Анастасия Зинченко
Им меня не подчинить!

Пролог

Мужчина победоносно улыбнулся.

Они нашли его! Шанс исправить существующее положение. Воззвать к справедливости. И отомстить.

О да, эта месть, протянутая сквозь года, десятилетия, сможет принести по-настоящему полное удовлетворение! Он будет упиваться осознанием того, что именно благодаря ему свершилась кара. Именно он станет оружием, отсекающим головы с плеч.

Он продумал все до мелочей. Каждую деталь, благо времени на подобное хватило с лихвой.

Теперь осталось дело за малым, привлечь ее. При умелом управлении девчонка справится филигранно, так, как им нужно. Так, чтобы до последнего момента никто не понял, что произошло.

Девушка разогнулась, держа в руках синий минерал, в котором маленькими вкраплениями черного, красного и золотого поблескивали частицы драгоценных камней. Метеит. Редчайшая порода, способная снабжать магической энергией города. Великий дар природы, не изученный до конца никем из ныне живущих, величайшая находка их тысячелетия. И он будет в их власти.

Мужчина склонил голову на бок, придирчиво рассматривая уставшую, но также сияющую в восторженной улыбке девушку. Она была недурна собой, совсем недурна. Стройная, с пышной грудью и осиной талией. Длинные ноги сейчас были обтянуты темной замшей, позволяя лицезреть покатые бедра. Лицо… пожалуй, сносное. Пухлые губы, прямой нос, высокие скулы, на которые сейчас падали испачканные в саже, земле и пыли волосы, что вкупе не позволяли узреть их истинный цвет. Если ее привести в порядок и научить первоосновам…

Да, она получит доступ в Академию и дойдет до ее главы. Дубринейл попадет в ловушку, даже не догадываясь, что внезапно стал жертвой. Рикард самостоятельно шагнет в расставленные сети, ведая лишь то, что он может насытить Силой второй в истории найденный метеит, расположив того возле артефакта, что питает его детище. Он решится на этот шаг и тем самым подпишет приговор, позволив плану шагнуть на первую ступеньку длинной лестницы его мести.

Осталось выждать совсем немного. И он будет терпеливо следить за происходящим, оставаясь в тени. Руководя, словно кукловод, дергая за ниточки послушных и необходимых для выполнения плана особей.

А если нужны будут жертвы… он пойдет на этот шаг, не раздумывая.

Игра началась.

Глава первая

Рикард повернул голову в сторону высокого окна, за которым простирался вид на пробуждающийся город. Жители Амродана наполняли улочки, спеша на работу и оживляя пребывающую в тишине площадь топотом ног, голосами и смехом. Пусть до его кабинета гомон не доносился, но мужчина с уверенностью мог сказать, что где-то там, внизу, одна весьма настойчивая девушка в этот самый миг пыталась достучаться до стражей, которые вот уже в десятый раз настоятельно советовали ей обождать открытия ворот.

На время сдавшись, нежданная гостья отошла чуть поодаль, начав рассматривать махину замка и нетерпеливо прохаживаясь вдоль длинной стены, что отделяла территорию Академии от жилого сектора. Она наверняка удивилась бы, узнай, что во власти ректора чувствовать не только тех, кто вступил на подвластные ему земли, но и ощущать приближенных к защитному периметру. Он мог «читать» ее еще до того, как девушка предстала бы на пороге приемной. И ведь там было, чему подивиться!

Эта девочка, что вновь подошла к мужчинам, охранявшим большие кованные ворота, не являлась студенткой и не была преподавателем, однако рвалась за стены учебного заведения всей душой. Она хотела попасть к нему. Желала что-то обсудить и, может, внести предложение. Неожиданное сочетание внутренних стремлений после отмеренных практически двух месяцев с начала занятий.

Взмахнув рукой, Рик позволил воротам откликнуться, и створки начали медленно отходить в стороны, впуская приободрившуюся гостью, что поспешила юркнуть в образовавшуюся щель.

С каждым шагом, что девушка делала, мягко ступая по пока еще зеленой траве, сердце Дубринейла начинало биться быстрее. Он узнал, кому принадлежала кровь, что текла по венам незнакомки, и от осознания надвигающейся катастрофы становилось не по себе. Однако он был бы не профессором Дубринейлом, самым молодым ректором Бефанорской Академии Темной Магии, если бы позволил смущению заставить себя прятаться, вместо того, чтобы лицом к лицу встретить свой рок.

Эта девочка, эта встреча, они изменят все. Он знал это, предчувствовал, ждал, и вот, наконец, пришел день, который перевернет его жизнь с ног на голову.

Приди ко мне, дочь Глеарры, теперь я готов.

***

Тили съежилась под испытующе-внимательным взглядом ректора. Высокий блондин с пронзительными голубыми глазами выстукивал длинными пальцами по широкому столу, методично действуя ей на нервы.

Будто мало впечатляющей своим богатым убранством просторной приемной и огромного кабинета, в котором все кричало о принадлежности профессора Дубринейла к высшим слоям общества, тонко указывая на его любовь к удобствам, так еще и это затяжное молчание, прерываемое дробью, что с каждым ударом заставляла девушку сильнее сжимать зубы. И ведь подобное поведение не было для Илотилас в новинку, многие друзья родителей старались вести себя подобным образом, видимо предполагая, что чем больше времени позволяют собеседнику висеть в подвешенном состоянии, томясь в ожидании ответа, тем более значимым являются на самом деле. Глупые причуды аристократов.

Чтобы отвлечь себя от созерцания коротко стриженных ногтей, венчающих ухоженные пальцы, Тили скользнула взглядом по самому кабинету. Добротная мебель, широкие кресла, тяжелые алые портьеры на высоких окнах и позолота, что сопровождала практически любой присутствующий здесь элемент: стол был инкрустированный этим драгоценным металлом, дверные ручки, ножки мягкого дивана нежно-бежевого цвета, даже перьевые ручки на столе ректора, и те были в золотых футлярах!

Интересно, эта демонстрация благосостояния призвана заставить гостей проникнуться собственной несостоятельностью или довериться явно преуспевающему мужчине, одновременно стремясь к подобному величию?..

Даже одежда ректора говорила о его пристрастиях к педантичности и изящному лоску: идеально выглаженный фрак темно-синего цвета, подчеркивающий яркость глаз, белоснежная рубашка, узкий галстук, собранный в идеальный узел, и запонки в виде головы волка, опять-таки, золотые. Все в сидящем напротив представителе сильного пола говорило об уверенности, сосредоточении силы и власти в этих руках, что вдруг перестали стучать по красному дереву.

В данный момент он решал ее дальнейшую судьбу.

Она доверилась этому мужчине. И лишь в его ответе теплилось надеждой ее будущее, которое еще вчера не должно было быть таким безрадостным.

Вчерашний день перечеркнул ее жизнь на две части.

Вчера родители сообщили, что устали от постоянных выходок любимой дочери и, дабы образумить ее, как они тогда выразились, нашли претендента на руку и сердце единственной наследницы. Доводы разума, выражающиеся в ее бурном протесте, разумеется, тут же были отклонены.

И что ей оставалось? Как овце на заклание ждать, пока на ее палец наденут помолвочное кольцо, а чуть позже на запястье защелкнется брачный браслет? Добровольно пойти к алтарю с незнакомцем?!

Нет!

Выход из неразрешимой ситуации нашелся быстро. Всего лишь дождаться ночи, собрать свои вещи и тихонечко сползи по веревочной лестнице с третьего этажа каменного особняка, осторожно обходя охрану и заметая следы.

Возможно, побег – это не самое лучшее, и далеко не самое благородное и смелое решение… Но это была единственная возможность избежать навязанного брака.

Да и рано ей становиться женой, а уж матерью?..

Муж наверняка запрет ее в четырех стенах, не позволяя радоваться жизни с подругами, ей придется забыть про опасные (и в большинстве своем запрещенные) ритуалы призыва нечисти и поиск способов обхождения законов ради того или иного артефакта. Она вынуждена будет отказаться от Силы, которая родилась в ней благодаря ядерному коктейлю смешения отцовской крови вампира с демонической составляющей матери.

В свое время факт, что она, плод смешанного брака, появилась на свет, всколыхнул общественность, а осознание, что среди аристократии появилась уникальная девушка с силами обоих рас, повергла жителей Амродана в противоречивые чувства. Некоторых она пугала, других заставляла заинтересованно наблюдать со стороны, третьи же старались делать вид, что ее попросту не существует.

Это было странно. Страшно. Но в общих чертах просто удивительно захватывающе живыми эмоциями и переживаниями.

Первые лет пятьдесят за ней пристально наблюдали, стараясь контролировать каждый шаг, приставляя в частной школе лучших учителей, готовых поймать неконтролируемый выброс Энергии, ожидали разрушений и шума.

Но их не было.

Тили вела себя прилежно, стараясь выполнять все предписания, поступающие от более мудрых и опытных нелюдей.

Она выжидала.

Лишь после празднования первого столетия, когда родители, наконец, объявили ее совершеннолетней, у девушки развязались руки.

Окружающие уже мало что могли противопоставить вступившей в полную силу демонице с вампирскими корнями. И их интерес пришлось самостоятельно усмирить. Пусть на достижение цели и ушел не один год, но что такое пара лет, когда она ждала возможности вырваться на волю целое столетие?

Тили получила долгожданную свободу, когда могла не опасаться пронырливых соседей, вездесущих ученых и всех тех, кто день за днем наблюдали за ее взрослением, словно за диковинным зверьком.

Теперь запретные зоны библиотек и закрытые двери Магических Школ маячили перед глазами как вызов.

А, как известно, когда пытливый ум хочет узнать тайны мироздания, никакой магической ловушке не удержаться.

Вот только был один небольшой недостаток в воспевании вседозволенности: последствия девичьих проделок всегда приходилось разгребать родителям. Глеарра и Леросейл, ее сиятельные родичи, которые входили в Высший Совет Амродана, не могли просто закрыть глаза на ту или иную выходку дочери, продолжая верить в дитя и возлагая на бунтарку большие надежды.

Бесчисленные извинения, дорогие подарки, магические редкие артефакты, что хранились в их семье… ничего не жалелось, лишь бы оградить Тили от лишних пересудов и предания ее шалостей забвению. Вплоть до следующей каверзы.

Илотилас оправдывала себя, возможно, детской отговоркой, но в ней была большая доля истины: она же не виновата, что со своей Силой способна на Высшие заклинания, которые доступны были далеко не каждому архимагу? И зарывать такие таланты в землю было сродни преступлению!

Вот только последняя проделка вышла боком… И теперь на горизонте замаячила перспектива брака не известно с кем.

Илотилас даже не поинтересовалась именем избранника, лишь подняла скандал на тему: «Я совершеннолетняя, и я сама могу решать, кто и когда станет моим мужем!»

Результат разговора, собственно был на лицо: тихий спуск вдоль стены по веревке, постоянно хранящейся у нее под кроватью на случай внезапных побегов. Но, если раньше она всегда возвращалась к утру, теперь дорога домой была заказана. На время, пока родители не образумятся, поняв, что ей рано выходить замуж, и что принуждение не приведет ни к чему хорошему.

А где спрятаться от вездесущих и имеющих реальную власть предков? Только под крылом других имеющих власть.

Ноги сами привели ее к воротам Бефанорской Академии, к ее идеальному и строгому ректору, что внимательно следил за мимикой на ее лице.

– Значит, ты предлагаешь мне противостоять Высшему Совету? – профессор соизволил-таки разрезать тишину.

– Не всему, – девушка опустила голову, начав рассматривать складки на юбке. – Мои родители не станут убеждать остальных членов Совета, что меня необходимо… вернуть.

Блондин изогнул бровь.

– Если я не ошибаюсь, ты уже закончила Магическую Академию.

– В Аминсе, – она кивнула. – Факультет Боевой магии. Но здесь, в Амродане, я училась только в школе.

Ректор окинул ее цепким взглядом, лишь мимолетно мазнув глазами по весьма откровенному декольте блузки. Глупые надежды, что ее формы станут катализатором для принятия в Академию, разбились в прах, не успев сформироваться в твердую почву. Хотя и для подобных идей было оправдание: ректор был молодым мужчиной, удивительно молодым для занятия столь высокого поста, и его вполне могла заинтересовать совершеннолетняя студентка. Будущая студентка.

Илотилас заставила себя не ерзать на месте, только представив, что сидящий напротив инкуб мог бы небрежно протянуть руку вверх, расслабляя галстук и снимая его полностью, чтобы неторопливо перейти к освобождению шеи и груди от дорогой сорочки.

Она постаралась прогнать мысленную картинку из головы, но куда там! Дубринейл продолжал молчаливо взирать на нее, порождая в голове множество вариантов разрешения их встречи.

Возможно, ректор предложит убедить его в том, что должен принять ее в свою Академию? И тогда Тили придется, томно вздохнув, покорно кивнуть, невзначай дотронувшись до пуговки на блузке. Легкое движение пальцев – и первая пуговка будто случайно расстегивается. Девушка недоуменно опускает взгляд на блузку, будто пытаясь понять, как так вышло, а мужчина напротив ехидно интересуется:

– Жарко?

Ей приходится встретиться с ним взглядом, все еще держась за кругляшок, стягивающий края ее одеяния.

– Немного.

Еще одна пуговица поддается манипуляциям, и вырез кофточки становится весьма провокационным, за ним уже видно кружево нижнего белья.

Ректор лишь молчаливо наблюдает, чуть склонив голову в бок и продолжая сидеть в весьма расслабленной позе, откинувшись на спинку широкого удобного кресла.

Задумчиво взявшись за очередную пуговицу, девушка закусывает губу. Она ведь хочет оказаться под протекцией лорда? Профессор Дубринейл в силах обеспечить защиту и отстаивать ее права не только перед родителями, что могут попытаться вернуть блудную дочь домой, но и перед женихом. Если этот неизвестный придет за ней, на правах временного опекуна ректор может указать тому на дверь, заявив, что на время обучения адептка Линвен находится лишь в его власти.

Облизав в миг пересохшие губы, девушка решается. Расстегнув последнюю пуговку, лукаво улыбаясь, Тили поднимается со своего места, огибая массивный стол и подходя к ожидающему мужчине.

Дубринейл по-прежнему не пытается взять инициативу в свои руки, лишь чуть отодвигает кресло, чтобы ей было сподручнее подойти. Илотилас становится прямо перед ним, ощущая позади себя твердую поверхность, отсекающую пути к отступлению. Но о каком отступлении может идти речь, когда она видит жадный блеск глаз, стоит блузке спорхнуть с плеч, выставляя аппетитную упругую грудь, скрытую сейчас лишь белоснежной паутинкой кружева?

Однако профессор не спешит нарушить незримую черту приличий, которая с каждым мгновением смазывается в прозрачную пленку, готовую лопнуть в любой миг, словно мыльный пузырь.

– Возможно, профессор, я смогу убедить Вас в том, что моя кандидатура требует более тщательного рассмотрения на место студентки в Вашей Академии?

Он вторит ее улыбке и, наконец, оживает. Протягивает руку, чтобы едва коснуться разгоряченного от мысленных терзаний тело. Его пальцы, скользнув по обнаженной коже, медленно поднимаются от талии выше, накрывают холмики и чуть сжимают. Он не торопится, томительно медленно изучая ее, позволяя прочувствовать момент и, возможно, отстраниться, уйдя на попятную.

