Виктория Лайт
В погоне за Памелой

1

Она быстро шла по коридору, дробно стуча каблучками, и вслед ей поворачивались все головы и стихали разговоры. Женщины неодобрительно поджимали губы, видя восхищенно остолбеневшие лица мужчин, и потом в тайных разговорах с подружками всласть злословили. Они находили в ней массу отвратительных недостатков и не понимали, почему все без исключения мужчины сходят по ней с ума. Это было настолько несправедливо. Почему жизнь распоряжается так, что одним достаются жалкие крохи, а другие пользуются всеми мыслимыми благами?

– Я уверена, она носит линзы, – говорила Мерил Доркинс, секретарь президента компании. – В природе не бывает таких ярких глаз.

– На ее месте я бы каждый день сидела в тренажерном зале, чтобы не позориться с такой фигурой, – фыркала Анжела Пэтчет, специалист по рекламе. – В наше время подобные пропорции не в моде. Не сомневаюсь, что если она не сядет на диету, то через несколько лет безобразно расползется в разные стороны.

– А как она одевается?! – ахала Белинда Штром из отдела по связям с общественностью. – Раз уж ей посчастливилось занять столь высокую должность, могла бы позаботиться о более достойных нарядах. Я бы умерла от стыда, если бы надела эти ужасные костюмы.

Одним словом, личность Памелы Риверс, вице-президента по коммерции косметической компании Нэчьюрал Бьюти, служила неисчерпаемой темой для кулуарных бесед. Не без основания Памелу считали злой, вздорной, мстительной, злопамятной и капризной. Она без жалости расправлялась с теми, кто осмеливался бросить ей вызов, и в последнее время в Нэчьюрал Бьюти подобных смельчаков уже не находилось. На собственном горьком опыте все убедились, что связываться с Памелой Риверс себе дороже. После того, как она с блеском одолела некоторых весьма влиятельных лиц компании, ее оставили в покое.

Однако не только из-за своего сварливого характера Памела Риверс вызывала у сотрудниц Нэчьюрал Бьюти такую жгучую неприязнь. Вдобавок к своим отрицательным качествам Памела была дьявольски красива, а это уже не укладывалось ни в какие рамки. Такой стерве полагалось быть похожей на ведьму, а не на сказочную принцессу. К тому же никто не мог отрицать, что Памеле необыкновенно везет, и это тоже служило предметом и зависти, и злости. Благодаря неслыханной удаче, а также своим выдающимся деловым способностям, в тридцать один год Памела Риверс занимала пост вице-президента по коммерции одной из самых известных и процветающих косметических компаний Соединенных Штатов.

Памеле отчаянно завидовали, ее ненавидели и боялись, против нее интриговали. И в то же время ее обожали, перед ней преклонялись, о ней мечтали. Подобное несоответствие очень легко объяснялось – мужчины умирали от любви, а женщины – от злости, и не было ни одного человека в Нэйчюрал Бьюти, который был бы абсолютно равнодушен к Памеле Риверс. За исключением, разве что, мистера Флинча, господина президента компании, который не интересовался ничем, кроме роста объема продаж.

Памела была прекрасно осведомлена о чувствах, вызываемых ею, и одинаково наслаждалась как одной, так и другой стороной своей популярности. Всеобщая нелюбовь ее ни капли не смущала, более того, была источником своеобразного удовлетворения. Ненависть доставляла ей не меньше удовольствия, чем восхищение. Зависть в глазах женщин, любование в глазах мужчин – что может служить лучшей наградой за все старания? Памела намеренно разжигала страсти вокруг себя, создавая себе имидж непобедимой деловой стервы. Репутация была для нее не менее важна, чем карьера, и Памела зорко следила за тем, чтобы никто не смел оспаривать ни ее официального положения вице-президента, ни неофициального статуса первой красавицы компании.

Впрочем, если посоперничать с Памелой в служебном плане еще находились желающие, особенно среди мужчин, то затмить ее красоту никто даже не пытался. Конкурировать с ней не могли даже длинноногие модели, которых в изобилии нанимали для рекламы косметики, и можно было только удивляться, как мистер Флинч до сих пор не предложил ей стать лицом компании.

Памела была среднего роста, как раз достаточного для того, чтобы высокие мужчины чувствовали себя рядом с ней большими и могучими, а маленькие не ощущали себя ущербными. Она была прекрасно сложена, и хотя ее фигура не отвечала представлению о красоте, которое упорно пропагандируют тощие манекенщицы, мужчин бросало в пот от одного только взгляда на ее широкие округлые бедра и пышную грудь. В мире, где безраздельно царит мода «унисекс», женственные формы Памелы Риверс были счастливым исключением из правила.

Памела всячески подчеркивала многочисленные достоинства своей прекрасной фигуры. Она предпочитала исключительно облегающие наряды, и ее деловые костюмы, сшитые на заказ, порой выглядели более провокационно, чем самое откровенное вечернее платье. Памела как никто умела носить одежду, и короткие юбки Белинды Штром, признанной любительницы демонстрировать свои ножки, никогда не производили такого изумительного впечатления, как строгие костюмы Памелы с юбкой по колено и обязательной блузкой неброского оттенка.

– Все дело в походке, – авторитетно заявляла Анжела Пэтчет.

Ее сестра работала инструктором по фитнесу, и Анжела считалась в Нэчьюрал Бьюти специалистом в вопросах человеческого тела.

– Памела виляет бедрами, как последняя уличная девка, и поэтому создается впечатление, что ее одежда чрезвычайно сексуальна. Низкий приемчик, скажу я вам. Настоящая провокация. Она просто использует низменные мужские инстинкты, чтобы добиваться своих целей! И ведь срабатывает! Не уверена, что она смогла бы так продвинуть по службе, если бы одевалась более скромно…

Анжела Пэтчет возмущенно повела плечиком. Сама Анжела была высока и невероятно худа, так что при всем желании не смогла бы использовать свои женские прелести, чтобы продвинуться по службе. Видимо, это и подпитывало ее враждебность к Памеле Риверс.

– Ну, в уме Памеле все равно не откажешь, – засмеялась Мерил Доркинс, которая по мере сил старалась быть объективной даже в отношении Памелы. – Хотя наделить такую красотку мозгами было уж совсем нечестно со стороны провидения…

С внешностью Памеле действительно повезло. Она не была ни «симпатичной», ни «хорошенькой», ни «миленькой». Ни одно из этих прилагательных ей не подходило. Даже самый придирчивый человек сказал бы, что Памела была красива. У нее были роскошные длинные темно-каштановые волосы, отливающие медью на ярком солнце, и чуть продолговатые глаза удивительного фиалкового цвета. Точеный носик, пухлые манящие губы, идеальная гладкая кожа, резко очерченные скулы, придававшие Памеле несколько хищнический вид – все в ней было достойно восхищения. Ее прабабушка с материнской стороны была родом с Мартиники, и в жилах Памелы текла капля латиноамериканской крови, напоминавшей о жгучих страстях под знойным южным небом. Мужчины инстинктивно чувствовали эту каплю и представляли себе, какой огонь горит в груди этой красавицы…

Но если красоту Памеле еще могли простить, то ее ум вызывал ни с чем не сравнимую ярость. Белинда Штром с отличием закончила университет и специальные курсы «Реклама и связи с общественностью». Однако Памела, только прослушав ее получасовой доклад, сумела указать ей на несколько очень существенных ошибок и наметить верный путь для их исправления. Причем сделала это в весьма оскорбительной форме и в присутствии непосредственного начальника девушки, который потом очень пространно высказался о так называемом профессионализме Белинды и даже пригрозил лишить ее очередной премии. Белинда потом два часа рыдала в женском туалете и клялась отомстить. Но что могла она сделать против всесильной Памелы?

Подобная история была знакома очень многим в Нэчьюрал Бьюти. Памела Риверс не щадила никого – ни мужчин, ни женщин. Она в два счета могла разобраться в самой запутанной проблеме, от бухгалтерской ведомости до технологического описания производства крема для рук. И если она находила ошибку, то виновному оставалось уповать лишь на милость Божью. Взывать к лучшим чувствам Памелы было бесполезно. Главная цель – преуспевание Нэчьюрал Бьюти, и Памела с таким рвением заботилась о компании, словно она принадлежала лично ей.

