита любовью.

Лина споткнулась на ровном месте, пораженно глядя на Персиваля, однако не стала ничего говорить. Ждала ответа от феникса.

Собственно, Персиваль так и думал. Она хочет услышать, что же этот клоун будет лепетать по поводу «них».

– Я не думаю, что этот вопрос уместен. – Эйарад выглядел уязвленным. – Тем более, наши отношения с Линой Вас точно не должны касаться.

Попал!

Да, парень, ты сам себе роешь могилу.

Персиваль спрятал улыбку. Все же играть с аристократами – ни с чем не сравнимое удовольствие. Они не всегда продумывают ответы, когда хотят избежать неприятного разговора. Или быть уличенным перед кем-то. Как сейчас Коул не хотел поднимать важную тему в присутствии Лины. Ведь знал, что Персиваль может задавить авторитетом. И неудобными вопросами.

И ведь сам виноват! Решил «раскрыть» их тайну. Специально указал на связь. И теперь не мог просто так отмахнуться от слов преподавателя.

– А вот тут Вы ошибаетесь, – Персиваль помедлил, смакуя момент. – С недавних пор личная жизнь адептки Дестеэль стала для меня весьма интересна.

Лина снова споткнулась, но тут же выровняла походку, стараясь не таращиться на него столь явно.

Да, подразнить девочку приятно. Пусть ее сердечко волнуется.

– Что Вы имеете в виду?! – Коул явно срывался.

Нехорошо, ой как не хорошо не уметь держать себя в руках. А ведь это главное правило в высшем свете – маска никогда не должна слетать с твоего лица, голос не может дрожать и подводить в ответственный момент. А тут все и сразу.

Неуд, Эйарад!

– Осмелюсь напомнить Вам, что я являюсь наставником Лины в вопросе дрессировки пантер. С того самого дня, как Лина выбрала крилами двух хищных кошек, я взял на себя ответственность по доведению процесса обучения и формированию команды из животных и нелюдя до логического завершения. И я намерен выполнить возложенную на меня миссию, сотворив из адептки Дестеэль отличную хозяйку для пантер. Так что тренировки, будь то боевка, магические пасы или общение с животными, которые Лина должна выполнять по утвержденной программе, входят в мои прямые компетенции. И ваши с ней разминки на мечах теперь не могу воспринимать всерьез. Ввиду своей молодости, Вы, геун Эйарад, не сможете контролировать эмоции к девушке, к которой испытываете привязанность. Значит, закономерно будете щадить ее в боях. А это повлечет за собой слабость Лины. Воин не должен иметь слабых мест.

Коул остановился, вперившись в Персиваля гневным взглядом.

– А что Вы, Персиваль? Почему же тогда сами не откажитесь от тренировок с Линой? Раз уж чувства являются такой проблемой?

По губам демона скользнула едва заметная ухмылка.

Вот ты и попался, маленький мальчик. Капкан захлопнулся.

Персиваль не стал ему отвечать, лишь повернул голову в сторону покрасневшей Лины, не знающей, куда деть себя. И вот ей сказал.

– Я мужчина, а не юнец. И способен отличать необходимость от желаний. – Он все же повернулся к фениксу. – И уж не обязан отчитываться перед… адептами. – Коул ведь должен был уловить в последнем слове «мальчишку»? – Можете не утруждать себя, я поговорю с Яром, чтобы он пересмотрел график тренировок.

***

Как он может говорить такое?!

Лина чувствовала, что не только щеки, но и уши начинают гореть со стыда. Да и внутри тела словно разлили горячее молоко.

Получается, Персиваль практически прямым текстом сообщил ее молодому человеку, что имеет на нее виды? Да и не намерен отходить в сторону, а, напротив, хочет пододвинуть Коула?

Какое смущающее положение!

Лина прикусила губу, мельком посмотрев на возобновивших путь.

Профессор Айнелиас в этом разговоре держался достойно, очень достойно, каждый его вопрос и ответ был подкреплен логическими заключениями, имел под собой вес. А Коул? Он ведь не стал его уверять в том, что справится с задачей, которой легла на его плечи (раз уж выяснилось, что они вместе ранее сражались для укрепления ее боевого духа).

Персиваль намекнул, что Коул – совсем маленький и несмышленый мальчик по сравнению с ним.

И ведь не поспоришь. Если сравнивать адепта и преподавателя, опыт и знания всегда будут на стороне последнего.

Зрелый мужчина и юноша. Оба готовы оказывать ей знаки внимания.

И если с Эйарадом отношения в глазах окружающих могут показаться закономерными, все же молодости свойственны спонтанные вспышки, то любовь с кем-то из преподавательского состава?

Запретный плод.

В ее глазах блеснул азарт.

Кажется, Лина начала вспоминать, что никогда не страшилась запретного. И с удовольствием шла на преступление принятых обществом правил.

Персиваль ей кидал вызов?

Что же. Она принимает его. Очень интересно узнать, каким образом он захочет «отбить» ее у Коула. И каким же образом Коул станет удерживать.

Кажется, этот год завершается очень забавно.

Вот только что понадобилось ректору от нее?

Оставив «соперников» за спиной, Лина прошла в приемную господина Марафада, содрогаясь от предположений.

– О, госпожа Лина! Проходите, проходите. Хотите чаю?

– Н-нет, спасибо.

– Ну что ж, тогда сразу перейдем к делу. – Мужчина казался чем-то сбитым с толку. – Вчерашнее погодное явление… снег над всей территорией острова… Скажите на милость, что это было? Вернее, зачем?

Лина нахмурилась.

– Профессор Айнелиас также предположил, что снег связан со мной. Однако это не так.

– Персиваль… знает?.. О Вас?

Студентка переступила с ноги на ногу.

– О чем Вы?

– Гхм. О Вашем статусе. И Мороке.

Рука сама потянулась к серьгам.

А ведь Персиваль говорил что-то такое. Что не стоит ей показывать всем ее истинное лицо.

– Полагаю, знает.

Марафад выдохнул.

– Что же. Вероятно, вы встречались еще в Аминсе. Ведь Персиваль прибыл с континента, имея за спиной отличный послужной список. Я не буду спрашивать, каким образом ему стала известна правда, меня это не касается. Однако поинтересуюсь у Вас, Миллинарса, Вы до сих пор хотите поддерживать легенду?

Аминс? Миллинарса?..

В голове перещелкнуло, а отдельно стоящие слова начали складываться в невероятную картинку.

Сильный артефакт, способность управлять дикими животными, столица и имя, что кажется слишком знакомым. Родным.

Слова ректора про Морок и беспокойство по поводу инкогнито у того, кто мог знать ее раньше, до встречи на острове.

– Да. Я по-прежнему хочу сохранять секрет моего происхождения. – Произнесла, прежде чем осознала смысл сказанного, а Марафад кивнул, принимая ее решение.

– И все же, относительно снега… Вы утверждаете, что не причастны к его появлению? Может, тогда Ваша сестра? Или родители?..

Сестра? У нее есть сестра?!

– Я не связывалась с ними.

Пульс участился, а голова вдруг стала чугунной. Мигрень налетела внезапно.

Поморщившись, Лина потерла виски.

– Вам нехорошо? – ректор даже привстал со своего места.

– Вероятно, я устала.

– Ах, да. Конечно-конечно, Вы ведь только пришли в себя после случая на поле. Прошу прощения, что вызвал в столь поздний час. Более не держу, отправляйтесь в комнату и отдыхайте.

Стоило оказаться в покоях, которые во время обучения принадлежали ей одной, Лина поспешила к поблескивающим красными гранями кристаллу.

Пробелы в памяти не должны были быть такими серьезными! Почему посторонние люди говорят о том, что у нее, оказывается, есть сестра? Об имени, которое почему-то кажется ее настоящим? Да и о родителях, образ которых также не встает перед глазами?

Крепко сжимая Кристалл Связи в руках, Лина сосредоточилась, пытаясь отыскать нити, опутывающие артефакт, в желании узреть те, которыми пользовалась чаще всего.

И нашла. Три импульса, фонящие знакомой магией.

Послав мысленный сигнал к одному из Узлов на переплетении магической решетки, Лина принялась ждать. Меньше, чем через минуту, тишину комнаты разорвал женский голос.

– Миллинарса? Девочка моя, неужели ты?

Внутри все оборвалось, голова закружилась, и Кристалл выпал из рук.

Этот голос сопровождал ее всю жизнь. И сейчас, стоило лишь услышать знакомый тембр, что-то в ее сознании надломилось, будто треснула прозрачная стена, вместе с тем утаскивая Лину в темноту.

Девушка потеряла сознание, не в силах сражаться с болью, окольцевавшей ее голову.

– Лина? Лина?! Ответь мне! Дочка?!

***

– Ноал! – киосса Араи вихрем ворвалась в рабочий кабинет мужа.

Брюнет оторвался от документа, поднимая на супругу удивленный взгляд. Она всегда старается держать себя достойно, но сейчас в голосе чувствовалась паника.

– Что случилось?

– Лина! С ней что-то произошло!

Ноал вскочил с места, подлетая к рыжеволосой демонице и беря ее лицо в ладони.

– Милая, почему ты так думаешь? Расскажи мне все по-порядку. Спокойно.

– Лина только что пыталась связаться со мной по Кристаллу. Я… я слышала шум. Как будто что-то упало. Она не произнесла и слова, но я уверена, что это была она, наша дочь! Ноал, мне нужно попасть на Сулеим!

Мужчина окаменел, его скулы заострились, а в глазах появился туман.

