Анастасия Бартенева
Студенты по обмену. Староста боевого факультета

❧Пролог

Двести лет назад на наш мир напали Назглы – отвратительные чудовища с неимоверной силой и способностью поглощать магию. Они были похожи на огромных тарантулов с шестью глазами, острыми как лезвие жвалами, пастью, усыпанной несколькими рядами мелких, острых, ядовитых зубов. Их хитиновый панцирь не брал металл, а боевые заклинания пропадали в их глотке, не ранив ни снаружи, ни изнутри. Паукообразные твари нападали в ночи на мирные поселения, безжалостно разоряя целые деревни и небольшие города всего за пару часов. Они словно выпивали магов, а у простых людей, не имеющих магических способностей, поглощали жизненные силы, тем самым убивая в одночасье. В народе этих огромных тварей прозвали «переростками».

В то страшное время два ранее враждующих государства – АйнКрад и Сальярис – пошли на перемирие, объединив силы в борьбе с этой нечистью. Сальярцы, наделённые магией от рождения, встали на пути Назглов, как первая оборона мирного населения. АйнКрадцы же, что были не одарены магически, с помощью древних ритуалов, нанося на свои тела татуировки демонов, научились заключать в своих телах демоническую сущность и пользоваться той силой, которую подчинили себе. После чего цвет глаз, дарованный им при рождении, навсегда становился чёрным. Так ряды людей пополнились "разрисованными" войнами, увеличив общее число бойцов.

Но даже перемирие и силы двух государств не могло противостоять тварям, что питались магией и уничтожали всё на своём пути. Люди не приближались к победе, напротив – проигрывали и отступали, теряя в боях сильных воинов и великих лидеров. Множество постигла ужасная смерть в неравных схватках с той нечистью. Маги, уходящие на бой, порой пропадали без вести. Монстры постепенно теснили жителей прекрасных городов, заставляя их уходить всё дальше на морозные северные скалы и знойные южные земли.

Тогда-то мой прадед Эолзер Сальярис, сильнейший Артефактор и младший сын короля, не претендующий на трон, набравшись храбрости и вооружившись до зубов, ушёл из-под безопасных стен южного дворца на завоёванную Назглами территорию. Долгие месяцы не было вестей от него, и лишь спустя полгода, когда все уже смирились с гибелью принца и оплакали его, Артефактор неожиданно вернулся. В тех лесах он не сражался, а лишь выживал и изучал Назглов. Именно там нашёл он способ борьбы с ними. Эол, наблюдая за беспощадными тварями, обнаружил их уязвимость перед ярким солнечным светом. Поэтому те атаковали поселения и охотились в основном после заката. Их глаза оказались очень чувствительны к свету, а огромные тела с трудом переносили жару. Назглы гораздо реже встречались близь людских поселений, что распростёрлись дальше к экватору, где ночью и днём, зимой и летом было почти одинаково жарко.

Научившись заключать яркий пучок света в кристаллическом артефакте, Эол вернулся в селения людей и поделился своим открытием. Это был первый шаг к победе.

Как только были созданы действующие солнечные столпы и собраны остатки боевых магов, были сформированы специальные отряды, что стали шаг за шагом отвоёвывать людские территории и освобождать земли от всепоглощающего зла. Но магический свет не губил Назглов, а лишь заставлял отступать. На возвращение утраченных территорий ушло ни много ни мало почти пять лет. За это время Эол усовершенствовал артефакторные столпы, сделал их чувствительными к Назглам и активирующимися при их приближении. Маги-артефакторы, кузнецы и простые люди – все, кто не воевал в открытую с монстрами, помогали в изготовлении защитных столпов. Люди установили их на, отдалённой ранее, нейтральной территории, и когда всё было подготовлено к наступлению, АйнКрадцы и Сальярцы силой света и мастерством магии загнали переростков в отведённую монстрам "клетку". Там прожорливые монстры не могли охотиться на магически одарённых людей, что всегда служили для них пропитанием, и вскоре стали вымирать. Самые молодые особи переростков ушли высоко в скалы доживать свой век. Территорию, ограждённую столпами, стали называть «мёртвыми землями» и воспретили вход, во избежание возможных людских смертей.

На этом, казалось бы, война окончена. Противник повержен. Не убит, но изгнан и приговорён к долгой и мучительной голодной смерти. Младший сын короля, Артефактор Эолзер, за заслуги перед людским родом был коронован и вписан в летописи, как великий спаситель мира. Его имя стало частью гордой фамилии королевской семьи Сальярии. Восстановлены города и сёла. Построены Академии магии для воспитания и обучения новых защитников нашего мира. Однако, спустя годы, государства АйнКрад и Сальярис вновь разделились. Магически одарённые люди и приручившие демонов – «Кхелов» – маги снова отдалились от друг друга.

Но откуда взялись Назглы и в чём их истинная природа, неизвестно до сих пор…

❧Глава 1. Мирный договор

Территория Сальярис.

Ближайшее поселение к Мёртвым землям.

Несколькими месяцами ранее.

Двое молодых студентов бежали по лесу без оглядки. В полумраке, едва различая путь сквозь чащу, в спешке расталкивая торчащие ветви кустарников, они стремились в сторону, где, как казалось, ждёт спасительный свет. Их глаза были наполнены лишь отчаянием и леденящим душу страхом настигающей и ужасной смерти. Не было никаких сомнений – достаточно лишь одного краткого мгновения, чтобы понять, что за чудовище выпрыгнуло из тени навстречу молодой паре влюблённых, гуляющих в сумерках спокойного леса слишком близко к окраине…

Зло из забытых рассказов прадедов. Враг, чьё имя уже перестали называть. Сама смерть в её истинном, ужасающем облике. И сейчас эта смерть настигала их с неимоверной скоростью. Они бежали рядом, юноша чуть позади своей спутницы старался любыми способами защитить её, отчаянно и не глядя, бросая в тварь все боевые заклинания, что только приходили на ум. Но редкие вспышки магии, достигая свою цель, лишь на мгновения освещали кроны высоких деревьев и тут же угасали, будучи поглощёнными ненасытным созданием.

Силы убывали, в горле стоял привкус крови, лёгкие горели огнём. Ноги предательски сбивались с ритма и наливались свинцом от усталости. Сбив дыхание, девушка споткнулась о корни деревьев и упала в тёмную густую траву. Парень догнал её и моментально выдернул с земли. Пара не успела сделать следующий шаг, как их настигло чудище. Огромная паучья лапа обхватила тело хрупкой девушки и резко подняла над землёй.

В чаще раздался пронзительный крик. Все попытки вырваться из мощных лап твари были тщетны, грудную клетку сдавило, тут же задушив вопль глубоко внутри. Глаза девушки отчаянно устремились вниз в поисках своего спутника. Парень увидел их лишь на миг – в них зияла пустота безысходности.

Монстр, открыв ужасающую пасть и обнажив ряды клыков, стал вытягивать из неё жизненные силы. В решительной последней попытке юноша начал произносить боевое заклятие. Но реакция зверя была молниеносной: резким ударом массивной лапы маг был повален на землю без возможности двигаться. Послышался хруст костей и сдавленный вопль. Парень уже не видел свою спутницу, лишь слышал прерывистые звуки её угасающей жизни. Тело девушки быстро обмякло. Паукообразная тварь швырнула её, словно куклу в сторону, и обратила свой взор на вторую жертву.

«Не вырваться… не спастись! Нужно хотя бы предупредить остальных!» – пронеслось в голове парня.

Чувствуя, как магические потоки стали стремительно покидать его тело, заменяясь разливающейся болью, он собрал все свои силы в последний раз и медленно произнёс заклинание. Опавшая наземь ладонь мага раскрылась, и с неё вспорхнула маленькая огненная бабочка, моментально унёсшаяся вдаль с вестью о надвигающейся угрозе. Послание упорхнуло, оставляя чудовище в кромешной тьме, наслаждаться до остатка всеми крупицами магических и жизненных сил второй своей жертвы. Спустя несколько минут, оставив в лесу два безжизненных и иссушенных тела, тварь развернулась и бесшумно скрылась в лесной чаще. Направившись в сторону мёртвых земель к своему голодному выводку.

***

Наши дни.

Территория АйнКрада.

Утро для меня выдалось поганей некуда. Голова трещала из-за вчерашней "прощальной" вечеринки, по случаю внезапного отъезда и похорон моей молодости. Ведь именно вчера утром отец после долгих прелюдий назвал имя моей будущей невесты. И не просто невесты, а Аристократки с зубодробительным именем. Когда я стал закипать и перестал стесняться в выражениях, отец пресёк мой словесный понос простым: «ЭТО во благо семьи!». И эти слова взбесили окончательно. Ведь последняя фраза означала лишь одно – протесты не принимаются, отцовское слово – закон.

«Ну-ну… Мы ещё повоюем с моим Мраком, за нашу свободу!» – думал про себя я, стоя перед венценосным родителем.

Вот и напился со старыми друзьями от радости, отмечая "прекрасную" новость, сбежав от охраны. Ну и… перебрал чутка. Ну, как чутка… Драка в баре, порча имущества, которое вряд ли уже подлежит восстановлению и несколько здоровых лбов, что ближайшие пару дней будут отлёживаться у целителей.

«А так, всё замечательно… просто дальше некуда. Я ЖЕНЮСЬ!!»

Да и отъезд в чужие земли не поднимал настроения. Для многих Айнов – это первые шаги к налаживанию мира, новых переговоров, открытию торговых путей, но для некоторых – просто несусветная глупость. Особенно для тех, кто ещё помнил, что с Сальярийцами пятнадцать лет назад шли ожесточённые бои за нейтральные земли и имеющиеся там в горных хребтах запасов руды.

В шесть часов вечера мы должны были отправиться через порталы не только на территорию бывших противников, с которыми несколько месяцев ранее АйнКрад заключил мирный договор, но и отучиться там несколько месяцев в неизвестной академии, наполненной "сопливыми" врагами.

И ведь ничего не предвещало беды пару недель назад. Ректор зачитал указ и предложил студентам добровольно пойти в чужую Академию, за что по возвращению на родину их ждут бонусы на экзаменах. И, конечно же, в эту добровольную компанию записалась моя младшая сестра – Террария. И мне не оставалось ничего другого, кроме как пойти к ректору Академии и вписать себя в добровольцы, уговорив и лучших друзей поступить так же.

И вот стоим мы впятером на площади нашей академии перед чёрным магическим кольцом дымящегося портала с небольшими пожитками, одетые в тёплые меховые накидки, и слушаем наставляющую речь нашего ректора. А он, зараза, соловьём разливается, вещая о нашем геройском поступке. Наши студенты вместо гуляний в воскресный день от любопытства повысовывались из всех имеющихся окон, того и гляди сейчас поваляться. Некоторые смотрят на нас как на героев, другие же, как на будущих мертвецов, которых уже никто и никогда не увидит. Несколько знакомых девчонок пустили скупую слезу. А некоторые из них, поймав на себе мой взгляд, одними губами прошептали: «Я буду тебя ждать, Тайрен!».

«Вот неугомонные, сказал же, что после одной ночи ничего серьёзного между нами быть не может! А всё ещё надеются на чистую и светлую любовь. Дурочки!Они лишь закуска для моего демона и с учётом его вкуса, так себе… пресноваты!Никакой остринки, никакой перчинки! Ну, что ж, надеюсь, на пару недель силы от нашей близости мне хватит, чтобы продержаться в "Чёртовой Академии"и не поехать крышей из-за моих гормонов и голода демона.»

Рядом, сияя от счастья, стоит сестра с гордо расправленными плечами и прямой спиной, будто кол проглотила. Свои тёмно-вишнёвые волосы перед отправкой она остригла ещё короче и теперь напоминала больше мальчика, чем красивую и благородную Аристократку. Выдавали в ней женщину лишь пухлые губки, наличие груди, скрытой под меховой накидкой, и искрящиеся от любопытства глаза, что у всех «Покоривших демонов» АйнКрадцев были чёрными, как тьма.

Наш вечный телохранитель, здоровяк – Кейн КовЭ́р, приставленный к сестре отцом, держался позади Терры и пристально осматривал портал перехода на наличие угрозы. А ведь и не скажешь по громиле, что мы с ним одногодки. Выше меня на пол головы, да и плечами шире. И как бы я ни выспрашивал его, что он жрёт, чтоб такой детиной вымахать – Кейн лишь пожимал здоровенными плечами, надменно ухмыляясь. И ведь умеет быть незаметным с такими габаритами. Сколько раз незаметно умудрялся следить за Террой, пока та на свиданки пыталась сбежать. А сколько парней переломал, которые руки распускали… Кейн – мужик что надо, за сестрой даже лучше меня следит, за что часто и получает от неё словесный нагоняй. Но хорош, чертяка. Чёрные, как смоль волосы, подчёркивают чёрные демонические глаза. Девчонки восторженных взглядов с него не сводят, приглашают к себе на ночь, но тот никогда не поддаётся на уговоры. Мол, неинтересны ему легкодоступные красотки. Ему скромницу подавай! Только где в АйнКраде таких найти?! Вымирающий нынче вид, блин!

Два лучших друга – Деггер Пайсон и Сангр Луррус – стоят позади меня. Те самые, что кутили со мной вчера в забегаловке и устроили потасовку. И ведь не разняли меня и того здоровяка, а только больше придали драке огня. И стоят, зараза, не шатаются, даже улыбаются – будто и не выпили вчера, каждый по семь кружек хмельного со мной на пару.

Деггер Пайсон – наш потомственный зельевар. С любой дряни может яд сварганить и за минуту определить наличие в еде любых примесей – что тоже плюс. Сестру оберегать надо со всех сторон. Мало ли кто нашу девочку травануть или приворожить захочет. Пайсон, из всех нас самый приметный, потому что – блондин. Высокий жилистый блондин. Вот повезло оболтусу. Понравившейся девушке подмигнул чёрным глазом и всё – ночь эмоциональной подпитки Кхела обеспечена.

Ну и, конечно же, Сангр Луррус. Наш черноволосый ловелас и стратег в одном флаконе. Так уламывать девушек и укладывать в постель даже Я не умею! И ведь ни одного отказа. Ни ОДНОГО! А список его личных побед нескончаем и только множится со временем. Язык так подвешен, что по окончании академии ему точно в делегацию послов идти надо. Любого к себе расположит и выбьет нужные бонусы, опомниться не успеют, как всё подпишут.

И они, включая КовЭ́ра, будут единственными в этой "Чёртовой Академии", кто знает наш настоящий статус с сестрицей. Им я всеобъемлюще доверяю свою жизнь и жизнь Терры.

Голова гудит, а холодный пронизывающий ветер и колкий снег только портят настроение ещё больше. Наконец ректор Сайленс закончил свою душещипательную речь и отошёл от портала, открывая нам дорогу. Кротко переглянувшись, мы вместе смело вошли в переход.

***

Территория Сальярис.

Боевая Академия «Эолзер».

За короткое мгновение ледяные порывы ветра сменились лёгким душным бризом, а яркое, слепящее солнце скрылось из виду. Проход через портал – это лишь один шаг, но ощущается этот шаг всегда словно завершающий шаг не лёгкого, многочасового похода.

По ту сторону нас встретил мужчина лет сорока-сорока пяти, что был облачён в чёрный костюм с золотой витиеватой вышивкой на лацканах кителя, с тёмными короткими волосами, с сединой у висков и пронзительным зелёным взором. И кроме него, на академическую аллею нас больше никто не вышел поприветствовать. Никого из местных студентов видно не было. Из-за разницы во времени на территории Сальярийцев был уже вечер, а точнее десятый час. И, по всей видимости, близился отбой.

– Добрый вечер, адепты! Добро пожаловать в Сальярию! – будто шаблонно прозвучал голос приветствующего нас мужчины. – Я – Ректор Академии «Эолзер», Ричард де К`ярг, – мужчина кивнул нам и протянул руку ладонью вверх, намекая об ответном приветствии.

Шагнув вперёд, я представился первым:

– Адепт – Тайрен Зерхо.

Сестра, поравнявшись со мной, громко назвала себя:

– Адептка – Террария Зерхо.

Рядом с Террой сравнялся её вечный телохранитель КовЭ́р и представился ректору, чуть кивнув головой. Рядом со мной встали друзья и, следуя нашему примеру, так же назвали себя.

Кейн рассматривал Сальярийца иным зрением и хмурил густые брови. Да и ректор изучал нас зелёным взором не просто так. Он тоже перешёл на иное зрение и сейчас рассматривал магический резерв и наш потенциал. И судя по лицу – ему всё нравилось.

– Я провожу вас до вашего жилого блока, – негромко проговорил ректор и махнул на возвышающееся здание позади него.

Академия с первого взгляда казалась огромной крепостью с возвышающимися остроконечными башнями, добротными каменными стенами, большими окнами и больше напоминала дворец южан, чем боевую Академию. Все коридоры внутри освещались магическими кристаллами, которые крепились вместо факелов к стенам. Но и факелы встречались на пути, только они не горели – видимо, служили декором.

Ректор бегло рассказал, где находятся учебный корпус, полигоны, библиотека и обеденный зал – изредка указывая направление рукой. Он спокойно шёл впереди, не боясь удара со спины. И что было странно – К`ярг не излучал никаких эмоций и магического фона, присущего всем Стихийным магам. В его голосе не было ни радости, ни агрессии в нашу сторону, поэтому нельзя было сказать, как он сам относится к программе по обмену.

Жилой корпус находился недалеко от учебного, и тоже представлял собой небольшой дворец с башнями – совсем непохожий на нашу Академию. АйнКрадцы придерживались более строгих правил в отношении строительства. Да и наша Академия была объединена с жилым корпусом тоннельным переходом, что с учётом низких температур и сурового климата было весьма удобно.

«Посмотрел бы я на заснеженное, промёрзшее общежитие, из которого невозможно выйти утром и дойти до аудитории после снежной бури!»

Пока мы осматривались по сторонам, глава Академии решил ввести нас в курс дела.

– В Академии несколько факультетов. Для удобства каждый имеет свой цвет – что присутствует на форме одежды. Щитовики – носят синие кителя; Целители – зелёный; Мастера порталов и тёмные маги – чёрный; Артефакторы – жёлтый; Предсказатели – белый. Вы зачислены на основной, боевой факультет. Цветом вашей формы станет тёмно-вишнёвый. Но вы не увидите ни одного однотонного адепта на боевом факультете! – добавил мужчина, улыбнувшись одним лишь уголком губ.

– Почему? – тут же поинтересовалась любопытная сестра, поравнявшись с Сальярийцем.

– Потому что мы развиваем потенциал наших адептов. Воспитывая в них не только Стихийную магию, но и дальнейший профиль. Ведь не все из них пойдут защищать границу или устранять стихийные бедствия. Многие захотят осесть в больших городах став, к примеру, Артефакторами или Лекарями. Стихийная магия студента тоже отмечена символом – вы разберётесь при обучении.

Зайдя в жилой корпус, ректор поднялся с нами на последний пятый этаж и указал на дверь жилого отсека. На массиве дерева вместо номера, как на других, висела табличка с выцарапанной надписью «логово».

– Располагайтесь в комнатах. Там для вас уже приготовлена форма для теоретических занятий и форма для практики на полигонах. Также вы найдёте расписание занятий и номера аудиторий. Надеюсь, не потеряетесь. Завтра вы познакомитесь со Старостой вашего факультета, который и введёт вас в курс дела. Ознакомит с правилами «Эолзер» и даст быструю вводную информацию. Располагайтесь, – проговорил глава Академии и открыл нам дверь в это самое «логово». – И да… ещё одна деталь! – оживлённо проговорил К`ярг, когда мы уже вошли в жилой отсек. – Заселяйтесь в открытые комнаты, а то вашему соседу не понравится, что к нему вломились без спроса… – на этом ректор качнул головой в знак прощания и скрылся за дверью, оставляя нас одних.

«Какая прелесть! Сосед по каюте. Да ещё и Сальяриец. Супер! Ну, что ж, заселяемся…»

В жилом отсеке оказалось шесть отдельных спален, одна из которых и правда была заперта и точно запечатана магией. Огромная гостиная с диваном, креслами, ковром на полу и старым камином. Всё в тёмно-коричневых тонах, никаких светлых оттенков, даже шторы были плотные и по цвету напоминали шоколад.

Гостиная была совмещена с большой кухней, в центре которой величественно стоял огромный стол с шестью стульями и целым кухонным гарнитуром. Наверное, для тех, кто предпочитал питаться вне столовой и готовить своими руками. И везде чистота и идеальный порядок.

«Не знаю, кто наш сосед, но уже уважаю в нём мужика, что так содержит своё "логово", не разбрасывая по углам одежду и конспекты.»

Оглядевшись, мы быстро разошлись по выбранным комнатам. Мне приглянулась та, что соседствовала с закрытой. Да и как лидер нашей компании я не желал, чтобы вблизи нашего "солнечного" соседа кто-то силился. Неизвестно кто он и что из себя представляет. Террария чрезмерно любопытна, дружелюбна и влюбчива, а друзья слишком… пылкие, за косой взгляд могут и драку устроить, не опасаясь последствий.

Бросив сумку на широкую постель, я снял меховые одеяния, в которых было душно и тяжело дышалось с самого момента перехода. Тёплый мех небрежно полетел на спинку стула, что стоял у добротного дубового стола.

«Мех мне теперь не скоро потребуется. Жара плюс двадцать за окном в октябре месяце!»

Оглядев интерьер, в котором присутствовали тёмно-шоколадные тона, как и в гостиной, я наткнулся на три цветные стопки. Комплект формы с тёмно-вишнёвым кителем, штанами и белоснежной сорочкой, комплект спортивной формы тоже вишнёвого цвета, видимо, для спаррингов и комплект тёмно-тёмно зелёной экипировки с запиской сверху, что гласила: «выездная практика».

«Да уж! Форму будто для нас с Террой подбирали!» – усмехнулся я своим мыслям и вышел к друзьям, которые уже успели осмотреть общее пространство и проверить на наличие каких-либо хитрых артефактов, зачарованных на слежку за нами.

Терра суетилась у плиты, сетуя на наши комнаты в Академии «Деймос», и нахваливала кухонный гарнитур, в котором нашла и чай, и сахар, и расписные чашки, и даже гору печенья.

– Ты бы не обживалась так старательно! – буркнул Кейн, следя за мелкой, что залезала своим любопытным носом в каждый ящичек и полочку.

– Ой, ребята, бросьте! Получайте удовольствия, как я, и хватит видеть один только заговор и негатив. Вот что ты ищешь под диваном Санг? – не сдержалась сестра.

Луррус посмотрел на мелкую и покачал головой, мол, ничего она не понимает.

– КовЭ́р, поставь мебель на место! Ещё отломаешь чего своими ручищами! – обратилась Террария к здоровяку Кейну, что одной рукой держал угол дивана и тем самым помогал Луррусу проверить нет ли под ним лишних ушей.

– Я тоже считаю, что это перебор, ребята! – подал голос я, входя в гостиную.

– Думаешь ректор упустит возможность следить за нами всеми возможными средствами? – вопросил Сангр.

– Но ты же ничего не нашёл, как и я! – вдруг подал голос Пайсон, что проверял окна и, ничего не обнаружив, сел за стол и принял из рук Терры прохладный чай, что был как никогда кстати в такую жару.

– И что? Считаешь, что за нами вообще не будут следить? – парировал Луррус, смотря на нашего ядовитого блондина.

– Будут! Ещё как будут! – усевшись за стол, я посмотрел на собратьев. – Адепты, учителя, ректор и в первую очередь… наш сосед. Он будет шпионом! Это очевидно, учитывая, что вы ничего не нашли! Так что ведите себя прилично, следите за языком и руки держите в карманах! Мы же не хотим, чтобы из-за нас свернули программу и поставили под вопрос «мирный договор»? – Айны согласно покачали головой, соглашаясь и присоединились к ночному обжорству.

Когда мы уже начали расходиться по комнатам, меня со спины резко крепко обняла сестра, как не делала с поступления в нашу Академию и прошептала:

– Спасибо, Рен! За то, что и в этот раз ты поступил по-своему и поехал со мной! За то, что даёшь увидеть мир и вырваться из-под надзора…

– Не за что, Терр. Ты же знаешь я на твоей стороне!

Развернувшись в её объятьях, я поцеловал мелкую в лоб и зашёл в свою спальню, понимая, что сестра начала осознавать – я не из вредности всегда рядом, а потому что волнуюсь и дорожу ей.

«И нет у меня никакого комплекса старшего брата с гиперопекой, как она утверждает!!»

Улёгшись отдыхать на большой кровати, я прислушивался к звукам, рассматривал полки с учебной литературой, пока все шорохи не стихли. Видимо, ребята после перехода потеряли много сил, а может просто прислушались к совету лечь пораньше, чтобы восстановиться. Ведь завтра мы войдём в стан врага и неизвестно, как нас примут.

