Касандра О'меил
Охота на инквизитора

Пролог

– Грег! – Зову я единственного знакомого мне человека в этом ужасном месте. – Да черт подери, где тебя носит?!

– Леди? – Удивляется моему поведению один из мужчин в форме. Их здесь довольно много, и они все то и дело косятся в мою сторону. Видимо, мое появление стало слишком эффектным. – Я могу вам чем-то помочь?

– Можете! Хватит сидеть тут! Вы что ничего не знаете? Ведьмы собираются провести ужаснейший ритуал, один из инквизиторов у них в плену, а сегодня Ночь Кровавой Луны. Вы совершенно не понимаете, что происходит?! – Кричу я на беднягу, застывшего передо мной в изумлении. Так, Рози, возьми себя в руки и не ори на бедолагу, он все равно тебя не понимает, скорее считает сумасшедшей.

– Леди, вам стоит успокоиться, – пытается привести меня в чувство незнакомый сотрудник Инквизиции, чем еще больше раздражает. О каком спокойствии он сейчас мне талдычит?!

– Роуз? – Наконец-то знакомый голос, хорошо. Похоже, именно он чаще всего остается дежурить по ночам. – Что ты здесь забыла?

– Дерека похитили! Алые ведьмы нашли тринадцатую для ритуала, полная луна взойдет через час. Все очень-очень-очень плохо! Если вы сейчас же не поторопитесь, то прощай Святая Инквизиция.

Кажется, я не просто кричу, а рычу на мужчину. Я злюсь на всех инквизиторов разом, потому что они сидят на своих задницах и не думают начинать что-либо делать. Идиоты! Ко мне приковано множество глаз, люди в форме уже открыто смотрят на нас, пытаясь понять, что происходит. Что ж… Учитывая, что я собираюсь сегодня сделать, скрываться больше нет смысла.

– Вы идиоты! – Повторяю я для уважаемых людей вслух. – Сейчас на южной развилке от города происходит ужасное действие. Тринадцать обозленных на вас ведьм собираются призвать темную магию с потустороннего мира. Им плевать на последствия. Их волнует лишь власть и желание уничтожить вас, дорогие инквизиторы. Пока вы тут сидите спокойно, возможно, рушится весь мир. А для ритуала Алые ведьмы используют в качестве усилителей кровь. Кровь ваших людей, возможно, даже кого-то из близких. Откуда я знаю, спросите вы? Я сама ведьма! И если вы не пошевелитесь прямо сейчас, то я прокляну каждого из вас!

Только моя пламенная речь натыкается на холодный скептицизм. Мужчины неуверенно переглядываются, считая меня сумасшедшей. Ну да, мало какая ведьма сунется прямо в логово своего врага. Не верите, значит…

– Асхал! – Выкрикиваю я, делая взмах рукой, за которым в комнату влетает черное пламя, с легкостью сжигающее несколько столов на своем пути, но тормозящее перед ошеломленным человеком. – Я сожгу к чертям все это здание. Поймайте хотя бы меня, господа инквизиторы.

Вот теперь они подрываются с мест, кто-то испуганно, кто-то с ярым желанием арестовать меня. Всяко лучше, чем просто сидели и пялились. Я же разворачиваюсь и уношу ноги с места преступления. Даже если они мне не поверили, то по моему следу пойдут лучшие охотники. Надеюсь, они не будут тратить слишком много времени на расследование. Потому что оно у нас ограничено. Сейчас должны завершаться последние приготовления к ритуалу, а значит жить Дереку осталось от силы полчаса.

Уже на порожках отдаленно слышу голос Грега, который рычит «Отставить преследование». Вот идиот… Надеюсь, у него есть какой-то план, потому что времени у нас в обрез. Я сама не уверена, что успею остановить заклятие и спасти жизни Дереку и остальным жертвам. Но попытаться просто обязана!

Глава 1

Ранее

Сегодняшний день радует ярким солнцем и прохладным ветерком. Решаю выбраться в парк напротив моего дома, раз погода располагает. Люблю расположиться на лавочке под елью и читать книгу. К счастью, несмотря на запрет магии, книги ведьм остались разрешены. Сейчас в моих руках история одной из старейших живущих сегодня ведьм, которая рассказывает о своих приключениях молодости. Увлекательное чтиво, девушка явно умела находить приключения.

Моя радость дню и любимой истории длится недолго. На мою лавочку присаживается мужчина. Высокий, крепкого телосложения, с короткими русыми волосами и светлыми глазами.

– Не помешаю? – Его вопрос звучит так, будто ответить иначе как «нет»», я не могу.

Отрицательно машу головой, возвращая свой взгляд к книге. Но невольно то и дело возвращаюсь к мужчине глазами. Не сразу понимаю, что на нем надета форма инквизитора. Синий костюм сидит идеально, а красно-белая нашивка на рукаве почти не привлекает внимание, но в то же время предупреждает. Инквизиция в наши дни обладает огромным влиянием. Губернаторы находятся в их прямом подчинении, и даже король никогда не примет решения без совета главного инквизитора.

– Читаете о ведьмах? – Кажется, мой невольный сосед решил поддержать беседу. Киваю, предполагая, что мое нежелание говорить должно быть очевидным. Инквизитору же плевать на это. – Разве можно что-то полезное узнать от этих темных тварей?

Меня передергивает от подобного обращения, только им такое позволительно. Никто и никогда не возразит инквизитору, тем более в осуждении ведьм.

– Очень интересная книга, у простых людей таких приключений никогда не будет, – решаюсь все же ответить ему.

– Они им и не нужны, – строго замечает мужчина, на что я лишь пожимаю плечами. – Часто читаете ведьмовские книги?

– Разве это запрещено? – Легко отвечаю, потому что прекрасно знаю свои права.

– Нет, но не стоит увлекаться подобным, леди, – он внимательно смотрит мне в глаза, и я не успеваю отвести взгляд. Мы зависаем на какое-то мгновение, которого хватает, чтобы понять, насколько он все же привлекательный. Между нами будто проскакивает искра, заставляя немного потянуться друг к другу, а после отпрянуть.

Радужка его глаз смешивает в себе серый и голубой оттенки с темной каемкой по краю. Черные густые ресницы заставили бы позавидовать любую девушку. Поджатые губы и прямые острые скулы делают мужчину мужественным. Если бы он не был инквизитором, я бы, возможно, с радостью продолжила наш разговор. Он не выглядит глупым, скорее самоуверенным и бескомпромиссным в своих убеждениях. Только общение с Инквизицией я бы предпочла свести к минимуму.

– Хорошо, господин инквизитор, – соглашаюсь я, закрывая книгу и поднимаясь со своего места. – Приятного Вам вечера.

Он ничего не отвечает, лишь внимательно оглядывает меня взглядом, от которого по коже бегут мурашки. Слишком проницательный и цепкий, он будто ищет за что зацепиться и в то же время беззастенчиво разглядывает мою фигуру. Я спешу покинуть мужчину, потому что чутье говорит, что все это не к добру, а ему я доверяю безоговорочно. На мне закрытое серое платье, выглядящее максимально неприглядным. Волосы всегда убраны в тугую косу. Но во взгляде мужчины читается совсем недетский интерес. Мне незачем привлекать к себе лишнее внимание, ведь я ведьма, а нас сейчас не особо любят, поэтому как можно быстрее покидаю своего нового знакомого.

С тех пор как к власти пришла Святая Инквизиция, ведьмам приходится несладко. Любая магия, даже самая невинная, считается вне закона и карается весьма сурово. Оказаться на костре мало кому хочется, поэтому мы прячемся. Нет, казнят не всех, все же ведьмам дают шанс… Но рисковать мне совсем не хочется. Хотя инквизитор так похож на моего знакомого…

***

– Рози, Рози, я так тебя люблю! – Меня подхватывают на руки и кружат вокруг себя.

– Эрик, прекрати, на нас же все смотрят, – хохочу я, обнимая парня за шею.

– Пусть смотрят. Пусть все знаю, как я тебя люблю. – С широкой улыбкой отвечает мой любимый, а я смотрю в его серо-голубые глаза и таю.

Эрик вернулся с очередного задания, и ему безумно идет черная военная форма. Она сделана такой, чтобы не было видно крови при ранении, но мой герой всегда возвращается со службы целым и невредимым. Если бы так было всегда…

***

Я спешу вернуться в свой питомник, где мне точно не угрожает опасность. Мысли о прошлом навязчиво лезут в голову, напоминая совсем другого человека в форме, которому принадлежало мое сердце. Инквизитор так похож на него, что сердце невольно сжимается от боли.

Я живу в большом доме, во дворе которого содержатся птицы. Это место – мой дом и моя же работа. С птицами мне всегда легко. Они отзывчивые и легкие, как и большинство братьев наших меньших. Наверное, по этой причине я создала свое маленькое гнездышко для пернатых друзей. В большом городе оно стало настоящим достоянием, поэтому губернатор поддерживает меня. Жители и гости города часто приходятся полюбоваться на моих птиц. Да и почтовые голуби и совы пользуются большим спросом. Еще одной положительной чертой оказалось то, что птицы часто линяют и сбрасывают перья. Такие вот мелочи идут к писарям и шляпникам, которые с радостью находят им применение.

Сегодня ребята из местной деревушки привезли мне совенка. Они нашли его на дороге пару дней назад и привезли мне, как только родители поехали на ярмарку. Дети любят приходить ко мне в гости, а я никогда им не отказываю. Стараюсь подарить им хорошие воспоминания и привить любовь ко всему живому. В моем питомнике можно встретить не только пернатых друзей, но и животных. Сейчас у меня живет лисенок, олень и кошка с пятью котятами. Ну не могу я их выбросить и все, приходится помогать.

Каждое мое утро начинает с обхода всех питомцев. Их нужно накормить, напоить и навести порядок в клетках. Многим из пострадавших приемышей я могла бы помочь быстрее, если бы магия не была под запретом. Одного заклинания достаточно, чтобы кости срослись за день. Можно заставить рану затянуться за считаные часы, но приходится обходиться травами да лекарствами. В этом смысле Инквизиция точно неправа! Но кого это волнует?

– Тетя Рози, – кричит мальчишка через забор, заставляя меня поежиться – не люблю подобное обращение. Меня зовут Роуз, и ко всяким «тетям» я отношусь не слишком доброжелательно.

– Что случилось? – Тем не менее отвечаю я ребенку. Он явно пришел ко мне не просто так.

– Мама спрашивает, оставить ли вам свежего молока? Мы привезли сегодня много!