Конечно, мистер Флинч, президент и владелец контрольного пакета акций Нэчьюрал Бьюти, не мог не оценить такое рвение по заслугам. С тех пор, как Памела стала вице-президентом по коммерции, объемы продаж резко увеличились, принося акционерам ощутимую прибыль. Памела явно знала, как делать деньги, и многие бизнесмены, которые поначалу пренебрежительно относились к ней, ощутили на себе ее железную хватку. Памела была цепкой, расчетливой, дотошной и безжалостной. Она точно прикидывала возможный риск и поэтому очень редко проигрывала. Памела сражалась настолько бесстрашно и беспощадно, что вскоре недавние насмешники были вынуждены признать, что «с этой Риверс лучше не ссориться».

К тому же Памела беззастенчиво использовала преимущества своей внешности. Она отлично знала, что у мужчин на секунду перехватывает дыхание, когда она входит в комнату. Даже у тех, кто успел познакомиться с ее методом ведения дел и не питал относительно нее никаких иллюзий. Они видели в ней беспринципную кровожадную хищницу, но, черт побери, неотразимо красивую хищницу! Многие мечтали о том, чтобы покорить Памелу, но она не желала играть по правилам, которые ей навязывали. Памела Риверс сама выбирала себе мужчин – в любви ее привлекал в первую очередь тот же элемент азарта, что и в бизнесе. Недоступные вершины – вот что занимало ее, а многочисленные назойливые поклонники представляли для нее маленький интерес. Раз поставив себе цель, Памела неуклонно добивалась ее. Зато после наступало неизбежное охлаждение. Больше не за что было бороться, и Памела начинала скучать и выискивать новую жертву. Она была пантерой на охоте и никогда не смущалась, когда ее в лицо называли хищницей…

– Если еще хотя бы раз она посмеет в присутствии подчиненных со мной не поздороваться, я ее придушу на глазах у всех!

Сказана эта устрашающая фраза была черноволосым молодым человеком, стоявшим у окна. Мужчина, для ушей которого она была предназначена, равнодушно пожал плечами. Он вальяжно развалился в кресле для гостей и не желал с утра портить себе настроение.

– Да плюнь ты на нее, Дэнни, – невозмутимо пробормотал он.

Совет не отличался оригинальностью, и мужчина заранее знал, что он не произведет ни малейшего впечатления на его разгневанного собеседника. Но что еще можно было посоветовать в подобных обстоятельствах?

– Эта дрянь возомнила себя центром вселенной, – упорствовал молодой человек. – И никто не может поставить ее на место. Посмотри, она, кажется, выбрала себе очередную жертву.

Мужчина обреченно вздохнул, встал с удобного кресла и подошел к огромному, во всю стену, окну. Из кабинета Дэниэла Эверетта открывался изумительный вид на внутренние помещения Нэчьюрал Бьюти. Здание компании представляло собой огромную башню круглой формы, внутри которой было пустое пространство под стеклянной крышей. В центре располагался небольшой фонтан, вокруг стояли скамейки, на которых служащие компании могли отдохнуть во время обеденного перерыва. Сюда же приходили посетители и гости. Окна первых этажей изнутри были закрыты рекламными плакатами, и на противоположных стенах были установлены гигантские экраны, по которым постоянно крутили ролики, рекламирующие продукцию Нэчьюрал Бьюти. Люди, работавшие в кабинетах напротив экранов, поплотнее закрывали жалюзи, чтобы отдохнуть от потока белозубых рекламных красавиц. Но зато начиная с седьмого этажа, во внутренний дворик выходили окна кабинетов руководства. Им уже не грозило мельтешение телевизионных роликов. Сидя на рабочем месте, они всегда могли выглянуть в окно и посмотреть, что творится внизу.

Вот и сейчас Дэниэл Эверетт разглядел, что у фонтана стоит блистательная Памела Риверс и отчитывает молоденькую служащую. Естественно, слов не было слышно, но по выразительным жестам Памелы и по тому, как девушка поникла и съежилась, можно было безошибочно догадаться, что происходит очередная показательная экзекуция провинившегося сотрудника. Памела обожала устраивать сцены из-за крохотных ошибок.

– Да, не хотел бы я оказаться на месте этой девчушки, – пробормотал Майк Тейлор, тот самый человек, который с неохотой оторвался от кресла, чтобы посмотреть на Памелу. Обсуждать в сотый раз ее красоту и жестокость ему не хотелось, поэтому он решил сменить тему.

– Слушай, Дэнни, ты лучше скажи мне, что у нас там с проектом по маске для лица?

Дэниэл Эверетт выразительно скривился, по-прежнему не отрывая глаз от ладной фигурки Памелы внизу.

– Она его зарезала. Просто сказала Флинчу, что реклама будет слишком дорогой, и компания, скорее всего, потерпит убытки.

– Да ты что? – Майк заволновался. – Но мы же все просчитали. Перед Рождеством такая реклама будет как нельзя кстати. Я уверен, в праздники все дамочки ринутся за такой красотой…

– Флинч не захотел меня слушать, – вздохнул Эверетт. – Наша неотразимая Памела снова победила. Тебе придется в следующий раз согласовывать свои планы с ней, прежде чем проводить исследования.

В голосе Дэниэла Эверетта прозвучала вполне объяснимое недовольство. Уже неоднократно Памела Риверс перебегала дорогу ему и его сотрудникам, вмешиваясь во все производственные процессы. Она явно не желала довольствоваться одними продажами, а хотела заграбастать еще и финансы, рекламу, маркетинг, технологии… Влияние Памелы росло с каждым днем.

– Черт, но ведь тогда полтора месяца работы на свалку, – раздраженно сказал Майк.

Его равнодушие исчезло без следа. Майкл Тейлор был талантливейшим дизайнером, и Нэчьюрал Бьюти очень повезло, когда он стал работать на компанию. Блестящие идеи так и сыпались из Майка, а воплощенные в жизнь, они неизменно срабатывали. Майк обладал потрясающим чутьем – казалось, он со стопроцентной точностью знает, как отреагируют покупатели на тот или иной рекламный трюк. Такие специалисты, как Тейлор, были на вес золота, и конкуренты уже не раз пытались переманить его, но безуспешно. В Нэчьюрал Бьюти Майку нравилось, да и держали его там приятельские отношения с Дэниэлом Эвереттом, который занимал пост директора по технологиям.

Молодые люди были дружны с детства. Они были ровесниками и ходили в одну школу. Потом их пути ненадолго разошлись – Майк стал слушателем Высшей Школы Искусств, а Дэниэла больше интересовали химия и биология. Они встретились снова на вечере выпускников и уже не теряли друг друга из виду. Когда начальник рекламного отдела пожаловался как-то на нехватку стоящих идей и творческих людей в Нэчьюрал Бьюти, Дэниэл сразу вспомнил о Майке, который в то время перебивался случайными заработками. Он предложил ему работу, и Майк с радостью ухватился за это место. Дэниэл ни разу не пожалел о своем решении. Буквально через несколько месяцев Майк Тейлор стал незаменимым сотрудником в Нэчьюрал Бьюти.

Карьеру самого Дэниэла Эверетта в этой компании справедливо можно было назвать головокружительной. Он пришел туда сразу после университета простым лаборантом в отдел разработок, однако его смелые опыты сразу привлекли к себе внимание. Дэниэл был прирожденным экспериментатором, он был готов проводить на работе целые сутки, смешивая подозрительные составы и получая целебные лосьоны. Удача, талант, знания – все это помогло Дэниэлу добиваться лучших результатов.

В то время Джозеф Флинч, президент компании, очень внимательно относился к перспективным сотрудникам, и Дэниэла быстро взяли на заметку. Несколько его нововведений позволили Нэчьюрал Бьюти занять лидирующее место в косметологической индустрии. После этого никто не сомневался в том, что Дэниэл Эверетт далеко пойдет. Однако реальность превзошла самые смелые прогнозы – всего лишь через три года работы в Нэчьюрал Бьюти Дэниэл стал начальником департамента технологий с рангом вице-президента, а через полгода стал отвечать за все этапы производства – от закупки сырья до конечного продукта.

