Татьяна Федоткина
Альда Хранительница

Эпизод 1.

Глава 1. День, в который все началось.

Молодой человек лет тридцати неуклюже, как бы нехотя, приближался к резной двери, изрисованной сиреневыми красками. Автором художеств являлась его единокровная сестра Альда. Когда она рисовала эти цветы, ей едва стукнуло пять лет. Как же давно это произошло, хотя помнится как будто вчера. Она привела его сюда, чтобы показать свои озорства, а он даже не злится, держит ее за тоненькие бледные запястья. С того момента минуло восемь лет, он снова стоит у двери, но в этот раз не решается войти внутрь.

Воспоминания прервались внезапно, дверь отворилась и на пороге показалась тучная женщина грозного вида. Ее угольные волосы с пепельной проседью всегда аккуратно уложены, а тут, слово ореол, распушились.

– Капризная девчонка! – бросила она через плечо. – Вот настанет время чесаться, посмотрим, как ты у меня запляшешь! Господин Прифил, – женщина почтенно поклонилась.

Мужчина посмеялся над няней Альды. Редко кому удавалось довести эту умудренную годами особу до бешенства, но у юной принцессы получалось.

– Что случилось, Досси?

Служанка громко рыкнула вместо ответа и, переваливаясь с ноги на ногу из-за своей высокой плотности, отправилась в сторону дворцовой кухни.

Прифил сделал шаг и, наконец, переступил через порог. Не смотря на раннюю весну, солнце уже во всю силу проталкивало свои лучи в широкие окна комнаты сестры. Шелк ее длинных волос ослепительно блестел, отражая свет.

– Я не виновата, – не поворачивая головы, слегка обиженно сказала Альда.

– Ну конечно, – Прифил не мог злиться на нее. Она ведь ему как дочь. Родители покинули их, как только Альда родилась. Мать сразу же, а отец через два дня от тоски. Забота о государстве и маленьком скукоженном младенце легла на сильные плечи молодого Прифила.

– Зачем пришел? – принцесса повернула голову, надув тонкие губки.

Молодой король натянул улыбку:

– Готова к завтрашнему балу?

– Если Досси будет так себя вести, то на балу будут все, кроме меня!

– Павалета там, пожалуй, тоже не будет.

Его младший брат Павалет после смерти родителей не пожелал подчиняться Прифилу и потребовал половину государства. Получив свое, юный королевич уехал на юг, прекратил общение, жил в холодной войне: не вредил, не помогал, делал вид, что старшего брата не существует. Единственное, что радовало: Альду любил, забирал погостить к океану и горам. Сегодня пришло известие, что король Южной Фертилии не явится на бал по случаю тринадцатилетия сестры. Причина – не указана.

Острые плечи Альды погнулись.

– Почему? – тихо спросила принцесса.

– Не сказал, – Прифил знал, что сестра расстроится. Она любила их обоих, а тяжкая непонятная вражда мешала ей обрести счастливую семью. – Позову Досси?

Девочка, не мигая, разглядывала разводы на стекле.

– Не нужно. Я сама справлюсь.

Альда шагала по ступеням, обычно она их считала, так веселее подниматься на пятый этаж, где располагались ее покои, но сегодня она грустила. Попытки примирить братьев ни к чему не приводят, все впустую! Войдя в комнату, она встретилась глазами с матерью. Портрет ее родителей висел на самом видном месте. Бледная красивая женщина с темными волосами ласково улыбалась ей с полотна. «Вылитая Фрига!», – твердил каждый, кто видел Альду первый раз.

Мать родилась в северном крае – холодной Фрегации, поэтому не походила на южных загорелых фертилиек: снежная кожа, тонкие алые губы, острый прямой нос – все это унаследовали Альда и старший сын Прифил. А вот Павалет походил на отца: соломенные волосы, нос картошкой и глубокие синие как океан глаза.

Досси не приходила, наверное, все еще обижена. Сейчас самой придется раздеваться и волосы в тугую косу плести. Так и к полуночи не справиться. Няня, наверное, чувствовала, как тяжело сейчас принцессе, потому что стоило только Альде подумать о тяготах беспомощной знатной жизни, как Досси объявилась на пороге.

– Не хотите мне ничего сказать, госпожа?

– Прости, Досси, что я не стала есть твою пресную кашу.

– А если подумать?

– Прости, Досси, что не стала есть твою прелестную кашу, – съязвила Альда, но улыбку скрывать не стала.

– То-то же!

***

– Расскажи мне сказку, – промычала Альда, уже погружаясь в дрему от ласковых поглаживаний няни по каштановой макушке.

– Какую?

– Про любовь.

– Опять? Ну что ж. Жила-была принцесса. С красивыми, как звезды, глазами. А женихов-то у нее… не пересчитать по пальцам. Звали ее Пальрита. Пришло время выходить замуж принцессе, и ее отец-король выбрал ей в мужья наследника короля Далеких Земель – Дитерия. Жестокого и грубого принца, которого никто не смог бы полюбить. Тогда воспротивилась Пальрита замужеству и сбежала.

В пути встретила парня – Ватилия, красавца с доброю душой. Полюбили они друг друга и продолжили путь уже вместе.

Но злой Дитерий не желал смириться с потерей Пальриты и отправился на поиски сбежавшей из-под венца невесты. Обиженный принц нашел влюбленных у гор возле океана, и ждал, когда они хотя бы на чуть-чуть расстанутся, чтобы убить Ватилия.

В один из дней, принцесса отправилась нарвать цветов в поле, но почуяв неладное, вернулась вскоре обратно. И увидела она, как жестокий принц целится из лука в ее  Ватилия. Заслонила она собой любимого, и стрела пронзила ее в самое сердце. Дитерий, поняв, что натворил, решил бежать из страны навсегда. Ватилий же, спасенный от смерти, ценою жизни любимой, пустился в погоню за убийцей. Долго он преследовал свою цель. И, наконец, когда нашел, вонзил Дитерию в сердце клинок. Месть никогда не приносит успокоения. Хоть и воздал по заслугам Ватилий за любимую, но все равно жгучая боль разрывала его сердце от потери Пальриты.

Он добрался до гор, что возле океана, спрыгнул с самого высокого утеса и разбился насмерть. На местах погибели влюбленных выросли прекрасные цветы – Дефинарии, почитаемые самой Смерью. А горы, что возвышались поблизости, с тех пор зовутся Правыми да Левыми Дефами, а между ними с тех пор процветает наша страна Фертилия.

– Досси, а зачем она заслонила его собой? Чем-то разве можно дорожить больше, чем собственной жизнью?

– Конечно, милая.

– Что же это? Его жизнь для нее была ценнее? А он-то все равно потом покончил с собой. Напрасно она собой пожертвовала, получается.

– Вы очень умная девочка, госпожа, но поймете, когда сами полюбите.

Альда призадумалась:

– А вот ты, Досси, ты готова заслонить собой от смерти другого человека?

– Да.

Принцесса удивленно уставилась на няню. За кого она может жизнь свою отдать: ни мужа, ни детей у Досси нет.

– Кто это?

– Вы, принцесса.

– Я? – удивилась Альда. – Но почему?

– Потому что люблю вас.

Досси натянула одеяло Альды почти до носа, пожелала спокойной ночи и удалилась.

Принцесса долго не могла уснуть, она думала о словах няни. Конечно, Альда тоже любила ее. Но отдала бы она жизнь за нее? И что в ней, в принцессе, такого, за что ее любит Досси? Как она поймет, что за кого-то может отдать жизнь, когда вырастет? А братья? Обоих она любит, хоть между собой они и не ладят. Отдала бы она жизнь за кого-нибудь из них. «Наверное, нет», – подумала Альда.

– Это значит, что я их не люблю? – шёпотом спросила пустоту принцесса.

Тишиной ответила пустота.

***

Замок будто вибрировал. Альда проснулась от удушья, с потолка сыпались крошки, помешавшие ей спать. Ослепительная темнота окутала комнату, лишь мягкий проблеск луны едва освещал пол. Принцесса кинулась к окну. Словно муравьи в окрестностях носились люди. Слышался визг, мелькали огни. Дверь громко распахнулась, свет факелов взволновал темноту. От неожиданности Альда вскрикнула и схватилась за сердце.

В комнату ворвалась растерянная Досси. Ее волосы растрепались, в глазах купался ужас.

– Досси, что случилось?

Но та не отвечала, замерев от страха, посреди покоев.

– Что происходит? – повторила Альда настойчивее.

– Одевайтесь, принцесса, быстрее, – Досси, кажется, наконец-то, пришла в себя.

Девочка заметалась по комнате, хватаясь то за одно, то за другое. Что делать? Что происходит? Война? Пожар?

– Я…, – начала принцесса.

– Вот, – няня суетливо подала принцессе одежду, – надевайте быстрее.

Альда поскорее натянула рубаху и брюки.

– Досси, в чем дело? – крикнула девочка, натягивая дорожную мантию.

– Аварис, – шепотом ответила служанка.

И ее слов достаточно, чтобы страшные мурашки проползли по телу от запястий до щиколоток.

Все началось тогда, когда жестокий король Траннис решил завладеть всеми человеческими землями. В те времена он правил Фрегацией – холодной северной страной. Он подчинил Средиземье, установив там вассалитет, и намеревался захватить Фертилию, что оказалось не такой простой задачей, как он рассчитывал. Ее теплые и плодородные земли защищала сама природа от посягательств людских и оркских захватчиков. С запада и востока стоял мощный щит из гор – Левых и Правых Дефов, а с юга Фертилию омывал бескрайний Бурый Океан. Оставался лишь один путь – атака с севера, где и находился вшитый в гору замок-крепость Арч.

Сотни войск разбилось под этими стенами и Траннис потерял интерес к югу. Говорят, что он настолько обозлился своим поражением, что перерезал пол-замка. Его родной сестре Фриге удалось бежать и она нашла приют в Арче. Теплые объятия короля Фертилии –  Венатора растопили северное сердце красавицы и Фрига осталась здесь навсегда.

Когда Траннис погиб, на престол холодной Фрегации ступил Аварис, унаследовавший не только королевство, но и жестокость отца. Уже давно ходили слухи о том, что грядет час сумасшествия Севера и холодный король ударит по Фертилии, но со временем это превратилось в страшилку для детей.

И вот сегодня наследники Фриги и Венатора вынуждены обнажить мечи и дать отпор захватчику с Севера. Альда страшилась того, что произойдет, и не напрасно.

Глава 2. Обиженное сердце.

Альда и Досси мчались по затхлым, охваченными паутиной коридорам. Раньше им обеим здесь не приходилось бывать.

– Куда мы бежим? – задыхаясь, крикнула принцесса, и эхо повторило ее вопрос еще два раза.

– К южным воротам, – Досси бег давался еще тяжелее, по ее морщинистому лбу стекали тяжелые капли пота. – Там вас ждет карета, отправитесь к королю Павалету, пока все не утрясется.

– Стой-стой-стой. А как же ты и Прифил? Вы разве не поедете?

– Нет, милая. Не сегодня. Но я тебе обещаю, что вскоре ты вернешься и мы снова увидимся.

– Досси, не волнуйся, Арч уже бывал в осадах, и на этот раз выдержит. Все будет хорошо, – Альда покорилась решению брата, несмотря на то что приходилось расстаться с семьей.

– Конечно, госпожа, конечно, – служанка крепко прижала к себе сумку с вещами и сильнее стиснула ладонь принцессы. По пальцам волной протекла боль, но девочка даже не пискнула.

В конце коридора заблистал огонек, там стоял человек с факелом.

– Это Фиден.

Альде не внушал доверия этот чародей с блестящей залысиной. Ей не нравились его серые, как сено в дождливый день, волосы. Они полукругом опоясывали голову и встречались у бровей. Из носа и ушей торчали такие же снопы. Тем не менее маг всегда добродушно относился к Альде и ее брату, так что причин для нелюбви не могло существовать. И почему все чародеи носят странные платья в пол?

– Доброй ночи, госпожа, – склонился Фиден. – Хотя о чем я, эта ночь ужасна. Досси, – волшебник протянул потрясывающуюся ручонку к женщине.

– Вот, – няня кинула кожаный мешочек, туго набитый золотом. – Твое годовое жалование. Альда должна добраться до замка живой и невредимой.

– Естественно.

Девочка забралась в карету, за ней уселся Фиден.

– Но! – скомандовал кучер и повозка тронулась.

Принцесса глядела вдаль, пока Досси и замок не исчезли из виду, по щеке скатились слезинки. Вдруг ей больше не придется вернутся сюда? Что станет с ее близкими? Что нужно делать? Как дальше быть? Альда ничего не знала, и это раздражало ее, в груди зарождалась ненависть к войне, к Аварису, да к самой себе, в конце концов!