– Лина… не может быть в опасности. На территории Академии стоит защита. И ее ментальные щиты… Наша кровь не даст случиться непоправимому.

Араи вырвалась из его рук, на ходу начав строить портал. Арка уже почти образовалась, когда Ноал схватил жену за запястья, не позволяя завершить заклинание.

– Ты понимаешь, что разрушишь своим вторжением на закрытые земли купол, окружающий Сулеим? Весь остров окажется беззащитен.

Ноал не обманывался в возможностях любимой. Благодаря благословению Гисхильдиса той были ведомы такие Силы и лазейки в магическом фоне, что даже сильнейшее защитное поле, скрывающее остров от несанкционированных проникновений, не станет для киоссы препятствием. Особенно когда она так возбуждена и взбудоражена.

Но они не дети, чтобы совершать необдуманные поступки. За все нужно платить, все действия просчитывать.

– Постой. Ведь Персиваль на острове, в Академии? Давай свяжемся с ним, он должен помочь Лине, если та попала в беду.

– Но Персиваля не ставили в известность о личности Лины!

– Он заменял брата, виртуозно изображая Тень. Думаю, с его талантами спектакль дочери давно раскрыт.

Ноал вернулся к столу, доставая из ящика собственный Кристалл Связи.

– Кристафор!

– Киос?.. – голос старшего брата четы Айнелиас был хрипловат, возможно, он уже спал, вернувшись из очередного задания, однако тут же ответил. – Чем могу служить?

– Срочно скинь координаты Кристалла Связи Персиваля!

Крис не стал вдаваться в подробности, моментально выполнив запрашиваемое. Исполнять приказы вошло у него в привычку.

Только подцепив нужную нить, Ноал разорвал связь с Крисом, тут же начав настраиваться на младшего брата.

– Ну же!.. Отвечай, Персиваль!

Несколько томительно долгих минут, пара попыток восстановить связь… и все же Кристалл отозвался.

– Слушаю?..

– Лорд Персиваль, это киос Ноал. Вы находитесь в Аэгрин?

– Киос?!.. Да.

– Моя дочь рядом с Вами?

– Миллинарса в это время должна быть в своей комнате в общежитии… – в тембре послышалось беспокойство. – Мне проверить?..

– Да. Немедленно. И тут же сообщить мне.

Кристалл потух, Айнелиас сам отключился первым, наверняка ринувшись проверять, все ли в порядке с принцессой.

Ноал сжал артефакт в руке, обернувшись к жене.

– С ней все в порядке. Должно быть. Не может быть беды. Она сильная девочка.

***

Ноал?! С ним связался король Ионтона?!

Но что он говорил?! Лина?.. В беде?

Он практически перестал ощущать реальность, выбегая из собственной комнаты, даже забыв накинуть на обнаженное тело рубаху. Легкие спальные брюки, отсутствие обуви, и бешеный стук сердца в ушах.

В общежития нельзя было переместиться порталом, лишь пройти через дверь. Лишнее время! Он тратит драгоценные минуты!

Персиваль бежал так быстро, будто за ним гнались умертвия. Ветер свистел в ушах, а деревья смывались в одну сплошную линию.

Вот ее корпус. Вход, лестница, ее дверь.

Персиваль сильно ударил по деревянной поверхности, да, не рассчитав силы, сорвал ту с петель.

Но стало не до сожалений, когда в комнате прямо на полу заметил ее. Лина была без сознания, раскинувшись на ковре возле оброненного Кристалла Связи.

– Лина!

Перси подбежал к девушке, падая рядом с ней на колени.

– Гисхильдис, Лина!

Он провел руками над ее телом, на магическом уровне исследуя тело на возможные внутренние повреждения, поскольку внешних не заметил.

Но… все было в порядке.

Никаких кровоизлияний, гематом, переломов. Ничего.

Разве что усиленный пульс и давление в области головы. Собрав капли, которые оставались у него из магического резерва, Персиваль послал слабый импульс к ее вискам, прикасаясь тут же пальцами к нежной коже.

– Давай, милая, просыпайся. Не пугай меня так.

Когда магия перестала поступать из него к ней, ресницы девушки дрогнули.

Стон облегчения вырвался из его груди одновременно с тем, как она открыла глаза.

– П-персиваль?.. – ее взгляд сфокусировался на его торсе, лишенном одежды. – Ч-что… ты делаешь?..

Глава пятая

Интересно, не каждая ли девушка мечтала оказаться в объятьях красивого мужчины с атлетически сложенным телом? Взирать на тренированные мышцы, ощущать их под своими ладонями…

Только вряд ли в этой фантазии присутствует момент лежания на полу после внезапного обморока. Да и наличие сорванной с петель двери, что сейчас премиленько расположилась недалеко от замершей в странной позе пары.

– Я… Как… как ты себя чувствуешь?

Лина попыталась сесть, в чем Персиваль ей помог, если можно было так назвать.

Он просто подхватил ее на руки, перенося на постель! Куда и приземлился сразу же, всматриваясь в ее лицо обеспокоенным взглядом.

Вот, теперь все правильно.

Полуголый мужчина и ничего не понимающая девушка. На перине. В ее покоях.

Лина не знала, что ею двигало, но она указала на освободившейся проход.

– Дверь.

Айнелиас нахмурился, оборачиваясь к устроенному разгрому.

– Прости, я не рассчитал силу.

– Дверь… закрой ее. Не хочу, чтобы кто-то вышел в коридор и увидел… нас.

Персивалю повторять не пришлось, он поднял деревяшку, прислонив ее по возможности также, как была, на место. И тут же вернулся обратно, усаживаясь на край постели.

– Лина, что произошло?

– Я… кажется, я потеряла сознание.

Кристалл Связи, что она обронила на пол, начал пульсировать, неярко сияя.

Персиваль вновь поднялся, чтобы взять артефакт и передать владелице.

– Это твои родители?

Просканировав вызов, Лина кивнула и ответила.

– Лина! Лина, это ты?

– Я.

– Слава Гисхильдису! Почему ты не отвечала? – женский голос звенел от напряжения.

– Лина, я отправил к тебе Персиваля Айнелиаса, – раздался второй, приятный мужской баритон.

– Он тут.

– Киос Ноал, Ваша дочь в порядке. Она… неудачно упала. На какой-то момент потеряла сознание. Вероятно, из-за переутомления после недавнего инцидента на экзамене.

– Инцидента?..

Персиваль поднял брови, пытаясь спросить у нее, может ли рассказать, Лина просто кивнула.

– Неделю назад первый курс сдавал экзамен по боевке, в ходе которого киосса Миллинарса получила травму. Но все позади. Наши лекари поставили ее на ноги.

– Лина… – голос матери не обещал ничего хорошего. – Почему ты не сообщила об этом?

– Я не думала, что это так важно.

– Ты наша дочь! Все, что связано с тобой, напрямую касается нас!

– В этом вопросе я солидарен с мамой. Ты должна была оповестить нас.

Киос. Киосса. Ведь теперь эти титулы не звучали бессмысленно.

Она вспомнила.

Себя, свое имя, причину пребывания в Академии. Но не сам процесс обучения. Будто все, что случилось на острове, по-прежнему оставалось покрыто непроглядной пеленой.

И Персиваль… она помнила его по дворцовой жизни. По их танцам. Мимолетным разговорам. Улыбкам. И воспоминаниям.

Она вспомнила о чувствах, что испытывала к этому демону. И что испытывает до сих пор.

И никак не понимала, почему мужчина, которого она любит, оказался в столь откровенном виде в ее спальне, ворвавшись и сметая все на своем пути (хотя дверь как раз жалко не было).

Его речь… он называл ее киоссой. Знал, что под Мороком кроется принцесса.

Знал… и хотел бороться с Коулом за нее?

Стоп.

Персиваль Айнелиас увидел в Лине Дестеэль Миллинарсу Эллонскую?! И посреди ночи прибежал к ней, отчитываясь перед родителями о ее самочувствии?!

– Пап, мам, все в порядке, как и сказал лорд Персиваль. Я очень устала. Мы можем поговорить обо всем завтра? Обещаю открыть канал связи… – она помедлила. – То есть сперва восстановить его. Спасибо, что стерла мои настройки, мам.

– Я беспокоилась о тебе, заноза!

Миллинарса едва заметно улыбнулась.

– Я тоже вас люблю. Все, вы удостоверились, что я жива здорова, даже потревожили из-за минутной слабости моего преподавателя.

– Геун Персиваль, благодарю за оказанную услугу, – тут же отозвался Ноал, но что Персиваль лишь отмахнулся.

– Не стоит благодарности. Я рад, что с принцессой все в порядке.

– Жду от тебя весточку завтра с утра! – это мама, пока не прервала связь, умудрилась вставить наставление, прежде чем Лина отложила Кристалл на покрывало.

Наступила тишина.

Они сидели в темноте. Вдвоем в ее спальне. На кровати.

И смотрели друг на друга.

– Персиваль…

– Я не уйду. Не сейчас. Пока не удостоверюсь, что приступ не повторится, я не пересеку порог этой комнаты.

Он думал, что она хочет прогнать его?

Благоразумнее было поступить именно так, но… Миллинарса не могла указать на выход. Не хотела этого.

– Я не прошу этого.

– Ты испугала меня. Как только увидел тебя, лежащей на полу… я не знал, что мне делать.

Лина заправила светлую прядь за ухо, отводя взгляд.

– Спасибо.

И вновь повисла неловкая пауза.

– Давно ты понял?..

Он не стал переспрашивать и уточнять, о чем она.