Памела Риверс пришла в компанию на год позднее Дэниэла, одновременно с Майком Тейлором. Однако первое время Эверетт даже не догадывался о ее существовании – штат сотрудников Нэчьюрал Бьюти был велик, а Памела и Дэниэл занимались слишком разными вопросами, чтобы пересекаться по работе. Лишь став вице-президентом, Дэниэл познакомился с Памелой, которая тогда делала первые шаги на пути к своей должности.

Как это произошло с многими до него, Памела очаровала Дэниэла с первого взгляда. Вопреки расхожему мнению, согласно которому ученый – это непременно взъерошенный молодой человек с очками на носу, робеющий в присутствии женщин и разговаривающий только о своих исследованиях, Дэниэл Эверетт таким не был. Он пользовался безумным успехом у женщин, и очень многие сотрудницы Нэчьюрал Бьюти ночами грезили о том, чтобы заполучить его. Дэниэл был высок, строен, широкоплеч, и его белозубая улыбка вызывала в памяти образы красавцев, рекламирующих лосьон или пену для бритья. Если и был в Нэчьюрал Бьюти мужчина, достойный Памелы Риверс, так это был Эверетт. Даже самые преданные поклонницы Дэниэла отступили, считая, что у них с Памелой скоро все пойдет на лад. Им оставалось только наблюдать и потихоньку завидовать.

Однако Памела не торопилась падать в объятия Дэниэла. Все его попытки поухаживать за ней были встречены ею с исключительной холодностью. Поначалу Дэниэл растерялся. Он не был бабником, бегающим за каждой красоткой, но знал о своей привлекательности. Женщины всегда оказывали ему явные знаки внимания, и Дэниэл был уверен, что при всей своей красоте Памела мало чем отличается от остальных. Следовательно, и методы должны на нее действовать те же самые.

Он пригласил ее в ресторан после работы, она вежливо отказалась. Он предложил устроить небольшой воскресный пикник, она его высмеяла. Он попытался польстить ее деловому самолюбию, но она так яростно атаковала его на одном из совещаний, что Дэниэл проклял все на свете. Завоевание Памелы обещало стать очень нелегким делом.

Тогда Дэниэл сменил тактику. Он стал холоден до неприличия и при каждом удобном случае атаковал Памелу. Несколько раз она бессовестно пыталась вмешаться в дела его департамента, и Дэниэл оказывал ей решительный отпор. В кабинете мистера Флинча между ними порой разыгрывались настоящие баталии. Но и Памела, и Дэниэл заботились в первую очередь о выгоде компании, и это мешало им окончательно рассориться.

Майк Тейлор с неподдельным интересом следил за их противостоянием. И хотя он находил Памелу весьма привлекательной, он настоятельно советовал Дэниэлу выкинуть ее из головы.

– Здесь полно девчонок, которые с ума сойдут от радости, если ты посмотришь в их сторону, – убеждал он друга, – а с этой Риверс тебе не сладить.

Но Дэниэл не желал ничего слушать.

– Они ей в подметки не годятся, – качал он головой и продолжал терзаться.

– Ну если тебе нравится все время сражаться с ней, Дэнни, – разводил руками Майк.

Он не был ослеплен красотой Памелы, и она для него была воплощением всех самых отвратительных качеств, которые только могут быть в женщине. Сам Майк предпочитал более спокойных и миролюбивых девушек, пусть даже без столь потрясающего профиля. Впрочем, кто может сказать, как он повел бы себя, если бы Памеле вздумалось обратить на него внимание? Но Майк ничуть не обольщался на свой счет и никогда не мечтал о Памеле.

Дэниэл хмурился. Он уже не понимал, что испытывает к Памеле. Вначале это было бесспорное восхищение ее красотой. Дэниэл умел ценить прекрасное. Потом, когда выяснилось, что у розы имеются шипы, он был поражен еще сильнее. Не так часто встречаются подобные женщины в нашей жизни – не изнеженные глупые красотки и не пробивные бизнес-леди с внешностью армейского сержанта, а женщины, обладающие редким сочетанием красоты и ума.

Но чем лучше он узнавал Памелу, тем стремительнее уменьшалось его восхищение. Больше она не казалась ему совершенством, идеальной женщиной, о встрече с которой мечтает каждый мужчина. Памела Риверс была настоящей стервой, пробивающей себе дорогу в жизни, готовой растерзать каждого, кто встанет у нее на пути. Дэниэл презирал ее за это. Но, как ни странно, его влечение к ней не ослабевало. Беспринципная Памела была по-прежнему желанна. Даже более того. Сражаясь с Памелой в кабинете Флинча, Дэниэл не переставал мечтать о схватке с ней в иной плоскости…

– Из нас бы вышла чудесная пара, – говорил он Майку в редкие минуты откровенности.

И Тейлор был вынужден соглашаться. Дэниэл и Памела идеально подходили друг другу, по крайней мере, на первый взгляд. Когда они стояли рядом, все сознавали, что ни у кого другого просто нет шансов. Дэниэл был неотразим – черноволосый, черноглазый, с обаятельной улыбкой, она – прелестная и женственная, воплощение красоты. Все признавали это, и одна Памела упорно делала вид, что ее сердце ничуть не затрагивают достоинства Дэниэла.

– Слушай, Дэнни, по-моему, давно пора предпринять что-то, чтобы осадить эту нахалку, – пробормотал Майк, возвращаясь к своему креслу.

Но он отлично знал, что словами тут не поможешь. Что бы ни натворила Памела, это лишь подстегивало желание Дэниэла. Она была отвратительна, беспринципна, коварна и безумно привлекательна.

– Ты скоро рехнешься с этой любовью, – сказал Майк обреченно, видя, что Дэниэл не трогается с места и по-прежнему наблюдает за тем, что происходит во внутреннем дворике.

– Любовь? – Губы Дэниэла презрительно скривились. – Кто говорит о любви? Я с удовольствием разорвал бы Памелу на мелкие клочки, если бы это не каралось законом. Садиться из-за нее в тюрьму мне как-то не хочется…

– И все же ты только и думаешь, что о том, как бы переспать с ней, – упорствовал Майк.

– Это совсем другое дело, – рассмеялся Дэниэл и наконец отошел от окна. Он присел на краешек стола и задумчиво потер щеку. – Иногда мне кажется, что она нарочно ведет себя так… свирепо. Словно ее кто-то очень сильно обидел, и она теперь мстит всем подряд, не понимая, где враг, а где друг. Защищается до того, как на нее нападут. А на самом деле она другая, нежная и ранимая…

– Ой, не могу! – нетактично фыркнул Майк. – Нежная Памела Риверс. Это все фантазии, Дэнни, полный бред. Очнись. Она играет с тобой, как с котенком, а ты ничего не замечаешь. Только ты перестаешь бегать за ней, как она сразу начинает вертеться вокруг тебя. Ты у нее на крючке, и она тебя не отпускает. Одно не пойму – зачем ей все это надо?

Дэниэл вздохнул. В словах Майка была доля истины. Уступать ему Памела не собиралась. Отпускать от себя – тоже. Стоило ему перестать обращать на нее внимание, как она удваивала усилия и начинала чуть ли не бегать за ним. Она двадцать раз попадалась ему «случайно» в коридорах, бросала на него призывные взгляды и вообще вела себя так, что и более хладнокровный мужчина потерял бы голову. Однако когда обрадованный Дэниэл переставал игнорировать ее, Памела превращалась в разъяренную фурию и не упускала возможности поиздеваться над ним. Проследить ее логику было невозможно. Она не желала быть вместе с ним, но и не могла позволить ему жить своей жизнью. Это противостояние продолжалось чуть меньше года, и Дэниэл уже стал приходить в отчаяние.

– Ей просто нравится, что ты за ней бегаешь на виду у всех, – безжалостно продолжал Майк. – Она свое самолюбие так тешит.

– И что мне делать, скажи на милость? – раздраженно спросил Дэниэл.

Покровительственный тон друга действовал ему на нервы. Хорошо Майку рассуждать. Ему каким-то невероятным образом удалось устоять перед роковой красотой Памелы. А что делать ему, если у него все в голове путается от желания, когда он слышит ее голос или видит, как она вышагивает по коридору, плавно покачивая бедрами?