– У меня для вас презент, – прервал грусть Фиден.

– Я люблю подарки, – слабо улыбнулась девочка.

– Он не совсем обычный. Магический.

Альда позабыла о своей печали и заглянула в поблекшие глаза чародея. Неужели он прямо сейчас при ней будет творить магию?

– Дайте свое ожерелье, – Фиден кивнул на цепочку, что болталась на шее принцессы, на звенья насажен кулон с золотым держателем. В центре камень – редчайший, добытый с пика Правых Деф – фиолетовый алмаз.

– Я думала это происходит наоборот, – в замешательстве принцесса сжала камешек у себя в ладонях.

Фиден расхохотался:

– Я лишь превращу его в амулет.

«Лишь. Ничего себе, – подумалось Альде. Он будет творить магию, а для него это словно повседневность».

Заполучив камень, волшебник положил его на ладонь, склонился и забубнил шепотом незнакомые слова. Его глаза заволокла стальная дымка, зубы заскрипели, магия тонкой спиралью прорвалась в алмаз и превратилась в волшебного паразита, зарядив в сердцевину несколько сотен маленьких мерцающих молний.

– Ого! – нечаянно слетело с губ Альды. – Потрясающе!

– Это еще что, – засмущался чародей, когда его глаза вместо серебристых вновь стали болотными.

– Спасибо, Фиден! Как это работает?

– Это амулет, защитит тебя от сглазов и любых магических атак. Не теряй. Но самое интересное, – Фиден интригующе закусил обветренную нижнюю губу, – это то, что ты сможешь призвать меня в любой момент, где бы я ни находился, и что бы я ни делал.

– Здорово! Если буду страдать от одиночества, позову тебя!

– Боюсь, принцесса, – слегка виновато склонил голову чародей, – что этой магии хватит только на один раз. Так что, постарайтесь выбрать действительно важный случай.

– Фиден, вложи тогда побольше магии, почему только один?

– Принцесса Альда, не из любого камня можно сделать амулет, чем большей редкостью обладает предмет, тем больше в него можно внести магии.

– Этот вроде особенный, мне Павалет год назад дарил.

– Да, камень редкий, оттого он и защитит тебя от любого магического воздействия.

– Поняла, Фиден, спасибо большое!

До следующего дня они больше не разговаривали.

Альда сожалела, что ее тринадцатилетие прошло так: ни бала, ни гостей, ни внимания, ни поздравлений. На исходе второго дня пути Фиден вручил ей письмо.

– Госпожа, я вынужден покинуть вас. Дело государственной важности. Этот пергамент – послание короля Прифила господину Павалету. Не открывайте, пожалуйста. Теперь же я откланяюсь.

Чародей махнул кучеру и покинул карету, оставив Альду наедине с таинственным письмом. Ее терпения хватило на несколько минут. Аккуратно вскрыв печать, принцесса прочла следующее:

«Павалет, – писал Прифил.

Надеюсь, твое здоровье улучшилось. Арч атакован кровожадным Аварисом. Я знаю, что у нас не сложилось теплых семейных отношений, но мне как никогда нужна твоя помощь.

Я призываю тебя и твою армию помочь мне. Ради Фертилии, ради семьи, ради Альды. Отправь мне в помощь продовольствие для воинов, что будут отважно сдерживать натиск со стороны севера. Я знаю также, что помимо Объединенной гвардии, у тебя на вооружении есть личный полк. Здесь каждый человек на счету. Я жду твоей поддержки.

Арч в осаде, северяне атакуют огромной армией. Боюсь, мы долго не протянем – месяц, может, два. Если Арч падет, ты тоже попадешь под удар. Только вместе – мы сила. Я один не справлюсь.

Я отправил нашу сестру к тебе, пока мы не разберемся с Аварисом.

Надеюсь, мы скоро увидимся.

Твой старший брат и король Северной Фертилии Прифил».

Слезы наворачивались на глаза от того, как отчаянно Прифил молил о помощи младшего брата. Но более того, Альда сомневалась, что Павалет согласится помочь. От чего он так осерчал – неизвестно, но даже если не смог явиться на бал, помощи ждать не стоит.

Замок Павалета построили на берегу океана, Прифил рассказывал, что раньше это дом считался поместьем и их брат туда часто ездил, чтобы поправить здоровье. Земля называлась Литорией. Именно там и поселился Павалет после того как получил половину государства. С тех  пор Литория носила гордое название столицы Южной Фертилии.

Воздух вдруг стал легче проникать в легкие, дыхание расслабляло. Запахло солью и водорослями. С детства принцесса полюбила этот запах, он навевал воспоминания о беззаботных днях, когда можно было резвиться на мелком песке и купаться в лазурных волнах.

Карета мягко затормозила. Никто, сломя голову, не несся ей навстречу открывать дверцу. Стояла оглушительная тишина, если не считать шум прибоя и крики чаек. Нет охраны, нет людей, глухое раннее утро.

Из кареты пришлось выбираться самостоятельно: ни поклонов тебе, ни поданных рук. Альду никто не ждал. В пустынном дворе ветер качал лепестки цветов и сочные листья кустарников. Песочная дорожка заглушала шаги. Альда толкнула дверь замка, та послушно скрипнула и отворилась. Ни одного стражника. В Арче, куда ни плюнь, повсюду охрана и воины,  а здесь никто не оберегает покой короля.

– Павалет! – громко крикнула принцесса.

– Павалет, Павалет, – гулко зашептало эхо.

Лишь спустя некоторое время явилась заспанная служанка.

– Кто вы, что здесь делаете в столь ранний час? – спросила молодая женщина и зевнула во весь рот, не прикрываясь.

Принцесса чуть не задохнулась от возмущения.

– Разбуди Павалета и скажи, что приехала принцесса Альда со срочным посланием.

Молодую королевну, привыкшую к почтительному отношению в Арче, очень возмущала встретившая ее беспорядочность.

– Сию минуту, госпожа, – служанка даже не подумала поклониться.

Альда продырявила ее глазами, вложив во взгляд все свое негодование.

– Где я могу его ждать? – сквозь зубы спросила принцесса.

– Идемте за мной, – равнодушно промямлила женщина.

Неучтивая служанка отвела Альду в тронный зал, а сама куда-то удалилась. После получасового ожидания явился сонный Павалет.

– Льдинка, не ожидал тебя увидеть так скоро. Что случилось? Почему ты так выглядишь?

Альда, расчувствовавшись, неожиданно для себя, начала плакать и кинулась в объятия брата. Она взахлеб рассказывала про осаду, про свой ужасный день рождения, про письмо, про слуг, что не учтивы, а Павалет гладил ее по растрепанным волосам и с каждым ее словом хмурился сильнее.

– Тебе не следовало читать письмо, Льдинка.

– Я знаю, но…

– Анцилла, – перебил сестру Павалет, – приготовь для принцессы покои, завтрак и подбери одежду. Ты меня поняла?

– Да, господин, – слегка язвительно сказала служанка.

Анцилла, несмотря на свое приятное лицо и хрупкое телосложение, Альде не приглянулась. Медные пружинки волос весело скакали по ее плечам, вместо того, чтобы украшать голову аккуратной прической, как положено прислуге.

Взгляд Павалета на эту девушку Альде тоже не пришелся по нраву, братец слишком пристально, оценивающе пожирал глазами манящие изгибы Анциллы, словно в первый раз ее видит. А сама служанка смотрела на короля Литории слегка прищурившись, ухмыляясь одним уголком губ.

– Ты поедешь к Прифилу? – спросила Альда, отбросив свои мысли об этой девушке.

– Обсудим это позже.

– Пожалуйста, Павалет, – взмолилась Альда.

– Я сказал, что мы поговорим об этом потом. Сначала ты выспишься, поешь и придешь немного в себя. Идем.

Они вдвоем шли по коридорам, широкие окна впускали ветер, который гонял по полу песчинки. Альда дышала, впускала в себя ароматы беззаботности и тревога постепенно отпускала ее.

– В этой комнате ты поживешь, – открывая дверь, сказал Павалет, – Анцилла принесет все, что понадобится.

В душной комнате явно давно никто не жил. В просторное окно закрадывалось солнце, в лучах которого неохотно кружили пылинки. Альда слегка расстроилась, что ее поселили в затхлые покои, но с дороги она так устала и хотела спать, что решила упрекнуть Павалета в этом после того как выспится.

Из сна ее вырвали внезапно, даже грубо. Первое, что увидела Альда, это недовольное лицо Анциллы, которая небрежно трясла своей рукой ее плечо.

– Прекрати! – принцесса грубо скинула ладонь служанки и злобно швырнула в ее сторону презрительный взгляд.

– Неженка, – пробубнила девушка и пошла к выходу. – Павалет ждет тебя на берегу, – сказала Анцилла и захлопнула за собой дверь.

«Нужно сообщить об этой дурнухе Павалету! – подумала Альда. Что она вообще себе позволяет?».

От зарождающейся ненависти сердце сделало кульбит, возмутилось и принцесса вспомнила, почему она вообще здесь оказалась. Как же помочь Прифилу? А потом накрыли и более насущные проблемы.

«Кто меня будет собирать к обеду, если нет Досси?», – подумала Альда, чувствуя себя очень нелепо, стоя посреди комнаты.

Ответ не заставил себя ждать. Дверь отворилась, и в покои с дорожной сумкой Альды ввалилась Анцилла.

– Я не желаю больше терпеть твоего присутствия, – властно сообщила Альда. – Во-первых, нужно стучать, перед тем как войти, во-вторых, ты должна учтиво обращаться ко мне. Я – твоя госпожа. Уходи прочь и пришли вместо себя другую служанку.

Анцилла не обратила на нее никакого внимания. Дотащила сумку до середины комнаты и пристально посмотрела на принцессу.

– Во-первых, здесь тебе не Арч, во-вторых, если что-то не нравится, проваливай обратно. Оденешься сама, авось не маленькая.

Анцилла вытерла рукой лоб и удалилась по своим, наверняка, важным делам, оставив Альду один на один со своим замешательством и возмущением. Пока она не знала, как с этим поступить. Но твердо решила, пожаловаться Павалету.

Кое-как справившись со своими нарядами и волосами, Альда отправилась к берегу. Чудесный вид, вот только брат все также сух и болезнен. Что же его гложет? Почему он так далек, хотя вот он, рядом, можно его коснуться. Раньше почему-то казалось все более радужным. Что произошло? И откуда взялась эта поганая Анцилла, дреяггх ей под подол!

Павалет сидел на песчаном берегу в соломенном кресле и улыбался Альде. Рядом стоял еще один такой же стул и стол, полный сочных, блестящих фруктов и вареных океанских креветок.

Альда ступала по песку изящно, держа осанку, несмотря на то, что мелкие песчинки набивались ей в босоножки, натирая мозоли. Наконец, дойдя до стула, она также грациозно в него опустилась, убрала растрепавшиеся от ветра волосы с лица и, прищурившись от яркого солнца, внимательно посмотрела на брата.

Принцесса молчала, ожидая, что разговор начнет Павалет.

Король не заставил себя долго ждать.

– Тебе не жарко, Льдинка?

– Нет. Я хотела спросить тебя про Анциллу.

– Внимательно слушаю, – печально улыбнувшись, сказал Павалет.

– Она ведет себя неприемлемо!

– Почему ты так решила?

Альда рассказала про то, что случилось перед тем, как она сюда пришла.

– Видишь ли, – улыбался Павалет, – Анцилла – моя невеста.

Рот Альды слегка приоткрылся, взгляд замер на месте, хотелось что-то возразить, но не получилось.

– Она работает у меня в замке уже два года, – продолжил Павалет, не дожидаясь ответа сестры, – она ухаживала за мной, и я влюбился, во всем ей признался. К моему величайшему изумлению, чувства оказались взаимны. – Альда иронично хмыкнула, но Павалет не обратил на это внимания. – И я предложил ей стать моей королевой. Приглашаю тебя на свадьбу, кстати. Через семь дней Анцилла станет частью нашей семьи. Мы как раз сегодня хотели объявить о помолвке и разослать приглашения. До этого момента ей приходилось выполнять свои прежние обязанности. Я думаю, вряд ли ей это нравилось, поэтому она немного ленилась. Когда она станет королевой, вы обязательно с ней подружитесь!

– Нет! – воскликнула Альда так эмоционально, что кусочек разжеванной креветки вылетел из ее рта прямо на стол. – Она гадкая, даже не думай!

– Я и не ждал, что ты поймешь, Льдинка. Мое решение окончательно и ничего на него не может повлиять.

Альда надулась и нахмурилась. Она несколько минут молча смотрела на океан.

– Что насчет Прифила? – немного остыв, спросила Альда и вновь принялась за креветки.

– Я не буду воевать.

– Почему ты не хочешь помочь нашему брату?