– Да, конечно, – улыбаюсь мальчишке, который, видимо, просто нашел повод прийти в питомник. – Хочешь зайти?

– А можно?

– Разумеется.

Я провожу маленькую экскурсию ребенку, рассказывая о том, что почтовые голуби и совы всегда возвращаются домой. Это удивительно свойство покоряет меня в птицах.

– У них внутри есть маленький компас, который показывает им правильный путь, где бы они ни находились. Куда бы ты ни увез птицу, она всегда вернется домой. Найдет правильный путь даже в бескрайнем небе. Еще птицы возвращаются к своей паре, к самому любимому и дорогому. Поэтому чтобы доставить письмо местному губернатору или лекарю, берут моих пернатых друзей, увозят далеко-далеко и отдают им посылку. Маленький сверток цепляют к лапке, чтобы он им не мешал, и отпускают на волю. Птица никогда не ошибется и доставит письмо точно в руки адресату.

Я могу бесконечно много рассказывать о птицах, потому что они самые близкие мои друзья уже долгие годы. С тех пор как гонения Инквизиции стали более суровыми, поделиться своей тайной можно лишь с теми, кто никогда об этом не расскажет. Вот я и выбрала себе в компаньоны суровых филинов и сов, милых голубей и приставучих ворон.

Мой маленький питомник когда-то принадлежал одному знатному господину, который отличался ужасным характером и не любил общаться с людьми. Когда я приехала в этот город, он помог мне. Просто так. Встретил на окраине заплутавшую девушку и предложил ей кров да работу. Мы прожили с ним под одной крышей около пяти лет. Местные даже стали думать, что я его дочь, приехавшая с дальних краев. Уже перед смертью господин Дайер сказал, что знает, кто я, но заберет эту тайну с собой в могилу. Не обманул. А еще оставил мне в наследство свою ферму, которую я полюбила всей душой.

Проводив своего маленького гостя, я завершаю уборку и кормежку птиц. Нужно обработать раны совенку, крыло которого еще долго будет заживать, а потом собрать по углам всех котят, которые любят уползать в самые неожиданные места. Кошка оказалась ленивой и флегматичной матерью, приходится ей помогать. Когда заканчиваю дела, сил уже не остается ни на что, поэтому с чистой совестью ложусь спать.

Интересно, что мог забыть в нашем тихом и спокойном районе инквизитор? Может быть, он приезжал к губернатору? Неужели снова будут жечь костры? Так много вопросов после одной случайной встречи. А еще у меня из головы не выходят его глаза, такие внимательные и красивые. Хочется вновь взглянуть в них, растворившись хотя бы на долю секунды в своих воспоминаниях. Всегда ли этот мужчина такой суровый? Или когда на нем нет формы инквизитора, его ненависть к ведьмам становится не столь очевидной? Смогли бы мы с ним подружиться?

Возможно, я слишком много думаю о незнакомом мужчине, да еще и инквизиторе. Но ведь можно позволить себе маленькую шалость хотя бы в мыслях? Ведьмы любят хулиганить, и я далеко не исключение.

Глава 2

Мысли могут материализоваться, пора бы уже это запомнить. Будешь много думать об инквизиторе, он и замаячит на горизонте.

В очередной раз оборачиваюсь, чувствуя затылком пристальный взгляд. Сидит, гад. Все там же и все так же. Будто я не понимаю, что он не книжку читает, а за мной следит. Мне, конечно, нравится внимание мужчин, но не когда этот мужчина может поджарить тебя в самом прямом смысле этого слова. Предпочитаю немного другой смысл.

С моей первой и единственной встречи с инквизитором прошла уже неделя, за которую я видела его на той же лавочке уже трижды. Я бы могла списать это на случайность, но слишком уж часто он смотрит в мою сторону. Парк расположен прямо через дорогу от моего питомника, и через забор прекрасно все видно.

Сомневаюсь, что он понял, кто я такая на самом деле… Да и если догадался, быть ведьмой не запрещено, под запретом только сама магия. Но внутри у меня поселилась кошка, которая периодически точит коготки о грудь. Я волнуюсь. Понять бы еще отчего. Мужчина мне определенно нравится, но близкого знакомства с Инквизицией не хочется. Так и переглядываемся с ним. Пока он делает вид, что не смотрит на меня, я глазею на него, а когда отворачиваюсь, чувствую его внимательный взгляд в спину.

Сегодня солнышко окружено облаками, и на улице приятная прохлада. Я давно справилась с ежедневными заботами, но все никак не решаюсь отправиться на прогулку. Меня манит встреча с ним, но в то же время опасения никуда не делись. Решаю взять с собой «Историю государства». Эта книга вызовет меньше вопросов, но не менее интересно написана. Хотя я бы отнесла ее не к историческим книгам, а к сказкам. Так исковеркать произошедшее нужно еще суметь.

Моя лавочка оказывается свободной, что и радует, и огорчает одновременно. Что ж, это к лучшему… Убеждаю саму себя я не слишком успешно. Все же я пришла сюда, рассчитывая на такую манящую встречу. Раз не судьба, то погружаюсь в знакомые строки, написанные одним известным историком. Любопытно читать о некоторых событиях, которые видела собственными глазами, но совсем с другой стороны.

«Ведьмы держали город в страхе и ужасе. Они нападали на людей посреди улиц, соблазняя их и утягивая в глубины ада. Мало кто возвращался оттуда прежним. Эти чудовищные твари подчиняли себе, заставляя творить ужасные деяния. Горожане боялись лишний раз выйти из дома. Тогда-то пришло спасение! Святая Инквизиция явилась в город, чтобы вытянуть его из адских лап ужасных ведьм. Костры разгорелись по всему городу, превращая в пепел проклятые тела и отправляя в ад души этих коварных женщин.»

И тут про ведьм, никуда от них не скрыться! Какие же мы, оказывается, ужасные и опасные. Соблазняли их, оказывается, исключительно ведьмы! Но как же он интересно глубинами ада назвал бордели… И смешно, и грустно от подобных историй. Все же читать прошлую книгу было приятнее – она вызывала меньше эмоций.

***

– Она околдовала его! Он не может любить ведьму! Она же чудовище! – Еще недавно кричащая это девушка была моей хорошей подругой. Только любовь оказалась жестокой штукой, потому что Эрик выбрал меня.

Я отворачиваюсь от нее, не желая устраивать сцену на публике. Люди вокруг перешептываются и смотрят осуждающе. Многие из них уверены, что я соблазнила парня и околдовала.

Эрик встречает меня у храма. Мы не спрашивали ничьего одобрения, потому что оно нам не нужно. Я люблю его всей душой, так же как и он меня. И кроме нас никто не может выбирать, как вершить нашу судьбу.

– Клянусь быть с Роуз до конца дней своих, – слова этой клятвы еще долго будут набатом звучать в моей голове.

***

– Сегодня у Вас правильная книга, – выводит меня из задумчивости этот строгий и тихий голос. Он все же пришел, мой инквизитор. Почему мой? Да кто его знает… Просто очередная глупая мысль. Вновь рассматриваю мужчину, мысленно сравнивая его с Эриком. Пусть это и было очень давно. Моя первая и глупая любовь. Только инквизитор выглядит более серьезным и сдержанным, но от этого еще более привлекательным.

– Вы довольны моим выбором? – В этот раз я с радостью поддерживаю наш разговор. Ведь я ждала этой встречи долгую неделю. Главное, не выдавать сильной заинтересованности, все же я девушка приличная и воспитанная. Эта мысль невольно вызывает улыбку, которую удивленно ловит мой собеседник.

– История будет полезнее каких-то ведьминых баек, – мужчина говорит все также холодно и немного отстраненно, но при этом не сводит с меня взгляда. – Хотя я бы посоветовал вам выбирать более классических авторов.

– Считаете, что Антуаннет искажает события? – Если честно, не ожидала, что инквизитор окажется адекватным собеседником. Большинству мужчин по душе именно этот историк. Сама же я охарактеризовала бы автора как сексиста и моралиста. Хотя некоторые его книги заставляюсь посмеяться, настолько они глупы.

– Он выставляет их несколько в ином свете, леди, – уклончиво отвечает мне инквизитор. – Советую Вам познакомиться с писаниями Ривьера Леотте. Хотя его книги могут оказаться слишком серьезными для дамы.

– Считаете женщин глупее мужчин? – Усмехаюсь, может быть, я и ошиблась в своих мыслях насчет этого мужчины.

– Скорее более легкомысленными, – подмигивает мне собеседник, а затем вновь натягивает на лицо серьезное выражение.

Мы долго обсуждаем современную историю. Инквизитор умеет говорить так, что хочется узнать больше и больше. Я слушаю о популярных и малоизвестных авторах, большинство из которых слышала или читала, стараюсь поддерживать разговор, но периодами залипаю то на глазах, то на губах мужчины. Меня влечет к нему, хочется прикоснуться и почувствовать тепло. В какой-то момент теряю нить нашей беседы.

***

Горячие губы касаются моих, закрепляя новый союз, благословленный в стенах старого храма. Здесь давно нет послушников какой-либо веры, но стены все равно хранят в себе неведомую силу. Теперь мы единое целое, которое не разлучат злые слухи и лживые слова.

Я иду с гордо поднятой головой, а Эрик крепко держит меня за руку. На моем пальце красуется кольцо, слишком дорогое для простой девушки без семьи, но важное лишь оттого, кто его подарил.

Эрик вновь ведет себя, как ребенок, подхватывая меня на руки перед порогом теперь уже нашего дома. Меня заносят во двор под возмущенные и восхищенные охи соседей. Юные девочки вздыхают, мечтая о такой же любви, а черствые женщины сыплют проклятия в адрес распутной девки. Но мне все равно на них, потому что под ладонью так часто и быстро бьется сердце любимого.

***

– Леди? – Окликает меня инквизитор, выдергивая из воспоминаний легким прикосновением к плечу. Я сосредотачиваю на нем взгляд, чувствуя, как к щекам подступает смущение. Он не знает, но в мыслях я уже давно попробовала на вкус его губы.

– Прошу прощения, господин инквизитор, – спешу я покинуть место преступления. Я замечталась, задумалась о недопустимом. – Мне пора возвращаться домой.

– Доброго вам вечера, – задумчиво прощается мужчина, почему-то смотря на мои губы. Еще больше смущаюсь, опуская взгляд вниз. Нужно помнить, что я тихая и неприметная девушка… Надеюсь, он не заметил ничего странного в моем поведение. Ведь я могла просто испугаться? Хотя после часа разговора это выглядело бы странно.