– Найди другую, – последовал немедленный ответ.

Дэниэл только рукой махнул. Найти другую, когда все его мысли заняты одной-единственной женщиной?

– Тогда сделай вид, что нашел другую.

– То есть?

Майк задумался. Старо как мир, но почему бы не попробовать?

– Заставь ее ревновать, – быстро проговорил он. – Пусть думает, что тебе действительно нет до нее дела. Она же сразу начинает беситься, как только ты перестаешь на нее смотреть. А здесь вообще с ума сойдет, когда узнает, что ты влюблен в другую и забыл ее…

– Не говори ерунды, – поморщился Дэниэл. – Какая другая?

– Нет, это должно сработать, – оживился Майк. Он принялся оживленно жестикулировать, словно разговаривая сам с собой. – Памела привыкла быть всегда первой. Некоронованная королева Нэчьюрал Бьюти. Все местные барышни – просто серые мышки по сравнению с ней. Представляешь, как она разозлится, когда выяснится, что ты без проблем нашел ей замену? Она же на дух не выносит конкуренции…

– Да, в этом что-то есть, – был вынужден согласиться Дэниэл. Он сам неоднократно замечал, с какой враждебностью Памела разглядывает более-менее симпатичных девушек в коридорах Нэчьюрал Бьюти.

– Крошка Пам начнет ревновать, а дальше дело будет за тобой. Если с умом повести себя, то и месяца не пройдет, как она окажется в твоей постели…

Дэниэл с сомнением посмотрел на друга. Майка Тейлора с большой натяжкой можно было назвать специалистом по женской психологии, но идея была неплоха. Раз Памела без зазрения совести водит его за нос почти год, то и ему не мешает немного подразнить ее. Ей не нужна его любовь? Отлично, посмотрим, что она скажет, когда эта любовь будет принадлежать другой женщине.

Тут лицо Дэниэла омрачилось. Кто в Нэчьюрал Бьюти в состоянии составить хотя бы какую-нибудь конкуренцию Памеле Риверс, а, главное, согласится всего лишь поиграть в чувства?

– Ну что, Дэнни, согласен? – нетерпеливо спросил Майк. – Решайся, я еще ни разу не давал неправильных советов. Памелу надо поставить на место.

– Ты забываешь об одной вещи, – усмехнулся Дэниэл. – Кого выбрать объектом моей внезапной страсти?

– Да кого угодно! – воскликнул Майк. – Разве здесь мало девиц, которые побегут за тобой по первому зову? Выбирай любую, и я готов поставить сотню на то, что отказа ты не встретишь.

Он залихватски подмигнул Дэниэлу. Тот невольно покраснел. Все дамы Нэчьюрал Бьюти находили Дэниэла Эверетта «красавчиком и душкой», и то, что он отнюдь не стремился воспользоваться легкими плодами своей популярности, лишь добавляло ему очков. Дэниэл был серьезен и порядочен, чего трудно было ожидать от мужчины с его внешностью. Эти проникновенные черные глаза, губы, невольно вызывающие мысли о страстных поцелуях, крепкие руки с длинными ловкими пальцами по праву должны были бы принадлежать искусному любовнику и завзятому ловеласу, а не скромному и сдержанному молодому человеку, помешанному на науке.

– Дэнни, тебе стоит только оглядеться вокруг, и к твоим услугам будет любая красотка, – вовсю веселился Майк, находя смущение Дэниэла забавным, а также чуть завидуя ему. Подобным вниманием со стороны прекрасного пола сам Майк, увы, похвастать не мог.

– Не все так просто, – покачал головой Дэниэл. – Во-первых, ты как всегда преувеличиваешь. Во-вторых, я не намерен выставлять себя дураком перед кем-нибудь только из-за того, чтобы досадить Памеле. В-третьих…

Дэниэл принялся расхаживать по кабинету, заложив руки за спину.

– В-третьих, я не хочу вести нечестную игру. Я поступлю подло, если начну убеждать какую-нибудь бедняжку в искренности своих чувств, ничего на самом деле не испытывая и собираясь лишь привлечь Памелу. Девушка должна знать, что это игра…

Майк притворно зевнул. Как был Дэнни занудой в школе, так занудой и остался.

– В-четвертых, – упорно продолжал Дэниэл, игнорируя оскорбительную мимику Майка, – Памела взбесится только в том случае, если почувствует реальную угрозу. Если соперница будет действительно достойна…

– А такой в Нэчьюрал Бьюти нет, – закончил за него Майк и почесал затылок. – И тут ты совершенно прав, дружище. Не подумал я как-то…

– Значит, все отменяется, – с разочарованием подытожил Дэниэл.

– Ничего это не значит, – быстро перебил его Майк. – Нужно найти для тебя девицу на стороне. И я этим немедленно займусь.

2

– Господи, Майк, и с чего я только ввязался в эту авантюру… – простонал Дэниэл. – Должно быть, совсем с ума сошел.

– В самую точку, – кивнул Майк. – Рехнулся. С катушек съехал. Из-за этой кривляки Памелы. А сейчас предпринимаешь разумные меры, чтобы выйти из этого идиотского состояния. Разумные!

Дэниэл фыркнул и повернулся к стене, на которой красовались живописные рисунки с непристойными надписями. В этом милом местечке они провели по меньшей мере час, ожидая, когда сводная сестра Майка соизволит вернуться домой. Подъезд был на редкость обшарпанный и холодный, оставалось только догадываться, почему Грейс Тейлор не выбрала для себя более достойный дом.

Началось все с легкомысленного предложения Майка приударить за какой-нибудь хорошенькой девушкой на глазах у Памелы Риверс. Перебирая в уме возможных кандидаток на сложную роль мнимой подружки Дэниэла, Майк неожиданно вспомнил о том, что у него есть сестра.

– Грейс! – вдруг вскрикнул он так громко, что Дэниэл вздрогнул.

Они сидели в просторной двухэтажной квартире Эверетта и неторопливо потягивали охлажденное крепкое пиво. Майк без церемоний напросился к Дэниэлу в гости, когда выяснилось, что им нужно подробно обсудить план действий. Все обсуждение свелось к тому, что Майк лихорадочно вспоминал своих многочисленных знакомых женского пола и гадал, кто из них согласился бы выручить Дэнни.

– Что Грейс? – не понял Дэниэл.

Он знал, что у Майка есть сводная младшая сестра, которая всегда жила отдельно от него и с которой он довольно редко общался.

– Грейс – как раз то, что надо!

Майк с воодушевлением хлопнул себя по колену. Банка пива в его руке угрожающе дрогнула, несколько капель попало ему на брюки.

– Осторожно, не залей мой диван, – с улыбкой проговорил Дэниэл.

При всех своих достоинствах Майк Тейлор был редким неряхой, и Дэниэлу совсем не хотелось заниматься генеральной уборкой после ухода друга. Майк скривился, выражая презрение к подобной мелочности.

– Как же я мог забыть про нее, – пробормотал он, делая большой глоток. – Грейс премилая девчушка, задора в ней на троих хватит. И я думаю, ей должна понравиться сама идея. Она всегда была большой любительницей притворяться, врать, втирать очки…

Дэниэл потер переносицу, несколько смущенный этим теплым родственным отзывом.

– Жаль, конечно, что она не работает в Нэчьюрал Бьюти под носом у Памелы, – проговорил Майк, – и устроить ее туда не получится… Но ты вполне сможешь брать ее с собой на выставки и конференции, пусть она поджидает тебя у нашего офиса после работы… И недели не пройдет, как все будут в курсе ваших отношений…

Майк щелкнул пальцами. Дэниэл видел, что его друг уже все решил про себя и чрезвычайно доволен. Легко ему рассуждать! Сам Дэниэл чувствовал, что уже не в восторге от этой идеи. Попахивало от нее какой-то детской наивностью. Глупостью.

– Слушай, Майк, а может, вообще забудем об этом? – спросил он, вытягивая ноги вперед и откидываясь на спинку дивана. – Не нравлюсь я Памеле, и не надо. Значит, так и должно быть.

Пиво явно настроило Дэниэла на философский лад. Однако на Майка оно оказало прямо противоположный эффект, и мириться с таким пораженческим настроением он никак не желал.

