# О'кей, шеф

Каролина Дэй

Они ненавидели друг друга с первого рабочего дня. Он придирался к каждой помарке, которую невозможно было считать за ошибку, да и она не давала себя в обиду, цепляя его за живое. Как говорят, от ненависти до любви один шаг? Скорее не так. От ненависти до жаркого секса одно ее слово, которое решило все. Только чем все закончится, когда страсть утихнет?

Содержит нецензурную брань.

## Пролог

Вдох-выдох. Вдох-выдох. Дыхание двоих – разгоряченных и мокрых от пота – нарушало тишину просторного кабинета, наполненного солнечным светом. Еще немного. Осталось совсем чуть-чуть, и все закончится.

«Нет, бесполезно», – подумала про себя блондинка, стоя лицом к столу начальника с раздвинутыми ногами и задравшейся до пояса юбкой. Соски неприятно терлись о стеклянную поверхность, а железная пряжка ремня партнера царапала нежную кожу бедер. Странно. Когда-то она любила стоять в таком положении и получала удовольствие от действий своего мужчины. Любила чувствовать его сильные руки, власть над своим телом.

Эти ощущения возбуждали, будоражили все внутри, а наслаждение медленно концентрировалось внизу живота, чтобы потом разлиться горячим потоком в каждую клеточку организма. Сладостные воспоминания девушка до сих пор хранила в голове, прокручивая их на досуге. Но с некоторых пор, осознав ничтожность своего положения, она бы с удовольствием забыла о чувствах. О нем. О том, кто раньше превращал ее тело в тонкую струну, которая охотно откликалась на малейшее его действие. О том, кто сейчас жестко вколачивался в нее, не замечая, что прежних стонов, летевших из ее уст, больше не слышно. Только легкие попискивания, не свойственные ей.

– Моя сладкая.

Тихий голос с легкой хрипотцой от переполняющего мужчину возбуждения все же заставил ее тело отозваться. И для нее это было странно. Странно упиваться близостью с человеком, которого только что ненавидела. Странно стонать в унисон с его рычанием, несмотря на сложившуюся ситуацию. Странно просить еще и еще, когда мысленно хочешь оказаться где-то в другом месте.

Почему она не ушла? Причина в ее глупости или детской наивности. Или в том, что этот безумный секс заставлял ее забывать о реальности, одурманивал разум. Девушка до последнего думала, что все эти встречи приведут к чему-то большему. На что она рассчитывала, известно лишь одному Богу.

Быстрые толчки и сильные руки на ее бедрах когда-то вытесняли из реальности, одурманивали разум. Но в какой-то момент все изменилось. Она иначе посмотрела на ситуацию, взглянула на себя со стороны. Иначе посмотрела на него и открыла для себя другую сторону его личности, и она ее определенно не устраивала.

– Обожаю тебя, – шепот. Толчки. Его рыки. Ее всхлипы, но уже от разочарования, а не от возбуждения. Губы мужчины покрывают легкими поцелуями ее шею, спускаясь дорожкой к плечам и спине, не прикрытой сползшей рубашкой. Но на этот раз они не вызывают мурашки по всему телу.

Не сегодня. Этот день отличался от предыдущих, этот человек отличался от того, кто заставлял ее раз за разом взрываться от переполняющих эмоций. Она отличалась. Стала другой. Сняла розовые очки, через которые смотрела на мужчину.

Кульминации они, казалось, достигли вместе, как всегда. Разница лишь в том, что один получил долгожданное удовольствие, а второй лишь симулировал. Что же изменилось?

Ответ прост: кому-то из них захотелось большего, чем обычный трах среди рабочих будней.

## Глава 1. Собеседование

Несмотря на ненавистную зиму и слякоть под любимыми сапогами на небольшом каблучке, Милена не чувствовала себя растерянной, наоборот, радовалась, ступая с высоко поднятой головой. Возможно, погода не радовала, зато настроение было лучше некуда. День обещал стать одним из самых лучших: именно сегодня девушка сделала еще один шаг в новую жизнь.

С того понедельника, в который она оформила долгожданную ипотеку на новую квартиру за чертой МКАДа, прошло не так много дней, однако казалось, что прошла уйма времени. В тот самый понедельник она сделала первый шаг, за которым последовала все остальное: уход со старой, низкооплачиваемой, впрочем, любимой работы, расставание с молодым человеком, переезд в Москву. Жалела ли она? Ни капли. Грядущие перемены, скорее всего, явились лишь поводом для разрыва отношений. Не он первый, не он последний. Для любовных дел всегда найдется кандидатура.

Высотные офисные здания, в одном из которых она рассчитывала получить работу, находились не так далеко от дома. Почти. Полчаса на электричке, затем минут сорок на метро.

«Муторно будет добираться, но ничего, привыкну», – подумала Милена, выходя из душного помещения Московского Центрального Кольца на ветреную улицу. Зима, что тут скажешь. Хорошо, что сегодня лишь ветер, а не температура ниже двадцати градусов, заставляющая продрогнуть до самых костей, да и нужное здание не так далеко от станции. Всего несколько минут пешком. Путь от дома до офиса – это было меньшее, что беспокоило девушку. Ей нужна была эта работа. В этом месте. На этой должности. Зря, что ли, она училась столько лет, набиралась опыта в родном городе? Чтобы ей сразу дали от ворот поворот? Милена надеялась – нет, не так! – она непоколебимо верила в то, что получит эту работу, чего бы ей это ни стоило.

Девушку всегда отличали упорство и уверенность в себе. Эти качества она приобрела еще в колледже. Не сдал экзамен первый раз? Сдашь во второй. Не получилось? Пробуй еще и еще, пока не достигнешь нужного результата. Наверное, благодаря такому настрою Милена всегда шла по жизни с высоко поднятой головой, и это помогло ей добиться собеседования в одной строительной компании, попасть в которую без связей было очень непросто.

– Здравствуйте. У меня назначено собеседование, – сообщила Милена девушке на ресепшене, занятой чем угодно, только не своими прямыми обязанностями.

Та отвлеклась не сразу, но все же отложила пилку для ногтей в сторону. Улыбка ее была уж слишком наигранна и фальшива, но с этим ничего нельзя было сделать: таков был этот мир, основанный на фальши. Главное – вовремя ее распознать.

– Милена Викторовна? – секретарь выгнула идеально вычерченную бровь, рассматривая что-то на мониторе компьютера.

– Да.

– Даниил Андреевич ждет вас. Тридцать пятый этаж, – произнесла девушка, так же фальшиво улыбаясь Милене. Хотелось верить, что эту физиономию на ресепшене лицезреть придется нечасто. Как же она ошибалась.

Только сейчас, поднимаясь на нужный этаж, девушка потихоньку начала испытывать волнение. Было ли это собеседование важно для нее? Безусловно. От сегодняшней встречи зависело не только финансовое положение, которое на данный момент из-за взятой ипотеки и переезда оказалось не таким прочным, но и дальнейшее проживание в столице. Конечно, в голове у нее уже существовал план «Б» на случай провала, но, в отличие от других вакансий, здесь платили гораздо больше, да и условия работы были куда лучше, за исключением долгой дороги, конечно. Она не сомневалась: на эту должность претендовало немало представительниц прекрасного пола возраста от восемнадцати до пятидесяти лет. И что же ее отличало от остальных? Уверенность в себе? Несомненно. Еще и внешний вид, производящий благоприятное впечатление на окружающих: черная юбка-карандаш, белая блузка, черный приталенный пиджак, накрученные на плойке светлые пряди волос. Чистая классика, не оставляющая никого равнодушным.

Еще одна девушка, на этот раз рыжая, встретила Милену прямо возле дверей лифта и, приветливо улыбаясь, попросила проследовать за ней. Сразу было видно, к собеседованию готовились, а работники добросовестно выполняли приказы начальства. Сама девушка была приятной в общении, в отличие от своей коллеги в холле первого этажа. Не все так плохо, как казалось в первые минуты пребывания здесь. Впрочем, она поймет, что ошиблась, но позже.

– Здравствуйте, Милена Викторовна, – произнес мужчина, оторвавшись от своих бумаг, стоило девушке ступить в просторный светлый кабинет. – Присаживайтесь, – протянул медленно, указав на свободное кресло напротив.

Мужчина средних лет, чей возраст выдавали небольшие морщинки на лбу и уже заметная седина на висках, располагал к себе. Волнение как-то само собой исчезло, зато уверенности прибавилось. Эту должность она получит наверняка.

– Судя по рекомендациям, вы отличный работник, но я бы хотел нанять не только профессионала своего дела, меня интересуют личные качества, в частности, ответственность. Заполните, пожалуйста, анкету, затем мы продолжим собеседование, – он протянул печатный лист формата «А4», сохраняя невозмутимость, присущую руководителю высокого ранга, но в то же время не запугивая ледяным взглядом.

Милене не впервой было рассказывать о себе в письменном виде, и проблем с этим никогда не возникало. Однако сомнения возникли. Обычно работодатели во время разговора выявляли все положительные и отрицательные качества претендента на должность, проводя различные тесты на определение необходимой для компании квалификации. Видимо, этот руководитель использовал какой-то иной метод понятный только ему.

Девушка старалась донести как можно больше информации о себе, как о работнике, задумываясь над тем или иным написанным словом, пока за ней наблюдал Даниил Андреевич. Его взгляд не пугал, скорее, немного отвлекал, хотя Милена не отличалась рассеянностью и уже дописывала предпоследнюю графу.

Все проходило достаточно спокойно, пока тишину не нарушил грохот двери о стену, который все-таки заставил девушку отвлечься на последнем предложении.

– Даниил Андреевич! – крикнул мужчина, врываясь в кабинет и буквально подлетая к генеральному директору. – Американцы разорвали с нами контракт! – завопил он, размахивая бумагами.

Как оказалось, Милена оторвалась от своего дела не зря. Над Даниилом Андреевичем навис мужчина слегка за тридцать. Высокий. Статный. Скульптурный. Брюнет. Любая девушка, мечтавшая об идеальном спутнике жизни начала бы уже пускать слюни, однако в голове Милены такие мысли не возникали. В данный период ее мало интересовали мужчины, если речь не шла об удовлетворении собственных потребностей. Хотя каждая девушка понимала: получить удовольствие можно и без помощи сильного самца.

Но этот мужчина, хоть он и казался самым обыкновенным представителем сильного пола, все же ненароком привлек ее внимание. Слегка отросшие черные волосы, скрывающие яростный взгляд темных глаз, губы, сомкнутые в тонкую линию, прямой нос с горбинкой. Типичный красавчик из фантазий одиноких дам. Только вот в голове Милены он надолго не задержался.

– Пусть катятся ко всем чертям, – выругался Даниил Андреевич. – Слишком многого хотят эти американцы, – добродушное лицо генерального директора вмиг изменилось, став злым. Внезапно. Слишком резко. Хотя стоило ему мельком взглянуть в глаза девушки, и он тут же успокоился, давая понять, что на посторонних его ярость не распространяется.

– Но это же…

– Никаких «но»! У нас и без них много работы, – отрезал руководитель, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Видимо, слово генерального директора никто не смел оспаривать. Даже этот брюнет, который, видимо, являлся далеко не последним лицом в компании быстро сдал свои позиции, услышав ответ шефа. По крайней мере, Милене так показалось.

До следующего момента.

– Чего уставилась? – внезапно рявкнул брюнет, заправляя лезущую в глаза челку за ухо. В его голосе слышалось презрение, а дерзкий взгляд говорил о способности застать врасплох любого человека. Стало ясно, кто в этой компании занимается переговорами.