Однако, встретившись с ней взглядом и прочитав в нем побуждение к дальнейшему действию, блондин щелкает пальцами, позволяя лифчику упасть к его ногам.

Ректор на мгновение замирает, любуясь представленным видом, после чего подается вперед, чтобы запечатлеть осторожный поцелуй на нежном участке, одновременно притягивая негодницу ближе.

Пару мгновений, и Тили невольно охает, когда мужчина втягивает ее сосок в рот, даря сладостную пытку и подключая несомненно проворный язык. Он играет с ней, лаская, слегка покусывая и оттягивая затвердевшую вершину, пока руки, скользя по бедрам вверх, минуя юбку, не задерживаются на ее ягодицах. Он сжимает ее попку, одновременно захватывая губами белоснежную плоть, истосковавшуюся по мужским прикосновениям, отчего пульс девушки учащается.

С каждой секундой, с каждым движением его языка и горячих ладоней, ее тело жаждет большего. Осознание порочности происходящего заставляет Тили нетерпеливо выгнуться навстречу ловким пальцам, что проникли за ткань трусиков, дотрагиваясь до влажных складок. Образовавшаяся тянущая нега между ног требует вторжения, но мужчина не хочет даровать его так быстро, раззадоривая, едва касаясь.

– Ты уверена?.. – в его голосе появились хриплые нотки, однако даже несмотря на явный признак возбуждения, мужчина готов позволить ей отступить.

– Не останавливайтесь… прошу…

Стоит его пальцу проникнуть в ее лоно, и Тили не может сдержать тихого стона удовольствия, обхватывая его конечность и выгибаясь навстречу.

Он доводит ее до исступления своими ленивыми движениями и горячим языком, заставляя балансировать на грани удовольствия и отчаяния. И она сдается. Подавшись вперед и подцепив пальцами ремень на его брюках, Тили судорожно расстегивает ткань, с удовлетворением отмечая, что не только ей хочется отведать запретного плода.

Ей хватает мгновения, чтобы забраться на кресло поверх ректора, поставив колени по обе стороны его широко расставленных бедер и вцепиться руками в напряженные плечи. Голубые глаза хищно щурятся, прежде чем притянуть ее к себе, завладевая губами практически в жестком поцелуе. Стоит лишь ей ответить, ощутить его язык, что вступил в схватку с ее языком, как мужчина, бесцеремонно отодвинув промокшие от желания трусики в сторону, плавно опускает Илотилас на напряженную плоть.

Из ее груди вырывается сдавленный стон, а глаза сами по себе закрываются от удовольствия. Ректор, приподнимая ее над собой с удивительной легкостью, вновь заставляет опуститься. Глубоко. Медленно. Так, чтобы она прочувствовала, как его член растягивает стенки ее лона. Так, чтобы она вновь застонала.

И она стонет. Сладостно и протяжно, потому что твердое орудие погружается в нее на всю длину, заставляя вбирать его полностью.

Позволяя себе лишь на пару секунд задержаться в нижней точке, Илотилас сама начинает приподниматься и опускаться, хватаясь за его плечи. Она двигается так, чтобы он лишь поддерживал ее талию, а после переместил ладони на бедра, сжимая, заставляя ее скакать более резко. Сейчас она задает темп и прописывает роли.

И снова из ее груди вырывается стон.

– Но занятия уже начались, – вырвал ее из фантазий ректор.

– Но ведь иногда студенты опаздывают к началу учебного года? – Тили ругала себя на чем свет стоит, поскольку почувствовала, как ее щеки начали гореть.

Нашла время представлять себе подобные картины!

Но уж больно ректор был хорош собой. С таким и пофантазировать не грех. И не только фантазировать…

Илотилас перенесла ногу на ногу, чтобы скрыть дрожь в коленях и возблагодарила судьбу, что ей предоставился шанс вести разговор сидя. Если бы она стояла, возможно пришлось бы позорно хвататься за стол, дабы ненароком не пошатнуться.

Иногда девушке казалось, что ее фантазии уж слишком реальны. Потому что представляя все это в уме, ее тело реагировало неосознанно: возбуждалось до той степени, что казалось, будто ощущает прикосновения к коже не в эфемерном мире, а вполне реальном.

Профессор Дубринейл вздохнул.

– В нашей Академии спуску адептам не дают. Тем более в магистратуре.

У Тили быстрее забилось сердце. Ее… принимают?!

– Я был наслышан о твоих… увлечениях в Аминсе, – фраза, которая заставила ее задержать дыхание, судорожно вспоминая досадную деталь: ректоры Академий связываются друг с другом время от времени.

Значит, обсуждают не только учебные планы, но и происшествия в стенах своих альма-матер с конкурентами? Или нет?.. Все де показывать, что они, великие ученые мужи, не в состоянии самостоятельно держать ситуацию под контролем?

А, может, мужчины тем самым смеются над неудавшимися проделками неучей?.. Вероятно, вспоминают, как сами были в их возрасте и гуляли похлеще?

Однако, это только ее предположения.

– Я буду учиться усердно. Правда! – Тили даже подалась вперед, хватаясь на подлокотники кресла.

– Ты понимаешь, что поступив в Академию имени Бефанора Темного, тебе придется подписать договор? В нем будет сказано, что за непослушание преподаватели вправе будут применить… меры воздействия, не ставя родственников в известность.

Илотилас сглотнула.

Да, это не Аминс. В столичной Академии отношение к студентам было соответствующее высокому положению, здесь же все грани стирались.

Однако ей пришлось кивнуть. Все равно других вариантов нет. Либо замужество, либо учеба. Только в этом случае она сможет отсидеться в относительной безопасности.

Ректор сможет убедить родителей, что на время обучения (пусть и придется потратить на это два года своей жизни), отвлечение на создание семейной ячейки нежелательно.

Профессор Дубринейл расцепил руки, которые до этого держал в замке, после чего кивнул и провел ладонью над маленьким хрустальным шаром.

– Вы вызывали, ректор? – после осторожного стука в дверь на пороге кабинета возникла миниатюрная дриада с зеленоватыми волосами.

– Да, Эйми, подготовьте бумаги о зачислении адептки Илотилас Нимэль Линвен. Направление – Смешанная магия, магистратура, – он помедлил, после чего добавил. – Углубленный курс.

– Слушаюсь, – поклонившись, девушка выплыла из кабинета.

А Тили широко распахнула глаза.

Куда-куда ее решили принять?! Смешанная магия?!

Он, должно быть, шутит? Да еще и углубленный курс!

– Профессор, – Илотилас обрела дар речи. – Вам не кажется, что лучше бы было…

– Выбрать Некромантию или Темные Артефакты? – криво усмехнулся блондин. – Слишком просто. Нет, Тили, – от такого неформального обращения жар, который после ее фантазий начал спадать, внезапно вернулся с удвоенной силой, – я сказал, что нашим студентам приходится непросто. Зато из них вырастают настоящие профессионалы своего дела. Некромантию и Артефакты, если мне не изменяет память, ты освоила на отлично и в Аминской Академии.

Илотилас ошарашенно кивнула. Как ректор мог помнить такое?! Даже учитывая, что общался с профессором Тиарнаделем, и тот поведал, кто из их выпуска отличился красным дипломом с дополнительным вкладышем повышения квалификации.

Мало ли через них прошло студентов?

– Думаю, углубленный курс Смешанной магии – именно то, что тебе нужно, – припечатал Дубринейл, – будет, на что направить силы.

Илотилас скривилась.

– Впрочем, ты еще можешь отказаться. Пока договор не подписан…

– Нет! Я подпишу бумаги. И буду учиться на факультете Смешанной магии, – обреченно произнесла Тили. – А общежитие… вы предоставите?

– Разумеется, – ректор улыбнулся. – Эйми проводит тебя и донесет необходимую информацию. Форму и расписание также получишь у моего секретаря.

Ректор достал из стола бумагу и что-то себе пометил, после чего провел рукой над листом, и тот испарился в голубоватых искорках.

– У тебя еще есть вопросы?

– Когда можно приступить к занятиям? – вышло довольно кисло, но как иначе, если теперь дорога назад заказана?

– Завтра. Старосту вашей группы зовут Ареанна, настоятельно рекомендую подружиться с ней.

Профессор явно дал понять, что разговор окончен.

Изящно поднявшись с кресла, новоявленная адептка улыбнулась.

– Спасибо вам, профессор.

Дубринейл встретился с ней взглядом.

– Не заставь меня пожалеть о принятом решении, Илотилас.

***

Стоило лишь двери за Тили закрыться, Дубринейл со стоном вздохнул.

Понимала ли хоть эта демоница, что способна пробивать ментальный блок?

А эти ее фантазии… яркие, красочные, жаркие.

Ректор поправил ставшие тесными брюки.

Иногда сущность инкуба давала о себе знать в самые неподходящие моменты.

Тили… мятежница, которая свела с ума практически всех преподавателей в Аминсе. Девушка с таким магическим потенциалом, что ее наверняка заметил бы сам киос. Однако они разминулись во времени обучения. Сейчас же, если верить Делю, Ноал был озабочен далеко не похождениями за юбками.

Илотилас Нимэль Линвен. Дочь Глеарры и Леросейла Линвен.

Дубринейл улыбнулся. Никогда не думал, что судьба сыграет с ним такую злую шутку.

Новая адептка. Посмотрим, чего ты стоишь.

Глава вторая

Илотилас начала осматривать свое новое жилье и поняла, что привилегии, которые у нее были за стенами Академии, пропали.

Теперь ей придется делить комнату с какой-то девушкой. Студенткой, что сейчас узнавала что-то новое на лекциях.

Что же, можно изучить характер неизвестной, пока есть столь благоприятная возможность.

Левая сторона комнаты была свободна, именно здесь придется жить Тили. А справа… аккуратно заправленная постель, ровные стопки книг на столе, шкаф… Демоница подошла к дверцам и потянула их на себя.

Разумеется, все сложено аккуратно, и на плечиках развешаны платья с блузками.

Понятно. Она будет жить с зубрилой.

Скучно.

Бросив сумку на кровать, Илотилас подошла к большому зеркалу, располагающемуся у стены возле рабочего места и приложила к себе выданный Эйми комплект одежды. Белая блузка, черная жилетка и брюки.

Она должна ходить в брюках? Но в той же Аминской Академии у них форма была куда интереснее! Ультрамариновые платья… свое она укоротила и ловила восхищенные взгляды мужской половины, дефилируя на высоких каблуках. Чем-чем, а длинными стройными ногами ее природа наградила с лихвой. Впрочем, узкой талией и пышной для ее фигуры грудью тоже жаловаться было бессмысленно.

Короткие прямые волосы, которые обрамляли личико, сейчас темным пятном, чуть взъерошенным (мамочки, это она в таком-то виде предстала перед ректором?!), выделялись на фоне бледного лица. Почему она не догадалась взглянуть в зеркало до встречи с профессором? Пару раз провести по шелковой глади расческой, и будет совершенно другой эффект!..

Тили всегда выглядела роскошно. По крайней мере так о ней отзывались. Холодная темная красота… На которую ректор не купился и вероломно заставил принять весьма невыгодные условия обучения.

Илотилас изогнула губы в улыбке.

Ничего, профессор Дубринейл, я еще покажу, на что способна!

***

Ожидание окончания занятий затянулось. Решив занять время тщательным изучением расписания, Илотилас старалась запоминать имена преподавательского состава, хотя и понимала, что больший прок будет после того, как она увидит всех воочию. Ведь сперва следует определить, кто каким предметом заведует, дабы не оконфузиться, перепутав родную стезю того или иного профессора.

В ее учебном плане было много предметов, подходящих для изучения Светлой магии. Весьма болезненный укол по самолюбию для той, кто не представляет свою жизнь без Темной стороны волшебства с углубленным изучением Некромантии.

Оставалась последняя надежда, что упор в обучении будет именно на магию Стихий. В таком случае, все будущие два года представали не в таком плачевном виде.

Дверь комнаты отворилась, явив на пороге, прижимающую к себе стопочку учебников невысокую полную девушку с кудрявыми волосами, скрученными в пучок, из которого выбилось несколько прядок.

Увидев нежданную гостью, в данный момент восседающую на кровати, девушка застыла.

– Привет, – демоница приветливо подняла руку. – Я – Илотилас, но можешь звать меня Тили. Теперь я буду твоей соседкой.

– П… привет, – запинаясь пробормотала незнакомка и все же шагнула в комнату, прикрывая за собой дверь. – Меня зовут Ареанна.

Илотилас приподняла бровь.

Староста?! Вот эта серая мышка староста? Та, с которой, по словам ректора, ей нужно подружиться? Да он, должно быть, шутит!

– Я – староста факультета Смешанной магии, – подтверждая ее догадки озвучила Ареанна. – А ты… – она прошла до стола, куда водрузила учебники. – Почему задержалась? Занятия уже начались.

Тили стоило неимоверных трудов, чтобы не закатить глаза.

Зануда. Заучка. Синий чулок. Ее староста. Соседка. Полный коктейль.

Свобода и бесшабашные выходки похоже действительно закончились и остались в безоблачном прошлом.

Ну как вот с такой соседушкой, которая, разумеется, всегда следует правилам и наверняка пресекает любые попытки нарушения законов Академии (может, и к преподавателям обращается за помощью в соблюдении приличий), делать то, что пожелаешь?

Тили дружелюбно улыбнулась.

– Не могла выбрать, на какой факультет поступить.

Ареанна округлила глаза, после чего… подмигнула.

– Но в результате ты выбрала правильный! Смешанная магия охватывает наиболее полный спектр возможностей специальности мага. И большинство из выпускников трудоустраиваются на высокие должности. Многих зовут в столицу, а счастливчиков удостаивают чести служить самому киосу.

Илотилас во второй раз поборола в себе желание возвести очи к небу.

Может, сбежать из-под венца было не такой уж хорошей идеей?

– Слушай, Ареанна, а у нас все должны ходить в брюках? – она кивнула на перекинутый через спинку стула комплект одежды.

Староста кивнула.

– Униформа призывает к порядку. И позволяет определить, студент какого факультета перед тобой.

– Прости?

– На Врачевании девушки облачены в желтые платья, на Боевом наряды практически идентичны нашему, тоже брюки и блузки, правда без жилеток, коричневого, а не черного цвета. На Некромантии – фиолетовая гамма, также платья, – начала тараторить Ареанна, попутно расстегивая свою жилетку и доставая из шкафа плечики, на которые и водрузила вещицу. – Артефакты – бирюзовой гаммы. Ну, и разумеется, Стихийные факультеты, тут, как обычно – красные Огневики, белые – Воздух, зеленые – Земля и синие – Вода.

Тили скрипнула зубами. Лучше бы она пошла на Некромантию. Фиолетовые платья… это же так стильно! Да и под черные волосы…

Удружил ректор, ничего не скажешь.

Илотилас задумчиво окинула соседку взглядом. А ведь брюки обтягивают филейную часть. Юбки, конечно, открывают больше, да и снимать их проще (а можно и не снимать), но так… взгляды парней будут прикованы к ее пятой точке. В принципе, тоже неплохо.