– Это ты-то не нравишься? – воскликнул он презрительно. – Стала бы она так выделываться перед тобой, если бы не нравился. Нет, я эту породу отлично знаю. Ей хочется так тебе голову заморочить, чтобы ты ни на какую другую и посмотреть не мог!

У Майка немного заплетался язык, но Дэниэл подумал, что, пожалуй, никогда еще он не был так близок к истине.

– А мы ее перехитрим, – захохотал Майк. – Хлоп, и поймаем Памелу в ловушку. А малютка Грейс нам с радостью поможет. Она не будет задавать лишних вопросов, и в тебя не влюбится, так что никакой опасности с этой стороны для тебя не будет…

– Почему ты так уверен в том, что она в меня не влюбится? – усмехнулся Дэниэл, слегка задетый словами Майка. – Я не гожусь для твоей сестры?

– Не в том смысле, – поморщился Майк. – Просто ты не в ее вкусе. Она всегда предпочитала других парней…

– Например? – спросил заинтригованный Дэниэл.

Майк замялся. Он считал Дэниэла хорошим парнем, но порой тот становился невыносимо нудным. По крайней мере, на его взгляд. И Грейс, скорее всего, подумает точно также, бесшабашный характер сестры был ему отлично знаком…

– Понимаешь, Грейс очень веселая и беззаботная, – начал Майк, осторожно подбирая слова. Зря обижать Дэниэла ему не хотелось. – Однажды она влюбилась в альпиниста и напросилась с ним в поход. Чуть шею себе там не свернула. А потом колесила по стране с рок-музыкантом. И еще у нее был безработный актер, которому она пыталась найти ангажемент, начинающий художник, написавший с нее десяток портретов, непризнанный поэт и…

– Хватит, хватит, – замахал руками смеющийся Дэниэл. – Одним словом, твоя сестричка предпочитает людей творческих профессий. Или связанных с риском.

– Верно. Грейс обожает романтику жизни, – кивнул Майк. – А ты…

Он замолчал. Дэниэл, всегда такой корректный и воспитанный, в идеально сшитом костюме, светлой рубашке с галстуком, являл собой воплощение делового человека, мало интересующегося пустяками, вроде опасного спорта, литературы или искусства.

– Я понял, – усмехнулся Дэниэл. – Почему бы прямо не сказать мне, что я зануда?

– Ты не зануда, – не слишком убедительно возразил Майк. – Просто знакомые Грейс – люди другого сорта…

– Хорошо. – Дэниэл зевнул с притворным равнодушием. – Раз ты считаешь, что она подходит, давай попробуем. Только… пожалуйста, не обижайся, Майк, но она… хм… достойно выглядит?

С минуту Тейлор нахмурившись смотрел на Дэниэла, словно прикидывая про себя, стоит ли ему нокаутировать Дэниэла одним ударом. Потом его лицо просветлело.

– А, ты о внешности… – с облечением протянул Майк. – Ну, конечно, Грейс не так шикарна, как Памела, но вполне мила в своем роде. Хорошенькая. Стильная. На меня не похожа, не бойся.

Майк Тейлор никогда не обманывался относительно своей внешности. Он был безнадежно некрасив и знал об этом. У него было узкое вытянутое лицо, острый подбородок, маленькие глазки и большое родимое пятно на левой щеке. Его прямые светлые волосы опускались на плечи и были всегда растрепаны. Тем не менее, его отношениям с женщинами это ничуть не мешало. Через пять минут общения с ним они забывали и о родимом пятне, и о жуткой прическе. Майк привлекал своей энергией, очаровывал своим талантом. Рядом с ним никому не было скучно. Дэниэл осознавал, что ему не мешало бы кое-чему поучиться у своего некрасивого друга…

– Короче, не волнуйся, – сказал ему Майк напоследок. – Завтра после работы прогуляемся к Грейс и все обсудим. Я позвоню ей и договорюсь. Если тебе что-то не понравится в ее внешности, мы ее подкорректируем.

Это уже выходило за рамки разумного, но Дэниэл скрепя сердце согласился. Сказал «а» – не забудь сказать «б». Он чувствовал, что пути для отступления у него уже нет.

И теперь они стояли в доме Грейс и безрезультатно звонили в дверь. Дожидаться ее на улице было слишком неприятно – все-таки поздняя осень. Идти в кафе Майк наотрез отказался.

– Тогда мы можем ее пропустить, – пояснил он, усаживаясь на широкий подоконник. – Здесь неплохо. Она должна скоро появиться, мы с ней вчера договорились на половину девятого…

Его голос звучал неуверенно, он избегал смотреть Дэниэлу в глаза. Стрелки часов постепенно приближались к девяти тридцати.

– Эта девчонка всегда была разгильдяйкой! – рассерженно проговорил Майк.

– Должно быть, это у вас наследственное, – усмехнулся Дэниэл. Первый порыв раздражения у него уже прошел, и он был склонен воспринимать все с юмором.

– Не переживай, в крайнем случае, прямо отсюда поедем завтра на работу, – сказал он иронично, устраиваясь рядом с Майком и стараясь не думать о том, какие следы останутся потом на его дорогом темно-сером пальто.

Прошло еще полчаса. Дэниэл уже приготовился с облегчением сообщить Майку, что пора забыть об этой затее и пойти домой, как внизу послышались голоса. Вернее, крики. Было ясно, что какая-то чрезвычайно большая и шумная компания ввалилась в подъезд. Раздавались отрывочные восклицания и взрывы хохота – молодые люди явно не заботились о покое своих соседей.

Дэниэл моментально представил себе толпу растрепанных подростков, но к его ужасу Майк удовлетворенно крякнул и произнес:

– Кажется, наша принцесса наконец вернулась. Я слышу ее голос.

Они встали. Дэниэл внимательно вглядывался в лестничный пролет, ощущая противную сухость во рту. Ни за что больше Майка не послушаю, мелькнуло у него в голове запоздалое сожаление.

Наконец показалась шумная компания. Она была на удивление малочисленна. Трудно было поверить в то, что это они только что подняли весь подъезд на ноги своими криками. Всего три человека – высокий бородатый парень угрожающего вида и две девицы. Одна очень длинная, под стать бородачу, коротко стриженная брюнетка с тонкой сигаретой в зубах, вторая – невысокая, в нелепом красном пальто с огромной копной светло-рыжих волос. Она заливисто хохотала и цеплялась за парня.

Дэниэл остолбенел. Он невольно представил себе, как неуместно смотрятся в этом доме рядом с этими людьми его дорогое пальто, начищенные до блеска ботинки, портфель из тисненой кожи. Его охватило желание как можно быстрее покинуть это место. Но было слишком поздно – Майк шагнул вперед и гневно обратился к рыжеволосой:

– Грейс, где тебя носит?

Смех оборвался. Девушка в красном пальто растерянно смотрела на Тейлора, словно меньше всего ожидала увидеть его здесь.

– М-майк? – пробормотала она, запинаясь. У нее оказался очень приятный голос, мягкий и чуть приглушенный. – А какой сегодня день?

Против воли на губах Дэниэла появилась улыбка. Он никогда не умел злиться долго, чем Памела Риверс беззастенчиво и пользовалась. Рыжеволосая была так откровенно напугана, что полтора часа в облезлом подъезде внезапно потеряли значение. В конце концов, они ее дождались. Остальное неважно.

– Грейс, ты…

Неизвестно, какие ругательства обрушились бы сейчас на голову безответственной Грейс, если бы не своевременное вмешательство Дэниэла. Он шагнул вперед и положил руку на плечо Майка.

– Думаю, у мисс Тейлор были неотложные дела, из-за которых ей пришлось немного задержаться, – вежливо проговорил он. – Не стоит уделять этому слишком много внимания.

У спутников Грейс буквально отвисла челюсть. Они во все глаза смотрели на Даниэла, который как дух появился из-за спины Майка. Учтивый, стильный, подтянутый. И невероятно красивый. Брюнетка громко сглотнула и уронила сигарету. Грейс закусила губу, пряча улыбку.

– Ладно, повезло тебе с защитником, Грейс. – махнул рукой Майк. – Но теперь-то ты о нас вспомнила?