– Литория в безопасности. Напали на Арч. Пусть Прифил сам решает свои проблемы! – вспылил Павалет.

– Но если Арч падет, то Литория тоже попадет под удар! Если мы все вместе отразим врага у Арча, то остальные земли останутся нетронутыми.

– Ты слишком мала, чтобы здраво рассуждать о таких вещах, – Павалет нахмурился и сложил руки в замок у подбородка. – Но я тебе объясню. Может быть, ты что-нибудь начнешь понимать о том, что происходит в нашей семье. Прифил решил, что он главнее всех, раз он старше, и начал пытаться мной командовать. Но я, в отличие от него, не прогибался под маменьку и папеньку. Меня оставили прозябать под Небесным Солнцем, при живых родителях и брате я был одинок. Да что я тебе объясняю. Нет, и точка. Подумай о платьях и балах. Тебя эта война никак не коснется.

– Но Прифила могут убить, если ему не помочь!

– Значит, он никудышный король! – Павалет сжал подлокотники кресла так, что они хрустнули. – Его положение в Арче, между прочим, самое выгодное. Сиди себе в крепости и смотри, как враги разбиваются о стены. Разговор окончен. Если хочешь провести время с пользой для себя, насладись прекрасными видами и праздником. Прифил справится. Потому что должен.

– Можно я пойду? – тихо спросила Альда.

– Иди, – пристально глядя на сестру позволил Павалет. – Я пришлю к тебе другую прислугу.

Океан мыслей в унисон с Бурым Океаном бурлил в голове Альды. Она думала, думала, думала. То есть нежелание Павалета видеться с Прифилом настолько больше его любви к Альде, что он даже не может пересилить себя и помочь старшему брату? А любит ли вообще ее Павалет? Может, вообще не ее ума дела эта война и распри братьев? Не стоит ли радоваться тому, что она жива, сыта и здорова? Альда глубоко вдохнула соленый ватный воздух. Ненадолго это отвлекло ее от вязких мыслей.

Глава 3. Ответ на последний вопрос.

Альда сидела на берегу, размазывая слезы по щекам. Только что к ее неприятностям добавилось похищенное коварной чайкой мороженое. Все-то у нее в жизни не ладилось. С первого дня в гостях у Павалета ее оставили в одиночестве. Хорошо хоть новая немолодая служанка скрашивала ее печаль разговорами. Да и то туго наплела сегодня косы, что аж уши утянулись к затылку.

Краем глаза Альда уловила неспешные движения справа от себя и оглянулась. В паре метров от нее уселся парень, на вид постарше ее самой. Симпатичный профиль, грустно опущенные веки и легкая лохматость на макушке.

– Чего уставилась? – не поворачивая головы, буркнул юноша.

Альда смущенно потупила взгляд, подивившись своей робости.

– Что за крысиные хвосты у тебя на голове? – не унимался парень.

– Чего ты привязался ко мне? – ощетинилась принцесса. – Пляжу конца не видно, а ты выбрал место рядом со мной? Уходи!

Тут грубиян, наконец, повернулся: безразличные глаза, цвета мокрого песка, глядели мимо нее, но в самое сердце. Он говорил тихо, словно пытался спрятать свой ломающийся голос:

– Я буду сидеть там, где пожелаю. Если тебе что-то не нравится, то уходи сама.

Оскорбившись, Альда разрыдалась пуще прежнего, но уйти ей не позволила гордость.

– Вечно девчонки ноют, – парень соскочил с места, пнул со всей силы песок и поковылял к замку.

– Что вы делаете, Ваше Высочество? – служанка Сьервита увидела, как Альда остервенело расплетает длинные косы, выдирая из них волосы.

– Ничего! Отстань, Вита! Я хочу домой! Понимаешь? – соленые капли так и текут по мокрому лицу. Сердце служанки разрывалось от вида несчастной маленькой принцессы. – Тут столько противных людей! – но вдруг Альду осенило. – Мне нужно в Арч! Собирай мои вещи! Я поеду обратно.

– Нет, маленькая госпожа, не положено.

Альда бросила безумный взгляд на Сьервиту:

– Мне здесь не место.

Тук-тук. Вита отворила дверь и внутрь, слегка прихрамывая, вошел сгорбившийся от болезни Павалет.

– Что за вопли, Льдинка? Куда ты собираешься?

– Домой!

– Ты и так дома.

Альда впервые посмотрела на Павалета с яростью:

– Почему тогда дома, – она выделила это слово, – я чувствую себя не в своей тарелке?

– Я понимаю, Льдинка, – Павалет протянул хлипкие руки к сестре и очень крепко обнял. – У тебя просто нет друзей. Собирайся на ужин, я познакомлю тебя кое с кем.

– С кем?

Наконец-то хорошие новости! Именно друга Альде не хватало давным-давно!

– Секрет, но я думаю, вы быстро поладите.

– Конечно! Сьервита, собирай меня к ужину!

К тринадцатилетию Павалет одарил сестру разными тканями, которые в такой зной позволяли не потеть и выглядеть сногсшибательно. Портной смастерил для принцессы тончайшее васильковое платье, которое дарило долгожданную прохладу в такой жаркий день.

Не теряя времени, Альда поспешила отыскать Павалета и нашла его в компании импозантного мужчины в сюртуке из лазурной грубой ткани. Загорелое лицо жадно притягивало взгляд своей природной красотой и казалось невероятно знакомым.

– Ваше Высочество, – мужчина галантно поцеловал ладонь Альды и поклонился. – Гир (офицерское звание – прим. автора)  Пультер. Рад встрече с вами.

По телу пробежали мурашки от очаровательной улыбки этого мужчины. Но принцессу все же смущало его лицо, вызывающее странное чувство злости.

– Льдинка, гир Пультер здесь проездом вместе со своим сыном, который останется погостить в нашем замке до окончания войны на севере.

– А вы, гир Пультер, не останетесь?

– Долг обязывает меня прийти на помощь к вашему старшему брату Прифилу на помощь. Хоть я и в отставке, но для меня честь поддержать в войне детей Венатора и Фриги.

Внезапно глаза Пультера наполнились гордостью, он выглянул за спину Альды:

– Сын! Хочу тебя представить самой прекрасной принцессе на свете.

Альда залилась румянцем и повернулась, в надежде увидеть маленькую копию Пультера. Ожидание сбылось, и появление неоправданной злости на Пультера нашло себе объяснения. Улыбка сползла с лиц ребят, когда они увидели друг друга, ведь буквально пару часов назад на берегу они уже познакомились.

– Меня зовут принцесса Альда, – учтиво представилась девочка, стараясь сдержать достоинство и тут же не пожаловаться на гаденыша его отцу.

– Мои имя Котт, – парень поклонился, хотя положено поцеловать руку.

– Льдинка, покажи молодому человеку окрестности, – мерзко подмигнул Прифил, такого от него Альда не ожидала.

Но делать нечего, закатывать истерики посреди полного зала гостей, не пристало королевской особе. Стерпится. Котт в то время, видимо, принимал сложное для себя решение.

– То, что ты принцесса, ничего не меняет, буркнул он по пути, глядя исподлобья.

– О чем ты?

– Ты для меня по-прежнему плакса.

– А ты… ты… угрюмый сморчок!

Парень рассмеялся вовсе не весело. Альда даже не заметила, как они оказались в том же месте, на берегу Океана.

– Принцессам разве можно такие слова говорить?

Девочка не сочла нужным отвечать, вместо этого спросила:

– Где твоя мама?

Котт покачал головой из стороны в сторону, намекая на то, что его смех не являлся приглашением к разговору.

– Сколько тебе лет?

– Тринадцать, – расщедрился он на ответ.

Вяло тек вечер, разговор не завязывался, два подростка смотрели на заходящее солнце и каждый думал о своем, сердца обоих разрывала тоска о близких, которые рискуют своей жизнью где-то там на войне.

***

Неотвратимо приближалась свадьба Павалета и Анциллы. На будущую королеву Альда даже смотреть не могла. Это ее торжество и дурная улыбка портили настроение с каждым днем все сильнее.

К свадьбе замок украсили. На все окна развесили воздушный белый тюль. Слуги сдували пылинки со всех поверхностей и стен. Каждый день привозили цветы разных видов и расставляли в коридорах замка. Напротив комнаты Альды расцвели крупные фиолетовые Дефинарии.

Ежедневно прибывали гости из разных уголков Южной Фертилии. Совсем недавно прибыл дацис (крупный землевладелец) Путид со своей женой и тремя дочками, которых пророчили во фрейлины Альды. Те совсем не подавали надежд. Они также, как и их толстый и потный батюшка, постоянно ели и хрюкали.

Сьервита собирала Альду к завтраку, принцесса с нетерпением ждала, когда же встретится с Коттом. За последние три дня ей удалось разговорить угрюмого юношу и они иногда довольно весело проводили время, проказничая в замке. Язвительность Котта никуда не пропала, поэтому пакости не всегда веселили, доводя принцессу до отчаяния и непонимания.

Альду нарядили в золотистое с серебряными проблесками платье без бретелек, которое держалось только на груди. Принцесса знала, что придет время и она вырастет, и тогда платья нужно носить с декольте, потому что это нравится мужчинам. Все дамы, что танцевали и кружили на балах в замке Арч, непременно так и делали, демонстрируя свои выдающиеся части тела Прифилу.

Ей тоже почему-то захотелось произвести впечатление на Котта и она решила спросить совета у единственной женщины, что находилась сейчас рядом – Сьервиты.

– Вита, а у тебя есть муж? – поинтересовалась Альда.

– Да, принцесса.

– А ты на… Ай, Сьервита, не затягивай мне косы так сильно, давай посвободнее, а то  как хвосты крысиные, – Сьервита кивнула, и ослабила хватку. – А ты наряжалась, чтобы понравиться мужу?

Вита замерла на секунду, она понимала, что молодая принцесса не хочет ставить ее в неловкое положение, но явно что-то желает узнать.

– Госпожа, – осторожно начала Сьервита, – а почему вы этим интересуетесь?

Альда покрылась тревожными красными пятнами, которые на бледной коже просто кричали о смущении бедной девочки. Как же ей сказать?

– Пообещай, что никому не проболтаешься!

– Даю слово, госпожа, – серьезно заявила Сьервита.

– В общем, – протянула Альда, – есть один мальчик, – слова выдавливались с таким трудом, что стало трудно дышать, – кажется, я хочу ему понравиться, – выпалила Альда, и замерла в ожидании ответа.

Сьервита тепло улыбнулась, в этот момент Альда вспомнила Досси, и так захотелось ее увидеть и обнять.

– Вы прекрасно выглядите, принцесса, уверена, что вы ему сегодня очень понравитесь!

– Даже без декольте? У меня уже немного подросло, – говорила Альда, приподнимая в руках грудь, и оценивая, как это выглядело бы в корсете, –  так что, может, поменяем платье?

Сьервита звонко засмеялась. Альда немного разозлилась. Что же тут смешного? Служанка, заметив взгляд Альды, перестала веселиться и уже серьезно сказала:

– Господин Котт обязательно оценит ваше декольте по достоинству, когда вы оба станете старше, а если хотите, чтобы он бегал за вами сам сейчас, перестаньте обращать внимание на него.

– Это как же так? Делать вид, что его здесь нет вовсе? А как же правила приличия и этикет?

– Не нужно делать вид, что его здесь нет. Попробуйте не смотреть на него без причины, не заговаривайте первая. Мужчины обычно любят, когда на них обращают внимание, и ведут себя, как свиньи.

– Это точно! – в сердцах воскликнула Альда. – Постой, Вита, ты почему решила, что я хочу надеть платье для Котта?

– Разве нет?

– Нет, конечно!

– Значит, я ошиблась, – улыбнусь Сьервита и завязала последнюю ленточку на волосах принцессы.

Альда спустилась к завтраку в обеденный зал. Хвала Небесному Солнцу, гостей не видно, они в это время суток принимали пищу отдельно от семьи и приближенных короля. Во главе стола уже сидел Павалет. По правую руку от него восседала Анцилла и Котт. Когда Альда зашла мужчины поднялись с мест, приветствуя ее.

– Доброе утро, – произнесла Альда, глядя на Павалета.

– Доброе утро, Льдинка.

– Доброе утро, Альда.

– Приветствую, Ваше Высочество.

Альда села напротив Анциллы. После появления принцессы слуги засеменили по залу, подавая яства. На столе появились разноцветные фрукты и румянобокая выпечка. Альда положила на свою тарелку кусок рыхлого арбуза и пару слоеных пирожков с сыром и чесноком. Не смотреть на Котта оказалось намного сложнее, чем себе представляла принцесса. Особенно, сидя почти напротив него. Зная, что на него смотреть нельзя, Альде наоборот этого хотелось еще сильнее. Что он там делает? Смотрит ли на нее? Думает ли, почему Альда на него не смотрит? Хочет ли привлечь ее внимание?