Спрашивать старосту по поводу мужчин Тили не решилась. Бесполезно. Сама все увидит и поймет, кто чего стоит.

Да и вряд ли Ареанна стала бы уделять противоположному полу должное внимание. Нет, такие как она сосредотачивают внимание исключительно на учебе.

Тили вздохнула.

Может, родители остынут с идеей свадьбы раньше, чем она закончит Академию?

***

Илотилас резко села в постели. Мысленный вызов матери пробил установленную ментальную защиту, словно ее и не было.

– Тили, где ты?!

Может, если она не ответит, Глеарра подумает, что не достучалась?

– Илотилас Нимэль Линвен, – холодно раздалось в ее голове, отчего захотелось забиться под кровать и сделать вид, что ее на самом деле тут нет.

– Да, мам?..

– Где ты?! – строго повторила родительница, явно понимая, что Тили и в первый раз услышала.

– Мама, я… – Илотилас вздохнула полной грудью, покосившись на спящую соседку, которая, разумеется, все равно не могла слышать мысленный разговор. – Я не хочу замуж!

– Мы это уже обсуждали, – с голосе матери звучали металлические нотки. – Вопрос с твоим замужеством решен. И не подлежит рассмотрению. Я повторяю в третий раз: где ты сейчас? Отец с ног сбился, пытаясь найти твой след.

Илотилас моргнула. Ей почудилось, или в последнем предложении она слышала… гордость? За то, что смогла уйти, на корню уничтожив магический фон? Разумеется без него отыскать кого-либо составляло очень сложную задачу, особенно учитывая, что и мысли свои она забаррикадировала.

Однако против матери из демонического народа такие фокусы явно не прошли.

– Я в Бефанорской Академии, – понимая, что даже если не скажет, правда, если не сегодня, так завтра всплывет (ректор обязан поставить ее родителей в известность, что дитятко не сгинуло, а всего лишь пошло учиться), все же призналась.

– Факультет?

Нехорошее предчувствие заставило Илотилас встать с кровати и подойти к окну.

Небольшое заклинание обнаружения Крови… и она поняла, что действительно попала. Ее мама стояла во дворе. Во дворе Академии.

И спрашивала про местоположение абсолютно целенаправленно, ожидая услышать четкие инструкции, как попасть в ее комнату.

Мама знала, что она тут. И каким-то чудесным образом попала на защищенную от внешнего воздействия и непрошенных гостей территорию.

Это было, впрочем, ожидаемо. И страшно.

Вздохнув, Илотилас ответила:

– Смешанной Магии. Но не поднимайся, моя соседка по комнате спит. Я сейчас спущусь.

– Жду.

На этом ментальная связь прервалась.

Закусив губу, Тили, понимая, что мама ждать совершенно не любит, накинула поверх шелковой сорочки с короткими шортиками мантию, что шла в комплекте к униформе Академии и поспешила на выход.

Ее ждет головомойка.

Сбежав по многочисленным ступеням к высоким дверям, выходящим в прохладу звездной ночи, Илотилас быстро направилась в сторону, где ее должны ожидать.

Глеарра сидела на скамье под раскидистым кустом с отцветавшей фолией. Ярко-розовые лепестки неспешно падали на землю, и, не долетая до травы, превращались в пыль, окрашивая пространство вокруг легким медовым запахом.

Увидев дочь, женщина поднялась, явив себя во всем великолепии длинного бордового платья, подчеркивающего высокую грудь и узкую талию. Длинные черные волосы сейчас были заплетены в высокую прическу, а не падали до талии, как обычно. В ушах сверкали сапфиры, оттеняя синие выразительные глаза.

Недоуменно уставившись на родительский наряд, Тили с запозданием осознала истину: ведь наверняка они с с отцом ходили договариваться по поводу свадьбы. И чтобы Глеарра не навела марафет ради такого важного события? Немыслимо.

Сощурившись, демоница сложила руки на груди.

– Тили, что это за выходки?

– Мама, но я на самом деле не хочу замуж!

– Мы это… – женщина вздохнула, словно пытаясь взять себя в руки, и продолжила, – тебе пора повзрослеть.

– Я взрослая!

– Ты понимаешь, о чем я говорю, Тили. Твои бесконечные нарушения правил… так ведут себя дети. Возможно, тебе стоит задуматься о том, чтобы сменить деятельность…

– Ты мне предлагаешь стать матерью? – Илотилас зеркально скопировала позу родительницы. – Чтобы на глупости не оставалось времени?

Глеарра молчаливо кивнула.

– Тебе уже далеко не восемнадцать.

– Мне двести двадцать один, я помню! Но я – демоница!

– С вампирскими корнями, – вставила Глеарра. – Милая, вампиры не ждут, как мы, многими столетиями, чтобы связать себя узами брака…

– А я не хочу спешить!

Глеарра прикусила губу, заставляя себя сдержаться и не высказать, что она думает по поводу очередного проявления характера.

– Собирайся, мы идем домой.

– Нет.

Глеарра сверкнула глазами и плотно сжала губы.

– Мама, я не уйду отсюда!

– А Рик в курсе, что на территории его Академии разгуливает несанкционированная «адептка»?

– Рик?..

– Рикард. Рикард Дубринейл. Ректор Бефанорской Академии.

Илотилас скрипнула зубами.

Ну конечно. Разумеется, мама знала профессора Дубринейла! Должности в Высшем Совете просто так не раздают. И те, кто все же получил сей почетный пост, обязаны были знать сильных мира сего, и уж тем более со всех более-менее значимых личностех города!

Но почему она обращается к нему по имени?..

– Вы… знакомы?

Глеарра хмыкнула.

– Этот инкуб постоянно смешивает планы Совета! У него, видите ли, собственная точка зрения на все. И мнение он менять в отношении хотя бы той же образовательной реформы не намерен. Рик потрепал нам много нервов, – демоница вздохнула. – Ты ведь не хочешь сказать, что уже успела с ним переговорить?

– Я подписала бумаги на поступление.

Глеарра прикрыла глаза.

– Ну что же мне с тобой делать, Тили?

Понимание победы приходило постепенно. Ведь, раз бумаги подписаны, теперь на нее не распространяется власть родителей? Тем более на территории учебного заведения…

– Кстати… а как ты попала сюда? – новоявленная студентка обвела взором внутренний двор альма-матер. – Если мне не изменяет память, доступ во все учебные заведения Ингиака в ночное время закрыт для любых посетителей…

– Для всех, у кого нет специального разрешения киоса.

Илотилас распахнула глаза.

Что?! Ее матери разрешение выдал сам киос?! Король Римонд?!

Увидев ее недоумение, Глеарра хитро прищурилась.

– А откуда ты осведомлена о доступах в ночное время для внешних посетителей Академий?

Ну вот. Попала. Снова. Черт!

Илотилас неимоверным трудом заставила свои щеки не краснеть, дабы не выдать себя с головой. Хотя куда уж больше? Итак проговорилась…

Но не рассказывать же маме, что во время ее обучения в Аминской Академии, крупнейшей Магической Академии всего Ингиака, где учились поголовно лишь родовитые геуны, которые могли похвастаться не только своими древними корнями, но и тугим кошельком, ей приходило в голову авантюра с ночным посещением лабораторий со множественными интересными и весьма опасными реагентами.

Правда когда ее перемещение через портал провалилось, стражников на Главных Вратах не удалось обаять, а защитный купол хорошенько ударил по ее наглой (ну или как еще назвать сунувшуюся через высокую ограду) физиономии, Илотилас вдруг осознала, что да, путь в Академию ночью заказан.

И здесь, стоило присмотреться, чтобы понять, что кроме бравых орков, которые были на страже ворот, защита Академии зиждилась на магии. Причем очень серьезной. Поэтому и попасть сюда без ведома ректора не было возможно… однако Глеарра стояла напротив, приподняв изящную черную бровь и явно ожидая ответа, и по ее фразам можно было предположить, что Рикарда Дубринейла леди Линвен сегодня не встречала.

– Читала. Я об этом читала, – нашлась Тили, переступая с ноги на ногу.

Но по не скрытому скепсису на лице матери поняла, что ей совершенно, вот ни капельки, не поверили. Однако продолжать тему, что удивительно, старшая демоница не стала.

– Хорошо. Ответь тогда на вопрос: почему Смешанная Магия?

– Лорд ректор так решил, – буркнула Илотилас, отводя взгляд, и тут же услышала смешок.

Глеарра улыбалась.

– А у него, несомненно, есть чувство юмора.

Тили вздернула подбородок, всем своим видом показывая, что не согласна с таким положением вещей, однако вынуждена подчиниться.

– Ты поступила на магистратуру?

Кивок.

– Два года, – Глеарра задумчиво обернулась к махине здания. – Что ж… – она снова посмотрела на дочку. – Посмотрим, как ты выдержишь дисциплину, установленную в этом заведении.

Илотилас хотела было огрызнуться, но внезапно поняла, что мама, пусть и намекала на то, что ее выгонят при первой же оплошности, давала добро на ее обучение. Она согласилась подождать решения со свадьбой два года! Целых два года свободы!

А дальше Тили придумает еще что-нибудь.

Или найдет способ убедить любимых родителей, что ей пока рано становится матерью, ведь она сама еще ребенок… великовозрастный ребенок.

Разгладив невидимые складки на своем платье, Глеарра вздохнула.

– Я свяжусь с вашим ректором… завтра.

– Спасибо, мам…

Глеарра, снова улыбнувшись, сложила пальцы в сложном символе, и тут же возле них пространство разрезала серебристая вспышка, которая начала расширяться, образуя портал.

– Разговор о твоем замужестве мы еще поднимем, – прежде чем шагнуть в магическую рябь сообщила демоница, и портал за ее спиной захлопнулся.

Тили осталась одна. И тут же выдохнула с облегчением.

У нее получилось!

Илотилас расслабленно опустилась на скамью, где до ее появления сидела Глеарра.

Мама точно сможет убедить отца, что теперь их дочка вне досягаемости. По крайней мере на время обучения. А то, что мама будет связываться с ректором… это было ожидаемо. Да и ректор Дубринейл наверняка уже продумал политику разговора с родителями.

Рик… Рикард. А ему это имя идет. Властное. Красивое. Элегантное, как он сам.

Почему она представила его своим любовником?

И ведь сердце тогда зашлось отнюдь не на пустом месте… ей действительно приглянулся ректор.

Но Тили понимала, что строить отношения с мужчиной вряд ли получится. Да и наверняка многие студентки пытались… Впрочем, это можно будет выяснить.

Еще немного посидев, чтобы насладиться теплой ночью, девушка поднялась со скамьи и двинулась в сторону дверей жилого корпуса, как ее слуха коснулся женский смех.

М? Кто-то еще не спит в такой поздний час?

Ведомая любопытством, новоявленная студентка направилась в сторону доносившихся смешков. А стоило заглянуть за угол здания, как замерла на месте.

Возле раскидистого дерева были двое: молодой парень и девушка. Последняя пыталась сдержать свою радость, да у нее это выходило совсем плохо.

Навострив уши (вот что-то, а с этим у демонов, как и у эльфов, проблем никогда не возникало), Илотилас принялась внимать интересной сцене.

Почему интересной?

Да потому, что парень, облаченный в черное (явный признак его принадлежности родному теперь факультету) общался с подругой, одетой в красные тона. Смешанная магия против Огня.

Если Илотилас правильно помнила, в Аминсе факультеты, разделенные по принадлежностям к той или иной Стихии, фактически враждовали. А здесь, получается, нет?

Или она стала свидетельницей приятного исключения из правил?

Приглядевшись повнимательней, Илотилас заметила еще одну интересную деталь: у парня была расстегнута рубашка, обнажая весьма аппетитное рельефное тело. Каштановые волосы, которые были собраны в хвост, по мановению руки девушки тут же рассыпались по плечам, позволив той провести по ним ладонью.

Илотилас понимала, что такое поведение ведет к вполне ожидаемой развязке, и ей тут делать нечего, однако ничего не могла с собой поделать: ей хотелось увидеть! Особенно после собственных фантазий о ректоре. Недосягаемом, красивом, молодом ректоре.

Темноволосая девушка тем временем толкнула парня к дереву, заставляя того облокотиться о толстый ствол, и опустила руки на обнаженную грудь.

Молодой нелюдь (с расстояния Тили не могла понять, к какому именно народу он относится, но предполагала, что перед ней предстал оборотень), с коварной улыбкой позволял исследовать свое тело. И когда ручки студентки опустились по торсу до ремня брюк, тоже не пошевелил и пальцем.

И девушка решилась.

Начала расстегивать замок, и ремень поддался. А вслед за ним и ширинка.

Парень резко притянул к себе осмелевшую лимнаду (вот ее принадлежность Илотилас определила точно), и впился жадным поцелуем в ее губы. Прервав ласку, брюнетка отстранилась… лишь за тем, чтобы медленной дорожкой из поцелуев двинуться от его шеи до непосредственно расстегнутых брюк. А после… присела на корточки и потянула эти самые брюки вниз.

Илотилас почувствовала, как ей стало жарко, а дышать стало тяжело. Сцена, невольным свидетелем которой она стала, зажгла желание, успевшее остыть с утреннего разговора.

Темноволосая тем временем тихо ахнула, увидев перед своим лицом восставший и вполне готовый к бою орган. И тут же потянулась к нему, сперва легко целуя, обхватывая рукой, а после и вовсе вбирая в рот.

Парень откинул голову на дерево и прикрыл глаза.

Понятное дело, кайфует!

Еще бы, минет под звездным небом! Да еще и во дворе Академии!

Запретно. Горячо. Возбуждающе.

Илотилас поняла, что завидует парочке. Она бы тоже не отказалась от подобного приключения. Да вот только как на зло кандидатов не было.

Про ректора думать было совершенно бессмысленно и глупо.

Ничего, она только появилась здесь. Завтра начнутся занятия… и она присмотрится к одногруппникам.

Оборотень тем временем открыл глаза и опустил руку на голову усердно работающей языком девушки, заставляя ту вобрать в ротик больше. А после… перевел взгляд в сторону Тили!

Илотилас оторопела, и тут же вцепилась ногтями в камень жилого блока.

То есть он ее заметил?!

Подтверждая ее мысль, каштанововолосый нелюдь плотоядно улыбнулся и подмигнул. После чего снова перевел взгляд вниз. Туда, где его ублажали орально.

Тили отлепилась от угла здания и тут же резко развернулась к паре спиной.

Как же стыдно!

Ведь наверняка он подумает, что она пришла подсматривать… но ведь это получилось спонтанно!

Ага, как же. То-то ты побежала, как только поняла, что тут будет, – шепнул внутренний голос, и демоница зашипела.

Черт.

Черт! Черт! Черт!

Ее спалили!

Да еще и парень с родного факультета…

Ну надо же было так… опростоволоситься! Накинула бы на себя Полог Невидимости что ли или руну Отвода глаз…

Черт!

В который раз за этот день закусив губу, Тили вернулась в общежитие, бросив взгляд на безмятежно спящую старосту.

Вот уж кто-кто, а ее соседка наверняка никогда не стала бы вести себя подобным образом!

Раздраженно скинув мантию на стул, Илотилас забралась в постель и натянула на себя одеяло.

Может, во тьме этот оборотень не рассмотрел ее? И не узнает днем?