– Ага, – улыбнулась Грейс. – Извини. У меня все в голове перепуталось.

Она беззаботно пожала плечами.

– Простите, ребята, но сегодня ничего не выйдет, – обратилась она к своим спутникам. – Увидимся как-нибудь на днях.

Бородач и брюнетка еще немного потоптались на месте, надеясь на то, что она передумает, но Грейс быстро взбежала по ступенькам и стала открывать дверь.

– Пока, Хэнк, Луиза.

Брюнетка попыталась кокетливо улыбнуться Дэниэлу, но парень взял ее под руку и настойчиво потащил вниз. Грейс помахала друзьям рукой и шагнула в квартиру. Дэниэл и Майк последовали за ней.

Судя по ужасному состоянию дома, можно было предположить, что квартиры в нем не менее кошмарны. Однако когда Грейс включила свет, Дэниэл увидел уютный маленький холл с мягкими низенькими диванчиками и огромным телевизором в углу. Справа располагалось широкое окно, через которое виднелась кухня, слева – по всей видимости, дверь в другую комнату.

– А у тебя неплохо стало, – присвистнул Майк. – Давненько я здесь не был.

Грейс исподтишка посмотрела на Дэниэла, ожидая его комментария, но он молчал расстегивая свое дорогое пальто. Она невольно отметила про себя, что рядом с элегантным Дэниэлом Майк смотрится как настоящий оборванец. Никогда не умел одеваться, с осуждением подумала девушка, досадуя про себя, что этот незнакомец так ослепительно хорош собой. Дэниэл оскорблял нежные чувства сестры.

Мужчины разделись и сели. Как гостеприимная хозяйка Грейс отправилась готовить кофе. Дэниэл пытался не смотреть на часы и не думать о том, что завтра ему нужно вставать в шесть часов.

– Ого, – пробормотал Майк, вдруг вставая с дивана.

Он подошел к противоположной стене, на которой были развешаны какие-то странные деревянные маски.

– Откуда они у тебя, Грейс?

Девушка выглянула из кухни.

– Саймон привез, – усмехнулся она. – Этим летом он ездил в Чили.

– Неужели это… – Майк протянул руку и снял одну маску со стены. Он перевернул ее и принялся внимательно изучать оборотную сторону. – Грейс, да ты хоть понимаешь, что он тебе подарил?

– Не хуже тебя, – фыркнула Грейс. В голосе девушке прозвучала гордость. – Саймон Лайдж не делает плохих подарков.

– Откуда он их взял? – удивлялся Майк, бережно ощупывая шероховатую поверхность маски. – Это же музейные экземпляры…

– Об этом тебе лучше спросить у него, – колко сказала Грейс и скрылась в глубине кухни.

Дэниэл прислушивался к их загадочной беседе и ощущал себя полным ничтожеством. Искусство не особенно интересовало его. Конечно, тесное знакомство с Тейлором несколько расширило его кругозор – Майк таскал его по выставкам и по возможности просвещал его. Но химические эксперименты и научные журналы привлекали Дэниэла гораздо больше. Приходить в такой восторг из-за какой-то раскрашенной потемневшей дощечки? Это было выше его понимания, и не будь здесь Грейс, Дэниэл обязательно бы высказался по этому поводу. Они с Майком часто устраивали дискуссии на тему, что важнее – прикладная наука или чистое искусство. Дэниэл отчаянно защищал свою точку зрения, но сейчас он внезапно устыдился собственного невежества. Грейс казалась такой воодушевленной, Майк – таким пораженным, что он невольно почувствовал себя лишним, глупым, необразованным…

– Знаешь, Дэнни, эта маска просто изумительная штука, – восхищенно проговорил Майк, возвращаясь к Дэниэлу.

Его глаза возбужденно горели, и Дэниэл подумал, что его увлекающийся друг вполне мог уже забыть об истинной цели их визита.

– Везет же Грейс, – продолжал Майк с завистью. – Каких только у нее нет друзей!

Да уж, подумал Дэниэл насмешливо, вспомнив ее приятелей с лестницы.

Вошла Грейс, неся поднос с кофейником и крохотными чашечками. У Дэниэла отвисла челюсть – роскошные рыжие волосы Грейс куда-то исчезли, сейчас они были короткими, светлыми и пушистыми.

В отличии от Дэниэла Майк совсем не удивился. Видимо, подобная метаморфоза с волосами сестры была ему не в диковинку.

– О, Грейс, а куда ты подевала свой замечательный парик? – радостно спросил он и подмигнул Дэниэлу. – В нем ты была гораздо шикарнее.

Грейс метнула на брата свирепый взгляд и принялась молча выставлять чашки и кофейник на стол. Дэниэл был не согласен с другом – рыжие волосы делали Грейс несколько вульгарной, сейчас же она казалась более утонченной и привлекательной.

– Прошу к столу, – сухо сказала девушка. – На твоем месте, Майк, я бы не делала замечаний по поводу причесок других людей. Твои белесые патлы еще никого из твоих соседей не напугали?

Дэниэл усмехнулся. Похоже, что у Грейс и Майка теплые родственные отношения! Удивительно, что он решил обратиться к ней с просьбой. И еще более удивительно то, что она согласилась ему помочь.

За кофе Майк наконец заговорил о том, что привело их сегодня к Грейс.

– Кстати, ты подумала над моим предложением? – спросил он сестру.

Девушка нарочито медленно подняла глаза на Дэниэла, будто изучая его. Так это тебе, красавчик, нужна фальшивая подружка, словно говорил ее взгляд. Дэниэл со злостью почувствовал, что заливается краской. Какое право она имеет так смотреть на него!

– Итак, вы желаете привлечь внимание женщины, – как бы про себя проговорила Грейс.

Дэниэл перевел дух. Неужели ему почудилось презрение в ее глазах? По крайней мере, в голосе Грейс насмешки точно не было.

– Неужели больше ничего не пришло в голову? Не особенно оригинальный ход, – продолжила она. – Не ожидала от тебя, братишка.

– Зато должно сработать, – протянул Майк обиженно. – Старые приемы – самые верные.

Грейс молча кивнула и сделала маленький глоток. Дэниэл украдкой разглядывал ее. Стеснение, охватившее его так не вовремя, мешало ему прямо посмотреть на девушку, и он пытался урывками составить о ней представление. Грейс не была красива в общепринятом смысле слова, и ее ни в коем случае нельзя было сравнивать с Памелой, но черты ее маленького обрамленного пушистыми волосами личика были очень приятны. У Грейс были большие глаза, изящный прямой нос, твердая линия рта и подбородок с ямочкой. От нее веяло непоколебимой уверенностью в себе, но совсем не той агрессивной уверенностью, которая отличала Памелу Риверс. Чувствовалось, что Грейс Тейлор черпает свою силу в источнике, закрытом от посторонних глаз. Она не стремилась поразить, пленить, завоевать. Она просто жила в своем гармоничном мире, была счастлива и не собиралась никому ничего объяснять.

Дэниэл вряд ли мог сказать, откуда у него возникло это ощущение. Они с Грейс не обменялись и парой слов, а он уже понял, что Майк имел в виду, говоря, что у его сестры есть «стиль».

– Если вы против, мисс Тейлор, я пойму вас, – внезапно произнес Дэниэл. – Все это несколько… глупо, и вы вправе отказаться участвовать в нашей дурацкой затее…

Брат и сестра обменялись недоумевающими взглядами.

– Я только за, – категорично сказала девушка. – Даже не думаю об отказе. Это будет очень интересно. Только вам придется как следует за мной ухаживать, Дэниэл. И в первую очередь запомните, что любимую женщину обычно называют по имени…

Дэниэл посмотрел на Грейс и увидел, что она хитро улыбается.

– Вы думаете, что-нибудь получится? – спросил он с надеждой.

– Обязательно, – сказала Грейс. – Вот увидите, к Рождеству вы обретете женщину своей мечты. Я вам это гарантирую.

– Как она тебе? – с жадным интересом спросил Майк, как только они вышли за порог квартиры Грейс. Дэниэл не сомневался в том, что Майк задаст этот вопрос, поэтому подготовился и сдержанно ответил:

– Милая девушка. Действительно, ни капли на тебя не похожа. По крайней мере, внешне.