– Мне казалось, что мы встречались раньше. Еще тогда, когда ты ринулась защищать Кирина перед Смерчем. И после… каждая наша встреча рождала во мне сомнения. Твои глаза казались знакомыми. Они так похожи на глаза киоссы Араи, что иногда мне мерещилось, будто она сама творит чудеса на Сулеиме. Однако я понимал, что ты – не она. Но уверился окончательно лишь после того, как ты создала зелье.

– Зелье?..

– Я не принял его. Обещал ведь выпить перед твоими глазами, – он усмехнулся. – Правда тогда надеялся выставить это показательным наказанием. Теперь же… спасибо тебе, Лина. Ты подарила мне шанс вернуть прежнюю жизнь. – Он ненароком дотронулся до золотого браслета, опоясывающего запястье.

Верно, рабская метка…

Прежняя жизнь… Зелье… Наказание…

Воспоминания возвращались вспышками. Мимолетными, маленькими фрагментами, которые едва успевали усвоиться воспаленным мозгом. Однако что-то Лина смогла выцепить.

Их разговор. И… поцелуй.

Поддавшись инстинктам, Миллинарса подалась вперед, вновь желая слиться с этим мужчиной в поцелуе.

Слишком много потрясений на нее свалилось. Слишком много лжи было за последний год. И слишком много запретов. В которых он – главное табу.

Персиваль ответил, не медля ни секунды.

Поцеловал, притягивая ее к себе еще ближе. Словно сам хотел за этой лаской скрыться от всего, что они пережили. И чего сознательно лишали себя.

***

Гисхильдис, он, вероятно, спит! И видит прекрасный, соблазнительный сон.

Ведь как иначе объяснить то, что сейчас под его ладонями плавится желанное тело, с яростной готовностью отвечая на ласки?

Миллинарса поцеловала его. Сама.

А с его стороны отказываться от решительного действия девушки, из-за которой он готов был бежать, сломя голову практически в чем мать родила посреди зимы, было бы действительно глупо.

Ее губы поддались на искушение, впустив язык, чтобы он властвовал, изучал и дарил наслаждение, запоминая каждую секунду, каждое мгновение, что Небеса позволили испить ему этой удивительной ночью.

Персиваль понимал, что Лина нырнула в нежность спонтанно, возможно, хотела таким образом отблагодарить его за внимание… и все же был рад хотя бы стать временным утешением.

Главное, не заходить слишком далеко.

Вот с последним пунктом начались проблемы, как только киосса потянула его за собой, ложась на кровать. Персивалю пришлось поставить руки по обе стороны от ее головы, чтобы не давить на принцессу своим весом. Чтобы не прикасаться к ней слишком интимно.

Хотя куда уж больше?

Она сводила его с ума.

Не хотелось останавливаться, напротив, с каждым новым поцелуем, с каждым судорожным вдохом, желание овладеть девушкой накатывало с неимоверной силой.

Она была такой… горячей, податливой, обворожительной и сексуальной, что хотелось плюнуть на все. Забыть о том, кем она является. Откусить запретный плод. Познать счастье.

Однако он не мог.

Айнелиас прервал поцелуй, не спеша, однако, отстраняться.

– Нет, – голос не слушался, предательски хрипел. – Я не могу воспользоваться моментом твоей слабости.

– Но… я хочу…

Персиваль нежно коснулся ее губ, после принимая все-таки сидячее положение.

– Ты только что теряла сознание. Еще до конца не оправилась. Не хочу потом винить себя… Твое желание продиктовано случайностью. Стечением обстоятельств. Просто я оказался рядом. Слишком удачно. – Он опустил голову, зарываясь пальцами в волосы. – Ты даже не представляешь, как бы мне хотелось, чтобы я ошибался.

Она молчала.

Потому что понимала, что он прав.

Киосса рискнула на эксперимент, но вовремя остановилась.

Ей пришлось остановиться. Ведь иначе…

Персиваль выпрямился.

– Можешь не переживать, то, что произошло сейчас, никак не повлияет на наше общение. – Он попытался улыбнуться, но вышло из рук вон плохо. – Конечно, я по-прежнему буду настроен решительно, и не уступлю Коулу… – улыбка увяла. – И, кажется, каждый день буду говорить себе, какой же я идиот, что упустил шанс.

А вот на это заявление ее губы едва заметно дрогнули.

О, значит ей весело от осознания, что он будет убиваться?

Перси вздохнул, прикрывая глаза.

– Поможешь с дверью? Боюсь, я перестарался с магией. Резерв пуст.

Лина рассеянно кивнула, послав к выходу нужный импульс.

***

Добираться до собственной комнаты Персивалю пришлось примерно с той же скоростью. Уж очень не хотелось отвечать на возможные вопросы, почему он в холодное время года разгуливает в одних спальных брюках на голое тело.

Хотя он представил примерный диалог. Например, если бы его в дверях общежития поджидал Коул.

– П-Персиваль? – и голос бы у пернатого так тоненько бы сорвался.

А сам Айнелиас, принял бы невозмутимый вид, прошествовал бы мимо.

– Адепт Эйарад, в данный час Вы должны находиться в собственной постели. Комендантский час никто не отменял.

– Н-но… что Вы здесь делаете?! И почему в таком виде?!

– Скажем, я вышел на пробежку? Преподавательскому составу не обязательно сверять часы, чтобы прогуляться на свежем воздухе.

– Но Вы голый!

– Я в брюках.

– На дворе зима!

– Закаляться – полезно. И Вы так и не ответили на мой вопрос, что Вы забыли на улице в такой час?

– Гулял?

– Прогуляйтесь в сторону своих покоев, Коул. Пока я не доложил ректору о Вашем желании нарушать правила нахождения адептов вне выделенных комнат в ночное время.

– Вы были у Лины?

– У Вас со слухом проблемы? Коул, я вправе доложить о Вашей выходке. В то время как мне ничего не будет.

Персиваль улыбнулся, представив, как феникс скрипнул зубами и развернулся, чтобы убраться восвояси ни с чем.

Благо в реальности он все же не встретил наследника острова. И смог добраться до своей комнаты, вздохнув с облегчением. Магии на создание Полога Невидимости ведь не осталось, а лишний раз рисковать разоблачением отношений с принцессой, которые даже не начались, не стоило.

Вот только спокойно поспать ему так и не дали.

Кристалл Связи сиял, показывая демону еще с порога, что с ним кто-то настойчиво хочет связаться.

– Перси!

– Крис?..

– Ты жив?! – голос старшего брата был тревожным.

– А с чего это мне помирать? Вроде не на задании…

– Жив! – послышался вздох облегчения. – Слава Гисхильдису!

Начиная понимать, почему его более удачливая копия, унаследовавшая титул отца, переполошился, Персиваль хмыкнул.

– Или ты думал, киос хочет открутить мне голову собственноручно?

– А есть повод? – и вновь напряженность.

Айнелиас разлегся на кровати, уже улыбаясь во весь рот.

– Да, думаю, есть.

– Перси! Пожалуйста, скажи, что ты меня подначиваешь! И только!

Персиваль засмеялся в голос.

– Разумеется, я издеваюсь над тобой, старший брат. Но и гнев Высших демонов способен вызвать. Чего только стоит моя добровольно-принудительная ссылка на Сулеим!

Кристафор помедлил, вероятно, пытаясь взять себя в руки, чтобы не нагрубить.

– Персиваль. Скажи. Мне. На милость. Что. Там. У вас. Творится.

Ого, этак его задело!

Неужели киос Ноал позволил старшенькому прочувствовать ответственность момента? Не иначе. Все же король души не чает в своих детках. И может идти по головам, не размениваясь на сантименты.

– Киосса Миллинарса учится на первом курсе факультета Управления магическим разумом. Она выбрала в качестве крила, которого предстоит приручить – двух пантер. И я вызвался быть ее куратором.

Крис как-то простонал.

– Наследница Аминса. И ты. Пожалуйста, скажи, что то, что я уже успел вообразить, не правда.

– Какой ты сегодня вежливый. Одни «пожалуйста», да просьбы. – Персиваль уже не скрываясь подшучивал.

– Перси! Ты ведь понимаешь всю серьезность последствий?.. Если ты все же настолько сумасшедший, чтобы…

– Настолько.

Одно слово, но оно вызвало очередное звенящее молчание. Тишину можно было разве что не резать.

– А она?.. Отвечает взаимностью?..

– Думаю, да. Но пока рано утверждать с уверенностью.

– Спасибо, что не стал уходить от ответа.

Персиваль огладил кристалл.

– Не переживай. Все остается в рамках… Пока что.

Кристафор вздохнул.

– Если киос Ноал захочет первым убить меня, чтобы добраться до тебя, знай, что моя смерть и мучительные пытки на твоей совести!

Персиваль усмехнулся.

– Да-да, и твоя душа не упокоится, и придет за мной, чтобы повторно отправить за Грань.

– И прежде как следует помучить!

– Договорились.

Они снова немного помолчали.

– Так что хотели короли?

– Они не могли связаться с дочкой. И попросили меня напомнить, что существует Кристалл.

– Ты снова шутишь, да?

– Не могу удержаться. Такая возможность!

– Знаешь, а таким ты мне нравишься намного больше. Чем когда отгораживался от меня. Правда при каждой встрече умудрялся уколоть побольнее. Это останется по-прежнему?

– Всенепременно.

– Ну хоть что-то в этом мире неизменно.

– Я еще не стал дядей?

– Нет. – Кристафор помедлил. – Но через пару месяцев…

Персиваль замер.

Его бывшая невеста беременна. И скоро станет матерью. Родит ребенка его брату.