От такой резкости девушка на время опешила, не до конца осознав, что обращались именно к ней. Вот только теперь на нее смотрели уже оба мужчины = И если генеральный директор старался успокоиться и не выдавать свою нервозность перед кандидатом на должность секретаря, то брюнета мало волновало, как он выглядит в чужих глазах.

– Придержи язык, Толя, – придав голосу властности, проговорил Даниил Андреевич, искоса поглядывая на растерявшуюся Милену. Конечно, ей хамили и раньше, однако способность ответить той же монетой не терялась так внезапно. Ей просто непонятна была причина неожиданной агрессии, да и первое впечатление перед будущим шефом портить совсем не хотелось. – Милена Викторовна, вы заполнили анкету?

– А? Да, конечно, – голос слегка задрожал. И куда же делась уверенность в себе? Спряталась? Или же испарилась, стоило этому грубияну раскрыть свой рот? Не так она представляла себе это собеседование. Совсем не так.

Под прожигающим взглядом этого наглеца было не особо комфортно, но деваться некуда. Из кабинета не сбежишь, показав себя трусихой, не исчезнешь, не спрячешься под столом. Это по-детски. Глупо.

«Не сдавайся! Покажи, что это тебя не задело!» – проговаривала про себя девушка. В какой-то степени это помогало сосредоточиться на собеседовании, а не на озлобленном работнике компании, стоящем совсем рядом.

Самообладание вернулось быстро, однако Милена старалась больше не встречаться взглядом с темно-серыми глазами агрессивного мужчины. Смысл? Она не сделала ничего такого, что могло бы его разозлить. Эта мысль успокаивала. Недолго.

– Можно мне задать пару вопросов? – встрял брюнет после затянувшегося молчания, вглядываясь в только что дописанную анкету. Эта инициатива не пришлась по вкусу не только Даниилу Андреевичу, но и самой Милене.

– Толя…

– С какой целью вы пришли работать именно в нашу компанию? – Густая темная бровь выгнулась над серым глазом, не скрытым челкой, а тонкие губы расплылись в подобии ухмылки, хотя к ситуации больше подошел бы хищный оскал.

– Меня заинтересовала перспектива карьерного роста и хорошая зарплата, – честно ответила Милена, не отрывая взгляда от брюнета. Так проще было общаться. Проще показать, насколько его проделки безразличны, хоть это и не соответствовало истине.

– Серьезно? Вы рассчитываете на более высокую должность? Неужели способность подавать кофе и распределять документацию смогла вас настолько сильно заинтересовать? – вопрос звучал скептически, хотя девушка не удивилась такому повороту. Он так же высокомерно смотрел на девушку, не отрываясь, будто искал какой-то подвох, сложив руки на груди. По-деловому. По привычке. Показывая, кто сейчас владеет накаляющейся ситуацией.

В какой-то момент желание произвести хорошее впечатление на возможное начальство исчезло, лопнуло терпение, стоило услышать заданный вопрос. Дело было даже не в «заинтересованности» мужчины, а в тоне, которым он этот вопрос задал, будто разговаривал не с девушкой, не кандидаткой на должность секретаря генерального директора, а с врагом. Милена быстро взяла себя в руки и вновь подняла взгляд на мучителя в черном костюме. И если до этого она заставляла себя смотреть в его глаза через силу, то теперь она сделала это с смело, с вызовом. Словно говоря: она не сдастся просто так. Не сейчас.

– Анатолий Сергеевич, займитесь своими прямыми обязанностями, – пытался встрять в диалог Даниил Андреевич, но его повисшая в воздухе фраза осталась незамеченной ни девушкой, ни мужчиной.

– Я жду ответа, Милена…

– Викторовна, – с легким укором продолжила девушка. Возникшая ситуация уже не так пугала, скорее забавляла. Милена знала: пришедшая только что в ее светлую голову идея не самая удачная, но поделать с собой уже ничего не могла.

– Точно.

– Боитесь, что я не справлюсь со своими обязанностями и разолью на вас кофе? – теперь скептицизм появился и в ее голосе. Сейчас трудно было сказать, кто из них зажат в угол – оба действовали уверенно, наступая друг на друга с одинаковым напором.

– Боюсь, что такая неумеха испортит мой дорогой костюм, – брюнет продолжил наступать, только теперь он явно перегибал палку. Однако ни строгий взгляд генерального директора, ни спокойное выражение лица Милены не могли остановить запущенную часовую бомбу. В живых останутся только сильнейшие.

– Вы так часто сталкивались с помощницами, не умеющими разносить напитки? Возможно, вы не попытались объяснить им их прямые обязанности или занимались, – пауза, – немного другими делами, – легкая улыбка появилась на пухлых девичьих губах, а взгляд готов был превратить собеседника с пепел. Вот она, уверенность в своих силах. В словах. То, что просыпалось в девушке каждый раз, стоило кому-то некорректно отозваться о ней.

Внешне брюнет никак не показал свое удивление, однако напрягшиеся кулаки и потемневшие глаза, ставшие из темно-серых практически черными, говорил об обратном. Один-ноль в ее пользу.

– Думаю, я достаточно узнал о вас. Милена Викторовна, ваша кандидатура меня впечатлила. Мы вам обязательно перезвоним, – видимо, Даниил Андреевич устал от этой перепалки и, встав со своего широкого кресла, поспешил проводить еще не остывшую от «интереснейшего» диалога девушку.

Только спускаясь в лифте на первый этаж, Милена осознала свою ошибку. С одной стороны, заступилась за свою честь, когда никто не собирался делать это за нее, но с другой – получилось неудобно перед генеральным директором. Она обещала сделать все возможное для получения должности. Так и случилось. Осталось только ждать звонка или идти искать другую вакансию. Впрочем, Милена вряд ли подозревала, что беготня по офисам и собеседованиям больше не имела острой необходимости: ее кандидатура заинтересовала куда больше, чем она рассчитывала.

## Глава 2. Два-один

Из кадрового отдела Милене позвонили на следующий же день. Уж очень сильно, видимо, она впечатлила генерального директора, раз он разогнал других представительниц прекрасного пола с большим опытом работы, нежели у нее самой. Но ее это не волновало, главное – она получила желаемое место. Радости от этой новости не было предела. Еще один пункт в повестке недели был выполнен. Девушка поднялась на одну ступень выше. Достигла желаемого, даже невзирая на неприятный диалог с тем брюнетом.

Работа ее вполне устраивала. Даниил Андреевич не нагружал работой первые пару дней, дав девушке привыкнуть к обстановке, да и сам начальник казался вполне довольным своим выбором. Поначалу включиться в режим работы оказалось немного труднее, чем можно было предположить, да и к бешеному ритму мегаполиса пришлось привыкать в кратчайшие сроки. Впрочем, все эти неурядицы, с которыми Милена потихоньку справилась, оказались такой мелочью по сравнению с тем, что ее ожидало! Нет, дело было не в ее некомпетентности, как секретаря и помощника, а в заместителе гендиректора – Анатолии Сергеевиче. Его имя девушка запомнила еще на собеседовании из-за небольшого конфликта. Вспоминала ли она о том инциденте? Да. Несомненно. С улыбкой на лице. Однако быстро о нем и забывала, занимаясь своими делами. Конечно, Милену одолевали сомнения перед первым рабочим днем. Как общаться с этим человеком? Как себя вести? Сделать вид, что ничего не произошло? Ответ пришел только под утро перед выходом на работу: решать проблемы по мере их наступления. Девушка не была уверена, что их конфликт продолжится. Никто не был уверен в этом. Кроме самого Анатолия Сергеевича.

Его первое появление в поле зрения девушки произошло на третий рабочий день, когда она сверяла данные компьютера с печатным вариантом. Какова оказалась его реакция? Удивление и немного злости. А ее? Никакая. Ее в принципе не было. Она настолько погрузилась в рабочий процесс, что не заметила нахмуренные густые брови и сверлящий взгляд глаз цвета грозовой тучи. Но все эти эмоции были напоказ. Для вида. Только на это внимания никто не обратил. И вот это его разозлило. Намного больше, чем ее недвусмысленные намеки на времяпрепровождение со своими подчиненными тогда, на собеседовании. Если Милена для себя решила никак более не упоминать эту тему, то Анатолий Сергеевич думал иначе.

Он ничего не забыл.

– Ты все-таки здесь, – только звук его хриплого голоса с каплей жесткости заставил девушку отвлечься от работы. Даже не поднимая глаз, Милена узнала стоявшего напротив стола мужчину, и буквально кожей почувствовала внимательный взгляд, окидывающий ее слегка напряженное тело. Нет, девушка не испугалась его прихода, скорее, от неожиданности она почувствовала скованность в груди, которая заставила ее пропустить пару вдохов. Однако через некоторое время все прошло, и Милена смогла взять себя в руки.

– Даниила Андреевича нет на месте. Я передам, что вы заходили, – деловито отчеканила она, чувствуя, что ее слова падают в пустоту. Всем телом она ощущала, как пристальный взгляд мужчины скользит по тонкой шее к вырезу белой блузы, приоткрывающему грудь, далее вниз до талии, упирается в стол и возвращается обратно, следуя по тому же маршруту, чтобы остановиться на красных пухлых губах. Буквально на пару мгновений. Затем упирался в карие глаза девушки и пытался просверлить в них дырку. Насквозь. Неприятное ощущение.

– Я не к нему пришел. Как ты уговорила шефа взять тебя на работу? —отрезал жестко. Властно. Будто не он сейчас пожирал ее стройную фигурку взглядом, а другой человек, который испарился в один миг.

– Видимо, мои рекомендации с предыдущих мест впечатлили Даниила Андреевича, – девушка старалась не менять тон, отвечая так же, как и раньше, однако получалось это с трудом. Она волновалась. Как бы ни отрицала сей факт. Глубокое дыхание, быстрое сердцебиение и слегка поледеневшие конечности подтверждали это.

– Интересно, он учел твои дерзости в адрес своего заместителя? – уже знакомый тон. Знакомая поза сложенных на груди рук. Знакомый прожигающий взгляд. Знакомая челка, скрывающая половину лица. Да, ему бы не помешало подстричься.

– О чем вы? Я отвечала на заданные вами вопросы, – Милена всеми силами старалась не идти на конфликт. Вновь. Неизвестно, чем это могло закончиться. Он легко отделается от раздражающей девчонки, занявшей пост возле офиса генерального директора, а вот она сама лишится не только работы, но и перспектив на выполнение дальнейших планов на жизнь в большом городе. Сейчас ей пришлось играть наивную глупышку, подстраиваясь под навязанный обществом стереотип, но это было лучше, чем вновь идти на рожон.

– Не прикидывайся дурой. Тебе это не поможет надолго задержаться здесь! – Стоило мужчине уйти, громко хлопнув дверью в приемную, Милена тут же шумно вздохнула. Облегченно. Будто камень с души свалился. Такого напряжения она не ощущала давно. Не ожидала, что ее могут настолько невзлюбить.

Причины такой неприязни ей были непонятны, необъяснимы. Они возникли на том собеседовании спонтанно. Возможно, виной тому послужило испорченное бушующими заказчиками настроение, или же кандидатура девушки в принципе не пришлась ему по вкусу. Может, дело во внешности? Не нравятся стройные блондинки? Это уже Милену не волновало. Слишком странно возненавидеть человека, которого увидел в первый раз в жизни. Глупо. По-детски. В отличие от Анатолия Сергеевича, Милена не испытывала к нему ненависти, но постепенно он начал вызывать в ней раздражение. Девушка старалась его не замечать, работать, делая вид, что никого вокруг не существует. Однако порой сложно сосредоточиться, когда человек нарочно мешает, то комментируя работу девушки просто проходя мимо , то отвлекая разговорами по телефону со своими пассиями рядом с ее рабочим местом. Сложно. Но она справится.