Чувствую магию на кончиках пальцев. Она так и просится, хочет сорваться с них, прильнуть к чужому мужчине. В ней смешиваются влечение и страсть, от которых вскружит голову любому. Но я гашу ее раньше, чем она успевает отправиться в путь. Нельзя. Никак нельзя мне быть с этим человеком. Даже в мыслях. Ничем хорошим это не закончится.

Всю следующую неделю я отгоняю от себя подальше думы об инквизиторе. Хоть и вижу его все также маячащим на горизонте и чувствую все те же заинтересованные взгляды. Он даже заглядывает ко мне в питомник, интересуясь белоснежной почтовой совой. Отвечаю ему максимально вежливо и учтиво, но держусь отстраненно. Да и нужная ему сова у меня имеется, поэтому я с радостью продаю ему нужную птицу.

Когда инквизитор расплачивается со мной, и наши руки касаются друг друга, меня будто бьет током, заставляя вздрогнуть. Я одергиваю ладонь слишком резко, а мужчина склоняет голову и поднимает брови:

– Все в порядке, леди?

– Да, да, простите, – непонятно за что извиняюсь я, чем кажется немного веселю его.

– Будьте осторожнее, – такой странной фразой прощается со мной мужчина, покидая мой питомник.

К моему удивлению, эта встреча становится для нас последней. Следующие две недели я провожу в тиши и спокойствии, если можно так сказать. Никаких навязчивых взглядов, никакой слежки и внимания. Инквизитор пропадает так же резко, как и появляется. Он больше не сидит на моей лавочке, позволяя мне наслаждаться каждым солнечным днем. Он больше не наблюдает за мной через забор, не отвлекая от привычной рутины. Он не интересуется почтовыми птицами. Будто его и не было. На краю сознания даже закрадывается мысль, что мужчина мне и вовсе померещился.

Тогда-то я и иду в городскую библиотеку, которая расположена в одном здании с Инквизицией. Наверное, не каждая ведьма решится самовольно вторгнуться в святая святых. Но мне так хочется увидеть его хотя бы краем глаза, убедиться, что он не один из злых мороков.

Старательно опускаю голову вниз, прячу глаза. Как бы в нашем обществе ни относились учтиво к женщинам, все же лучше оставаться в тени. Вокруг туда-сюда снуют люди в синих, черных и серых костюмах. У каждого из них неизменно имеется нашивка на рукаве из красно-белых ниток – Святая Инквизиция. Даже мелкий архивный работник этого заведения считается почетным гражданином.

К счастью, библиотека хоть и находится в здании Инквизиции, но относится совершенно к другой сфере. Поднявшись на нужный этаж, чувствую себя гораздо увереннее, поднимаю голову и расправляю плечи. Тут никто никуда не спешит, все погружены в свои мысли и заняты своими делами. Я бесстрашно шагаю к любимому разделу – историям ведьм. Для книг, написанных «этими злобными тварями», выделен целый стеллаж. Выбираю новую историю, захватываю пару книг об анатомии животных и ставлю подпись в карточке. К слову, за вторую книгу можно схлопотать наказание вероятнее, чем за первую. Многие деревенские до сих пор считают медицину и науку творениями зла.

Спускаюсь по лестнице, из-под ресниц разглядывая прохожих и помещения. Где-то здесь должен быть мой инквизитор. В смысле, тот самый инквизитор. Но ни одного знакомого лица среди встречных мужчин мне не попадается. Никто даже отдаленно не похож на заинтересовавшего меня человека. Увлекшись поисками, натыкаюсь на мужчину в форме.

– Леди, вам стоит быть осторожнее, – меня придерживают за плечи, чтобы я не упала от резкого столкновения. – Вы не ушиблись?

Поднимаю взгляд и сталкиваюсь с улыбающимся инквизитором. В уголках его глаз скопились морщинки, но это не делает его некрасивым, наоборот, придает изюминку. Широкая улыбка и открытый взгляд карих глаз располагают к себе.

– Нет, простите, – я пытаюсь отойти от мужчины, но не тут-то было.

– Не извиняйтесь, милая, это все моя вина! Могу я угостить Вас чашечкой кофе в ближайшей кофейне? Заодно расскажете, что столь прелестная леди забыла в нашем ужасно скучном заведении.

Инквизитор выбивается из шаблонов – он активный и позитивный. Давно я не встречала таких солнечных людей, но вот общаться с ним мне совсем не хочется. Если мой инквизитор привлек меня с первых секунд, то от этого мне хочется сбежать.

– Простите, мне нужно идти, – все же высвобождаюсь я из рук мужчины. – Я была в библиотеке, теперь мне нужно домой.

Моя внешность позволяет мне немного манипулировать людьми. Я выгляжу совсем юной и скромной девушкой. Большие глаза в обрамлении густых ресниц, доставшиеся мне от матери, делают меня совсем девочкой в глазах окружающих. Я смущаюсь максимально естественно и благодарю за заботу. Раз мне не удалось встретить моего знакомого, то лучше не задерживаться в здании Инквизиции.

Глава 3

– Леди Роуз? – На моем пороге стоит женщина лет сорока. Длинное черное платье, распущенные волосы и эта странная шляпка, которая раздражает до жути. Слишком потрепанная, какая-то асимметричная и цвета грязи, то ли черного, то ли серого, то ли коричневого. Что этой даме нужно от меня – пока не понятно.

– Да, госпожа. Чем могу Вам помочь? – Я остаюсь вежливой со всеми клиентами в равной степени. Нельзя судить о людях по первому впечатлению. Гостья оглядывается, будто чего-то опасается.

– Могли бы Вы угостить меня чашечкой чая? – Начинает она, но видя мое хмурое лицо, продолжает. – Я бы хотела узнать о ваших… птицах!

Женщина даже не знает, чем я занимаюсь. Это слишком очевидно, но выставить ее за порог просто так я не могу. У меня уже есть мысли, кто это может быть, остается лишь подтвердить их.

Я приглашаю гостью пройти по питомнику. Рассказываю ей о совах и голубях. Рекламирую знакомого шляпника – ей бы не помешало сменить это убожество на голове – и делюсь тем, что все лучшие перья отправляются к нему. Только женщина меня совершенно не слушает. Она осматривает все вокруг с нездоровым интересом. Слишком нервная и дерганая, что неслабо раздражает.

– Так что вы хотели? – Уже настойчивее обращаюсь я к гостье, намереваясь непременно выяснить все ее мотивы.

– Я знаю, кто ты, – выдает дама. Прелестно, что сказать. Она пришла мне рассказывать, кто я?

– И? – Я не отрицаю очевидного.

– Ты – ведьма! – Продолжает полушепотом эта ненормальная, косясь глазами вокруг, будто ее кто-то может услышать.

– Что дальше? – Пытаюсь заставить ее продолжить мысль, хотя порядком надоедать вытягивать из нее слова клещами.

– Я тоже ведьма, – зловеще выдает она, наклоняясь ко мне еще ближе.

Мде… Слов у меня просто не остается. Для чего она это говорит, так и не понимаю. Я уже догадалась, что она одна из нас, но ведет она себя чересчур неадекватно. Мне до сих пор неясно, зачем она пришла ко мне.

– Рада за Вас, – пожимаю плечами.

– Мы ищем ведьму для одного очень важного дела, – снова оглядывается она, будто опасается чего-то.

– Мне это неинтересно. Магия вне закона. Прошу, покиньте мой дом, иначе мне придется сообщить о вас в Инквизицию.

Как на нее влияет это слово! Женщина буквально подпрыгивает, нервно перебирает руками и оглядывается, будто служители закона уже здесь. Никогда бы не подумала, что буду угрожать другой ведьме инквизиторами, но это самый легкий и простой способ избавиться от навязчивой дамы. Ее явно пугает даже шанс встретиться с инквизитором.

– Ты еще пожалеешь об этом, – визгливо отвечает гостья, но уходит восвояси, оставляя меня одну.

Интересно, а мой инквизитор помог бы с наглыми ведьмами? Нужно же хоть чем-то подкреплять свои слова, а идти в Инквизицию будет странно. Куда же запропастился мой мужчина? О чем я снова думаю? Ну какой он мой? Глупая, глупая девчонка. Пара разговоров с незнакомцем еще не делает его моим. В любом случае он все равно куда-то пропал… Пора выкидывать его из головы.

Стоит мне только смириться, как я вновь начинаю чувствовать на себе чей-то взгляд. Мой инквизитор вернулся? Постоянно оглядываюсь по сторонам, но никого не вижу. Что же такое-то? Может у меня разыгралась паранойя? Давно такого не было, еще со времен первых гонений ведьм. Хотя и тогда я не особо волновалась по этому поводу. Я всегда стараюсь быть в тени, не акцентировать внимание на том, кто я. Быть ведьмой не так уж и плохо, если рационально подходить к своим возможностям.

Переживаю, что следить за мной может та самая мерзкая дама. Она явно была настроена серьезно. Неужели в округе не нашлось ни одной приличной ведьмы, согласной стать последней в их кругу? Глупости какие-то. Мне такого точно не надо, даже не хочу знать, что они задумали. Инквизиция отправит их на костер, а это не лучшее удовольствие.

Решаю немного отвлечься от забот и отправляюсь в городскую таверну. Увеселительное заведение расположено ближе к окраине города. По вечерам там часто выступают барды, а сладкий эль немного дурманит разум. Лучшее лекарство от навязчивых мыслей и других проблем. Мне нужно вернуться к привычному ритму жизни, и такая легкая встряска будет идеальным решением.

Я устраиваюсь за самым крайним столиком в большом зале, декорированном камнем и деревом. Не снимаю с плеч плащ, предпочитая оставаться инкогнито. Юная леди может вызвать в подобном месте неуместный интерес среди нетрезвых мужчин. Разносчица узнает меня сразу и приносит напиток с интересным фруктовым привкусом. На сцене сегодня разместился смазливый мальчик с голубыми глазами и длинными светлыми волосами. Он неуверенно перебирает струны лютни, издавая пока что никому не понятные звуки. Парень долго настраивается, а после начинает свою песню. Либо две кружки эля делают свое дело, либо голос у этого барда достаточно приятный. Музыкант поет балладу о девушке, потерявшей свою любовь, о соколе, лишившемся крыльев и бесконечном небе. Грустная история, конец которой никак не сможет стать хорошим. Баллады о любви редко приходят к радостному окончанию, как бы это ни было печально.

***

– Рози, пойми, я не могу не поехать, – убеждает меня Эрик. – Это моя работа. Я должен нести службу. Да и это всего на пару месяцев! А после я снова вернусь к тебе, любимая.