Уже погрузившись в сон, я расслышал, как громко хлопнула входная дверь, и через мгновение послышался шорох в соседней, ближайшей ко мне спальне. Сквозь сон я попытался прислушаться, но везде царила тишина, что и сморила меня окончательно.

❧Глава 2. Староста боевого факультета

Следующим утром нас ждал маленький сюрприз в виде оставленного на столе кофейника, полного горячего кофе. Выпив бодрящего напитка, мы надели форму Академии, удивительным образом совпадавшую по тону с цветом волос сестры. На правом рукаве была чёрная нашивка с красной детализированной вышивкой какой-то рогатой твари, отдалённо похожей на наших Кхелов. Ребята на подобный рисунок "козлов-отпущения" повозмущались чуток, отвесили пару шуток и отправились искать нашу аудиторию, не став срывать нашивку с формы.

В учебном корпусе нас ждали разноцветные "радужные" адепты. Как и говорил ректор – факультеты отличались цветом формы. Мимо нас пробежали девушки в зелёной форме, возбуждённо обсуждая какие-то травы, что должен сегодня принести Староста, для каких-то снадобий. Задержав на нас любопытные взгляды, Сальярийки первым делом посмотрели на наши нашивки, и, увидев там "козлов", восторженно вздохнули и умчались прочь, хихикая между собой. Но не все так радостно приветствовали нас. Тихие шепотки раздавались в спину, любопытные взгляды мерещились со всех сторон, заставляя чувствовать себя придворными шутами. Несколько агрессивных эмоций были уловлены со стороны юношей в синей и чёрной форме. Никто открыто на нас не нападал, но и дружбу завязывать не спешил.

Войдя в просторную аудиторию, мы уселись на галёрке и стали ждать преподавателя по ядовитым растениям, судя по расписанию. Спустя пару минут в аудиторию строем вошли адепты боевого факультета. Все в тёмно-вишнёвой форме с разноцветными нашивками на правом рукаве широких плеч и ощутимыми магическими потоками.

Высокий русоволосый парень, первым войдя в кабинет, облегчённо выдохнул и, обернувшись к своим одногруппникам, возвестил:

– Выдыхайте, «Цербера» нет! Вся аудитория в нашем распоряжении! – но посмотрев вверх, наткнулся на пять пар чёрных демонических глаз. – Ну, почти вся! – не стушевался адепт.

Студенты дружно уставились на нас, и, не робея, стали занимать свои места. Всего я насчитал 23 боевика, пятеро из которых были девушками. Симпатичными девушками. Из них особо выделялись две красотки – жизнерадостная блондинка, что так и бурлила радостью и восторгом, и брюнетка, что излучала научный интерес к переведённым студентам. Все расселись, оставив пустовать только первую парту у окна, что не укрылось от моего взгляда.

Боевики открыто пялились на нас, также и мы с интересом рассматривали их. На правом плече каждого было цветное разнообразие лент. Я заметил, что на голубых лентах была вышита белоснежными нитями снежинка – наверное, Стихия воды. На тёмно-зелёных – неровный шипастый рисунок в виде горного хребта – Стихия земли. На красных – непонятные линии, расходящиеся по кругу, наподобие огненной вспышки – огонь. А на серых лентах – что-то в виде завихрений – воздух.

«Значит, первые разноцветные ленты с вышивкой обозначали Стихию! Ага. Понятно! Идём дальше!»

Под Стихийными лентами шли другие – более насыщенного цвета. У кого-то ярко-зелёные со спиралью светло-жёлтого цвета внутри, у кого-то просто тёмно-вишнёвые с перекрещёнными серебристыми мечами, у кого-то на тёмно-синих был нарисован щит с буквой «Э» внутри рисунка. У некоторых была нарисована пузатая колбочка. На чёрных были неровные линии в виде разрыва – Портальщики. А на жёлтых вышиты рыжими нитями многогранные кристаллы – Артефакторы.

«У всех по две-три разноцветные нашивки, а у нас одна, чёрная и с красным "козлом"! Ну, где справедливость, а?»

Сальярийцы перешёптывались между собой ровно до прихода преподавателя. Высокий взрослый мужчина в лёгком сером костюме и чёрной вышивкой шипастого вьюна на лацкане, взойдя на кафедру, представился нам магистром Тейнели и, не утруждаясь в дальнейшем представлении нас группе, начал занятие.

На доске, от его взмаха руки, появилась тема урока: «Шипострелы. Особенности строения плотоядного растения, яд и помощь при отравлении». Но даже после начала лекции был слышен шёпот адептов, которые периодически косились на задний ряд. В воздухе кружили разнообразные эмоции, что улавливали наши демоны. Интерес, негатив, возмущение, недоверие, восхищение, раздражение, пренебрежение, агрессия. Всё это обволакивало нас, пока в аудиторию, опоздав на добрых двадцать минут, не вошёл незнакомец, облачённый во всё чёрное.

«Униформа Карателей – первой обороны королевства в случае беды!» – внутренне вздрогнул я от нахлынувших воспоминаний – первой и единственной встрече с беспощадными воинами.

«А ректор сказал, что мы не встретим ни одного однотонного студента на боевом! Обманул-таки… Сальяриец!»

На голове худощавого коротышки был глубокий капюшон, что открывал нам вид только на ядовито-зелёные глаза, которыми он вскользь окинул нас. До носа натянутый ворот обмундирования, тело, скрытое чёрной плотной тканью, тонкие ноги, обтянутые кожаными штанами и высокими сапогами. Руки в чёрных перчатках на шнуровке. А магия… Магические потоки, что ощущались от каждого студента, наделённого даром, не исходили вовсе.

Бесполое, не магически одарённое существо прошествовало до кафедры под всеобщее молчание и вручило преподавателю бумажный стаканчик… с кофе?

– Как вы любите… двойной эспрессо без сахара, магистр Тейнели! – негромко, но чётко проговорило существо.

«Ассистент? Аспирант? Кто он вообще?»

Но моё замешательство от появления нового персонажа прервал голос профессора:

– Надеюсь, причина вашего опоздания в знании сегодняшнего материала, адепт Лай!

– Нет, магистр. Банальный недосып! – отозвалась чёрная фигура, хриплым голосом и уселась за первую, пустующую парту.

«Какого пламени тут творится?!»

– Нагоните! – отозвался мужчина и, отхлебнув кофе, как ни в чём не бывало продолжил лекцию.

И только после этого я обратил внимание на всех присутствующих студентов. Шёпот исчез вовсе, все сидели тише воды, ниже травы: девушки гордо расправив плечи, а парни, чуть ссутулившись, даже перестали коситься в нашу сторону. Только один русоволосый парень, что вошёл первым, спокойно сидел за второй партой прямо за незнакомцем, гордо расправив плечи, и крутил в пальцах карандаш. В воздухе стало ощущаться напряжение. Эмоции адептов резко переключились с нас на незнакомца, отдавая ему и преподавателю всё внимание и интерес.

«И всё из-за чего? Из-за коротышки в одежде Карателя?! Ну-ну…»

Хоть их лекция и не сильно отличалась от нашей программы, кое-что полезное в ней нам, всё же, удалось подчерпнуть. А уже ближе к её концу внезапно в аудитории закружился тёмно-серый дымчатый переход, и к нам вышел сам Ректор Академии.

Не обращая внимания на магистра по травкам и затихших адептов, он обратился к одному конкретному человеку:

– Нетт, собирайся! Выдвигаемся…

И чёрт меня подери, ему ответили с первой парты. Той самой первой парты.

– А подождать до конца лекции не можешь?! Не видишь, как мне интересна лекция профессора?!

Ректор обернулся, бегло взглянул на доску с темой сегодняшнего занятия и обратился снова к некому Нетту:

– Я прямо вижу, как тебе интересно слушать про Виргонские Шипострелы, о которых ты знаешь с пятнадцати лет практически всё и имеешь наглость держать один живой экземпляр в своём шкафу. Пошли! Развею твою скуку!

– Никогда не поздно побольше узнать о гастрономических предпочтениях любимого плотоядного цветочка. Что, без меня никак? – лениво упорствовал тот.

– Загрызни сами себя не перегрызут! – разъяснил ректор и тут же добавил, – Ноги в руки и в портал, Нетт! Экипируешься на месте.

– Загрызень говоришь?! – бодро отозвался коротышка, поднимаясь из-за парты. – Чего молчал-то?! Да у меня на этот случай и оружие с собой!

Пока чёрная мелкая фигура шла к порталу с неё слетела иллюзия, давая возможность увидеть, что парень полностью подготовлен к сражению. Заряженный мини-арбалет на правом запястье, на бедре кобура с метательными ножами, к спине прикреплён арбалет побольше, вместе с полным колчаном стрел, а к ремню штанов сзади прицеплен магический хлыст.

«Ничего себе… это он так на занятия ходит, в то время как нам даже ножики с собой в Академию брать запретили?! Где справедливость?!»

Как только эта парочка скрылась, студенты выдохнули с облегчением, а преподаватель тяжело вздохнул по утрате, видимо, самого любимого ученика и вернулся к заключительной части лекций.

После первой пары сестра утянула меня и друзей в кафетерий, где мы быстро перекусили весьма достойными булками с мясом и под всеобщим вниманием даже не подавились, как наверняка желали многие. После, уже довольные и сытые мы отправились на следующую пару.

Скажу вам одно – целительство – вот совсем не моё! Все эти заклинания, блоки, стазисы и прочее-прочее, что завязано на магии Сальярийцев, а не на регенерации «Призывающих» Айнов – навевало тоску. Раны, ожоги, отравления – со всем этим справляется демон внутри нас. Это Сальярийцы беззащитны перед такими вещами, но не мы! Переломы, вывихи, растяжения тоже срастаются, как на собаке, гораздо быстрее чем на обычном человеке, но всё же, стоит заметить, медленней, чем при применении этой целительской магии.

Пока сестра конспектировала за молоденькой Лекаркой, я смотрел в окно, изучал лица и затылки студентов, что по воле случая теперь наши одногруппники на долгие и долгие недели. Радовало лишь знание о дальнейших, почти каждодневных практических занятиях на полигонах.

«Хоть там душу отведём в дружеских спаррингах!»

В обед мы решили наведаться в просторный обеденный зал и, взяв свои порции, отправились искать подходящий стол для всей нашей компании. Здесь распорядок тоже отличался от нашей родной Академии. Каждый должен был сам принести себе еду, в то время как у нас во время трапезы вся еда уже стояла на массивных столах в разных ёмкостях. Бери, что душе угодно! Тут же – не ленись и сам себя обслужи.

Ничего не предвещало беды, но вдруг перед нами возникли молодые адепты здешней Академии и с огнём в глазах, агрессивными эмоциональными потоками, обратились ко всем нам:

– Вам здесь не место! Валите домой, пока мы вас пинком под зад не выставили!

«И как на это отвечать?! Сразу в голову стукнуть, чтобы мозги вправить или проглотить?!»

Один из этих парней сделал угрожающий шаг в мою сторону, а я, поставив небрежно поднос на ближайший столик, быстро встал перед сестрой, закрывая её своей спиной.

– Валите домой, чёртовы Айны! – грубо сказал агрессор, что был ниже меня почти на пол головы, но продолжил высказываться и оскорблять АйнКрадцев, заставляя мне всё крепче сжимать кулаки. От него и двоих позади исходили особо сильные эмоции, которые я уже начинал испытывать на себе и вот-вот был готов заразиться их негативом.

Но всё вдруг изменилось.

Не знаю, как я это понял… просто почувствовал. В открытые двери зашла тёмная фигура, заставив всех лицезрящих на нас адептов сесть, потупить глаза и уставиться в свои ещё не тронутые тарелки, переключаясь с ярких разношёрстных эмоций лишь на одну – страх. И только парень с двумя дружками продолжал стоять и вещать, какие мы ничтожества и сущие демоны во плоти, такие же, как наши Кхелы.

Тактичное покашливание за спиной студента и тот замер на полуслове, сглотнул и побелел на глазах. Эмоции из агрессивных переродились в панику и настоящий ужас. Глаза остекленели, и в них отчётливо загорелась мольба с призывом о помощи. Двое подстрекателей, прошептав в унисон «Цербер», повернулись первыми и застыли каменными изваяниями.

– О чём беседуете? А, Виктор? – поинтересовался знакомый уже мне чуть ленивый хриплый голос.

Тот самый Виктор, сглотнув ещё раз, натянул на лицо самую милую улыбку и обернулся к пареньку, что был на полголовы его ниже.

– Лай?! – притворно удивился парень.

Он тут же положил свою ладонь на моё плечо, отчего захотелось её скинуть с себя, желательно выдернув с корнем.

– Да мы тут… лекции обсуждали. Я предлагал нашим новым друзьям взять у меня конспекты по… целительству! – чуть замялся парень.

Но врал – хорошо. Прямо отборно. Не будь я эмпатом и не чувствуй лжи собеседника – поверил бы на слово. И коротышка, похоже, верил своим сокурсникам.

А Виктор продолжал уверенно лгать:

– Они же пропустили начало года, а там была сплошная теория! – вещал парень.

Известный мне уже Лай, сложил руки на плоской груди и чуть наклонил голову набок.

– Что, действительно конспекты…? – взлетела вверх чёрная бровь.

– Угу. Честное слово! Парни подтвердят! – закивал Виктор.

– Знаешь, Вик, а покажи-ка ты их сначала мне. Раз ты так беспокоишься за наших друзей и их… неполные знания, то наверно и сам переписал те лекции, что пропустил из-за переломов на полигоне, – и как-то по тону Цербера сразу стало понятно, кто ему переломы организовал.

Парень ощутимо сглотнул и растерялся, окрасив пространство рядом со мной тревогой, а Лай продолжил приказным тоном:

– Завтра к утру у меня должны быть твои лекции с начала года, а если там будут пропуски… – каратель перевёл глаза на припевал Виктора, – …отправлю Вас дописывать лекции в Данарийскую впадину к огнекрылам. Будешь под кустом переписывать, пока твои дружки от змей отбиваются!

– А мы-то тут при чём? – возмутились друзья подстрекателя.

– Ну как же… коллективную тупость отрабатывать. Команда везде и во всём! Или что? Как по девкам бегать, с лекций сбегать, на первокурсников наезжать, "тёмную" гостям организовывать в моё отсутствие – так вместе. А как дружка от змеюк защитить, так всё? Прошла любовь, развод и девичья фамилия? Нет уж. И в горе, и в радости…

– Но, Лай! – с ужасом отозвались пятикурсники.

– Жду к утру! Надеюсь, успеешь предоставить ВСЕ лекции, написанные исключительно твоей рукой.

– Лай! Но огнекрылы…?! – завопили они всё втроём.

– Если есть возражения… Вы же знаете, что вызов на поединок со мной открыт в любое время дня и ночи! – лениво протянул коротышка, поднимая ядовитый взор к потолку, словно доносил до глупых адептов прописную истину.

Парни фыркнули, сникли и быстро постарались скрыться из столовой, не став прекословить. А коротышка удостоил нас своего ядовито-зелёного взгляда.

– Молодцы! Не поддались на провокацию! А Целители уже предупреждены о переломанных адептах… какая досада! – притворно пригорюнившись, вздыхает существо.

– Мы не настолько слабы, чтобы не выстоять перед этими… – стал возражать я, но коротышка меня грубо прервал.

– Но НАС в Академии больше! И другие, в отличие от этих, будут стоять друг за друга горой. Да и Целители предупреждены о… возможно, травмированных Сальярийцах!

«О как! Нас не считают слабаками! Мелочь, а приятно!»

– Добро пожаловать в Боевую Академию «Эолзер». Наш филиал ада на земле! Ваш столик на время пребывания в этих стенах у окна в дальнем углу! – едко проговорил коротышка, указывая направление пальцем, и, развернувшись, вышел из столовой.

«Вот же ушлёпок мелкий!»

***

Остаток лекций прошёл мимо меня. Я то и дело ловил себя на мыслях о радушном приёме и словах этого… Нетта? Лая?

Когда оставшиеся лекции закончились, и мы пошли на ужин, нас ждал первый сюрприз. Ректор Академии, сидевший за столом преподавателей, выждал, когда все рассядутся и объявил новость – «В выходные пройдёт праздник осени, что будет совмещён с празднованием нашего приезда. На балу будут присутствовать его Величество – Динар Эолзер Сальярис – со своей свитой и нынешний Правитель АйнКрада – Дибериус Стронг».

«Да… Просто "прекрасные" новости!»

В отличие от меня студиозы оживились, и даже сестра кротко выдала радостные эмоции, которые я успел уловить. Но и это были далеко не все новости на сегодня. Вернувшись в наше «логово», мы наткнулись на незнакомца. Молодой золотоволосый мужчина с ярко-зелёными глазами суетился у плиты и накрывал на стол, выставляя различную выпечку.

«А вот и наш сосед! Но явно не студент. Аспирант? Преподаватель?»

– Добрый вечер! – отозвался блондин, обведя нашу компашку пристальным взглядом. – Рад увидеть добровольцев из АйнКрада! Присоединитесь к чаепитию?! – доброжелательно предложил мужчина, нисколько не лукавя своим радушием и указывая на стулья.

Мы нестройно поздоровались с нашим сожителем и расселись вокруг стола.

– Я – Дин. А вас как звать? – не стал медлить сосед, окатывая нас любопытством.

Сестра, взяв инициативу, начала представлять соседу всех по очереди и снова начала с меня.

– Это Тайрен Зерхо – мой старший брат. Я – Террария. Силач и молчун – это Кейн КовЭ́р, – указала она кивком головы на темноволосого здоровяка, сидевшего рядом со мной у окна.

Повернувшись к своим соседям, указала ладошкой.

– Это Деггер Пайсон – наш потомственный зельевар, – коротко стриженный блондин кивнул Дину. – Ну и наш ловелас – Сангр Луррус.

– Приятно познакомиться! – отозвался сосед и, не обращая внимания на открывшуюся входную дверь, продолжил. – Не знал, что ректор Академии подселит вас именно в «логово»!

– Меня тоже только утром обрадовали! Зато понятно, кто выдул с утра весь МОЙ кофе! – раздался от двери разгневанный голос Цербера.

– О, Лай! А вот и ты! Присоединяйся к нашему чаепитию! – предложил добродушный Дин и переключил свои эмоции на коротышку, заставив и нас испытать тёплое непередаваемое чувство.

– Какого, пламени, ты тут забыл? – игнорируя нас, раздражённо отозвался Лай, подходя к столу.

– Соскучился! Нельзя?! – невинно хлопая глазами, улыбнулся блондин.

– Знаю я твоё – "соскучился"! Выкладывай, зачем припёрся?!

– Нам надо серьёзно поговорить!

– О чём в этот раз? – поинтересовался раздражённый коротыш, вновь складывая руки на груди.

– О нас! Хочу вернуть тебя! Я скучаю… – прохныкал мужчина, смотря на Цербера влюблёнными глазами. Его чувства набирали оборот, погружая нас в тёплые волны заботы и любви.

«Ну, зашибись! Не только попали в ссылку в чужую Академию, так ещё и живём под одной крышей с любителем нижней роли! Что дальше? Девочки по девочкам, мальчики по мальчикам?! Это же – Армагедец! Или как там Лай сказал… Филиал ада на земле?»

Не обращая внимания на нас, Цербер продолжил:

– Я и так знаю всё, что ты мне скажешь, даже примерно представляю доводы и аргументы! Хотя, знаешь… я уделю тебе своё время и даже выслушаю, если ты… уговоришь Рида переселить Айнов в другое крыло. Подальше от меня!

«Рида? Ректора Ричарда де К`ярга что ли? Так-так-так… Да у нас тут не только ходок по мальчикам под боком, но и любимчикректора затесался! Теперь понятно, почему К`ярг назвал его по имени.»

– Рида?! Хорошо, сделаю! – воодушевился блондин и, быстро поднявшись со своего места, накинул на плечи обычный камзол без нашивок, поспешив к выходу. – Скоро вернусь! И мы обстоятельно поговорим! – бросил он напоследок, скрываясь за дверью.

Лай же перевёл всё своё внимание на нас и заговорил с нескрываемой угрозой в голосе:

– А теперь послушайте меня внимательно! Повторять не буду! Вы находитесь непросто в боевой Академии, но и по нелепой случайности в моём блоке. Отбой в десять вечера и ни минутой позже! Опоздаете в отсек – будете ночевать у двери на коврике! Увижу брошенные вещи, книги, конспекты и прочую дрянь в общих комнатах – сожгу в камине! Узнаю, что водите сюда девчонок – УБЬЮ! Попортите мне хоть одну студентку Академии – башку оторву, заранее отрезав "морковку" и впихнув в глотку в назидание другим!

– А если девушки будут сами не против? – перебил Цербера наш стратег и ходок по девочкам без обязательств.

Глаза Цербера вспыхнули ядовито-зелёным колдовским огнём, и нас тут же прижало к столешнице. Словно притяжение земли увеличилось, а воздух стал густым, как патока. И для того, чтобы сделать вдох приходилось сильно напрячься.

– Да пусть хоть сутками висят на ваших шеях! Узнаю, а я узнаю, что вы достали "морковки" из штанов не по назначению, тут же лишитесь той головы, что чаще думает за вас! И мне абсолютно плевать на мирный договор! Здесь я в своём праве защищать ВСЕХ студентов от любой угрозы! Даже от них самих! Если невтерпёж – дождались выходных и свалили в город. В домах терпимости вас обслужат профессионалки по высшему разряду!

Мы дружно пытались освободиться из-под действия его магии, но ничего не выходило. Такое со мной впервые. Не чувствую ни Сальярийских заклинаний и не вижу защитных пентаграмм.

«Что это за магия? ЧТО ЭТО ЗА СИЛА?»

Давление ослабло, и мы смогли вздохнуть полной грудью. Но это был далеко не финал нашего "дружеского" разговора.

– Хотите завтракать в блоке – флаг в руки! Но делайте ВСЁ сами! И если на столе стоит кофе – это не значит, что он для вас! Мне сегодня пришлось переться в соседний корпус за чашкой утреннего энергетика!! – вызверился на нас он. – И не советую оставлять грязную посуду – она может больно прилететь в голову! А то, что Дин помыл её за вас и угостил чаем – вообще кошмар! Никогда не ешьте и не пейте то, что он вам предлагает – чревато последствиями! Уяснили?

Я вскочил со стула и навис над коротышкой.

– То есть, тебе можно мужиков в блок водить, а нам баб нет?! – не стал ходить вокруг да около я, уточняя его же правила.

Зелёные глаза снова вспыхнули огнём, и всего на мгновение я уловил эмоции этого Цербера. Только сейчас я понял, что меня в нём настораживало с нашей первой встречи. Всё время, что мы были вблизи с ним, я не только не улавливал магические потоки, но и не мог зацепиться за его эмоции, желания, чувства. Сейчас же он окатил нас бурной волной гнева, раздражения и… сильной усталости. Словно передо мной стоял не молодой юноша в расцвете сил, а преклонный старик на исходе лет.

– Знали бы кто он – глупых предположений не строили и дебильных вопросов не задавали!

Я видел, как Террария уже собирается утолить своё любопытство, уточнив, кто же Дин на самом деле, как вернулся сам виновник разговора.

– Лай, – жалобно начал он, – у меня ничего не вышло!

– Сочувствую! – грозно отозвался коротышка, не нарушая наш зрительный контакт.

Но спустя мгновение всё же обратил внимание на несчастного Дина.

– А теперь проваливай! – приказал каратель и скрылся в своей комнате.

А Дин, обречённо вздохнув, подошёл к запертой двери и, прислонившись к ней лбом, жалобно так заблеял:

– Я старался, честно! Мне, правда, очень нужно твоё внимание и компания! Но Рид был непреклонен. И ещё… – блондин замялся, – …он сказал, что, если ещё раз ТЫ или Я решим открыть тему переселения Айнов в другое крыло, он сделает из одной комнаты подсобку и переселит в твою комнату их вожака!

«Да твоё же пламя! Только этого мне не хватало! Жить не только с голубем в общем блоке, так ещё и комнату с ним делить?!» – демон утробно зарычал внутри, явно соглашаясь с моими мыслями.

В этот момент дверь комнаты открылась, и в Дина прилетело боевое заклинание, которое он не успел блокировать. Мужчина отлетел в гостиную и разложился звёздочкой на тёмном ковре.

– Убью тебя! Видит пламя! Просто придушу подушкой! И тебя, и Рида, и Айна, что осмелится переступить порог моей спальни! – выкрикнул Цербер и снова закрыл дверь. Да непросто закрыл, а зачаровал, чтоб уж точно никто не ворвался.

– Лай! Будь душкой – открой! Нам всё равно надо поговорить! – почти заныл блондин, всё так же лёжа на ковре и держась за голову.

Но ему так никто и не открыл. Дин покряхтев сел и, медленно поднявшись, пошёл к выходу с обречённым лицом. Когда он взялся за дверную ручку, вопрос сестры его остановил.

– Дин! – обратилась она к голубиному страдальцу. – А Лай… адепт?