Глава третья

Илотилас недовольно заворчала, когда Ареанна попыталась ее растолкать.

– Тили? Тили, пора вставать! Опоздаем на завтрак!

– Я хочу спать!

– Учебу никто не отменял, – осторожно напомнила староста и снова потрясла ее за плечо.

Пришлось разлепить глаза. Свет, лившийся из высоких окон, тут же заставил пожалеть о содеянном, но вставать действительно было нужно. Ведь и за прогулы занятий может быть нагоняй.

Поднявшись с постели, Тили, не надевая поверх пикантной ночнушки халата, двинулась к двери. Чтобы тут же быть остановленной бдящей старостой.

– Илотилас! – ахнула Ареанна. – Ты же не собираешься в таком виде выйти в коридор?

Тили сонно пожала плечами.

– А что тебя смущает? Я же одета.

Староста начала хватать ртом воздух, после чего прытко кинулась к оставленной демоницей мантии, которую спешно накинула ей на плечи.

– Теперь можешь идти. На нашем этаже ведь могут появиться мальчики!

Илотилас проснулась.

М? Значит, в общежитии все же есть плюсы? Напротив могут жить молодые люди и нелюди?

Жаль в Аминсе она не поняла, что такое общежитие, родители тогда сняли ей домик вблизи Академии. Зато теперь… Тили улыбнулась и потянула дверь на себя.

Однако в коридоре, вопреки ее ожиданиям, мужчины не встретились. И когда она покидала душевую, накинув мантию на голое тело, тоже.

Вернувшись в пустующую комнату, девушка нашла записку с четким указанием, как добраться до трапезного зала. Еще одно новшество. В Аминсе ей готовили слуги. Теперь придется есть с остальными студентами?

Скинув мантию, будущий магистр Смешанной Магии быстро надела черный комплект нижнего белья, впрыгнула в брюки и застегнула блузку, поверх которой пришлось натянуть жилетку. А мантию… ее тоже следовало носить каждый день? Или же только на праздники?

Кажется, Ареанна вчера приходила без мантии. И ведь она возвращалась с пар…

Решив, что блузки вполне хватит, чтобы выглядеть, как прилежная адептка, Илотилас хищно улыбнулась, доставая из сумки туфли на умопомрачительном каблуке.

Так ее ножки будут казаться длиннее, а напряжение позволит попке выглядеть еще более круглой. Пусть однокурсники увидят ее во всей красе в первый учебный день. Впечатлить необходимо с самого начала. Лишь много позже к новичку начнут присматриваться более внимательно, сперва все облизываются на конфетный фантик.

Перекинув через плечо сумку, в которую она положила расписание, тетрадь и ручку, Тили направилась на поиски столовой.

И стоило ей переступить священный порог, наполненный гомоном голосов, девушка поняла, что теперь она точно оказалась в другой жизни. Студенческой жизни, без привилегий и протектората влиятельных родителей. Теперь она – одна из них.

Проследив взглядом за студентами, демоница двинулась в сторону сложенных в стопочку подносов и шагнула в очередь вдоль стеклянных стеллажей, за которыми располагались многочисленные кушанья (что было удивительно, ведь выбор действительно был огромным). Указав на омлет с ветчиной и сок, Илотилас вдруг поняла, что не захватила с собой кошелька… и тем больше удивилась, поняв, что питание студентов осуществляется за счет бюджета самой Академии.

О как. А ректор ведь заботится о своих подопечных!

Тили, схватив поднос с едой, окинула зал внимательным взглядом, сразу отметив, что тот разделен незримо по цветам: каждый факультет сидел отдельно, лишь некоторые личности, нарушая общий баланс появлялись не за тем столом, который подразумевала их цветовая гамма.

Так враждовали тут факультеты между собой или нет? Ничего не понятно.

Однако двинулась к одетым, как и она, в черное.

Уже подходя к столу, она поняла, что за столом Смешанной Магии умолкли голоса, а в ее сторону повернулись заинтересованные головы.

– Привет, я Илотилас, – нелепо улыбнулась и указала на свободное место. – Можно к вам?

Ближайшая к ней девушка кивнула и тоже улыбнулась.

– Конечно, Илотилас, присаживайся, – она убрала свою сумку, позволяя Тили присесть рядом.

Ареанны почему-то за столом не было.

Неужели уже успела позавтракать и ускакать готовиться к занятиям?

Словно прочитав ее мысли, рыженькая, что пригласила ее за стол, пояснила:

– Наша староста, Ареанна, предупредила, что у нас новенькая. Сейчас она отправилась в библиотеку за учебниками, ведь как я понимаю, тебе не успели выдать их?

Тили отрицательно покачала головой.

– Извини, я не представилась, – рыженькая хлопнула себя по лбу. – Я – Розали. Это – она указала на сидящего рядом и внимательно осматривающего ее темнокожего парня, – Коул.

– А я – Френк, – раздался позади нее мужской голос, и Тили пришлось развернуться.

И тут же начать краснеть.

Над ней стоял тот самый оборотень, которого она застала вчера во дворе. На губах нелюдя играла улыбка.

– Приятно познакомиться, Тили.

Илотилас смущенно отвела взгляд, который так и норовили опуститься до уровня его брюк, благо ее голова как раз примерно на этой высоте в данный момент и находилась.

– Очень приятно, – промолвила Илотилас и повернулась к воззрившимся на нее студентам.

– Ты – демон? – спросила сидящая напротив девушка с кукольным личиком и огромными синими глазами.

Тили кивнула, решив не вникать в подробности своего рождения. Ведь демоническая кровь действительно в ней доминировала. А вампирство… было приятным бонусом.

– Теперь у нас будет еще один демон на факультете, – довольно улыбнулась куколка и на мгновение радужка ее синих глаз сменилась белоснежным маревом. – Меня зовут Ириа.

Илотилас несколько раз моргнула.

Она знала только одну семью, у которых глаза при трансформации могли быть молочно-белого цвета, без черной примеси, как у нее.

– Ты из рода Дервинг?

Ириа кивнула, а Тили поежилась. Род Дервинг славился своей жестокостью.

Однако демоница через стол не выглядела страшной… напротив, была очень мила. Так может, геуна Дервинг также, как она, белая ворона в семье?

– Не отвлекайте девушку, – снова раздалось над головой, и по телу Тили пробежались мурашки.

Она-то думала, что оборотень отошел. Ан нет, стоял над душой.

– Дайте ей нормально позавтракать, с вопросами подождем до окончания пары.

И весь стол, вот буквально весь, вернулся к упомянутому Френком завтраком.

Что это? Негласный лидер? А как же Ареанна? Она вроде как староста… староста-заучка, которая наверняка мешает ребятам получать от жизни удовольствие, заставляя учиться. А вот Френк… судя по ночному происшествию, сам не против нарушать правила.

Тили снова повернула к нему голову и кивнула на стол.

– А ты почему не ешь?

– О, я уже восполнил силы, – и, чтобы никто не слышал, склонился к ней, – после ночи.

От теплого дыхания парня у Тили зашевелились волосы на голове, и захотелось стукнуть себя чем-то тяжелым.

Ведь понятно, что ее провоцируют! Но поддаваться на эту бессовестную выходку не стоит. Он ее не смутит!

Обаятельно улыбнувшись и пожав плечами, Илотилас взяла вилку с ножом и принялась разрезать омлет. И нарочно медленно облизнула опустевший после направления в рот кусочка лакомства столовый прибор.

За ее спиной раздался смешок… и неторопливые удаляющиеся шаги.

Илотилас не удержалась и кинула вслед Френку взгляд. Тот шел, засунув руки в карманы брюк и кивал ребятам за соседним столиком.

И ведь все отвечали на его приветствие!

Понятно. Местная звезда. Звезда, с которой, по-видимому, придется считаться.

Проглотив омлет, Тили, отнеся поднос с грязной посудой, последовала за ребятами со своего факультета. Теми, что подсказали, на каком курсе учатся.

Она оказалась в одной группе с рыженькой лисичкой Розали и огром Коулом. Леди Девинг оказалась на год младше, и только поступила на четвертый курс, но в планах, как сообщила демоница, выучиться и в магистратуре, так что и в следующем году они будут видеться.

Перешагивая через порог большой и светлой аудитории, расположенной амфитеатром, Илотилас поборола в себе желание сбежать.

Все-таки учеба отнимала слишком много времени, это она помнила еще с Аминской Академии. А тут, в Амродане, постигать гранит науки было еще сложнее, если верить слухам и рассказам тех же студентов.

Однако, понукаемая улыбками новых знакомых, отправилась вслед за ними и уселась на длинную скамью, положив на стол тетрадь с ручкой.

В расписании значилось, что сейчас должен состояться предмет под названием «Контроль Стихий как первооснова магических жестов», по идее, это должно было быть практическое занятие… но, если они собрались в аудитории, а не тренировочном зале, значит, предстоит обыкновенная лекция?

Благо нудные повествования про введение в предмет Илотилас уже умудрилась благополучно пропустить, о чем ни капельки не жалела, предполагая, что быстрее можно получить необходимые знания, выполняя практическую часть, лишь просматривая теорию.

Прозвенел звонок, транслирующийся через подвешенным над дверью кристаллом, и с последней трелью в аудиторию зашла эффектная женщина в длинной мантии цвета вороного крыла с лицевой стороны и кроваво-красной со стороны подкладки.

Женщина взирала на притихших адептов цепкими карими глазами, практически идентичными цвету ее волос.

– Все убрали с парты, оставили только ручки! – прогремел голос преподавательницы, и Тили внезапно осознала неприятную для себя истину: ей повезло нарваться на контрольную в первый же учебный день.

Славно!

Спрятав пустую тетрадь, Илотилас приготовилась к появлению на парте листка с заданием. Именно таким образом в Аминской Академии у них появлялись задания… Бефанорская Академия исключением из правил не стала, и по мановению руки «злючки», перед адептами возникли листы, испещренные многочисленными вопросами.

– Время на работу – час, – сказала, как отрезала, преподаватель, после чего села за стол, внимательно следя за тем, чтобы никто не вздумал списывать.

Илотилас вчиталась в задания и мысленно застонала.

Объяснить направление магических полей при базовых жестах вызова? Чем отличаются базовые жесты от жестов-действий? Привести пример потери контроля, опираясь на исторические справки?

Они, должно быть, шутят?!

Скосив глаза, Тили с ужасом поняла еще одну истину: все, абсолютно все адепты что-то быстро писали!

Может ли быть такое, что здесь действительно не отлынивают от занятий и в течение учебного времени, а не только на сессиях?

Или это только под бдительным взором кареглазой?..

В каждом университете были преподаватели, злить которых – себе дороже. Вполне возможно, что и тут случай подобный…

Прикусив кончик языка, Илотилас покрутила ручку между пальцев и принялась отвечать на вопросы. Так, как она думала. Авось и прокатит.

Все же сдавать не пустой лист…

***

Когда прозвенел звонок, оповещающий об окончании учебного дня, Тили едва не вскочила с места раньше, чем преподаватель, гном в годах, который рассказывал про магию Земли, разрешил покинуть аудиторию.

Она выдержала! Все четыре бесконечно долгие пары!

После теста с профессором Серан были две пары у орчихи по имени Энель Лорлот, она преподавала «Основы лекарства», и завершил учебный день как раз профессор Финсиг.

Рванувшись вслед за одногруппниками, которые в перерывах между пар действительно расспрашивали про нее, откуда взялась, почему практически посреди года (ну это они загнули, все-то на полтора месяца задержалась от начала учебы!), ну и прочее-прочее, в том же духе.

Илотилас узнала, что негласный король факультета, вездесущий Френк, учится на шестом курсе, и в этом году заканчивает Академию. Однако это не мешало оборотню общаться и с младшими студентами. Вообще создавалось впечатление, что он осведомлен обо всем, что происходит на Смешанной Магии.

А Ареанна… она вручила Тили увесистую стопку учебников, сообщив, что в библиотеке успела уже ее зарегистрировать, и теперь все эти книги официально чистятся за адепткой Линвен.

Но, стоило лишь Френку улыбнуться старосте, вопросив, почему Ареанна вместо того, чтобы показать новенькой, где находится библиотека, все сделала сама, девушка прищурила глаза и надулась. Натурально надула щеки, всем своим видом показывая, что она думает о слишком умных «королях»!

За обедом Илотилас снова села рядом с известными уже Коулом и Розали, а Ареанна опустилась напротив, потеснив Ирию.

– Кажется, я провалила тест по Контролю, – призналась Розали, нанизывая на вилку салат.

– Ты не одинока, – Тили улыбнулась. – Никак не ожидала, что мне так фортанет в первый же день.

– Ой, Илотилас, прости, я же должна была тебя предупредить! – Ареанна поднесла руку ко рту. – Просто… ты так внезапно появилась….

– Все в порядке, Ареанна, – отмахнулась демоница, – не в первый и не в последний раз оказываюсь на пороге незнания.

– Но мадам Серан… весьма строго относится к тому, как усваивают ее предмет, – заметил Коул, прикладываясь к соку.

– Это еще слабо сказано! – поддакнула Ириа. – Не дай Гисхильдис завалить у нее зачет… а если экзамен… – девушка поежилась.

Илотилас хмыкнула. Мадам Серан одинаково влияет на младшие курсы и на «ветеранов»?

Интересно… а как отнесется преподаватель к небольшой диверсии?.. И что она за фрукт? О последнем девушка решила спросить вслух.

– Мадам Серан давно преподает здесь?

– Пару лет, – Ириа вздохнула. – И мне повезло оказаться в числе особо допрашиваемых. Не советую отвлекаться на ее семинарах.

– Каким же образом всего за несколько лет ей удалось так прочно утвердить свои позиции?

– Гены? Ее дядя – военный. Причем высоких чинов. Брат – руководитель исследований под началом столичного Совета. А родители… поговаривают, что они приближены к Первому Советнику киоса Римонда.

Тили вздернула бровь.

Однако, эта дамочка имеет неплохую подушку безопасности за спиной, если все, что смогли разузнать адепты – правда.

– А еще требовательные преподаватели… их много?

– Как сказать, – снова взяла слово Ареанна. – Каждый профессор в чем-то строг. Однако до мадам Серан всем далеко.

Значит, ее никто не тра…

Чуть было не произнесла Тили вслух напрашивающийся вывод о стервозности преподши, однако оборвала себя на полумысли, так как ощутила, как за ее спину внезапно опрокинули… что-то мокрое!

Взвизгнуть она себе не позволила, зато молниеносно вскочив, схватила за грудки парня, который все еще сжимал в руках пустой поднос.

В столовой стало тихо. Так тихо, что, казалось, можно было услышать, как порхает за окном бабочка.

Илотилас стиснула зубы, всматриваясь в серые глаза, скрытые за толстыми очками.

– П… прости, я оступился…

Тили несколько раз моргнула.

Перед ней, испуганно взирая на искаженное праведным гневом лицо, стоял каштанововолосый оборотень… Френк… звезда их факультета. Только он почему-то был облачен в белоснежные цвета. Цвета Воздуха.

И… откуда у него очки?

Ничего не понимая, Илотилас ослабила хватку и зарычала.

– Нужно смотреть, куда идешь! – и, обернувшись к столу, схватила у Ирии, которая также заказала себе суп, тарелку… которую перевернула над головой зарвавшейся звезды.