– Там сейчас опасно, – я обнимаю парня, никак не желая отпускать. – Говорят, война дошла до нашей границы.

– Это все байки, – отмахивается мой любимый. – Сколько раз я уже там был? Всего пара стычек была. Меня ни разу не ранили, знаешь же! Хватит паниковать, милая, лучше иди ко мне.

Он подхватывает меня на руки, отвлекая от плохих мыслей многочисленными поцелуями, которые я после еще долго буду вспоминать с болью в груди. Эрик просто относится к жизни, и охотно делится этим качеством со мной. Мы молоды, у нас впереди вся жизнь, и нельзя терять ни дня ее напрасно.

***

Не желаю дослушивать очередную сказку, в которой никто не останется счастлив. Отвлеклась, называется, только еще больше погрузилась в свои воспоминания. Расплачиваюсь с трактирщиком и спешу домой. На улицу уже давно спустились сумерки. Фонари освещают только центральные улицы, до которых еще нужно добраться. Я сворачиваю в короткий переулок, остается пройти самую малость, и на горизонте появится улица, на которой расположился мой питомник, как я слышу неприятный свист.

Передо мной будто из ниоткуда появляются два здоровенных бугая. Решаю не испытывать удачу и сразу же разворачиваюсь. Но не тут-то было. Позади меня стоят еще три неприятные личности, от которых веет опасностью, смертью и грязью. Что наемникам нужно от меня? Какого черта творится?

– Куколка, что же ты так опрометчиво разгуливаешь по ночам? – Постукивает кинжалом по ладони один из бугаев спереди. – Мало тебе приключений в жизни? Так мы быстро исправим ситуацию.

Я не вступаю с ними в диалог. Ничем хорошим это явно не закончится. Мужчины настроены воинственно. Неужели ведьма решила отомстить мне подобным образом?! Это же низко и мерзко. Чего можно добиться подобным поступком? Ненависти к людям? Так они не все такие.

Не делаю резких движений, не хочу провоцировать наемников. А это именно наемники. Слишком они выглядят чисто и гордо, хоть и одеты как простые граждане. Обычные пьянчужки или бандиты держатся не так. Пусть я и не много наемников повидала, но это могу утверждать с уверенностью.

Не дождавшись моих действий, мужчины наступают первыми. Меня хватают за руку и прижимают к стене, недвусмысленно задирая платье и стаскивая плащ. Грубые движения, болезненный захват и неприятная ситуация. Вдох-выдох. Я не могу это терпеть, да простит меня Инквизиция.

– Сом’иэнсу’эр, – шепчу элементарное заклинание, погружая окружающих в сон. Никакого вреда это им не нанесет, а я спокойно унесу отсюда ноги. Мужчины грузно оседают на пол, отключаясь, а я спешно поправляю одежду.

Как назло, небо пронзает искристая молния, а уши закладывает от басистого грома. Дождь начинается резко, укрывая все пространство стеной воды. Мокрое насквозь платье мешает идти, а выбившиеся из косы пряди налипают на лицо. Я спешу скрыться с места преступления, но натыкаюсь на мужчину. Что?! Неужели не все уснули? Но как же так…

– Леди, с Вами все в порядке? – Этот голос… О нееет… Почему он не появился рядом несколькими минутами ранее? Мой инквизитор…

– Почти, – я плотнее запахиваю на груди плащ, все же у меня помятый вид, который никак не скрыть.

Мужчина оглядывает меня с ног до головы. Дождь стекает по мне крупными каплями, заставляя поежиться от прохлады. Инквизитор склоняет голову набок, а потом смотрит мне за спину, что-то разглядывая там долгую минуту. Ведь он не может видеть тех наемников? Очень на это надеюсь. Не хочу проблем с законом… Тем более с этим отдельным его представителем.

– Пойдем, – вдруг переходит на «ты» инквизитор. – Ты вся промокла, мой дом рядом.

Это не вопрос, скорее констатация факта. У меня нет выбора, нет возможности отказаться, чтобы не вызвать подозрения. Инквизитор бесцеремонно берет меня за руку и ведет к центральной улице. Покорно ступаю следом за мужчиной, вглядываясь в его спину. Догадался ли он о том, что в переулке произошло что-то плохое? Или просто решил помочь промокшей девушке? Что меня ждет дальше? Мне хочется избежать проблем, но мысленно я все же рада, что рядом оказался именно мой инквизитор, а не какой-то другой человек.

Глава 4

Инквизитор и правда живет неподалеку, прямо за поворотом на главную улицу. Двери его дома выходят на проспект, а порожки прикрыты от дождя кованным навесом. Он ловко отмыкает замок и пропускает меня внутрь просторного холла. Здание встречает меня тишиной и чистотой, будто хозяина давно здесь не было. Может быть, он уезжал на весь месяц, когда я его потеряла?

– Проходи, слева гостиная, располагайся, – ориентирует меня мужчина. – Сейчас принесу полотенце и что-нибудь сухое из вещей.

– Не стоит, – я пытаюсь его остановить, но натыкаюсь на хмурый взгляд. Он как бы говорит, что лучше не качать права на его территории.

Прохожу в просторную комнату, выполненную в коричневых тонах. На полу мягкий ковер, и мне неловко ступать по нему мокрыми ногами. Диван расположен рядом с низеньким столиком, а на стене красуются картины начала времен. Это серия выполнена группой художников, им удалось запечатлеть последнее открытие врат в потусторонний мир. Как гласят легенды, оттуда в наш мир проникали ужасные чудовища, но я не застала тех времен, слишком уж давно это было.

Внимательно рассматриваю картины: они вызывают восхищение и нагоняют страх одновременно. Темные и кровавые цвета, переплетаются между собой, показывая весь ужас происходящего и неотвратимость последствий. Потусторонние твари выглядят такими реальными и в то же время неправильными и отторгающими. Люди на картине выглядят так, будто конец их близок, но они будут бороться за свой мир до последнего.

Присаживаться на диван в мокром платье не решаюсь. Я даже не снимаю с себя плащ, стараясь спрятаться в нем от происходящего. Мне хотелось увидеться с инквизитором, но опасения и неуверенность никуда не деваются. Мужчина возвращается ко мне через десять минут. Он сменил промокшую форму на свободные льняные брюки и тонкую рубашку, что придает ему более домашний вид. В руках у него махровое полотенце, в которое, кажется, можно укутать всю меня, и платье цвета моря.

– Вытрись и переоденься, я пока заварю чай, – снова этот тон, который не терпит препирательств. Да, и мне, если честно, не очень хочется оставаться в мокрой одежде и дальше.

К счастью, привести себя в порядок мне позволяют в одиночестве. Мокрые вещи аккуратно складываю на стол. Приходится остаться без корсета, из-за чего я чувствую себя практически голой даже в весьма приличном платье. Оно садится на меня как влитое. Вырез не нарушает ни капли дозволенных границ, но с моими формами выглядит чересчур соблазнительно. Я бы предпочла прикрыться чем-нибудь сверху, только все мои вещи насквозь мокрые.

Ступаю босыми ногами в сторону, куда ушел инквизитор. Мне неловко разгуливать по чужому дому, но усидеть на месте я не могу. Кухня находится прямо по коридору. Мужчина ловко орудует ножом, сооружая бутерброды, а из кружек исходит манящий аромат малины.

– У тебя волосы мокрые, – замечает мой спаситель. – Распусти, так быстрее просохнут.

Я отстраненно киваю, потому что он прав. При каждом случайном взгляде мужчины я вижу, как его зрачки расширяются. Его привлекает моя внешность. И я даже не могу определить, хорошо это или плохо. Мне тоже нравится инквизитор, но… Слишком много этих «но».

Распускаю волосы под его внимательным взглядом. Мокрые пряди путаются, поэтому я долго вожусь с косой. В какой-то момент мужчина не выдерживает и подходит ко мне, помогая распутать отдельные локоны. Его пальцы ловко перебирают мои пряди, разделяя их и расправляя. Я всегда знала, что мои волосы привлекают людей. Черные и густые, они легкими волнами спускаются до самой поясницы. Я почти всегда ношу косу или убираю их в незамысловатую прическу под платком. Боюсь представить, как я сейчас выгляжу. Когда рука мужчины случайно соскальзывает мне на плечо, он стремительно отстраняется, а по мне пробегается табун мурашек.

– Пей чай, – мне пододвигают большую кружку, от которой исходит пар, и ставят поближе тарелку с бутербродами. Вполне гостеприимно. Я поглощаю пищу медленно и аккуратно, никуда особо не торопясь, хотя и чувствую некоторую напряженность. Мой инквизитор все это время о чем-то думает, что видно по небольшой морщинке между бровями и сжатым губам.

– Спасибо за помощь, – решаю поблагодарить мужчину, но он отрицательно машет головой, предостерегая меня от дальнейшего.

– Я видел, что ты колдовала, – перебивает мою благодарность инквизитор. – Ты должна понести наказание.

Этого-то я и боялась. Он видел, как я воспользовалась магией. Он не только знает, что я ведьма, но он и застал меня прямо на месте преступления. Мне совсем не хочется отправиться на костер из-за такой глупости. В крайнем случае придется его усыпить и сбежать. Не лучший план, но на первое время сойдет.

– По-хорошему тебя нужно отвести в Инквизицию, составить личное дело и вписать в него нарушение. Потом будет темница и суд, который определит степень тяжести совершенного преступления. Те мужчины могут долить масла в огонь, написав жалобы на тебя. Все это будет длиться долго и нервно, а тебе останется лишь ждать вердикта. Учитывая, что вред был нанесен аж пяти людям, то на помилование не стоит и рассчитывать.

Инквизитор говорит и говорит, в красках разрисовывая мои перспективы. Мне становится дурно. Вряд ли я смогу допить чай, ведь теперь у меня в горле будто ком. Я не хочу всего этого. Не хочу снова проблем с Инквизицией. Могу избежать их, но отправляться в бега вновь у меня нет сил и желания, как и начинать все сначала.

– Прошу Вас, не выдавайте меня, – я хлопаю испуганными глазами, почти не играя. Моя внешность и шок отлично справляются с этим за меня. Мужчины легко ведутся на такое.

– Я могу предложить альтернативу, – соглашается мужчина. – Ты станешь моей.

Слишком многозначительная пауза, за которую у меня в голове проносится миллиард вариантов. От самых невинных до самых неприличных. Не ожидала услышать подобного от столь серьезного и сдержанного мужчины.