Выстоит.

Покажет свою перспективность и трудолюбие.

И он забудет о ссорах и обидах.

Так Милена думала первые пару месяцев, пока за окном не растаял снег. Она справлялась. Держалась. Терпела. До определенного момента. Ей просто надоело. Устала. От чего? От его присутствия. От едких комментариев. От стереотипных шуточек о скудном уме блондинок. От всего. Это чувство, когда не в силах ответить по полной программе и задеть за живое из-за боязни лишиться хорошего дохода. Оно терзало изнутри, обессиливало. Связывало руки. Злило. Очень сильно злило. Милена порой отвечала мужчине, однако ее слова не имели никакого подтекста, , как на собеседовании. Они не задевали его, не бесили, не раздражали. Наверное, впервые в жизни девушка чувствовала себя бессильной. Слабой.

Неуверенной.

Единственное, что успокаивало и приводило мысли в порядок – обеды с коллегами, которые успели за такой короткий срок стать чуть ближе, чем просто знакомые. И, конечно, зарплата.

Обеды с девчонками проходили ежедневно с двух до трех в кафе напротив офиса. В их компании были практически все представительницы прекрасного пола из фирмы. Каждая из них отличалась не только внешним видом, но и складом ума, профессией и, конечно же, говорливостью. Лидером среди них являлась Мария из бухгалтерии – женщина немного за тридцать, как показалось Милене на первый взгляд. Если при первом обеде, когда ей позволили присоединиться к их маленькой компании, Милена была уверенна в возрасте «главаря», то потом, спустя некоторое время, она начала в этом сомневаться, а спросить все не решалась.

– Да ладно тебе, Милен, – возмутилась Маша. Среди остальных коллег она выделялась не только чрезмерной болтливостью, но и умением успокоить даже в самые отчаянные моменты, когда хочется расплакаться у кого-то на плече. К счастью, Милена сдержалась, хотя глаза слегка увлажнились. – Нашла из-за кого руки опускать. Тебя наш старший устраивает?

– Да, – тихо ответила Милена, уставившись в свою тарелку.

– А зарплата?

– Тоже.

– Тогда чего ты сопли развела из-за этого выскочки? – Маша своим возмущенным воплем не только заставила Милену поднять на нее взгляд, но и обратила на себя внимание других коллег, обедающих за соседними столиками. На удивление, бухгалтерша такому вниманию не смутилась, продолжая буравить взглядом поникшую Милену. – Ответь ему тем же, – предложила женщина. Эта мысль возникала в голове девушки каждый раз, стоило Анатолию Сергеевичу раскрыть свой рот в ее сторону. Однако она улетучивалась моментально, стоило ей вспомнить об ипотеке. И о высокой зарплате, которую предлагали только здесь. И вся эта цепочка мыслей прокручивалась в голове вновь и вновь. Практически каждую их встречу. Невыносимо.

– Вряд ли Даниил Андреевич обрадуется, что я хамлю его правой руке, – обреченно озвучила свои мысли Милена. Теперь не только влажные глаза выдавали ее отчаяние, но и хрипловатый голос. Не такой веселый, каким его привыкли слышать коллеги.

– А ты не груби. Намекай. Помнишь, как ты отшила того курьера? Действуй так же, – видимо, Мария воодушевилась гораздо больше идеей отомстить придирчивому начальнику, чем сама пострадавшая. Да, тот дотошный курьер из доставки еды, который никак не хотел уходить без номера телефона Милены, заставил не только разозлиться, но и послать его на все четыре стороны, намекая на несоответствие их внутренних миров.

И тут ее осенило. Тогда, на собеседовании, она явно задела брюнета, хоть и не так сильно, как хотелось бы. Намекнула на его несостоятельность как заместителя, который отвлекается от обязанностей на своих коллег противоположенного пола. Это первое, что пришло ей в голову, к тому же она не представляла, на что еще можно надавить. Не владела достаточной информацией об этом человеке. Так почему же ей не изучить все, что касалось Анатолия Сергеевича, начиная от глупых привычек, заканчивая слухами? Она отвечала на его подколки не так часто, а точнее, не тем. Ей нужно действовать иначе. Нужно загнать его в угол, как тогда, на собеседовании. Заставить понять, насколько его существование бесполезно. Выскочку нужно ставить на место. Как там говорилось, на войне все средства хороши? Так и будет.

С того момента все и началось. Битва между двумя соперниками началась. И ни один из них не подозревал , насколько жестокими окажутся бои за уважение не только самого себя, но и окружающих , насколько один из них почувствует собственную ничтожность, а другой – превосходство. Да, никто не догадывался о финале этой беспощадной гонки, не мог представить, как именно развернутся события. Насколько их отношения изменятся, причем, за очень короткое время. Никто не знал и не узнает, кроме самих участников битвы.

Идея Маши пришлась по вкусу не только самой жертве интриг начальства, но и другим коллегам, подвергшимся нападкам зама. Конечно, все происходило не в таких масштабах и не с такой частотой, как у Милены, однако отомстить за потрепанные нервы желали многие. В свободные от дел минуты или во время перерыва на обед девушка собирала информацию о своем оппоненте, расспрашивая то секретарей разных отделов, то помощников руководителей. В такие моменты внутри возникало ощущение попадания в какой-то детектив, где необходимо раскрыть очередное преступление, хотя в какой-то мере так это и выглядело. Анатолий Сергеевич преступил закон. Моральный. Воспользовался своим положением ради собственной выгоды. Почему? Причина до определенной поры была скрыта от всех, только легкие подозрения периодически возникали, пока за дело не взялась Милена. И то, что она узнала, ее очень удивило. Мягко говоря.

Постепенно Милена разузнала все об увлечении мужчины своими секретаршами. Дошло до того, что, по настоянию Даниила Андреевича, девушек-секретарш сменил парень – выпускник МГИМО. О трепетном отношении к своей внешности. И, конечно, о жене. Бывшей. Периодическое появление статной блондинки с ярко накрашенными губами алого оттенка в свое время пришлось пережить практически всем работникам компании, и теперь, завидя ее, они заранее морально готовились к испорченному дню и задержке на работе. За это Милена и зацепилась. За прошлое. Болезненное, учитывая мерзкое настроение зама после посещений бывшей жены. Причина развода пары была неизвестна, однако девушка больше не пыталась ее узнать: нарытой информации оказалось предостаточно.

Первая встреча Милены с Анатолием Сергеевичем после начала осуществления продуманного плана случилась как раз через пару дней, когда Даниил Андреевич попросил отнести экземпляр контракта на застройку нового района своему заму. Сказать, что блондинка не волновалась, все равно что ничего не сказать. Такое с девушкой случалось довольно редко. Дрожь в коленях, неуверенные шаги и пробравшийся под блузку ниоткуда взявшийся холодок были непривычны. Милена всегда считала себя уверенной девушкой, добивающейся нужного результата любой ценой. В пределах разумного, конечно. До того момента, как ступила впервые в офис этой компании.

И теперь она не была морально готова встретиться с мучителем лицом к лицу, с вызовом посмотреть в его стальные глаза и высказать все, что скопилось на языке. Не была готова зайти к нему в кабинет. Не была готова услышать его властный голос с нотками презрения. Но, если рассуждать объективно, то она никогда бы и не подготовилась к этому, если бы продолжала избегать этих встреч. Что она и собиралась проделать сейчас.

– Здравствуйте, Милена Викторовна, – поздоровался худощавый паренек-секретарь слегка взволнованным голосом. Видимо, его уже успел запугать Анатолий Сергеевич. Максим Киселев проработал на этой должности всего ничего, от силы месяц, зато успел прийтись по сердцу многим коллегам. Да, попал он сюда неслучайно, по связям, зато не шатался где попало вместе со сверстниками, растрачивая средства родителей в увеселительных заведениях.

– Можно просто Милена. Мне не сорок лет, Максим, – с небольшим, почти невесомым нажимом проговорила девушка, всматриваясь в напугано-смеющиеся голубые глаза парня. Он сам не любил, когда к нему обращались по отчеству, теперь была его очередь привыкать. – Шеф у себя?

– Да, – тихо, практически одними губами прошептал Максим, взглядом намекая, что Его Высокопревосходительство сегодня явно не в духе. В принципе, этому факту Милена не удивилась: привыкла за несколько месяцев к резким переменам настроения, стоило ей появиться перед ним.

– Передашь контракт от Даниила Андреевича?

– Вы не отнесете сами? – вопросительно приподнял бровь. Видимо, парнишка до сих пор не знал о странных отношениях девушки с его начальником. Не успели наши сплетницы донести нужную информацию молодому поколению.

– И правда, Милена Викторовна, – как гром среди ясного неба раздался грубый мужской голос, лишая девушку возможности мыслить здраво. – Почему вы не принесли мне лично в руки? Насколько я знаю, Даниил Андреевич не любит, когда перечат его приказу, – зоркий взгляд темно-серых глаз, сжатые до предела челюсти, с трудом скрываемый хищный оскал. Сложенные на груди руки. Его привычная стойка, намекающая на еще одну неприятную для Милены стычку. Девушка постаралась взять себя в руки как можно быстрее, не давая возможности окружающим понять, что ее застали врасплох.

– Простите, Анатолий Сергеевич, – ангельским голосом пропела Милена, хотя в нем слышалась неподдельная фальшь, которую не услышать мог разве что глухой.

– Максим, принеси нам кофе, – жестко отрезал зам, жестом приглашая девушку пройти в кабинет.

И тут Милена поняла: сейчас или никогда. Она чувствовала, что вновь будет подвергнута оскорблениям, ей вновь придется либо отмалчиваться, либо защищаться, приводя не подкрепленные доказательствами факты. Она должна дать ему отпор, должна заставить ответить за всю неприязнь, за испорченные нервы, за устроенный личный ежедневный ад. За все. Просто обязана высказать ему все, что давно собиралась, даже если морально не готова. Даже если провалится. Должна.

Надо сказать, кабинет у Анатолия Сергеевича был довольно просторным и светлым: большой стол со стеклянной крышкой, вмещающий все необходимое, поодаль небольшие диваны для неофициальных приемов гостей. Милена никогда не обращала внимания на размер рабочего места заместителя генерального директора компании, однако сейчас мысленно стремилась зацепиться за что угодно, лишь бы не думать о накатившем высокой волной волнении.

– Что за цирк ты устроила? – он уселся за стол и по-хозяйски развалился в кресле. Взгляд вновь стал звериным, диким. Устрашающим. Первое время он пугал девушку, выбивая из колеи, но спустя время пугающий эффект перестал действовать. Выработался своеобразный иммунитет.

– О чем вы? – самая правильная реакция. Несомненно, в светлую голову девушки приходили разные варианты ответов, однако разумнее всего сейчас было состроить из себя непонятливую дурочку. Вновь. Нужно понять, с чем предстоит иметь дело.

– Думаешь, я совсем идиот и ничего не замечаю?

«Ох, какой правильный вовод!!» – подумала про себя Милена, однако ответ ее звучал иначе:

– Думаю, вам лучше не знать мое мнение о вас. – Она наблюдала за ухмылкой на жестком лице мужчины, больше похожей на хищный оскал.

– Интересно, и какое же мнение могло сложиться у секретутки с явным отсутствием мозгов? – вновь пренебрежение в его голосе. Даже грубость. Вот и настал момент, когда мужчине придется ответить за свои слова. Секретутка. Перебор. Причем сильный. Эти слова вылетели из его уст так легко, будто они обсуждали переменчивость погоды. Он не должен так говорить. «Он ответит», – решила Милена, готовясь высказать все, что так долго обдумывала.