Что он чувствует?.. Почему сердце уже не сжимается от боли? Почему же это известие принесло… освобождение?

Лина.

Она не только оставила кровотечение его души, но и собрала по осколкам то, что оставалось от главной мышцы. Эта девочка вновь показала ему, что можно жить. И любить.

– Я рад. За тебя. За вас. Действительно рад.

– Надеюсь, к моменту родов ты сможешь вернуться в Аминс. Или… говоришь, пока первый курс?

– Да, вероятно, я здесь застряну еще на три года. Но это не отменяет визитов в столицу. Тем более если ты говорил, что вскоре вопрос о моем пребывании на острове помогут разрешить демоны.

– Вот знаешь, теперь я как-то не уверен, что они так просто освободят тебя. Раз уж всплыли такие подробности.

О, Кристафор, наконец, расслабился! Раз уж перетянул одеяло шутника.

– Думаю, мы найдем выход.

– Береги себя.

– А ты следи за Илотилас.

Кристафор фыркнул и отключился.

Глава шестая

Миллианарса то и дело отвлекалась от одевания, поднося подушечки пальцев к губам, и улыбалась.

Персиваль Айнелиас… кто бы мог подумать, что он ответит взаимностью! И останется джентльменом даже тогда, когда ее помыслы были совсем далеки от святых?

Кажется, она влюбляется в него еще сильнее!

Вот только что делать с Коулом? Почему все твердят, что они с наследником Эйарада – пара?

Как же не удобно, что она забыла учебный год. Впрочем, может, мама подскажет?.. Ей-то всяко виднее.

Над настройками Кристалла пришлось повозиться, Лина прищелкнула языком, когда с десятой попытки связи все же смогли образовать ровные канатики, а не напоминали беспорядочных медуз.

– Мам!

– Лина! Солнышко моя! Девочка моя! Как ты?!

– Это я хочу спросить у тебя, как ты могла так варварски прорвать все связующие нити на моем Кристалле? Он, между прочим, был заговорен еще в городе! Даже Гиса принимала участие в налаживании контактов.

– Я переживала о тебе, – появилась нотка обиды. – Но, вижу, зря. Если можешь язвить и обвинять родную мать, тебе точно стало лучше.

– Мамуля, не злись! Просто… мне до сих пор стыдно, что ты посреди ночи заставила лорда Айнелиаса врываться ко мне.

– Кхм. Ну, вообще-то не я, а папа… Я-то хотела перенестись к тебе порталом.

– Но на острове стоит защита от внешний перемещений!

– С этим я как-нибудь справилась бы.

– Сломав многовековую стену?! – Лина покачала головой. – Как хорошо, что в момент принятия решения рядом с тобой был папа.

Киосса хмыкнула.

– И все же. Персиваль – наш подданный, он обязан повиноваться приказам своих королей.

– Но не за территорией континента! Мам, ты пойми, Перси сейчас вообще существует на птичьих правах, у него на руке рабский браслет. Между прочим, благодаря балу в Амродане. Вот уж спасибо, что не отправила меня учиться в Бефанорскую Академию, а то, если бы всплыла правда, я бы там камень на камне не оставила! – протараторила признание, и резко замолкла. – Ой. Я уже сказала слишком много, да?

– Ну как тебе сказать. Первый звоночек появился, когда ты назвала его просто по имени, да и уменьшительном. Перси. Второй – слепой намек, что кто-то из нашей семьи может быть виноват в его незавидной участи. Туда же можно отнести третий вывод – твое желание освободить геуна, вновь вернув полномочия лорда. Ну и, наконец, само заступничество… Милая, как давно ты влюблена в лорда Айнелиаса?

Уши Лины начали гореть.

Причем сильно, как будто их кто-то натер красным перцем. И хорошенько так, не отлынивая.

И ведь маме не расскажешь миф о том, что все это ерунда. Только не ей. Эта Огненноволосая Посланница Гисхильдиса чувствует ложь. Особенно своего ближайшего окружения (возможно, именно из-за этого за последние двадцать лет, что они с папой жили при дворе и принимали непосредственное участие в управлении двумя государствами, наружу не всплыл ни один кровавый разбой, конфликт или скандал. Киосса Араи устраняла всех тихо. Без лишнего шума. Делала так, чтобы ее родственников ничего не тревожило).

Миллинарса вздохнула.

– Еще с шестнадцати лет.

Мама помолчала.

– Ты уже взрослая девочка, Лина. И я не могу говорить тебе, что делать, а чего не стоит. У тебя своя голова на плечах, да и не часто ты прислушивалась к нашим советам. И все же хочу мягко напомнить: ты еще молода. Неопытна. А он прошел долгий жизненный путь, полный таких кошмаров, которые тебе и не снились. Представь себе самые страшные тренировки с Фредоном, папой и Рилом. Представила? Добавь туда невозможность вовремя выпить восстанавливающее зелье или противоядие. Ограниченное время, скудные ресурсы для выполнения задания, и, в случае, разоблачения, угроза смерти. Персиваль практически всю жизнь провел в таких условиях. Когда его старший брат ушел на покой, ему пришлось занять его место в Тайной разведке. А там, как ты можешь догадываться, процент смертности возрастает в геометрической прогрессии. Тем не менее, ему каждый раз удавалось успешно завершить возложенную на него миссию, возвращаясь к бомонду и продолжая играть роль великосветского нелюдя. Ты сказала, что приметила его, когда тебе было всего лишь шестнадцать… В то время Перси бывал лишь на официальных балах, уже включаясь в большую игру. Я не говорю о том, что его ответы и реакции были ненастоящими, нет. Просто когда ты отдыхала, он подмечал каждый чужой жест, каждый взгляд, анализировал пути отхода и возможности спасти… королевскую семью. В случаях, когда во дворце появлялось слишком много народу, некоторым подручным Танасори было дано поручение следить за безопасностью принцесс. За твоей безопасностью, Лина. И за безопасностью Элгиссиоры. Я могу ошибаться, но должна тебе открыть глаза: возможно, ты восприняла интерес со стороны Персиваля превратно. Он должен был находиться рядом с тобой, оберегать… Лина?… Ты слушаешь меня?

– Да. – губы побледнели. – Спасибо за честность, мам. Передай папе, что я в порядке. Я… пойду, у меня скоро занятия начинаются…

– Солнышко, прости, что мне пришлось это сказать. Но ты знаешь, что я вас с Гисой люблю больше всех на свете. И больше всего не хочу видеть, как вы страдаете. Взвесь все «за» и «против», присмотрись к нему повнимательней.

– Мам. Еще вопрос… – Лина вздохнула полной грудью, прежде чем произнести то, что может перечеркнуть ее будущее с очаровательным сероглазым брюнетом. – Когда вы отправляли меня на Сулеим, вы знали, что Персиваль будет здесь?

– Да.

Значит, они надеялись, что он по-прежнему будет за ней следить. Рано или поздно вычислит, что под Мороком кроется киосса, и продолжит работу.

Так и вышло.

Миллинарса отложила Кристалл на комод, бездумно уставившись в стену.

Вот так. Значит, он защищал ее. Все это время. И внимание проявлял лишь чтобы оказаться как можно ближе. Поэтому и остановил прошлой ночью, не мог перейти границы дозволенного, все же «охраняемый объект» слишком ценен, и не стоит переводить его в статус «очередной любовницы».

Слез не было.

Удивительно, но Лина не проронила ни единой соленой капли. Напротив, появившаяся собранность помогла в кратчайшие сроки покинуть комнату и направиться к корпусу Артефакторики. Сегодня она пропустит занятие с Айнелиасом. Просто не может так скоро посмотреть ему в глаза.

К тому же им с Илаем, Реном и Надин нужно обсудить получившийся благодаря стараниям старшекурсника артефакт. Практика у вулкана не за горами. Если, конечно, профессор Фроуз решит вернуться на остров.

***

– Что будем обсуждать сегодня? – Рен неумело подавил зевок.

– Полагаю, еще раз пройдемся по артефакту, который у нас получился благодаря господину Рихарду Родсону, – Илай подмигнул. – Все же стоит отдать должное пареньку, он нас выучил. В то время как остальные…

Остаток фразы так и застрял у него в горле, поскольку в аудиторию, захлопывая за собой дверь, вошла Луреисса Фроуз.

Разговоры, которые еще можно было услышать с разных сторон, тут же притихли, как только все поняли, что сейчас произошло. Их Колючка вернулась.

– Приветствую первый курс во втором полугодии. Вижу, сессия отсеяла достаточную часть вашей немалой братии. Практика, которая вынужденна сместилась на месяц, должна лишить вас еще половины. – Цепкий взор прошелся по каждому адепту, остановившись на «любимчиках». – Староста! Доложить положение дел!

Илай споро подскочил, закладывая руки за спиной и расправляя плечи.

– Во время Вашего отсутствия нашему потоку были даны рекомендации в части подготовки к практической части Артефакторики. В списке значилось перечисление магических артефактов, способных помочь на экзаменационном выступлении.

– Как давно вы получили данный список?

– Сразу же, как только преподавательский состав понял… Как только стало понятно, что дальнейшее обучение первого курса будет проходить в формате самообучения.

– Отлично. Значит, у вас было предостаточно времени, чтобы продемонстрировать полученные умения, агрегировав их в создание занятных вещиц. – Луреисса уселась за стол. – Кто первым решит выйти и рассказать про выбранный артефакт?

Ребята начали молчаливо переглядываться. У всех в глазах была написана паника. Большинство ведь не стали слушать доводы разума, и отдыхали, в то время как пара-тройка ребят решилась на эксперимент.