– Моей помощницей, – заканчивает фразу инквизитор, позволяя мне выдохнуть. – Будешь следить за моим домом, поможешь с бумагами на работе, скрасишь унылый вечер приятной беседой. Я не требую чего-то сверхъестественного. Можешь считать, что это исправительные работы или пробный период. Я буду платить тебе два серебряных в день.

Предложение мужчины сильно похоже на сыр в мышеловке. Кажется, стоит только протянуть руку, и капкан захлопнется, прищемив пальцы. Он предлагает мне работу взамен молчания, что с этого получит сам инквизитор? Ведьма на побегушках – не такая уж и редкость.

Я могу сделать так, что он забудет все произошедшее. Есть у меня в запасе и такое заклинание, нужно только немного отвлечь внимание служителя порядка. Мне можно будет спокойно вернуться домой. Хочу ли я этого? Не так сильно, как оказаться с ним под одной крышей.

– Я согласна, но мне нужно ухаживать за питомником, – ставлю свое условие я. Отказываться от любимых птиц не соглашусь ни за что на свете.

– Найди себе помощника, – парирует он.

– На это потребуется время, господин инквизитор.

– Меня зовут Дерек фон Вьерв, – впервые представляется мужчина.

– Мое имя Роуз, – соблюдаю приличия я.

– Просто Роуз? – Удивляется собеседник.

– Да, просто Роуз, – нет у меня больше никакого имени уже очень давно, но пояснять это я ему не собираюсь. – Позволите мне сегодня вернуться домой?

Он смотрит на меня внимательно. Оглядывает распущенные волосы, достаточно открытый вырез груди и ниже. Я буквально чувствую его взгляд, он легонько касается меня то тут, то там. Гордо поднимаю голову, мне нечего стыдиться. Я красивая девушка, он уже это увидел. Так что… скрываться дальше бессмысленно. Можно из серой мышки превратиться и в красивую кошку, хотя бы в глазах отдельного человека.

– Хорошо, – слишком резко выдыхает он. – Я вызову тебе экипаж. Незачем расхаживать одной в ночи.

– Благодарю, – отказываться нет смысла. Я уже и так по уши должна этому мужчине.

***

– Я дам тебе все, что нужно! Ты моя женщина! – Возмущению Эрика нет предела.

– Но я не хочу просто сидеть у тебя на шее, – бурчу я. – Я могу заниматься магией в городе. У нас в деревне это не особо нужно, а там знаю, что ведьм даже на службу берут! Может я буду с тобой в одном отряде!

– Не смей даже думать об этом! Женщине не место на войне.

– Ты же говорил, что война далеко, – ловлю его на слове.

– Неважно! – Злится мой любимый, а потом резко меняет тактику. – Рози, милая, иди ко мне. Не заставляй меня сомневаться в своих силах, прошу тебя. Я справлюсь со всем, а ты храни наш очаг. Ведь у нас появятся малыши, тебе нужно будет смотреть за ними. Любимая, оставайся здесь, не надо перебираться в город.

Он так отговаривал меня, убеждал, что я согласилась. Семья с ним – самое ценное для меня. Я и предположить не могла, что нас ждет дальше. И как будет сложно с этим справиться.

***

Возвращаюсь домой в смешанных чувствах. С одной стороны, у меня огромные проблемы, с которыми теперь придется достаточно долго разбираться, с другой – у меня под руками будет инквизитор. Если уж он забирает меня к себе, то вряд ли даст в обиду другим. Да и если постараться, то можно манипулировать любым мужчиной. Где-то правильно ответить, в другой ситуации коснуться. Это совершенно несложно, даже магия не нужна, лишь женское обаяние.

Всю ночь мне не спится. Я пытаюсь придумать, как мне одновременно справляться с питомником и работать у инквизитора. Наутро решаю повесить объявление о поиске помощника. Не знаю, кому смогу доверить своих птиц, но справиться сама точно не смогу. Слишком много времени у меня занимают мои питомцы, а если брать в учет всех потеряшек и пострадавших, то вовсе не найдется ни минуты свободного времени.

Проснувшись до рассвета, я быстро выпускаю пернатых друзей из вольеров, кормлю и пою их. После занимаюсь другими питомцами, которые не смогут без моего внимания. До вечера этого должно хватить. Пора отправляться к инквизитору. Вот только… Решаю перед этим заглянуть на площадь и все же повесить объявление. Всего пара строчек: «Ищу внимательного и исполнительного человека, который любит птиц и животных». Надеюсь, хоть кто-то откликнется. Я не обещаю золотые горы, но платить могу по серебряному в день – ровно половину от того, что мне пообещал инквизитор. Только и работать придется соразмерно. Я не потерплю плохого ухода за моими птицами.

К дому Дерека я подхожу ровно к восьми утра. Обычный рабочий день у людей начинается в это время. Мы не оговаривали, во сколько я должна вернуться, поэтому чувствую некоторую неловкость. Замираю у порога, разглядываю чудаковатую ковку перил. В изящном металле можно увидеть рвущихся вперед коней, окутанных россыпью листьев и цветов. Ограждение кажется милым только на первый взгляд: присмотревшись внимательно, можно увидеть острые клыки у коней, а на стволах цветов – шипы. Листья же напоминают морды чудищ. И чем дольше я смотрю, тем более ужасающие картины открываются моим глазам.

– Доброе утро, – выдергивает меня из этих страшных фантазий инквизитор. Он уже открыл двери и смотрит на меня очень внимательно. – Увидели что-то интересно?

– Здравствуйте, господин инквизитор, – присаживаюсь в приветствие я. – Нет, ничего такого. Просто красивая ковка.

– Ну хорошо, – его голос так и сочится саркастической усмешкой. – Проходи.

Я поднимаюсь по лестнице, но так и не решаюсь коснуться этих диковинных перил. Кажется, когда-то я видела похожее чудо, только это было слишком давно, чтобы вспомнить. Дом меня встречает такой же пустотой. Неужели этот мужчина ранее со всем справлялся сам?

– Проходи в гостиную, сейчас подойдет леди Эйлис, – приглашающим жестом показывает он направление.

Киваю в ответ и иду по знакомому маршруту. Именно в этой комнате я была прошлым вечером. Мне вновь представляется возможность рассмотреть картины. В этом доме слишком много вещей, возраст которых исчисляется сотнями и тысячами лет. Мой работодатель коллекционер древностей? Тогда я попала по адресу – мысленно усмехаюсь я.

Спустя десять минут мой инквизитор возвращается в комнату вместе с милой девушкой лет двадцати пяти с легким румянцем на щеках, светлыми волосами, не достающими плеч, и открытым взглядом голубых глаз. Она неловко разглаживает складки платья, а я замечаю, что у нее уже выпирает живот через платье.

– Эйлис покидает меня на какое-то время, поэтому я меняю домработницу. Она расскажет тебе, чем обычно занимается. Запоминай внимательно, приглашать ее второй раз я не намерен. Сегодня будете вдвоем, завтра уже сама справишься.

Он говорит холодно и равнодушно, а после покидает нас, видимо, отправляясь на работу. Святая Инквизиция, чтоб ей неладно. Подобное обращение мне не особо по душе, но я пришла сюда не совсем добровольно, как он считает, поэтому закрою глаза… Все же я рассчитывала немного на иное отношение, ну хотя бы капельку внимания…

– Привет, – улыбка этой девушки такая нежная, что даже я залипаю на долю секунды. Злость и непонимания ситуации отходят на второй план, а я переключаюсь на новую знакомую.

– Здравствуй, – киваю ей в ответ, спеша подойти ближе. – Надеюсь, тебя не сильно затруднит рассказать мне о своей работе?

– Нет, что ты, – быстро отвечает она, заправляя волосы за уши. – Пойдем, я все тебе покажу!

Глава 5

Эйлис оказывается милой девушкой, проработавшей на Дерека больше пяти лет. Она искренне им восхищается и отзывается только положительно. Говорит, что он строгий, но справедливый. Если бы не положение, то она бы продолжила и дальше присматривать за домом. Ей нравится заниматься хозяйством, а инквизитор лишний раз никогда ее не напрягает.

– Вот только муж против. Не хочет, чтобы я подвергала малышку опасности и нагружала себя. Тем более осталось всего пару месяцев, – поясняет она с такой любовью в глазах, что мне даже становится немного неловко видеть такие искренние чувства. Девушка то и дело кладет ладонь на живот, делая это совершенно неосознанно, но безумно мило и нежно.

Я быстро запоминаю все обязанности, которые она обычно выполняла по дому: приготовить завтрак, обед и ужин, убраться в комнатах, закупить продукты, а также прочие мелочи, которые я делаю и у себя дома. Ничего особенного в жизни инквизитора нет, поэтому и переживать мне особенно не о чем.

– Только в кабинет господина входить нельзя, – делает важное замечание девушка. Хотя сам инквизитор говорил что-то о помощи в работе, но это лучше будет уточнить у него самого.

А в остальном неудивительно, что кабинет был для нее под запретом. Мужчины в наше время редко допускают женщин до серьезных дел, а тут святая святых – личный кабинет. Несмотря на мнимое равенство, нет ни одной женщины инквизитора, ни одной женщины губернатора или другой важной профессии. Не спорю, в Святой Инквизиции работают леди, но они занимают более низкие должности, менее ответственные и серьезные. Женщина – это домохозяйка, мать и жена. В иных сферах на нас смотрят с большим сомнением.

Я старательно запоминаю все, что мне рассказывает девушка, но не позволяю ей работать и сама делаю все по дому. Незачем ей напрягаться – она выглядит слишком хрупкой: дунешь и сломается. Мы заканчиваем все дела как раз к вечеру, когда господин инквизитор уже должен вернуться с работы.

– Он не всегда приходит домой. Если его нет после восьми вечера, то можно запереть двери и отправиться домой. – Объясняет мне Эйлис.

Я понятливо киваю. Девушка предлагает мне выпить чай. Раз такое позволительно, то почему бы и нет? Мы усаживаемся на кухне, завариваем черный чай с чабрецом и разговариваем обо всем понемногу. Я приглашаю ее как-нибудь заглянуть в мой питомник, познакомиться с птицами. Мне кажется, ей должно понравиться у меня в гостях. Она же много говорит о своем муже. Я не знаю этого человека, но мне он уже нравится. Девушка так искренне его любит. К слову, он тоже работает в Инквизиции, что не очень хорошо для меня. Слишком много вокруг этих «святых» людей.