– Наверное, такое же, как и у вашей жены, – последовал ответ, и лица обоих собеседников изменились. Практически одновременно. Они будто поменялись местами. Ухмылка с лица Анатолия Сергеевича исчезла, взгляд стал более острым в тот момент, когда Милена хищно улыбнулась. Победно. Наверное, на такой эффект она и не смела рассчитывать. Не предполагала, что настолько точно попадет в цель. – Вы ведь предпочли ей компанию других, как вы выразились, «секретуток», – улыбка на лице девушки сверкала ярче, чем елочные огоньки, а взгляд мужчины говорил о том, что он готов порвать всех и вся, кто попадется ему на глаза.

– У нашей пташки прорезался голосок! Не боишься, что тебе подрежут крылья? –  мужчина изо всех сил старался скрыть истинные чувства и степень своего негодования, однако Милена отчетливо осознала: он зол. Очень зол. – Насколько я знаю, твое положение полностью зависит от этой работы, а после рекомендации, которую тебе составят по моему требованию, тебя вряд ли возьмут даже в самую маленькую адвокатскую фирму. – Угрозы. Они всегда возникают, когда больше нечем ответить. Когда козыри, до сих пор бывшие на руках, уже все выложены на стол. Милена не сразу усвоила этот урок, но сейчас, вглядываясь в лицо противника, явственно поняла это. Они молчали. Недолго. Просто испепеляли друг друга взглядами: Анатолий Сергеевич – хмурым, а Милена – победным. В этот момент она осознала одну важную вещь. Что бы сейчас ни сказала, какое бы предположение, вертевшееся в голове долгое время, не выложила на стол, – игрок будет повержен.

– Мы так сильно похожи? – произнесла Милена. С вызовом. С той самой, свойственной ей, непоколебимой уверенностью в своих словах. Она давно думала о такой причине его резкой неприязни, но всегда отмахивалась от нее, сомневаясь в собственных выводах. Но сейчас, увидев, насколько ее слова задели Анатолия Сергеевича, она поняла, куда нужно бить.

– В смысле? – непонимающе переспросил мужчина. Милена заметила, что даже его голос звучал не так грозно, как до этого момента. Видимо, такой поворот его сильно озадачил, а тема явно была не по вкусу.

– С вашей бывшей женой. Мы сильно похожи?

– Ни капли, – врет. Нагло. Не моргая. Пытается остаться на плаву. Поздно. Слишком поздно. Бомба замедленного действия запущена. Остается только ждать, когда произойдет взрыв.

– Правда? А я считаю иначе. Светлый цвет волос, яркий взгляд карих глаз, пухлые губы. Неужели я настолько напоминаю вам ее, что вы получаете удовольствие, каждую нашу встречу задевая и оскорбляя меня? Я думала, вы не настолько отчаявшийся человек, – широкая ухмылка, довольный взгляд, сложенные на груди руки. Теперь она приняла позу победителя. Его позу.

– Ты слишком самоуверенна, – очередная отчаянная попытка повернуть ситуацию в свою пользу. И она провалилась. Вновь.

– Просто вы слишком слабы, чтобы признать очевидное. – Железное терпение мужчины готово было лопнуть в тот самый момент, когда Милена встала со своего места, плавной походкой подошла к нему и аккуратно положила конверт на стол прямо перед его носом. Собственно, если бы не важные документы, она не явилась бы сюда ни под каким предлогом. – Ваш договор, – она сомневалась, что ее слова дойдут до собеседника, учитывая то, каким тихим голосом она говорила. Но они дошли, и теперь явно прокручивались в его голове.

Милена ушла, оставив за собой этот раунд. Вцепившись зубами в победу. Она показалась ей легкой, а уверенность взлетела до небес, в то время как поверженный противник негодовал, хотя это мягко сказано. Да, девушка полной грудью вдыхала запах победы, даже не подозревая, насколько глубоко ранила Анатолия. Как нещадно растоптала его самолюбие. Как заставила его задуматься об истинности своих выводов. Ведь они были верны.

## Глава 3. Слабая

– Сука! Шалава! – выкрики из кабинета заместителя генерального директора разносились, казалось, на весь этаж. – Максим! Почему кофе нет на столе? Сколько можно ждать? – рявкнул Анатолий Сергеевич по громкой связи. Возможно, появление мальчишки с кофе могло бы повернуть ситуацию в другое русло, но судьба распределилась иначе. Совсем иначе. Оставила его с этой чертовой стервой с глазу на глаз.

– Что-то еще, Анатолий Сергеевич?

– Свободен, – фраза кинута чересчур грубо, чего Максим не заслужил. Хотя после того как он спасовал перед одной важной миссией. И теперь его такой тон не удивил. Секретарь не смог остановить бывшую жену шефа, которую тот ненавидел всей душой, и она прорвалась в его кабинет. Вновь скандал, вновь разговор на одну и ту же тему. Вновь злость, охватившая его при виде этой женщины. И с этим, к сожалению, ничего нельзя было сделать

– Мне нужны деньги, – с порога заявила красивая блондинка, скользя по кабинету легкой походкой, не лишенной грации, с протянутой за купюрами рукой. Сегодня она не выглядела так ослепительно, однако чувство стиля ей было не занимать. Светская дама в белой шубке и такого же цвета меховой шапочке должна была блистать на обложках глянцевых журналов, однако этому помешало одно непреодолимое препятствие. Анатолий Сергеевич. И, надо сказать, своевременно.

– Что, твой хахаль больше тебя не спонсирует? – в его голосе присутствовала изрядная доля ехидства. Оно всегда звучало во время их редких, но довольно продолжительных разговоров. Он ожидал, что она придет именно сегодня, как и всегда, но не думал о таком наглом нарушении его рабочих планов. Эта женщина никогда не переставала удивлять. В плохом смысле слова.

– Дашь или нет? – игнорируя его сарказм, спросила женщина.

– Я выплатил тебе алименты за этот месяц. Что тебе еще нужно?

– Этого мало, – видимо, не на всю новую коллекцию туфель хватило, хотя деньги всегда переводились вовремя. Несмотря на неприязнь к бывшей жене, Анатолий Сергеевич считал, что своевременные перечисления она заслужила, но иногда мужчина думал иначе, например, сейчас.

– Жопе твоей мало силикона! – прокомментировал он.

– Перестань, Толь. Я до сих пор не отошла от развода, – манерно закатила глаза женщина.

А вот это не столько удивило мужчину, сколько позабавило, да настолько, что вызвало истерический смех. Вновь игра слов. Они оба знали, что получили от этого брака все необходимое. Каждый для себя извлек свою выгоду, но, кажется, кому-то этого было недостаточно.

– Да неужели? С новым трахалем настолько плохо трахается, что ты вспомнила о своем переживании? – эти слова дались ему с большим трудом, учитывая непрекращающийся смех. «Не отошла от развода! Вот насмешила!» – подумал Анатолий, кое-как восстанавливая дыхание.

– Да пошел ты! – ее лицо скривилось от негодования так, что теперь женщина больше походила на Бабу-Ягу из детских сказок, чем на светскую львицу. Она вышла из кабинета так же внезапно, как и вошла. И так же эффектно, хотя раньше получалось гораздо лучше.

Между ними не было ни любви, ни страсти, только голый расчет. И решение о разводе они приняли практически одновременно – с разницей в один день Анатолий не скрывал, что он не испытывает никаких эмоций к жене. А вот любила ли Эвелина своего мужа? В какой-то степени. Как-то по-своему. Поначалу она пыталась сделать из их союза нормальный человеческий брак: встречала с работы, накрывая каждый вечер стол, заводила разговоры о будущем потомстве. Мечтала, что когда-нибудь они заживут нормальной жизнью без игры и фальша. Что же этому препятствовало? Анатолий. Его интересовала лишь работа и, как выяснилось позже, жена ему не была нужна. Возможно, дело было в неготовности к семейной жизни или в неверии в добропорядочности современных представительниц прекрасного пола. Да, Анатолий Сергеевич был мужчиной со сложным внутренним миром, а железный характер предпринимателя отпугивал претенденток на сердце завидного холостяка. Всем нужны были деньги. Ей они тоже были нужны.

Эвелине.

Хотя нет. Она больше нуждалась в свободе от родительского контроля и возможности жить по своим правилам. Только она не подозревала, что из одной тюрьмы попадет в другую. До последнего момента, пока еще не все нервные клетки погибли в организме, она пыталась сохранить остатки достоинства и фальшивого брака. Бесполезно. Что в самом начале, что через год или пять лет. Ничего не изменилось. Он не изменился. Ему это не было нужно. Только деньги ее покойного отца, который вложил капитал в начинающую строительную фирму.

Все это осталось в прошлом. После развода Анатолий с головой ушел в работу, , периодически развлекаясь с доступными девушками, а Эвелина, обретя не только свободу, но и немаленькие средства для безбедного существования, жила в свое удовольствие , хотя имела наглость периодически вламываться к бывшему мужу. Почему? Считала своим долгом испортить его жизнь так же, как и он ее, хотя бы таким примитивным способом. Эвелина знала, как раздражала бывшего мужа одним своим появлением, и этот процесс вызывал у нее эйфорию. Да, мысль о том, что Анатолий будет весь день ходить мрачнее тучи, веселила ее постоянно.

Но сегодня все было иначе. Ему вдруг стало плевать на разрушенную семью, на женщину, которая когда-то считалась его женой. Из головы не выходила эта наглая девчонка, осмелившаяся раскрыть свой поганый рот и перейти на личности. Напомнить о ненавистной бывшей жене, а главное – об их сходстве. Несмотря на попытку отрицать очевидное, каждый раз, стоило девчонке появиться в поле его зрения, он понимал: они действительно похожи. Та же походка, та же уверенность в себе, тот же взгляд, способный разозлить в одно мгновение. Она не просто бесила его, раздражала своей ангельской внешностью, которая наверняка скрывала дьявольскую сущность. Все они такие. Дьяволицы, думающие, что весь мир должен лежать у их ног. Но с ним это не пройдет. Он не даст ей жить спокойно после этого инцидента. После ее слов. Она не посмеет более так с ним разговаривать. Дядя вряд ли с ней что-то сделает, но вот сам он осложнить ее положение сможет и без его помощи. Она заплатит. Заплатит за унижение. За само свое существование в его мире.

Она пожалеет, что сунула свой маленький носик не в свое дело…

***

Очередное собрание акционеров. Как же он ненавидел эту пустую трату времени, когда можно было заняться изучением новых заказов и чертежей. Вновь придется отсиживать попу в течение полутора часов. К сожалению, ничего нельзя было поделать, такова была его работа. Хорошо хоть, что бывшая на этот раз не заявится как акционер, а займется более приятными для нее делами. Ему бы так. Наверное, впервые в жизни он хотел быть на месте Эвелины.

Еще не все акционеры успели подъехать. Впрочем, некоторые уже успели заскочить к Даниилу Андреевичу, в то время как Анатолий Сергеевич занимался подготовкой к заседанию, а точнее, следил за процессом. В конференц-зале он сидел один, справа от кресла главы корпорации. На своем привычном месте. Пока не зашла она. Эта наглая выскочка. Он не думал, что дядя пошлет ее готовить зал к собранию акционеров, оставит возле себя. Но он не мог не ухватиться за предоставленную возможность потрепать ей нервы, как она ему накануне.