С задних рядов робко поднялась рука.

– Слушаю, адепт Бьерг.

Оборотень из Ледяных Острот прошествовал к доске, начав писать на той несколько формул.

– Из предложенного преподавательским составом списка я предположил, что самым интересным инструментом может стать Уменьшитель.

В груди Лины что-то кольнуло.

Уменьшитель. А ведь ей приходилось его самостоятельно мастерить… чтобы Рихард принял их команду под свое обучение!

Она вспомнила!

После разговора с мамой воспоминания врывались короткими вспышками, даря острую боль, отдающуюся в виски. Но это было ничто по сравнению с тем, что она все больше погружалась в жизнь Аэгрин. Не только с рассказов друзей. А сама. Она видела это своими глазами. И память услужливо подкладывала необходимые картинки.

Неужели родной голос способен был взломать какой-то ментальный барьер внутри нее? Тот, куда попали все воспоминания?

– Каким образом Вы собрались конструировать Уменьшитель?

– Необходимо отсчитать правильное количество алмазной крошки, пол унции, добавив его на стекло, предварительно выдув его из необработанного материала. Разумеется, соблюдая температурный режим, да не забывая по всему периметру конструкции наносить необходимые руны.

Луреисса кивнула и протянула вперед руку.

– Продемонстрируйте артефакт.

Оборотень растерялся.

– Но я не…

– Хотите сказать, что за несколько месяцев все, чего вы добились – это спонтанный выбор артефакта из списка, да расчетные показатели?

– Я не думал, что…

– Все понятно. Можете не продолжать. Проследуйте на свое место. – Фроуз поджала губы. – Кто еще выбрал Уменьшитель? – после того, как поднялось около четырех рук, Луреисса скривилась. – И, разумеется, никто не может мне сегодня его продемонстрировать?

Лина сосредоточенно изучала собственные ногти, не желая вступать с профессором в зрительную дуэль.

Незачем Фроуз знать, что Лина собственноручно справилась с командой задачей всего за неделю. Уменьшитель был билетом к проходу в ученики к Родсону.

Однако, чего она ожидала, если Луреисса питала особую любовь именно к их команде?

– Меня интересует, какой артефакт для самостоятельного изучения выбрали Вы. Адептка Дестеэль?

Лина поднялась, внутренне содрогаясь.

Что-то в этом преподавателе ей не нравилось. Но в этот раз память не хотела услужливо распахивать дверь, чтобы показать, что же именно в Луреиссе кроме ее стервозности и строгости действовало на нежную нервную психику студентов.

– Наша группа решила, что в список был включен лишний артефакт. Его расчетами мы и занималась в Ваше отсутствие.

– Могу я увидеть эти расчеты?

Лина взяла протянутые Реном листки, попутно пробегаясь по строчкам глазами, словно собиралась за доли секунд вызубрить их (и, что удивительно, эти знания удобно уместились в светленькой головке, и даже на ум пришла картина, как они вчетвером кряхтели, пытаясь разгадать кураторские наставления четверокурсника).

– Прошу.

Пока Фроуз просматривала записи, она таким же буднично-ледяным тоном поинтересовалась:

– Почему ваша команда решила, что данный инструмент попал в список случайно?

– Артефакт, позволяющий видеть скрытое – это единственный артефакт, который не должен был попасть в перечень первого курса. Слишком сложные схемы разработки, не представленные в научных трудах для нашего потока.

– И каким же образом вы пришли к данному выводу? – Луреисса что-то обвела на листе и пододвинула обратно демонице.

Лина чуть было не улыбнулась.

Этот номер проделывал с ними Рихард. Теперь она точно помнит! Еще ехидничал и качал головой, сетуя, какие же они безмозглые, что не могут самостоятельно справиться с углубленной программой Артефакторики. Все-то им нужно разжевывать!

Но, благодаря Родсону, они завершили необходимые для изготовления прототипа расчеты и даже выполнили пробный образец. Правда еще не было возможности опробовать его в действии. После экзамена у Яра ребята как-то подзабросили это дело, друзей больше интересовало здоровье Лины, а не выполнение задания профессора, исчезнувшего посреди учебного года.

– При создании артефактов подобной мощности можно пренебречь тестовым контуром. Тогда как защитный, напротив, удвоить. Это более логично, и помогает экономить время, концентрируясь на более важных вещах, – Миллинарса дословно повторила то, что некогда им втолковывал Рихард. Фроуз, если и поняла, что слова взяты не из неба, даже бровью не повела.

– Вы создали артефакт?

– Прототип. Но еще не протестировали его.

Повисла тяжелая пауза, в которой Фроуз, ехидно изогнув губы в улыбке, медленно стала обводить аудиторию взглядом. Словно говоря, «а почему Вы не сделали этого?».

– Я хочу увидеть прототип на следующем практическом занятии.

– Как скажите.

Лина села на место, а Луреисса в приказном тоне сказала достать листки и написать всем об артефактах, которые они выбрали. На какой стадии готовности изготовление. И какие проблемы у них возникли в случае невозможности демонстрации готового макета.

Этакая объяснительная с повинной.

Однако никто не посмел ослушаться. Ручки зашуршали по бумагам, а головы склонились к столам.

Глава седьмая

Персиваль ждал эту беглянку, посмевшую ослушаться его воли в первый же подвернувшийся случай!

Лина не пришла на утреннюю тренировку!

Хотя позже он заметил, как блондиночка проследовала в корпус, где должна была проходить пара по Артефакторике. С вернувшейся на остров Луреиссой Фроуз.

Женщиной, выкравшей перстень королевы Каларики, пробравшейся в Риштих для проведения неведомого ритуала, обманувшей целую армию ребят Фредона из Тайной разведки… и преспокойно переступившую порог аудитории, где ее встречала наследная принцесса Аминса.

Крис передал ему приказ киоса Ноала о необходимости проследить за Фроуз. Но и без подсказки брата эта дамочка вызывала слишком много вопросов.

Особенно сейчас в ней не нравилось то, что она, как и многие другие преподаватели, выделяла Лину. И могла наравне с другими на законных основаниях оставаться с ней на внеурочных занятиях.

Возможная преступница наедине с будущей королевой. Очаровательно.

Однако в этот раз пронесло, принцесса появилась со своими друзьями, переходя из одного корпуса в другой, исторический.

Значит, интересная дамочка оказалась в удобном положении, когда с ней можно переброситься парочкой слов.

Персиваль постучал по косяку двери, прежде чем войти в кабинет блондинки.

– Профессор Фроуз, позволите?..

– Мастер Айнелиас? – тонкая бровь прыгнула к зачесанным назад волосам.

– Я узнал, что Вы вернулись на остров, хотел одним из первых поприветствовать.

– Не стоило.

Язва. Холодная, отчужденная и колючая.

О, ему прекрасно известны женщины такого характера. По крайней мере с двумя он имел очень тесную связь. И последнюю хотел уберечь от сидящей напротив и сверкающей карими очами, словно змея, выискивающая в нем слабое место.

– Как прошел Ваш отпуск? Вы путешествовали до материка?

Луреисса прищурилась.

Ей точно не было известно, что он работает на Фредона. Но каким-то образом эта магичка сумела сопоставить нахождение перстня с мощнейшей энергетикой и местом, которое перешло под крыло Танасори, с ним. Не зря же так подобралась.

Нет, милая, с тобой нужно играть аккуратно, не в лоб. Ты хитрая, и можешь вновь улизнуть. Попытаться. Ведь теперь за тобой будет установлена слежка.

Не артефактами, смысла в камнях нет против той, что сама преподает высшую науку использования минералов. Придется по-старинке, глаза и уши.

– Заезжала проведать… дочь.

– О, у Вас есть дочка? Не знал.

– Я не распространяюсь о своей семье. Не люблю внимание, знаете ли.

– Странно. Такая женщина, и не любит повышенное внимание?

– Что вы имеете в виду?

И снова эта подозрительность. Никак не попытка нарваться на комплимент.

– Ваши работы, – Перси кивнул на стеллажи, что окружали их, плотно примыкая к стенам. – Не каждой молодой даме под силу взять под контроль сильную магию, заключенную в камне. Не говоря уже о металлах. Вы же, Луреисса, пошли дальше, сумели синтезировать оба материала, не теряя их полезных свойств, а, напротив, преумножая качества. В мире не так много талантливых Артефакторов, и вы точно относитесь к их числу. Поэтому мне неясна причина Вашего аскетизма.

Ну, и что теперь ответишь?

Все же по легенде некая Луреисса Фроуз устроилась на Сулеим ради подтверждения догадки и разработки патента на уникальный артефакт, способный поддерживать жизнь умирающего человека до месяца, пока к нему не поступит помощь. И она добилась своего, создала амулет, что въедался под кожу при остановке сердца, и заменял его работу, пока лекари решали вопрос с необходимым курсом лечения или же призывали некромантов для последующего воскрешения. Конечно, данные артефакты были безумно дорогими, но и полезными в вопросах дознания истины у тех же преступников. Те шли на какие угодно уловки, лишь бы уйти от правосудия. Или, напротив, целительские свойства изобретенного Фроуз амулета помогали молодым людям, оказавшимся в беде, вернуться к жизни, переосмыслив то, что они пережили. Подсказать, что не стоит рисковать понапрасну.

Подобные амулеты стали обязательным атрибутом в походах, разведывательных экспедициях, да и дарились младенцам в качестве оберега.

Самый популярный запрос у ювелиров. Примерно такой же популярный, как любовное зелье у травников.

Впрочем, Фроуз не останавливалась на одном лишь целительстве. Ее интересы распространялись в различные сферы. И одной из таковых была война.