Господин Дерек не возвращается ни к восьми, ни к половине девятого, поэтому мы с чистой совестью закрываем дом, кладем ключ в почтовый ящик и отправляемся восвояси. Первый рабочий день прошел довольно спокойно, надеюсь, дальше будет также в плане работы. А вот самого инквизитора я была бы рада видеть чуточку больше…

Мое объявление все еще висит на столбе, но у дома меня ждет грузная женщина, интересующаяся работой. Я рассказываю ей основные задачи и расспрашиваю о предыдущих занятиях. Она раньше работала домработницей, но хозяин умер, а женщине приходится искать другую должность. Я бы с радостью приняла ее к себе, только любовью к птицам и другим животным она не отличается – это было понятно из разговора, слишком уж нелестно она отзывалась о гостях с собаками и надоедливой почте. Совершенно не осуждаю ее, но для работы в приюте такой человек не подойдет.

Уже провожая женщину, замечаю под деревом мальчишку. Он неуверенно поглядывает в нашу сторону. На вид ему лет тринадцать, он выглядит не очень хорошо: грязная одежда, засаленные волосы, выглядывающие из-под шапки, руки обмотаны тряпками. А еще мальчик очень худой. Я хмурюсь, когда он так и не решает сделать шаг в мою сторону. Женщина уже ушла, бояться меня одну – глупо. Я сама выгляжу совсем юно. Поправляю косу и делаю шаг в сторону мальчишки.

– Привет, – зову маленького незнакомца.

– Здравствуйте, – насупившись, отвечает он.

– Ты что-то хотел? – Я стараюсь быть приветливой и улыбчивой. Мальчик не особо общительный, но сюда все же зачем-то пришел. У меня есть подозрение, что его заинтересовала работа. Почему бы не дать шанс? Я считаю, что смышленый ребенок может справиться с уходом за животными ничуть не хуже взрослого.

– Я видел ваше объявление, госпожа…

– Пойдем, – протягиваю ему руку. – И не зови меня госпожа, мое имя Рози.

Он сомневается, но совсем недолго. Все же вкладывает в мою ладонь свою маленькую ручку и покорно следует за мной. Это маленький шаг, который показывает уровень доверия человека, а для меня это важно. Если бы улица сильно его испортила, то вряд ли бы он стал прикасаться ко мне. Как бы я ни была добра, но воришки и маленькие разбойники мне под крышей не нужны.

Я приглашаю мальчишку сразу в дом. Провожаю на кухню и наливаю полную тарелку супа. Ребенок удивляется, но не отказывается от пищи. Слишком он выглядит голодным и уставшим. Пусть я и не отличаюсь любовью к людям, но не могу спокойно смотреть на страдания детей.

Любопытно, но при всем своем грязном виде, мальчик просит разрешения вымыть руки. Я позволяю ему привести себя в порядок. Ест ребенок тоже с такой грацией, что я невольно засматриваюсь. Как уличному оборванцу удается быть таким… величественным? До того, как попасть на улицу, мальчик точно принадлежал к какой-то знатной семье. То, как он держит спину, как аккуратно набирает в ложку еду и подносит ко рту – все это выглядит грациозно.

– Расскажи о себе, – прошу мальчика. – Как тебя зовут? Сколько тебе лет? Откуда ты?

– Меня зовут Роберт, мне пятнадцать. Я… – Тут мальчик сбивается и вновь становится немного хмурым. Видимо, его прошлое вызывает у него не лучшие чувства.

– Если не хочешь, то не рассказывай, – спешу успокоить ребенка.

Я дожидаюсь, пока мальчик закончить прием пищи. Он старается не торопиться, ест очень аккуратно, не кладя руки на стол и ровно держа спину. Маленький аристократ даже в таком ужасном виде остается собой. Это заставляет проникнуться к нему уважением.

Дальше мы отправляемся во двор, где живут все мои питомцы. Я показываю ему питомник и рассказываю о задачах, которые ему предстоит делать, параллельно выполняя их сама. Мальчик первые несколько минут наблюдает, а после просит разрешения помочь.

Роберт справляется на «ура».       Он ловко орудует лопатой, быстро приносит воду и рассыпает корм. Он уделяет внимание каждой птице, что меня безумно радует. Несмотря на то что мальчик показался мне аристократом, он слишком умело орудует руками. Обычно дети знатных людей не занимаются физическим трудом. Теперь я уверена на все сто – Роберт мне подходит.

Мальчик не только хорошо справляется с кормежкой и уборкой, но и помогает мне обработать раны другим животным. Он еще многого не знает, поэтому все расспрашивает и уточняет. У него серьезный подход к делу, это видно невооруженным глазом.

– Завтра еще помогу тебе, а дальше сам. Хорошо? – Отвлекаю я мальчишку от кормежки оленя.

– Вы берете меня? – Столько удивления и радости в голосе.

– Разумеется, – улыбаюсь ему. – Только с условием, что ты примешь душ и переоденешься. Можешь оставаться у меня в доме, лишняя комната всегда найдется. Помощник мне пригодится и по хозяйству. Если что не умеешь, не стесняйся, я все расскажу и объясню.

Мы заканчиваем с питомником и возвращаемся домой. Я помогаю растопить баню, чтобы мальчишка мог привести себя в человеческий вид. Мне даже любопытно, как он будет выглядеть. Насколько сильно в нем видно нотки аристократии.

Пока Роберт отмывает с себя тонны грязи, я готовлю легкий ужин: тушу телятину с овощами и картошкой. Ребенка нужно откармливать, сил на животных придется тратить немало. Как легко у меня все складывается. Я смогу быть рядом с инквизитором и буду находиться под его защитой, я нашла рукастого помощника и познакомилась с приятной девушкой. Может быть, впервые за долгие годы у меня получится прожить счастливую жизнь?

***

– Эрик, подай мне овощи, – прошу я любимого, который помогает мне на кухне. Мы с ним любим проводить время вместе, даже если это такие мелкие хозяйственные обязанности.

Мужчина приносит мне нарезанный лук и морковь, а после обнимает, отвлекая от готовки. Я смеюсь, выскальзывая из объятий, и грожу ему ложкой. Счастье бьется во мне ключом, ведь ничего не предвещает беды. В этот раз мой возлюбленный вернулся с задания живым и здоровым, а значит еще несколько месяцев мы можем жить без волнений. Можем проводить дни и вечера вместе, наслаждаясь друг другом.

***

Воспоминания болью откликаются в душе, унося в далекое прошлое. А когда я снимаю котелок с печи, в дом возвращается Роберт. У меня в шкафу нашлись старые вещи Дайера. Они конечно сильно большие, но если подшить, то на первое время сойдут. Пока что мальчик пришел в рубашке, где поместилось бы еще штук пять таких же как он, и в подвернутых подвязанных веревкой штанах. Но это все мелочи.

Я за свой век повидала много аристократов начиная с тех, которые держали замки и дворцы. Их внешность отличалась. Смешивать кровь с простолюдинами стало возможно намного позднее. Чаще всего браки заключались по расчету, но дети в них рождались красивыми. Особенно это касалось северных стран. Так вот Роберт был точной копией одного моего знакомого… Только того человека уже много лет нет в живых, а мальчик стоит прямо передо мной. Чистый взгляд голубых глаз, прямые черные брови вразлет, прямой нос с широкими крыльями и четко очерченные губы. Ровные скулы подчеркивают волнистые волосы цвета пшеницы. Они достаточно длинные, но лежат так идеально, что укладке позавидовал бы любой парикмахер. Мальчишке не хватает только дорогого костюма и слуг.

– Леди Рози? – Неуверенно зовет меня мальчик.

– Да, Роберт, проходи ужинать, – прихожу в себя я, прекращая пристально разглядывать ребенка.

Его внешний вид наводит на меня легкую ностальгию по прошлым временам. Когда еще не было Святой Инквизиции и костры разводились только по дурости крестьян. Тогда много основывалось на магии. Даже письма зачастую отправлялись через огонь, а не почтовыми голубями. Я какое-то время гостила в огромном замке в северных горах. Это были прелестные годы, которые завершились не очень радужно. Мою подругу тогда сожгли на костре, а я никак не смогла этому помешать.

Отгоняю от себя дурные мысли и пытаюсь завести беседу с мальчиком. Он неохотно, но отвечает на мои вопросы. Удается выяснить, что он не местный и оказался в городе случайно, прицепившись к торговому каравану. Мальчик умеет читать и писать, но тяжелый труд ему тоже не чужд. Как он попал на улицу, Роберт не стремится рассказывать, а я не хочу давить на него.

Показываю своему помощнику его новую комнату, а затем помогаю ушить комплект одежды, чтобы ему было удобнее управляться с птицами и животиной. С остальным, думаю, мальчик справится и сам.

Утром Роберт приступает к делам еще до того, как я просыпаюсь. Я удивленно наблюдаю, как на его плече сидит моя любимая полярная сова Иви. Птица редко признает чужаков, чаще прячется в деревьях, но мальчишка пришелся ей по душе. Улыбаюсь, ведь именно такой человек мне и нужен был в доме. Так, одним-единственным поступком, я смогла решить множество проблем. У Роберта теперь есть кров над головой и работа, а я с чистой совестью могу приступить к делам инквизитора. Надеюсь, что сегодня утром я застану этого мужчину дома.

Только моим мечтам не суждено сбыться. Дерека нет дома и, кажется, не было всю ночь. Как часто он остается в офисе? Неужели это нормально, спать прямо на работе? Отвлекаюсь от навязчивых мыслей готовкой. Я забыла уточнить у Эйлис, какую пищу предпочитает мужчина. Придется основываться на своих вкусах и интуиции. Давай, дорогая, не подведи меня. Все же хочется произвести на мужчину хорошее впечатление. С головой ухожу в работу, поэтому совершенно не слышу, как господин инквизитор возвращается домой.

Глава 6

Я не знаю, чего стоит ожидать от инквизитора, но я явно не готова к тому, что мужчина просто скользнет по мне взглядом и пройдет мимо. Он выглядит уставшим и замученным. Похоже, в офисе он не спал, а работал все эти два дня. Спустя полчаса Дерек все же спускается на кухню как раз тогда, когда стол уже накрыт. Я сделала это на интуиции и не прогадала. Мужчина голоден, а значит нервировать его еще больше точно не стоит.

Не отвлекаю его от ужина своим вниманием, переключаясь на уборку, но краем глаза все же наблюдаю. Мне нравится смотреть на Дерека, все же привлекательности у него не отнять. Он спокойно орудует приборами, не создавая лишнего шума и не раздражая. Ест не торопясь, но и не слишком медленно. Только взгляд инквизитора немного пугает: отрешенный и пустой. Кажется, мужчина глубоко погружен в свои мысли. Что-то произошло в Инквизиции, что заставило его так сильно и серьезно задуматься. Мне любопытно, но лезть к нему с вопросами будет неуместно.