Девушка пыталась его не замечать, заниматься своими прямыми обязанностями. Она настолько усердно старалась не думать о самом факте присутствия не самого приятного для нее человека, что не почувствовала на своей стройной фигуре его пристальный взгляд, который в другое время заставил бы ее сначала замереть, а потом врезать по морде наглецу. Скользящий то вверх, то вниз. Прожигающий буквально насквозь. Останавливающийся то на подоле платья, то на вырезе у груди. «Возможно, не будь она такой стервой, трахнул бы. Жестко. До дрожи в ее ножках. Слушая ее стоны. Но нет. Она не достойна такой чести. Не доросла малышка еще до того, чтобы прислуживать королю», – гуляли в его голове шальные мысли.

Наконец Милене волей-неволей пришлось подойти к нему, чтобы опустить на стол папку с отчетом и бутылку воды. С того момента как она нахамила заму в его собственном кабинете, они больше не встречались. Анатолий, старался передавать все необходимые бумаги через своего помощника Максима, она тоже не горела желанием видеть его каждый божий день. Он предполагал, что девушка уже жалела о своих словах. Скорее всего, она отрицала этот факт, однако ее поведение, игнорирование зама лишь утверждали его в этом выводах. Ей просто было стыдно. И он был уверен в этом. Видел по ее милому личику, по взгляду, который старательно скользил мимо него. Или она так усердно занималась своими обязанностями?

– Не предложишь мне кофе? – он нарушил давящую тишину, поймав Милену за руку, как только она попыталась отступить на шаг. На лице Милены буквально на пару секунд проступило удивление наравне со страхом, однако эти чувства быстро скрылись за маской безразличия.

– Конечно, Анатолий Сергеевич, – тихо проговорила девушка, отворачиваясь к кофе автомату. Да, в их компании такие автоматы стояли буквально на каждом шагу в каждой переговорной и приемных, дабы не бегать постоянно с места на место, снося все вокруг. Это все была удачная идея Анатолия.

Милена не торопясь готовила напиток, давая возможность заму вновь понаблюдать за ее действиями. Причину такой слежки со своей стороны мужчина понять не мог. Скорее всего, это было обычное человеческое любопытство. Странно. Очень странно для него. Обычно Анатолий не интересовался дамами настолько серьезно. Наверное, никто до этого не выводил его из себя так сильно, как она, даже бывшая жена. Да, именно в эту гипотезу верил Анатолий, рассматривая ровные ножки в черных лайкровых чулках. Каждый изгиб тела. Даже маленькую родинку на запястье.

– Смотри не разлей, – кинул как бы невзначай, как только Милена опустила чашку с кофе на стол.

– Вы так боитесь меня? – осмелев, вызывающе спросила она. Опять открывает свой ротик, когда этого делать не нужно. Вновь смотрит на него хищно, будто готовится к прыжку на свою добычу. Только она не учла одного: этот мужчина для нее не добыча. Скорее, все наоборот.

– Ты всегда такая дерзкая?

– По сравнению с вами, я просто ангел, – девушка произнесла эти слова с неким укором. В них не было ничего особенного, однако Анатолий воспринял их как вызов. Он понял ее намек.

Анатолий и сам не заметил, как вскочил со своего места и притиснул к столу наглую девчонку. Что именно сподвигло его на такой резкий шаг, мужчина не задумывался. Ему необходимо было любой ценой заткнуть наглую девчонку. Припугнуть, чтобы в следующий раз думала о своих словах, прежде чем проговаривать вслух. Он смотрел в перепуганные глаза цвета молочного шоколада, впитывал цитрусовый аромат ее духов. Боится. Вся трясется. А главное, ему это нравится.

– Прикрой свой ротик, красавица, – шепнул мужчина едва слышно, опаляя ее лицо горячим дыханием. – Иначе останешься не только без работы, – он прижался к ней практически вплотную, вдавливая в столешницу. Мужчина ощущал азарт, предвкушение развития этой стычки. Немного странные чувства, но Анатолий Сергеевич не обратил на это никакого внимания, глядя только на девчонку.

На самом деле она легко могла сбежать, оттолкнув его, или хотя бы отодвинуться. Он бы не стал держать ее силой: легкого шока было вполне достаточно. Но Милена продолжала стоять на месте, глядя на мужчину во все глаза. Тяжело дышит. Даже губы приоткрыла. Что же ее так взволновало? Нарушение личного пространства? Или что-то другое?

– Ваши волосы лезут мне в лицо, – она старательно пыталась сохранить спокойствие в голосе, но легкая дрожь была слышна даже мужчине. Он победно улыбнулся, обнажая ровную линию зубов. На этот раз на его лице не виделся хищный оскал – просто улыбка победителя, завоевавшего первенство в турнире. – Завяжите их лучше в хвост, – вновь попытка не выдать свой страх. Но он присутствовал. Пропитал все помещение. Охватил ее целиком и полностью, мешая спокойно дышать. И Анатолий не без удовольствия наблюдал за реакцией девчонки, даже забыл о словах, которые, возможно, могли бы его задеть. Но все это было неважно. Он получил то, что хотел – типичную женскую реакцию на себя. Даже если она не осознает этого сейчас, рано или поздно поймет.

Милена, не выдержав, выбежала из кабинета, оттолкнув мужчину как можно сильнее. Ретировалась быстрее, чем Анатолий успел среагировать. Впрочем, несмотря на странный подтекст, истину в ее словах он нашел: волосы действительно лучше затянуть в хвост, сильно отросли.

На собрании оказалось так же скучно, как и всегда, но на этот раз он не пялился бездумно в одну точку, а думал. О ней. Об этой ненавистной, вечно раздражающей девчонке. Ведь она не всегда сможет контролировать себя, скрываться под маской хладнокровия, дабы не выдать свою слабость. А она слаба. Перед ним. Просто ему следует надавить на нужные точки. Сегодня он это сделал. Больше не нужно угрожать увольнением, пользоваться своим авторитетом. Ее слабость теперь не загадка для Анатолия. По крайней мере, сейчас. Ей просто нужен мужчина.

Но он не знал, насколько его предположения оказались верны и в то же время обманчивы.

## Глава 4. Ночью будет жарко

«Черт! Что же со мной происходит?» – задалась вопросом девушка, вылетев из конференц-зала со скоростью света. Казалось, она пробежала пару километров, прежде чем очутиться на лестнице, где периодически дул ветерок. Только здесь она смогла спрятаться от посторонних взглядов. Только здесь, прислонившись к стене, она кое-как выровняла дыхание и успокоила гулко бьющееся сердце.

В голове девушки звучал его голос, а перед глазами стояло его лицо. И взгляд. Дерзкий. Пронизывающий насквозь. Он преследовал ее, кажется, все то время, пока пыталась скрыться от всех. Аромат его дорогого одеколона проник в легкие и, похоже, заполнил все ее тело. Хищная улыбка наводила страх. Его близость пугала. До чертиков. До дрожи в коленях. Дыхание перехватило, стоило мужчине нарушить ее личное пространство. Так близко. Что же на нее нашло? Почему она так отреагировала на Анатолия, хотя могла, как и раньше, найти ответ его словам. Она показала свою слабость, чего прежде не позволила бы себе даже под угрозой расстрела. Впервые Милена так сильно облажалась Несколько месяцев она выдержала, спокойно отвечая на его упреки, делая вид, что она нисколько не напугана. Но не сегодня. Самообладание покинуло ее в самый неподходящий момент. Нервы не выдержали. Ему все стало ясно. Она показала свою уязвимость перед ним. Дура! Зачем? Теперь он не отстанет от нее. Никогда.

Больших трудов Милене стоило привести себя в порядок и пройти на рабочее место, где ее уже ждал Даниил Андреевич, только-только вышедший из кабинета. Надо сказать, выглядел он куда лучше, чем его помощница. Жизнерадостнее, что ли. Наверняка знакомые акционеры успели поднять шефу настроение. Жаль, Милену никто не мог сейчас успокоить, отвлечь от разговора с Анатолием Сергеевичем. Маша сейчас была занята своими делами, да и другие девочки вряд ли найдут свободную минуту.

– Все в порядке, Милена Викторовна? – поинтересовался Даниил Андреевич, заметив слегка дрожащие пальцы своей секретарши, хотя, если бы пригляделся внимательнее, то мог бы заметить еще несколько признаков нервозности.

– Да, все хорошо, – ее голос звучал не так уверенно, как раньше. Он тоже слегка подрагивал. Не хватало еще, чтобы шеф заметил ее взбудораженное состояние. Проблем не возникло бы, однако перспектива испытать на себе жалость начальства не особо прельщала.

– Знаете, сегодня вы мне больше не понадобитесь. Можете идти домой. Эта неделя для всех выдалась нелегкой, – с отеческой улыбкой сказал шеф, но не стал дожидаться ответа. Он знал, что его секретарша начнет отнекиваться, доказывать, что в состоянии поработать до конца дня. Но Даниил Андреевич этого не любил. Не выносил, когда ему перечили. Поэтому сразу же покинул приемную, оставив Милену удивленно смотреть ему в след.

Наверное, это было к лучшему. Она сможет успокоиться, привести себя за выходные в полный порядок. Главное – созвониться с родителями, которые давненько не слышали голос дочери. Ей нужны силы для того, чтобы в понедельник снова прийти в офис, нужна энергия, чтобы вновь спокойно выдерживать на себе жесткий взгляд зама. Нужно вновь обрести утраченную уверенность в себе, чтобы не задумываясь находить слова, способные задеть соперника за живое.

Первая мысль, которая пришла на ум Милене, переступившей порог своей квартиры – сходить в клуб. Пока она наведет марафет, выберет платье и доедет до нужного места, наступит вечер. Девушка давно хотела отдохнуть от рабочей суеты, а случай в конференц-зале только утвердил ее в этом. Нужно отдохнуть от этой работы. От этого коварного мужчины, который теперь вряд ли даст Милене спокойно существовать.

Ну и попала она. Не думала, что ее так легко смутить, всего лишь нарушив личные границы. Странно, но в то же время объяснимо. Тогда, стоя перед ним и глядя в его глаза цвета грозовой тучи, она чувствовала себя школьницей. Она – уверенная в себе девушка, эффектная, побывавшая в объятьях не одного красивого мужчины, испытала неловкость. Смутилась. Покраснела. Этот мужчина что-то сломал в ней, какой-то механизм, отвечающий за проявление эмоций. Всю жизнь она умела контролировать себя, показывать свои настоящие чувства или искусно подделывать их при необходимости. Видимо, теперь эта способность дала сбой.

Помещение одного из столичных клубов было забито практически до отказа. Душно. Даже слишком. Но это не смутило Милену. Она прошла контроль на входе и окунулась в атмосферу ночного клуба. Последний раз она посещала подобное заведение в родном городе, когда подруги провожали девушку в столицу. Тогда она пришла просто за компанию, ей не было нужды поднимать настроение, сейчас же ей просто хотелось отвлечься. Забыться в ритме музыки, под градусом коктейлей. Слушать крики танцующих, чувствовать разгоряченные тела рядом. Хотелось забыть, что на свете существует человек по имени Анатолий Сергеевич Лебедев. Вычеркнуть его из памяти хотя бы на пару часов. Желательно, больше не вспоминать.

Девушка утопала в этой атмосфере, двигалась в такт музыке, ей ничто не мешало, даже прилипшее к телу, обтягивающее, словно вторая кожа, темно-синее платье. Она забыла обо всем. И сейчас не вспомнила бы, наверное, кто такой Анатолий Сергеевич, его хищное лицо больше не стояло перед внутренним взором. Вокруг все кружилось, хотя сознание девушки оставалось ясным. Выпитый коктейль немного притупил разум, вытеснил все чувства, оставив только эйфорию, удовольствие от происходящего вокруг. Все веселились, в том числе и Милена. Все были счастливы. И она была счастлива, по крайней мере, сейчас.

