Ваннес
Подвешенный

Мой рассказ не будет литературным произведением, я этого не умею, да и не претендую на это. Буду максимально откровенен и короток. Просто хочу рассказать Вам о том, что случилось со мной в недавнем прошлом.

Итак, "Пандемия". Жестокое значение этого красивого слова мы поняли не сразу. Многие с насмешкой отнеслись к слухам о том, что, вспыхнув в Китае и заражая всё больше и больше людей, по всему миру распространяется смертельно опасный вирус под названием "Корона," и что эта зараза заставит нас прятаться в своих домах, изолироваться, и мечтать о той свободе, которую мы не до оценили.

Проживая в больших городах, с трудом держась на плаву в потоках современной жизни, человек далеко уходит от реальности, теряет те нити, которые связывают его с родной землёй. Человек забывает, что он является частью животного мира, и что, как и другие виды, должен бороться за выживание, и чтобы понять всё это и оценить реальную ситуацию, надо вернуться в природу- к истокам жизни, что привилегии, созданные цивилизацией, не всегда могут помочь нам в этой борьбе.

C понедельника должна была начаться жизнь при чрезвычайной ситуации, то есть, не выходить из дома без необходимости, носить маски, резиновые перчатки, соблюдать дистанцию, и многое другое неприятное, если не сказать невыносимое. Об этом мы все знаем, и, наверное, не стоит впадать в подробности. Одним словом, я решил уехать из города.

Мой школьный друг Эд еще с молодых лет избегал шумных городских тусовок , баров и пабов, не любил общаться с балованной молодёжью, его больше привлекала природа, поля и реки, горы и водопады, животные. Поэтому закончив какое-то учебное заведение, связанное с природоохранной деятельностью, он устроился на такую работу, что с разными экспедициями месяцами бродил в дикой природе. А когда удавалось встречаться с ним, то рассказывал разные привлекательные истории, случавшиеся с ним, и кроме этих тем его больше ничего не интересовало. При последней нашей встречи он оставил мне номер телефона. После того, как пару дней был недоступным, он перезвонил мне, связь была плохая, поговорили недолго. Он находился далеко от цивилизованных мест, и мне вообще-то повезло, что он увидел сообщение оператора о моих звонках. Я объяснил ситуацию, и не успел попросить, как он сам предложил мне поехать к нему, пока пройдут тяжёлые времена. После полудня я поехал в такси на выезд из города. Уже чувствовалось редкость людей и машин, вместо этого , увеличились полицейские, и машины скорой помощи с душераздирающими сигналами. Из города я направился в сторону небольшого аэропорта, откуда самолеты выполняли местные перелёты. С собой я взял всего одну сумку с необходимыми вещами, одеждой, и ящик любимого тоника Эда. В полдень мы поднялись в небо. Солнце светило по левую сторону самолёта, то есть мы летели на юг. Летели около двух часов. Когда снизились, я увидел небольшой городок. На горизонте других населенных мест не было видно. Пассажиров было около тридцати человек. Аэропорт был маленький, всего одно помещение, туда мы даже не вошли. Встречающие стояли на расстоянии пятидесяти метров, и как -только двигатель остановился, они подошли к самолёту.

Мы с Эдом сразу же заметили друг- друга. Его длинные, привязанные в хвостик волосы, загоревшее, небритое лицо, высокий рост с широкими плечами невозможно было не увидеть. Мы обнялись, обменявшись несколькими словами, двинулись в сторону автостоянки. Машины друг за другом уезжали. В дальнем углу я заметил большой внедорожник, и подумал, что это и есть наш транспорт, но он тоже уехал. То- что стояло за ним меня сперва удивило, а потом я понял, что с этого момента мои приключения начинаются . Это был мотодельтаплан. На больших самолетах я летал немало, на том, что прилетел сюда еще ничего, но дельтаплан – это слишком для меня. Я попытался отговорить, отказывался лететь, но Эд мою сумку уже поместил в специальном месте на аппарате и безоговорочно настоял лететь, пока не поздно, и что, туда- куда мы направляемся дорог нет, и машины туда не ходят.