– Хуже… – вымученно отозвался блондин, – …Староста Боевого Факультета!

«Вот и познакомились! Вот и узнали краткие правила Академии и пятиминутную вводную! Зашибись!».

❧Глава 3. Всё интересней и интересней, в заморской Академии

Следующим утром на кухне меня встретили уже готовые к лекциям друзья и сестра, что суетилась у плиты, готовя крепкий кофе и лёгкий перекус из того, что смогла найти в холодильном шкафу. На столике же, как и вчера, стоял полный чайник ароматного напитка с маленькой запиской у изогнутого носика.

«Хотите кофе? Чистая турка на плите!» – и милая стрелочка в направлении той самой плиты.

Смяв записюльку, я выкинул её в урну и, допив утренний напиток из своей чашки, вышел вместе с друзьями из отсека, предварительно, чёрт бы побрал Цербера, помыв за собой посуду.

Пока мы шли до аудитории Террария и Сангр тихонько переговаривались, вспоминая и обсуждая наше первое знакомство, как оказалось, со Старостой.

– Нет, он, конечно, с одной стороны прав! Не думаю, что нашим парням понравились бы переведённые "захватчики", что стали бы клеить наших девчонок и портить почём зря!

– Наших попортишь! – усмехнувшись, отозвался наш ловелас. – Да если бы они перевелись к нам, то уже через неделю сбежали с криками, что наши женщины ненасытные демонессы!

– Другое государство – другой менталитет! – вклинился я в разговор.

– Да и правила совместного проживания понять можно. Он, наверное, не один год один жил, а тут мы… ему надо просто привыкнуть к нам. Притереться, что ли… – продолжала сестра заступаться за этого дерзкого карателя.

– Считаешь, что мы станем друзьями и через пару недель, увидев на полу грязные носки и банки от хмельного, он это проглотит? Сомневаюсь! – парировал Луррус.

– Но и враждовать нет смысла! – вдруг заговорил наш Кейн. – Мы здесь на птичьих правах. Нет резона ломать чьи-то правила и навязываться в друзья – всё равно свалим отсюда через пару месяцев!

– Предлагаешь просто проглотить его нахальство? – упорствовал Сангр.

– Оно обосновано. Он просто защищает своих! Вы бы также поступили, будь мы в нашей Академии и начни Салы приставать ко мне! – убеждала нас сестра.

– Думаю, не стоит связываться с любимчиком ректора. Неизвестно… может, они столь же близки, как с этим Дином! – напомнил я остальным, на что сестра воззрилась на меня с неким ужасом.

– Думаешь, красавчик-ректор того… голубцы любит? – брезгливо произнёс свою догадку Сангр.

– Свечку не держал, и не хотелось бы! – меня аж передёрнуло от фантазии.

Когда мы зашли в аудиторию, первое, что бросилось нам в глаза – это наш сосед, что сидел на первой парте, крутя в руках небольшой клинок с красным камнем на рукоятке и прожигая всех входивших ядовитым взглядом.

«Как он… раньше нас-то успел?»

Натянув равнодушие на лице, прошёл мимо Цербера, и уселся на привычные задние ряды, ко мне тут же потянулась Террария и стала тихо шептать на ухо:

– Он же вышел позже нас? – я кивнул неугомонной сестрёнке. – Может, он обогнал, а мы не заметили? – предположила сестра, на что я отрицательно качнул головой.

«Я бы его заметил!»

– А если он всё слышал?

– И? Что он нам сделает? Отругает за не толерантное отношение?! У нас свобода слова и свобода выбора! Помнишь это?! – раздражённо отозвался я.

– Свободная любовь… – протянул обречённо Сангр, понимая, что улыбающиеся ему студенточки теперь за бортом. Или он за бортом.

«Мы все теперь за бортом. На голодном пайке держать Кхелов придётся. А всё из-за местного "Цербера". И ведь подходящее прозвище для коротышки адепты подобрали. И почему я снова думаю о нём? Голубями не интересуюсь. Мне бы бюстики да попочки, а не коротышек подавай!»

В аудиторию вошёл преподаватель. По виду – лет за пятьдесят. Высокий худощавый мужчина с серыми как его камзол глазами и чёрными волосами. На висках уже проступала седина, а лоб был испещрён морщинами. На лацкане была вышита белоснежными нитями змея.

– Доброе утро, студенты! – быстро поздоровался он, шествуя к кафедре и обводя стальными глазами своих подопечных.

Заметив нас, он остановился и обратился непосредственно к галёрке:

– Для тех, с кем незнаком. Я – профессор Алистер Киваза. В этом и следующем семестре преподаю выпускникам теорию и практические знания по магическим тварям.

Мы дружно кивнули, а профессор Киваза прошёлся глазами по аудитории ещё раз и нахмурился.

– Адепт Лай, кого-то не хватает? Опять переусердствовали на полигоне?!

– И да, и нет, профессор! Отсутствуют четверо наших. Один в лазарете с субботы отсыпается, и трое… не по болезни! – уклончиво отозвался Староста.

– Причина?

– Отрабатывают коллективную тупость в Данарийской впадине бок о бок! – адепты дружно вздохнули и замерли, видимо, вспомнив вчерашнюю угрозу трём провокаторам и ожидая подробностей.

В воздухе запахло любопытством и волнением за ближних своих, что сейчас были вблизи зловредных тварей.

– Коллективную тупость? – приподняв тёмную бровь, иронично уточнил преподаватель.

– Всё под контролем! – проговорил Цербер, играя большим пальцем с рубином на рукоятке.

«Должно быть, не впервой подобные фокусы выкидывает их Староста!»

– Данарийская впадина… – протянул мужчина задумчиво, – …значит, они не сильно отстанут от нас! – и сев за стол, профессор открыл пособие, после чего едва взмахнув рукой, с помощью магии начертал на доске тему сегодняшней лекции. – Записывайте, господа. «Огнекрылы.Строение, особенности магического потенциала, опасность и правила выживания».

Его лекция началась.

Все студенты и мы, вместе взятые, дружненько записывали за преподавателем, что ходил туда-сюда вдоль кафедры, изредка кидая взгляды на нашего Цербера и нервно поглядывая на часы. Студенты тоже нет-нет, но косились, наблюдая за скучающим коротышкой в первом ряду. Он же, в отличие от всех, не записывал вовсе. Даже не удосужился обзавестись тетрадью и прочим. Цербер, как и в начале пары, крутил клинок в руках и гладил большим пальцем красный камень. Смотря куда-то в сторону двери, он будто прислушивался, но к чему – было непонятно.

Профессор снова взглянул на часы, затем на Старосту и явно что-то прочитав в его глазах, замолчал на полуслове и отступил к своему столу. А Цербер с витиеватым ругательством, нехотя подскочил со своего места и, выскочив в проход между столами, открыл Стихийный портал. Нырнув в него, он выдернул за шкирку двух адептов из перехода, выкинув их прямо на пол аудитории. Затем увернулся от прилетевшего из портала огненного снопа и снова наполовину нырнул в переход, вытаскивая оттуда того самого дымящегося, дрожащего Виктора с полуобгоревшим конспектом в руках. Из портала на последнего вылетел разгневанный огнекрыл, надеясь добить жертву. Но был схвачен за хвост Лай и брошен обратно в дымящееся кольцо перехода.

Коротышка посмотрел на кружащийся вихрь и протянул:

– Блин!.. Надо было на жаркое оставить! – прозвучало без всякой наигранной скорби в голосе.

– Лай! – воскликнул с истеричной ноткой профессор Киваза, посмотрев на Старосту хоть и возмущённо, но явно заинтригованно.

Указав рукой в сторону открытого портала, профессор с укором добил:

– Живой огнекрыл… пособие…

Плечи Цербера опустились, и он качнул головой, скорее всего понимая намёк или просьбу преподавателя.

– Твоё же пламя… – выругавшись, Цербер спокойно зашёл в вихрь и менее чем через минуту вышел из него с двумя огнекрылами в руках.

Огнедышащие взрослые змеюки не менее полутора метров длиной обвили руки от запястья до локтя коротышки, всеми силами пытаясь её переломить и освободиться.

Портал захлопнулся, а Цербер обратился к преподавателю:

– Двух хватит для учебного пособия?

– Более чем! Держи их, я за колбами, – отозвался довольный мужчина и поспешил в свою подсобку.

Огнедышащие твари извивались, хлопали крыльями и пытались плюнуть огнём в студентов, что всё ещё сидели на полу и тушили тлеющую на себе форму Академии. И только Виктор сидел и смотрел снизу-вверх на Старосту, который бесстрашно держал пасти змей закрытыми, не давая им возможности напасть и плюнуть огнём. Прибывая в шоке, вчерашний агрессор даже не обращал внимания на свои дымящиеся волосы и тлеющий край большой тетради. Вид у троицы был пришибленный, а у бывшего подстрекателя – придурковатый.

– Ну и как, переписал? – позлорадствовал Лай.

В этот момент из подсобки вернулся профессор с одной весьма увесистой полуовальной колбой.

– Д-д-да… – заикаясь, проговорил Виктор, сглатывая и протягивая тлеющий конспект.

Но увидев скептический взгляд Цербера, устремлённый на тетрадку, он, наконец, обратил на неё должное внимание.

– Ещё раз хочешь переписывать все лекции по целительству бок о бок со змейками? – ласково так уточнил Цербер, на что парень отчаянно замотал головой. – Тогда туши, дурень! Всё-всё переписал? – Виктор, согласно кивая, тушил углы ненавистной тетради. – Значит, у нас новый рекорд «скоростного переписывания» в Академии – 47 минут и 52 секунды! – громко обратился ко всем коротышка, поднявшись на кафедру и протянув левое обмотанное змеёй запястье профессору Киваза.

Алистер сноровисто стал освобождать протянутую руку, пытаясь не разозлить огнекрыла ещё больше и не потревожить чувствительные крылья на спине.

И пока профессор был занят столь занимательным делом по спасению зверюшки, Лай как ни в чём не бывало обратился к поднявшимся на ноги адептам:

– И так… К какому выводу вы сегодня пришли этим утром, дорогие мои?

– Вовремя переписывать пропущенные лекции! – отозвался самый высокий темнокожий Сальяриец.

– Даже если ты лежишь в лазарете! – угрожающе дополнил другой, косясь на всё ещё пришибленного насыщенным утром Виктора.

– И даже если сломаны все пальцы обеих рук – учиться писать ногой! – подхватил первый, отвесив Виктору лёгкий подзатыльник, приводя его в сознание.

Лай на ответ лишь фыркнул:

– Я, вообще-то, про огнекрылов, – пояснил он свой смешок.

– Аааа! – дружно протянули те и, почесав репки, стали отчитываться по очереди.

– Не лезть переписывать лекции под кусты!

– Не шуметь!

– Не защищаться от них огненной Стихией!

На этой фразе Лай и профессор, что вдвоём пытались отцепить змеючку, склонившись к захваченной тварью руке, подняли на адептов глаза, смотря как на идиотов необратимой стадии.

«Даже я до сегодняшней лекции прекрасно знал, что защищаться от огнекрылов огнём НЕЛЬЗЯ! Для них это вызов и сигнал к защите гнезда. Лучше в этом случае применять водную Стихию, либо, за неимением таковой, бежать!Ведь змеюки эти злопамятные. Будут выслеживать обидчика до победного!»

– Нет, ну точно… надо было им сначала дать лекцию прослушать, а потом во впадину ссылать! – обратился профессор к Старосте и, отцепив змею, посадил её в стеклянную колбу, завернув специальной крышкой.

– Зато на своей шкуре теорию прошли! – лениво протянул Цербер. – Вы вообще, зачем свою Стихию использовали, олухи? – поинтересовался он, свободной рукой погладив огнекрыла по плоской гладкой голове и заглянув тому в глаза.

– Так этот… под куст полез! – пояснил высокорослый.

– А там кладка! ЯЙЦА! – быстро добавил Виктор.

– А водной Стихией из нас только Вик и обладает. Вот и пришлось отбиваться своей, пока он пишет! – уточнил темнокожий здоровяк.

– Ушли бы по-быстрому, не привлекая внимания, – укоризненно проговорил профессор, рассматривая через стекло змееподобную особь.

– Да я там, это… того… подавил парочку… случайно, – невинно закончил горе-адепт.

Профессор, пройдя мимо подопечных, смерил их взглядом и снова посмотрел на Старосту.

– И как они у тебя до пятого курса целыми дошли, Лай? – явно обратившись к коротышке.

– Не в курсе! Надо было их ещё на третьем курсе по-тихому придушить. Да в парке прикопать, чтоб зверюшек не нервировали и чужие гнёзда не разоряли! Списали бы на «без вести пропавших» или «трусливо сбежавших в неизвестном направлении»! – отозвался всё ещё играющий с огнекрылом Лай.

Алистер Киваза поставил на первый ряд колбу и разрешил ознакомиться с живым экземпляром, а после передать дальше по рядам.

– Садитесь, господа. Пара зачтётся, но для закрепления знаний будете две недели помогать мне с уходом за новым пособием. И да…что б вы знали. Огнекрылы – самые злопамятные твари нашего мира. Они НИКОГДА не прощают ТЕХ, кто разорил их гнездо. Так что удачи вам! Советую запастись у целителей мазью от ожогов!

С первой парты миленькая блондинка подала голос:

– А они всегда такие агрессивные?

– Почти всегда, – тут же ответил на вопрос студентки профессор. – Для них потомство и защита территории на первом месте. Приручить этих тварей и жить с ними, не враждуя на одной территории, пока ещё не получается!

– Но, если они такие свирепые и злопамятные… не терпят чужаков и посягательство на их территорию, как вы объясните это? – вопросила стройная брюнетка и ткнула пальцем за спину профессора Киваза.

Все дружно подняли глаза на кафедру. А магистр от увиденного открыл в изумлении рот и просипел:

– Лай!?

А Лай играл с опасной злобной змеёй. Разрешив той обвить свою грудную клетку, накинуть одно кольцо на шею, плотно его сжав. Сама змея зависла напротив зелёных глаз и, хлопая крыльями, старалась удержаться на одном уровне, не потеряв зрительный контакт с противником.

Профессор, вытащив клинок из-под камзола, медленно двинулся высвобождать нерадивого студента, но голос Цербера его остановил:

– Без лишних движений, Алистер! Вы же не хотите моей смерти?! Мы установили контакт. Не стоит сейчас подрывать её доверие! – зелёные глаза горели колдовским огнём и не моргали.

Цербер наклонил голову вбок и змея отзеркалила его действие.

– Хорошая девочка. Эти паразиты тебе кладку подавили? Не переживай, им ещё аукнется. А ты новую снесёшь в Академии. Будешь обживаться в нашем парке, и никто тебя больше не обидит, я прослежу! Иди на ручки, красавица! – ласково проговорил Староста и, подняв опущенные до этого руки на уровень живота, сложил гнездом.

Змея ещё повисела немножко, но медленно стала ослаблять свои кольца, спускаясь в предложенное место.

– Что здесь происходит, пламя ради? – громыхнул от дверей голос злого ректора.

Все вздрогнули. А я, подперев кулаком щёку, стал думать, как была скучна раньше моя жизнь.

«Каждый день, как по заказу. Староста – Ректор – Староста. Да здравствует дурка Сальярис!»

– Новый учебный материал изучаем! – отозвался Лай вместо застывшего профессора.

– Я не про огнекрыла спрашиваю! А про открытый портал на удалённую территорию!? Лай! Сейчас же, отпусти беспомощную зверюшку и хватит уже её мучить! – лица адептов вытянулись на реплику ректора о "беспомощности зверюшки", а сама зверюшка на этот выпад в сторону своего нового живого гнезда приподнялась и плюнула в ректора огненным шариком.

Де К`ярг не шелохнулся. Лишь бесстрашно поднял ладонь и поглотил сгусток огня, что не причинил ему не малейшего вреда. Ещё и на летучую змею посмотрел с нескрываемой угрозой и мелькнувшей всего на мгновение превосходящей, давящей силой. Это заставило новый учебный материал закрыть пасть и лечь, куда было предложено. Похоже в руках Старосты огнедышащая змеюка чувствовала себя в большей безопасности, чем рядом с разгневанным главой Академии, что прервал наше занятие.

– Портал как портал. Студенты знакомились с темой урока вживую. Не вижу ничего криминального. Вон даже учебным материалом для Академии обзавелись! – и пока ректор не успел начать отчитывать своего ручного пса, Лай продолжил ласково так… лукаво, с ноткой прошения в голосе: – Можно я её себе оставлю? Обещаю на студентов не спускать, выгуливать только ночью, кормить буду мышками, что в темницах завелись… – но увидев скептический взгляд зеленоглазого мужчины, поправился. – Ну, ладно! Даже на прогульщиков спускать её не буду! Только припугну слегка! Максимум до ожога второй степени. Честно!

– Доиграешься! – грозно прошипел Ричард и, развернувшись, пошёл к выходу. – Ко мне в кабинет после лекции!

– Лай, я буду на вашей стороне. Учтите! – подбодрил профессор Киваза.

– Вот так всегда! – притворно возмутился коротышка. – Я ему в Академию учебные пособия достаю, взрывы предотвращаю как магические, так и гормонально-истерические, за студентами бестолковыми приглядываю, не имея права башку за тупость оторвать… а он, чуть «что» – сразу на ковёр! И где справедливость, а? – обиженно прогнусил Староста.

Ректор остановился в дверях и обернулся, явно не желая спускать «язве» его выпад.

– Чувствую, давно с Алисией не общались?! Надо бы устроить вам неделю повтора прошлогоднего материала по «Любовным снадобьям». А лучше месяц!

– НЕТ! – возразил Цербер. – ТЫ НЕ ПОСМЕЕШЬ! – закричал Староста на ректора.

– Уже посмел! И если ты прогуляешь хоть одну лекцию у мисс Верителис – вылетишь из Академии! Тебя ведь ждут там… за стенами?! – с намёком отозвался глава Академии и вышел вон, хлопнув дверью.

И тут плотину прорвало.

Сначала я почувствовал отголосок ярких чужих эмоций. Гнев, злость, обида… А следом всех студентов придавило к полу, к партам, стульям. Воздух загустел. Магистр по магическим тварям, находящийся ближе к Церберу, свалился на пол, придавленный чужой силой. Я мог видеть только Лай, что стоял на кафедре с опущенными руками. Огнекрыл упал к его ногам и пытался отползти от эпицентра, но змеюке явно на это не хватало сил.

Стёкла в аудитории выбило, словно в ней взорвался неудачный опыт. Кто-то из студентов скулил, кто-то стонал. Сестра рядом старалась сделать вдох и сосредотачивалась только на этом. А Цербер стоял как вкопанный, смотря невидящим взглядом в сторону закрытой двери.

– Лай! – крикнула девушка с первых рядов. – Лай! Снежа… не может… вздохнуть! Лай! – кричала темноволосая девушка, соседка миловидной блондинки.

Цербер медленно повернул голову на голос и уставился тем же невидящим взглядом на говорившего.

– ЛИО… твою мать! – снова найдя в себе силы, крикнула шатенка.

И давление начало спадать.

Слой за слоем, будто цветок закрывал лепестки на ночь. Когда явное давление пропало, я чётко почувствовал эмоции Старосты. И сейчас это была вина. Вина за потерю контроля, несдержанность. Обида на себя и тревога за адептов. Всего мгновение и Цербер снова закрылся от всего мира, отрезая часть себя и пряча глубоко внутри свои страхи и обиды.

Студенты выпрямлялись, охали, кидали злые взгляды на Старосту, а тот… Тот подскочил к блондинке и поднял на руки бессознательную девушку.

– Прошу… простить меня… – потерянно прошептал он, обращаясь явно не только к студентам и опустив голову, унёс блондинку в неизвестном направлении.

***

Магистр отпустил всех с пары и занялся контуженным огнекрылом, который позволил не только взять его на руки, но и даже разрешил себя погладить. А мы, недолго думая, решили наведаться в наш жилой отсек. Только войдя в «логово», мы увидели скинутую женскую обувь, сумки с тетрадками, и не одну, а две и их хозяев.

В гостиной в кресле сидела та самая темноволосая адептка и смотрела в сторону дивана. Сестра первая, почувствовав эмоции, подбежала к мебели и заглянула за его спинку. Мы тоже, молча переглянувшись, подошли к дивану и увидели Цербера, склонённого над блондинкой. Он прижимался ко лбу девушки, шепча заклинания и отдавая ей потоки своих сил.

Вокруг Старосты воронкой разошлись яркие эмоции и в них сейчас ощущались не только усталость, что практически никогда не покидала коротышку, но и вина, страх за жизнь златовласки, неуверенность в себе и непереносимая горечь от своего поступка. Кейн, что стоял рядом, напрягся, словно перед ним лежала не посторонняя девушка, а родная сестра, что осталась в АйнКраде.

Сангр обратился к зависнувшей брюнетке, что смотрела на Старосту невидящим взглядом.

– Что Староста делает? – шёпотом поинтересовался Луррус.

– Возмещает магический ресурс и латает прорехи! – не поворачиваясь к нам и не моргая, ответила девушка.

– Помощь нужна? – задал наиглупейший вопрос Сангр.

«Чем МЫ, Айны, с нашими демонами можем помочь?!»

– От вас? – не скрывая, удивилась темноволосая и перевела на нас глаза.

А увидев их, мы поняли, что она следит иным зрением за работой Цербера.

– Нет! – отозвалась, наконец, студентка. – Хотя… если несложно приготовьте крепкий чай с сахаром. И… найдите в холодильном шкафу что-нибудь съестное! – произнесла она, и тут же в сторону столовой двинулся наш молчун Кейн, удивив даже меня.

– Может ещё что нужно? – также шёпотом спросила Террария, наклоняясь ближе к одногруппнице, дабы не сбивать Старосту с заклинания.

– Тёплый плед… – отозвалась девушка, не моргая и не поворачиваясь к Терре.

Сестра сорвалась с места и унеслась в свою комнату, а я пошёл на кухню, чтобы помочь КовЭ́ру.

«С чего вдруг он стал у нас альтруистом? Раньше никогда не замечал за ним приступов милосердия?!»

Здоровяк вовсю суетился у плиты: заваривал чай, искал чашки и сахар. Я же залез в холодильный шкаф на полку к Церберу и, на свой страх и риск огрести позже, вытащил оттуда все мясные деликатесы: колбасу сырокопчёную, нарезанный тонкими ломтиками бекон и запечённый мясной рулет.

Встав с другом у столешницы, я двинул его плечом и, нарезая палку колбасы, поинтересовался:

– Не навязываемся, значит? – но на моё недоумение здоровяк не обратил внимания и молча продолжил разливать чай. – Что происходит?

– Я не знаю. Ещё сам не понял. Просто я… должен это сделать! Я должен… помочь, чем смогу!

– Это ты так решил или твой Кхел нашёптывает?!

– Сказал же, НЕ ЗНАЮ!! – рыкнул друг, взглянув на меня. В его чёрных глазах всего на мгновение вспыхнул красный огонёк демонической магии и тут же потух.

«Ох, демон Кейна беснуется. Не к добру это!»

– Спокойно, здоровяк! Выдыхай. Позже разберёмся, – проговорил другу, хлопнув его по плечу и, взяв тарелки с мясной нарезкой, пошёл в гостиную.

Сангр уже сидел в кресле и изучал заинтересованным взглядом темноволосую девушку. Сестра стояла возле незнакомки, держа в руках плед и дожидаясь дальнейших указаний. Деггер же, облокотившись на подоконник и сложив руки на груди, взирал на происходящее отстранённо, но я чувствовал в нём заинтересованность. Наверняка изучает магию Сальярийцев с помощью иного зрения. Кейн нагнал меня и протянул брюнетке кружку с крепким чаем. Она моргнула и вернула своим глазам привычный голубой оттенок.

Взяв кружку, она кивком поблагодарила здоровяка за внимание и тихонько прошептала:

– Почти всё…

Но не успела она донести до губ кружку, как Цербер отстранился от блондинки и, вымученно вздохнув, плюхнулся на задницу, облокотившись спиной о журнальный столик. Эмоции тут же закрылись, и теперь можно было только догадываться, о чём думает Староста.

Положив руки на колени, коротышка приказал:

– Мара, буди Снежку!

Девушка без лишних слов подорвалась с кресла, отставив чашку, и стала трясти блондинку за плечи.

– Снеж! Снеж, очнись! – блондинка моргнула и разлепила глаза.

«Мара» усадив её, обернулась к Террарии, отняла плед и стала укутывать блондинку.

– Холодно?! Снеж, не молчи! Кивни хоть!

– Глупости не спрашивай, конечно, холодно! Она же маг воды. Её согреть нужно срочно! – отозвался Цербер, подняв голову к потолку и закрыв ядовитые глаза.