– Привет, красавица, – томный мужской голос, низкий и немного усталый, прозвучал совсем ярдом с Миленой, а оптом она узрел и самого обладателя прекрасного голоса. Перед ней стоял высокий блондин, игриво улыбаясь только что очнувшейся от эйфории девушке. – Потанцуем? – брови чуть приподнялись над голубыми сияющими глазами, заинтересованно ее разглядывающими, а полноватые губы расплылись в улыбке. Все-таки время, потраченное на укладку волос в красивые завитки и подбор платья, себя окупило, раз на нее положил глаз такой красавчик.

«А он похож на Кена», – подумалось Милене. Она улыбнулась ему в ответ и, не задумываясь о своих действиях, притянула к себе. Практически вплотную. Она чувствовала жар его тела сквозь цветную рубашку. Его дыхание. Пульс. Она хотела ощущать его ближе. Гораздо ближе.

Эти мгновения тянулись долго. Девушка не задавалась вопросом о времени и месте. Ей важна была компания этого молодого человека, который отвлекал ее от главного. Он отвлекал от Анатолия. С каждым движением в такт музыке, с каждым прикосновением его горячих ладоней к ее телу, девушка забывала обо всем. Стиралась из памяти и стычка в кабинете, и запах того мучителя, и его слова. И его близость. Стиралось все, оставляя в голове только музыку, движение тел и этого красавца, который уже тянул ее к выходу из клуба. Она не сопротивлялась, поддалась напору незнакомца. Знала, на что шла. Этого и добивалась. Ей нужна была близость этого мужчины. Сейчас. Немедленно. Чем быстрее, тем лучше.

Квартирка блондина, как оказалось, располагалась не так далеко от клуба. Небольшая холостяцкая коморка, в которую, видимо, периодически приводили женщин для приятного времяпрепровождения, приветствовала посетителей интимным освещением, как раз подходящим для цели визита. Хотя кровать сильно выделялась достаточно большим размером и необычной круглой формой.

Время на осмотр небольшой студии решили не тратить: не до того. Милене было все равно, да и хозяин не рвался проводить экскурсию по своему жилищу. Девушка сразу же взяла инициативу в свои руки, впиваясь ярко накрашенными губами в губы блондина, стоило ей переступить порог дома и скинуть с себя плащ. Тот опешил всего на пару секунд, но потом ответил. Так же страстно. Так же пылко. Видимо, не ей одной нужно было забыться.

Они метались от стены к стене, воюя за доминирующее положение, хотя это сложно было назвать борьбой. Милена любила, когда над ней властвует сильный мужчина, но сейчас сама хотела занять лидерскую позицию. Подчинить себе блондина, заставить входить в нее бесконечное количество раз, доводя до исступления. Да, именно этого она желала. Видимо, количество выпитого алкоголя превысило ее обычную дозу и превратило в ненасытную тигрицу.

Каким-то чудом пара все-таки добралась до кровати, стянув по пути друг с друга одежду, оставшись только в нижнем белье. Парень навалился на Милену, жарко целуя, лаская ее чувственные губы до исступления. Кусая. Пока яркая помада не стерлась окончательно. Спустился ниже по тонкой шее, касаясь кончиком языка быстро пульсирующей жилки. Милена пропадала. С каждым прикосновением губ этого горячего блондина к ее трепещущему телу она все больше исчезала из реальности, забывая обо всем. О времени. О месте. О завтрашней неловкости после жаркого соития. Ей было все равно. Плевать. На все плевать. Милене нужен был этот парень. Здесь и сейчас. Он должен заставить ее не вспоминать ничего важного ближайшие несколько дней. Или хотя бы часов. И она была уверена: этот блондин справится с поставленной задачей.

Первые стоны нарушили тишину комнаты очень скоро, а жадные поцелуи участились, спускаясь по груди вдоль лямки лифчика, вызывая где-то внизу живота прилив возбуждения. Черный комплект Милены из кружевной материи пришелся новоиспеченному партнеру по вкусу настолько, что его жадные поцелуи оставляли заметные следы, которые, видимо, не пройдут еще несколько дней. А руки. Что же они вытворяли! Гладили. Сжимали. Проникали под чашечки бюстгальтера, поглаживая чувствительную кожу. Так и норовили сорвать ненужные куски полупрозрачной ткани.

У Милены давно не было близости. Видимо, истосковалась по грубым, но в то же время бережным ласкам мужских ладоней. Как бы девушка ни отрицала, ей не хватало этой животности. Этого безумия. Этой страсти. Ей мало было этих поцелуев, от которых из ее губ вырывались едва слышимые всхлипы, мало прикосновений его рук. Мало его скульптурного тела, которое накрывало ее изящное, словно одеялом. Ей этого было мало. Она хотела жесткости и, желательно, побольше.

Девушка была уже на грани. Еще немного, и она сама готова была оседлать его член, буквально дымящийся в боксерах блондина и требующий освобождения. Но парень не торопился. Он все никак не мог насытиться наливной грудью Милены, то лаская языком, то кусая затвердевшие соски, распространяя наслаждение разрядами тока по всему ее телу. Он не просто медлил, упиваясь ее реакцией, ее стонами. Лоно девушки давно наполнилось соками и готово было принять его член. Смазка текла по складкам, спускаясь по внутренней стороне бедра небольшими капельками. Милене стоило немалых усилий оторвать мужчину от своей груди и умолять. Умолять войти в нее как можно скорее. Только после настоятельной просьбы и умоляющего взгляда потемневших глаз, сверкающих в полутьме студии, блондин снял с нее белье, оставив лишь черные чулки. И вновь медлил. Вновь растягивал минуты, снимая боксеры и натягивая презерватив.

Он вошел в нее медленно, дав привыкнуть к своему размеру, хотя Милена не считала его достоинство таким уж большим. Среднячок, восемнадцать от силы, но довольно широкий – это главное. Давно она не испытывала этих ощущений. Эту наполненность. Как же хорошо. Он двигался в ней быстро, покусывая ее твердые соски, выбивая каждым своим резким толчком и движением языка землю из-под ног. Она будто не лежала на кровати, а парила где-то в небесах. Сладострастные звуки, издаваемые Миленой, раздавались все громче и громче, в помещении стало жарко, а запах секса распространился в каждый уголок небольшой квартирки, пропитывая ее своим ароматом. Милена не думала о том, где находится, не следила за телодвижениями, действовала инстинктивно, впиваясь ногтями в твердые мышцы на спине мужчины, слыша в ответ рычания. Как же она скучала по настоящему мужчине в постели, ох как скучала.

Мгновение, и он развернул ее спиной к себе и снова вошел в нее. Если бы блондин попросил ее встать на колени, вряд ли она выдержала бы такую нагрузку. Ей сейчас было так приятно, что ноги дрожали, а руки только и могли, что сминать простынь. Он вновь входил в нее резко, полностью заполняя свободное пространство внутри, доставляя неземное наслаждение. Руки нежно гладили поясницу, а затем резко опускались на ягодицы. Шлепок звучал довольно громко, однако Милена вряд ли обращала внимание на сладкую боль, которую причинял ей парень. Ей казалось, еще немного, и она узнает, что такое рай на земле. Так и случилось. Почти.

Громкий крик и содрогание тела было настолько внезапным, что она едва сообразила, что это оргазм. Зато ощущения… Мягко говоря, ей уже давно не было так хорошо. Блондин присоединился к ней через несколько минут, громко дыша над ухом.

В квартире стояла тишина, нарушаемая только бурным дыханием двух людей, достигших пика своего наслаждения. Ни один из них не собирался двигаться с места, хотя Милене было тяжеловато держать лежащее сверху тело. С трудом удалось заставить парня освободить ее из плена хотя бы для принятия душа – уж слишком жарко ей стало.

У блондинки не возникало ни чувства стыда, ни сожаления о содеянном. Они использовали друг друга. Ему нужна была девушка на ночь, а ей – забвение. Они оба получили то, что хотели. Милена без зазрений совести оставила заснувшего на кровати парня в полном одиночестве, как только на телефон пришло оповещение о заказанном такси. Возможно, он не вспомнит об этой ночи, возможно, не захочет больше наслаждаться ее компанией, но главное – это было взаимно. Она никогда более не свяжется с этим парнем, хотя телефон на всякий случай оставила, добавив короткую приписку: «Если станет одиноко, звони».

Так она и оставила его – распростертого на мягкой двуспальной кровати и, собрав свои вещи, покинула эту коморку с полным удовлетворением и легкой улыбкой на лице.

Как и всегда, она добилась того, чего желала: забыла ненавистного мужчину. Пусть способ был не самый пристойный, но Милена не чувствовала вины.

Она забыла его на один вечер. Один-единственный вечер, который прошел более-менее спокойно. И это не могло ее не радовать.

## Глава 5. Новый шеф

Как Милена и предполагала, забыть обо всем и обо всех удалось ненадолго. В течение двух дней невозможно было думать ни о чем, кроме головной боли и слабости. Впрочем, она иного и не ждала: прекрасно знала, что не умеет определять крепость коктейлей. Радовало одно: наконец-то удалось расслабиться и не думать ни о чем, даже о том блондине из клуба, который так и не соизволил напомнить о себе. Плевать. Они столкнулись единожды, а на последующие встречи Милена не рассчитывала. Зачем только телефон оставила?

Выходные благополучно прошли, наступили трудовые будни. Понедельник. Никто не любит понедельник. И Милена не была исключением несмотря на то, что работа ей нравилась. Ранний подъем, быстрые сборы, дальняя дорога. За те несколько месяцев, что девушка прожила в столице, она привыкла к этому ритму, он стал обыденным, хотя некоторые укоренившиеся привычки пришлось менять. А теперь пришла пора менять босса.

В понедельник Даниил Андреевич вызвал к себе девушку сразу же, как только увидел ее на рабочем месте. Как-то резко, будто никогда и не существовало того добродушного человека, каким он был все это время. Разговор шел о текущих делах, но внезапно шеф переключился на своего зама, напомнив о нем своей секретарше. На самом деле она старалась не вспоминать о том, кто такой Анатолий Сергеевич Лебедев, а если и вспоминала, то вскользь. Вплоть до этого момента. Пока ее не поставили перед фактом.

– Милена Викторовна, наверное, вы знаете, что Максим у нас работает временно. Сейчас ему нужна замена. Ваша кандидатура вполне подойдет, – строго, своим привычным тоном генерального директора произнес мужчина, глядя при этом на девушку практически умоляюще. И, кажется, в этот самый момент сердце секретарши перестало биться, а воздух не желал проникать в легкие.

Девушка не могла до конца поверить в то, что услышала. Почему именно она? Зачем вообще меняться сотрудниками, расставляя их по рабочим местам, словно они игрушки? Глупо. Но для нее не это было главным. Теперь Милена будет работать не на вполне справедливого Даниила Андреевича, а на монстра, который наверняка превратит ее рабочие будни в ад.

– Нельзя поставить кого-то другого? – кое-как проговорила Милена, выйдя из своеобразного ступора, в котором, видимо, находилась достаточно долго, судя по выражению ожидания на лице начальника. Бывшего начальника.

– Анатолию Сергеевичу нужен стрессоустойчивый помощник. Сомневаюсь, что у кого-то получится лучше, чем у вас. – По поводу стрессоустойчивости он явно льстил или просто не замечал их конфликты со своим замом, хотя он был не из тех руководителей, которые смотрят на конфликты между сотрудниками сквозь пальцы.