Другого выхода не было. Мне пришлось подчиниться и сесть на заднее сиденье, за пилотом. Сердце колотилось как барабан индейца, я сильно волновался. Когда мы оторвались от земли я кричал как сумасшедший, закрыл глаза и боялся смотреть. Шум винтов оглушал меня. Воздух под сильным давлением пополнял лёгкие. Побывав в таком состоянии некоторое время, я стал осторожно открывать глаза, притих, стал присматриваться, постепенно страх превратился в восхищение. Наверное, все люди с детства мечтают летать как птицы, это было почти то же самое, теперь я кричал от восторга. Мы летели на высоте около 500 метров, красота была неописуемая, заходящее солнце, лес, река, бесконечный простор, это было великолепно. Летели около часа. На краю леса Эд выключил двигатель, и мы стали планировать кругами на посадку, и жестом показал домик на опушке, который сверху казался игрушечным. Мы сели на небольшом пятачке, рядом с охотничьим домиком. Мне всё это начинало нравиться. Привязав дельтаплан особым способом – носом вниз, чтобы ветром не поднимало его, мы, забрав вещи, пошли к домику, который был построен из брёвен на метровой высоте, крепкими ставнями на окнах и двери, наверное, для защиты от зверей. Внутри было уютно. Было всё необходимое для походной жизни. Было чисто и аккуратно. Ночь прошла быстро. Вспомнили школу, учителей, одноклассников, беззаботную юность, молодость. А потом я уснул в хорошем настроении, полный новых, приятных впечатлений. И я сразу же забыл и большой город, и всё кошмарное, что там сейчас происходило. Я не помню, когда в последний раз ел так много и с аппетитом. К полудню Эд сказал, что отвезёт меня в такое место, похожую на которой нигде и никогда не видел. Это прекрасный водопад на местной реке, близкий к истоку, который с высоты тридцати метров падает в озеро, и в течении тысячелетий там образовалась группа гористых островов невероятной красоты. Он сказал, что за пару часов можно долететь туда, забраться на гору – остров, откуда виднеется пейзаж, не имеющий в сравнении ничего похожего во всём мире. Пожить там несколько дней, снимать всю эту красоту, искупаться в озере с водопадом, и это на всю жизнь можно запомнить. Я ничего подобного не испытывал в жизни, поэтому, с нетерпением ожидал того счастливого дня, когда отправимся туда. Так- как я прежде никогда не лазил по горам, то мы решили тренироваться, чтобы на месте не возникли проблемы. Эд учил меня навыкам скалолазания. Я упражнялся в ловкости, тренировал мышцы и всё это настолько нравилось мне, что я чувствовал себя абсолютно счастливым и ни о чём другом не думал. Эд в основном занимался своей работой, он собирал данные о местной фауне и флоре и передавал эту информацию в центр экологического контроля, иногда снимал на своем старом фотоаппарате разные пейзажи, животных, и отправлял в редакции- которые с удовольствием печатали их. Около недели мы каждый день уходили в лес, летали над ним, следили за рекой, за животными. Я учился пилотировать дельтаплан. От внешнего мира почти полностью были оторваны. Сотовой связи не было. Радио использовали редко, чтобы послушать музыку. Политическими и здравоохранительными новостями не интересовались. И вообще, электрическую энергию, что получали от небольших солнечных батарей, использовали для зарядки радиоприёмника, слабого вечернего света, и чтобы заряжать аккумулятор дельтаплана. Моё физическое и душевное состояние очень удовлетворяло меня. Про табак забыл вовсе. Небритое, загоревшее лицо, непричесанные волосы, гибкие, окрепшие мышцы, всё это так нравилось мне, что я подумывал не возвращаться к прежней жизни. Дни становились всё теплее, хотя иногда шли дожди. Местный радиоканал объявил, что ближайшая неделя будет солнечной, а потом несколько дней будут дождливыми. Мы с Эдом решили пользоваться этим и лететь к водопаду. Следующий день полностью посвятили подготовительным работам. Альпинистское снаряжение, палатку, запас еды, остальные необходимые вещи погрузили на дельтаплан и пошли спать, с нетерпением ожидая утро, для осуществления желаемого похода.