Ее несчетное количество артефактов, созданных не только для поддержания магического заслона, щита, создания камуфляжа, но и для атаки, заставляли трепетать полководцев.

И, имея за своей спиной столь внушительный послужной список, она оставалась в тени изобретений, не желая распространяться о себе, своем окружении, семье и увлечениях. Лишь исчезала с острова, когда ей это было удобно, да возвращалась обратно.

– Господин Айнелиас, ответьте мне предельно честно: если бы собеседник до личного знакомства с Вами уже доподлинно знал весь список Ваших побед и поражений, было ли бы Вам интересно общаться с таким собеседником? Я не говорю о пространственных темах, возьмем, к примеру, Ваших обожаемых животных. Когда Вы только поступили в Аэгрин, по всей Академии тут же разошелся слух, как хорошо вы ладите с крилами. На Вас тут же был повешен ярлык мужчины, способного в случае опасности прийти на помощь, если таковая бы понадобилась, при нападении того или иного хищника.

Перси свел брови вместе.

Грязно играет, ох как грязно! Он уже понимал, к чему клонит Луреисса, но давал ей возможность продолжить мысль. В чем-то даже уважал ее способность подмечать детали и делать собственные выводы.

Впрочем, этот пункт еще больше приближал ее в разряд противников короны после случившегося.

Да и ее возвращение… не в тот ли день над островом пошел снег? Остаточная магия Арки, зацепившаяся за ее Энергетические потоки, могла войти в резонанс с Куполом вокруг Сулеима… Или же стать отражением явления чего-то более ужасающего из самого Риштиха, рикошетом пробившего тонкую материю Полога при взаимодействии двух древнейших магий.

Да, у него было время подумать об этом на досуге. Раз вариант с экспериментами Миллинарсы ушел в небытие.

– Если я не ошибаюсь, за те несколько лет, что Вы проработали подмастерьем Кириона Турнэ, насчиталось около тридцати случаев нападения животных на студентов… и парочка на преподавателей. Естественно, женщин. И в каждом инциденте выручать бедняг (я имею в виду, разумеется, Ваших любимых крилов), приходилось именно Вам. Не находите это закономерным?

Персиваль потер подбородок, всматриваясь в угловатое лицо человеческой женщины с излишне мудрено устроенным мозгом.

– Знаете, Луреисса, Вам бы быть демоном. Никак не человеком.

Она дернулась.

Едва заметно, но его глаз сумел распознать минимальное изменение траектории ее напряженно сидящего тела.

Интересно…

– Что же касается Вашего вопроса, да, разумеется, я видел закономерность. Но ничего не мог поделать с желающими опробовать новое мясо в деле. Кажется, в любом учебном заведении принято устраивать вступительные экзамены. Не только студентам. Так что те самые нападения я расценивал именно как очередной тест. Вовремя окажись на месте. Усмири крила. Окажи помощь. Постарайся сделать так, чтобы подобного не повторилось.

– С последним пунктом у Вас явно возникли проблемы.

– Не думаю. Не было ни одного повторного случая. Все «жертвы» проверки появлялись новые, ни одного аналогичного случая. Тем более, после года таких проверок, я, видимо, сдал экзамен, раз они прекратились. Разумеется, я не беру в расчет практические занятия под присмотром Кириона. Студенты могут совершать ошибки неосознанно.

Фроуз усмехнулась.

– Ваши доводы мне ясны. И логичны. Что же, думаю, какая-то часть меня когда-то хотела прославиться, однако другой было не до этого. Зачем тратить драгоценное время, которое я могу посвятить изучению нового материала, на повторяющиеся разговоры ни о чем?

– Скорее, разговоры шли бы о Вашей работе.

– Это только пустая болтовня. Я люблю действовать. Не говорить. И теперь, если позволите…

Персиваль склонил голову.

– Да, конечно. Извините, если отвлек от дел. С первым курсом ведь придется несладко. Практика не за горами.

– Да… – Фроуз снова поймала его взгляд, пытаясь понять, что именно он имел в виду. – Удача с этими ребятами мне не помешает.

***

– Лина!

Миллинарса остановилась посреди коридора, дожидаясь, пока Коул подойдет ближе.

– В последние недели у нас было мало шансов, чтобы провести время вместе. Я хотел бы это исправить.

Киосса призадумалась.

А ведь они с фениксом – «сладкая парочка». И по всем законам жанра каждый день должны разве что не за ручку ходить, да обжиматься в укромных уголках. Вместо этого она предпочитает общество загадочного мужчины со стальными звездами под пушистыми черными ресницами (и, Гисхильдис, твердокаменным прессом!), затаскивает его к себе в постель и лезет целоваться.

– Да. Думаю, это хорошая идея. Как на счет сегодня после тренировки? Мне нужно сопроводить Надин на ее первую встречу с новым крилом, и я свободна.

Красноволосый парень удивился.

– И что, Айнелиас даже не будет заставлять тебя остаться и также принять непосильное участие в тренировке?

– Даже если и так, адептам нужно отдыхать от учебы. А внерабочее время – наше право. Преподаватели не могут вмешиваться в него.

Лицо Эйарада вытянулось.

– Не могу не согласиться.

– Ну вот и чудно. Договорились. Придешь за мной к Ангарам? Думаю, Надин в первый же раз не выйдет на стадион с волком.

– Волк?! Персиваль предложил ей вместо медведя волка?!

– Она справится. Знаю, что справится. Я просто поддержу подругу морально. Так что мы освободимся быстро.

– Ну… хорошо. Да. Да, я приду к Ангарам. И мы пойдем на свидание. Разрешение ректора я организую.

– Знаешь, Коул… у меня сегодня нет настроения гулять по городу. Может, прогуляемся по лесу вокруг Академии? А послезавтра, к примеру, сможем вырваться на ужин к твоему отцу. Все же я задолжала знакомство с лордом острова.

Казалось, феникса хватит удар прямо на месте.

– Ты серьезно?

– Почему бы и нет? Я же обещала составить тебе компанию в замок на этой неделе. Или следующей. Не важно. Чем быстрее справимся, тем меньше я буду волноваться. Правильно?

– Правильно… – третьекурсника как подменили, он пребывал в прострации. Наверняка не думал, что все будет так просто. – Ну… тогда до вечера.

– До вечера, Коул! Буду ждать.

Проводив его взглядом, Миллинарса улыбнулась.

Вот и посмотрим, правдивы ли чувства Персиваля. Или то, что он предпринимает по отношению к ней – способ контролировать и оберегать принцессу.

Когда она первой вошла в ангар с животными, и демон увидел ее, по его лицу тут же расплылась улыбка, что чуть угасла, когда вслед за девушкой вошла ведьмочка.

– Лина, Надин, добрый вечер! Проходите.

– Добрый вечер, Мастер Айнелиас, – Надин стала заглядывать внутрь, припоминая, где находятся клетки с волками.

– Адептка Дестеэль, Вы пришли помочь подруге?..

Неужели он надеется на другой ответ? Не понял еще после утреннего игнорирования?

– Вы все правильно поняли. Если это возможно, и если я не помешаю, я хотела бы присутствовать при знакомстве нового крила с Надин.

Персиваль кивнул.

Ноль эмоций на лице.

Маска. Отлично. Значит, что-то, да скрывает за ней.

Персиваль двинулся вдоль клеток первым, уводя девушек в самый дальний угол. Туда, где резвились малыши.

– Мне дадут воспитывать волчонка? – Надин округлила глаза, приседая рядом с клеткой, за которой, пытаясь укусить друг друга, боролись четверо забавных щенков.

Перси улыбнулся.

– Да.

– Но я думала…

– Взрослый волк не поддается дрессировке. Если ты хочешь воспитать из него крила, придется сначала стать нянькой. Волков приручают в совсем юном возрасте, так что для тебя это отличный шанс.

Ведьмочка стала высматривать среди сражающихся четвероногих своего.

– Твой – тот, что с белым пятном вокруг глаза, – подсказал куратор, как-то особенно свистнув, из-за чего волчата прекратили возню, и повернули мордочки в сторону вновь прибывших. Я сейчас позволю тебе познакомиться с ним поближе. Твоего волка зовут Тай.

Надин готова была руками клетку разорвать, так и притопывала на месте, желая поскорее дотронуться до мягкой серой шерстки.

По сравнению со взрослым медведем волчонок, конечно, казался совсем безобидным.

Персиваль подозвал малыша, беря его на руки и вынося из клетки. Однако передавать девушке не спешил.

Зато Тай, узнав демона, начал вылизывать ему лицо.

Лина пыталась не смеяться в голос, сохраняя невозмутимое выражение на лице, поскольку Айнелиас решил развить из их знакомства также мини-лекцию, но с явно выражающим симпатию щенком на руках выглядел очень мило.

– Волк – это дикое животное, которое привыкло к свободе, и которое не может все время сидеть на одном месте по чьей-то прихоти! – Тай как раз попытался вырваться, дорвавшись до его уха, чтобы и его облизать. – Молодые волчата даже позволяют играть с собой, но делать это следует очень осторожно. По мере взросления, ни смотря ни на что, волк все равно постепенно возвращается к своему дикому образу жизни. – Персиваль чуть отвел руки от себя, чтобы волчонок заметил, что кроме него есть еще парочка двуногих. – Не стоит так же забывать о том, что волк – очень умное и мудрое животное. И «общаться» он будет только с таким же человеком. Надин, я понимаю, что сейчас Тай выглядит безобидным, но тебе придется с первых этапов проявлять жесткость в характере. Волку нужен уверенный в себе лидер, способный повысить голос и с места броситься в схватку.