По голосу генерального директора Милена поняла, что спорить бесполезно. Это тебе не зам, которого можно провоцировать и отвечать на его провокации. Если Даниил Андреевич принял решение, то оспаривать его – себе дороже. Девушка поняла это еще с собеседования.

Как это ни странно, хоть это и было понижение в должности, шеф считал иначе. Наоборот, обещал повысить зарплату и выписать премию, если его заместитель перестанет срываться на своих коллег. А с появлением на фирме Милены он начал делать это гораздо реже, отыгрываясь лишь на ней одной. Конечно, для всех такой вариант казался более выгодным. Для всех, кроме нее самой. Интересно, кто-нибудь подумал о ее карьере? О потраченных нервах? О будущем, которое, видимо, будет совсем не таким, как она мечтала? Вряд ли. Милене стало обидно, но она всегда старалась не забивать свою светлую голову негативными мыслями. Сейчас они ни к чему хорошему не привели бы.

Проходя по коридору с коробкой личных вещей, Милена чувствовала себя не то что неудачницей, скорее, каким-то агентом, отправленным на самое бесполезное и ненавистное задание. Звучало такое сравнение красиво, но не для Милены. Она чувствовала себя отправленной на каторгу. Хотя нет, так оно и происходило. Ее, как самую ответственную и безотказную, беспрекословно выполняющую все приказы начальства, определили к самому ненавистному человеку во всей компании. К Анатолию Сергеевичу, который ни в чем не знает меры и не желает контролировать, что и кому он говорит.

Вот и новая приемная. Новый рабочий стол, за которым когда-то сидел Максим. Скучно будет без этого озорного мальчишки, но ничего не поделаешь – учеба важнее. В кабинете нового начальника наверняка пусто, так что времени на то, чтобы разобрать вещи и свыкнуться с ужасным приговором, уйма. Хотя нет, с ролью личной груши для битья она свыклась давно. Практически. Сейчас Милена себя чувствовала почти так же, как в приемной Даниила Андреевича, только скованность и некий мандраж присутствовали вплоть до встречи с новым начальником. До рокового пересечения взглядов двух людей, которые вряд ли хотели именно в этот момент увидеть друг друга.

Анатолий Сергеевич появился в своей приемной ровно в десять, когда Милена уже успела разложить вещи по местам и немного освоиться. Ее присутствию на месте Максима, как ни странно, он не удивился, а вот реакция самой девушки на его появление оказалась весьма неожиданной. Увидев своего нового «шефа», она рассмеялась. Неудержимо. Громко. Такое бурное приветствие начальника на новом рабочем месте выглядело очень странно. Слишком странно. Нет, причина была не в вывернутых карманах брюк или ярком пятне на воротнике белоснежной рубашки. В прическе. В последнюю их встречу Милена заикнулась о том, что надо бы сменить распущенные волосы на хвост, но не предполагала, что он всерьез озаботится этим.

Казалось, девушку было невозможно остановить, только спустя несколько минут, когда она почувствовала на себе недовольный взгляд нового шефа, она взяла себя в руки. Он и правда выглядел бы суровым и властным, если бы не его собранные в хвост, зализанные волосы.

– Что-то не так, Милена Викторовна? – приподняв густую темную бровь, поинтересовался Анатолий. Ее удивил даже не тон шефа, почти стальной с маленькой капелькой неуверенности, а обращение по имени и отчеству. Раньше он не заботился о пиетете, обращаясь к ней. Странно.

– Все хорошо, Анатолий Сергеевич. Все хорошо, – еле сдержав новую волну смеха, проговорила Милена, замечая в его мимике напряженность. Не только ее напряг этот день – мужчина тоже был не в духе.

К удивлению девушки, он молча прошел в свой кабинет, не выплюнув в ответ очередную гадость. Не похоже на того злобного заместителя генерального директора, не упускающего случая унизить девушку. Видимо, не она одна сделала для себя выводы после той пятницы.

Несмотря на кардинальные для девушки перемены, работалось ей неплохо. Принеси. Подай. Свари. Убери. Составь график. Запиши. Таких требований приходило множество, и с каждым днем Милена убеждалась, что боязнь переезда из одной приемной в другую была совершенно напрасна. Страх потерять рассудок не только из-за постоянного напряжения, но и из-за конфликта с новым шефом, присутствовал только в течение первого рабочего дня. Затем он исчез, когда девушка поняла, что никаких ссор во время напряженной работы не предвидится.

Первые дни протекали более-менее спокойно. Милена практически не чувствовала разницы между двумя начальниками, хотя в некоторых ситуациях казалось, что у Анатолия Сергеевича гораздо больше дел, чем у Даниила Андреевича. Постоянные переговоры с заказчиками, встречи в неформальной обстановке, оформление документов. Интересно, как у него находилось время раньше подкалывать девушку, стоило им столкнуться в коридоре или в старой приемной? Милена никак не могла этого понять. Несмотря на их напряженные взаимоотношения, она старалась работать так же прилежно, как и раньше. Вовремя приносила кофе, выполняла работу с документацией, другие личные поручения. Первое время в этом не было ничего удивительного: заказать столик в ресторане на двоих или продукты на дом. Это было нормально. Но в один прекрасный день новоиспеченный шеф вызвал ее к себе в кабинет за очередным «личным» поручением.

– Милена Викторовна, – томно произнес он, – подберите, пожалуйста, в бутике, который я вам укажу, красивый комплект нижнего белья и распорядитесь, чтобы его доставили ко мне домой завтра к вечеру.

«Ну и просьбочка», – пронеслось в голове у секретарши. . Наверное, сейчас она была в таком же шоке, какой ей пришлось испытать в кабинете генерального директора в начале недели.

– Вы серьезно? – собрав волю в кулак, спросила Милена, ожидая, когда он начнет смеяться, обвиняя ее в наивности. Но этого не произошло: Анатолий Сергеевич выглядел вполне деловитым. Зачем взрослому мужику женское нижнее белье, спросить она не решалась, догадаться можно было и без подсказки: не для себя старался. Только зачем было просить об этом ее – неизвестно. Возможно, среди его знакомых это было вполне обычным делом, только вот Милена не привыкла заниматься такой ерундой.

– Более чем. Хотя нет, не нужно. Вряд ли у тебя получится подобрать что-то путное, учитывая твой внешний вид, – опять он перешел с официального тона на более враждебный и презрительный. Его взгляд изменился. Стал хищным. Звериным. Так происходило практически каждый раз, когда он переходил на личности. Вновь. А ведь так хорошо все начиналось. Наивно было полагать, что это затишье перед бурей продлится долго. Девушка мысленно выругалась, обвиняя себя в наивности. Зря. Очень зря, Милена!

– Может, вам еще что-то прикупить? Я недавно видела красивое платье цвета спелой вишни, – мягко пропела она, тоже переходя с делового тона на более дерзкий, хотя по голосу это практически не ощущалось. Она приняла правила негласной игры, слегка улыбнувшись уголками ярко накрашенных губ. – К вашей новой прическе очень подойдет. – Он на мгновение сверкнул глазами, оглядывая ее фигуру сверху донизу. Неужели до этого не насмотрелся? Странный человек.

– Вновь хочешь поиграть, Милена? – она не поняла, как он за доли секунды оказался совсем рядом. Смотрел прямо в глаза. Опалял дыханием кожу на лице. Это произошло настолько быстро, что девушка не успела отреагировать. Теперь было поздно отступать. Слишком поздно. А она так в этом нуждалась.

– Не люблю играть с теми, кто не знает правила, – не прерывая зрительного контакта, Милена сделала пару шагов назад. Практически незаметных. Но этого оказалось недостаточно: Анатолий Сергеевич преодолел расстояние в один миг. Ей был нужен кислород, а не запах его дорогого одеколона. Ей нужно было свободное пространство, а не его близость. Ей нужно было уйти отсюда, только вот ее не отпускали. Тело не отпускало. Сжалось. Ноги не двигались. Прилипли к полу. И не позволяли уйти от него. От его глаз. От источника энергии. Тело подвело ее впервые, противореча разуму, а Милена не сразу об этом догадалась. К сожалению.

– Думаешь? Мне казалось, я хорошо их выучил, – его шепот на ухо. Ладони на стене по обе стороны от головы, не позволяющие двинуться. Как она оказалась у стены? Это неважно. Он сейчас совсем рядом. Их лица на одном уровне. Близко-близко. Девушка буквально дышала и ним одним воздухом. С человеком, которого она ненавидела всей душой. Того, кто превращал ее обычный день в сущий ад. Постепенно.

Все происходило будто во сне. Кое-как оторвавшись от его прожигающих насквозь потемневших глаз, Милена вывернулась из рук злобного монстра и захлопнула за собой дверь. Он не побежит за ней, не станет догонять, не подтвердит свои слова действием. Ему это не нужно. И ей тоже. Наверное.

Что с ней происходит? Вновь это оцепенение, вновь она находилась будто в трансе. Он заманивал ее своим запахом, своим дыханием, опаляющим нежную кожу. Близостью. До недавнего времени Милена думала, что ей просто физически недостает мужчины, но теперь она поняла, это предположение неверно. А она вновь показала свою слабость, хотя сейчас ее больше беспокоило состояние замешательства. Еще неделю назад она понимала причину такой реакции тела на его слова и действия, но теперь…

Кажется, это так и останется загадкой.

## Глава 6. Ложный недотрах.

– Да ладно! А он что? – практически выкрикнула Маша, стоило Милене закончить свой рассказ и замолчать. Кажется, коллега только и ждала, чтобы задать интересующий ее вопрос.

– Попросил переделать, если я не хочу лишиться работы, – с разочарованием и нотками злости в голосе ответила та. А злиться было из-за чего.

Новая неделя началась не со спокойного «доброе утро, Милена Викторовна, принесите мне кофе», а с «отвези контракт Даниилу Андреевичу домой, а затем переделай бумаги к обеду», причем сказано это было достаточно грубым тоном. За неделю практически идеального поведения нового шефа она отвыкла от его резкости. От хамства. От тыканья. В глубине души девушка надеялась, что эта своеобразная идиллия продлится чуть дольше, чем она рассчитала, однако все надежды развеялись как дым, стоило ей столкнуться с гневным взглядом шефа и услышать резко брошенное замечание.

Как она и думала, предыдущая неделя была лишь затишьем перед бурей. Теперь он не собирался быть обходительным с девушкой, наоборот, старался завалить работой. Съездить к генеральному директору не составило никакого труда – всего пятнадцать минут на автобусе, но вот остальные задания дались не без труда. Несколько часов подряд Милена то и дело переделывала список материалов на застройку для госпроекта, и каждый раз, входя в кабинет начальника, она надеялась на утверждение исправленного варианта. Только шефа каждый раз что-то не устраивало.

– Где отделочные материалы? – рявкнул Анатолий Сергеевич, разъяренно сверкнув темно-серыми глазами, что заставило девушку вновь проклясть этот сумасшедший день. И начальника тоже.

– Вы не просили включать их в этот документ, – недоуменно проговорила Милена. И это было правдой. Вот только она не была уверена, что шеф об этом помнит. А если и помнит, то намеренно говорит обратное, чтобы оправдать свою злость.

– Теперь прошу. Хватит халтурить, – его строгий голос разносился по кабинету, словно сирена, предупреждающая о близкой опасность. Хорошо, что остальные сотрудники не видели его сейчас в ярости: темные брови сошлись на переносице, взгляд буквально пронзал насквозь, а ноздри то и дело раздувались, и тогда шеф начинал напоминать разъяренного быка. Да, интересное сравнение.

«Черт! Он ведет себя сегодня, как недотраханная девушка. Может, секса давно не было?» – пришло в голову Милене, стоило ей повнимательней всмотреться в его напряженное лицо.