Павалет начал о чем-то беседу с Коттом. Анцилла, едва открывая рот, ела перловую кашу. В беседу Павалета и Котта Альда решила не вступать, хотя бы потому что в раздумьях пропустила начало и не понимала, о чем они сейчас говорят. С Анциллой вести светские беседы не хотелось, да и о чем с ней разговаривать. Единственное, что придумала Альда – это смотреть в свою тарелку до конца трапезы.

– Льдинка, – в который раз ее позвал король. – У тебя все в порядке? – Ты не подавилась? А то сидишь вся красная, как рак.

– Нет, – только не смотреть на Котта. – Все в порядке.

И она на него посмотрела. Да что ж это такое!

Он ел свой кусок арбуза и даже не смотрел на нее. Альда облегченно вздохнула. Анцилла, видимо, отвлеклась от своих мрачных мыслей и, улыбаясь, что-то шептала Павалету на ухо.

– Завтра свадьба, – вдруг сказал Павалет, – как настроение, молодые господа?

– Чудесно, Ваше Величество. Есть новости с фронта?

Альда, как и Котт уставилась на Павалета, пытаясь не упустить и звука.

– Новостей нет. Вы уже познакомились с кем-то из гостей? Нашли пару на бал?

– Пару?

– Да, вы оба уже достигли тринадцати лет, так что можете являться на балы с парами.

– Нет, – Котт скривился, пожав плечами и, посмотрев на Альду, вымолвил, – завтра найду.

– И я, – пискнула девочка, надеясь, что никого-то этот вредина не найдет.

Позавтракав, Альда вместе с Коттом, не обмолвившись даже словом, отправилась на берег океана. Воздух увлажнился и игрался легкий бриз, солнце не пекло, ветер раздувал подол платья принцессы, из-за чего ей все время приходилось придерживать его руками.

Альда шла вдоль песочного берега на несколько шагов впереди Котта, и вдруг ощутила мягкий шлепок по затылку. То, что ее ударило, начало медленно сползать по волосам. Нечто скользкое и холодное стекло ей на шею. Запустив руку под волосы, Альда завизжала и побежала по берегу, пытаясь избавиться от неприятной лепешки. Наконец, она сняла с шеи прозрачную, похожую на огромную соплю, медузу и медленно повернула голову в сторону Котта, пытаясь взглядом выразить весь гнев, что одолевал ею сейчас. Котт, секунду назад сгибавшийся пополам от хохота, выпрямился и попытался скорчить серьезное лицо. От сдерживаемого смеха щеки надулись, лицо покраснело. Не в силах больше терпеть он снова начал громко хохотать, держась за живот. Он резко прекратил смеяться, когда медуза прилетела обратно прямо ему в лицо. Теперь уже Альда залилась звонким смехом, увидев его ошарашенную физиономию. Она смотрела, как медуза с его лба тихонько сползает на нос, потом на щеку и, наконец, шлепается на песок. Котт проводил взглядом медузу и посмотрел на Альду. Принцессе хватило секунды, чтобы понять, что пора бежать. Со всех ног она понеслась по берегу, но куда там в платье. Котт, дал ей пару секунд и , разбрасывая песок, погнался за ней, что есть сил. Настигнув Альду, повалил её на мокрый песок и начал щекотать, пока та не перестала сопротивляться. Он лег рядом, оба тяжело дышали. Волны, одна за другой, пробегая под их телами от кончиков пяток до макушки, охлаждали их пыл. После очередной волны Альда нащупала под ладошкой медузу и, недолго думая, залепила ей в лицо Котту. Так они и лежали: Альда, Котт и  несчастная медуза.

Запыхавшиеся ребята поплелись к замку переодеваться. Волосы Альды спутались и словно водоросли прилипли к плечам и лицу. С платья капала вода. Котт выглядел не лучше: некогда белоснежная рубашка покрылась разводами и прилипала к телу, на концах штанин толстым слоем висел песок. Зато оба удовлетворенно пыхтели.

Очень часто Альда и Котт разговаривали молча, обмениваясь взглядами или улыбками, чего хватало, чтобы понять друг друга. Это и сыграло им сегодня на руку. Пока они шли по гулкому коридору, услышали глухие голоса, им хватило мгновения, чтобы спрятаться за гобеленом и затаить дыхание.

Первого собеседника Альда никогда ни слышала – говорила бабка прокуренным голосом с хрипотцой:

– Анци, ты подготовилась?

– Конечно, матер Катюлла, – покорно отозвалась Анцилла.

– Если хоть что-то пойдет не по плану, наш драгоценнейший король…

– Я же сказала, – с нажимом и раздражением прервала невеста Павалета, – все готово.

– С девчонкой сложностей не возникло?

– Зря беспокоились, Прифил ее баловал, она не слишком заинтересована политикой, только ноет.

Котт повернул голову к Альде и одними губами произнес: «Я же говорил». Принцесса попыталась уничтожить его взглядом.

– Ты не должна забывать, что нас ждет, если ты оплошаешь. Я уезжаю сегодня в Дом.

– Прощайте, матер.

Когда шаги старухи стихли, Анцилла сползла по стенке и разрыдалась.

Альда тут же попыталась выскочить из-за гобелена, Котт хотел удержать ее, но не получилось.

– Ах, ты дрянь! – выплеснула злобу Альда. – Что ты натворила?

– Откуда ты здесь? – от неожиданности Анцилла вскочила, от печали и следа не осталось.

– Что ты задумала? Отвечай! Или я сейчас же отправлюсь к Павалету!

Нос будущей королевы покраснел и опух, волосы прилипли к щекам.

– Я все объясню.

– Не слушай ее, Альда, идем к твоему брату.

– Нет, Котт, выслушайте меня, пожалуйста.

– Она предатель!

– Дай мне слово! Из нас троих ты пока выше всех статусу, прими решение, дай рассказать. Молю.

– Позволяю, – до невозможности интересно узнать, что солжет эта простушка, а потом,  Альда решила, что все равно явится к Павалету и все расскажет.

– Я родилась в деревне, мои родители меня любили, но отец безбожно пил и бил мать. История стара, как наш мир. Я мечтала стать чародейкой, но без сильных врожденных способностей, в Академию Мании Семи школ принимали только на платной основе. Денег у мамы не водилось, все пропивал отец. Слава Небесному Солнцу, он помер в пожаре, подпалив наш дом.

Анцилла, поддавшись воспоминаниям, вновь разрыдалась.

– Мы шли босиком по снегу вместе с мамой, надеясь хоть где-нибудь прибиться. Тогда в семь лет, я уже знала, что нас ждет Смерть. Но тому не суждено было случиться. Мы встретили Катюллу, она нас приютила, но не бесплатно.

– Кто это – матер Катюлла?

Подбирая слова, Анцилла вымолвила:

– Она содержит Дом прелестниц.

Лица ребят скривились в отвращении.

– Нечего так реагировать! Я в отличии от вас не родилась принцессой или сыночком знатных воина и хранительницы. Моей матери пришлось продавать свое тело, чтобы прокормить меня. Позже ее убил ее же клиент. В день твоего рождения, Альда. Я помню то весеннее утро и счастье в голосах людей за первую принцессу Фертилии за последние несколько столетий. Я же хотела умереть. Катюлла не позволила. Она сделала меня своей прелестницей. Мы жили в Южной Фертилии. Когда твой отец Венатор скончался и к власти пришел Павалет, нам пришлось совсем плохо. Дома подобного назначения прикрыли, девицы разбежались, а я осталась с ней, торговала собой на большаках и трактах!

Несколько судорожных всхлипов спустя, Анцилла продолжила:

– Ты думаешь я мечтала о такой жизни? Лучше бы дреяггх меня сожрал, а не это все. Жизнь продолжалась, и однажды, оказавшись в Средиземье, встретился нам король Фрегации Аварис. Он со своими разведчиками пытался проникнуть в Фертилию. Он знал, что многие купцы и торговцы подпольных товаров проникают к нам в страну, миновав Арч и горы, но не мог найти эту тропу. Мы с Катюллой знали, ведь сами так и попали сюда. За помощь он обещал вернуть нашему Дому былой статус. Мы согласились без раздумий, придумали план, что я стану шпионом при дворе короля Павалета, Катюлла же среди старых клиентов обещала помочь со двором короля Прифила.

Альда ахнула.

– Как вы могли?

– А так. Мы умирали от голода, Павалет вынудил нас к нищете. Мы бы умерли, если бы Аварис нам не помог. Потом я работала на Павалета в роли прислуги, жизнь налаживалась, но отказаться от своего обещания мы уже не могли. Позже случилось самое страшное – я влюбилась в твоего брата. Он сделал мне предложение, но армия Авариса уже стояла у ворот Арча. Если я сейчас откажусь от своего обещания меня, тебя и Павалета убьют приспешники Авариса, которые примкнули к нему за последние два года. Если же все пойдет по плану, то все останутся живы.

Прошу, не говори Павалету то, что ты слышала, иначе он просто умрет. Если ты промолчишь, то все останутся живы и твои братья сохранят статусы наместников. Я люблю Павалета и раскаиваюсь в том, что натворила, но вспять время не обернешь.

 А вообще, делай что хочешь, счастья мне уже не видать, но сохрани хотя бы жизнь Павалету.

Анцилла гордо, как у нее никогда не получалось раньше, удалилась, оставив Котта и Альду размышлять над услышанным. Непонятное решение, которое должны принять два тринадцатилетних подростка висело тяжелым грузом над головами.

– Ты должна рассказать брату.

– Но он тогда умрет.

– Он старше, и наверняка придумает что-то лучше, чем мы себе можем представить.

– Что это изменит? – Альда не хотела рассказывать Павалету, боясь за его жизнь, но очень нуждалась, чтобы Котт убедил ее в обратном.

– Расскажи ему абсолютно все, что ты слышала. Твой брат не дурак и примет правильное решение.

– Я боюсь. Ведь меня тогда тоже могут убить.

– Тебя? Я ни за что им не позволю!

Повисло неловкое молчание, казалось, будто Котт ляпнул не то, что хотел.

– Расскажи Павалету.

– Хорошо.

– Как думаешь, я вернусь когда-нибудь домой?

– Вернешься, конечно, вернешься. Мы оба вернемся, война закончится. Мы сможем жить как раньше, со своими семьями.

– Ага.

Альда грустно улыбнулась, но на этом сюрпризы не закончились.

Котт ушел, принцесса уныло плелась в свою комнату, терзаемая услышанным. Дойдя до своих покоев, она услышала громкие ругательства.

– Я сказала тебе убирайся отсюда, – кричала Сьервита. – Это опочивальня молодой принцессы и таким, как ты, тут не место!

– Я здесь по поручению короля, милочка. Важная миссия, так сказать.

– Вита, что здесь происходит? – Альда ворвалась в свои покои.

– Госпожа, – подобострастно перед принцессой склонился низкий сутулый мужчина лет пятидесяти с неприятным лицом и желтыми зубами. Справа на переносице у него обосновалась отвратительная грушеобразная бородавка, скрывшая чуть ли не половину глаза.

Альде с трудом удалось оторвать взор от безобразия на здоровый глаз.

– Меня зовут Случий. Я придворный чародей короля.

– И что же вам нужно, Случий?

– Мне велено сделать вам подарок – предсказание. Благо, сегодня погода подходящая и настроение, будущее благосклонно позволяет собой поделиться.

– Вы умеете предсказывать?

– Да.

– Ну… и что же меня ждет?

– Давайте мне вашу правую ручку… Луна Одноликая, до чего ж у вас тонкие запястья, – воскликнул волшебник, разглядывая руку принцессы. Затем он продолжил. – Все, что вы услышите, будет м… в трансе, я этого не узнаю, не бойтесь того, что увидите и услышите, – загадочно понизил голос чародей.

 Случий сжал запястье Альды и опустил веки. Несколько мгновений спустя, его хватка усилилась, рука затряслась, и он открыл глаза. Они покрылись черной пеленой.

Альда вдруг оказалась на берегу океана и волны взвились только что не до небес, шум усилился, ветер яростно завыл, растрепав волосы принцессы по испуганному лицу.

Альда смотрела в темные глаза чародея и будто бы стала одна во всем поднебесном мире. Все стихло, все пропало: мысли, боль, мир… Никаких чувств, полное спокойствие и умиротворение. Вдруг в голове зазвучал незнакомый голос, мужской или женский, громкий или тихий, Альда не смогла понять, он просто звучал.

«Ответ на твой последний вопрос – да».

И все. Альда вернулась в свои покои и ошарашенно глядела на чародея.

– Я полагаю, все получилось? – мерзко улыбнулся мужчина.

– Верно.