И это все в абсолютной тишине столовой.

Все взоры присутствующих, разумеется, были направлены на них.

Илотилас понимала, что тем самым, возможно, подписывает себе смертный приговор (уж на кого, а на лидера замахиваться в присутствии его «подданных» – это не слишком умный маневр), однако молчаливо снести подобное?! Характер не позволял.

Парень же, ошарашенный внезапным душем, все также молча взирал на нее, пока с его носа капал бульон, а на ушах застряла капуста. Белоснежный костюм был испорчен безвозвратно.

– Браво! – от дверей, ведущих в столовую, послышались хлопки.

Тили повернула голову в ту сторону… и замерла.

Вот как была, с протянутой к столу пустой уже миской, дабы отдать посудину демонице, так и замерла.

Ибо в дверях стоял… Френк!

В традиционных черных одеждах их факультета.

Расширив глаза, Илотилас перевела взгляд на Френка, пребывающего в супе, снова на того, кто неторопливо приближался к ним и лениво аплодировал, снова на уже не такого белого…

Что это? Магия раздвоения?!

Подошедший черный Френк окинул свою светлую копию насмешливым взглядом и хмыкнул.

– Вижу, Роб, ты уже успел познакомиться с нашей новенькой?

– Роб?..

Френк улыбнулся.

– Илотилас, позволь представить тебе моего неуклюжего брата – Роберта. Роб, это, как ты понял, Илотилас Линвен.

– Весьма занятное вышло знакомство, – блеснул белыми зубами Роберт, снимая с ушей капусту.

– Привет, – выдавила из себя Тили… и, поняв, что тишина в столовой грозила перейти на более высокий уровень, повернулась к окружавшим их адептам.

Френк, также заметив всеобщее состояние, обернулся к залу и приподнял темную бровь.

И все.

Он только приподнял бровь, а студенты тут же вернулись к еде! И продолжили беседы, словно ничего не произошло!

Илотилас никак не могла прийти в себя.

Перед ней стояли близнецы! Идентичные копии друг друга.

Но… в их время близнецы встречались крайне редко, тем более среди нелюдей. А тут… два исполина-оборотня. Вполне себе живые и здоровые.

И красивые, – услужливо шепнуло подсознание.

Ага. Два брата-близнеца с соблазнительно развитой мускулатурой…

Прощайте фантазии о ректоре, здравствуйте новые, те, где присутствуют эти двое!

Вот только почему они пошли на разные факультеты? Обычно родная кровь заставляет братьев и сестер отправляться следом…

– Я правда случайно споткнулся, – повинно произнес Роберт, сжимая поднос в руках.

– Извини за суп, – пришлось следом пойти на перемирие Тили.

– Надеюсь, он был горячий, – с садисткой ухмылкой пробормотал Френк и кивнул брату. – Иди умойся, чучело.

Роберт скрипнул зубами и… ничего не ответил.

О как.

То есть между этими двумя весьма серьезные терки? Интересно-интересно… не на почве ли предпочтений в плане выбора факультета и будущих профессий?

Илотилас ощущала, как по ее спине стекают остатки супа, и пришла к выводу, что в данный момент на громкое звание чучела может относится также смело, как и несчастный оборотень, что подвернулся под горячую руку.

Нужно в душ!

И, желательно, совместный, – тут же снова проснулось подсознание, а фантазия решила для чистоты эксперимента представить пока что только одного из братьев в качестве утешительного приза (раз ректор нам не по зубам, придется довольствоваться более доступными претендентами).

Илотилас невольно двинулась следом за Робертом, на которого оборачивались проходящие мимо студенты. Однако оборотень был с виду невозмутим. Прямая спина и расправленные плечи… будто не он только что искупался в первом блюде.

Вот это выдержка!

Тили невольно восхитилась парнем, который, заметив ее, остановился.

– Может, я смогу загладить свою вину?

О да, милый, ты сможешь! Еще как! И тебе это даже понравится!

Однако Илотилас ничем не высказала рвавшиеся из груди вопли радости, безмятежно уточнив:

– Ты… приглашаешь меня?..

Роберт кивнул и скромно улыбнулся.

– Я ведь на самом деле нечаянно… Не хочу, чтобы у тебя сложилось обо мне неправильное мнение.

Гисхильдис, как он обходителен!

Зайчик, да я уже тебя простила! Одного взгляда понуро опущенных серых глаз с пушистыми черными ресницами хватило, чтобы понять, что с твоей стороны это действительно была неосторожность.

Просто не может же он так хорошо играть? Актерское мастерство, конечно, никто не отменял в плане сокрытия преступлений… Но Тили чувствовала, что Роб говорил правду.

Да и он был таким… милым!

– Уговорил. Когда и где?

– Перед ужином. Главные ворота.

Илотилас предвкушающе улыбнулась. Значит, ее приглашают в ресторан? Интересно, в какой именно поведет ее каштанововолосый. И что еще более важно, что будет после ресторана.

Роберт, проводив ее до коридора, за которым располагался блок факультета Смешанной Магии, подмигнул и пошел дальше, к Воздушникам.

Тили задумалась.

Может ли тут быть ограничение на посещение комнат смежных факультетов?

Впрочем, узнать это она еще успеет. Сначала в душ!

Нежась под горячими струями, смывая с себя кулинарные изыски Академической кухни, Тили прикрыла глаза.

А ведь, если предположить, что защита от конкурентов на жилом корпусе все же стоит, к ней можно подобрать ключ. Да, это будет сложно. Возможно, на это уйдет не один день… но с ее-то Силой!

Было бы замечательно застать Роба врасплох.

Илотилас живо представила, как она входит в помещение купальни, сбрасывая с себя пушистое полотенце, и обнаженной шагает к стоящему спиной ко входу оборотню.

Шум воды скрывает легкие шаги, и Роб вздрагивает, когда она переступает порог душевой, врываясь в его личное пространство.

Он резко поворачивается к ней… и тут же замирает, а серые глаза, сейчас не скрытые за стеклами очков, жадно пробегаются по изгибам тела, задерживаясь на высокой груди.

– Илотилас?

– Здравствуй, Роберт, – Тили улыбается. – У нас отключили горячую воду, – он понимает, что предлог взят из воздуха, однако не подает виду, и продолжает стоять, возвышаясь над ней, даже не пытаясь прикрыться.

Хотя прикрывать такое – грешное дело! Пусть Тили и была далеко от места свидания Френка с брюнеткой, но поняла, что Роб совсем не уступает брату в размерах. И сейчас, под ее взглядом, этот самый размер начал наливаться кровью, увеличиваясь и вставая.

Однако не все так быстро. Повернувшись к стене лицом, Тили попросила:

– Не потрешь мне спинку?

Позади себя она услышала смешок… и ощутила, как намыленная губка действительно начала скользить по оголенной коже плеч, лопаток, поясницы и ягодиц.

Он решил поиграть?

Но это только еще больше распаляет.

Тили, упершись руками о стену почувствовала, как мыльная пена под уверенными мужскими руками смывается. Губка летит в сторону, вместо нее на коже оказываются широкие ладони. Они массируют, дразнят, ласкают.

Ладони скользят по спине, очерчивают округлость ягодиц… чтобы тут же перескочить вперед, к налившейся в томлении груди. Затвердевшие соски оказываются в захвате между большими и указательными пальцами, легко перекатывающих их, заставляя по телу девушки пробежаться мелкой дрожи.

Одной рукой лаская упругий холмик, второй Роб следует ниже, туда, где Тили ощущает начинающий разгораться пожар, туда, где она становится влажной далеко не из-за воды, поливающей их из душа.

Длинные пальцы, легко касаясь складок, ныряют внутрь, безошибочно находя сосредоточение ее женственности. Однако не спешат дарить столь желанную ласку. Лишь лениво поглаживают, заставляя из груди вырываться сбитому дыханию, а ногам самим по себе становиться шире, давая возможность для более смелого маневра.

Она хочет ощутить его в себе! Хотя бы пальцы! Пальцы, что так умело перебирают, словно играя на музыкальном инструменте.

И Роберт, о чудо, наконец внемлет ее мысленным просьбам, прижимаясь сзади вплотную, заставляя прочувствовать горячую плоть, упирающуюся в попку. Прижимаясь, и проникая пальцами в разгоряченное лоно.

Из ее груди вырывается стон, а ладони сильнее давят о стену, слегка царапая ту ноготками.

Волшебные пальцы мужчины продолжают свое дело, заставляя ее подходить с каждым движением к порогу ослепительного оргазма. Но лишь подводя к нему, оборотень, этот удивительно проворный оборотень, отстраняется, заставляя Илотилас практически захныкать.

– Нет…

Ее полу-всхлип воспринимают абсолютно верно, потому как уже в следующую секунду Роберт перемещает головку к месту, где только что была его рука, и чуть нажимает. Тили выгибается, стараясь быстрее вобрать в себя твердый член, и со следующим движением бедер ей это удается.

Но, стоит только Робу заполнить ее до основания, девушка зажмуривает глаза от сотрясающей ее волны удовольствия. Слишком долго он изводил ее ласками, не позволяя познать прелести полноценного секса, слишком близко подвел к невозвратной черте. И одного лишь проникновения хватило, чтобы послать ее сознание в бескрайние просторы.

Роберт, не взирая на ее дрожь и сокращение мышц лона, начинает двигаться, тем самым вызывая практически жалобный стон и продлевая оргазм, выводя его на новый уровень.

Он медлит, продолжает дразнить, склоняется, чтобы захватить губами основание шеи и чуть захватывает его зубами.

И мир снова взрывается.

Илотилас открыла глаза и выключила душ.

Да, пожалуй, стоит пойти именно таким сценарием. Но сначала разобраться с охранной системой жилого блока. Нет, не только Воздушников, стоит покопаться в переплетении Сил на всем этаже.

Вдруг и на других факультетах найдутся симпатичные мальчики?

Вытираясь, Тили ухмыльнулась. А, может, здесь и преподаватели есть наподобие ректора?

Глава четвертая

Время до ужина пролетело практически незаметно.

Ареанна, сокрушаясь по поводу промашки с сегодняшним тестом (вернее о своей оплошности в виде отсутствия предупреждения, что этот самый тест намечается), вызвалась быть репетиром и очень споро, а, главное, толково (вот уж действительно настоящая зубрила!), начала расставлять по полочкам уже пройденный материал.

Удивительно, но Тили заслушалась. И ведь оказалось, что Смешанная Магия – это не так и скучно, как могло показаться на первый взгляд.

И занятия по боевке, к которым она привыкла, и по которым тосковала со времен Аминса, оказывается, также были в расписании! Правда они числились лишь факультативными, и во втором полугодии, но это не могло не радовать! Они были!

Отложив учебники и конспекты, Тили поблагодарила Ареанну и направилась к шкафу. Если они с Робертом пойдут ужинать… стоит принарядиться.

Красное кружевное белье, чулки и платье.

Оборотень должен оценить.

Шелк приятно заструился по телу, оголяя правую ногу до бедра. Этакий скромный разрез, сквозь который лишь при ходьбе можно было увидеть резинку ее чулков. А так… сама пристойность.

Ареанна, которая с любопытством наблюдала за облачением соседки, не удержалась и все же спросила:

– Илотилас… а ты собираешься в город?.. На свидание?

Демоница улыбнулась и кивнула.

– Как думаешь, не слишком закрытое платье? – она покрутилась перед старостой.

– Н… нет.

– Чудно, – поправив прическу, Тили, помахав ручкой, выскользнула за дверь.

Вот только не учла, что студенты, облаченные по-прежнему в цвета факультетов, будут сворачивать головы, таращась на нее.

Неужели тут никто не покидает стены Академии по вечерам?

Чем дальше она шла, тем больше убеждалась в данной теории. Ни одного адепта, одетого иначе, нежели в учебное время.

Да что это за заведение такое? Дресс-код даже вне занятий?!

Роберт стоял возле Главных ворот Академии. В белоснежном костюме своего факультета.

Увидев, что и оборотень остался верен униформе, Тили мысленно взвыла.

Что это за массовое промывание мозгов? Профессор Дубринейл так чтит традиции, что заставляет всех поголовно ходить на задних лапках?

Увидев ее, Роб поправил очки, словно боялся, что ее одеяние ему привиделось.

Пусть на дворе уже стояла осень, но благодаря демонической крови и небольшому вливанию Сил в подогрев окружающего воздуха, Тили холодно не было. Да и не стала бы она скрывать такую красоту под пальто!

– Шикарно выглядишь, Илотилас, – Роберт предложил ей руку, за которую девушка с благодарностью взялась.

– Спасибо, Роб. Куда мы пойдем?

В серых глазах оборотня сверкнул озорной блеск.

– Увидишь. Пусть это пока будет сюрпризом.

– Обожаю сюрпризы.

Он подарил ей такую улыбку, что Тили чуть было не сбилась с темпа, заданного сильным мужчиной, шагающем рядом с ней. Не парнем, нет, теперь она явно ощущала идущий от Роберта флер мужественности.

А его губы, изогнувшиеся… в предвкушении? Заставляли воображение рисовать картины, одна красочней другой.

Но все эти картины поблекли по сравнению с тем, что ее ожидало.

Тили несколько раз моргнула, глядя на чуть покосившуюся от времени вывеску.

– Ты… серьезно? – она повернулась к одетому в белоснежные одеяния.

– Не бойся, – он толкнул дверь, заставляя следовать за ним по пятам.

Суровый охранник, из-за своей огромной комплекции напоминающий шкаф, окинул Илотилас цепким взглядом, после чего посмотрел на Роберта и… улыбнулся.

– Привет, Роб!

– Привет, Лан! Ребята уже пришли?

– Они наверху.

Кивнув, Роберт повел Илотилас к лестнице, минуя зал, из которого доносились запахи еды и приглушенные голоса.

– Ты… у тебя есть доступ в «Ураганный Ветер»?!

– Как видишь, – в полутьме блеснула его улыбка.

Девушка никак не могла связать образ тихого мальчика, сносящего подколки брата практически перед всей Академией с фактом, что этот самый тихоня мог заходить в самое знаменитое (разумеется, среди узкого круга ценителей) место встречи смутьянов. Тех, кто не раз помогал ей нарушать закон, доставать запрещенные артефакты и проводить безумно интересные опыты. Попасть в ряды Ветров было сложно, скорее даже невозможно, но те, кому это удавалось, держали в своих руках последние магические изобретения, могли быть вхожи в любые дома (зачастую без ведома хозяев), и знали слишком много секретной информации, чтобы не считаться с кем-то из них.

Чтобы очкарик был причастен к Ветрам?

Не. Может. Этого. Быть.

Но Тили ведь узнала бы. Определенно запомнила, если бы просочился слух, что среди братии любителей адреналина появился белоснежный оборотень в очках.

Белоснежный. Оборотень.

Илотилас споткнулась на ровном месте, резко схватившись за стену, чтобы не упасть.

– Роберт! Ты – Бес?!

Еще одна улыбка и приподнятая бровь.

– О, так ты все-таки догадалась. А я-то думал, когда до Мятежницы дойдет.

Бес?! Глава Ветров?! Неуловимый, беспощадный, хитрый и безумно умный стратег? Тот, благодаря которому и появилась их организация? Тот, которого она мечтала увидеть, но, не имея доступа к базе, лишь кусала локти, представляя их встречу и ее безумную благодарность?