– Вы что-то сказали? – спросил шеф, приподняв густую темную бровь. Она сказала это вслух? Хотелось надеяться, что нет, иначе это могло плохо кончится.

– Ничего-ничего, Анатолий Сергеевич, – поспешила ответить девушка, прикрывая за собой дверь. Не услышал – уже хорошо. Или все-таки услышал?

Милена ответа так и не узнала и, если честно, ей было просто некогда: все это время она занималась исключительно одним документом. Раз шесть за четыре часа она бегала в кабинет шефа, получала нагоняй, возвращалась и, с силой сжимая маленькие кулачки, мысленно поливала Анатолия Сергеевича нецензурной бранью. Она все еще верила в то, что шеф смилостивится, перепроверяла по несколько раз ненавистный список, но все было тщетно: начальник все равно находил к чему придраться.

– И ты успела? –  заинтересованно спросила Маша. Коллеги рядом мало вслушивались в их разговор, обедая и беседуя о своих личных делах. Вряд ли кому-то были интересны страдания бедной секретарши местного тирана. Кроме той самой Марии, конечно, которая выслушала девушку от начала до конца.

– Да, только сомневаюсь, что на этом все закончится и он не решит, что нужно еще что-то изменить.

– Все образуется, Милен, – Мария погладила девушку по плечу в знак поддержки. Этот жест, несомненно, был приятен Милене, только вряд ли он был в состоянии успокоить ее. Вряд ли кто-то из присутствующих мог это сделать.

Да, это была просто дежурная фраза, и Милена понимала, что ее обысно говорят, когда ничем помочь не могут. Ничего не образуется. Не станет, как прежде. Она не вернется к своему бывшему начальнику, где работалось куда спокойнее и интереснее, в какой-то степени. К сожалению, она не могла повернуть время вспять и попытаться отговорить генерального директора переводить ее на каторгу к своему племяннику. Жаль. Хотя девушка готова была уже прибегнуть к магии, лишь бы больше не сталкиваться с такой проблемой, как разъяренный Анатолий Сергеевич Лебедев.

На рабочее место Милена вернулась чуть раньше окончания перерыва, не в силах больше выслушивать, как коллеги обсуждают своего начальника. Ей хватало его присутствия рядом в течение всего дня, недовольных криков, дел, не терпящих отлагательств, которые в итоге не являлись значимыми. Девушка раз сто успела пожалеть, что спасовала перед Даниилом Андреевичем. Лучше бы отказалась от этого предложения и осталась работать с ним, тогда не пришлось бы думать о работе как о бесконечном мучении.

Из размышлений о ненавистном начальнике ее вывели непонятные звуки, доносящиеся из кабинета Анатолия Сергеевича. Они становились все громче. И еще громче. Складывалось впечатление, будто там кого-то убивали. Вдруг во время отсутствия Милены к шефу зашли недоброжелатели? Хотя начальник не выглядел дрыщем и был в состоянии стравиться с любым здоровяком. Но все же страх за чужую жизнь заставил ее влететь в кабинет шефа и…

Удивиться.

Мягко говоря. Глаза девушки расширились при виде открывшейся ей картины, ноги приросли к полу, а рот то открывался, то закрывался, как у рыбы, вытащенной из воды. У него женщина? Среди рабочего дня? Интересно, как к этому отнесется Даниил Андреевич, который никогда не испытывал восторга от того, что его племянник совокуплялся с сотрудницами компании? Именно по этой причине ему в свое время и назначили в помощники Максима, чтобы дорогой родственник не нарвался однажды на скандал, что могло навредить репутации фирмы. Видимо, эти меры предосторожности не подействовали.

Как говорится, картина маслом. В кабинете обнаружилась Людочка, отсутствие которой несколько минут назад обсуждали за обедом, сидящая верхом в недвусмысленной позе на Анатолии Сергеевиче. Хотя нет, не сидела, скорее скакала. Теперь к непонятным звукам прибавились женские стоны, которые не были слышны из-за закрытой двери кабинета.

Милена готова была сбежать, куда глаза глядят, смущенная увиденным. Но она не могла сдвинуться с места. Она стояла и молча наблюдала за наслаждавшейся процессом парочкой. Разглядывала едва прикрытую рубашкой спину Люды, ее руки, зарывшиеся в распущенные волосы шефа, спадающие волнами по плечам. И за ним. Взгляд Милены остановился на шефе. Хотя нет, просто на мужчине. На властном мужчине, не терпящем неподчинения со стороны партнерши. Это было понятно по его сильным рукам, одна из которых удерживала голову девушки за волосы, а другая сжимала попу, контролируя глубину проникновения. По взгляду – потемневшему, жесткому, которым он впился в лицо жертвы.

Опасно было идти наперекор этому мужчине. Опасно проявлять самостоятельность. Она его марионетка. Кукла в руках сильного кукловода. Милена не знала, нравился ли такой поворот событий самой Людочке, однако видела, что та не пытается сопротивляться. Либо ей просто-напросто не дали права выбора.

Людочка продолжала скакать на шефе, пока тот не оторвал взгляд от нее, обратив наконец внимание на растерянно застывшую Милену. Довольное выражение на властном лице сменилось на каменное, а крепкая ладонь, лежащая уже на бедре девушки, сжалась, заставляя ее остановиться. Теперь и Людмила заметила наблюдавшую за ними секретаршу.

– Выйди! – рявкнул Анатолий Сергеевич, заставляя побледневшую от шока Милену очнуться. Интересно, что мешало ей покинуть кабинет раньше, чем ее застали на месте преступления?

Поняв, что ее застукали за подглядыванием, девушка, немедля, выбежала из кабинета шефа, громко хлопнув дверью, а затем побежала в ближайшее место, куда мужчина вряд ли сунется. Обессиленно прислонившись к стене, она пыталась осознать увиденное. Хотя… Что там можно было не осознать? Секс между мужчиной и женщиной? Что тут удивительного? Она не маленькая девочка, чтобы, смущаясь, сбегать в женский туалет и краснеть, будто ее саму застали полураздетой в объятьях начальника. Но именно так поступила Милена – оказалась в уборной спустя пару минут после того, как шеф выгнал ее из своего кабинета.

Сердце колотилось так быстро, словно она только что пробежала марафон. Радовало, что в туалете никого не оказалось. Никто не заметил ее состояния, никто не поинтересовался ее самочувствием. Это было лишним. Что она могла сказать? Что видела, как шеф трахает одну из сотрудниц фирмы? Как наслаждается сексом во время обеденного перерыва, пока она жалуется на его поведение коллегам?

В голову то и дело приходили возбуждающие картинки увиденного несколько минут назад: идеально сложенное мужское тело, едва видное за спиной девушки. Красивая грудь. Спортивная. Напряженная. Влажная от пота. Рука, лежащая на ее бедре, покрытая вздутыми венами. Сильная. Мышцы под кожей соблазнительно перекатывались. Наверное, он был опытным любовником и много чего умел, раз Люда так кричала от удовольствия. А он сжимал ее так, что на коже оставались красные пятна. Милена уже не думала о нем, как о начальнике. В тот момент она увидела в нем мужчину. Красивого, сексуального мужчину. А у нее мужчины не было уже больше недели. Да и то, что было, уже не казалось таким восхитительным, как неделю назад. Особенно по сравнению с тем, что она увидела сегодня.

Неожиданно Милена поймала себя на мысли, что хотела бы оказаться на месте Люды. Хотела бы так же кричать от того, как его член входит в ее лоно, как сильные пальцы впиваются в нежную кожу. Царапать его сильные загорелые плечи, путаться пальцами в длинных темных волосах. А главное, чтобы он так же властно смотрел в ее глаза и понимал, что владеет ею целиком и полностью. Да, она мечтала об этом. Мечтала о сексе со своим начальником. С тем, кого ненавидела всей душой… Дура…

Девушка сама не заметила, как закрылась в одной из кабинок туалета, слегка приподняла юбку и провела чуть выше кружева чулок, отмечая, какая у нее нежная кожа. Рука двинулась по внутренней стороне бедра, все выше и выше, дойдя до края трусиков. Слегка намокших. Отодвинула их и коснулась пальчиками центра своего возбуждения. Влажного. Наполненного собственными соками. Представляя, что это его чуткие пальцы касаются нежных складок, что это он другой рукой сминает ее грудь под блузкой, что его пальцы вот-вот проникнут внутрь нее.

Фантазия девушки разыгралась не на шутку. Она не обращала внимания ни на что, кроме выдуманных сексуальных сцен, возбуждающих еще больше, чем увиденное несколько минут назад в кабинете начальника. В помещении стало жарко. Невыносимо жарко. Стало нечем дышать. Но даже это не остановило Милену. Она представляла, как оттянула бы его волосы, заставляя смотреть на нее, чувствовала прикосновения его сильных рук на своей разгоряченной коже, а его губы – на своей груди. Соски набухли от одной только мысли, что его язык будет играться с ее вершинками, разгоняя кровь по венам со скоростью света.

Разрядка приближалась с каждым движением ее пальца по горошинке клитора, с каждой придуманной сценой, в которой участвовал Анатолий Сергеевич. Еще немного, и она достигла бы пика своего наслаждения. Если бы не одно «но»! Она ненавидела того, кого хотела. Эта мысль возникла как раз в тот момент, когда она представляла его тонкие, но такие соблазнительные губы на своей шее. Милена остановилась. Что она творит? Мастурбирует на рабочем месте! На ненавистного человека! На того, кто медленно превращает ее жизнь в ад. Где был ее здравый смысл, когда она начала мечтать о его сексуальном теле?

Так и не получив долгожданного удовольствия, Милена поправила юбку и вышла из кабинки. К счастью, в туалете по-прежнему никого не было. Что же происходит? Почему она так завелась, увидев полуобнаженного шефа с женщиной? Почему испытала такой голод, хотя недавно побаловала себя достаточно красивым мужчиной? Милена не понимала свое тело, свой ум. Рассудок. Но в скором времени ответ придет, и неожиданно даже для нее самой.

## Глава 7. (Не) рабочие отношения

Время шло своим чередом. День сменялся ночью, весна – летом. В офисе стало невыносимо душно – пришлось заказать кондиционеры, которые обещали установить на ближайших выходных. Постоянно новые проекты, заказы, переговоры. Напряженная работа не давала думать больше ни о чем. И это происходило со всеми сотрудниками фирмы. Кроме Милены.

В течение первых нескольких дней после памятного происшествия Милена не могла ничего с собой поделать. Та сцена, где ее начальник совокуплялся с коллегой, не выходила из головы. Картинки обнаженного мужчины мелькали практически все время, стоило девушке отвлечься от дел хотя бы на пару минут. Первые пару дней девушка смотрела на шефа, как на объект вожделения, мечтая, как его упругий член войдет в нее. Она забыла об унижении, о пренебрежительном отношении к ней. Забыла о скверном характере. Ее интересовало только тело. Спортивное мужское тело. Она мечтала о нем до определенного момента.

До того, как начался ад.

С чего все началось? С обсуждения ее покрасневшего лица, когда она увидела, по словам самого шефа, «естественный процесс». Он не упускал возможности подшутить над ее застенчивостью. Как бы странно это ни выглядело, но Милена всеми силами старалась забыть о связи своего начальника с Людой не только из-за интимности ситуации, но и из-за нахлынувших в тот момент чувств. Влюбленность? Симпатия? О, нет! Скорее, желание. Желание ощущать в себе этого мужчину. Чувствовать под пальцами перекатывающиеся мышцы, их твердость. Его длинные волосы в своих руках. Физическое влечение преобладало над моральными принципами.