– За сим откланяюсь, – ведун быстро покинул помещение, оставив девочку в замешательстве.

«Каков же мой последний вопрос? – призадумалась Альда. – Об Анцилле? О возвращении домой? Вроде как с Коттом о правде беседовали».

Раз с Альдой говорила сама судьба, она приняла решение рассказать все Павалету о подлой Анцилле. Засыпая, Альда вспоминала прошедший день, думала о завтрашней свадьбе, о новых друзьях, с которыми ей предстоит познакомиться, и о несносном Котте. Ей снились гигантские медузы, атакующие замок, как Котт ее спасал, и как они поцеловались.

Глава 4. Побег.

В день свадьбы для Альды сшили необыкновенное элегантное, строгое, но в то же время нарядное платье, которое отлично сидело на принцессе. Жесткий корсет платья из красного сатина покрывали до самой шеи тонкие, искусно выполненные черные кружева. Мастерицы Фертилии постарались на славу. Низ платья – узкая юбка и пышный шлейф сзади из красного шелка, украшенный аппликацией из драгоценных камней, выглядели очень необычно и дорого. Прическу, над которой Сьервита трудилась долгих три часа, венчала диадема из рубинов. В завершение служанка подвела верхние веки принцессы черной краской из сурьмы.

Альда глаз не могла оторвать от своего отражения. Это словно не она, а ее прекрасный двойник. Альда бывала раньше на балах в Арче, но никогда она не восхищалась себе и не облачалась в такое ошеломительное безупречное платье, и Прифил не разрешал пользоваться сурьмой.

Но сегодня особое торжество. Интересно, какое платье будет у Анциллы?

Альда из окна наблюдала, как постепенно собираются гости. Среди взрослых встречались дети разных возрастов. Принцессе не терпелось поскорее познакомиться с ними и найти новых друзей. На берегу уже установили алтарь, экстравагантно украшенный цветами и лентами, именно там Павалет и Анцилла станут мужем и женой. Альда на мгновенье представила, что и она выходит замуж, а напротив нее стоит Котт. Нет. Альда тряхнула головой, отгоняя эту нелепую мысль. В дверь постучали.

– Войдите, – пригласила Альда.

В комнату вошел Павалет, бледный как мраморная скульптура.

– Волнуешься? – ободряюще улыбнулась Альда. Ночью она решила, несмотря на увещевания Котта, рассказать все брату после свадьбы. Она как могла оттягивала этот момент, непонятным чутьем ей казалось, что Анцилла не врет.

– Не то слово.

Павалет надел на себя расшитую золотом тунику, затянутую на поясе широким ремнем. На нем красовался огромный меч, рукоять которого украшала россыпь сапфиров и алмазов. Белый плащ, скрепленный за края на груди брошью с драгоценным камнем, покрывал плечи короля и опускался до самой земли. Из-под туники торчали красные лосины.

– Прекрасно, просто прекрасно выглядишь, Льдинка, – восхитился Павалет и подставил руку Альде.

Король и принцесса медленно спускались по ступеням к гостям на берег. Вокруг алтаря слуги расставили мягкие стулья, чтобы приглашенные могли присесть в ожидании торжества.

После полудня солнце еще не садилось, поэтому припекало, но океанский бриз нес прохладу и свежесть. Как только появились Павалет с Альдой, все взгляды устремились к ним. Вокруг загудели восхищенные вздохи и восклицания о красоте принцессы. Альда чуть ли не мурчала от удовольствия и внимания, но старалась сохранить непроницаемое выражение лица.

По дороге к алтарю, Альда разглядывала гостей. Вот сидит комитесса Тенуэсса и яростно машет на себя веером. Еще бы жара не одолела ее, натянула на себя платье с длиннющими рукавами и рюшами. А вот сидит потный дацис Путид со своей женой и тремя пухлыми дочками, жадно поедающими пирожки, поданные слугами. Неужели они думают, что одна из них может стать фрейлиной принцессы? О, а это кто? Недалеко от комитессы сидел высокий молодой человек с приятным лицом, выглядел он немного старше Альды и все никак не мог отвести глаз от нее. Принцесса ответила ему смущенной улыбкой. Почти у самого алтаря сидела незнакомая Альде женщина, одетая с иголочки, волосы убраны в красивую прическу. К ней жалась такая же молодая, как Альда, девушка. Ее волосы в мелкую кудряшку аккуратно перетянула изумрудная ленточка. Сейчас она тоже смотрела на Альду и мило улыбалась. В голове промелькнула мысль о том, что именно она станет первой фрейлиной.

Наконец, король с Альдой добрались до алтаря. Павалет поднялся на него, а принцесса встала чуть поодаль, повернувшись лицом к гостям. И она увидела Котта. Выглядел тот, мягко говоря, нелепо. И кто его в это срядил? Альде потребовалось всё её самообладание, когда тот, неловко и стыдливо подошел к гостям. Модные сейчас в королевстве лосины, нелепо обтягивали крепкие ноги парня. Котт, кутаясь в удлиненный расшитый серебром жилет, пытался скрыть пышные шорты и рубашку с жабо. Он присел рядом с кучерявой девочкой. Та сразу же принялась с ним о чем-то щебетать. Конечно, он может болтать с кем угодно и о чем угодно, но Альде это не пришлось по нраву.

Взгляды, ранее прикованные к Альде, вдруг устремились в противоположном направлении. Из замка вышла Анцилла. Она пыталась идти грациозно, получалось плохо, но, нужно отдать ей должное, ведь могло быть и хуже. Той изысканности, которой с детства приучают принцесс, ей совершенно не хватало. Однако выглядела она шикарно. Белое платье придавало её образу роскоши, невинности и удачно подчеркивало фигуру девушки. Вопреки ожиданиям Альды, Анцилла выбрала закрытое платье, правильных форм с длинным белоснежным шлейфом. Тонкие рукава и острый вырез платья украшала скромная вышивка серебром, повторяя узор кружева, покрывавшего юбку и голову будущей королевы. Пояс платья щедро усыпан цветными, но бледными драгоценными камнями, он придавал нежности всему образу. Гости умиленно и громко вздыхали. Альда смотрела на Павалета, тот, затаив дыхание, с восхищением смотрел на свою будущую супругу.

Сацерд (служитель Небесного Солнца) Литорийский пригласил влюбленных к алтарю. Павалет и Анцилла встали друг напротив друга, держась за руки.

– По воле Солнца Небесного да по воле Одноликой Луны два сердца обрели друг друга. Я священно вопрошаю тебя, Король Литорийский Павалет, согласен ли ты взять в жёны прекрасную Анциллу? Будешь ли ты в любви, заботе и нежности проводить дни с ней до смерти своей? Обещаешь ли хранить верность и не рушить узы, что соединяют вас двоих в этот день? Если это так, поклянись в этом перед Солнцем нашим Небесным.

– Я клянусь, – уверенно сказал король.

– Я священно вопрошаю тебя, Анцилла не имеющая рода, согласна ли ты взять в мужья отважного Короля Павалета? Будешь ли ты в любви, заботе и нежности проводить дни с ним до смерти своей? Обещаешь ли хранить верность и не рушить узы, что соединяют вас двоих в этот день? Если это так, поклянись в этом перед Солнцем нашим Небесным.

На секунду Анцилла задумалась, а затем прошептала:

– Клянусь.

На берегу затихли голоса, слышно лишь шум океана да крики чаек. Эти двое выглядели так влюбленно, смотрели с такой нежностью друг на друга, что у Альды скопились слезинки у глаз.

Павалет взял изящное кольцо из белого золота, надел на палец Анциллы и произнес:

– Прими это кольцо в знак моей любви к тебе. До самого последнего вздоха я буду рядом с тобой. Без тебя я как океан без воды.

Дрожащими руками будущая королева взяла кольцо побольше и сказала:

– Этим кольцом я обещаю защищать тебя и все, что ты любишь. Только рядом с тобой я живу по-настоящему.

Теперь палец короля тоже украшало обручальное кольцо.

Павалет обнял Анциллу за талию, притянул к себе, и они поцеловались.

Церемония коронования Анциллы происходила в этот же день, согласно давней традиции. После обручения все гости собрались в тронном зале. В самом центре к трону короля поставили еще один, чуть поменьше – для королевы.

Когда гости заняли свои места, а король восседал на троне, вошли сацерд с Анциллой. Женщина встала лицом к гостям, она волновалась. Чтобы никто не увидел, как дрожат ее руки, она сцепила их перед собой в замок.

– Пред Солнцем Небесным, пред Королем нашим и пред нашими лицами прошу тебя Анцилла не имеющая рода произнести клятву честного правителя.

Анцилла, распрямив плечи, глядела прямо перед собой. Альда видела, как она борется со своим волнением.

– Я, Анцилла не имеющая рода, клянусь принимать справедливые решения, быть внимательной к подданным и приумножать богатства нашей страны. Я клянусь помогать неимущим гражданам и бороться с бедностью. Мирное сосуществование с нашими соседями я ставлю перед собой главной целью.

Анцилла замолчала. Альде подумалось, что она забыла слова. Сацерд прервал тишину:

– Прошу вынести корону для ее Величества.

Слуга осторожно превознес диадему и преклонил колено перед Анциллой.

Сацерд громогласно произнес:

– Нарекаю тебя, Анцилла без рода, Королевой Анциллой Литорийской отныне и до конца твоих дней, – теперь уже королева склонилась, и сацерд водрузил ей корону.

Все гости поднялись и склонили головы перед новой королевой Южной Фертилии.

После коронования Павалет объявил пир, заиграла музыка, и гости радостно стали набивать свои животы едой и вином.

Альда все это время со стороны наблюдала за Коттом. Он, уже не стесняясь своего наряда, весело беседовал со своей новой кучерявой знакомой. Когда принцесса выгуливала очередной круг по залу, ее кто-то легонько задел по плечу. Обернувшись, Альда увидела того симпатичного парня, что смотрел на нее, когда она шла к алтарю. Вблизи от него сложно отвести взор: темные вьющиеся волосы, тонкие черты лица и большие зеленые глаза мгновенно пленили принцессу.

– Прошу прощения, – мило улыбаясь, сказал молодой человек, – принцесса Альда?

– Да.

– О, – выразил удивление парень, – я думал, вы моложе.

Обычно, женщины обижаются, когда их считают старше, чем они есть на самом деле, но Альда, прежде чем оскорбиться, решила дать шанс объясниться молодому человеку.

– На сколько моложе?

– Я думал, что вам тринадцать лет.

– Так и есть.

Собеседник открыл рот, желая что-то сказать, но ничего не придумал. Альда с интересом наблюдала, как он очаровательно покраснел.

– Я осел. – Наконец произнес он. – Вы выглядите потрясающее, очень молодо, вы красивая… вы выглядите взрослой, то есть… я хотел сказать, вы не старая, а наоборот… да чтоб тебя… вас… меня! Я полный осел! – совсем расстроился парень.

Альда весело засмеялась.

– А как вас..?

– Лаи, – перебил принцессу парень. – Можно мне вас, – он руками обнял что-то невидимое и покачался влево и вправо, – пригласить на танец?

Альда посмотрела по сторонам в поисках Котта. Он стоял недалеко, лицо его не выражало никаких эмоций, а вот кучерявая девушка положила на плечо ему свою мерзкую ладошку. Принцесса нагло глянула в карие глаза Котта и тут же отвернулась к Лаи.

– Конечно, – кокетливо согласилась Альда.

Лаи провел ее в центр тронного зала, и они закружились в танце. Котт тоже не терял времени, он пригласил кучерявую девицу и начал вальсировать недалеко от принцессы и ее спутника. То и дело Котт и Альда обменивались взглядами, как будто между ними шла какая-то борьба, принцессе это не понравилось.

После танца Лаи слегка поклонился Альде, поцеловал руку и отошел, но обещал вернуться. Тут же к Альде подбежали три пухлые девочки – дочери дациса Путида.

– Госпожа Альда, – затараторила первая, – о, Солнце Небесное, вы так красивы!

– Принцесса, – пропищала вторая, – это такая честь – находиться рядом с вами!

Третья раболепно и молча взирала на Альду.

Перед Альдой стояли три хрюшки-ангелочка. Резвились искусственно накрученные русые кудри, толстые вишневые щечки блестели в полумраке, вздернутые круглые носы принюхивались к ароматам блюд, витавшим в воздухе, маленькие голубые глазки рыскали в поисках еды, источающей этот запах. Похожи как три капли воды. Даже надели платья одинакового фасона. Различался только цвет одежд: розовый, голубой и фиолетовый.

Хрюшку в розовом Альда обозначила про себя главарем, ее звали Консепига. Она больше всех болтала и доставала Альду скучными рассказами, пытаясь произвести впечатление на принцессу. Та, что в синем – Тексипига, постоянно поддакивала сестре и кивала. Третья сестра – Сервипига, молча смотрела на Альду, насколько возможно широко раскрыв свои глаза.