– Как ты понял, что я – Мятежница?

– Не сложно вычислить. В нашем деле не так много обворожительных представительниц демонической расы, способных в одиночку совершить обряд Призыва. И удержать сущность в Круге.

Тили заставила сердце биться не так часто.

Бес. Она говорит с самим Бесом!

– Идем, наверху уже подали ужин, не хочу, чтобы парни умяли все, не поделившись с тобой, – он снова потянул ее вверх, и девушке пришлось переставлять ноги ступенька за ступенькой, пока мозг отказывался воспринимать окружающее.

Когда лестница закончилась, Илотилас с жадностью стала рассматривать чердак, на котором они оказались. Через высокие широкие окна, зашторенные полупрозрачным тюлем, можно было рассмотреть город, зажигающий вечерние огни. Крыши домов, улочки, спешащих по домам горожан… Все с высоты казалось миниатюрным и нереальным. Однако и выбор места базы Ветров не был случаен, с их позиции просматривались ближайшие развилки крупнейших проспектов и необходимые ответвления в случае форс-мажора. Отличный наблюдательный пункт, к тому же закрытый в доступе для большей части граждан.

Что касается интерьера самого чердака, он был выполнен в довольно темных тонах, разбавленных разве что белыми всполохами обивки и скатерти на добротном столе, что был расположен возле одного из окон. Поверх столешницы сейчас располагались множественные закуски, горшочки с жарким и кувшины с разнообразными жидкостями, судя по виду, не исключено, что с добавлением крепких напитков. В центре комнаты был образован своеобразный круг (или скорее овал) из приставленных друг к другу мягких кресел, в которых сидели представители Ветров, пятеро парней и две девушки. По диванчикам, вблизи которых обнаружились еще нетронутые «троны», стоящие возле стен, Тили сделала вывод, что перед ней предстал далеко не весь состав бунтарей, но видеть и эту семерку, видеть лица, не скрытые за традиционными капюшонами, сопровождающими ребят на заданиях, и призванных сохранять их инкогнито, для Илотилас было сродни прикосновения к тайне мироздания.

– Бес?! Мы тебя не ждали сегодня… – из кресла, которое стояло лицом ко входу, поднялся худощавый паренек, совсем молодой, явно принадлежащий к людскому народу.

В их сторону тут же повернулись остальные.

– Народ, привет! Знакомьтесь, это – Мятежница!

Тили любила оказываться в центре внимания… Но здесь были собраны представители подпольной организации, которым хватало одного взгляда на субъект, чтобы составить в уме его психофизиологическую характеристику. Она даже почувствовала, как рыжая дриада, вампир с пронзительными синими глазами и метаморф, который сейчас выглядел как очень представительный мужчина в дорогом вечернем костюме, перешли на магическое зрение, чтобы «ощупать» ее фигуру внимательнее. И тут же их лица вытянулись в немом удивлении, понимая, что через ее щит не пробиться.

– Привет, – подал голос «аристократ» – метаморф. – Давно хотел увидеть тебя во всей красе, Тили.

Илотилас побледнела.

– Откуда?..

На губах мужчины появилась улыбка. Мгновение, и он поменял обличье, становясь до боли знакомым разносчиком корреспонденции.

– Аргус…

– Это одно из моих имен, – пожал плечами и подмигнул нелюдь.

– Ну, раз мы срываем маски… – вопросительно взглянув на Беса и получив его кивок, блондин, который сидел рядом с Аргусом, вздохнул. – Я – Раилан, но ты могла слышать обо мне, как о Смотрителе.

Илотилас дернулась.

Смотритель?! Мамочки!

Тот самый, что наблюдает за ходом всех операций, совершаемых вне закона? Тот самый, что заметает следы, если таковые имели место быть? Тот самый, что имеет практически неограниченную власть и находится на короткой ноге с Высшим Советом?..

Однако… Блондин с яркими зелеными глазами явно принадлежал… к народу людей! Вот уж неожиданность. Тили была уверена на девяносто девять процентов, что этот индивид, который своим громогласным голосом и жесткой манерой общения (в основном выражающейся в форме четких инструкций и приказов) точно будет нелюдем. Да и что таить, Илотилас не раз себе воображала, как этот самый голос приказывает ей делать… не совсем пристойные вещи.

И сейчас она оказалась лицом к лицу со своей фантазией. Раилан для простого человека оказался практически непростительно симпатичен! Крепкий, хотя широкий разворот плеч она видела и под скрывающем его фигуру плащом, с мощными руками и длинными ногами, что мужчина сейчас вытянул перед собой. На груди у Раилана покоился медальон в виде орла с расправленными крыльями.

Герб?..

Тили задохнулась, когда поняла, где видела подобный.

– Раи… Эааринг?

На губах блондина появилась провокационная улыбка, а Бес фыркнул.

Семья Эааринг… они приходились дальними родственниками самому киосу Римонду! То есть получается, что Раилан пошел против сородича? Коронованного опасного сородича. Высшего демона.

И если тот узнает, чем промышляет его троюродный племянничек…

Никогда бы не подумала, что наследники огромного состояния готовы идти против системы…

– Я – Серда, – представилась девушка, сидящая по левую руку от Раилана, и, чуть помедлив, добавила, – хотя мы и не имели чести познакомиться лично, я много слышала о тебе, Мятежница.

Тили неловко улыбнулась. Ощущение собственной неосведомленности о находящихся здесь представителей Ветров неприятно выбивало почву из-под ног.

Бес, видя, что Тили замешкалась, быстро представил остальных членов сообщества:

– Аркая, – он кивнул на вторую девушку, что вначале сидела к проходу спиной, – Сэм, – невысокий сухожильный паренек с волосами цвета вороного крыла перекинул ногу на ногу, – Глафир, – кивнул в сторону оборотня с желтоватыми глазами, явно кошачьей породы, – Даррен, – кивок в сторону вампира, – Лич, – со своего кресла помахал гном.

Подтолкнув Илотилас к столу с закусками, Бес широко улыбнулся своим подчиненным.

– Предлагаю провести голосование. На предмет принятия Мятежницы в ряды Ветров.

Тили, которая успела сделать глоток из высокого бокала с розовой жидкостью, отдающей ягодными нотками, подавилась и зашлась кашлем.

– Что?

– Бес, ты… уверен?

На губах оборотня проскользнула очередная улыбка.

– Более чем. Тили, ты ведь не против?..

Ей пришлось отчаянно замотать головой.

Это сказка. Она спит. И оказалась в чудесном, прекрасном, волшебном сне. Ее принимают к Ветрам?! Туда, куда она рвалась уже не один год?

– Но… почему?

Роберт пожал плечами.

– За темперамент.

Это он так на суп намекнул? Неужели понял, что она сперва приняла его за брата? И осознал, что ей не страшно идти против всех? Ведь Френк – любимчик адептов, их негласный король. С которым она хладнокровно решила поступить по своему разумению, не обращая внимания на статус и возможные проблемы в будущем.

– Итак, кто «за»?

Илотилас с содроганием смотрела, как ребята в задумчивости окидывали ее оценивающими взглядами и… поднимали руки. Первыми проголосовали те трое, что не смогли пробиться через ее щит. Далее решилась Серда, тем самым ставя точку на мнении большинства. Или все же многоточие? Ведь сегодня присутствовали не все члены…

Пока расклад был более чем приятным: четверо против троих.

– А как же испытание? – Сэм сложил руки на груди.

– Что ты предлагаешь?

– Диверсия. В городе.

– В Академии, – отрезал Роберт и повернулся к Тили. – Даю тебе неделю на то, чтобы придумать обход правил профессора Дубринейла. По истечению семи дней соберу общий совет, и проведем голосование повторно.

Она получила задание от Ветров! И ей полностью развязывают руки.

Опрокинув в себя залпом остатки коктейля, Илотилас улыбнулась. Кажется, ее решение об Академии все-таки было не таким уж и плохим.

Глава пятая

Мужчина свел брови вместе.

– Ты, должно быть, шутишь.

Рикард улыбнулся и покачал головой.

– Нет.

Кристафор сделал большой глоток виски, отчего кубики льда в бокале звякнули о стекло.

– Но это… неправильно!

У ректора в глазах заплясали чертята.

– А кто говорил, что я буду играть по правилам? Высший Совет мне стоит уже поперек горла. И если есть способ им насолить…

– Используя меня?!

– Не горячись, Крис. Мы оба понимаем, что тебе понравится.

– Иногда я задаюсь вопросом, как так получилось, что мы стали лучшими друзьями.

Рикард хмыкнул.

– Ты не хуже меня знаешь ответ на этот вопрос.

Кристафор изучающе посмотрел в голубые глаза друга и вздохнул.

– Черт с тобой, я согласен.

Ректор предвкушающе улыбнулся и отсалютовал ему бокалом.

***

Илотилас вернулась в свою комнату далеко за полночь, но пролетевшее словно миг время и воспоминания знакомства с Ветрами еще долго не давали уснуть.

Она увидела их лица! Она узнала их имена! Ее могут принять в их круг!

Роберт, безусловно, рисковал, взяв ее с собой и открыв инкогнито своих ребят. Рисковал, но, видимо, на подсознательном уровне знал, что она не выдаст их. Ни одного.

Еще бы выдала! Это же Ветра! Те, на деятельность которых девушка практически молилась. Они были для нее образцом для подражания.

И чтобы предать кумиров?

Однако Роберт… почему он стал предводителем Ветров? И ведь она про Беса слышала много леденящих кровь подробностей. Но этот парень в очках не выглядел суровым тактиком, готовым перегрызть горло. Неужели внешность так обманчива?

Да и его поведение в столовой… он смолчал, когда Френк его банально пытался поддеть и унизить. Роберт… загадка. Младший брат, судя по всему, раз позволяет своей идентичной копии подобные выпады.

Все-таки закон старшинства действует по всему Ингиаку. И семья Эйлот, из которой происходили братья, не была исключением. Наследником состояния станет Френк. Может, Роб своим желанием показать, на что способен, однажды переступил черту дозволенного? И это ему понравилось? Таковы были мотивы организации Ветров?

Спросить напрямую Тили не решилась. Да и вряд ли ей ответили бы. Она среди них новенькая. Новичок, которому не доверяют и которого хотят проверить.

Задание… Роберт специально решил поставить ее в рамки, обозначив территорию, на которой следует действовать. Территорию, где он сможет за ней приглядывать.

Но Академия?.. А как он лихо загнул: «Даю тебе неделю на то, чтобы придумать обход правил профессора Дубринейла»! Обход правил…

Разумеется, ее первоначальные идеи на счет взлома системы безопасности никуда не делись, но можно ли это будет считать обходом правил? И более того, справится ли она с этой задачей?

Одно дело представлять, а другое сделать.

У нее есть неделя.

А ведь еще придется учиться, да и учиться хорошо, чтобы не вылететь из этой самой Академии в раскрытые объятья семьи с готовым женихом.

Жених. Брр!

Илотилас закуталась в одеяло по самый подбородок.

После сегодняшней встречи у нее появился лишний повод оттягивать встречу с незримым мужчиной. Если ее примут в Ветра… Даже страшно подумать, что она сделает, скажи ей кто, что данный вид развлечения стоит оставить в прошлом. А жених определенно будет настаивать на подобном.

Мужчины хотят от своих жен лишь исполнения желаний. Дом, дети, правила-правила-правила… одно хорошо – супружеский долг.

А если муж ей не понравится и окажется плох в постели? Вдруг они не сойдутся темпераментами?

Заводить любовника?

Илотилас, конечно, сможет замести следы, но жить в постоянном напряжении, что может оступиться…

Не хочу замуж!

Рано.

Все еще терзаемая множеством вопросов, Тили все же улетела в объятья Морфея. Странно, но после такого насыщенного дня сны ее не преследовали, а ведь они могли бы быть очень интересными! И пробуждение, которое Илотилас предпочла бы встретить в объятьях идеальных мужчин (тот же ректор все не давал покоя, да и близнецы…), заставило девушку поморщиться. И все из-за того, что ее соседка-отличница резко раздвинула шторы, позволяя солнечным лучам упасть ей на лицо. Безумно ярким лучам, от которых хотелось спрятаться под подушкой.

– Илотилас, пора вставать!

Все-таки иметь соседку плохо! Особенно такую дотошную. Ареанна-то небось легла спать сразу после ужина, вот и выспалась… хотя, такие, как она, вполне могли лежать в обнимку с учебниками, просматривая будущие темы. Староста. Отличница. Зануда.

Не удивительно, что ребята выбрали себе звезду в виде Френка, которому слепо подчинялись. Оборотень был «своим», с ним было не скучно. А с Ареанной…

Тили попыталась перевернуться на другой бок, но почувствовала как пробужденная в старосте ответственность (или сожаление, что вчера забыла предупредить о тесте?), сподвигнула толстушку легонько потрясти демоницу за плечо.

– Илотилас!

– Я хочу поспать…

– Нельзя опаздывать на пары!

Илотилас застонала.

Кажется, профессор Дубринейл говорил, что ей следует подружиться с Ареанной? Это у него такое извращенное чувство юмора? Мужчина захотел немного напакостить за то, что согласился отвечать перед Советом из-за поспешного принятия ее в Академию?

– Илотилас!

С очередным стоном Тили разлепила глаза.

– Встаю я. Встаю.

И ведь действительно пришлось подниматься, шествовать в душ, отмахнувшись от Ареанны по поводу ее замечания, что не следует на ночную сорочку надевать мантию, мотивируя опасением «вдруг кто увидит». Сейчас Тили хотелось спать, кого-нибудь убить (причем перед мысленным взором уже маячили целых две кандидатуры: ректор и Ареанна), и просто послать все куда подальше.

Почему утро наступило так скоро?

Видимо она пребывала все еще в слишком сонном состоянии, поскольку не заметила, как свернула не туда (да и когда ей было заучивать положение дверей и коридоров, если она только позавчера попала в данную альма-матер? Впрочем, это утверждение было не столь правдивым, у демонов память была практически феноменальной, если этот самый демон хотел запоминать… а у Тили в голове вертелись совершенно другие проблемы, нежели окружающая обстановка).

Поворот, коридор, еще поворот… Разве душевые располагались так далеко?

Илотилас замедлила шаг и нахмурилась.

Нет, кажется, все-таки ей нужно было идти в другом направлении.

Развернувшись, чтобы прошествовать обратно, Тили услышала позади себя звук запираемой двери.

Испугавшись, что ее, растрепанную после постели, да и с неумытым лицом может кто-то увидеть, Тили быстро юркнула в полутемную нишу, стараясь слиться со стеной.

Из конца коридора послышались неторопливые шаги. Уверенные мужские шаги.

Тили заставила себя дышать тише.

Она пересекла черту, отделяющую женскую половину от мужской? И даже не поняла этого?

Выглядывать из своего укрытия было страшно (вдруг правила Академии подразумевают запрет на прогулки к однокурсникам противоположного пола?), и Тили лишь с замиранием сердца смотрела, как мимо нее прошел знакомый адепт – вампир, что учился с ней на одном курсе. Кажется, его звали Маголан.