Майк громко рассмеялся, но успокаиваться на этом не собирался.

– Теперь вам нужно встречаться как можно чаще. Грейс может что-нибудь дельное посоветовать. У нее голова что надо, ее стоит послушать…

– Хватит делать из меня беспомощного младенца! – взорвался Дэниэл. – Я, кажется, не записывался на курсы «Как покорить женщину». От Грейс требуется лишь изобразить мою подругу, а не учить меня, как себя вести!

– Как скажешь, конечно, – пожал плечами Майк. – Но Грейс…

Тут Дэниэл бросил на него такой свирепый взгляд, что Майк осекся. Всю дорогу они молчали, и лишь высаживая Майка у его дома, Дэниэл сквозь зубы сказал:

– Ладно, если Грейс понадобится обсудить что-нибудь со мной, пусть звонит. Или заходит. Объясни ей, где я живу.

Майк радостно закивал. Слова Дэниэла сняли камень с его сердца. Его уже начали мучить сомнения – Дэниэл так бурно на все реагировал, что идея с Грейс начала терять свою привлекательность. Но, конечно, как всегда Дэнни принимает все слишком близко к сердцу!

– Ты только не забывай, Дэнни, что это всего лишь маленькая невинная шутка, – бросил Майк на прощание. – Не будь серьезным хоть раз в жизни.

Хорошенькая шутка. Выезжая на главное шоссе города, Дэниэл вел сам с собой немой диалог. Рассудок возмущался в полный голос. Такая шутка была бы уместна в школе, когда им было по шестнадцать лет, но сейчас она казалась ужасной глупостью. Позвони Майку и откажись, нашептывал Дэниэлу здравый смысл. Ты взрослый серьезный мужчина, не к лицу тебе заниматься подобной ерундой…

А вдруг сработает? У Дэниэла дух захватывало при одной мысли о том, что Майк может быть прав. Если Памела действительно клюнет на этот нехитрый трюк? Он обязан попробовать. И пусть ему потом будет стыдно смотреть на себя в зеркало.

3

Как и следовало ожидать, Грейс Тейлор не замедлила воспользоваться любезным приглашением Дэниэла. Уже на следующий день она позвонила ему на работу и таинственным голосом сообщила, что ей обязательно нужно увидеться с ним.

– Нам надо столько всего обсудить, – сказала она в ответ на слова Дэниэла, что он занят и не может с ней встретиться. – Я приду к тебе вечером, если ты не возражаешь, Дэнни.

Дэниэла передернуло. Так называть его могли лишь самые близкие друзья, к числу которых Грейс явно не относилась. Но не делать же нахальной девчонке замечание!

– Ты ведь не против, чтобы я звала тебя так? – рассмеялась Грейс, словно почувствовав его негодование. – Дэниэл – это слишком официально для любимого человека. Нас с тобой мигом раскусят.

Дэниэл провел рукой по лбу. Час от часу не легче. Если эта девочка будет все время разговаривать с ним в таком духе, у них ничего не получится.

– Как хочешь, – сухо проговорил он. – Если тебе угодно тащиться ко мне на ночь глядя, то добро пожаловать. Отговаривать не буду.

Грубость волшебным образом подействовала. С минуту Грейс молча сопела в трубку, переваривая обиду, а потом сказала несчастным голосом:

– Я имела в виду, что я могла бы зайти за тобой, и мы посидели бы где-нибудь рядом с твоим домом… Я вовсе не напрашивалась в гости… У меня ведь больше свободного времени, чем у тебя, поэтому только справедливо, что ты никуда не пойдешь…

Голос Грейс становился все тише и тише, пока не заставил Дэниэла мучаться угрызениями совести.

– Извини, я не хотел тебя обидеть, Грейс, – сказал он со всей ласковостью, на которую был способен. – Конечно, я буду с радостью ждать тебя сегодня около половины девятого. Хорошо?

Грейс согласилась и пообещала быть вовремя, однако это не помешало ей опоздать на полчаса. Недовольный Дэниэл впустил ее в квартиру, сознавая, что если она и не похожа на своего братца внешне, то уж внутреннего сходства хоть отбавляй.

– Как у тебя мило, – восхитилась Грейс, едва переступив порог.

Не успел Дэниэл и рта раскрыть, как девушка прошла в холл и принялась оглядываться. Она похвалила диваны и ковер, дотронулась до тяжелых гардин, провела рукой по перилам лестницы. Возле напольной вазы, расписанной причудливыми иероглифами, гордости Дэниэла, она не задержалась, и по еле уловимым признакам он понял, что Грейс не впечатлило его недавнее приобретение. Она не стеснялась хвалить то, что ей понравилось. То, что было по ее мнению, ужасно, она просто обошла молчанием, а в сторону вазы старалась даже не смотреть. Дэниэл вспомнил ее загадочный разговор с Майком о масках и вдруг словно в первый раз увидел свою вычурную вазу и аляповатые картины на стенах.

Чихать я хотел на ее мнение, обиделся про себя Дэниэл, но решил все-таки потом спросить у Майка, что именно не в порядке с его холлом.

Пока Дэниэл переваривал обиду, Грейс не теряла времени зря.

– Можно, я посижу вот так? – спросила она, устраиваясь на любимом диване Дэниэла и закидывая ноги на широкий подлокотник.

– Эээ, пожалуйста, – пробормотал молодой человек с видимым равнодушием.

Хотя оно далось ему нелегко. Дэниэл любил порядок. И не очень поощрял малознакомых девушек забираться на диван с ногами. В его квартире все всегда лежало на своих местах, и хотя гостям он никогда не делал замечаний, все же предпочитал, чтобы они вели себя как следует. Но с Грейс все было иначе – что можно ожидать от девушки, которая меняет цвет волос семь раз в неделю?

Сегодня Грейс была ослепительной брюнеткой, и Дэниэл был вынужден признать, что этот цвет волос идет ей ничуть не меньше белого или рыжего. На ней были узкие черные брючки и черная блузка, и она весьма неплохо смотрелась на светло-сером фоне его дивана.

– Итак, нам нужно разработать стратегию, – сказала Грейс, устроившись поудобнее.

Она не обращала ни малейшего внимания на кислую мину Дэниэла. Грейс как никто другой умела везде чувствовать себя как дома, не взирая на старомодные предпочтения истинных хозяев.

– Расскажи мне поподробнее об этой Памеле, – предложила Грейс.

Дэниэл обреченно вздохнул и присел на стул напротив нее. Началось. Вначале она раскритиковала его вазу, а теперь устраивает допрос. Он не привык выворачивать свою душу перед первым встречным, и особенно ему не хотелось это делать сейчас перед Грейс.

– Она красивая, – сдержанно ответил Дэниэл. Пожалуй, это первое, что приходит на ум по поводу Памелы.

Грейс состроила скучающую гримаску. Боже, как банально…

– Очень красивая, – упрямо повторил он.

Не чета тебе, захотелось ему добавить, но джентльмен в нем все же взял верх, и он промолчал.

– Внешность – не главное, – заметила Грейс, разглядывая свои ногти.

Дэниэл невольно посмотрел в том же направлении и сразу заметил, что блестящий розовый лак почти слез с ее ногтей. Мда, кое-кому не мешало бы сделать маникюр, прежде чем рассуждать о том, что главное, а что нет.

– Нужно определиться с ответом на вопрос, почему именно Памела привлекает тебя, – продолжала Грейс тоном опытного психоаналитика. – Наверное, у вас в компании немало симпатичных женщин… Почему ты выбрал Памелу? Чем она отличается от других?

Она кинула на Дэниэла взгляд исподлобья. Тот хмурился и отводил глаза. Надо же, какой стеснительный красавчик, внезапно подумала девушка и тут же упрекнула себя. Это никакого отношения к делу не имеет.

– Я раздобуду тебе ее фотографию, сама посмотришь, чем она отличается, – недовольно буркнул Дэниэл. – Кажется, ты не в причинах должна копаться, а изображать из себя мою подружку.

Это прозвучало невежливо и провокационно. Грейс звонко расхохоталась.