Не говоря ни слова, КовЭ́р поставил на столик ещё две чашки, скинул камзол и стал через голову стаскивать с себя рубашку под всеобщими недоумевающими взглядами. Даже блондинка, что дрожала и не могла попасть зуб на зуб, застыла в ужасе. А Кейн, отодвинув брюнетку, подхватил на руки «Снежу» и уселся вместе с ней на диван, прижав ближе к себе.

Девушка зарыпалась и выдохнула имя Старосты, на что он тут же отреагировал.

– Либо ты мне сейчас популярно объяснишь свой спонтанный стриптиз, либо я соберу остатки сил и запихну свой сапог в твою задницу, Айн! – грозно проговорил Лай, не меняя позы. И столько усталости в голосе.

– Он пытается выполнить твой приказ! – отозвался Деггер, стоящий у окна. – Температура тела АйнКрадцев, а точнее «Покорителей», выше, чем у обычного человека, из-за наших «Кхелов».

Снежка перевела свои светло-голубые глазки на здоровяка, что не сводил с неё взгляда. Дрожа всем телом, она недоверчиво спросила:

– Т-ты пытаешься м-меня с-с-согреть? – парень качнул головой. – И р-р-руки р-р-распускать н-н-не будешь?! – уточнила она, на что тут же увидела отрицательный кивок.

Блондинка покраснела, облегчённо вздохнула, видимо, на слово, поверив бывшему врагу, и, придвинувшись к нему ближе, прошептала: «Спасибо!». И добила здоровяка тем, что сунула нос ему в шею, от чего тот замер, беспомощно уставившись на лыбящегося Сангра, что сидел напротив в кресле.

«В шею, Кейн! Да после такого девушки обычно уже через минуту лежат под нами и кричат… Надо срочно рассказать не осведомлённым солнечным девочкам "об интимных местах" Айнов и их Кхелов. Где шея особо эрогенное место! С неё начинается древний ритуал "Призыва" и им же заканчивается после внутренней победы над демоном.»

Темноволосая Сальярийка всучила блондинке горячий чай, заваренный Кейном, и присела рядом с Цербером.

– Тебе тоже нужно. Давай открывай ротик! – заботливо говорила Мара и пыталась стянуть одной рукой с лица коротышки часть мундира, а второй уже ухватила дымящуюся чашку.

– Снежку накорми! Всё норм. Я справлюсь!

И Мара, усевшись на диван рядом с обнимающейся парочкой, стала с вилочки кормить блондинку под ошарашенным взглядом Кейна. В его голове, судя по лицу, крутились те же мысли, что и в моей.

«Девочки по девочкам, мальчики по мальчикам? Куда мы попали, твоё пламя?!»

– Сегодня, Снеж, никакого полигона. Прости за… – извиняясь начал Лай.

– Да, ладно… б-бывает… все мы люди. И ты тоже, хоть и отрицаешь! – отозвалась блондинка, жуя бекон, уже чуть согревшись в руках нашего громилы.

Зелёные глаза прожигали собеседницу, но та нисколько не пугалась и только мило улыбалась Старосте.

– Не хочу портить момент… – проговорила темноволосая Мара, – …но тебя ждёт ректор… и его ковёр!

– Вот умеешь ты подбодрить, плющ! – прорычал Лай, кряхтя поднимаясь с пола. И ушёл, видимо, на тот самый ковёр.

«И почему я представляю не то, как ректор отчитывает своего ручного Цербера, а… "наказывает" его… на том самом ковре… в неприличных позах?! Твоё же, пламя!»

***

До отбоя мы нашего соседа не видели. Сходили на оставшиеся пары, сбегали на полигон, где с нас десять потов согнали звери-кураторы, за обедом познакомились с нашими одногруппницами поближе. Причём это была полностью их инициатива! Брюнетка, с голубыми глазами, которую Староста называл «Мара» оказалась на самом деле – Тамара де Иви. Уроженка островов Огги. А её подружка, золотоволосая куколка, от которой ни на секунду не отступал Кейн, следуя безмолвной тенью по её следам – Ирига Сноу.

Девушки после совместного времяпрепровождения в нашем блоке и общего чаепития раскрепостились и открыто шли на диалог. Гуляя от аудитории до аудитории между парами, они рассказали нам про Академию и её всем известного основателя– Эолзера Сальярис, в чью честь и названы эти стены. Попутно интересовались нашим королевством, охотно рассказывали про практические занятия и немного о Цербере.

– Прогульщиков и лоботрясов в Академии нет, лентяев тоже. Всех сортирует Цербер. Прессует, проверяет, тестирует на профпригодность и, как ни странно, тренирует и помогает, в случае неприятностей! – вещала Тамара.

Видя наши скептические взгляды, за Цербера заступилась уже Сноу:

– Вы можете нам не верить, но… именно Лай помогает раскрыть весь магический потенциал и определиться с дальнейшим направлением.

– А мне с дипломом помогает. То книги притащит профильные и, скажем так, «запретные», то подопытных достанет!

«Цербер – помогает? Ох, не верится что-то! Такой как он с виду только и может, что муштровать!»

– Понимаю. Лай – ещё тот сосед… Все "подселенцы"быстренько с территории выживались! Но вам остаётся только смириться. На самом деле, по Академии уже гуляет тотализатор. Как быстро вы сбежите из «логова»! – засмеялась Мара.

– И как? Много ставят? – поинтересовался я.

– Пока всё не в вашу пользу! – улыбнулась мне брюнетка.

– А нам поучаствовать можно?! – включилась в разговор сестра.

– Рассчитываете озолотиться? – поинтересовались Мара, повернувшись к Терре.

– Прошу, не надо действовать назло Лай! Староста и так за нас всех получает! – попыталась пристыдить нас блондинка.

Сноу ярко вспыхнула эмоциями восхищения. Восхищения этим коротышкой! Кейн, стоящий рядом со мной и тоже уловивший эмоции Ириги, нахмурился – ему они явно не понравились.

«Радует только одно… По эмоциональному окрасу, Снежа за разнополые отношения! А значит у КовЭ́ра есть шанс заполучить внимание крошки блондинки себе!»

– Снежка права! – вдруг опомнилась брюнетка и вступилась за Старосту. – На Цербере слишком многое висит… Студенты, практики, отработки провинностей. Да тот же учебный материал… Иногда мне даже кажется, что Лай неживое существо. Не ест, не пьёт, не спит – только кофе вёдрами хлещет!

Блондинка ткнула Иви в бок локотком.

– Не говори глупостей! Ест на праздниках, на глазах у всех студентов, когда не в форме карателя. И спит… иногда даже на парах! От усталости, правда, – расстроенно заключила Сноу и перевела на нас свои васильковые глаза. – Я очень вас прошу, пожалуйста… постарайтесь принять Лай! Да методы Лай жёсткие и суровые, но в Академии должен быть порядок для всех, как для студентов, так и для преподавателей… Староста и так уже на взводе, раз сегодня…

– …Цербер потерял контроль! – закончила за подругу Мара.

– А почему был потерян контроль? – поинтересовалась любопытная сестра.

Сальярийки переглянулись и, тяжело вздохнув, просветили нас:

– Это из-за Алисии Верителис. Преподавателя любовных зелий и приворотов, – отозвалась Иви.

– Они что… не дружат? – уточнила Терра.

– Не ТО слово! – хмыкнула блондинка, качая головой.

– Это легко сказано – не дружат! Алисия, два года назад… опоила Лай приворотным зельем! – шёпотом выдала нам бесценную информацию Тамара.

«Ничего себе! Всё интереснее и интереснее в заморской Академии!».

❧Глава 4. Вызов на "дружеский" бой

Среда пролетела необычно быстро, а всё из-за предвкушения грядущей практики по боевой магии. Старосту мы так и не видели после вчерашнего инцидента, а по атмосфере, царящей в Академии, было понятно, что он отсутствует не только на парах, но и в этих стенах. В коридорах флиртовали парочки, парни сидели на подоконниках и отпускали шуточки ниже пояса, некоторые всё ещё посматривали на нас с презрением и опаской. Будто мы их хотим на ужин отведать. Хотя "отведать" их и правда хотелось. Особенно в обед, когда к нашему столику подошли три адептки с целительского факультета, стали знакомиться и хлопать глазками, открыто флиртуя! Вокруг них так и расползлись эмоциональные потоки симпатии, любопытства, предвкушение – попробовать на вкус запретный плод, которым являлись, видимо, мы!

«И как не клюнуть на открытую провокацию и не поддаться искушению?! Подмять под себя и хорошенько так…»

Пинок сестры под столом по ноге немного вернул поплывший мозг на место.

«Терра права – нечего злить Цербера. С ним ещё не один месяц в одном блоке жить. И судя по вчерашнему дню – парень держит своё слово. Кхелы, конечно, голодные, но до выходных спокойно дотянут. А там, за стенами Академии, мы уж найдём дамочек для подпитки!»

В предвкушении выходных мы пошли на полигон для боевых занятий. Там нас встретил настоящий змеелюд, коих в нашем мире почти не осталось, а в землях АйнКрада так вообще не встречалось из-за суровых холодов и отвратной погоды. Здоровенный мужик без хвоста и прочей шушеры, что змеелюдам приписывают по легендам. Его выделяли только глаза с вертикальным зрачком, чуть заострённые клыки, что были заметны лишь при разговоре, и несколько переливающихся чешуек в районе скул.

Змеелюд представился Жегиро де Локо и, повторив для всех правила безопасности, поставил задачу на сегодняшний день – пройти полосу препятствий, пытаясь побить нынешний рекорд Академии, и после небольшого отдыха поучаствовать в спаррингах по защитной и отражающей атаке с понравившимся партнёром. Полоса препятствий была длинной и витиеватой с кучей сюрпризов на пути. Грот, канатная дорога с движущимися мишенями, которые не дают пройти и всех зевак сталкивают в болото, под канатной дорогой. Минное поле со спрятанными фаэр-болами. Отвесная стена с креплениями для подъёма без страховки и ещё многое, многое другое, что уже не виднелось взору из-за дальности пути. Короче, развлечение и только.

В глазах сестры горел огонь предвкушения, а эмоции выдавали восторг. Ведь полоса проходки была сложней и опасней нашей в несколько раз. Сангр, Деггер и Кейн, на неё же смотрели более спокойно, уделяя внимание группе студенток в спортивной тёмно-вишнёвой облегающей форме.

Приказ Змее-люда к началу, сигнальный залп огня и понеслась. И только спустя целых сорок минут веселухи мы пришли к финишу, к ждущему нерасторопных адептов Куратору и скучающему Лай, что, пристроившись у дерева, лежал на массивных корнях. Жегиро де Локо вскользь похвалил нас за скорость прохождения, но отметил, что рекорд мы не побили и, бросив на Лай двусмысленный взгляд, стал дожидаться уже своих адептов.

«Не припомню, чтобы коротышка был в начале занятия. Да и не видел его у полосы препятствия… халтурит, значит! Ещё один любимчик препода!ГОВНЮК. Мелкий, наглый говнюк! Интересно, он всех мужиков Академии оприходовал, для получения высших баллов и автоматов на зачёте?!»

Пока мы дожидались остальных и делали заминку для разогревшегося тела, что приятно ломило от тренировки, в сторону Цербера побежали наши вчерашние знакомцы. Тамара и Снежа жаловались на новую трассу, вытряхивая из волос листья и отжимая футболки. На этой картине наш силач подзавис, смотря на то, как блондинка закатывает ткань до бюстгальтера и пытается её отжать, обнажая плоский живот.

«Да… что-то с нашим здоровяком явно не так! Надо бы с ним поговорить!»

Но не успел. За меня разговор, в излюбленной манере, начал Лай:

– Адепт КовЭ́р, настоятельно рекомендую отвернуться и смотреть в другую сторону, пока девочки не сняли штаны и не принялись их просушивать… а-то, боюсь, в скором времени наша финишная полоса станет болотом от ваших слюней!

Кейн злобно посмотрел на коротышку, кипя праведным гневом, и вскользь бросил взгляд на Сноу и Иви, что так и замерли с полуспущенными штанами. И только после слов бдящего Цербера девочки, хлопая глазками повернули к нам головы, залились румянцем и окатили нас волной смущением. Видимо, для них не было зазорным после купания в болоте, по которому они проползли, привести себя в порядок и просушиться в присутствии парней Сальярис, но нас почему-то застеснялись.

Сальярийцы же не косились в сторону оголившихся девушек, и, о ужас, не испытывали любопытства или соблазна украдкой посмотреть на своих фигуристых сокурсниц, боясь гнева злобного коротыша. Хотя, столкнувшись со вспыхивающим взглядом и непримиримым характером Цербера, смотрящим в сторону адептов, было понятно их поведение – Надрессированные!

«А всё чёртовы правила Эолзера – "Никаких отношений в стенах Академии между студентами и преподавателями"!»

Когда все добрались до финиша, мы перешли на другую территорию и стали разбиваться по парам для спаррингов. Тамара сама предложила Терре встать в пару, Сангр, ловелас чёртов, нашёл привлекательную брюнетку для практики, Деггеру и Кейну под зелёным пристальным взором Цербера двое студентов также предложили первый бой. А я, следя за своими соотечественниками, пропустил момент и остался без партнёра. Хотя студент-то был, просто явно не имел желания подниматься с корней дерева и идти на контакт.

И спарринги начались под чутким руководством Змеелюда. Видя то, как адепты отрабатывают пройденный на занятиях теоретический материал, я закипал гневом.

«Тоже хочу размяться и показать себя и силу своего Кхела!»

Время тянулось и тянулось, но первый этап был закончен. Впереди отработка боевых навыков, выученных ранее, для закрепления в сочетании с новыми. Студенты снова собрались в кучку, став поочерёдно игриво называть имена будущих противников. Эмоции молодых людей никак не вязались с боевыми, они скорее искрились азартом, весельем и дружеским соперничеством. Сальярийцы хлопали партнёра по плечу, предвкушали победу над одногруппниками, предрекали быструю расправу, ставили шуточные условия на выигрыш, наподобие крикнуть выверной на весь полигон – веселились в общем.

И что-то в этот момент во мне щёлкнуло.

«Всё, хватит! Хочу в бой. Хочу положить на лопатки коротышку и укоротить его язык!»

Подойдя к собравшимся адептам, я обратился к Змеелюду, что составлял пары и записывал имена в журнал для отчётности.

– Я хочу бросить вызов на "дружеский" бой – Нетт Лаю! – громко возвестил я, уверенный, что Нетт – это имя, а Лай – фамилия.

Адепты пришибленно замерли и уставились на меня, как на самоубийцу. Кто-то засмеялся над неправильным произношением имени Цербера и грядущей расправой, что неимоверно последует за этим. Сноу, прикрыв рот ладошками, ахнула и выдала озабоченные эмоции, но не за будущие травмы коротышки, а за меня.

Тамара хмыкнула и громко сделала ставку на победу Цербера, аж в три золотых крона, а Змеелюд, прокашлявшись, обратился ко мне:

– Вы уверены в своём решении, адепт Зерхо?

– Абсолютно!

– Что ж… Лай, к тебе смертник! – громко возвестил Жегиро и лениво посмотрел в сторону.

Студенты расступились, дав мне увидеть скучающего коротышку, что всё так же сидел на корнях, облокотившись на дерево. Даже головы в мою сторону не повёл, говнюк.

– ЛАЙ! – рявкнул Куратор.

– Иду я, иду… – обречённо вздохнул парень и, лениво поднявшись, похлопал себя по заднице, стряхивая траву, и нехотя двинулся к нам.

Змеелюд приказал всем отступить и накинуть щиты, на всякий случай, давая нам возможность на первый дружеский бой. Ещё раз проговорив правила – не бить между ног и в область сердца, Куратор обратился к Церберу:

– Прошу только об одном – не ломать и бить не в полную силу!

– А если очень хочется? – спросил зазнайка, хрустя кулаками.

– Лай! – укоризненно отозвался змей.

– Да я так сломаю, что не придерёшься. Честно-честно… даже в лазарет потом перекину.

– Лай! – гаркнул на зарвавшегося адепта Змеелюд.

– Вечно так… появился более-менее нормальный противник, а поиграть нельзя! – наигранно обиделся Цербер.

– Либо так, либо до конца года НИКАКИХ боёв! Мне и так хватает общения с целительским крылом. Поверь, мисс Факлер уже давно ненавидит и точит зуб на тебя и на меня в придачу, а от этой су… кхам… ведьмы можно ожидать подстав. Тебе нужно, чтобы по Академии "рукожопы" ходили? Вот и мне нет! Так что без отрывов конечностей и нанесения особо тяжких. В пол-си-лы, Лай!

Цербер кивнул и пошёл на исходную, а Жегиро, положив руку мне на плечо, чуть склонился и прошептал:

– Выложись по полной, парень. Не жалей сил и постарайся уложить на лопатки нашего Цербера!

«Вот и разрешение на причинение особо тяжких! И если коротышке калечить людей нельзя, то новому студенту, на которого ещё "не точат косу", можно!» – мысленно потёр я ручки в предвкушении.

И наш бой с Цербером начался.

Я призвал своего Кхела – Мрака. По телу разбежались чёрные линии, и мы атаковали в полную силу демоническим огнём. Но коротышка размылся в пространстве и, оказавшись за моей спиной, ударил локтём в бок, заставляя рёбра затрещать и сплюнуть кровь после приземления. Я в него силовой волной, а он, выставив блок, снова размылся из зоны видимости. Мрак отреагировал первым, вышел из спины огненным существом, перехватывая противника с тыла с занесённым кулаком. Мгновение и тот уже летит в сторону студентов, прикрытых защитой. Демон окружил меня огненным кольцом и, слившись с ним воедино ментально, мы понеслись на поднимающегося противника.

Глаза Лай сияли азартом и тем самым колдовским огнём. Мой кулак с увеличенным магией ударом он встретил своим предплечьем. Боль прошлась по пальцам, словно ударил в каменную преграду, а не в человека. И больно, почему-то, было мне, хотя это его руку должно было переломить! А после Цербер присел и без какой-либо магии ударил в живот, заставляя отлететь от него подальше.

Злость закипела, глаза заволокло красной пеленой ярости. И на площадке остался только я и мой противник. Я нападал, он изворачивался, передвигаясь слишком плавно и размыто. Передо мной словно был хищник. Никогда раньше не встречал человека, который выходил бы против Кхелов с голыми руками. Мы уже не атаковали магическими потоками, а вели ближний бой. Он изводил меня, мелькая чёрным пятном перед глазами и нанося точные молниеносные удары, заставляя выдыхаться. Слишком маленький гад, слишком шустрый. Отследить его удавалось лишь Мраку, и благодаря чуйке блокировать удары.

Замешкавшись над превышенной силой удара, я потерял концентрацию, и Лай тут же, обхватив руку, перекинул меня через плечо, уложив на лопатки. Вскочив на меня сверху, как на необъезженного жеребца, Лай левым кулаком ударил в землю рядом с моей головой, а второй занёс и остановил его в каких-то считанных сантиметрах от лица.

Это была победа… его победа.

«Вот не надо было думать о парнишке и последствии моего удара, что летел ему в голову. Не снизил бы силу, потеряв драгоценное время – выиграл бы, а он пару дней у "любимых" целителей провалялся. Нет же… совесть, цука, взыграла – малышей обижать нельзя!Иначе фортуна жопой повернётся!»

Я лежал и смотрел на победителя, что, сидя всё так же на мне пытался восстановить дыхание, не опуская кулак. И только тогда я заметил, что на дрожащем запястье съехал рукав, открыв вид на плоский утяжелитель. Руки сами обхватили лодыжки Цербера – удостовериться, что зрение меня не подводит. Парные утяжелители для силовых тренировок отчётливо прощупывались под ладонями.

«То есть меня НЕ ТОЛЬКО за противника не приняли, да ещё и себе прибавили веса для сложности?! Интересно, а что бы было… сними Лай свои веса и не сдерживай магии? Чтобы было, если бы я отдал Мраку полный контроль? Кто бы тогда выиграл? Он или Я?»

Цербер, опустив руки, оторвал мои ладони от своих ног и, наклонившись к моему лицу, злобно зашипел, сверкая глазами:

– Адепт Зерхо, моё имя исключительно для вас – Лай. И никаких "Нетт-Лаев", "Лай-Неттов" и уж точно "Ланьетов" быть не может! Ещё раз выдумаете аббревиатуру моему имени – точно познакомитесь с моим кулаком!

«Вот зря он про Ланьет…ЧЁРТ!» – Мрак уже услышал шальную мысль и встал в стойку.

А парень, пытаясь слезть с меня, ещё и на паху случайно поёрзал, словно зная, куда сейчас вся кровь приливает.

«Мелкий, зараза, худой – как цапля, а жопа ничего так… кругленькая! Не костлявая. Твою же мать! Кажется, Лай – демон-искуситель! Чтоб нормального парня посещали мысли о мужской заднице?! Срочно в дом терпимости! Просто СРОЧНО! Пока остатки мозгов на месте!».

❧Глава 5. Похороны Старосты и без нас?!

От поганых мыслей избавился лишь к следующему дню. И то благодаря Церберу, что отсутствовал в своём «логове» и на первых трёх парах.

Но везти вечно – это не мой случай!

После обеда мы пошли на лекцию, совмещённую с практикой у некой Деборы Грин. Со слов Иви, нам должны были рассказать историю происхождения Сальярийской магии и особенностей силы АйнКрадцев.

В пустующей аудитории за первой партой сидел Цербер и, попивая кофе, смотрел в окно. Снежка, увидев Старосту, унеслась в его сторону, явно для отчёта о сегодняшнем дне. На эмоциональный рассказ Ириги Лай лишь кивал, видимо, пребывая в своих раздумьях, и односложно отвечал. И плевать бы мне на коротышку, но всё равно, проходя мимо, смерил его взглядом – ноль эмоций.

«Вообще пусто! Словно передо мной магическая голограмма. Даже вчера на спарринге было тихо. Но стоило ректору упомянуть какую-то Магичку-препода, как прорвало. Неужто так сильно приворожила, что он теперь только ей свои эмоции демонстрировать может?!»

До пары оставалось десять минут. Адепты наполняли класс, Сноу вернулась к своей Иви, сестра копошилась рядом, пытаясь безуспешно завести со мной диалог, а я рассматривал мелкую фигуру в чёрном. Внутри со вчерашнего дня кипело желание устроить реванш. Но в аудиторию вошла молодая женщина с крашенными в голубой цвет волосами, перетягивая на себя внимание, и начала раскладывать на учительском столе свои бумаги… периодически кидая игривые взгляды на сидящего смурного коротышку.

И ничего не предвещало беды. Но это же Академия «Эолзер», здесь дня пройти тихо-мирно не может!

Дверь распахнулась, на пороге появился белый, как полотно, парень. Он был практически пуст и одет в наспех, неровно застёгнутую форму боевика. На правом плече три нашивки: зелёная с горами, синяя с щитом и красная с перекрещёнными клинками. Магические крупицы улавливались с трудом, а эмоции зашкаливали паникой и страхом за любимых.

Шатаясь, он подбежал к Старосте и, вцепившись в край его стола, стал шипеть да так натужно… словно связки были порваны:

– ЛИО! Помоги! – Цербер тут же напрягся и выпрямился, отставляя стаканчик с крепким напитком. – Они ушли в лес… а сейчас… тревога…

– Ещё раз с начала, Марко! И более конкретизировано! Кто ушёл, куда и где тревога?

– Мать с сестрой ушли в лес лечебные травы запасать на зиму… – сбивчиво дыша, пояснял студент, – Мирида заигралась в чаще и потерялась. Мать вернулась за помощью, но объявили тревогу. Загрызни! Мне пришло сообщение только что, а я в лазарете! Пустой! Лай, помоги! Её же съедят там!

Цербер вскочил на ноги и, выйдя из-за парты, стал быстро спрашивать:

– Поселение?

– Ше-шеллингар! – с трудом ответил брюнет.

– Начало тревоги?

– Час назад!

– Сестра родная?

– Д-да!

– Вызовите сюда целителей, пусть окажут помощь Марко и восполнят его резерв! И прикажите дожидаться моего возвращения! Вернусь сюда же! – отдал распоряжения Староста, обращаясь явно к женщине-преподавателю, которая стояла на кафедре, чуть онемев.

Положив руку на шею парня, Лай вздохнул и предупредил:

– Если родная, есть шанс… Но будет больно! Звиняй!

– Переживу! – бесстрашно отозвался Марко.

И нас накрыло потоком силы. Воздух загустел, светильники замигали, давление сдавило лёгкие, но не так, как раньше. Нас не придавливало, но всё равно было не по себе. Глаза Цербера заискрили молниями, адепт хрипел под его хваткой, а после опал к его ногам, оставив в руке Старосты красную магическую нить. Она уходила в стену, пульсируя, словно жила. Не говоря ни слова больше, Цербер открыл переход и ушёл ведомый кровной связью.

Адепты сразу побежали за целителями, бессознательного парня переложил Кейн на столешницу, явно окончательно заделавшийся в альтруисты. Снежка создала холодный компресс и разместила его на лбу юноши, Мара навесила на его шею свой накопительный-артефакт. Преподавательница раздавала мелкие указания, оставшимся студентам. Прибежавшие медики привели парня в себя и восполнили его магический резерв зельями трёх видов.