Мы не говорим ни за ужином, ни после. Дерек уходит и закрывается в кабинете, не удостоив меня и граммом внимания. Я заканчиваю все, что можно было сделать в доме, а потом неуверенно застываю перед запертой дверью. Когда его нет дома, я знаю, как поступать. Но если инквизитор вернулся с работы, что мне делать? Я же не запру дом вместе с ним, а значит мне нужно сообщить о том, что собираюсь уйти.

Два легких удара кулачком по двери кабинета. Он же услышит? Сомнения в этом начинают появляться спустя пять минут тишины, которые я в тишине стою у входа. С ним все в порядке? Я успеваю заволноваться, прежде чем дверь с глухим щелчком открывается.

– Ведьма, – я встречаюсь с задурманенным взглядом. Он там что, пил сам с собой? Не думала, что инквизиторы страдают алкоголизмом… Или мне попался отдельный экземпляр? Что же все же произошло сегодня в Инквизиции, что мужчина так нервно отреагировал.

– Господин Дерек, я могу идти домой? – Игнорирую его состояние и спрашиваю интересующее меня. Вряд ли он обрадуется, если какая-то незнакомка будет приставать к нему с личными или тем более рабочими вопросами.

– Домой… – Так задумчиво. Мужчина не в себе, но все же сосредотачивает взгляд на мне. – Иди. Двери оставь так.

Я ухожу, постоянно оглядываясь. Понимаю, что вряд ли кто-то решится сунуться в дом инквизитора, только волнение никуда не пропадает. Может нужно было остаться с ним? Я ничем бы ему не помогла. Поговорить? Он не хотел разговаривать. Иногда после тяжелых событий лучше побыть одному, смириться и принять произошедшее. Знаю это по себе.

Дом встречает меня чистотой и уютно горящими лампами. Я задержалась сегодня, на улице несмотря на летний день уже начало смеркаться. Роберт сидит за столом и листает одну из моих книг. Анатомия животных – интересный выбор. А ведь на полке стоят и исторические книги, и даже простые романы.

– Привет, – привлекаю я внимания мальчишки, чем заставляю его взволнованно встрепенуться. Он неуверенно прикрывает книгу. Переживает, что я буду против?

– Здравствуйте, леди Рози, – приветствует меня паренек, поднимаясь со своего места.

– Понравилась книга? – Интересуюсь я.

– Очень, – признается Роберт, а потом уточняет: – Вы не против, что я буду ее читать?

– Разумеется, нет, – улыбаюсь ему. – Могу взять тебе еще книг в библиотеке, если хочешь.

– Не стоит, я пока эту изучаю.

Ну что за милый ребенок? Давно мне не встречались такие. Любознательный, ответственный и серьезный. Как же мне повезло с помощником. Пока я ужинаю, мальчик заваривает нам чай. Я расспрашиваю его, как прошел день и чем он занимался. Помимо ухода за птицами Роберт починил дверцу на вольере к белым голубям и сделал нормальную поилку оленю. Он рассказывает о своем дне коротко, но не упускает и мельчайших деталей.

Весь следующий день я провожу в заботах по дому инквизитора. Приходится дважды ходить на рынок, чтобы купить продукты и прочую чепуху. Сам же мужчина не показывается мне на глаза, хотя я слышала его шаги из спальни в кабинет. Все же ночевал он в своей комнате, а не пил всю ночь – это определенно радует.

Я выхожу на улицу, чтобы вновь сходить в магазин. Мне нужно купить свежего хлеба в соседней пекарне, потому что без него ужин получится неидеальным. Солнце на улице уже не так сильно печет, поэтому можно немного насладиться погодой. Вдыхаю свежий вечерний воздух и замираю… Этот запах ни с чем нельзя спутать. Запах смерти и отчаяния, запах очередной мертвой ведьмы, запах костра на главной площади города…

С минуты на минуту еще одна ведьма лишится своей жизни. Что же она натворила такого ужасного? Последнее время чаще стали выносить приговоры с заключением и каторгой, чем казнь. Сжигают только тех, кто творил по-настоящему страшные вещи. Среди ведьм много жестоких женщин, которые даже заслуживают наказания. Но все же… Костер – самое ужасное, что может ждать кого бы то ни было. Будь то ведьма или просто маньяк-убийца.

В памяти всплывает день, когда костер мог ждать меня саму. Тогда я сильно подставилась, явив свою силу многим людям. Святая Инквизиция в те годы только начала расти и буйствовала по всем фронтам. Тогда ведьму могли сжечь даже просто за то, что она ведьма. В те годы у меня была ученица – совсем юная девушка, мечтавшая постичь все заклинания на свете. Она была достаточно сильной ведьмой и прилежной ученицей. А еще очень верной и преданной. Девушка видела во мне что-то… Считала меня чуть ли не своей матерью.

Мы тогда только приехали в город и искали ночлег. В таверне нас обозвали распутницами и хотели выгнать. Я превратила все золото владельца в навоз, а одежду всех присутствующих распылила. Вроде бы невинное действие, может быть обидное и наглое, но безобидное. Но Инквизиция посчитала иначе. На нас напали прямо в номере, который мы сняли в соседней гостинице.

Я была в ванной и не слышала происходящего. Тиара же запечатала двери ко мне и взяла всю вину на себя. Если бы я только успела… Если бы я чуть меньше наслаждалась жизнью и плескалась в ванне… Я бы успела спасти девочку! Ей было всего двадцать лет. По сравнению со мной она еще ребенок, который даже не начал жить.

Даже выйдя из ванной комнаты, я не заподозрила неладное. В комнате все было на своих местах, а двери были аккуратно закрыты. Тогда я решила, что моя ученица спустилась в таверну внизу. И лишь спустя несколько часов, не найдя ее там, мне стало понятно, что произошло неладное…

Я бежала со всех ног, надеялась успеть… Я не боюсь этого чертова костра! Пусть бы лучше сожгли меня, ведь это я колдовала. Но время было неумолимо. Я потратила его слишком много впустую. На площади полыхал огромный костер, в центре которого стояла Тиара. Платье девушки уже поглотил огонь, по ее щекам текли слезы, но она не кричала… Кажется, просто не могла издать и звука.

Я проталкивалась к ней, надеясь потушить этот чертов огонь. Ожоги можно вылечить, главное, чтобы она была жива. Толпа зевак гулькала и радовалась происходящему. Они с восторгом смотрели, как заживо сгорает живой человек, и кричали «Смерть ведьмам!». Уроды… Когда я уже была в пределах действия заклинаний, когда удалось оттолкнуть последнего человека, было уже слишком поздно. Передо мной был один огонь, в котором я видела ее остекленевшие глаза. Как бы ни была сильна ведьма, воскрешать мы не в силах. Если тьма забрала, то уже безвозвратно.

Эти ужасные воспоминания вспыхивают в моей голове каждый раз, когда жгут костры. Я даже не пытаюсь отогнать кошмарные картины прошлого, просто принимая их. Произошедшего не изменить, как бы мне ни было больно.

– Нужно купить хлеба и возвращаться, – говорю я сама себе вслух, только чтобы прийти в себя. Идти в дом инквизитора в таком состоянии не хочется, но выбор невелик. Возможно, он как и вчера будет игнорировать мое существование. Да, так было бы лучше.

Я возвращаюсь в дом, накрываю ужин и ухожу на кухню. Мне хочется побыть одной и отвлечься. Я завариваю себе травяной чай и шепчу короткое заклинание, которое добавит ему успокаивающий эффект. Сейчас мне все равно, что я нахожусь в доме инквизитора и уже под наблюдением за использование колдовства. Воспоминания давних лет слишком горькие на вкус.

– Поужинай со мной, Рози, – в дверях стоит Дерек. Он не смотрит на меня, говорит это будто пустоте, но я понимаю, что зовет мужчина все же меня. Да и некого больше.

Коротко киваю ему, ставлю заварник на поднос и беру две небольшие кружечки. Инквизитор выглядит все таким же подавленным и уставшим, как и вчера, только теперь ведет себя адекватнее. Мой успокаивающий чай сейчас пригодится нам обоим.

– Расскажи о себе, – просит он за ужином. Кажется, этот же вопрос я еще недавно задавала Роберту, когда принимала его на работу. В нем нет ничего особенно, но я не люблю рассказывать о себе лишнее, поэтому всегда уточняю.

– Что Вы хотите узнать?

– Сколько тебе лет? Как давно начала колдовать? Почему осталась в таком большом городе? – Задает наводящие вопросы мужчина.

– Мне, – я немного запинаюсь. – Двадцать. Я владею магией всю свою сознательную жизнь. В этом городе я нашла дом, поэтому и осталась здесь.

– Совсем юная ведьма, – удивляется он. – Ты умная, раз до сих пор не спалилась Инквизиции.

– Но не совсем, раз оказалась в вашем доме, – грустно замечаю я.

– Надеюсь, что до этого ты не совершала ужасных поступков, – голос инквизитора звучит вопросительно, но это больше утверждение. На самом деле он не хочет знать ответ. Я совершала много всего, и нередко это были ужасные вещи, о которых я никогда никому не расскажу.

– Ведьмы бывают не только плохими, – отвечаю ему я, пусть даже речь сейчас идет не обо мне. Мне встречались добрые колдуньи, которые никогда не совершали ошибок. Хотя для Святой Инквизиции она тоже «безбожные твари».

– В большинстве своем, ведьмы жестокие извращенные женщины, – он говорит это отстраненно. – Разве может нормальный человек распять невинного мужчину на столбе на центральной площади, выпустить ему внутренности наружу и оставить умирать?

– А Инквизиция никогда не совершала ужасных поступков? – Злюсь от чего-то я. – Ведь на кострах сгорали заживо не только опасные ведьмы, но и совершенно невинные создания!

– Ты теряла кого-то? – Удивляется Дерек.

– Да, – успокаиваюсь я, понимаю, что это инквизитор точно не виноват в смерти моей ученицы. – Мне жаль того человека, с которым так поступила ведьма. Среди нас встречаются настоящие монстры.

Мне это известно, как никому другому. Когда-то давно я сама была не лучше таких вот чудовищ, направо и налево убивающих людей. За две тысячи двадцать лет со мной случалось многое. И в некоторые периоды времени я теряла контроль над собой, предпочитая отдаться ярости и тьме. К счастью, разум всегда возвращался ко мне рано или поздно. Иногда сам, иногда с помощью других, но я приходила в себя после всех своих безумий. Ведь Тиара была одной из тех, кто помог мне обрести покой на недолгие два года…

– И мне жаль, что иногда на костер попадают невинные, – он протягивает руку к заварнику и разливает мой особый настой по кружкам.