Благо вампир, похоже, еще тоже не до конца проснулся, и не собирался всматриваться в полутемные ниши, наверняка шествуя на завтрак. Еда – лучший мотиватор, чтобы стряхнуть с себя остатки сна перед предстоящим учебным днем.

С Тили же сон уже как рукой сняло, стоило лишь Маголану пройти мимо.

Она оказалась на мужской половине жилого крыла!

И попала сюда, не заметив блокирующих заклинаний… И это наводило на очень пакостные мысли.

Выглянув из своего убежища, Тили, убедившись, что в коридоре никого, быстро двинулась в сторону, откуда пришла. Нужно понять, где она свернула не туда. И запомнить, как сюда добраться.

Увидев знакомый поворот, демоница перешла на магическое зрение. И тут же замерла.

Ну, ректор, ну!..

Практически весь коридор, двери, стены и потолок были исписаны защитными рунами.

И это здесь, на жилом этаже! Причем вязи заклинаний переплетались так тонко, что понять, где заканчивается одно, и начинается другое, было практически невозможно.

Магические линии на стенах… чтобы не пробить их что ли? С дверями понятно, тут против несанкционированного появления на пороге… но почему так много охранок?

И если здесь, в обычном коридоре их столько, то страшно представить, что же ждет внизу, при входе в Башню. Обычно именно при пересечении черты, отделяющей общие комнаты и залы от разделенных на факультеты, стояла самая мощная защита.

Мамочки…

Справится ли она с ней? Не будет ли вылазка к Узлу Связи для нее ошибкой?

Ведь там, в сердце охранного комплекса Академии, наверняка магии примешано больше. И Тили не удивилась бы, если бы вход в помещение будет заговорен лишь на ректора.

Стряхнув с себя внезапно накатившую панику, Илотилас смогла определить путь к душевым, где, скинув одежды, встала под освежающие струи.

Нужно сначала понять, какие правила действуют на подвластной профессору Дубринейлу территории. И проверить доступ к другим факультетам.

В аудиторию Тили входила уже сформировав более-менее определенный план действий и не заметила, как адепты притихли, увидев ее.

Обведя взором студентов, Илотилас остановила взгляд на Ареанне, которая лишь пожала плечами, высказывая тем самым, что ничего не может поделать с окружающим мнением.

А ведь понятно было, что адепты ощерились на нее за вчерашнюю выходку в столовой. И хорошо, что суп отправился на каштановую шевелюру брата в очках, нежели на короля факультета. Но вроде Френк же дал им понять, что все в порядке… Или нет?

Как тогда расценивать то, что вчера студенты вернулись к обеду и разговорам, словно забыв про нее?

И сейчас внимание, которого она была вчера лишена при помощи старшего оборотня, возвратилось. И, похоже, увеличенное стократ.

Илотилас прошествовала к свободному месту с краю длинного ряда парт и опустилась на скамью, чувствуя на своей спине придирчивые взгляды.

Да что она такого сделала-то? Всего лишь небольшая отместка за то, что ей достался столь внезапный душ. Неужели никто здесь не понимает этого?

В аудиторию вошла чуть полноватая женщина, принадлежащая к гномьему народу и удивленно обвела комнату взглядом.

– Доброе утро, – практически одновременно с ее приветствием кристалл над дверью известил о начале занятий.

– Доброе утро, мадам Турринор, – эхом отозвались студенты, и Тили смогла вздохнуть свободней, ощущаемые на спине взгляды поубавились.

Кажется, ее ждет долгий учебный год. Вернее, два года.

Преподаватель вела дисциплину под названием «Формирование и перераспределение базовых Сил Смешанной магии», и Тили усердно пыталась поспеть записать все, что произносила эта милая бабушка-одуванчик. А говорила она такие первоосновы, без которых наверняка постижение остальных предметов было бы невозможно.

Причем мадам Турринор специально или нет, вкратце прошлась по всему материалу, который успела преподать за те недели, что Тили пропустила, и только после этого перешла к новой теме.

С каждым новым словом Илотилас понимала, что в этой Академии у нее, кажется, нашелся любимый преподаватель. Гномиха рассказывала интересно, опираясь на истории из прошлого, но не забывая подкреплять слова сложными формулами, что выводила на доске и демонстрировала жестами. К последнему пункту, а, именно, к апробированию на практике, мадам Турринор призвала и вверенных ей студентов.

Отложив ручку в сторону, Илотилас подняла руки над партой и попыталась визуализировать линии, которые должны были подсветиться зеленоватым пламенем. Так, по крайней мере, показывала преподаватель. И так, она заметила, произошло у большинства адептов.

А вот Тили… несмотря на колоссальную Силу и потенциал, заложенный в ее крови… Ничего!

То есть вообще ничего.

Как это возможно?!

Тили попробовала еще раз в уме нарисовать необходимые руны и взмахнула ладонями.

Бесполезно.

Как будто она зря сотрясала воздух.

Однако обнадеживало то, что не только у Тили появились проблемы с визуализацией переплетения магических потоков. Но факт, что демоническая кровь отказывалась выполнять поручения?

Что за ерунда?!

Заметив смятение, написанное на лицах адептов, у которых не получилось выполнить задание, мадам Турринор покачала головой.

– Ну как же так, ребятушки? Мы же проходили основы вот уже много недель… Вспоминайте, сначала базовый жест «Глекил», следом руна Стихий, жест «Оро» и закрепление магического потока при помощи руны Контроля.

Какие-какие базовые жесты? Если с рунами Илотилас была знакома, то уж с жестами Смешанной магии…

Черт! Кажется, она вылетит из Академии после первой же сессии.

А ведь ей помимо учебы еще нужно завоевать авторитет среди Ветров.

Черт, черт, черт!

Почему Смешанная магия оказалась сложнее Боевой? Высшей Боевой магии, постичь которую дано далеко не каждому.

Это… несправедливо! Нечестно! И совсем не понятно.

Неужели придется засесть за учебники и кропотливо изучать каждую неизвестную ей руну и жест?

Неприятным осадком стало открытие, что адепты, которые создали перед собой зеленые линии с висящими над переплетениями необходимыми в этом заклинании рунами, кидали в ее сторону весьма надменные взгляды.

Выходило, что она глупая, слабая и взбалмошная девица. Так?

Иначе как можно объяснить ее промах на паре и вызывающее поведение в столовой?

Но когда Тили подумала, что хуже быть не может, судьба подкинула очередной поворот: сегодня вместо «Магии Воды» поставили замещение… И кто бы мог заместить профессора Фавэ лучше, чем мадам Серан?

Илотилас даже дернулась, когда объявили о внеплановой паре по Контролю. А уж когда в аудиторию зашла сама профессор в своей бессменной черно-красной мантии и ледяным взором окинула студентов, захотелось завыть.

Мадам Седан, как и стоило ожидать, начала распекать нерадивых студентов за плохую подготовку к контрольному тесту, да и тех, кто набрал максимальное количество балов приласкала весьма своеобразно:

– Ареанна, Мекил, Леранад, Фаросор, молодцы. Высший балл. Однако другого от вас я и не ожидала, – остановив на каждом взгляд, шатенка кивнула, после чего цепко оглядела скамьи и задержалась на Илотилас. – Адептка Линвен, если не ошибаюсь?

Тили судорожно кивнула.

Что-то ей совсем не нравилась эта вампирша, на кроваво-красных губах которой расплылась гаденькая улыбочка.

– Интересно посмотреть на ваши вступительные экзамены, Илотилас, потому что это, – она подняла в воздух знакомый бланк с тестом, – совершенно никуда не годится. Неужели Вы не знаете такие простые постулаты, как контроль в разрезе исторических справок?

И что прикажите отвечать?

Адепты, как по команде, снова воззрились на нее. И все в гнетущей, практически липко-тягучей тишине.

– Я постараюсь восполнить пробелы в образовании, профессор Серан.

Карие глаза еще немного изучали ее, после чего мадам перевела разговор на давно изъезженную всеми преподавателями тему: если студенты будут плохо учиться, их них не выйдет никакого толку. И прочее, прочее, прочее.

Однако Тили не покидало чувство, что сегодня она вроде как встала не с той ноги.

Сначала заблудилась и чуть не нарвалась в весьма компрометирующем виде на однокурсника, потом у нее не получилось создать простейшее заклинание (простейшее по словам профессора Турринор, разумеется), теперь вот ее отчитали перед всей аудиторией… аудиторией, которая, похоже, точила на нее зуб за вчерашнюю выходку в столовой.

Да за что же ей такое счастье?

Однако высказывать вслух свои «фи» Тили не решилась. Много посторонних ушей. Видимо, вражеских ушей.

Но как ей выяснить необходимую информацию, если ребята решили быть с ней на ножах? Да и из-за такой глупости…

Только прозвенел звонок, оповещающий об окончании пары, Тили сорвалась с места, направляясь к деканату. Ей нужно посмотреть расписание шестого курса.

Если уж мнение адептов зависит от их короля, следует потолковать с этим королем.

Однако, стоило девушке найти нужную цифру и развернуться, чтобы прошествовать в северную часть Академии, как она тут же уткнулась в чью-то жесткую грудь.

Подняв глаза, Илотилас с изумлением уставилась на самого красивого мужчину, которого только встречала в своей жизни. Брюнет с изумрудно-зелеными глазами, опушенными длинными черными ресницами, аристократическим носом и манящими к поцелую губами. Четко очерченные скулы и упрямый подбородок завершали образ идеала.

Но самое главное – мужчина был на голову ее выше!

То есть предел фантазии забился к экстазе еще и по этой немаловажной причине.

Илотилас всегда представляла себе своего мужчину именно таким: высокий, мускулистый (с этим, кстати, похоже, у представителя изумрудных глаз тоже проблем не было, ее нос уткнулся по ощущениям в весьма литые мышцы), с чарующим низким голосом (может, даже чуть с хрипотцой?) и волшебным сильными руками.

Заметив, как она, должно быть, на него таращится, мужчина улыбнулся.

–Добрый день.

От баритона у Тили по телу пробежал прямо-таки табун мурашек, и захотелось тут же вцепиться в данный экземпляр руками и ногами и никуда не отпускать. Вдруг кто еще позарится?!

– П… привет.

Демоница даже не понимала, что все еще стоит, задрав голову вверх и практически прижимаясь к незнакомцу. Вот только этот самый незнакомец, в отличие от нее, не был затуманен образами и тут же отступил на шаг, возвращая расстояние между ними.

Облачен, кстати, мужчина был в явно дорогой, сшитый на заказ, камзол цвета ночи и брюки ему в тон. Легкий шейный платок, схваченный заколкой с изумрудом (тонкий и весьма умелый ход, глаза от этого драгоценного камня привлекали еще больше), контрастировал с нарядом своей молочной белизной, словно выплывшая из-за туч на небосводе луна.

Гисхильдис, что этому красавчику понадобилось в их Академии?!

А красавчик, воспользовавшись ее замешательством, мазнул взглядом по расписанию, развернулся к коридору и неторопливым шагом отправился куда-то в южном направлении.

Тили непроизвольно сделала несколько шагов за незнакомцем, судорожно представляя, как бы подстроить ситуацию, чтобы их общение продолжилось.

Такой ценный экземпляр выпускать ни в коем случае нельзя!

Еще пару неуверенных шажков.

Он вполне мог оказаться другом кого-то из преподавателей. Или же проверяющим… ведь в Академии иногда проходят проверки? Не в начале года, правда… Но как же объяснить явно одетого не по учебной моде мужчину, слоняющегося по альма-матер, словно так и нужно?

Разговор с Френком вполне можно перенести на более позднее время.

Илотилас снова двинулась в сторону, где за поворотом скрылся загадочный брюнет, завладевший ее воображением. Вот только это самое воображение, которое никогда не давало сбоя, все никак не могло определиться, как именно они будут «общаться». Как, где, и сколько.

Завернув за угол, Тили пропустила удар сердца. Коридор был пуст.

Где? Где этот идеальный мужчина?

Наплевав на приличия, демоница добежала до конца коридора, заглянув в обе стороны, но ни в правом, ни в левом направлении знакомого темного силуэта не приметила.

Не мог же он под землю провалиться!

Где этот красавчик?

Пробежав еще пару коридоров и залов с высокими окнами, через которые на мраморный пол падал причудливо-золотой свет, Тили сдалась.

Упустила. Она его упустила!

Больно закусив губу от досады, девушка поплелась обратно к деканату.

Почему она так тормозила? Почему не спросила хотя бы его имя? Как теперь его найти?

И ведь судьба-злодейка наверняка больше не предоставит такого подарка в виде мужчины-мечты.

Что за день?!

Как будто перед ней помахали вкусной конфеткой, на которую Тили уже пустила слюни, и тут же убрали за спину, показав язык.

Почему?! За что?!

Хотя, если мыслить здраво, как бы она представляла их разговор?

– Привет! Ты мне понравился… Не желаешь продолжить знакомство где-нибудь в уединенном месте?

Слишком пошло. И не достойно дочери Советников.

Но как же этот мужчина был привлекателен! От него прямо-таки веяло скрытой силой, загадкой и чем-то… приятным. А какой от него был запах! Прежде чем поднять глаза и посмотреть, на кого же ей повезло налететь, Илотилас успела втянуть в себя свежий аромат елового мыла и одеколона.

Где ты, незнакомец? Покажись!

Глава шестая

Однако вместо ожившей фантазии ей встретился улыбающейся Френк. Король адептов сейчас прислонялся к одной из стен и посылал девушкам, что столпились вокруг него, неприкрытые ласковые взгляды.

Ощутив на себе очередной взгляд, оборотень поднял голову и его улыбка стала еще шире. Высвободившись из девичьего кольца, он подошел к Илотилас и склонился, чтобы приветственно поцеловать в щечку.

Интересно, с чего бы это?

Тили увернулась от поцелуя, приподняв бровь.

– Здравствуй, крошка!

Ах, как мы мурлычим! Неужели его так порадовало вчерашнее представление?

– Ты вчера хорошенько обошлась с мелким, – подтверждая ее мысли продолжил Френк, увлекая демоницу за собой.

Стоило им завернуть за угол, чтобы оказаться не на виду у стайки девиц, что готовы были съесть Тили живьем, Френк толкнул ее к стене, нависая сверху и придвигаясь практически вплотную.

– Ты искала меня?

Илотилас уперлась ладошками в грудь излишне наглого парня и приторно-сладко улыбнулась.

– Да, Френки, искала, – прикусив губу, тем самым привлекая его внимание к ротику, продолжила, – видишь ли, после вчерашнего инцидента… Ребята на меня странно реагируют. Не можешь объяснить, в чем дело?

Френк склонился еще ниже, практически соприкасаясь с ней носом.

– Я – король Академии, Тили. Закономерно, что подданные взбунтовались твоей попыткой насолить мне… или моей семье.

Значит, она сделала правильные выводы.

Впрочем, пережить настороженность окружающих она сможет, лишь бы те не лезли под руку, когда она будет заниматься вопросом охраны. Кстати, об этом.

– М… король… – она начала теребить застежку за его мантии, в задумчивости рассматривая знакомый узор, точно такой же был и на ее одеянии, – Френки, ты же не против, если я буду называть тебя так? – она подняла голову на оборотня и тут же вздрогнула.

Серые глаза начали менять цвет, становясь сине-голубыми.