Через пятнадцать минут он уже сидел на парте как ни в чём не бывало и смотрел куда-то в пустоту невидящим взглядом. По бокам от него сидели Сноу и Иви, что гладили его по плечу и спине, пытаясь успокоить. А парень кусал губу и не мог найти занятие для рук, теребя то край рубашки, то складку штанов.

Молоденькая преподавательница сидела на ступени кафедры и грызла ноготок большого пальца, явно переживая за своего отсутствующего студента. А может, и не за простого студента, а за коротышку, что, кажется, был любимчиком всей Академии. И я всё больше склонялся к тому, что он «двухполярный». Уж слишком отчётливо читались эмоции Деборы. В них было всё: дружеские чувства, симпатия, долька восхищения и любви. И никакого негатива. Ну не может преподавательница испытывать подобное к простому студиозу!

Время утекало, а Дебора так и не начинала занятие. Все адепты сопереживали. И чувствовалось единение, сплочённость. Они были готовы в любой момент прийти на помощь без слов. И всё надеялись, что Цербер вернётся не с пустыми руками. Я и сам под давлением чужих эмоций стал проникаться и волноваться за высокомерного сопляка.

«Один-то загрызень – это проблема. Если же их будет стая – не видать нам больше коротышку!»

И стоило мне его вспомнить, как над центральным проходом горизонтально закрутился открывающийся портал, и из него выпрыгнул Лай. За ним скользила гигантская когтистая лапа и оскаленная пасть загрызня. Тварь напоминала огромную кошку размером с медведя, голова которой могла поворачиваться на триста шестьдесят градусов, как у совы. И вот это чудовище сейчас старалось запрыгнуть в пространственный переход и нагнать свою добычу.

Но не свезло.

Портал закрылся и безжалостно отсёк голову зубастой твари и его протянутую к спине Старосты лапу. Кровь окропила карателя, сидящего на корточках. Когтистая лапа бухнулась рядом с Цербером, а голова загрызня, упав на спину парня и соскользнув вниз, откатилась к кафедре, оставляя за собой кровавый след.

Но это было неважно.

Лай был не один! Он прижимал к себе крохотное создание, что обвивало его шею тоненькими ручками, а торс – босыми окровавленными ногами.

Первым опомнился Марко, он подскочил к Лай и попытался осмотреть состояние травм. Цербер выпрямился с ношей на руках и, качаясь, передал ребёнка сходящему с ума брату.

– Мирида! – позвал адепт девочку.

– Она у тебя, молодчинка! – выдохнул Лай и, протянув руку к кудрявой девчушке, лет шести-семи, вытащил из её волос веточку хвойника. – Сообразила, что на колючий ельник лезть надо, чтобы загрызень след потерял и не полез лапы царапать. Да ещё и шишками их обстреливала! Далеко пойдёт! Завербую после семнадцати! – усмехнулся Староста и рухнул на корточки, чтобы отдышаться.

– Марко… Марко, я хочу в твою Академию! – весело защебетал ребёнок.

Румяная девчушка улыбалась от уха до уха, глаза блестели не от слёз, а от восторга. Кудрявые тёмные волосы были спутаны и напоминали гнездо, в которых виднелись веточки и иголки хвойника. Платье явно было порвано об сучки, ноги оцарапаны, как и руки. Любой другой ребёнок бился бы в истерике и панике от встречи с загрызнем, а тут столь бурные яркие эмоции, которым ну никак нельзя было найти объяснения. Но Мирида сама поведала нам причину столь бурного восторга и историю своего незабываемого похода в лес, главным героем в которой оказался Цербер.

– Хочу так же, как он… – ткнув в Лай пальчиком, – …зверюшек плохих наказывать! Представляешь, там пять таких зубастых было. И все меня съесть хотели. А тут он мимо проходил. Сказал, что брат прислал, и чтоб с дерева не слезала, иначе мне кишки на башку намотает и ими же к стволу привяжет!.. Правда, где он их взять собирался, в лесу, я так и не поняла, да и некогда было! Там такое началось! Твари на него, а он их… хлоп… и раскидал по кустам. Первого в землю зарыл целиком. На него второй побежал, а он ветку моего дерева оторвал и давай ему по голове стучать. Да, видно, зубастый больше играть не захотел, вымотался, – спящим прикинулся! Третий со спины хотел напасть, так он его голыми руками за пасть схватил и… – и ребёнок из своих рук сделал якобы оскаленную морду и ТО, что с ним Лай сделал. Ну, то есть пасть зверя порвал, а потом ещё и поиграл сломанными частями.

На это у Марко задёргался глаз, и он мельком посмотрел на нашего коротышку, явно желая что-то ему сказать. Но его опередил Цербер.

– С детьми дел не имею и не горю желанием! Считай это побочный эффект от встречи со мной! Пройдёт через… полгодика! – отозвался уставшим голосом Лай, почувствовав взгляд сокурсника.

А малышка не унималась, с энтузиазмом рассказывая, как закончились её приключения:

– На него четвёртый кинулся, грозно рыча, а он… – опять кивок на Лая, – …сосулину из воздуха сделал и в грудь, как шампур, вонзил. Кричал, что на шашлык возьмём, да вечером приготовим! Но на нас самый здоровый вышел. Увидел, что зверюшки больше с нами не играют, как оскалился. Как рыкнул. Брат, чесслово, в деревне, наверное, услышали. Но котик со мной играть решился. Его… – кивок на Старосту, – …шипастым хвостом по спине стукнул и полез ко мне на дерево. Он того за хвост голыми руками пытался вниз стянуть, да кошка слишком большая была, и с другими он уже наигрался, все силы истратил. Пришлось мне к нему на помощь лезть! И только я к нему вниз, как оп… нога подвернулась. А дальше, пока ко мне кошка лапами тянулась, ОН ко мне резко подскочил, схватил, прижал к себе и в портал прыгнул. И вот… Марко, разреши мне у вас учиться! Я правда-правда стану лучшей в классе!

Адепт смотрел в восхищённые глаза сестры и не знал, что ответить семилетнему ребёнку, что пришёл в восторг от жестокой расправы над одним из самого зверского вида кошек нашего мира.

– Ааа… Давай, мы лучше у мамы разрешения спросим? Ок?

– Ребёнка целителю отдай! – прорычали снизу, – Воссоединение семьи – это, конечно, прекрасно, но у неё нога ранена и ссадин много…

Тут же обернувшись, Марко передал Мириду лекарям, а сам присел на колени.

– Лай, я даже не знаю, что сказать!

– Скажи – что только «после семнадцати» и только с «разрешения родителей»! А после выпуска я её в разведку запихну, чтоб научили язык за зубами держать. Это ж надо… за три минуты всю подноготную выдала. Арбалет автоматический и то меньше стрел выпускает, чем она слов в секунду!

Марко засмеялся, вероятно, на эмоциях, и сжал Лай в крепких объятьях. Затем прислушался и всполошился.

– Ты на нуле! Тебе нужно…

– Заткнись, а…! Ещё один папочка на мою голову! – перебил одногруппника парень и, оттолкнув от себя, поднялся на ноги. – Всё со мной в поря… – и Цербер стал падать.

Марко, быстро поймав его, перехватил и поднял на руки. Староста вяло сопротивлялся, пытаясь убедить в своих силах и возможности ровно ходить… но парень держал крепко. Развернувшись к уже успокоившейся преподавательнице, он, не спрашивая разрешения, а скорее констатируя факт, оповестил:

– Лай на пределе. Нужно похоронить!

– Конечно, адепт Горелли! Идите. Всё равно лекция сорвана! Радует только то, что в этот раз причина была… веской. Нагоним в понедельник.

– Благодарю, леди Грин!

– Отпусти… дурья башка! Сам только пополнился, а уже тяжести таскаешь!

– Сделай милость, Лай, заткнись! И дай на ручках Цербера поносить, что б было, что потом вспомнить после выпуска! Должен же я как-то тебя отблагодарить за сестру! Так хоть прикопаю…

– Цветочки на могилку не забудь положить, а то обижусь…! – отбил коротышка и отрубился на руках адепта, растеряв последние крупицы сил.

– Мирида, я скоро вернусь за тобой и отправлю домой. Иви, будь другом – кинь моим весть, что Мира со мной в «Эолзер». А ты, Снеж, присмотри за мелкой! А то точно в Академии обоснуется и приключения найдёт! – девочки дружно кивнули, а парень пошёл хоронить нашего соседа.

« Похороны Старосты и без нас?! Нет, я просто обязан это увидеть. Хоть буду знать, куда цветочки принести, что ли!».

❧Глава 6. Одного сапога пара

Выходя из аудитории, я услышал, как сестра подошла к мисс Грин и задала терзающий всех нас вопрос:

– Они что, и правда, хоронить Старосту побежали?

– Да! – женщина перевела на неё свои шоколадные глаза и, вспомнив, с кем разговаривает, уточнила: – А… Вы же, наверно, не знаете всех нюансов Сальярийской магии. Если хотите, я вам расскажу.

– Это было бы замечательно! – прощебетала Терра.

– Тогда поспешим, пока адепты не опустили Лай в землю!

Я выдохнул с долькой разочарования.

«Вотблин… Нет бы, пойти поваляться в наш отсек да полентяйничать, так нет же, сестра выпросила внеурочную лекцию по Сальярийской магии. Прелестно… просто прелестно!»

Пока мы шли во двор Академии, мисс Грин начала свой рассказ.

– Как вы, наверное, знаете – Стихийные маги могут пополнять свою энергию элементами, к которым есть предрасположенность. Огонь, земля и так далее. Поскольку Лай обладает Стихией земли, то и пополнить резерв может от неё.

– Лай – Земной маг? – уточнила Терра, что быстро шла рядом с голубоволосой женщиной.

– Не совсем… но о магии Лай я расскажу вам подробно на следующем занятии! – и, перехватив любопытство в глазах сестры, добавила: – Уверена – оно вам понравится. Наглядно увидите своего противника… правда, если Лай выживет!

– То есть похороны настоящие? – не удержался Сангр.

– Не обращайте внимания на такие слова как: прикопать, сжечь, утопить, задушить… это сленг наших студентов. Хоронить они никого не собираются, просто положат в землю и закопают… хотя да, обряд имеет некие сходства. Но Лай выберется из «колыбели», как только напитается энергией. Бегать по кампусу и кричать, что из-под земли умертвия лезут – не стоит. Вас поднимут на смех! Но громче всех будет потешаться Цербер!

Подходя к группе людей, вставших кружком, мы услышали голос Марко, что раздавал приказы: принести одеяла, подушку, горячий чай, просто воды, сбегать к ректору и доложить о случившемся… И люди, оказавшиеся нашими одногруппниками, спешно разбежались выполнять задания.

– Адепт Горелли, вам нужна помощь! С ношей на руках будет затруднительно подготовить место. Так что доверьте это другому Земному магу, либо возьмите ассистента!

– Вы правы, мисс Грин! – отозвался темноволосый адепт и зашагал в нашу сторону. – Всех парней отослал по поручениям, да и никому не доверю создание «колыбели», – осмотрев нас, юноша подошёл ближе ко мне и протянул бессознательное тело злобного коротыша. – Подержи будь другом!

– Почему я?

– Потому что на Лай больше всего твоей магии осталось! Вы вчера вместе спарринговали?! И как? Уверен ты злишься… не хочешь поучаствовать в похоронах?! Так сказать, подлечить противника…

– Не горю желанием! – пресёк я его уговоры.

– Что и даже снова вызвать Цербера на бой не хочешь, чтобы отыграться? – удивился этот… Горелли?

«Вот же проницательный гад! Хочу, ещё как хочу! И даже знаю, какое условие поставлю Церберу, если выиграю!»

Вытянув руки, мне почётно вручили Старосту, и я услышал нахальный смешок от Марко:

– Ты не смотри, что Лай – саблезубый Цербер. По весу – воробей воробьём! Не надорвёшься! –и отойдя от нас, стал создавать «колыбель» для Старосты, вырывая углубление в тёплой земле. Рядом, следя за адептом, Леди Грин подробно комментировала его действия.

А я… вместо того, чтобы слушать, рассматривал свою ношу. Скрытое ото всех лицо кроме ядовитого взора. Светлая бледная кожа, большие закрытые глаза с чёрными ресницами, что явно были подрезаны. Видимо, парню "повезло" уродиться не только коротышкой, но и обладателем кукольных глаз, что заставляло укорачивать ресницы во избежание новых насмешек. Хотя над этим попробуй посмейся!

И что странно, мой Мрак тоже поддался вперёд и будто принюхивался к нашей ноше. Чуть рычал, но не как всегда: озлобленно, гневно, болезненно или удовлетворённо, после близких контактов с женщинами. Нет, иначе. Словно недоумевал от чего-то и рычал на самого себя!

Я же неожиданно поймал себя на мысли, что «ноша – не тянет!». Ведь за то время, что мы ждали, руки не заныли от тяжести, не опустились, а, наоборот, по насмешке судьбы, притягивали коротышку ближе к моему телу. Внутри зарождалось желание защитить этого слюнтяя, хоть в защите он явно не нуждался.

«Наверное, это из-за его малого роста, что сбивает с толку. Интересно насколько я его старше? Или… он меня?» – с этими мыслями я помог Марко уложить Лай в вырытую могилу на заготовленные подушку и одеяло, а после, навешивания купола воздуха адептами, стал закапывать коротышку.

И теперь к обряду похорон присоединились все одногруппники. Даже мисс Грин села на колени и стала аккуратно засыпать купол холодной землёй. Студенты что-то бормотали и, перейдя на иное зрение, я увидел, что все Стихийные маги просят Землю поделиться силами с тем, кто лежит в её колыбели.

А после все разошлись… Марко убежал к сестре, адепты, постояв ещё пару минут, тоже пошли по своим делам. Дебора Грин на холмик положила сорванный с куста цветок как метку захоронения. Друзья ушли в столовую утащив с собой сестру, а я всё стоял и смотрел на свежий холм. Что-то никак не отпускало.

И только я отругал себя за неординарные мысли и уже собрался уйти, как почувствовал их… эмоции. Их уже никак не получалось спутать с чьими-то другими. В них преобладала усталость. Такой хорошо знакомый вкус, окрас, что я уже пару раз ощущал только от Цербера.

Ноги сами подкосились, заставляя сесть на землю и прислушиваться к чужим чувствам. Мрак зарычал и, облизнувшись, стал поедать по крупицам предоставленное лакомство. Довольно порыкивая от вкуса и насыщенности. Хоть это были не сексуальные или возбуждённые линии, но и их ему хватило, чтобы хоть немного пополнить запасы.

«Эх, ещё бы дотронуться до Старосты, чтобы эмоции волной окинули…»

Земля вздрогнула, эмоции закрылись, а на полянку рядом открылся тёмный дымчатый портал. Из него вышел, явно уставший, ректор Академии, что, увидев меня, замер и поздоровался:

– Добрый вечер, адепт Зерхо. Что вы здесь делаете? – огляделся он по сторонам выискивая причину моего пребывания именно здесь.

– Восполняю пробел в знаниях! – смотря на холм "честно" ответил я.

Между нами повисло молчание. К`ярг сверкнул глазами, но открыто говорить, что почувствовал мою лож не стал.

– Похвально! – только и отозвался мне мужчина, а потом присел с другого края могилки. – Лай! Ты там до утра останешься или всё же в кроватку пойдёшь?! – издевательски спросил ректор у холмика.

Камешек, что лежал на могилке, взлетел и метнулся в сторону, не сильно ударив в грудь главу Академии.

– Радует, что ты всё ещё злишься. И злишься на себя! Значит, всё не так плохо. Давай вылазь! Или тебе помочь?!

Земля снова вздрогнула, будто противилась неминуемой встречи, и из неё так никто не вышел. Ректор вздохнул и, положив руку на могилу, заставил землю, как одеяло, откинуться в сторону. В колыбели лежал Цербер, что дрожал от холода, стуча зубами.

– Горе ты моё луковое! – проговорил глава Академии качая головой и вытащил Старосту на свет божий. – Позвать меня не судьба было? Без оружия, без подмоги, без,твою мать, магии… Полезть в портал, теряя последние силы, и не на прогулку, а к загрызням? Ты вообще чем думаешь, а? – отчитывал своего ручного пса Ричард де К`ярг.

– Т-там р-р-ребёнок… вр-р-ремя… не б-б-было…

– Заткнись уже, Нетт!!! А то, я же переговорю с Вейлдом о твоём отстранении в карательных миссиях. Альтруизм твой у меня уже знаешь где…?

– В горле? – предположил Староста, заглядывая мужчине в глаза и трясясь всем телом в его руках.

– В печЁнке, Нетт. В печЁнке. Ты у меня допрыгаешься… вот ей-богу, допрыгаешься! – прорычал ректор, откупоривая фляжку с горячим чаем и заставляя Лай сделать несколько глотков. – Тебя согреть нужно, срочно! – размышлял ректор, задумчиво поглядывая на стены общежития.

– Так согрей! В чём проблема-то?! – невинно флиртовал с ним коротышка.

– А у меня другой выход есть?! – поинтересовался Ричард и, поднявшись с Цербером, открыл портал, после чего скрылся в нём.

«И куда он утащил нашего "голубя"? К нему или к нам? Одного сапога пара оказался наш ректор! О, пламя! Почему я вообще об этом думаю?».

❧Глава 7. АйнКрадский щит

Мысли о Цербере и Ректоре не отпускали до самого утра, из-за чего я не выспался и был в полном раздрае. Всю ночь Мрак неудовлетворённо рычал и подкидывал мне фантазии эротического характера со Старостой в главной роли. Нет, не так. Со СТАРОСТОЙ!! Не с грудастой подавальщицей из любимого трактира, не черноглазой, круглозадой одногруппницей, не с развратной куртизанкой в двух милях от «Деймос», а с ПАРНЕМ!! Это неимоверно бесило!

Лишь на паре по защитным контурам я смог заткнуть своего Кхела и отвлечься на лекцию. Хотя понимал, что мой Мрак перестал зудеть внутри только от вида смурного коротышки за первой партой, что сегодня разбирал какие-то папки с документами и вполуха слушал лекцию. А Магистр по защите – Игыр Окено, вовсю игнорировал наплевательское отношение Старосты к его дисциплине. Хотя других шпынял и опрашивал. Нарисовав на доске замысловатую пентаграмму, он рассказывал о её строении и быстром создании без больши՛х энергозатрат. Вызвав к доске Виктора и Снежку, он попросил их поочерёдно создать контур.

Когда юноша закончил, профессор сел на своё место, хмыкнул своим мыслям и обратился к Церберу:

– Адепт Лай, будьте так добры…

Староста без лишних слов, дальнейших просьб и разъяснений поднял правую руку и, сняв с неё иллюзию, под которой был наручный мини-арбалет, выстрелил, не глядя, в адепта. Контур распался, как стеклянная чаша, не предотвратив полёт болта, что влетел в учебную доску по самый хвостик. Виктора сдавленно охнул и, вздрогнув всем телом, отшатнулся в сторону.

– В следующий раз я возьму на три сантиметра правее, Вик, и прошибу тебе башку! – явно неудовлетворённый прошлой ночью, начал Староста. – Студенты целительского факультета с третьего курса уже задолбали просьбами "добыть" им раненного… уговаривали даже уронить кого-нибудь головой вниз на полигоне, мучители-потрошители! – дотронувшись до виска устало объяснял каратель. – А от тебя, наглядного пособия, будут в восторге и отстанут от меня наконец! Они как раз ранения головы проходят! – позитивно построил для себя планы Лай в случай второй неудачи Виктора.

И уже тише, будто себе под нос проговорил:

– Правда, зная их факультет… остаток жизни ты будешь ходить под себя и заливать слюной полы… жаль!

– Лай! – ощетинился парень, что услышал и последнюю фразу.

– Что Лай, сразу?! Сделал десять шагов в сторону, развернулся к доске и досконально изучил плетение! Раз не можешь с первого раза выучить относительно простой купол, не хрен было лезть в Академию на факультет боевиков! – всё так же, не поднимая головы от бумаг, вещал злюка.

Подняв глаза на кафедру, Цербер обратился к адептке, резко сменив грозную интонацию на ласковую:

– Снежка! То есть, адепт Сноу, на исходную! – смотря в глаза блондинке, отдал приказ Староста и снова погрузился в чтение каких-то документов.

Магистр же напомнил Ириге, что контур имеет Стихийную привязку к огненным потокам и попросил быть аккуратнее. Блондинка стала создавать защитный контур, источая неуверенность и опасение, заставляя КовЭ́ра поддаться чуть вперёд.

Её пальчики дрожали, но медленно выплетали заклинание, всего на секунду она замешкалась и в этот момент на всю аудиторию прогремел голос Цербера:

– Щиты! Ирига, брось! – но девушка уже сплела последний элемент, и он… взорвался.

Купол накрыл всех адептов и Снежку, стоящую на кафедре. Дым заполонил аудиторию и сжёг бумаги, что лежали на преподавательском столе. Сам профессор, сняв свой щит, поднялся и подошёл к Сноу.

– Адептка, какого дьявола, вы до сих пор не умеете связывать противоположные линии?! Если вы неспособны на столь простое действо, боюсь, нам придётся попрощаться после зачёта! – гневался Магистр, что никак не показал, как внутренне переживал за её жизнь. Но от крика Игыра блондинка сжалась в комочек, а рядом сидевший Кейн напрягся как хищник, готовый защищать своё.

– Профессор Окено! – прервал его Староста, – Вы бы лучше отчитывали студентов, что не умеют слушать, не развивают чутьё и не могут к пятому курсу мгновенно навесить на себя защиту! – прорычал Цербер и, поднявшись, обернулся к студентам. – Вы что, ВСЕ вообще офигели! Был отдан «приказ»! Почему никто даже не дёрнулся защитить себя от взрыва?! Вам что… всё время МАМОЧКА нужна?! Или думаете, что раз я здесь, то опасности можно не бояться! Вы забыли, зачем прибываете в этих стенах? Мы здесь не развлекаемся, а готовимся стать боевыми магами! БОЕВЫМИ! После зачёта будете у меня полосу препятствий проходить с отработкой контуров по разным Стихийным направленностям!

– Полностью поддерживаю. Даже поучаствую в этом! – довольно отозвался преподаватель, потирая руки и предвкушая скорую расправу за свои потрёпанные нервы.

– Дайте мне десять минут, профессор Окено. И если Сноу не сможет вас удивить – вопрос о её отчислении будет поднят мной на следующем педсовете!

Мужчина кивнул и снова сел за свой стол. А Цербер поднялся на кафедру, рывком развернул Снежку спиной к адептам и, встав напротив неё, заговорил более спокойно, даже ласково:

– Слушай меня внимательно и не отвлекайся! Сосредоточься на силовых потоках. Контур «огненный» и для тебя сложный. Не вклинивай Стихию так резко, иначе будет очередной взрыв. Начинай вплетать свою магию сразу.

Девушка подняла руки и стала аккуратно плести щит.

– Брось! – скомандовал Лай.

Блондинка тут же отпустила заклинания, развеивая его.

– Ещё раз! – встав за спину Ириге, Староста приобнял девушку, положив свою голову на её плечо и обхватил запястья. – Сначала… во так… правильно. Видишь, как просто, если не действовать грубо. Да, вот так… – звучал его голос на всю аудиторию, заставляя внутренности скручиваться и желать услышать от коротышки эти же слова, но в другом контексте. В другом месте… желательно в моей спальне.

– Да, малышка, правильно. Легко и плавно… словно вяжешь ажурную салфетку крючком. Молодчина. А теперь ещё раз сама, – и развернув девушку лицом к нам, отошёл чуть в сторону, не переставая пристально следить за её действиями.

Снежка, не поднимая головы, сосредоточенно плела контур. Иным зрением было видно, что от её движений щит получается плотным и аккуратным. Девушка, закончив, подняла глаза не на препода, а на Лай, ища в его ядовитом взгляде одобрения и поддержку.

– Хорошо. Набрасывай на себя! – скомандовал тот и отступил за её спину.

Ирига послушалась и её тело облепил щит, заставив переливаться на свету всеми красками, как при преломлении света, падающего на бриллиант.

– Неплохо! – похвалил Окено.

– Рано судить, – не согласился Староста и без предупреждения ударил в спину Ириги огненным столбом.

Пламя, облизав девичью фигуру и не причинив ей вреда, прошло вперёд, не дойдя до первых парт каких-то пары метров.

– Молодец, первое испытание прошла! – довольно оповестил Цербер, выходя из-за спины ошарашенной одногруппницы и спускаясь с кафедры. Затем быстро развернулся и выстрелил в неё из мини-арбалета. Блондинка взвизгнула от вида летящей смерти, но болт, дойдя до её тела, наткнулся на щит, и стрелу разнесло на мелкие щепки, засыпавшие пол в проходе.