Ведьмочка неуверенно кивнула.

– Лина, открой… те, пожалуйста, вон те ворота, за ними находится игровая комната.

Пока Миллинарса выполняла его поручение, Надин мяла юбку своей формы, желая поскорее притронуться к крилу.

Игровой оказался довольно просторный зал, в котором волчата могли бегать вокруг препятствий в виде кустов, пеньков и прочего разнообразия животного мира, плавать в миниатюрном озере и пугать уток.

– У волков не бывает хозяина. Им нужен вожак. Не друг, не брат, а именно сильный и превосходящий его во всем предводитель. – Персиваль знаком попросил Надин сесть на траву, сам опускаясь рядом и передавая волчонка в руки.

Тай начал обнюхивать ведьмочку, с интересом тыкаясь темным носом куда мог достать.

– Тебе придется смириться с мыслью, что Таю нужен пример для подражания. В жизни. Тренировке. Охоте. Надин, ты осознаешь, что тебе придется убивать других зверей, чтобы научить этого малыша? Вожак волка должен иметь сильный характер, стальные нервы, необходимо и отсутствие жалости. После того как из волчонка вырастет двухлетний хищник, тебе постоянно придется доказывать свое превосходство. И к окончанию Академии либо он заявит свое лидерство, что будет провалом всех четырех лет обучения, либо же ты создашь из маленького щенка грозного крила, который будет приходить по первому твоему зову. Это сложно. И пока ты окончательно не определилась, я хочу, чтобы ты подумала.

Он и к Надин обращается на «ты»?.. Вошел в роль наставника, отринув пиетет, или же их прошлое совместное плавание дало определенные результаты?

– Но разве у нас осталось время на размышления? – Лина сделала шаг к их компании, и Тай вновь переключил внимание, теперь на вторую самочку.

– Так как случай с Надин с Жюлем – беспрецедентный, ректор пошел на некоторые послабления правил.

– Поэтому и разрешил взять кого-то из молодняка?

– С одной стороны, это облегчит сдачу экзаменов в этом году, но, с другой, может повлечь крах всей системы в будущем. Как я уже говорил, все будет зависеть от того, сможет ли адептка Гимрила справиться с Таем.

– Я хочу рискнуть. Он… такой замечательный! – ведьмочка гладила волчонка, что позволял прикасаться к себе, не чувствуя негативных эмоций.

– Надин, ты ведь понимаешь, что если через три года Тай усомнится в твоей власти, тебе придется начинать все с начала? Поступление, четыре года обучения и диплом? – Лина нахмурилась.

– Однажды я уже провалилась на экзамене, ты же помнишь. И целый год готовилась, чтобы иметь возможность учиться здесь. Я сделаю все от меня зависящее, чтобы этот волк признал во мне вожака! К тому же, я не говорю ничего об опасности, которая ждет тебя с пантерами. – Надин повернулась к Перси. – Я хочу покормить его.

Айнелиас кивнул, поднимаясь на ноги и отходя к «кормушке». Он достал кусок мяса и положил недалеко от озера.

Волчонок тут же потерял интерес к ведьмочке, побежав к добыче.

Надин проследила за ним взглядом, и отправилась к хранилищу корма. Она уже хотела протянуть ароматный кусок малышку, как Перси резко перехватил ее руку.

– Надин. Запомните! Не стоит кормить волка с рук. Если Вы приносите с собой лакомство, следует доставать его незаметно, так, чтобы малыш не понял, откуда оно появилось. Лучше сымитировать его находку где-то на земле, и подозвать волка трапезничать уже туда. – Он помедлил. – Иначе волк примет за еду Вас самих.

Надин замерла.

– Я говорил, что малышей дрессировать проще. Но стоит, вероятно, освятить момент встречи со взрослой особью. При встрече с волком ни в коем случае не бегите и не делайте резких движений. При желании покормить его лучше, немного отойдя от него в сторону, положить кусок и, попятившись назад, тихо уйти. Не поворачиваться к хищнику спиной. Он обязательно бросится, поэтому держите с ним зрительный контакт. – Айнелиас потер подбородок. – Думаю, нам все же стоит прогуляться на арену, как и планировали ранее.

– Сегодня? – Лина метнула взгляд в сторону выхода.

– Вы куда-то спешите?

– У меня были планы на вечер.

– Лина, ты можешь идти, я справлюсь сама. Ведь это волчонок…

– Вы выйдите на арену против взрослого волка, Надин. Я хочу посмотреть на вас в деле. Спрогнозируем встречу непослушного крила и неуверенного в себе вожака. Я хочу показать, на что Вы можете себя обречь в случае провала.

Он делает это специально!

Миллинарса сжала кулаки.

– Не слишком ли много встреч для одного вечера? – ее шаг вперед, к нему.

– Мы уже потеряли слишком много времени, – он также сокращает дистанцию.

Где-то за их спинами Надин кашлянула.

– Если присутствие Лины так обязательно, возможно, мы завтра?..

– Нет!

– Нет!

Их одновременный резкий ответ заставил волчонка заскулить и подбежать к Надин, которая стала рассеянно его гладить.

Этот вечер начинал выходить из-под контроля. И, кажется, не только ее.

Глава восьмая

Лина подождала, пока Надин, подхватив Тая выйдет за пределы развлекательного уголка, и встала перед Персивалем, понижая голос.

– Надеюсь, Вы говорили не всерьез, собираясь выставить ее один на один со взрослым волком?

Персиваль дернул бровью.

– В прошлый раз она выстояла против гризли.

– И это чуть было не стоило Надин жизни!

– Поэтому в этот раз будет волк. Он меньше медведя. И слабее.

– И быстрее.

– Лина, я не понимаю, почему ты переживаешь. Это стандартная программа…

– В стандартной программе не прописано, что студентка может оказаться вне учебного занятия перед угрозой смерти!

Персиваль хмыкнул.

– Я буду рядом. И если что перетяну внимание зверя на себя.

– Очень на это рассчитываю!

Миллинарса резко развернулась на каблуках, поспешив за подругой, а демон покачал головой.

Какая же она горячая! Молодая, взбалмошная девчонка, готовая стоять горой за своих друзей.

Разумеется, Персиваль продумал вариант общения взрослого хищника с маленькой человечкой. Он не позволит произойти катастрофе. И повториться тому, что было при вызове Жюля.

Впрочем, необходимости проводить проверку стрессом именно сегодня действительно не было. Но ему не понравилась реакция киоссы.

Она вновь решилась на встречу с фениксом?

И если утренний побег он, сперва посчитавший обидой на не вовремя проявившееся джентльменство ночью, вынужден был списать на недомогание после обморока (все же девушке, ежедневно носящий сдерживающий Силу артефакт, нужно время на восстановление), то вечерний променад наводил на определенные мысли.

И они подтвердились, стены Ангара уже подпирал Эйарад-младший.

Невозмутимо поздоровавшись с ним и пройдя с Надин дальше, в сторону стадиона, куда Лина отправила разминаться одного из волков (спасибо за портал!), он предоставил принцессе возможность самой сказать Коулу, что их прогулка отменяется.

Или задерживается?..

– Мастер Персиваль… Вы ведь будете рядом?

– Не переживай, Надин. Мы с тобой перешагнем купол вдвоем.

– А Лина?.. Зачем нужно было звать и ее?

– Я оставлю ей лазейку в щите, так что она сможет пройти к нам. У твоей подруги на данный момент преимущество в магическом плане. Тогда как мое – демоническая сущность, способная отпугнуть любого зверя. И только. Волки не любят слушать команды просто от того, кто периодически мелькает у них перед глазами. Им нужен вожак. Я пока таким вожаком не стал, да и не буду становиться.

– Вы сказали, что взрослых волков дрессировать невозможно… Но что они тогда делают в Аэгрин?

Персиваль сжал ее плечо, прежде чем шагнуть на траву стадиона.

– Это крилы, которые отвергли своих студентов.

Персиваль старался не вмешиваться в проявление инициативы Надин. Стоял чуть поодаль от них с волком, однако был готов броситься зверю наперерез.

Момент, когда на тренировочном поле появилась Миллианарса, он скорее почувствовал спиной, нежели заметил боковым зрением. Девушка, умница, тоже не стала шуметь и привлекать к себе внимание. Сегодня была битва Надин.

С которой запуганная и подготовленная ведьмочка из Риштиха отлично справлялась.

Покормила волка так, как и советовал Перси. Медленно положила мясо на траву, и, разгибаясь, не прерывая зрительный контакт, попятилась назад. Позволила волку съесть угощение, и не двигалась.

– Теперь создай на ладони Энергетический Шар.

– Что?! – Надин возмущенно зашипела.

Ну да, какой сумасшедший будет показывать агрессию перед хищником?

– Сделай это. Выведи ладонь перед собой и сожми Шар, уничтожая.

Гимриле пришлось подчиниться. Трясущимися руками, практически путая нити заклинания, но у нее получилось. Пусть волк угрожающе зарычал.

– Молодец. Видишь, он не стал набрасываться. Ты показала ему, что можешь быть опасна, но не желаешь ему зла. Поэтому хищник остался на месте. Думаю, на этом мы можем заканчивать.

Вздох облегчения Надин вызвал улыбку.

– Лина, не создадите обратный портал для нашего четвероногого друга?

Когда волк отправился восвояси, привычно прыгнув в серебристую арку, Миллинарса заметила:

– Это не полная программа.

– Нет. Но Надин сейчас не в том состоянии, чтобы выдерживать дальнейший прессинг. Она хорошо справилась. На сегодня достаточно.