Проснулись очень рано. В небе не было ни кусочка облака, настроение было прекрасное. После обычной зарядки и завтрака мы были готовы к полету. Мотодельтаплан с трудом оторвался от земли, слишком много погрузили на него. Летели вверх по течению реки, срезая углы. Пролетая над деревушкой, снизу нам приветствовали, махали и мы им в ответ. Вдали виднелся водопад. Как бы Эд не старался описать красоту этого явления, на самом деле это невозможно было сделать. Человеческое слово не способно описать гениальное творение природы, это надо только видеть. Над водопадом Эд выключил двигатель и мы, наслаждаясь небывалой красотой, начали снижаться. На расстоянии около ста метров от скалистых островов была равнина, окруженная лесом и рекой, и скалами, вот там мы и сели. Посадка была не из мягких. Тяжёлый груз, да и не очень ровная поверхность… Мы были на месте. Дельтаплан потащили под деревья и пошли в сторону водопада. Шум воды от скал отдавался волшебным эхо. Стоящая в воздухе роса, радуга от солнечных лучей, всё это создавало ощущение сказки. Я был счастлив благодаря Эду. Вернулись к нашей железной птице, выгрузили вещи, привязали, укрыли двигатель и забрав вещи направились к скале, на которую собирались забраться. Прямо под этой скалой было несколько деревьев и невысокая трава. Так- как были уставшие, решили немного отдохнуть, поесть, набраться сил и только потом начать восхождение.

Так и сделали. Было около 14:00 когда решили, что можно начинать. Привычными движениями нацепили снаряжение, верёвки, инструменты, и еще раз проверив, что всё сделано правильно, начали подъём, вернее начал Эд. Он должен был подняться первым, а я уже потом, когда бы он поднялся на десять метров. Тяжёлый рюкзак оставили внизу привязанный веревкой, чтобы не таскать с собой, а только потом поднять наверх. Мы взяли по одному лёгкому рюкзаку, чтобы подъём не был тяжёлым. Эд, не спеша, соблюдая все меры безопасности, молотком вбивал специальные крючки в еле заметные щели скалы и укрепляя на них верёвку медленно поднимался на гору. Скала была круто вертикальная, местами были углубления.

Протекая веками, река смывала слабые породы и не справляясь с более твердыми, со временем, изменила русло, из-за чего образовались скалы – острова. Я немного отошёл, чтобы лучше видеть скалу и снизу подсказать направление подъёма Эду. Настала моя очередь. Я начал подниматься. Камни были влажные. Ветер периодично дул в сторону нашей скалы и брызги от водопада оседали на ней до испарения от горячих камней. От этой влаги, в разных местах на скале росли ото мха до мелких деревьев, от чего гора была ещё красивей. Настроение было отличное, никогда раньше я не был так полон энергией, никогда не чувствовал себя настолько сильным и ловким . У Эда настроение ничем не уступала моему. Мы шутили, Эд хвалил мой дебют на этом поприще. Я поднимался быстрее, чем он, так как он вынужден был проделывать подготовительную работу, а я лез уже по готовой дороге. Мои движения были чёткими и полностью совпадали с моими мыслями. Всё шло как лучше не бывает, и только одному Богу известно, что нас ожидает в будущем, в далёком или близком.

То, что началось в следующую минуту доказывает, что человек всего лишь игрушка в этом полигоне сочетаний обстоятельств. Тот ужасающий крик, который я услышал над собой мог бы свести с ума каждого. Я потрясенный резко посмотрел вверх. То, что я увидел, казалось мне нереальным, эти секунды длились для меня как час. Я видел замедленным кадром. Крику Эда прибавилось рычание огромного зверя, в сочетании двух криков получалось душераздирающий рёв, в котором сливались все заложенные природой страдания в борьбе за жизнь. Я не верил своим глазам. Но, к сожалению, это было действительностью. На расстоянии нескольких сантиметров от головы Эда была открытая пасть огромного медведя, который внезапно появился на вершине скалы. Я видел бешеные глаза зверя и клыки, похожие на сабли. Воздух, выходящий из пасти с рёвом, раздувал волосы и искажал лицо Эда. Челюсти сомкнулись. Голоса мгновенно исчезли. Медведь всей своей огромной силой сжимал пасть. Слышно было только громкое дыхание зверя, который тряс головой пытаясь разорвать свою жертву. Голова Эда была в пасти медведя. Он только несколько секунд попытался оттолкнуть ,открыть пасть медведя. В начале я заглох, не мог издать даже звука, через пару секунд я орал что-то, кричал, звал на помощь, просил отпустить. Пытался подойти ближе. Руки Эда беспомощно повисли. Зверь всё ещё тряс бездыханное тело моего друга. Его кровь стекала из пасти по всему телу и от качки попадала на меня. Я весь был мокрым от горячей крови Эда. Убедившись, что жертва обезврежена, медведь раскрыл пасть. Эд полетел вниз. Я попытался поймать его, когда он летел рядом со мной, но не смог. Наверное, последний крючок сорвался. Я не сразу понял, что произошло. Какая-то резкая, страшная сила перевернула меня вниз головой и зажала мне шею, чуть не оторвав её, и сильно тянула меня вниз. Я понимал только, что задыхаюсь. Через пару секунд я понял, что веревка, которая падала вниз с Эдом каким-то образом обмоталась на мою шею и душила меня. Ещё несколько секунд и я бы потерял сознание, то есть жизнь. Я потянул верёвку к себе, пытаясь расслабить удавку, но не смог удержать. Висевший вниз головой, и задыхаясь, я видел только бездыханное тело Эда, качающееся на веревке. Слышал, как будто издали, бешеный рёв зверя, и понимал, что на этом все заканчивается, я умираю, и ничего не могу поделать. Спасательная идея пришла сама по себе, я уже и не искал, и уже как будто смирился со смертью. Внезапно я вспомнил о ноже, который был в чехле, привязанный к ноге ниже колена. Из последних сил мне удалось дотянуться к ноге, и с трудом вытащил нож, и в последнюю секунду начал резать веревку. То, что я чувствовал, когда резал верёвку трудно описать. На одном конце верёвки был Эд, который полетел бы вниз с тридцатиметровой высоты, а на другом конце была моя жизнь. Если бы я был уверен, что Эд не умрёт, если я ничего не буду делать, то…? Я отрезал верёвку, то есть до конца, я не помню, потерял сознание, наверно последние нитки оторвались сами.