Сестры донимали Альду уже, наверное, целую вечность, принцесса начала придумывать план побега, как подошел Котт с кучерявой уже ненавистной девчонкой.

– Принцесса Альда, – торжественно и с поклоном обратился к ней парень, – Крисмере весь вечер просит меня познакомить ее с вами.

Альда натянула улыбку. Ну конечно, весь вечер Крисмере только этим и занималась. Котт поклонился еще раз и отошел.

– Ваше Высочество, – милейше улыбнулась девушка и сделала реверанс.

На самом деле она была очень хорошенькой и привлекательной. Но ее красота не походила на красоту принцессы. Альда отличалась холодностью своего образа: худое лицо, очерченные скулы, большие глаза и прямой нос. А Крисмере была теплой, круглолицей, курносой и с веснушками. Наверное, Альда бы подружилась с ней, если бы Крисмере не проявляла такой интерес к Котту.

На удивление Альды, девушка оказалась интересным собеседником. Она много читала, любила вышивать и рисовать. Альда расстроилась. Еще бы, такая девушка не понравилась Котту: и разговаривать-то с ней интересно, и рукоделием занимается, и красивая. В общем, идеальная кандидатка на роль жены Котта. Альда уже представила, как Крисмере становится ее фрейлиной, как начинает встречаться с Коттом, а она – Альда – обо всем этом знает, ведь принцесса и фрейлина – это лучшие подружки. Окончательно разочаровавшись, она оставила трех сестер и Крисмере.

Походив по залу, она познакомилась еще с двумя парнями младше нее и четырьмя девочками. Но особого впечатления они на Альду не произвели. Павалет с Анциллой принимали поздравления, разговаривая с разными гостями, Котта Альда не нашла. Пару раз к принцессе подходил Лаи, они о чем-то беседовали, но и он потом куда-то пропал. Вечер стал казаться скучным.

Заиграла медленная музыка. Павалет пригласил Анциллу на танец. Гости окружили их, наблюдая, как они двигаются в такт музыке, а потом сами к ним присоединились. Альда огляделась по сторонам, потенциальных кавалеров не видать.

– Меня ищешь? – услышала она немного насмешливый голос за спиной.

Принцесса оглянулась и с облегчением вздохнула, увидев Котта. Вида, конечно же, не подала. Он, уже ласково улыбаясь, протянул Альде руку.

– Пойдешь танцевать? – спросил парень.

Альда, неожиданно для себя, вложила свою руку в его, и Котт повел ее к танцующим.

«Что-то» внутри опять защекотало живот, когда юноша положил свою ладонь ей на талию и слегка притянул к себе, второй рукой он крепко сжал ее ладонь, и они медленно стали танцевать. Лицом к лицу, так близко, что Альда ощущала его дыхание на коже. Оказывается, Котт ростом выше Альды почти на целую голову. Они смотрели друг другу в глаза, не отрываясь. Он уверенно вел в танце, а ее колени дрожали от волнения. Все разочарование вечера мгновенно улетучилось, а в груди радостно колотилось сердце. Альда подумала, что было бы чудесно, если бы он сейчас ее поцеловал. Но произошло нечто ужасное. Завитавшись в облаках, принцесса не уследила за собой и наступила Котту на ступню. Девушка приготовилась к насмешкам на весь вечер, однако она ошиблась. Парень как ни в чем ни бывало продолжал вальсировать и сногсшибательно улыбаться.

Котт подозрительно взглянул на девушку, видимо, обнаружив ее смущение, решил завалить Альду расспросами о том, как она провела время в компании трех сестер.

После танца к ним присоединилась Крисмере. Рядом с принцессой, она вела себя сдержанно и практически не обращала внимания на Котта. Втроем они весело провели время до конца вечера, обсуждая сестер и какие-то незначительные вещи.

Когда уже совсем стемнело, Павалет объявил последний танец. Котт повернулся к Альде, но Лаи его опередил, встав прямо перед ним.

– Прекрасная Альда, прошу вас подарить мне этот последний танец! – вдохновленно произнес он и, не дожидаясь ответа, за руку поманил Альду к танцующим.

Принцесса озадачено последовала за ним, ведь хотелось, чтобы ее пригласил Котт, а тут внезапно появился Лаи, и Альда даже не успела ничего подумать и предпринять. Она с грустью обернулась, чтобы посмотреть на друга, тот отрицательно качал головой в ответ на какой-то вопрос Крисмере. Котт нахмурился и скрестил на груди руки.

Отправляясь после танца в свои покои, Альда обдумывала прошедший день. В целом все прошло неплохо. Она все-таки познакомилась с новыми мальчиками и девочками, у нее появился поклонник, а Котт даже пригласил ее на танец. Ах, самый восхитительный момент!

Перед сном Сьервита еще долго помогала Альде раздеться, чего стоил только один корсет. А хитро уложенные длинные волосы расплетались, наверное, целый час. Принцесса очень утомилась за сегодняшний день. Но завтра замок ждет второй день свадьбы, а значит, нужно выспаться, как следует.

Утром Альду разбудила Сьервита.

Принцесса, как всегда, лениво открыла глаза и спросила:

– Вита, я же принцесса?

– Конечно.

– Тогда мне можно поспать еще пять минут? Пожалуйста, – протянула Альда.

Служанка улыбнулась и вышла из комнаты.

Принцесса вновь проснулась, когда солнце вовсю резвилось лучами высоко в небе.

– Вита! – позвала Альда в панике. – Витааа!

– Что случилось, госпожа? – служанка, запыхавшись, вбежала в комнату.

– Почему ты меня не разбудила, посмотри, где солнце!

– Вы так сладко спали не хотелось будить, ведь вчера так устали, – начала оправдываться Сьервита.

Альда вздохнула. Куда ей было торопиться. Все-таки это не ее свадьба, а Анциллы и Павалета. Пусть они и встают рано, а она может спуститься к вечеру.

Сьервита сделала Альде высокую прическу из кос, которая по форме напоминала пчелиный улей.

– Что это ты мне накрутила, Вита? Ужас какой.

Служанка расстроено оглядывала свой шедевр и собралась уже распустить волосы, чтобы сделать другую прическу.

– Ладно, оставь, зря я разве целых два часа терпела, – расстроенно и недовольно проворчала принцесса.

Ворчала она зря, волосы очень аккуратно заплетены и уложены. Шея Альды стала казаться длиннее, а черты лица более утонченными.

На второй день Альде приготовили платье поскромнее – легкое, милое, без излишеств. И цвет простой – бежевый. Корсет Вита затянула золотистыми шнурками как-то уж очень туго. Незамысловатым узором по корсету разветвилось такое же золотистое кружево. Юбка у платья расплылась до самого пола, и без ненавистных колец под подолом. Плечи и шею покрывала прозрачная бежевая накидка, окаймленная по краям золотом.

– Госпожа, вы очень красивы, – восхитилась Вита,  и протянула принцессе кулон с фиолетовым камушком. – Вы давно не надевали.

И точно. Альда совсем про него забыла. Свечение в камушке, показалось принцессе, изменило цвет с сиреневого на темный пурпурный. Возможно, это из-за погоды, которая резко изменилась, пока Альда приводила себя в порядок. Небо затянулось тучами, очень сильно дул ветер, из-за чего в замке закрыли все окна. Вот-вот пойдет дождь и грянет буря.

Послышался неуверенный стук в комнату. Сьервита открыла дверь и Альда увидела на пороге Котта. Несмотря на то, что он стучался именно в ее дверь, лицо выражало удивление от встречи с принцессой. Он молча стоял и смотрел на Альду с приоткрытым ртом.

Девочка посмотрела на него, приподняв брови и наклонив голову немного вперед, призывая сообщить, зачем он сюда пришел. Котт, видимо, собрался с мыслями и требовательно спросил:

– Почему ты не на празднике?

Альда опешила от наглости, и от неожиданности ответила на его вопрос:

– Уже спускаюсь.

– Ну, так идем, – с напускной важностью и безразличием позвал Котт и подставил свой локоть для принцессы.

Альда посмотрела на Сьервиту, та дала ей знак, чтобы принцесса приняла такое своеобразное приглашение, и лукаво улыбнулась. Теперь ситуация для принцессы начала казаться забавной и очень волнительной. Котт пришел за ней! Сам! И заметил же ее отсутствие в тронном зале! На удивление приятное чувство. Пытаясь не лопнуть от счастья, она взяла под руку парня, и они поспешили в зал.

На второй день свадьбы явилось заметно меньше гостей. Павалет с усталым видом сидел на своем троне за столом, а рядом, не менее измотанная, Анцилла. Гости же радостно пили вино, ели и танцевали. Поздороваться с Альдой сразу же подбежали три сестры-хрюшки, пытаясь оттеснить от нее Котта. Но сегодня парень был намерен сдерживать свои позиции, и не дал руке принцессы ускользнуть от него. Прикосновение его пальцев пленило, кружило и дурманило. Альда не могла перестать улыбаться. Чтобы отделаться от сестер, принцесса со своим другом отправились к столу, усевшись рядом с королем и королевой. Обменявшись парой слов с братом и перекусив, Альда изъявила желание танцевать.

– Добрый вечер, принцесса, – услышала Альда приятный голос Лаи, который незаметно подошел к столу. – Я вижу, вы уже поужинали, позвольте украсть ваш первый танец?

Альда не успела ему ответить, потому что в разговор вмешался Котт. Она и не хотела отвечать, она купалась во внимании, которого ей никогда не уделяли.

– Жаль вас огорчать, – ехидно проговорил юноша, – но первый танец принцесса уже обещала мне.

Он встал из-за стола, взял Альду за руку и уверенно повел танцевать.

Они сначала молча кружили по залу. Принцесса пристально смотрела на Котта, пытаясь понять, что же происходит в его голове, потому что у нее самой в мыслях ураган.

– Что? – абсолютно спокойно спросил парень. – Он мне просто не нравится, – ответил Котт на вопросительный взгляд Альды.

Вдруг послышался громкий то ли шум, то ли стук. Показалось, будто бы гром. Небо хоть и затянуто тучами, но за окном не было ярких вспышек. Гости заозирались по сторонам. Когда грохот прозвучал второй раз, музыка прервалась, все замерли и прислушались. Грохнуло третий раз, стало понятно, что источник шума в замке, и с каждым ударом становится ближе. Гости в панике заметались по залу, как мошки вокруг костра, кто-то кричал, некоторые женщины визжали.

Альду резко потянули за ворот накидки, боковым зрением она увидела, что Котта постигла та же участь. Альда начала извиваться и выворачиваться из цепкого захвата.

– Не вертитесь! – обеспокоенно прикрикнула Анцилла. Именно она их волокла за шиворот.

– Что ты делаешь? Отпусти!

Но королева не слушала. Она запихнула Альду и Котта за дверь, что скрывалась в дальнем углу тронного зала. Какая-то каморка для метел, раньше Альда даже не замечала ее и не знала, где она оказалась. На полу лежал старый и потрепанный ковер, тухлые тряпки, метлы. На полуразвалившемся столе стояли две грязные тарелки, с потолка свисала паутина. Видимо, это было заброшенное помещение для слуг.

– Слушайте внимательно! Молчать! – приказала королева, когда Альда открыла рот, чтобы возмутиться. – У нас мало времени. Это Аварис. Он вторгся раньше, чем я думала. Бегите, бегите и не останавливайтесь. – Анцилла стянула ветхий ковер, под которым скрывался люк с деревянной крышкой. – Это выход из замка. Он приведет вас на Литорную равнину. Доберитесь до реки Дефочки. У ее истока в горах есть пещера, тайная тропа в Средиземье. Следуйте строго на север и доберетесь до поселения Дива Кастела. Там живет моя сестра – Новита. Ее легко найти, она жена сацерда. Я приеду туда, как только смогу!

– А как же Павалет? Ты сказала, мне ничего не грозит!

– Оставайся! – крикнула Анцилла. – Если хочешь пойти замуж по расчету за орка!

Альда ужаснулась от этой мысли.

– Что за орк? Почему я должна выйти за него замуж? Почему ты мне помогаешь?

– Я соврала тебе тогда, а потом поклялась Павалету, – ответила лишь на один вопрос Анцилла. – Теперь не могу нарушить своего слова. Остальное некогда объяснять.

– А я при чем? – вставил Котт.

– Не глупи. Она одна и дня не протянет за пределами замка. Тебе она вроде доверяет. Других кандидатов не нашлось. Доберетесь до места и можешь возвращаться.

Анцилла еле зажгла свечу трясущимися руками и вставила ее в фонарь.

– Быстрее! – За дверью слышались крики и громкий шум.