– Вот теперь отлично! – удовлетворённо кивнул Лай ошарашенной счастливой блондинке.

– Впечатлён, мисс Сноу. Приятно впечатлён. Надеюсь, на зачёте вы покажете столь же высокие результаты! – похвалил Иригу профессор.

Сноу, как ребёнок, подпрыгнула на кафедре и бросилась на шею к Церберу, что стоял и смотрел на неё снизу-вверх, сложив руки на груди.

– Лио… Лио, у меня получилось… Получилось!

– Будешь каждый раз меня душить – помогать больше не стану! – незлобно отозвался ей парень и, отцепив от себя девушку, уселся за свой стол к ожидающим его бумагам.

– Ваша очередь, адепт! – обратился Окено к Виктору.

Парень, выстроив щит, ожидал решения преподавателя и тот, осмотрев его иным зрением, удовлетворённо кивнув, отдал приказ:

– Фас, Лай! – и Староста, взметнув в воздух руку, не поднимая головы, выпустил арбалетный болт, прямо в лоб адепта.

Стрела разлетелась так же, как и до этого. А следом в Виктора прилетел боевой удар огненной волны, заставив того устоять на месте и радостно, по-идиотски, улыбаться.

– Отлично. Сел! – безэмоционально скомандовал магистр Окено. – Теперь давайте дадим шанс показать себя нашим друзьям из АйнКрада. Надеюсь, вы не боитесь Старосту и… методов проверки на вшивость?! – посмотрел на галёрку Игыр, заставляя всю группу обернуться к нам.

Хмыкнув, я встал и пошёл к кафедре. За мной увязалась сестра, готовая, наконец, показать себя. Под всеобщими взглядами я сплёл немного иной купол первым и стал выжидать приговора профессора. Краем глаза я заметил, как отложил перо, Цербер уставился на меня своим ядовито-зелёным взором.

– Неплохо-неплохо. АйнКрадский щит! Лай, твой выход… – проговорил Окено и посмотрел на скучающего парня.

А тот, зараза, сидел, подперев щёку кулаком, и рассматривал меня с ног до головы. И столько в этом взгляде было… Но из-за блокированных эмоций, нельзя было точно сказать, что это было. Заинтересованность, простое рассмотрение, как противника или как новый объект временных утех. Ведь судя по настроению, ректор не удовлетворил все желания коротышки о его ночном согреве.

«Я бы справился лучше!» – от последней мелькнувшей мысли, я надеялся, что меня передёрнет. Но тело и Кхел предали меня – оживились и предвкушали именно последний исход. А Мрак, падла, так вообще стал подкидывать пошлые картинки в моё сознание.

«Да, что, блин, со мной творится, рядом с этим "голубем"?!»

– Щиты… – лениво отдал команду Цербер и зажёг на пальце маленький огонёк.

Профессор среагировал быстрее, видимо, первым признав боевое заклинание. Адепты тоже набрасывали на себя лёгкие щиты, и когда весь класс был под огнеупорной защитой, коротышка кинул эту писюльку в меня.

Я усмехнулся столь крохотному огоньку, что, казалось, потухнет раньше, чем долетит до меня. Но стоило ему коснуться моего контура, как класс взорвался огнём, столь сильным, что меня отбросило к доске, снеся её с петель. Окна повылетали, светильники повисли на горящих кронштейнах, сестра от взрывной волны вообще улетела с кафедры в сторону дверей, приложившись об стену. АйнКрадцы повскакивали с галёрки в ожидании моего приказа. А я, подскочив на ноги, метнулся к своему врагу и, схватив его за грудки, приподнял со скамейки.

– Ты что творишь? С ума сошёл? – заорал я.

– Тебя предупреждали! – безэмоционально отозвался мелкий гад.

– О твоей невменяемости?! Нет, упустили этот момент! – рычал я так и удерживая говнюка над партой.

– Мне надо было проверить твой контур, и я это сделал. Заметь успешно!

– Это не повод кидать в меня боевое заклинание высшего порядка!

– И? Щит выстоял против меня, а значит, будущий зачёт тебе не страшен.

– Ах, ТЫ!.. – зарычал я, готовясь прилюдно разорвать недоноска.

– Адепт Зерхо! – остановил меня профессор от причинения особо тяжких, – Если вас что-то не устраивает, вы всегда можете обратиться с заявлением к ректору или… вызвать Лай на поединок.

– Уж будьте уверены! Вызову! Спускать такое Я не намерен!

– Удачи! – отозвался Цербер, сбрасывая мои руки с себя и явно улыбнулся под маской.

«Вот же, ушлёпок! Ну, берегись, гнида, я до тебя доберусь! Сначала при всех поломаю, а как целители по частям соберут, отдеру как Сидорову козу! И не посмотрю, что ты – парень!».

❧Глава 8. Приворотное зелье

После пары нас вызвал к себе глава Академии, и мы с сестрой направились в ректорат, отправив друзей дожидаться нас в кафетерии. В кабинете де К`ярга нас ожидал скучающий, вальяжно разложившийся на диванчике Цербер. Всем своим видом он показывал, как ему "нравится" снова находиться на ковре ректора. Сам же глава Академии стоял у окна, сложив руки за спиной, и смотрел вдаль. Как только мы вошли, он обернулся и жестом указал на два кожаных кресла.

– Присаживайтесь, адепты. Речь пойдёт о сегодняшнем инциденте. Не буду долго ходить вокруг да около и сразу перейду к делу… – на этой фразе Староста откинул голову на спинку дивана и зевнул под маской, – …желаете ли вы написать на Лай заявление?

– Зачем нам это? – встрепенулась Терра, смотря в зелёные глаза ректора.

– Наш адепт пренебрёг полномочиями «Старосты» на паре и подверг вас опасности! А также подверг сомнению программу интеграции между нашими государствами.

– Не думаю, что произошедшее можно интерпретировать именно так… – миролюбиво произнесла сестра, пытаясь хотя бы так спасти «программу по обмену» и продлить временную свободу от родительского надзора.

– Тем не менее вы можете написать заявление на нашего адепта и в любое время вернуться в родную Академию.

– И что будет с адептом, что подверг нас опасности? – уточнил я, смотря как ректор поглядывает на своего ручного пса.

– Лай получит по заслугам! – туманно ответил мужчина, сведя тёмные брови к переносице.

– Может хватит полемику разводить, Рид? – наконец подал голос Цербер. – Ты прекрасно знаешь, что я умею рассчитывать свои силы… Да и контур Айнов проверить захотелось!

– Вот именно – ТЕБЕ захотелось! А если бы щит не выдержал?! Студенты бы серьёзно пострадали! И не простые наши студенты, привыкшие к твоим выходкам, а гости Академии и подданные…

– Рид!! – взорвался Цербер, сжимая в кулаке клинок с красным камнем, что мерцал гранями от солнечных лучей.

Староста быстро поднялся со своего места и стал орать, размахивая руками в разные стороны.

– Хочу напомнить, что здесь БОЕВАЯ АКАДЕМИЯ! АйнКрадцы знали, куда отправляют своих детей, а они… – быстрый пас рукой в нашу сторону, – …знали, куда идут! Мы здесь обучаем студентов и подготавливаем их к становлению боевыми, сильными магами, что в случае войны должны оставить свой ДОМ, свои СЕМЬИ и уйти на войну, на ликвидацию катаклизма или устранения любой возникшей угрозы. БОЙЦОВ, а не фокусников, что будут при дворе жонглировать файер-болами и рассказывать, какая "суровая" жизнь у них была, все эти грёбанные годы!

Не готовы учиться, не готовы сражаться, не готовы принимать от меня удары – НА ХЕР таких студентов! Мне твоих оболтусов за глаза и за уши… так нет, ещё и "разрисованных" на меня повесил! Вот и разбирайся с ними сам! С ними и с дурами, что только что вломились в лабораторию и стырили недавно приготовленное приворотное зелье, пока я тут штаны протираю. Лично бегай за влюблёнными студиозами и отпаивай отворотом, Рид! Пальцем не пошевелю!! Сам будешь разговаривать с родителями "попорченных" идиоток! Хорошего дня! – высказавшись, Цербер вышел из кабинета, хлопнув дверью так, что по её массиву пошла огромная трещина.

– Час от часу не легче! – вздохнул ректор и, сев за свой стол, потёр переносицу, – Адепты, вы будете писать на Лай докладную за превышения полномочий?!

– НЕТ! – тут же уверенно отозвался я.

«Сам заразу придушу на спарринге! А если его из-за нас отстранят – не смогу поквитаться как следует!»

– Причина? – приподнял де К`ярг тёмную бровь.

– Староста выполнял просьбу профессора Окено. Мы не настолько слабы и жалки, чтобы искать защиты у вышестоящих и за спиной писать кляузы. Нам ещё жить вместе в одном блоке несколько месяцев! – отрапортовал я, смотря за мимикой ректора, что был для нас нечитаем, как и его ручной Цербер.

– Что, даже просить о переезде не будете? – прищурив глаза, поинтересовался Ричард, будто только и ждал кляузу на Лай, чтобы вышвырнуть его за стены Академии имея предлог.

– Нет! – синхронно отозвались мы.

– Мы уже притёрлись, в этом плане, – неожиданно пояснила сестра. – Да и сосед из Старосты на самом деле неплохой. Вещи не раскидывает, студентов не водит, блюдёт чистоту… – Терра с ехидной улыбкой покосилась на меня. – Вон, даже парни приучились за собой чашки мыть! Налицо одни плюсы! Уверена, Лай привыкнет к нам. Ведь Староста прав. Во всём прав. Мы на боевом факультете! И должны соответствовать.

– Хорошо. Я принимаю ваше решение и более не задерживаю, адепты Зерхо.

***

День клонился к концу. Цербера на парах не было, что, несомненно, радовало.

Но мне везти всегда просто не может.

За ужином, когда в столовой больше всего адептов и преподавателей, мы столкнулись с тремя девушками, что несколько дней назад пытались с нами флиртовать и открыто зазывали на свидания. Мы разговорились, но всё же разошлись по своим местам и приступили к приёму пищи. Умяв первое и второе, мы потянулись к десерту, в этот же момент в столовой появилась тёмная низкая фигура. Каратель шагал к нам тяжёлой поступью и неотрывно смотрел на наш стол.

Подойдя ближе, он заговорил в приказном тоне:

– Стаканы на стол поставили!

– Что? А ты не оборзел, Лай? Дай хоть поесть нормально! – всполошился Сангр, самый большой жмот из нас по части еды.

Я показательно ослушался и поднёс стакан с клюквенным морсом к губам, и Лай тут же метнул на меня свой ядовито-зелёный взгляд. Перехватив мой фужер, он положил руку на плечо и нажал на болевую точку, заставляя пальцы произвольно разжаться.

– Я хочу пить! – произнёс этот… гад и залпом выпил МОЙ стакан.

Приподнявшись со своего места, я навис над распоясавшимся ублюдком. За преподавательским столом встал ректор Академии и настороженно смотрел за происходящим. Воздух накалился от напряжения. Все адепты замерли, наблюдая сценку, устроенную их Старостой. Сбоку я уловил панику и ужас от происходящего, но не о предстоящей драке, а действиям Лай. А Цербер, поставив мой стакан, отнял уже другой от Сангра и опрокинул в себя.

Поставив со стуком его на стол, он обратился к Деггеру:

– Теперь твой!

– А ты не лопнешь? – уточнил наш ловелас, в эмоциях которого читались пожелания Лай лопнуть.

– А ты отдай и отойди, чтоб не зацепило ударной волной при взрыве! – огрызнулся коротышка и взял протянутый стакан от прищурившегося, явно о чём-то догадавшегося Зельевара. Опрокинув в себя и его фужер, Цербер упёрся руками в столешницу и чуть дёрнул плечами, словно выпил свежевыжатый лимон.

– А теперь послушайте меня внимательно, Айны! В нашей Академии существуют правила, но всё же находятся идиоты и идиотки, которые наивно думают, что я не узнаю об их выходках. А я ВСЕГДА узнаю! Поэтому, будьте любезны, впредь – проверять пищу на наличие ядов, зелий любых уровней и приворотов! Что бы мне ни пришлось за вас глотать эту дрянь вновь! – лениво пояснял Староста.

Наш разговор в кабинете ректора об "идиотках", взломавших лабораторию, и наглое поведение Цербера – стали складываться в пазл, а упоминание вскользь приворотов воссоздало единую картинку.

«Он выпил за нас любовное зелье?! Нас… нет, не так – НАСпытались приворожить?»

Теперь уже полностью доверившись чутью Мрака, я поднял раскрытую ладонь вверх – давая отмашку друзьям замереть. А то они уже начали вставать со своих мест, готовясь проучить коротышку.

«Староста наверняка знал на что идёт и обезопасил себя!»

Но что-то пошло не так.

Староста всё так же стоял, упираясь руками в стол, склонив голову и тяжело дышал. Он сопротивлялся зелью. Но вздрогнув ещё раз и передёрнув плечами, всё же потерял контроль. Его эмоции накрыли нас всех. Усталость сменялась весельем и азартом. Зарождалось искусственное возбуждение и накатывало волнами на его небольшое тело. Появился кураж и жажда мести. Жестокой изощрённой мести. В извращённом, приправленном развратом стиле.

Выпрямившись и оторвав руки от столешницы, Цербер развернулся и нашёл глазами тех самых "зелёных", в прямом и переносном смысле, адепток, с которыми мы разговаривали меньше десяти минут назад.

«Не может быть! Целительницы?»

– Девушки, какие вы сегодня милые! Что же вы сидите! Кто-то хотел развлечься? Так я вам устрою сейчас веселье. Встаём дружненько и идём за мной! – студентки в зелёной форме побросали столовые приборы и, вскочив, закричали о помощи, а кто-то и о пощаде.

А Лай нестройным шагом, будто пьяный, двинулся к ним.

– Ну что же вы, куколки! Напоили, воз… возбудили, и в кусты? Кусты, а хорошая идея! – игриво проговорил Староста, прищёлкнув пальцами, явно обдумывая пришедшую гениальную мысль в голову.

А адептки от его слов стали визжать ещё громче и, обогнув свой стол, побежали в сторону ректора и преподавателей.

– Милые, куда? А же как я? Нечестно! – обиженно вещал коротышка, продолжая следовать за беженцами.

Три идиотки ломанулись по проходу в сторону главы Академии и не успели притормозить, когда прямо перед ними закрутился портал и перекинул их неизвестно куда. А Цербер, смеясь и румянясь, медленно эротично расстёгивал кожаную куртку и плавно снимал её с плеч, словно танцуя стриптиз, – радостно так, крича им в портал:

– Милые, сегодня вы только МОИ! На всю ЭТУ ночь! – с той стороны слышался истошный крик и визг, но как только Цербер зашёл в портал, он закрылся, отрезая все звуки.

Тут же послышался смех со всех сторон. Даже преподаватели смеялись, закрывая рот ладонью. Ректор позволил себе лишь улыбку, а студенты вовсю уже рассчитывали исход сегодняшней ночи и делали ставки на судьбу трёх глупышек. Кто ставил на отмывание конюшен, чтоб неповадно было, кто на уборку полигонов после наших занятий. Кто смеялся и пророчил им вылет из Академии. И никто не ставил, и не упоминал, что Цербер их просто поимеет в назидание остальным! Что было для меня странно!

«Я бы так и поступил, будь я на месте Старосты!»

Образ Цербера с тремя девицами на огромной кровати с кроваво-красными простынями явно принадлежал моей буйной фантазии. Представив картину, как этот зеленоглазый коротышка развлекается с девушками, заставляя их кричать его имя, в то время как мы сидим на голодном пойке – раздражала. Была неправильной! А вот появившиеся фантазии от Мрака, где парень кричал уже подо мной… звал меня по имени, обливался слезами и непокорно взирал, снизу вверх, прикусывая губы смотря на моё влажное возбуждённое тело – не вызвало отторжения. Напротив, казалась правильной и единственно верной.

«Да, твоё же пламя! Мне нужна баба! Срочно, баба! Дожить до завтрашнего бала и свалить в город, чтоб до вечера воскресенья обосноваться в доме терпимости с грудастой работницей. А лучше двумя. К Чёрту… с ТРЕМЯ!! Чтобы, наконец, вытравить коротышку из моих фантазий!».

❧Глава 9. Прелестно, просто прелестно

К вечеру я остался один в нашем отсеке. Как-то так вышло, что сестра с Деггером свалили в библиотеку искать книги об особенности Сальярийских щитов и ядов. Сангр просто ушёл проветриться. Как сказал: «Лицезреть полигон с адептками, в обтягивающей форме. И хотя бы эстетически кайфовать, раз нельзя трогать!». Кейн очень виртуозно напросился с Иви и Сноу на отработку щитов в отдельном спортзале, сославшись на плохое понимание их плетения. Как будто он их выстраивать не умеет, ага! Конечно же, малышка Ирига не смогла отказать здоровяку, после того как он согревал её своим телом. Я же решил поваляться в гостиной и от нечего делать поиграть с музыкальным артефактом. Час спустя я заскучал и уже подумал о том, чтобы сходить в душ, как в отсек, хлопнув дверью, зашёл злой Староста.

Волна искусственных эмоций накатила, да с такой силой, что моё тело поддалось вперёд и тут же стало желать близости. Даже Мрак вскочил на дыбы и приготовился к тесному контакту. Староста, не замечая меня, прошагал на кухню и склонился над столешницей, обхватив её края. Я медленно прошёл в кухню, налил себе в стакан холодной воды, и, развернувшись, облокотился пятой точкой о раковину и стал открыто рассматривать нашего соседа. Он тяжело дышал, вздрагивал как от ударов, а эмоции прыгали от искусственных к реальным и обратно.

«В первый раз вижу столь яркую окраску. Возбуждение, сменяющееся гневом, а затем страсть, приправленная злобой. Дикий коктейль.»

Но даже при всём этом возбуждении я отчётливо видел его мирно спящий пах.

«Неужели та магичка не только приворожила его, но и смогла привязать тело к себе? Чтобы парень мог пользоваться агрегатом только с ней. Некоторые Айны иногда таким подлым способом привязывали к себе мужей, чтобы те не гуляли на сторону. И если это так… то парню можно только посочувствовать! Такой молодой, а расслабиться с девчонкой не может. Только в компании "любимой" преподшей!»

– Совсем хреново? – поинтересовался я, и так зная ответ.

– Не твоё дело! – огрызнулся коротышка, не смотря на меня.

Он старался заблокировать эмоции, как и раньше, но они то притухали, то вырывались из-под его контроля.

– Может воды? – предложил я, всё так же рассматривая Старосту. Парень кивнул.

Набрав в стакан воду из-под крана, я поставил его перед ним на стол. И Лай, стянув с себя нижний элемент мундира, обнажил чуть пухлые губы с кровавыми вертикальными ссадинами и залпом выпил жидкость.

«Кто ж его так за губёнки цапнуть успел?»

Грохот от поставленного на стол стакана заставил прекратить задаваться ненужными вопросами и посмотреть на Цербер, что снова схватился за столешницу и приступил к блокировке своих эмоций. Я же, решив подразнить заносчивого юнца, обошёл его и, встав сзади, поставил руки по бокам от его тела, нависнув сверху. План по заключению «злючки» в капкан моего тела был выполнен, оставалась лишь игра.

– Паршиво, правда? – томно прошептал ему в район уха.

Парень дёрнулся, как от удара хлыста, а я стал упиваться его слабостью.

– Каково это… не иметь возможности "выпустить пар"?

– Отвали, Айн! – прохрипел Цербер, затапливая меня эмоциями, насыщая моего оголодавшего демона.

– Ты выпил, как минимум, два приворота! Да тебя от такой дозы не меньше пяти дней ломать будет! – констатировал я очевидные вещи. – Или ты успел выпить отворот?

– Какая тебе разница?!

– Я могу помочь!

– Как?

– Разрешу своему Кхелу съесть твои эмоции. Как тебе?

– И что мне нужно… сделать?

– Дать своё согласие, чтобы не возникло конфликта и… отдаться мне! – последнее слово я прошептал, залезая под его капюшон и находя ушко.

От моего дыхания Цербер ахнул и, согнув руки, встал на локти, чем, неосознанно, завёл меня ещё больше.

– Давай же, соглашайся или… ты боишься меня? – играл я на его эго, провоцируя принять нужное мне решение.

– Даю согласие… – просипел, почти не думая, Староста и сделал невероятное – снял с себя блок, через который, оказывается, по капле просачивались искусственные эмоции.

И меня поглотило шквалом ярких красок.

Похоть… Вожделение… Возбуждение… Распутство… Ненасытная Жажда…

«Никогда ни с одной девушкой я не испытывал такой бури… такой эйфории!»

Голова стала туманная от бурной фантазии сегодняшней ночи. Тело налилось свинцом, в груди вспыхнул пожар, в штанах просыпался "вулкан", глаза заволокло желанием. А внутренний демон ликовал и довольно рычал, желая, чтобы мы слились воедино с этим эмоционально неустойчивым существом. И я хотел этого! Хотел заполучить только себе Старосту боевой Академии.

Руки сами обхватили бока Цербера и притянули его задницу к моему паху. Столкновение двух тел было подобно взрыву в голове. Желание разложить пацана прямо на этой грёбаной столешнице накатывало и уже не казалось мне дурным и противным. Но где-то внутри всё ещё жила крупица здравомыслия, что пока ещё меня сдерживала и не давала переступить через принципы и пройти "точку невозврата".

Староста томно всхлипывал подо мной. Чуть дёргался вперёд, стараясь хоть немного отодвинуть от меня свой зад, а я же, рыча, вновь притягивал его к себе.

«На теле щуплого парня к утру сто процентов проступят синяки. Повезёт, если я ему рёбра не сломаю!»

Чтоб не трахнуть дохляка и не слушать демона-искусителя – Мрака, я склонился к Старосте и зубами прикусил его кожаную куртку, пока Кхел усиленно поглощал подаренные эмоции. Я рычал над Цербером, сжимал пальцы на его тощем теле, обтянутом костюмом карателя, и притягивал его круглую задницу к своему стояку. Мрак, которому понравился наш сосед, гулял по телу и пытался найти точки соприкосновения голых тел – моих рук и его торса. Но я строго держал ладони на одежде, уже подозревая, что собрался сделать мой демон-собственник.

«Заклеймить парнишку я ему не дам! Сейчас не дам!»

Искусственные эмоции затухали благодаря демону, но на их место приходили новые, от которых мне хотелось рычать ещё громче.

«Да не бывает у людей столько!» – недоумевал я от неиссякаемого источника, которым был хилый с виду парнишка.

За спиной хлопнула дверь, и визг сестры заставил обернуться:

– Тайрен! НЕТ!

– УЙДИ! – зарычал я, словно оберегая единственную последнюю самку в мире, что досталась мне.

– Рен! – кинулись ко мне друзья, но не успели сделать и пару шагов, как их силовой волной откинул мой Кхел и вышел из спины огненным монстром, держа в руках огромный тесак. Он смотрел на них сверху вниз скалясь – намекая, что к нам сейчас лезть не стоит. Чревато последствиями.

«– Мрак!» – мысленно позвал я, и демон медленно нехотя растворился в воздухе, вернувшись в моё тело.

– Вон!! – приказал я друзьям, чувствуя, как глаза заволокло красной пеленой.

« Прелестно, просто прелестно ! Ещё и глазками посверкал перед друзьями, чтоб вообще неповадно было!»

Видя, как друзья отступают, я, развернувшись к Церберу, снова прикусил ткань его куртки и, закрыв веки, стал перебирать его эмоции.

ЗЛОСТЬ на себя – за глупость.

СТЫД – явно перед моими соратниками, что застали нас на "горячем".

ОМЕРЗЕНИЕ. Но не на то, что происходит между нами, а на себя. За своё необузданное вожделение.

ВОЛНЕНИЕ – за своих подопечных и нас… что для него теперь, явно, одно и то же.

И последнее – УСТАЛОСТЬ… хроническая усталость, что практически никогда не покидает этого парнишку.

Эмоции наконец затухли, и я открыл глаза. Всё, что я смог впитать от Старосты пополнило мой резерв в небывалые разы. Яркий огонь ещё кипел в крови, а Мрак довольно урчал от вечерней трапезы. Цербер же лежал на столешнице, не шевелясь, явно потеряв сознание от столь мощной атаки моего демона. А может, просто из-за эмоционального перенапряжения.

Я нехотя разжал челюсти, медленно провёл ладонями по его бокам, спускаясь к бёдрам и также не торопясь прошёлся обратно, чтобы не распалять себя вновь и не натворить глупостей. Во мне явно просыпался собственник, что решил осмотреть свои будущие владения. А решения для себя я уже сделал.

«Нет! Нам ещё с Цербером жить вместе, а значит, у меня есть время. Я его к постели другим методом склоню. И это будет точно не приворот! Завоюю коротышку, покорю… поимею во всех углах Академии и помечу своим демоном. Чтобы другие не смогли вкусить его эмоций! Он будет моим! И пофиг, что парень! Всё равно "голубь"! Но теперь – только МОЙ голубь!»