Ярко красный свет, просачивался сквозь мои веки. Мыслей не было вовсе, я чувствовал только качание, как будто был во сне и не хотел просыпаться. Сколько времени это длилось я не знаю. Когда постепенно вернулось сознание, когда собрался мыслями, я ужаснулся. Точно так- как от страшного сна просыпаешься и радуешься, что это был только сон, то теперь наоборот, от сладкого сна проснулся в страшную реальность. Я висел в низ головой, широко раскрыл глаза, и первое что увидел, это было большое красное пятно вокруг головы Эда. Это была его кровь, он лежал на камнях, руки были вытянуты в разные стороны, глаза были открыты- застывшие в ужасе. Страшная боль в спине заставила мне очнуться и окончательно прийти в себя. С трудом удалось выпрямиться, то есть принять полу сидячее положение, держась за верёвку. Я пытался собраться мыслями, оценить своё положение. Но громкий, не умолкающий рёв медведя мешал мне сосредоточиться. Посмотрел наверх, он делал всё, чтобы достать веревку, на которой я висел. Крючок был вогнут в камень где-то на полтора метра ниже уровня поверхности и к моему счастью он не доставал её. Я пытался кричать, позвать на помощь, хотя знал, что на расстоянии десятка километров никого не было. Но мне не удалось даже издать писк. Горло страшно болело, так оно было придавлено, что я еле дышал. Медведь, наверное, устал, и удалился. Когда с воздуха я смотрел на скалу, то заметил неровности, деревья, растение. Наверно медведь пришёл сюда кормиться. Наконец я смог собраться мыслями и дать оценку своему нынешнему положению. Итак. Эд погиб. Я повис почти на самом верху тридцатиметровой скалы, и спускаться вниз не представляется возможным. Верёвка отрезана, скала вертикальная. Могу попытаться подняться в верх ,но там медведь- убийца, который с нетерпением ждет подходящего момента ,чтобы покончить со мной. Верёвка держит надежно, но это особо не радует меня ,так-как может быть лучше умереть сразу, чем жить какое-то время подвешенным на верёвке и постепенно от жажды, голода, солнца и дождей превратиться в мумию. Второй вариант меня пугал больше, чем сама смерть. Маленькая искорка надежды блеснула, когда я увидел нож, который не упал, а висел на кожаной ленте, прикрепленной к чехлу. Да и в критический момент, отрезав веревку, можно будет покончить со всем этим. Я всегда мечтал жить в нетронутой природе, слушать пенье птиц, шум воды, шелест травы, прищуриться от легкого ветерка. Теперь всё это было и действовало на меня как вой вражеских снарядов, мои нервы были на пределе, время как будто остановилась. Я согласен был находиться на самой грязной улице самого шумного и самого противного города на свете чем в этом прекрасном уголке рядом с невиданной красоты водопадом, висевший на верёвке. Я всегда считал себя современным, умным, ловким, легко ориентирующимся, находящим выход из любой нестандартной ситуации, физически неслабым, молодым человеком, но сейчас я не видел из этих выходов ни одного.