– И как ты представляешь себе свою подружку, хотелось бы мне знать? – осведомилась она иронично. – Только не говори, что она должна быть похожа на идеальную Памелу. Я не Памела. И никогда ею не стану.

– По крайней мере, моя подружка должна следить за своими ногтями, – сердито бросил Дэниэл и замер, ожидая истерики.

Глаза Грейс удивленно расширились, но непохоже было, что она обиделась.

– Верно, – сокрушенно призналась она, спрятав руки за спину. – Исправлюсь.

Дэниэлу стало неловко.

– Извини, я не хотел быть грубым, – пробормотал он.

– Ничего. Время от времени мне такое не помешает, – махнула рукой Грейс. – Ты вправе делать мне замечания…

– Очень великодушно с твоей стороны, – поддел ее Дэниэл.

– Это для пользы дела, – рассудительно произнесла Грейс. – Ведь я как-никак должна вызвать ревность идеальной Памелы. Значит, сама должна быть на уровне.

Она залихватски подмигнула Дэниэлу, и он подумал, что так и надо воспринимать ситуацию – с юмором.

– Я не уверен, что ее ревность вообще возможно вызвать, – задумчиво протянул Дэниэл.

На секунду он представил себе Памелу Риверс, изумительно красивую, уверенную в себе, нацеленную на победу. Кто такая Грейс Тейлор по сравнению с ней? Памела вряд ли бы обратила на нее внимание, если бы случайно встретила в коридорах Нэчьюрал Бьюти. Чтобы по-настоящему задеть Памелу, нужна, по меньшей мере, мисс Вселенная. Но как сказать об этом Грейс?

– То есть ты полагаешь, что я не гожусь на эту роль? – с ироничной улыбкой спросила Грейс, словно прочитав мысли Дэниэла.

– Я не знаю… – пробормотал он, чувствуя себя последним идиотом.

– Ты совсем не о том думаешь, Дэнни! – резко воскликнула Грейс.

Девушка быстро опустила ноги с подлокотника дивана и сползла на пол. Там она обхватила колени руками и задумчиво посмотрела на Дэниэла.

– Неважно, какая я. Важно твое отношение ко мне. Если Памела поймет, что больше ничего не значит для тебя, она взбесится. А когда ей станет ясно, что ты влюблен в другую… тебе останется только ждать и наблюдать за тем, как она будет за тебя сражаться!

Дэниэл рассмеялся.

– Кто тебе сказал, что она будет это делать? – осведомился он.

Грейс молчала, размышляя про себя, действительно ли Дэниэл не отдает себе отчет в том, насколько он красив. Разве он не видит себя каждый день в зеркале? Все мужчины, с которыми привыкла общаться Грейс, были прекрасно осведомлены о степени своей привлекательности и частенько преувеличивали ее. Она без колебаний считала Дэниэла Эверетта самым красивым мужчиной из всех своих знакомых, и его неуверенность в себе не могла не удивлять девушку. Разве что он бессовестно кокетничал и набивал себе цену. Подобный стиль поведения у мужчин Грейс встречала довольно часто, но почему-то ей очень не хотелось, чтобы это было справедливо и для Дэниэла.

– Дэнни, неужели ты на самом деле думаешь, что она к тебе равнодушна? – спросила Грейс. – И ты ни капельки ей не нравишься?

Дэниэл пожал плечами. Трудно сказать. Пожалуй, иногда в фиалковых глазах Памелы мелькало какое-то особое выражение, когда она смотрела на него. Нечто, что мешало ему окончательно потерять надежду. Но разве можно что-то знать наверняка, когда речь идет о Памеле?

– Она озабочена только своей карьерой, – печально признал он. – Не уверен, что ее интересует что-либо еще, кроме власти и денег.

На хорошеньком личике Грейс появилось выражение крайнего отвращения. Дэниэлу вдруг очень захотелось сменить тему.

– Знаешь что, – сказал он. – Пойдем лучше пить кофе с пирожными. Обсуждать мою несостоявшуюся личную жизнь мне надоело.

Грейс хихикнула.

– Буду на всякий случай иметь в виду, что тебе в голову приходят иногда потрясающие идеи, – сказала она, быстро вставая с пола.

В тот вечер имя Памелы Риверс они больше не упоминали.

Дэниэл заварил крепкий чай с жасмином и разложил бумаги на столе. Предстоял плодотворный воскресный день, когда можно спокойно поработать и поразмышлять над вопросами, на которые вечно не хватает времени в течение рабочей недели. Дэниэл взял в руки карандаш и углубился в бумаги, но не успел он дочитать и первый лист, как пронзительно зазвенел домофон. Дэниэл бросил удивленный взгляд на часы. Кто вздумал нанести ему визит в десять утра в воскресенье?

Ответ на этот вопрос мог быть только один – Грейс Тейлор.

– Я подумала, может быть, ты захочешь устроить небольшой пикник, – пробормотала она, услышав его недовольное «кто там?»

– Пикник? – Все свое изумление и негодование Дэниэл попытался вложить в одно слово.

– Ага, – с энтузиазмом подтвердила Грейс. – Если, конечно, ты не спишь.

Дэниэл только руками развел. Несомненно, в воскресное утро можно либо спать, либо устраивать пикник. Никаких других вариантов.

– Поднимайся, – коротко бросил он и нажал на кнопку, чтобы открыть дверь.

Через пять минут Грейс стояла в его квартире. На ней была короткая спортивная курточка, джинсы и ярко-красная шапочка, из-под которой выбивались непослушные белокурые локоны. Она выглядела так, словно на самом деле собралась в поход. Бодрая, свежая, полная сил. Дэниэл вдруг осознал, как он выглядит со стороны – словно только что встал с постели. Так, и бриться сегодня утром он тоже не стал…

– Знаешь, Грейс, я как-то не готов… – пробормотал он, надеясь, что девушка с ее взглядами и характером не обращает внимания на пустяки вроде щетины на подбородке и вытянувшейся майки.

– Я тебя подожду, – жизнерадостно сказала она и прошла в холл.

Дэниэл в растерянности смотрел на Грейс. Как можно быть такой беспечной? У него масса дел – надо просмотреть отчет об испытаниях, план проверок на ближайшее полугодие, обдумать сложности в тестировании… Когда ему всем этим заниматься? У Грейс ни стыда, ни совести. Столько нерешенных вопросов с одной стороны, а с другой – эта девочка, которой вздумалось вытащить его из дома.

– Грейс, понимаешь, у меня дел по горло, – сказал он неуверенно.

– В воскресенье? – Девушка выразительно округлила глаза и покрутила пальцем у виска.

Дэниэл немного смутился. Действительно, какие дела могут быть в воскресенье?

– Мне нужно работать, – буркнул он.

– Будешь работать завтра, – безапелляционно отрезала Грейс.

Дэниэл вздохнул. Как все просто для нее!

– Завтра у меня будут новые дела, – попытался объяснить он.

Дэниэл чувствовал себя так, словно разговаривает с упрямым маленьким ребенком. Грейс взрослый человек, а ему постоянно приходится растолковывать ей элементарные вещи! Сколько можно? Дэниэл в растерянности почесал затылок, придумывая, что еще сказать, чтобы отделаться от нее и не обидеть. Надо было запретить ей беспокоить меня по выходным, подумал он с сожалением.

– Дэнни, ты когда-нибудь отдыхаешь? – прищурилась девушка.

Грейс разбирал смех, и она прикладывала невероятные усилия, чтобы не расхохотаться Дэниэлу прямо в лицо. Он казался таким серьезным, таким озадаченным. Ее внезапное появление явно ему не по вкусу. Но как воспитанный человек и настоящий мужчина он боится сказать ей об этом прямо. Грейс находила это забавным – сама она никогда не стеснялась выражать свое мнение.

– Иногда, – лаконично ответил Дэниэл, смутно подозревая, что она находит его смешным.

И сегодня не самый подходящий день для отдыха, хотелось добавить ему. Но присутствие Грейс странным образом влияло на его решимость. Чем пристальнее она смотрела на него, тем больше ему нравилась мысль о пикнике. Отчеты могут подождать, ты и так перерабатываешь в последнее время, нашептывал ему предательский голос, а погода на улице замечательная, и девушка перед тобой тоже. Не превращайся в затворника раньше времени…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.