Пара глотков этого напитка дарят нам покой, которого так не хватало весь день. Возможно, это заслуга не только чая, но и душевного разговора, пусть и такого короткого. Когда хочется побыть одному и выплакать горе, не всегда стоит это делать. Когда рядом есть человек, способный понять твою боль и разделить ее, не нужно отворачиваться от него. Лучше быть рядом, излить душу, пусть и не говоря всей правды.

Мой инквизитор нуждается во мне так же, как и я в нем в эту самую секунду. Даже сидеть вот так вот в тишине с ним оказывается приятно. Общество мужчины не гнетет, а умиротворяет. За окном солнце бессовестно скрывается за горизонт, позволяя миру погрузиться сначала в легкие сумерки, а затем в полный мрак. А мы продолжаем пить травяной чай и делиться душевным теплом, или же холодом, кто знает. В любом случае мне становится чуточку легче. Надеюсь, что Дереку теперь хоть на грамм так же спокойно, как и мне.

– Мне пора домой, – вдруг понимаю я, когда комнату освещает лишь свет одинокой лампы.

– Останься сегодня, – что-то на грани просьбы и приказа.

– Но, – пытаюсь возмутиться я.

– На улице темно и опасно. Давай не будем подвергать опасности ни тебя, ни бандитов, – Дерек пытается шутить, или мне показалось? – Я бы хотел еще посидеть с тобой и поговорить. Ведь у тебя уже есть помощник, да?

– Да, – признаюсь я, а потом соглашаюсь. Пусть этот вечер и дальше будет нашей маленькой исповедью перед друг другом. Мне не хочется нарушать наше приятное общение и иллюзорное спокойствие.

Глава 7

Мы перебираемся из кухни в гостиную, чтобы продолжить наш тихий вечер. Инквизитор разводит огонь в камине, закидывая туда свежие, вкусно пахнущие хвоей дрова. Треск огня создает в комнате особенную домашнюю и уютную атмосферу, располагающую к душевным разговорам. Я присаживаюсь на край дивана, поправляя юбку платья. Мне хочется выглядеть привлекательно и опрятно, пусть даже я работаю в этом доме всего лишь прислугой. Только Дерек совсем не смотрит на меня, его взгляд прикован лишь к переливающимся языкам пламени.

Мы долго молчим, погруженные в свои мысли. Кажется, каждый из нас не знает с него начать разговор. Между нами остается эта легкая неловкость, портящая прекрасный вечер. Все же мы совершенно чужие друг другу люди – не стоит об этом забывать. Взаимный интерес еще ничего не значит. Но я не жалею, что осталась этим вечером с этим мужчиной. Даже тишина в его компании гораздо приятнее. Мне бы не хотелось возвращаться домой с плохими мыслями, навеянными горьким прошлым. Птицы всегда чувствуют мое состояние и начинают волноваться, а Роберту я доверяю, он справится и без меня.

– Это ведь достаточно древние картины? – Решаюсь первой начать разговор я, хотя бы на такую отдаленную тему.

– Да, – Дерек поднимает взгляд на стену, где висят те самые творения гениев прошлого. – Они достались мне от матери. Она всегда восхищалась ими, да и любила истории о тех временах. Говорят, тогда магия была совершенно иной. Да и Инквизиции еще не существовало…

– Этим событиям более трех тысяч лет, – подтверждаю я. Они были за долго до моего рождения, но легенды о них всегда ужасали. Прорвавшиеся в наш мир твари были чудовищными. Хорошо, что даже если это правда, то она уже давно в прошлом. – Какой была твоя мама?

Сама не знаю, зачем я это спросила. Но ведь вопрос о родных не такой предосудительный? Я не мастер вести светские беседы, поэтому чисто интуитивно выбираю самые нейтральные темы.

– Я ее почти не помню, – отстраненно отвечает мужчина. – Только самое детство, как она рассказывала сказки и пела. У нее был очень красивый голос, такой родной.

На лице Дерека появляется легкая мечтательная улыбка, он вспоминает свое прошлое, то хорошее, что в нем было. Большинство людей с нежностью говорят о детстве и родителях, каким бы суровым не было их взросление.

– А какой была твоя? – Он отвечает мне взаимным вопросом, все же обращая свой взгляд ко мне.

– Это было слишком давно, – улыбаюсь я, не сразу понимая, что отвечаю не совсем то, что нужно. Мои слова расходятся с моей историей, поэтому приходится замолкнуть.

– Тебе же всего двадцать, это не так уж и давно, – тихо усмехается мужчина, а я понимаю, что чуть не прокололась.

– Она была красивой, – наверное, это все, что я могу сказать о той женщине, которая родила меня тысячи лет назад. – Она не была для меня матерью. Просто подарила жизнь, за что я ей бесконечно благодарна.

И снова это неловкое молчание. Все темы сегодня оказываются слишком печальными и угнетающими. Даже успокаивающий отвар не спасает от этого уныния. За окном раздается раскат грома. Похоже у природ сегодня тоже плохое настроение, иначе зачем бы она так расстраивалась и портила погоду.

– Гроза, – оборачивается Дерек к окну. – Хорошо, что ты осталась. Снова бы промокла.

– Ты вновь меня спас, – соглашаюсь, хотя прошлое спасение было весьма сомнительным. Я только сейчас понимаю, что мы перешли на «ты» в разговоре. Общение сразу стало чуточку проще, но и в тот же момент каким-то более интимным.

С очередным раскатом грома я вздрагиваю. Никогда не любила грозу – холодно и мокро, а еще очень громко и ярко. В общем, все «слишком» для меня. Мне больше по душе легкий прохладный ветерок в теплый солнечный день. Да с грозой в моей жизни было связано слишком много неприятностей. В один из таких дождливых и холодных дней я осталась совсем одна в этом огромном мире… А в другой…

***

– Гори, Ведьма! Гори! – Толпа кричит, совершенно не жалея юную и глупую девушку только что лишившуюся смысла жизни.

Я даже не сопротивляюсь, когда меня волоком тащат на костер и привязывают к злополучному столбу. Мое платье изодрано в хлам, на ногах ссадины, а по щекам льются слезы. Почему все это происходит именно сегодня? Мой любимый Эрик… Его холодное тело лежит в сырой земле, а я стою в разгорающемся пламени.

Раскат грома распугивает толпу, заставляя нехотя разойтись, оставляя меня горевать и гореть в пламене наедине с собой. Только Тьма внутри меня принимает другое решение, вырываясь и смешиваясь с огненными всполохами.

Этот день становится последним не только для меня, но и для всей деревни. На месте когда-то процветающей деревушки уже завтра найдут черный обугленный пустырь. Нетронутыми останутся только могилы на кладбище… А я проснусь в новом теле и новом городе, совсем в другой части страны.

***

Воспоминания вызывают бунт мурашек по коже. Гроза за окном уже вовсю бушует, а треск камина уже не кажется таким уютным и согревающим. Мне грустно и холодно…

Дерек поднимается со своего места, берет плед, сложенный у камина, и подходит ко мне. Он накрывает мои плечи теплым шерстяным пледом с пушистым ворсом, задерживает руки на моих плечах на несколько секунд дольше необходимого, а потом легко касается щеки. Удивленно наблюдаю за происходящим, не предпринимая никаких действий, но отвлекаясь от дурных мыслей.

– Это всего лишь гроза, – тихо говорит он, а после отходит и вновь садится на противоположную сторону дивана.

Чувствую себя немного растерянно. Мужчина ухаживает за мной? Или как мне расценивать его поступки? Я давно не юная девочка, но поведение этого конкретного человека все же вызывает долю непонимания. Дерек привлекателен для меня, любопытно, что же он испытывает ко мне. Тем более, что дальше мы вновь молчим!

Я довольно сильно устала за последние дни, да и эмоционально вымотана. Сегодня день плохих воспоминаний. Успокаивающий чай обладает еще и легким снотворным эффектом, а шум дождя за окном заставляет глаза закрываться. Я не замечаю, как засыпаю прямо на диване.

Просыпаюсь рано утром – привычку вставать с первыми лучами солнца не искоренить. Осматриваюсь вокруг: я лежу на просторной кровати, укрытая все тем же мягким пледом. Мои туфли аккуратно стоят на полу. Хорошо хоть платье на мне, но это с какой стороны смотреть, ведь теперь оно измято в пух и прах. Поднимаюсь и пытаюсь исправить ситуацию, но мой внешний вид настолько ужасен, что хочется плакать.

Умываюсь, пытаюсь пригладить косу, но получается еще хуже! Мне бы сейчас помогла магия, вот только это будет слишком очевидно. Приходится лишь грустно вздохнуть и идти вниз в отвратительнейшем виде. Пока спускаюсь по лестнице, строю коварный план сбегать днем домой и переодеться, может удастся до этого времени не столкнуться с Дереком.

– Доброе утро, Рози, – раздается за спиной, пока я аккуратно крадусь по лестнице. Вздрагиваю, будто совершила какое-то преступление. Я не услышала шаги мужчины? Какой позор!

– Здравствуйте, господин Дерек, – приветствую мужчину спиной. Пусть с той стороны я не менее помятая, но хотя бы не так стыдно. Ведь он донес меня до комнаты, уложил в кровать, разул и укрыл! Такая забота о какой-то ведьмочке… Еще и от инквизитора!

– Как спалось? – Он спускается вниз, приближаясь ко мне все ближе и ближе. Останавливается за спиной, непозволительно близко, но не прикасается.

– Хорошо, – кошусь глазами вбок, только мужчина все также вне зоны видимости. – Прошу прощения, что доставила Вам хлопоты.

– Мне было совсем не сложно отнести тебя. Ты словно пушинка, такая легкая и мягкая. – Его слова звучат приятно, немного смущая. – Мне нравится прикасаться к тебе, Рози.

В подтверждение своих слов мужчина совершенно невесомо поднимает руку, кончиками пальцев касаясь моей спины. Он скользит вдоль позвоночника между лопаток к шее, а затем обратно. Я чувствую, как он осторожно развязывает ленту на моей косе. Мужчина медленно, никуда не торопясь, расплетает мои волосы до тех пор, пока они не рассыпаются густой копной по спине. У меня по коже бегут мурашки, настолько это все невинно и откровенно одновременно.

– Обернешься? – Просит меня Дерек.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.