Котт спрыгнул в люк, помог без ушибов спуститься принцессе и взял фонарь. Анцилла закрыла крышку люка, натянула ковер и хлопнула дверью комнатушки.

Тьма окутала их, слабый свет свечи позволял увидеть лишь то, что находилось рядом с ней. Когда глаза привыкли к темноте, начали появляться очертания помещения.

Альда повернулась вокруг себя. Она увидела, что со стороны, где должен находиться тронный зал, в подвал проникает свет в нескольких местах. Она потянула Котта за рубашку к источнику света. Подойдя, они поняли, что находятся под залом и свет исходит именно оттуда, сквозь решетку, установленную на полу. Через нее плохо, но все же видно, что происходит в замке. Котт поставил фонарь подальше, чтобы те, кто находились в зале, случайно их не заметили. Шум, который доносился оттуда, резко затих. С грохотом дверь  слетела с петель.

Первым вошел высокий мужчина с бородой. Он ворвался, уверенно оглядываясь по сторонам, на лице застыла довольная ухмылка. Альда разглядела на его лице знакомые черты: прямой нос, светлая кожа, тонкие губы… Большие темные глаза оглядывали присутствующих.

В замок явился Аварис. За ним вошло несколько человек в военной форме болотного цвета. Потом в зал ввели изможденного человека. На шее, запястьях и щиколотках у него свисали кандалы, скрепленные между собой цепью. К своему ужасу, Альда узнала в этом пленнике своего брата Прифила. Лицо покрыто коростами, тело исполосовано ранами, он еле держался на ногах. Стража велела встать ему на колени, и он подчинился.

Альда ахнула. Котт прижал палец к губам, призывая не издавать звуков.

Большинство гостей не успели сбежать, и теперь прижимались к стенам, стараясь слиться с обстановкой. Павалет стоял посреди зала, на лице отразилось полное непонимание происходящего и страх. Анцилла чуть поодаль спряталась за его спиной.

– Извиняюсь за опоздание! – захохотал Аварис. – Я хотел еще вчера поздравить молодоженов, но Прифил маленько мне помешал. Но, усилия не напрасны, наконец, собрал семью вместе! – Аварис указал на брата, скованного цепями. – Я вижу удивление на твоем лице, Павалет. Наверное, хочешь знать, как мне это удалось? Вы, правда, считали, что можете меня удержать какими-то горами? – уже со злостью продолжил Северный король. – С моей армией? Что ж, начнем с Прифила и Арча. Стоп, – остановил он сам себя. – Какого Арча? Его же больше нет, я ведь сравнял его с землей!

Альда всхлипнула.

Видимо, не дождавшись нужной реакции, северный король продолжил:

– Но надо отдать тебе должное, Прифил, держался долго! Целую неделю! – Аварис мерзко скривился. – А за вот этот вот подарок, – король показал на свежий шрам на лбу, – я убил каждого человека в Арче. А теперь, Павалет, твоя очередь сделать выбор. Как скоро Южная Фертилия склонится перед единственным королем людей?

– Почему ты не сообщил мне? – крикнул в сторону брата Павалет.

– Невежливо с твой стороны, – приложил палец к губам Аварис. – По-моему с тобой сейчас разговариваю я. Прифил не сообщил, потому что я запретил. Но не расстраивайтесь. Ведь у меня ничего бы не получилось, если бы мне не помогали. Пора знать героев в лицо. Выходите, прямо сейчас.

Альда округлила глаза, потому что предатели выходили прямо из толпы гостей. Она помнила о том, что Анцилла с Катюллой нашли в каждом королевстве такого человека, но не думала, что они нагло явятся на свадьбу. Вышло шесть человек, среди которых пыхтел дацис Путид и комитесса Тенуэсса. Остальных четырех Альда вчера не видела, значит, они появились только сегодня.

– Один, два, три, четыре, пять, шесть, – посчитал быстро Аварис. – Не хватает еще одного, то есть, одной. Цилла, ну же, выходи, дай поприветствовать тебя.

Павалет, не моргая, проводил Анциллу оцепеневшим взглядом, пока та шла к Аварису. Глаза его потухли, руки безвольно обвисли, а тело его как будто бы скрючилось.

Королева, стараясь не смотреть на мужа, присоединилась к кучке предателей.

– Чудесно! – взмахнул руками Аварис. – Хотя… Где же прекрасная Альда? Хочу взглянуть на нее. Говорят, что краше нее никого нет, разве что только Царица Ночи.

Братья разом подняли глаза, Павалет оглянулся по сторонам. Анцилла с тревогой посмотрела в сторону подсобки для прислуги и тут же отвела взгляд.

– Я спросил, где моя двукровная сестра! – заорал Аварис.

– Мой господин, – опустив голову, начала Тенуэсса, – возможно, она в своих покоях или гуляет на берегу в компании сына гира Пультера – Котта, с которым явилась на бал.

– Что-то знакомое. Гир Объединенной Гвардии?

– Да, Ваше Величество.

– Что ж… Ты, – он указал на Сьервиту, – найди и приведи девчонку. Вы двое, – обратился он к своим воинам, – пойдете с ней. Будут сопротивляться, пацана убить вслед за отцом.

Альда повернулась к Котту, он стиснул зубы и сжал кулаки. Она взяла его за руку, чтобы хоть как-то поддержать в этот момент.

– А сейчас, – Аварис вдруг сделался более серьезным и суровым и вновь обратился к Павалету, – если хочешь сохранить свою жизнь и не потерять людей, как Прифил, брось свой меч и преклони колено.

Павалет напряженно смотрел сначала на северного короля, потом на Анциллу. Медленно он отстегнул с пояса оружие, бросил Аварису в ноги и опустился на колено.

– Очень хорошо, – удовлетворенно прошептал северный король. В полной тишине этот шепот каждый услышал отчетливо.

– Теперь Северная и Южная Фертилия подчиняются мне. Я не вижу смысла в разделении этой великой страны. Отныне я возвращаю все как было. Нет северного и южного королевства. Есть только Фертилия. По сему отпадает надобность в двух королях-наместниках. Ты что-то хочешь сказать напоследок, Прифил?

– Нет! – крикнул Павалет, возможно, благодаря этому, никто не услышал как с надрывом тоже самое завопила Альда.

– Прости меня, – выпустил последнюю слезу из обреченных глаз Прифил, и его голова с глухим стуком упала на землю. Аварис бессердечно протер меч плащом.

Альда оцепенела от ужаса, Котт подошел сзади и закрыл ей ладонью рот, чтобы та не закричала. Но от ужаса и неверия девочка даже не пискнула. Только не с ней, только не так, только не сейчас, так не должно было случиться. Это же неправда! Люди в зале громко ахали, Павалет подкосился и чуть не упал, отмахиваясь от пытавшейся поддержать его, Анциллы.

Аварис выдержав паузу, продолжил:

– Ты останешься наместником, продолжая править своим народом. Половину добываемого продовольствия и ресурсов ты будешь отправлять мне, как дань. Мои преданные слуги, – король указал на семерку предателей, – проследят за тем, что ты меня не обманываешь.

Предводитель орков – Бесстериб из Регнум Орча доставляет мне неудобства своим существованием. Для его уничтожения мне нужна армия. Раза в три больше, чем сейчас имеется. Ежегодно от Фертилии я требую три сотни взрослых мужчин и тридцать юношей, женщины и девицы – не исключение. Их достаточно поставлять в количестве десяти голов.

Молодые будут направлены в специальные места подготовки. Если ты будешь препятствовать или как-то этому мешать, то тебя постигнет участь братца.

– Зачем вам девочки? – поинтересовалась Анцилла, сквозь слезы.

– О… Цилла, ты же знаешь, они не для меня, а для воинов, – Аварис провел ладонью по щеке королевы, стирая мокрые полоски.

В зал вошла Сьервита в сопровождении двух солдат.

– Девки нигде нет, пацана тоже, – доложили стражники.

Аварис, проведя по лицу, пристально вгляделся в воина, доставая из ножен меч.

– Ты не смеешь так называть принцессу, – Аварис говорил очень спокойно, никто не ожидал, что в эту же секунду его меч одним ударом снесет еще одну голову.

Аварис повернулся к Павалету, лицо забрызгано каплями крови.

– Где Альда?

– Я не знаю, она танцевала в зале, когда все началось.

– Обыскать территорию замка и всей Фертилии! – проорал Аварис, несколько воинов из его свиты тут же кинулись выполнять приказ. – Любому, кто скрывает принцессу, не поздоровится. На этом я прощаюсь, можете продолжать празднование!

Глава 5. Похищение.

Третий день Альда и Котт плелись по Литорной равнине. Волосы Альды растрепались, и некоторые косы выпали из прически. Подол платья до середины испачкался грязью, землей и травой. Пальцы на ногах изранены до крови. Физическая боль немного отвлекала Альду от душевных тягот. То и дело она принималась рыдать и отказывалась дальше идти. Котт держался лучше. Его одежда тоже поистрепалась от долгой дороги. По пути он собирал ягоды и съедобные травы, чтобы они с принцессой могли поесть хотя бы чуть-чуть. Мелкие родники и утренняя роса спасали их от жажды. На ночь они рвали траву и накрывались ей, чтобы прохладными ночами не замерзнуть.

Наконец, они добрались до Дефочки – пресноводной речки. Издали они увидели поселение. Альда узнала в нем рыбацкую деревню Писк Кас, что раскинулась близ бухты «Чайка».

Подойдя ближе к деревне, ребята увидели солдат в форме болотного цвета. Аварис везде расставил своих людей в поисках принцессы. Значит, здесь нельзя просить ни ночлега, ни пищи. Остановившись недалеко от деревни, в невысоких кустах можжевельника на пригорке Альда и Котт, скудно поужинав ягодами, стали готовиться к ночлегу. Спать решили по очереди, чтобы быть готовыми к побегу в любой момент, если солдаты обнаружат их.

Ближе к утру дежурила Альда. Пока Котт спал, она беззвучно рыдала, вспоминая свою беззаботную жизнь и Прифила. Успокоиться она смогла только тогда, когда Котт начал возиться и просыпаться.

– Я, пожалуй, схожу в деревню, может, удастся добыть что-нибудь или выторговать, – он показал свой небольшой меч, с золотистой рукоятью, на которой красовался прозрачный драгоценный камень.

– Но тебе его отец подарил, – не совсем искренне возмутилась принцесса.

– Тогда это лучшее, что я могу с ним сейчас сделать. Если я нормально не поем, то мертвому мне этот меч точно не пригодится.

Аргументы Котта убедили Альду.

– А солдаты, – продолжила принцесса.

– Что солдаты?

– Они могут тебя поймать. Слышал, что Аварис приказал и тебя убить?

– Откуда им знать, как я выгляжу? Да и тебя они, собственно, в лицо не знают. Единственное, на что они ориентируются, это два подростка, мальчик и девочка. На одного они, надеюсь, внимания не обратят.

Что ж, Альде не хотелось спорить – не было сил. Она осталась под можжевеловым кустом, ждать Котта с чем-нибудь съедобным.

По солнцу Альда определила, что уже полдень. Котт до сих пор не явился. Сколько его ждать? А если он не придет? На мгновение Альду охватило волнение. Но потом девушка решила, если Котт не вернется,  то она будет здесь сидеть, пока не умрет. Одной все равно не добраться до Дива Кастелы, а выходить замуж за орка она тем более не собирается. Слёзы опять полились из глаз. Умирать ей тоже расхотелось. Рыдания прервал грубый мужской голос и топот копыт. Не меньше двух лошадей, точно. Альда сжалась как можно сильнее и притаилась, спрятавшись за ветками.

– … и вот, значица, беру я ее за ляжку, вот так! А она грит мне, мол, только после свадьбы! – передразнил один из мужиков кого-то.

К гоготу первого всадника присоединился второй, не менее грубый голос.

– Поссать надо, – всадник слез с лошади и подошел к соседнему от Альды кусту.

«Только бы Котт сейчас не пришел», – подумалось Альде, пока мужчина справлял нужду. Сквозь ветки она увидела солдат Авариса в болотной форме с желтыми погонами.

– Ну и че потом? – заговорил второй.

Что было у всадника потом, так и не удалось узнать, так как к ним подъехал третий человек. Его погоны отливали синевой.

– Вы почему не на посту? – грозно спросил третий всадник.

– Так это…, – замялся первый, – обход, значица.

– Если мы упустим девку, Аварис нам всем башки поотрывает, – заорал солдат с синими погонами. – Было приказано не покидать пост! Проверять всякого входящего и выходящего! Рано или поздно, они припрутся в какое-нибудь поселение, жрать-то все хотят! И молитесь, чтобы они пришли сюда. А иначе, не видать нам золота! А теперь марш на позиции! А то башки вам поотрываю я!