Подняв Цербера на руки, я зашагал к его комнате, но та была запечатана магией. Пришлось нести его в свою под пристальным взором друзей и сестры, наблюдающих за мной из гостиной.

На моей кровати коротышка смотрелся вполне правильно. Он занимал совсем малый кусок мебели, что, несомненно, радовало. Чёрные прямые волосы разметались по лицу, скрывая глаза с отстриженными ресницами, но открывая взору чуть пухлые губы. Вид на приоткрытые "драные" уста снова породил похабные мысли, где эти самые губы смыкаются на мне и со злобой смотрят снизу вверх, пока я двигаюсь… а он…

«Чёрт, как же хочется увидеть эту картинку вживую. Пламя, кажись, я влип!»

Чтобы не накинуться на парня, и не воплощать желания в реальность, я схватил полотенце и отправился в ванную.

«Душ, холодный душ – это единственное, что сейчас приведёт меня в норму!».

❧Глава 10. Вечер приёма

Двадцать минут, целых двадцать минут мне понадобилось провести под ледяными струями воды, чтобы хоть как-то унять желание. Руки так и тянулись к паху, чтобы разрядиться, но рукоблудие для меня неприемлемо.

«С целой-то Академией красоток ублажать себя самому – ни в какие ворота! Да что там красоток… у меня теперь целый есть Цербер, не ручной пока, но… дрессировкой займусь сегодня же!»

Когда я выходил из душа, меня тормознул Кейн, что выставил руку, намекая на разговор. Сангр же, что уступал здоровяку в габаритах, должен был стать оратором. Он и заговорил, подтверждая мои предположения.

– Рен! Что происходит? Ты что вообще творишь?

– Ничего противозаконного… пока.

– Ты пил эмоции Сала! – округлив глаза, напомнил друг.

– Я помогал избавиться от последствий нашей невнимательности!

– Лапшу не вешай! Ты чуть не поимел парня! – зашипел Сангр, наклонившись ко мне, чтобы сестра, сидящая на кухне, не слышала.

«Ага, как же – глухой Покоритель, уже смешно!»

– Это уже мои проблемы, не находишь?! – напомнил ему, что сам являюсь хозяином своей жизни.

– Рен, одумайся. Он – парень! И непросто парень, а наш недавний враг. Мы в любую минуту можем быть отозваны на родину и вступить с ними в бой. Никто ведь не знает, сколько продлится перемирие! – бил меня вескими аргументами друг.

– Я тебя услышал, Сангр, а теперь дай пройти! – отозвался я и, толкнув его плечом, пошёл к своей спальне.

– Брат! – окликнула меня Терра у самых дверей.

– Завтра, систэ́р! Всё завтра… – отозвался я и вошёл в свою комнату в надежде не только увидеть своего Цербера, ощутить ещё раз его эмоции, но и потискать… короче, готовиться морально к близости с этим дохляком.

Но меня ждала подстава подстав – постель была измята и… пуста.

«Вот и не знаю, радоваться мне или плакать. Я же только настроился, а тут…Вот я дурень! С чего вообще взял, что, очнувшись, зубастый и острый на язычок коротышка соизволит спать у меня. Надо было комнату запереть… а лучше связать, к чёрту, чтоб не сбежал. Ну ладно… беги-беги мой маленький Цербер. Это лишь подогреет во мне инстинкт хищника и азарт охоты!»

***

Следующее утро стало для нас долгожданным выходным днём. Ближе к вечеру должен был состояться балл по случаю «мирного договора» и нашего приезда.

Из-за красочных фантазий я снова не смог уснуть ночью и задремал лишь к утру. Но поспать всласть мне так и не дали. Вот они минусы совместного проживания. Кто-то хлопает дверьми, кто-то готовит на кухне завтрак, гремя посудой, а кто-то, явно будущий смертник, колотится в дверь в прекраснейшем настроении. На часах только двенадцать. До начала вечера ещё четыре часа, а все суетятся как в пчелином гнезде.

Выйдя на общую территорию, поел с ребятами, обсудили завтрашний поход в город за вожделенной для них энергией… Но я участвовал в разговорах лишь частично, постоянно прислушиваясь к остальным звукам и желая увидеть нашего соседа. Мне просто надо было посмотреть на него, заглянуть в ядовито-зелёные глаза, чтобы убедиться – это всего лишь мимолётное помутнение. Всего лишь опьянение его яркими эмоциями, которым я поддался как сопливый дурак.

Вчерашнее происшествие за столом никто не вспоминал, за что я друзьям был очень благодарен. За ночь тело остыло, а мозги вернулись на место.

«Что я вообще творю! Я люблю женщин и никакие худые коротышки, не собьют меня с пути истинного! Конечно, его эмоции – огонь. И ничего вкуснее мой Кхела до вчерашнего вечера не ел, но девочек я всё же люблю больше!»

Я пил уже третью чашку кофе, когда дверь Цербера открылась, и из неё вышел наш сосед, снова облачённый во всё чёрное.

«Неужели он всё время так ходит?! Даже в выходные? Может, сегодня балл будет для всех кроме него? А он как Староста Академии будет блюсти порядок и своим внешним видом напоминать адептам о правилах? Если так, то парню не свезло!»

Я пытался поймать взгляд Лай, пока тот молча делал кофе, но он специально его избегал, игнорируя моё присутствие в принципе. Отчего внутри становилось свободней. Без зрительного контакта дышать было легче, а в голову не лезла всякая дрянь.

Парни разошлись кто куда, не забыв кинуть в спину Цербера заинтересованные взгляды. Но промолчали – слава богам! – ничего выспрашивать или шутить не стали. Не став мешать соседу завтракать, я ушёл в гостиную, где в кресле расположилась сестра с какой-то Сальярийской книгой. Эмоции были блёклыми и передавали лишь разочарование, а на лице, как это часто бывает, надета маска безразличия.

«И это в выходной день, да и праздник к тому же! Что-то здесь не так! Да она должна прыгать выше всех и искрить радостью!»

– Мала́я, что стряслось? – поинтересовался я у расстроенной сестры.

– Ничего, Рен… абсолютно ни-че-го!

– Ты из-за вчерашнего переживаешь?! Из-за того, что случилось между нами с..? – недоговорил я, но качнул головой в сторону кухни, где находился наш сосед.

– Нет. Ты взрослый Покоритель можешь самостоятельно выбирать свой путь! – также безэмоционально ответила она, перелистывая страницу и не поднимая на меня чёрные глаза.

– Тогда в чём дело? – упёрся я ладонями в колени, давая понять с живой не слезу, всё вызнаю.

– Я не успела подготовиться к баллу… – наконец сдалась сестра.

– И?

– Я не иду сегодня на приём в нашу честь!

– Из-за платья?! – предположил я, ведь мы сюда ехали учиться, а не танцевать на приёмах.

– Да, Рен, из-за платья! Из-за того, что не взяла ничего подходящего, из-за того, что не нашла время выйти в город и присмотреть что-то на вечер. Да и когда? С кем? Я не знаю окрестностей – быстрее заблужусь, чем найду магазин! – раздражённо отозвалась она, удостоив своего взгляда.

– Может, есть что-то минимальное? – попытался поучаствовать в "трагедии" сестры.

– Рен, я не пойду в форме Академии на приём, где будут расфуфыренные студентки и я… такая… никакая!

– Дело только в платье? – раздался из-за спины голос тихо подкравшегося Лая.

Он взирал на сестру, снова игнорируя меня, и пил свой энергетик.

– Конечно, не только в платье! Ещё нужны туфли, косметика. А я не настолько близка с Иви и Сноу, чтобы попросить их об этом! – отозвалась сестра, захлопывая книгу и откидывая её на столик. – Да и не стану я унижаться!

– Горе-то какое! – иронизировал коротышка, сочувственно вздыхая и делая новый глоток.

– Много вы понимаете! – отозвалась Терра и, насупившись, отвернулась от нас, парней.

Цербер закинул голову к потолку, показывая разбитую губу, и тяжко так, вымученно вздохнул:

– Ладно, будет тебе платье! Как бонусная плюшка за вчерашний полёт в стену. Сгодится как извинение? – ехидно спросил Староста.

– Что? – недоверчиво вопросила Терра и обернулась к нам снова.

– Что-что? – передразнил её Староста. – Если хочешь идти на праздник, чтобы в два часа была тут… готовая.

– «Готовая»? В плане готовая? – не понимала мелкая, да и я если честно.

– В плане выкупавшаяся и с хорошим настроением!

– Серьёзно? – подскочила сестра со своего места.

– Нет, поржать захотелось после бессонной и крайне херовой ночи! Одной больше, одной меньше! Будешь у меня третьей! Подержи! – скомандовал парень, протянув мне свою чашку с початым кофе, на которой красовалась золотая эмблемой академии «Эолзер». – А ты повернись спиной, – а этот приказ уже Террарии.

– Зачем? – приподняла брови сестра.

– Тискать тебя буду! Мне же надо знать твои размеры! – вроде шутил коротышка, но доля правды всё равно улавливалась в его голосе. Терра выжидательно посмотрела на меня через плечо Старосты, и я одобрительно ей кивнул.

«Пусть только попробует погладить в непристойном месте, быстро руки с корнем выдерну!»

Сестра сделала шаг к Церберу, и тот положил ладони ей на плечи. Медленно провёл вниз до запястья, отчего сестра замерла и во все глаза стала рассматривать лицо Старосты, что сейчас скрывала длинная чёрная чёлка. Положив руки на грудную клетку, он также медленно скользнул вниз, обрисовывая девичью фигуру. Терра стала румяниться, но Лай совершенно игнорировал и её взгляд, и её прерывистые вздохи.

Отреагировал лишь на меня, коротко грозно кинув через плечо:

– Раздавишь в руках мою любимую чашку и последнее, что ты увидишь сегодня – будет протектор моего сапога! Я мерки снимаю, а не соблазняю студентку, озабоченный кретин! Повернись, пожалуйста, спиной Террария… – ласково обратился он к сестре после угрозы в мою сторону.

– Можно просто «Терра»! – улыбнулась сестра Старосте самой обольстительной улыбкой, на которую была способно, а он…

– Угу… – хмыкнул коротышка, – Тогда меня просто… «Лай»!

Девушка, надув обиженно губки, крутанулась на сто восемьдесят градусов и снова замерла. Руки от лопаток заскользили вдоль спины. И на вид моей присмиревшей сестры под ладонями Старосты внутри что-то стало сжиматься в кулак.

«Хочу сам его так касаться! Хочу, чтобы он также гладил меня по голой груди, восседая сверху! Чёрт!Это же наваждение! Но ведь эмоции закрыты. Мы даже не смотрим друг другу в глаза! Что это, твою мать, такое?! Я просто завожусь от звука его голоса, от мерного дыхания, от вида его ладоней без перчаток… Мне нужен целитель! Определённо я где-то приложился головой! Вот только когда успел?»

***

В два часа, когда мы заканчивали обед, (ведь приём был больше фуршетным, а на такие мероприятия лучше приходить сытыми) в дверь постучали. Сангр, что ушёл открывать, так и замер с распахнутой дверью. В «логово» мимо онемевшего Айна просочились две девушки – знакомые нам уже Мара с Ирига. И, увидев их, мы с парнями поняли, почему наш ловелас пребывает в немом шоке. Сальярийки стояли в одних коротких шёлковых халатиках, явно на влажное тело, а в руках держали чехлы для одежды.

– Вы? Что вы делаете в нашем блоке? – первым опомнился Деггер, пока мы рассматривали обнажённые стройные ножки в красивых туфельках.

– Вы в пролёте, мальчики! Девочки по мою душу пришли! – отозвался неизвестно откуда взявшийся Лай, стоявший у своей двери, опираясь на неё плечом, а руки убрав в карманы.

– А как же правило: «не водить в отсек девочек»? – спросил Сангр в надежде услышать приятные для нас новости – об изменении в правилах чужой Академии.

– Заметь – они сами пришли! – отбил коротышка и перевёл ядовито-зелёные глаза на нежданных гостей. – Объясните, почему вы в таком виде? Решили всю Академию соблазнить? Или только определённых их… членов? – как-то многозначительно глянув на нас, поинтересовался Староста.

– Да мы быстро, пока все заняты! – отозвалась Мара.

– Честно-честно нас никто не видел! – вклинилась в разговор Сноу.

– Что, прям ни одна "живая душа" не видела? – засмеялся Цербер, – Рановато Айны у вас в разряд духов переведены?! Хотя… с учётом того, что мы живём вместе… такой исход вероятен, – протянул задумчиво и многообещающе Староста.

– Но они ведь теперь тоже… наши! – как-то странно, с намёком произнесла Снежка.

– С каких пор? – уточнил парень ход её мысли.

– С тех самых, когда у Окено щит ВСЕХ адептов укрыл! – уверенно протараторила Мара.

– Вот же проницательный, плющ! – сложив руки на груди, лениво отозвался Староста, признавая поражения и прищуривая ядовитые глаза. – В гостиную, живо! Нечего перед парнями телесами светить! – приказал коротышка, качнув головой в указанную сторону.

– Да-да мы помним – «Не та женщина, что может голым телом возбудить мужчину…

– …А та, что умеет делать это в одежде!» – продолжила за Марой Снежка.

– Хорошо хоть эту истину вы ещё помните! – отозвался Староста и глянул на Терру. – Особое приглашение в письменном виде или устного хватит?! – уточнил он. И сестра, мотнув головой, пошла вслед за девушками.

Террария остановилась рядом с Цербером, что пристально рассматривал нас и поинтересовалась:

– Ты и им будешь помогать?

– А фраза: «Будешь у меня третьей!», тебе ни о чём не сказала с утра? – переведя на Терру ядовитые глаза, поинтересовался Цербер.

Быстро открыв дверь в свою комнату, Лай вытянул оттуда тёмно-синее платье с комплектом полупрозрачного нижнего белья, в тон наряду, что висел на вешалочке в прозрачном чехле и отдал в руки изумлённой, зарумянившейся сестры.

А сам взял коробку из-под обуви и огромный чемоданчик, ушёл в гостиную, бросив через плечо:

– Советую бельё одеть сразу, а то причёску попортишь?

– Причёску? – удивилась сестра, дотрагиваясь ладонью до своих коротко стриженных тёмно-вишнёвых волос. И искренне улыбаясь, Терра побежала за моим Цербером, всё больше проникаясь к нему симпатией.

***

Через полтора часа в кухню вернулся коротышка и окинул нас пристальным взглядом с ног до головы. Под его ядовитым взором мне захотелось осмотреть себя ещё раз. Хотя чёрные парадные кителя с меховой оторочкой, костюмы с серебряной вышивкой на лацкане и воротнике, и чёрная сорочка – были идеальны. И подходили на любой праздник. Но коротышка не стал ничего говорить, а лишь облокотился плечом о стенку и позвал Терру выйти к нам. Из-за ширмы между гостиной и кухней послышались шаги.

Когда сестра вышла к нам, я замер, а друзья встали со стульев, приветствуя незнакомку. Вечно коротко остриженные волосы, не знаю с помощью какой магии и уговоров, были удлинены, завиты, уложены в лёгкую причёску с локонами, доходившими до плеч. Глаза Террарии светились счастьем, а синие тени лишь придавали им красоты, подчёркивая черноту зрачков. Ресницы сексуально изгибались, а губы… их явно захочет отведать какой-нибудь смертник! Платье было невычурное, без кучи подъюбников и кринолина, как принято в столице. Нет, всего два слоя ткани, красивый лиф и изящный разрез до коленки.

«Не знаю, где и как откапал Цербер этот наряд, но то, что ограбил дорогое элитное ателье – было, несомненно!»

Сестра и раньше была красива, но сейчас стала звездой! Сам же Цербер-на-все-руки-мастер смотрел на нашу реакцию из-под чёрной чёлки и улыбался разбитой губой.

– Ещё доказательства, что ты прекрасна, нужны? Говорю же с длинными волосами лучше! Правда, мальчики?

Не знаю, как парни, а я кивнул, не отводя от сестры глаз. Пытаясь понять и принять, что черты сестры изменились до неузнаваемости. Сейчас она уже не была пацанёнком, вечно бегающей за мной и прося её развлечь, она стала настоящей леди, какой её хотела видеть мать.

Цербер, отлипнув от стены и подойдя к Террарии, взял её волосы и покрутил в пальцах.

– К тому же ты всегда можешь их отстричь. Мара тебе в этом поможет!

Терра подняла глаза на коротышку и, поддавшись порыву, прильнула губами к его рту, на что парень, не ожидавший такой благодарности, только и успел поднял вверх ладони. Мол: «он ни при чём, она сама пришла!».

Когда сестра отстранилась, Староста как-то смущённо закашлялся и стёр с губ её помаду.

– До домогательства – недотягивает, но как акт примирения – засчитано!Развернувшись, Цербер ушёл, а сестра немного поникла. Ей явно начинал нравиться коротышка. Нацепив на лицо счастливую улыбку, Терра ухватила меня за локоть и повела на выход, аргументируя это тем, что теперь девушки будут наряжаться, и лишние глаза им не нужны.

❧Глава 11. Контрольный в голову

В огромном, празднично украшенном зале собирались студенты. Все смеялись, вели непринуждённые беседы, улыбаясь друг другу, позволяли себе близкие объятия, дегустировали напитки и алкоголь. Казалось, они знали больше, чем мы, и поэтому заранее расслаблялись.

«Неужели Цербера не будет сегодня?»

Наша компания стояла отстранённо от всех и просто рассматривала прибывающих гостей и столы с закусками. Через двадцать минут в зал зашла Мара в жёлтом вечернем платье с собранными в высокую причёску тёмными волосами. Прекрасная золотая нимфа рядом с однокурсником, что шуточно преклонился перед ней, отвешивая комплимент, заразительно засмеялась, отчего Сангр и Деггер замерли с бокалами у рта. Девушка легко шла по залу, улыбаясь своим знакомым, сокурсникам, подмигивая кому-то и на раз отбивая комплименты и ухаживания. И в этой брюнетке сейчас отчётливо виднелась стать. Безусловно – Аристократка.

Обведя взглядом огромное помещение, Мара отыскала нас в толпе и направилась прямиком в нашу сторону.

– Ну, как я? – поинтересовалась она невинным тоном сделав оборот.

– Вы прекрасны, мисс Иви! – тут же вступил в игру наш обольститель, желая заполучить внимание брюнетки.

– Я, вообще-то, у Терры спрашивала. Но спасибо за комплимент с вашей стороны! – отбила она его слова и обратилась к нашей соратнице с объяснениями. – Скоро прибудет его Величество со своей свитой. Как только он откроет бал мы сможем расслабиться.

– Откроет бал? – поинтересовалась сестра.

– Ага. Первый танец. Его Величество выбирает себе из зала партнёра и… но здесь у нас нет шансов! – что-то вспомнив, махнула Иви ладошкой, руша надежду Терры потанцевать с Правителем другой страны. – Он уже три года подряд на первый танец выбирает Лай.

– Лай? Старосту?! – уточнила сестра наш коллективный шок.

– Да! Аааа… Вы же, наверное, не в курсе?! – стала ехидно улыбаться брюнетка, явно зная больше нас. – Всё сами поймёте… кстати, вон и его Величество! – кивнула Мара в сторону распахнутых дверей.

И мы, дружно повернувшись, увидели… Дина. Того, цука, Дина! А точнее, Динара Эолзер Сальярис.

Высокий зеленоглазый молодой мужчина с золотистыми волосами, облачённый в белый костюм с голубой вышивкой, в кругу своей свиты здоровался рукопожатием с темноволосым ректором – Ричардом де К`яргом, что, напротив, был одет в чёрный китель с красной вышивкой.

И на мгновение я уловил между ними что-то незримое. То ли молния пронеслась, то ли свет моргнул. Мужчины излучали сильнейшие магические потоки, превосходство, достоинство и… соперничество. Почему-то эти двое вспомнились в обществе Лай. Их снисхождение к коротышке, их забота и ласка даже в словах…

«Они оба делят одного человека… Соперничают за его внимание… Оба спят с Цербером!» – поразила меня страшная догадка.

«Ну уж, хрен вам! Злюка моим будет!» – от шальной мысли меня отвлекла сестра, засветившая локтём мне в ребро и качнувшая головой в сторону дверей.

В этот момент в зал входили почётные АйнКрадцы. Дибериус Стронг со своей свитой направились поприветствовать наших друзей. После рукопожатий и словесных прелюдий Дибериус стал осматривать зал и, найдя меня чёрным взглядом, легко кивнул. Далее он, осмотрев молодую особу рядом со мной, удивлённо приподнял брови, явно не сразу признав родную дочь, которая сегодня изменилась до неузнаваемости! Терра лишь улыбнулась отцу и чуть качнула ему головой. Со стороны мы никак не раскрыли себя. Обычное приветствие нашему Правителю. Правда, Кейн, Сангр и Деггер приветствовали короля иначе – приложив кулак правой руки к сердцу, а левую убрав за спину, склонили головы под взором монарха.

Дибериус, осмотрев нашу компашку, повернулся к Динару Эолзеру и завёл с ним о чём-то разговор, а получив от блондина ответ, отпил из поданного бокала с шампанским даже не проверив его.

«Отлично! Давно с папочкой не виделись! Надеюсь, ему, как и раньше, хватит такта не начинать семейный скандал на виду у всех!»

Тамара радостно пискнула и бросила нам через плечо:

– Быстро же Лай со Снежкой… Пойду заберу подругу, пока её не похитили! – и побежала в сторону дверей, где стояла немного смущённая Ирига Сноу.

От её вида Кейн поддался вперёд, но вовремя остановился. Прекрасно понимаю здоровяка – Сноу сейчас напоминала снег в своём белом платье с полупрозрачными рукавами и воротником-стоечкой. Настоящая снежная королева. В светлых волосах виднелись небольшие сосульки, что напоминали настоящую ледяную корону. Ясные голубые глаза только добавляли в её образ холодности, но улыбка портила всё. Ну не улыбаются так "Ледяные королевы", не улыбаются они с таким теплом и нежностью.

Конечно же, двух подружек тут же обступили их одногруппники, но боевая Мара, схватив Сноу, утащила её к фуршетным столам, на ходу отбивая комплименты и переводя их в шутки. Кейн неотрывно следил за сладкой парочкой, что, подхватив по два фужера, зашагала к нам. Сноу отдала свой второй бокал застывшему Кейну, который до этого не выпил ещё ни одного, а Мара – мне.

– Мы с вами побудем, пока Лай не придёт! – сразу объяснилась Мара.

– А-то ведь проходу не дадут и, пока все каблуки не станцуем, не отвяжутся! – добавила Ирига.

– В плане? – осведомился Сангр, что скользил чёрными глазами по фигуре брюнетки.

– Да, дурацкое правило бального вечера – танцевать со всеми, кто предложит тебе руку. Если ты, конечно, не со спутником, – пояснила для него Иви, делая вид, что не обращает внимания на его заинтересованный взгляд.

– Поэтому многие из девушек пришли сюда вместе с кавалерами, с которыми заранее договорились! – добавила Снежка и кивнула на парочку, проходящую мимо, что чинно держались под руку.

– Самые ленивые! – усмехнулась Мара. – Кстати, как там Лай? Не знаешь долго там…

– Не знаю. Но, когда я уходила, что-то про ванну упомянуто было… и разбитую губу.

– И на что утро дано было? – заворчала Тамара, отпивая шампанское.

– Не злись… Мало ли какие срочные дела нарисовались у Старосты! Без Лай всё равно не начнут! – отбила Сноу реплику Иви, а мы с сестрой переглянулись.

«Мы-то знаем, по каким делам бегал с утра Лай. Не знаем только кого на платье и туфли опустил коротышка!»

Сальярийки завели лёгкую беседу, о мероприятиях, их частоте и количестве людей. Мы же узнали о выходных ярмарках, которые проходят в городе, рассчитанные именно на студентов. О вкусной выпечке у мистера Альгау в его пекарне «Кренделёк», к которому мы ни переменно заглянем, вместе с девочками, на следующих выходных. Ирига и Тамара бегло расписали городок и стали планировать совместный поход в город, желая показать все достопримечательности. Терра тоже погрузилась в разговор, да и друзья с интересом слушали Мару, что завладела всеобщим вниманием, даже моим.

Но в какой-то момент я почувствовал изменения в пространстве.

Подняв голову, увидел, как Ричард де К`ярг и Динар Эолзер замолчали на полуслове в разговоре с отцом и, улыбаясь, повернулись к входу. Тут же между студентов прошёл предупреждающий шепоток – «Цербер», и я стал высматривать коротышку среди адептов. Но смурного парня, обожающего исключительно чёрное, так и не нашёл среди молодёжи.