Это она его так?.. Занятно… значит, возбуждает мальчика, раз он не проконтролировал частичную трансформацию во вторую ипостась?

А ведь на этом можно сыграть.

– Называй меня как хочешь, Тили, – его рука обвилась вокруг ее талии и придвинула ближе.

– Френки, ответь, а противоположному полу разрешается пересекать границу жилых комнат?

По тому, как его зрачки дернулись, Илотилас сделала вывод, что Френк в уме уже отвел ее к себе. Ведь зачем иначе она спрашивает такое?

Тили ощущала, как быстро начало биться сердце под ее ладошкой, а мужское тело прижалось еще теснее.

– На подобное поведение введен запрет ректора… Но ведь кроме жилых есть множество свободных помещений, – он явно пытался загипнотизировать ее взглядом, она ощутила, как на ее подсознание пытаются воздействовать.

Магия соблазнения? Или что это?

Определить не получалось, уж слишком тонким был ход и слишком незаметным. Не будь ее Сила настолько развита, она и вовсе не почувствовала бы изменений в магическом поле.

– А какие еще запреты есть в Академии? – неуловимое движение, и ее ручка как бы невзначай начала опускаться по его груди, оглаживая рельеф торса.

Френку пришлось чуть отстраниться, чтобы не мешать ей исследовать свое тело, пусть и скрытое под одеждой.

– Разве сейчас это важно? – не выдержав, он опустил голову и впился губами в ее провокационно приоткрытые губки.

Ей ничего другого не оставалось, как ответить на поцелуй.

Пусть она и хотела через короля узнать, что здесь и как, но… Гисхильдис, этот мальчик умеет целоваться!

Его губы, вначале встретив сопротивление, усилили напор, и Тили впустила его язык себе в рот. Он слегка укусил ее нижнюю губу, чуть оттягивая, и этот жест послал по ее телу жаркий заряд, а руки, что начали исследовать ее спину, поглаживая, отодвигая мантию и опускаясь на ягодицы, и вовсе заставили затрепетать.

Когда же Френк, сжав округлости, придвинул свои бедра к ней, Тили ощутила твердость, что располагалась пониже его пояса. Твердость, что сейчас упиралась ей чуть выше сведенных ножек.

Ей стало жарко. Сказывался факт, что у нее давно не было секса. А тут такой… горячий и жаждущий экземпляр, готовый рваться в бой.

С ее губ сорвался стон, стоило лишь Френку отстраниться, чтобы покрыть ее шею поцелуями.

И ведь она понимала, что они сейчас находятся практически на виду в всех, понимала, что в любой момент может прозвенеть звонок, и ей нужно будет мчаться в свою аудиторию… Но продолжала млеть в его объятьях.

– И все-таки, – воспользовавшись тем, что ее губы свободны, девушка решила продолжить опрос, – какие запреты установил ректор Дубринейл?

Оборотень чуть прикусил ее шею, заставив Тили ахнуть, и выдохнул в место укуса:

– Хочешь их нарушить?

Три слова, а ее словно окатили ледяной водой.

Резко оттолкнув от себя Френка, Илотилас прищурилась.

– Б… бес?!

На губах парня появилась лукавая улыбка, а глаза постепенно начали возвращать свой серый цвет.

– Тише, Тили, тебя могут услышать, – он быстро обернулся, проверяя, чист ли коридор.

– Ч… что это за маскарад?!

Как она могла перепутать братьев? Да и как Роберт оказался облаченным в одежды Френка? И ведь никто из окружающих (а кроме восхищенных девушек, что стояли вокруг него возле двери в аудиторию, там были и парни, только они также, как и король, подпирали спинами стены) не заметил подмены.

– Как ты поняла?

– Слишком явная осведомленность о моих планах. Френк не знает, что я бунтарка.

Роберт приподнял бровь.

– Ты уверена?

Вместо ответа Илотилас вопросила:

– Почему ты выглядишь… так? И где настоящий Френк?

– О, братик решил сделать мне одолжение, милостиво предоставив право побыть денек королем.

– Но откуда одежда?.. И ты ведь должен был, чтобы не вызывать подозрения, выйти с утра из его комнаты… У тебя есть доступ в нашу Башню?

Бес склонил голову на бок.

– Прозорливая. Молодец.

– А по официальной версии Роберт, наверное, сегодня «болеет»?

– У Роберта сегодня самообразование. Последний курс, знаешь ли, иногда бывают накладки в расписаниях. И многие адепты пытаются совместить учебу с работой, отсюда «окна».

Илотилас покачала головой.

– Ты все продумал. Но… что кроме обожания стайки девиц дает тебе статус брата? Никогда не поверю, что ты бы пошел на это ради подобного развлечения, не твой уровень, Бес.

А вот теперь в глазах цвета серебра появился настоящий интерес.

– Жду не дождусь от тебя отчета о проведенной диверсии, – проигнорировав вопрос бросил оборотень и кивнув, поскольку над ними раздался перезвон, сообщающий о начале очередного занятия, неторопливо двинулся обратно к «своим» однокурсникам.

Тили проводила «короля» взглядом и несколько секунд не могла сдвинуться с места.

Она целовалась с Бесом! С самим Бесом!

Сердце готово было выпрыгнуть из груди, а на душе после неудачного начала дня вдруг стало так легко, что демоница в приподнятом настроении побежала на последние две пары, что должен был вести профессор Фингсиг.

Уже залетая в закрывающиеся двери, она послала преподавателю извиняющийся взгляд и как прилежная девочка села на первую парту. Она будет слушать и записывать все-все! Вот честное вампирско-демоническое!

***

Кажется, рановато она сама себе дала обещание все слушать и записывать. С лица все никак не могла сойти глупая улыбка, которую приходилось закрывать распущенными волосами. Жаркий румянец на щеках, кажется, не сходил на протяжении всей пары.

Она целовалась с Бесом!

И даже чувствовала его… Самого его!

Мамочки!

А что, если он не играл? Да и как можно сыграть так правдиво? Все-таки физиология…

Понятно, что ушел от своих и скрылся с ней также, как поступил бы Френк. И действовал нахрапом как брат. Никто не удивился бы, даже если бы увидел, как король охмуряет очередную «жертву».

Но ведь Роберт… может ли быть такое, что она ему понравилась как девушка?

Разумеется, он заинтересован был в ней как в Мятежнице, одной из потенциальных членов Ветров. Ведь так? Но как же приятно было представлять, что этот оборотень со схваченными сегодня в хвост прямыми волосами мог испытывать более приближенные к межличностным отношениям чувства.

Ректор. Френк. Бес. Незнакомец.

Теперь в ее фантазиях поселились четверо.

И она успела поцеловаться с одним из великолепного списка.

С ума сойти!

Нет, все-таки Академия – это вещь! Причем весьма занятная.

Понятно, что о ректоре мечтать бессмысленно, он не снизойдет до своих студентов… Но брюнет с зелеными глазами… что он здесь делал? И, более того, сможет ли она его увидеть еще раз?

***

Илотилас шагнула в столовую, неосознанно начав искать знакомую каштановую макушку. Нашла. Роберт-Френк сидел за столом их факультета и что-то живо рассказывал слушающим его студентам.

И как у него получается так вживаться в роль?

Роберт, которого она видела здесь же вчера наверняка не вел себя так свободно. Скорее, скромно.

И где его очки? Ведь даже когда они пришли в логово Ветров, Бес оставался за стеклами. Проблемы со зрением? Или очередная уловка?

Сейчас он не выглядел нелюдем, сетующим на то, что не может разглядеть что-либо.

Выбрав себе грибной суп и котлету с пюре, Тили дополнила поднос чаем и направилась к длинному столу, за которым сидели ее одногруппники.

Вот ведь ситуация, Роб, изображая брата, и себя при ней поддел, когда она жаловалась на адептов. Мастер.

Сев на скамью, Тили снова бросила осторожный взгляд в строну короля. А тот… подмигнул ей и улыбнулся так… обещающе, что Тили снова начала краснеть.

Гисхильдис, что Бес с нею делает?!

Илотилас решила уткнуться в тарелку с едой, чтобы не обращать внимания, как на мимику «Френка» отреагировали адепты. А они заметили его интерес к тихой сегодня девочке.

Это он ее спасает?.. Или ей уже хочется верить, что одного подмигивания хватит, чтобы завтра адепты не косились в ее сторону так озлобленно?

Может, стоит еще раз поговорить? Все-таки разговор поставит на свои места многие моменты, которые ей не понятны.

Но «Френк», просидев еще пару минут среди друзей, встал из-за стола, отнес поднос с пустой посудой и покинул столовую. В одиночестве.

И ведь не просто так. Илотилас была в этом уверена.

Но что он задумал?

Если сам приказал ей продумать в Академии план нарушения запретов… Не может же он попытаться усложнить ей задачу?

Вряд ли.

Или может?

Скорее, Роберту нужно что-то другое. Реагенты из лабораторий? Доступ в подземелья? На чердак? Ключи от преподавательского этажа?

На последней мысли Тили споткнулась.

А ведь это идея! Вот оно!

Преподавательские комнаты… туда заходить адептам точно запрещено.

Чем не отличная диверсия?

Разумеется, вопрос с допуском в чужие факультеты остается, но допуск к учителям… Такого безумия от нее точно не будут ожидать.

Илотилас довольно улыбнулась.

Бес, сам того не зная, подтолкнул ее к гениальному плану.

Осталось только этот план воплотить в жизнь.

Глава седьмая

Кристафор обвел комнату взглядом. Высокое окно, скрытое за белыми полупрозрачными занавесками, светлые обои, добротный стол и стул к нему. Шкаф для книг, небольшой диванчик, маленький столик, видимо, для того, чтобы составлять напитки или книги, сидя на этом самом диване молочного цвета. Мягкий ковер на полу и две двери.

Первая дверь, та что была справа от входа в комнаты, вела в небольшую гардеробную, левая же… разумеется, спальня. В отличие от кабинета-гостиной, она была выполнена в темно-синих тонах. Сине-серебряные обои, в той же гамме шторы, перехваченные кручеными шнурами, огромная кровать с четырьмя массивными столбиками, держащими полог…

Мужчина приблизился к ложу и опробовал его мягкость.

Шикарно. То, что нужно.

Возле кровати стояла тумбочка, чуть далее, на стене большое зеркало… в которой, разумеется отражалась эта громадина, занимающая большую часть комнаты.

Крис не сдержал улыбки.

Что там говорил Рикард? Что ему понравится? Ну то, как его разметили, выше всяких похвал это точно.

Пушистый ковер на полу и… камин! Самый настоящий камин, в котором уже были сложены дрова.

Щелчок пальцев, и пламя весело загорелось. Не стоило особо приглядываться, чтобы понять, что дрова были зачарованы. И гореть будут с неделю точно, если постоянно пользоваться этим чудом комфорта.

Но как же пройдешь мимо такого?.. В неверном сиянии огненных всполохов комната, которая только начала погружаться в сумерки, ожила. Широкое темное покрывало кровати так и звало, чтобы на него опустились, чтобы перина прогнулась под весом тела, а в зеркальной глади отразились переплетенные обнаженные силуэты.

Хитер Рикард, ничего не скажешь!

Знает, чем его можно купить. Пусть он и дал согласие раньше, чем увидел свое новое пристанище.

Очередная дверь, которая располагалась чуть дальше от камина привела мужчину в просторную ванную. Черная плитка искрилась маленькими золотыми вкраплениями, резко контрастируя с белоснежной лоханью. Да скорее с бассейном! И как это чудо уместилось здесь?

Пройдя по гладкому полу, Кристафор с удовлетворением заметил многочисленные баночки с пеной, морской солью и маслами.

Ну, Рикард! Как будто намекал, что если вдруг он вздумает принимать ванну не один, тут сразу будет все под рукой.

Инкуб, чистой воды инкуб!

Хотя в плане секса эти ребята подкованы, пожалуй, лучше других народностей. Инкубы, суккубы… почему природа наградила их таким сладострастием?

И, что самое интересное, почему его друг, яркий представитель расы, практически отказался от всех прелестей своей крови, став ректором?

Ведь в его ведении оказались сотни хорошеньких преподавательниц и студенток… Хотя, кто знает, может, Рикард иногда и срывается… Может, таким образом наказывает нерадивых, призывая к дисциплине?

Почему-то подобная мысль вызвала очередную улыбку.

Кажется, когда адепты подписывают договор с учебным заведением, они полностью переходят под крыло ректора и преподавательского состава?.. Значит умы Академии могут накладывать особые взыскания на учеников?

Следует уточнить этот вопрос. А то насолить Совету одно, а идти против друга и его предписаний – совершенно другое.

И все же…

Кристафор взмахнул рукой, и из кранов побежала горячая вода. Раздеваясь, он почему-то вспомнил о внезапной встрече возле деканата. Очаровательная адептка с удивительными серебристыми глазами, окаймленными черной радужкой. Она так смотрела на него, словно увидела… Как же интерпретировать ее взгляд? Словно он был кем?

И ведь зависла, рассматривая его одеяние, да и его самого.

Не ожидала увидеть кого-то, одетого не в традиционную мантию? Сама же девушка явно принадлежала факультету Смешанной магии, черные цвета, которые ни с чем не перепутаешь. И ведь мантия сочеталась с ее коротко стриженными волосами.

Удивительно было увидеть девушку со стрижкой, обычно они предпочитали отращивать свои локоны, а эта… пошла против системы?

Интересно.

И очень любопытно будет взглянуть на нее снова. Интересно, на каком курсе учится эта демоница? А то, что в девочке течет родная ему кровь, он прочувствовал сразу.

На стул полетел шейный платок, камзол и рубашка.

Кристафор взялся за ремень, когда услышал осторожный стук в дверь.

Рикард что-то забыл ему сообщить?

Как был, с голым торсом, так Крис и пошел открывать, да вот только пожалел о своем скоропалительном решении, когда вместо друга на пороге увидел стремительно краснеющую (конечно, вряд ли было ожидаемо, что гостей встретят практически без одежды) девушку, сжимающую в руках стопки книг и какой-то ежедневник.

– П… профессор Фаланир?

А ведь пришедшая была весьма недурна собой. Стройная высокая шатенка с шоколадными глазами.

– Да?

– Я… профессор Серан, Дарила Серан… Профессор Дубринейл сообщил, что у нас со следующей недели появляется новый преподаватель… и я… Простите, я не думала, что приду не вовремя.

Крис потянул носом.

Вампирша. Прекрасно.

А ведь их с Риком шалость становится все интересней и интересней.

– Ну что вы, Дарила, все в порядке, – он посторонился, – пройдете?

Женщина жадно прошлась взглядом по его рельефному телу, но все же отрицательно покачала головой.

– Я просто хотела поприветствовать нового коллегу.

– Ну что же, в таком случае, приветствие удалось. Приятно было познакомиться, Дарила.

Вампирша кивнула, и, в последний раз пробежав взглядом по плечам, груди и прессу, решительно развернулась на каблуках и двинулась прочь по коридору.

Крис хмыкнул.

А ведь по ее глазам было видно, что она хочет зайти. Более того, в них читался огонь желания.

И он не по наслышке знает, как вампирши весьма темпераменты… и горячи в постели.

Все-таки Рикард не зря к нему обратился. Ох, не зря.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.