***

Коул зло сплюнул себе под ноги, глядя, как желанная добыча вновь уплывает сквозь пальцы.

Персиваль и здесь нашел лазейку. Позвал на арену! Конечно, добренькая киосса не оставит свою глупую рини на растерзание взрослому хищнику, проверит, чтобы все прошло бескровно.

Бесит!

Как же его бесит этот зарвавшийся раб!

Но ничего, сегодня он переступит через свою гордость, дождется принцессу, и посмотрит в глаза Айнелиасу. Он будет смаковать момент, уводя Миллинарсу с собой в лесные дебри. А там… обязательно пометит ее.

Поцелуй, ласки, да небольшой подарок на шее в виде любовного укуса. В который вложит частичку магии, не позволяя регенерации убирать метку.

Коул хочет, чтобы демон увидел этот знак. Понял, чем они занимались этой ночью.

Пусть терзается, глупо сотрясая воздух ругательствами.

Лина – его девушка. Легенда идеальна. Как и зелье, влитое в отравленный ядом организм.

Плохо, что она что-то начала вспоминать. Среди фраз проскальзывал намек, что какие-то знания все же остались в королевской головке. Однако повторять манипуляции с зельем опасно. Она может заподозрить неладное. Тот случай был слишком удачным, чтобы надеяться на его повторение.

Значит, остается только влюблять эту дурочку в себя. И знакомство с отцом прекрасный повод пустить пыль в глаза. Ведь бедняжка уверена, что ей несказанно повезло сойтись с наследником огромного острова! Ей, обычной геуне.

Коул улыбнулся, представив, как Лина будет принимать от него ничего не значащие комплименты и небольшие бонусы в виде побрякушек.

Девочки любят драгоценности, она не исключение, не зря же постоянно носит серьги и кулон.

Впрочем, с кулоном дело сложнее. Нужно следить, чтобы он так и оставался на шее, опускаясь на привлекательные грудки. Не хватало еще ей ощутить свою истинную мощь!

Эйарад не обманывался, если бы не этот артефакт, на Высшую демоницу не смогли бы подействовать никакие яды или зелья. Регенерация ее тела слишком быстра и совершенна, она отвергла бы любое вмешательство в кровь.

Но нет. Судьба благоволила ему. И этим маскарадом Эллонская собственными руками проложила дорогу в его объятья.

***

– Персиваль, я могу попросить Вас об одолжении? – когда с волками было покончено, Лина кокетливо взмахнула ресницами.

Перси подозрительно прищурился. Чувствует, что что-то не так, ох как хорошо чувствует!

– Чем я могу помочь?

– Проводите, пожалуйста, Надин до общежития. Все же уже темнеет…

– А…

– А за меня не беспокойтесь, Коул позаботится о моем благополучии. Правда же? – ее взгляд ему за спину и милая улыбка, и… есть! Демон в бешенстве!

Вон, как резко выпрямился и плотно сжал губы. Повернулся в сторону феникса, что шел к ним походкой победителя.

Проверка началась.

– Мне казалось, сейчас уже поздновато для свиданий.

– До комендантского часа полно времени, – не упустил возможность заметить Коул и приглашающе протянул руку Лине. – Моя леди готова?

– Да. Я ведь могу положиться на Вас, господин Персиваль?

Почувствует за фразой двойной смысл? Должен. Он всегда должен подмечать подобное.

И в серых глазах мелькнула искра.

– Надин, позвольте проводить Вас.

Ведьмочка, смущенно топчась на одном месте, поспешно подскочила к нему, выпалив лишь «Премного благодарна».

Бедняжка, так смутилась из-за этой ситуации. Но она – вынужденная подушка безопасности. Пока Перси доведет Надин до их корпуса, Лина с Коулом уже скроются среди деревьев. И вот тут Айнелиасу придется постараться, чтобы отыскать ее след практически в полной темноте. И уж облегчать задание преподавателю она не станет.

– Коул, не против, если сегодня ты будешь управлять магическим фоном? Все же фениксам нет нужды прибегать к созданию световых сфер, достаточно природной магии.

Эйарад, не подозревая подвоха, с радостью создал над ладонью колышущиеся огоньки пламени, увлекая в заросли.

Лес, окружающий Академию, позволял не только гулять, но и тренировать свою внимательность. Как бы не свалиться в овраг, не попасть в паутину, не зацепить одежду репейником, да не столкнуться с ядовитыми гадами.

Романтика!

– Знаешь, а ведь мое знакомство с Аэгрин началось с этого леса, – оторвав зацепившуюся колючку от юбки, призналась Лина и остановилась. – А ведь правда… Удивительно выборочная у меня память, конечно. То испытание у декана Падроука хорошенько заставило попотеть, чтобы хотя бы собственное имя вспомнить. Спасибо, что был рядом и помог.

Коул покосился на нее.

– Ты постепенно вспоминаешь свою жизнь?

– К сожалению, я мало что помню. Так, отрывки, которые могут внезапно свалиться сверху. Вот как с этой колючкой. Или с рассказом ребят об испытании, где мы разрушили купол над стадионом. Его ведь потом восстанавливал Рихард… это ты помог с ним?

Феникс кивнул.

– Я свел вас вместе. Но все задания, которые приходили артефактору в голову, ты выполняла самостоятельно. Кажется, ты создала для него Уменьшитель.

– Точно! Я вспомнила об этом сегодня утром, на паре с профессором Фроуз. Она всегда такая?

– Строгая и неприступная?

– Угу.

– Абсолютно. Луреисса из тех профессоров, что не меняют характер, лишь бы понравиться окружающим. Мы с тобой уже как-то обсуждали ее. Как и других преподавателей. В первый день нашей встречи. Мы столкнулись на лестнице…

– А ты поймал меня от падения! – Лина даже хлопнула в ладоши. – Я вспоминаю! В тот день ты еще восхищался профессионализмом Персиваля.

Коул скрипнул зубами.

– Как же выборочна память, однако.

– Ты что-то сказал?

– Я бы не хотел обсуждать других мужчин, когда мы с тобой, наконец, остались вдвоем.

Миллинарса покачала плечами, легко вскочив на поваленное бревно, по которому, балансируя, прошла, пригнувшись над низко висящей веткой.

– Почему ты не захотела прогуляться в городе? Мы могли бы сходить в ресторан. Как уже однажды. Помнишь?..

– Прости, нет. Мы с тобой выходили за территорию Академии?

– Во время каникул. Тогда ты и согласилась стать моей девушкой. Мы нашли замечательную пекарню с вкуснейшими булочками на обратном пути. Нужно будет снова прогуляться до нее.

– Мне так неловко, что я не помню такой важный день… А как ты предложил мне отношения?

Коул сбился с шага.

– Как?..

– Расскажи, может, в моем сознании что-то прояснится, и я вспомню.

– Может, присядем? – феникс кивнул на корни дерева, высоко выходящие из земли. Послав вокруг несколько десятков импульсов, он создал сказочную полянку, заключенную в концентрический круг из маленьких огненных фонариков. Немного подумав, он добавил парочку светлячков в воздухе, чтобы лица не утопали в полутени.

– В тот день… ты вышла на пробежку. Утреннюю пробежку вдоль берега. А я, признаться честно, увидел, как ты выскользнула за ворота, и поспешил догнать тебя. Уже тогда хотел спросить о возможном будущем. И мне повезло. Я нашел тебя, правда тренировка в то утро после встречи отменилась. Я пригласил тебя прогуляться… к морю. Там, где соединяется лесополоса с каменными выступами, есть укромная бухточка. Белоснежный песок, лазурная вода и освежающие брызги соленой воды. Над нашими головами кричали чайки, и это были единственные звуки, напоминающие, что мы все еще недалеко от цивилизации. Тот укромный уголок подтолкнул меня. Я решился признаться тебе. Медленно подошел со спины, заключая в объятья. Я сказал, что был пленен тобой и твоим образом с самой первой встречи. Что не мог придумать повода вновь оказаться наедине, а в обществе твоих друзей приглашать на прогулку считал моветоном. Мне казалось, что наши отношения должны касаться лишь нас двоих. У нас должны быть общие темы и общие секреты. Что-то, что будем знать только ты и я. В тот день я сказал, что готов положить перед тобой все сокровища острова, однако ты отказалась, посчитав мой порыв шуткой. Но я не шутил. Лина, ты ведь знаешь, что рано или поздно, я сяду на трон Сулеима. И буду подчиняться лишь Аминсу. Ему одному. Весь остальной мир просит дозволения на пресечение Верховного Рубежа, чтобы преодолеть защитный купол острова. Сулеим не просто так сокрыт от глаз, внутри острова кроется великое множество ресурсов. Минералов, которые после идут в работу в сложнейшие артефакты, драгоценных камней, ценящихся во всем Ингиаке за счет своей чистоты, да и природа… разве где-то встретишь такую первозданную дикость? Я уже тогда готов был проводить тебе экскурсии по острову, показывая самые живописные виды, открывая вместе с тобой новые элементы и встречая рассветы.

Миллинарса морщилась, пытаясь вспомнить все то, что он говорил, однако вместо яркого феникса с янтарным взором на его месте представлялся широкоплечий брюнет. Который не обещал драгоценностей, не сулил богатства. Но смотрел на нее так проникновенно, что никакое золото и алмазы не заменили бы его внимания.

Персиваль…

Она напрягала слух, на максимум выставив вокруг себя ловчую сеть, чтобы засечь момент, когда мужчина окажется поблизости, и все же не могла уловить его присутствия.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.