Но вместо Старосты я наткнулся глазами на молоденькую девушку с чёрными прямыми волосами. Так называемое каре с удлинёнными передними прядями. И незнакомка была в самом сногсшибательном платье вечера. Оно словно перчатка обтягивало стройное тело. Ткань была полупрозрачной и лишь в стратегически важных местах украшена обилием камней. От середины бедра с двух сторон шли разрезы, открывая вид на красивые ножки на высоком каблуке. Повернувшись боком, незнакомка открыла вид на обнажённую спину с четырьмя бретельками, которые сходились крестом на лопатках. На правом запястье золотой браслет в виде змеи, и только двоечник не узнает в нём магический хлыст. На пальчиках два кольца. Один перстень с чёрным квадратным камнем, второй такой же, как у Мары и Снежки – серебряный ободок с жёлтым цирконием внутри. Вдоль длинной шейки висели золотые цепочки серёжек, что визуально делали её ещё привлекательней. На шее виднелся один-единственный прозрачный камень на тонкой нити.

Юноши тут же пошли приветствовать леди. Каждый протягивал руку и целовал тыльную сторону ладони. Девушка нисколько не смущалась и держалась уверенно, даже когда адепты делали ей комплименты. Незнакомка разговаривала с юношами, пытаясь уделить каждому по крупице своего времени.

Она возбуждала желания и порождала фантазии. Такую девушку хотелось забрать себе и спрятать ото всех. Хотелось пометить… заклеймить… овладеть. Мой Мрак рычал внутри, соглашаясь с моими хотелками. В голове пронеслось лишь несколько вопросов.

«Кто она? Целительница, адептка, гостья из свиты Правителя? Почему я не видел эту крошку в Академии до сегодняшнего вечера? Да ради такой "конфетки" можно и правила "Эолзер" нарушить и со Старостой схлестнуться!»

Снежка и Мара, стоящие рядом с нами, пристально следили за нашими реакциями и чуть посмеивались.

– Давай Лай помашем! – предложила Сноу, и они, развернувшись, помахали куда-то в сторону. – Лай! ЛАЙ! Мы здесь!

Пригубив шампанское, чисто из интереса, где же наш мрачный коротышка, прошёлся глазами по залу снова и… обомлел. Та самая красивая нимфа, что уже стояла, мирно беседуя с Марком, и подняла свои глаза на голос Ириги и Тамары.

Я поперхнулся алкоголем, что пошёл не в то горло, когда на меня посмотрел пронзительный взгляд незнакомки.

И я понял, что знаю её.

И знаю, как минимум неделю.

Этот взгляд, увидев однажды, никогда и ни с кем уже не спутаешь.

На меня смотрели ядовито-зелёные глаза СТАРОСТЫ боевого факультета Академии «Эолзер».

На меня смотрела… Лай!

«Это был контрольный в голову».

❧Глава 12. Первый поцелуй

Несколько долгих минут ушли у меня на осознание таких простых вещей.

«Наш Цербер – девушка… Девушка?! ДЕВУШКА!!»

Не худощавый низкорослый парень, а фигуристая сексуальная особа, знающая себе цену, обладающая громадной мощью, хранящая порядок в Академии и не стесняющаяся в выражениях и действиях! От этого нервно дёрнулся глаз. Дважды! А из ушей, казалось, вот-вот повалит пар от негодования. Меня охватила волна сумбурных противоречивых эмоций – хотелось одновременно ей врезать и унести к себе в комнату, чтобы… чтобы…

Воспоминания о вчерашнем вечере всплыли перед глазами.

«Кухня, стол, приглушённый свет… Возбуждённое тело подо мной вздрагивает и всхлипывает… Я упираюсь в мягкую жопку и хочу обладать парнем… а парень-то оказался не парнем вовсе!» – от этого осознания, что вчера в моих руках была «ЛАЙ», желание разложить её на столе никуда не делось, а только усилилось.

Мрак, зараза, подкинул и несколько других ландшафтов, где можно зажать красотку и отведать не только её эмоции… Желание увидеть эту девушку подо мной, на мне, на моей большой постели стало вытеснять здравый смысл. Тело разгорячилось, в груди бушевал костёр, который лишь распалял мой любвеобильный Кхел.

Некоторые части пазла стали соединяться, открывая всю картинку.

Поцелуй Терры, что она стёрла и отшутилась.

Снятие мерок с сестры в обход груди – возможность потискать – обычный парень такого шанса не упустил бы!

Отсутствие "стояка" после выпитого приворота.

Слишком сладостные стоны на столе подо мной в попытке самостоятельно справиться с вожделением.

Заигрывание с ректором Академии и его Величеством Динаром, что был у нас в отсеке…

«Эти двое не "голуби", а похотливые ублюдки, что раззявили рот на студентку. На мою Старосту!» – пыхтел я внутри от гнева.

«МОЯ!» – мелькнувшая собственническая мысль казалась непривычно правильной.

Никогда раньше я настолько не желал девку, никогда не горел желанием обладать единолично. Если у моей кормушки появлялся другой любовник, хотя бы слух или намёк на него, то я бросал её без лишних слов… Но сейчас хотелось перегрызть глотки всем, кто до неё дотрагивался, всем кто просто смотрит в её сторону.

«Моя конфетка, и только моя! Никому не отдам! Цука, об пол расшибусь, но завоюю эту острую на язычок крошку. Буду пить её эмоции, буду трахать до потери пульса, чтобы она была довольна. Буду греть своим телом, чтобы утром она улыбалась мне… и только мне! В жопу ректора и его Величество. Украду и спрячу в землях АйнКрада!»

Наблюдая за её действиями и пребывая в своих раздумьях, я пропустил открытие вечера. Заиграла мелодия, его Величество Динар пошёл в толпу, там он нашёл Лай и протянул ей свою раскрытую ладонь. Девушка скривилась, но руку подала. И Дин, венценосный козёл, увёл Старосту в центр зала, где все разошлись, освобождая для них площадку. Лёгкие отточенные движения, тихий разговор между партнёрами под взглядами собравшихся гостей – идиллия, лять! Хотелось подойти, оторвать её от монарха и самостоятельно утянуть в страстный танец. Тело к телу, ладонь на обнажённую спину, движения под зажигательную музыку, а не это вялое убожество – вальс.

Танец закончился, и Лай хотела покинуть своего настойчивого партнёра, но тот держал её ладошку крепко, наклонялся к ней и явно на что-то уговаривал. Ситуацию спас ректор Академии, что, подойдя к танцующим, разбил их пару и, надменно улыбнувшись Правителю, увёл в танец своего ручного пса.

С Ричардом Лай была иной. Улыбалась мужчине искренне, что-то ему негромко говорила, на что тот отвечал и вызывал у неё лёгкий смех. Их окружили другие пары. Среди танцующих я увидел Сангра, что кружил с Марой, Кейна, который всё-таки добился внимания Сноу, и многих других адептов, ставших нашими одногруппниками.

Как только танец наконец закончился, Лай ускользнула от желающих покружить её по залу партнёров и ушла к фуршетному столу. Пока никто не видел, незаметно подошла к одному из явно злоупотреблявших юношей и за ухо притянула его к себе, заставляя склониться в три погибели.

Я осознал, что слышу её голос, когда уже стоял за спиной Цербера.

– Дегустация вин и «попойка» – разные вещи! Напоминаю, что употребление алкоголя на территории Академии по праздникам – минимальное! Напьётесь до поросячьего визга – башку откручу!– тихо рычала Староста. – Тут делегация из другой страны, опозорите меня и Академию своими выходками – сутки с полигона не выйдете!

– Понял-понял, Лай, отпусти! – взмолился провинившийся.

– Вот и славненько! – слащаво пропела девушка.

Как только Цербер отпустила лиловое ухо, адепты убежали в другой конец зала, а Лай взяла бокал и обернулась к танцующим парам. Она стояла ко мне полу-боком, её аромат кружил голову, а вид подогревал изнутри. Такая хрупкая и нежная снаружи, но дерзкая и непокорная внутри Аристократка. А то, что она Аристократка не было и тени сомнений. Гордая, до зубного скрежета правильная и невероятно сильная. Девушка, о которой я мог только грезить в АйнКраде. Та самая перчинка, которой мне так не хватало.

И сейчас хотелось внимания… Её внимания.

– Я не картина, чтобы меня рассматривать! – проговорила Лай, делая новый глоток и взглядом словно прощупывая гостей АйнКрада на наличие любой угрозы.

Но даже после её шпильки я не отводил от неё глаз. Осознав, что я не торопился подчиняться и вообще пропустил мимо ушей её упрёк, она глубоко вздохнула, отчего её грудь приподнялась… и я залип. Твёрдая двоечка с копейками под тонкой полупрозрачной тканью так и манила. И хоть я всегда предпочитал "большие" прелести, эти "персики" оказались более чем достойными внимания.

«И как только она их умудрилась скрыть?! Непростительно прятать такую красоту от мужских глаз!»

– Потанцуй со мной! – предложил я, отставляя свой бокал на стол.

Девушка снова вымученно вздохнула и, наконец, удостоила меня недоверчивого ядовитого взора.

– Адепт Зерхо, неужели нет никого другого, кого бы вы хотели закружить в танце?!

– Хочу только тебя… – двусмысленно отозвался я, на что Цербер сверкнула колдовскими глазами.

Пригубив шампанское, она как-то ехидно улыбнулась. Я мельком заметил взгляд отца по ту сторону зала, что вместе с Динаром Эолзером рассматривали нас и одинаково коварно улыбались.

«К чему бы это?»

– Не горю желанием "отдаваться" Вам… в танце! – вытянул меня от созерцания монархов голос моей злючки.

– А вчера по-другому пела!

– Вчера ты чуть не поимел меня на столе! Считай, я ещё обижаюсь!

– Обижаешься? На то, что я сделал или на то, что не сделал? – зелёные глаза прищурились, но нашу словесную перепалку мы не окончили.

– На то, что ты чуть мне штаны не продырявил своей "морковкой"! – отозвалась она и, держа бокал, оттопырила мизинчик и игриво им повиляла из стороны в сторону, намекая на мой мини размер.

«Вот же зараза кусачая!»

– И всё же я настаиваю! – протянув ей руку, я чуть склонился.

– Прошу меня простить, но вынуждена отказаться!

– А как же правила Академии? – спасибо тебе Стихийный маг воздуха за бесценную информацию!

– Вот же, вьюнок болтливый! – отозвалась Лай и безошибочно нашла в толпе Мару.

– Я жду!

И только Цербер Академии поставила свой бокал, как к нам на всей скорости подскочил Марко и весело так заголосил:

– Чего стоишь, Староста?! Там кадриль началась! Пошли! Ты мне танец должна! – уверенно так отрапортовал он.

– Я тебе? Ничего не путаешь? – притворно удивилась Староста, не заметив, как её руку сцапал Земной маг.

– Ну, или я тебе, какая, к чёрту, разница? – отбил Горелли её упрёк и тут же утащил Лай в образовавшийся круг.

«Ах, ты ж, зараза! Утащил мою добычу прямо из-под носа! Ну уж нет, не отдам!»

Подлетев к скучающей сестре, я ухватил её за руку и втянул в танец. Терра сначала ошарашенно взирала на меня, но потом, видя, что я смотрю поверх её вишнёвой головы, проследила за направлением. И только покачала головой, узрев мою цель.

– Зацепила, да?

– Не то слово! – скупо ответил я перед тем, как наша пара распалась, сменив партнёров. Музыка играла, а я медленно, но верно приближался к цели. И вот оно: Лай попалась в мои руки, и я выдернул её в центр круга, чтобы нас больше не разбили.

– А ты упёртый, да?

– Всегда добиваюсь того, чего хочу!

– И чего же вы хотите, адепт Зерхо? Оттоптать мне ноги, закружить в танце до тошноты или переломать рёбра от ваших тисков?

– Просто хочу тебя…– не стал юлить я.

На мой честный ответ девушка только вздохнула и улыбнулась одним уголком губ. Всего на секунду её эмоции просочились через блокаду, и я уловил интерес. Вот только к чему или к кому именно – не понял.

– Не стоит начинать эту игру на публику! Вы проиграете!

– Игру? – вопросил я, рассматривая её губы.

– Игру – «во внезапно вспыхнувшие чувства»!

– Кто сказал, что я играю? – выгнул бровь, всматриваясь в черты напротив.

– Ещё скажите, что устроили это не для делегации, что приехала посмотреть, как работает программа обмена?!

– Нет. Не имею привычки надевать маски!

Музыка закончилась, но мы так и стояли в паре. Я просто не отпускал Цербера, а она не желала сопротивляться и привлекать к нам всеобщее внимание. По крайней мере я так думал.

– Что ты хочешь?

– Поцелуй… для начала!

– А пинок в пах не хочешь? – спросила она, когда я стал наклоняться к её ладони, чтобы поцеловать пальчики. – Мне ничего не стоит устроить спектакль с твоими приставаниями и моей опороченной честью! Даже слезу пущу для правдоподобности…

– Ты неглупая девочка, чтобы начинать скандал из-за такой мелочи. И далеко не дурочка, какой сейчас прикидываешься, чтобы не понять, чего от взрослой женщины хочет взрослый мужчина! – прошептал я у самого уха, стараясь сделать тон обольстительным.

– Отношения между студентами запрещены! – пресекла она мои намёки.

– Даже если никто не узнает?! – поинтересовался я, приподнимая одну бровь.

– Я узнаю!

– Тогда ты не оставляешь мне выбора… – притворно вздохнул я, опуская глаза в её декольте.

Девушка приняла мои слова за поражение, отвлеклась и потеряла бдительность, что дало мне шанс. Я обхватил её за талию и резко притянул к себе. Вторая рука нырнула на затылок в чёрные шелковистые волосы.

– Ты будешь моей! – прорычал я и дёрнул её на себя.

Губы столкнулись, жар охватил тело. Вокруг нас закружился поток горячего воздуха. Почувствовав, как прекрасная Староста расслабилась и ответила на поцелуй, я сам потерял бдительность. Дурак! Точный удар под дых, подножка и головокружительный полёт, и вот… я уже лежу на полу, а надо мной стоит Цербер, прикрывая рот ладонями, всхлипывая и… плача?!

«Твою мать, вот же актриса! Да по ней театр плачет!»

К нам подскочили преподаватели, ректор, отец и, конечно же, его Величество, что с улыбкой взирал на меня и косился на Лай. А девушка со слезами уткнулась в грудь ректора и унывно так протянула:

– Он м-меня… о пламя! (шмыг носом) Он меня поц-поцеловаааал! Ректор… это же, это же мой первый поцелуй! (обречённый всхлип).

– Да, после такого он просто обязан на тебе жениться, Лай! – неожиданно произнёс Ричард, пытаясь успокоить её.

– Что? Нет! – взбрыкнула злючка, но тут же, вспомнив свою роль, снова уткнулась в его грудь. – Не настолько всё критично! Да и это слишком жестокая кара для него. Я же… его… убью в первую брачную ночь, когда он… храпеть начнёт. Вы же знаете, что у меня очень чуткий сон! – Ректор молча посмеивался над её высказывания и по-детски так погладил по голове.

– Ути, поруганная моя! Ути, обиженная! Конфетку дать? Утешить? Может спать уложить? – словно невинного ребёнка успокаивал Ректор поруганную Старосту. – Слёзы вытирай и прекращай спектакль, Лай! – резко приказал он, отбросив ласковый тон, что был всего мгновение назад.

– Если ты думаешь, что после украденного поцелуя ОН доживёт до утра, то ты ошибаешься! – оторвавшись от ректора, угрожающе отозвалась Староста.

– «Преднамеренное убийство» карается законом! – спокойно напомнил Ричард.

– Тогда вызов на поединок, случайно переломанные кости, оторванные конечности с последующим переносом к мисс Факлер и её стажёрам, и "рукожопый" адепт вам гарантирован! Сойдёт?!

– Ладно. Выиграла! Иди к себе и ложись отдыхать. А студенты из АйнКрада останутся здесь до конца вечера. Глядишь, минует их лихо!

– Премного благодарна! – язвительно отозвалась мелкая поганка, утёрла слёзы и тут же, лучезарно улыбаясь, пошла прочь из зала.

– Господин К`ярг, что это было? – поинтересовался отец в кругу своих сопровождающих Айнов, когда я уже принял вертикальное положение.

– Всего лишь ярое желание уйти с вечера как можно раньше! В чём ваш Адепт ей удачно помог. Зерхо, вы остаётесь до конца приёма. И, поверьте, лучше вам переждать грозу здесь. Ведь вы осмелились поцеловать… Цербера Академии! – голос ректора звучал как в аквариуме, но я не обращал на него внимания.

Ни на Ричарда де К`ярга, ни на отца, ни на Динара Эолзера, что пронизывали меня своими взглядами, – просто не мог. Ведь единственное, что крутилось в моей голове…

«А глаза-то у Цербера не ядовито-зелёные, а зелёно-карие, как цвет топких болот. И, кажется, я увяз в этом болоте надолго!».

❧Глава 13. Воскресное утро

Я стремился улизнуть в наш отсек всеми правдами и неправдами весь остаток вечера, но меня практически ни на секунду не выпускали из вида Ректор и его Величество, словно пытались оградить Их девочку от моего внимания.

«Фиг вам… теперь уж точно! Она станет моей!»

Как только приём в честь мирного договора закончился, мы с ребятами, избежав внимания делегации АйнКрада, двинулись в наш отсек. Где меня ждало разочарование – дверь Лай была закрыта и зачарована сияющим щитом от любого вторжения.

«Ну ничего, мы не сегодня домой уезжаем. Ещё поговорим тет-а-тет!» – убеждал себя я.

И, конечно же, всю ночь я опять не спал, ворочаясь с боку на бок, вспоминая наш первый поцелуй, на который она ответила… для отвлечения внимания, но кто на это смотрит..? Чудный запах её тела, ладную фигуру, ну и куда же без воспоминаний о горячем вечере пятницы.

«Чёрт! Надо было поддаться на уговоры Мрака. Он бы мне свинью не подложил. Сейчас бы уже Лай была моей и, наверняка, спала бы со мной в обнимку! А лучше бы… мы не спали вместе…»

Утром вышел к столу и друзьям только после двенадцати часов. Разбитый на сотни осколков от недосыпа. Спасибо и на том, что не стали меня рано будить, иначе загрыз бы! С полотенцем на плече я прошёл мимо них в сторону ванны. Меня окликнула сестра, но, когда я обернулся, она вдруг покачала головой, прищурилась и как-то странно улыбнулась.

И нет бы мне задуматься, с чего бы это? Нет же, пошёл дальше!

Взявшись за ручку двери, потянул её на себя, а с другой стороны, в этот момент её кто-то толкнул.

И мы столкнулись.

Я и Лай. Мокрые короткие волосы, сияющие ядом глаза, обрамлённые длиннющими ресницами, румяные щёки на бледном лице. Она – в коротеньком махровом полотенце, что закрывало её тело только от груди до середины бедра, скрывая попу, я – в расстёгнутой рубашке и свободных штанах.

Ступор.

Моя девчонка в столь соблазнительном виде… возбуждение, как кипятком, окатило. Язык почему-то прилип к нёбу, я просто стоял и смотрел в её, как мне известно, зелёно-карие глаза.

– Чего вылупился?! Давно баб не видел? Так я напомню, что в Академии 274 студентки – смотри не хочу! Трогать только нельзя! – грозно возвестила злючка и, проскользнув мимо меня бочком, направилась к себе в комнату, минуя застывших за столом парней.

А я, как идиот, молча стоял с открытой варежкой и провожал её взглядом, но, всё же придя в себя, не удержавшись, брякнул:

– Так я и смотрю!

Девушка на это, перехватив убегающее полотенце у груди, не оборачиваясь, просто показала мне средний палец и скрылась в своей комнате.

За дверью Лай тут же послышался её крик:

– Я что сказала?! Вали ВОН из моей кровати! – и в распахнувшуюся дверь пинком под зад, в прямом смысле, вывалился золотоволосый хрыч.

Злость накатила не хуже возбуждения. Глаза заволокло красной поволокой. Хотелось растерзать нежданного гостя. Пришлось судорожно выдохнуть и вдохнуть под тихие смешки друзей, что неплохо меня прочитали.

«Да сколько у неё любовников? Всех, цука, придушу и прикопаю за территорией "Эолзер"!»

А выкинутый блондин поднялся с колен, откинул назад длинные волосы и смешки заглохли. Это был Дин. Точнее, его Величество Динар Эолзер. Он, пожелав нам «Доброго утра», направился к плите, нисколько не смущаясь голого торса и цветастых штанов, что были ему коротковаты. Насвистывая игривую мелодию, он стал варить кофе, видимо, на двоих и жарить яичницу. Я же передумал идти мыться и сел на своё место, застёгивая рубашку, слушая одним ухом разговор друзей о вчерашнем вечере, что усиленно старались не глазеть на полуобнажённого монарха и держать при этом язык за зубами.

Положив яичницу на тарелочку и поставив её во главе стола там, где обычно сидел Цербер, он позвал её ласковым голосом:

– Солнышко, выходи! Я всё равно никуда не уйду, пока мы не поговорим!

На его просьбу из комнаты вышла злая как чёрт Лай. Что сегодня была в обычной одежде. Футболка и простые свободные штаны, схожие с теми, что сейчас были на Правители юга. Босиком. Вид такой домашней девочки запечатлелся в памяти с желанием увидеть её такой же, когда мы будем одни.

– Не хочу с тобой разговаривать! Неужели непонятно?!

Плюхнувшись на своё место, Староста стала разглядывать кружку с кофе, словно ожидала смертельного проклятья от него.

– Выслушать меня, тебе всё равно придётся!

– Дин! Я тебя полночи слушала… – ответила Лай, смотря в кружку, заставляя внутренности полыхнуть ревностью и заиграть скулами. – Мало того, что ты мне спать не дал всю ночь… – от этого ладони сами сжались в кулаки, – …в мой законный и единственный выходной, так ещё и с утра пораньше достаёшь своими выходками!

– Разговор вчера… у нас так и не вышел! И я, правда, хочу открыто, без увёрток с тобой поговорить. Это важно! – стоял на своём блондин и, взявшись за спинку стула, склонился над адепткой.

– Без увёрток, говоришь?! – и смотря монарху в глаза, Лай взяла тарелку с завтраком и передала её нашему зельевару. – Будь другом, просканируй на наличие какой-либо дряни!

– Лай! – возмутился Динар, – Это всего лишь яичница!

– Дин! – в тон ему отозвалась ласково злюка, – Я слишком хорошо тебя знаю! – заключила девушка и посмотрела на Пайсона. – Каков приговор?

– В еде присутствует добавление какого-то зелья, но из-за термической обработки не могу сказать точно, что именно! Нужны инструменты!

– Честно и открыто говоришь?! – усталым голосом повторил Цербер и, встав со стула, выкинула завтрак в мусорное ведро вместе с тарелкой.

– Ты не так всё поняла! – стал оправдываться пойманный на лжи монарх.

– Обычно ЭТО мужчины говорят, когда их ловят с поличным в постели с любовницей!

– Да там просто капля умиротворения и спокойствия была… – пытался оправдаться тот.

– Да мне по-фи-гу, что там было! – отозвалась Староста. – Ты не оставляешь мне выбора, Дин! Я сегодня же пойду к Риду и настучу на тебя. За проникновение в Академию без повода. За причинение неудобства студентам. За кражу личных вещей, – посмотрев на его штаны, которые, судя по расцветке, принадлежали ей, Лай добавила: – За дискриминацию в глазах наших гостей…

– Лай?! Ты же несерьёзно? – стал широко улыбаться Динар, внутренне опасаясь гнева де К`ярга.

– Конечно, нет, милый! Зачем мне лишнее звено в цепи, когда я сама могу с тобой справиться?! – проговорила Цербер и зашла в свою комнату, закрыв дверь прямо перед монаршим носом.

– Вот видишь! Тебе надо только меня выслушать! – обрадовался Динар поражению противника и, подойдя к двери, уверенно стал вещать истину для Лай. – Поверь, свадьба – это не конец жизни! Уверен – тебе понравится церемония! Сама выберешь себе платье, я закажу для тебя самую красивую диадему. Ты будешь прекрасна… Это событие запишут в летописи, и ты сможешь сама дать имя пер…вен…цу… – не успел потомок Эолзера договорить, как дверь распахнулась и на него полетела магическая ловушка.

Железные цепи оплели его тело и от немалого веса заставили рухнуть на колени. Зелёные глаза Правителя округлились, и он недоумевающе уставился на Старосту.

– Всё сказал? А теперь послушай меня! Я. НЕ. ВЫЙДУ. ЗАМУЖ! Заруби себе на носу!

Обернувшись к нам, она выкрикнула:

– Пайсон, яблоко!

Юноша схватил со стола плод и кинул его Церберу. А она, ловко поймав снаряд, впихнула яблоко в рот его Величеству и, вытянув из заднего кармана шёлковый пояс от халата, завязала рот, чтоб тот не выплюнул "затычку" раньше времени.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.