Воины залезли на своих коней и, тихо ругаясь, ускакали в сторону деревни. Третий всадник удалился в противоположном направлении.

Когда топот копыт стих, Альда выдохнула. Колени и ладошки от охватившего страха вспотели и дрожали. Что случилось бы, заметь они ее? Даже думать не хотелось.

Пару минут спустя, пришел Котт, в руках он держал большой мешок и корзину. Альда облегченно выдохнула и бросилась его обнимать.

– Почему так долго?! Солдаты… Чуть не наткнулись на меня. Я так испугалась! Где ты был!

– Я тоже их видел, наблюдал недалеко, – объяснил Котт. – Я пришел к деревне, по всему периметру дежурили солдаты, но мне удалось незаметно мимо них проскользнуть. Сначала я нашел местный рынок, никто не хотел давать мне больше двух медяков. Подозрительно смотрели на меня. Но нам этого бы и на булку хлеба не хватило. Спустя час пришел владелец местной харчевни, он сказал, что денег нет, но готов дать за меч еду. Говорит, солдаты собрали все оружие, чтобы никто не смел сопротивляться новой власти. А к его дочке приставали, и он хочет себя и ее защитить. В общем, вот.

Котт кинул мешок и корзину на землю. В мешке Альда нашла чистую, но потрепанную одежду: две льняных рубахи, пара темных брюк, сапоги из тонкой шкуры и две дорожные мантии с капюшоном. Там же лежали потасканные тряпки, стеклянные банки с чем-то внутри, три куска мыла и гребень для волос. В корзине лежал десяток вяленых рыб и еще пяток свежих и зажаристых. Рядом блестела от солнечного сета бутыль с водой и много маленьких абрикосов.

– Это все, что он смог мне дать. Думаю, на пару дней еды хватит. Ешь, – улыбаясь, сказал Котт, Альда уже некоторое время жадно смотрела на пищу дикими голодными глазами.

Они вместе накинулись на жареную рыбу и очень быстро всю ее съели. Альда себя чувствовала очень некомфортно. Ей никогда не доводилось голодать, а сейчас она как животное набросилась на добычу. Отобедав, они спустились к реке, солдаты на горизонте, слава Небесному Солнцу, не маячили. По мелководью они обогнули высокие камни, что ласкались рекой, и принялись очищаться от трехдневного пота и грязи. Когда Альда мылась в реке, Котт вежливо отвернулся, но то и дело косил глазом в сторону принцессы. К своему ужасу, девочка обнаружила, что ее ноги в кровь изранены травой и камнями, а сверху покрылись землей и кое-где свежими коростами. Пока Альда отмывала грязь с пяток, Котт тоже решил искупать себя. В отличие от принцессы, он, не стесняясь, оголил свой торс. Девочка невольно засмотрелась, оторвав взор от своих лодыжек. Тело Котта, несмотря на юный возраст, было прекрасным: широкие плечи, мускулистые руки и плоский живот.

– Чего уставилась? Отмывай ноги.

Альда вздохнула. Что бы она делала, не будь Котта рядом? Сдалась? От этой мысли даже голова кругом пошла. Когда ступни отмылись, юноша принес тряпки и склянку, в которой вязкой кашей белела заживляющая мазь. Котт сам аккуратно нанес содержимое баночки на ступни принцессы и обмотал тряпками наподобие чулок.

– Это нужно, чтобы в дороге сапоги не мозолили кожу, – объяснил парень и намотал себе также.

В новой одежде Альда походила на юношу, ее выдавали только волосы и слегка выдающаяся грудь. Котт то и дело туда мельком посматривал, чем смущал принцессу. Отмывшись и просохнув, ребята отправились на поиски более-менее удобного места для ночлега.

– У моей мамы тоже были длинные волосы, – совсем неожиданно разоткровенничался Котт.

Альда удивленно повернулась к нему. В первый день знакомства Котт ясно дал понять, что не намерен разговаривать о своей жизни. Но, тем не менее, он продолжил:

– Мне редко удавалось общаться с мамой и отцом, они часто пропадали на службе. Войны нет, но им все рано полагалось то охранять досточтимых граждан, то короля, то бдеть за порядком.

– Твоя мама тоже служила в армии? – удивилась Альда.

– Что-то вроде того. Она была хранительницей.

– Это как?

– Долго объяснять.

– Так ведь и мы не торопимся.

Котт немного помолчал, но все же решил рассказать.

– Когда-то давно все существа на земле жили в мире и согласии. Но орки поняли, что являются сильнее людей и стали истреблять нас. Человечество почти вымерло. Тогда появилась Магия и вместе с ней чародеи и хранительницы. Колдуны с помощью Магии защищали людей от вымирания. А хранительницы возвращали к жизни умирающих. Со временем люди восстановили свою мощь и могли противостоять оркам.

– Откуда ты это знаешь?

– Мама рассказывала.

– Она умерла?

– Да.

– Из-за чего?

– Участь хранительницы не самая радостная. И поэтому их не так уж много в нашем мире. С помощью Магии они привязывают себя к одному единственному человеку и с того момента защищают его и оберегают жизнь. Между воином и хранительницей появляется священная связь. И, если воин погибает, то хранительница умирает вслед за ним.

Альда ахнула.

– А если умрет хранительница, то и воин погибает?

– Нет. Он остается жив и даже может связать себя с новой хранительницей.

– Несправедливо! А зачем привязывать себя, если можно и так оберегать воина?

– Если есть связь, то женщина может исцелять воина своим здоровьем, даже смертельные раны может принять на себя.

– Но ведь мужчины должны оберегать женщин, а не наоборот!

– Наверное, ты права, – грустно сказал Котт.

– А что все-таки случилось с мамой?

– Однажды, в Южной Фертилии был небольшой гражданский бунт, я даже и причины-то не помню. Маленький отряд моего отца отправили, чтобы усмирить граждан. Никто не ожидал, что люди хорошо подготовятся к битве. Моего отца смертельно ранили, даже шрам остался рядом с сердцем. Он истекал кровью и умер бы, мама исцелила его. Раз она была хранительницей, то все равно умерла бы после смерти отца, а так у меня остался хотя бы он.

– Зачем она стала хранительницей, если у нее был ты?

– Она обратилась ею еще до моего рождения, потому что очень любила отца.

– Я не понимаю, как во время битвы хранительница защищает воина, ведь ей нужно и самой драться?

– Потому что в основном хранительницы – это лучницы. Не все женщины, что хотят быть защитницами, могут в руках держать тяжелые мечи, булавы и щиты.

– А можно быть хранительницей, не любя своего воина?

– Я не знаю, Альда. Наверное, да. Все, больше я не хочу об этом разговаривать.

После трех дней в пути, запасы еды закончились. Но степи сменились лесами, в которых можно было найти грибы, ягоды и орехи. В пути Альда и Котт иногда разговаривали, рассказывая о своей жизни. Но большую часть молчали и вслушивались, нет ли поблизости солдат. Рядом с Коттом Альда немного расслабилась и отвлеклась о печали. Он заботился о ней, не давал вспоминать горе.

Девушка больше не плакала. Пришлось принять то, что произошло. Главное, что рядом человек, присутствие которого, не давало пасть духом.

На восьмой день их пути, когда уже смеркалось, Альде послышалось тяжелое дыхание и звук шагов по траве где-то за спиной. Густой и темный лес, казалось, скрывал опасность, что-то разглядеть было практически невозможно. Альда сообщила о странных звуках Котту, но тот сказал, что ничего не слышал. Пройдя еще несколько шагов, парень вдруг закричал:

– Беги!

Альда оглянулась по сторонам, справа от нее Котт боролся не то с огромным человеком, не то с медведем. Он, безусловно, не сможет победить, но как же она уйдет без него? Броситься на помощь или бежать, спасая свою жизнь?

– Беги, – прохрипел парень.

И Альда побежала. Побежала прямо на это существо. Он не знала, как она сможет его победить, но без Котта она точно никуда не уйдет.

Альда с разбега запрыгнула на существо. От него пахло алкоголем, куревом и потом. Неизвестное могучее нечто оказалось человеком. Маленькими кулачками она колотила «чудище» по спине, но тот словно и не чувствовал ударов, продолжал душить парня. Тогда Альда руками обхватила лицо нападавшего, нащупала глаза и со всей силы надавила. Человек взревел и закинул руку, схватив Альду за шиворот, как драную кошку, и стянул ее со спины прямо перед собой. Девушка в панике задергала ногами во все стороны и заехала ногой мужчине по челюсти. Тот яростно отшвырнул Альду в дерево, словно тряпичную куклу. За секунду до того, как удариться и потерять сознание, принцесса подумала, что, наверное, ей все-таки придется расстаться с Коттом.

Голова болела просто ужасно. «Я жива», – осознала принцесса, когда очнулась. Альда сквозь боль почувствовала, что находится в очень неудобном положении, судя по всему, в какой-то повозке, которая не торопясь, двигалась по ухабистой дороге. Медленно открыв глаза, принцесса убедилась в том, что права. Но только ехала она в большой телеге со встроенной в нее железной клеткой, в которой она и находилась. Оглядевшись, Альда увидела, что она здесь не одна. На деревянных лавках сидели другие дети. В основном, мальчишки. В противоположном углу, тихо плакала девочка лет десяти. Сама Альда сидела на полу. Только сейчас она заметила, что зажата между чьими-то коленями. Подняв глаза, она увидела спящего Котта, ее сердце радостно стукнуло и от счастья захотелось поплакать. Но это желание быстро отпало, как только она увидела прижимающуюся к Котту Крисмере. Девушка тоже спала, обхватив руку юноши своими ладошками и склонив к нему на плечо голову. Принцессе даже стало обидно, почему это она сидит на полу, а эта (даже слов не подобрать!) уютно устроилась на сильном плече ее друга.

От того что Альда начала возиться, Котт проснулся, а вслед за ним и Крисмере.

– Принцесса, – воскликнула она. – Вы очнулись!

– Тихо! Не называй меня так, – прошипела Альда, боясь, что кто-нибудь услышит и откроет ее тайну.

Несколько детей нервно посмотрели в их сторону.

– Что происходит? – глядя на Котта, прошептала Альда.

– Не знаю. Я тоже потерял сознание там в лесу. Очнулся здесь. Крисмере уже находилась тут. Я усадил тебя поудобней и снова отключился.

«Удобней некуда», – пронеслась язвительная мысль в голове принцессы.

– Нас везут в военный лагерь, – заявила Крисмере и начала рассказ. – Как раз, когда вы пропали, на бал по случаю свадьбы явился Аварис. – Альда и Котт сделали вид, что только что узнали об этом. – Он захватил власть в Северном и Южном государстве. Теперь уже просто в Фертилии, – она сочувственно посмотрела в сторону принцессы. Альда удивленно взглянула на нее. – Короля Арча убили.

Тут Альде не пришлось притворяться. Плакать она не стала, но грусть наполнила ее с затекших ног до раскалывающейся головы. Крисмере продолжила.

– Аварис приказал направлять на военную службу молодых парней и девиц с королевства для военной службы. Видимо, мы попались. Но тебя, принцесса, должны отпустить, ведь ты нужна Северному Королю, за тебя он обещал награду. А вот мы с Коттом теперь будем вместе, – она выдержала паузу, – служить.

Альда очень расстроилась, потому что Крисмере оказалась права. У короля на нее свои планы, и явно они заключаются не в том, чтобы отправить ее в армию. Хотя зачем королю девочки в армии?

Котт тихонько погладил Альду по голове и сел рядом с ней на пол. Крисмере осталась на скамейке.

Уже светало. Сквозь прутья решетки принцесса увидела величественные горы. Воздух неприятно холодил кожу, Альда закуталась в свою тонкую мантию. Котт, увидев, что ей холодно обнял принцессу и накрыл своим дорожным плащом. Альда ловила каждое мгновенье, проведенное со своим товарищем, ведь вскоре она потеряет его навсегда, выйдет замуж за ужасного орка, и будет жить в несчастии целую вечность до самой смерти.

Весь день телега не останавливалась, Альда разглядела, что за вожжами сидел тот самый человек-медведь, что напал на них в лесу. Опустились сумерки, дети завыли и запросились домой. Страх, голод, жажда и нужда сковали каждого. Не обращая на звуки никакого внимания, кучер продолжал свой путь.

Впереди завиднелся небольшой то ли городок, то ли деревушка, но туда телега не поехала, свернув на лесную дорогу. Обогнув город, они остановились на окраине около большого трехэтажного вычурного, вызывающе-красного цвета дома. Рамы и дверь окрашены в смолянистый черный цвет, а за окнами ничего не видно, кроме плотных штор. Вокруг дома раскинулся словно сожженный угольный узорчатый частокол, а во дворе росли прекрасные кроваво-красные розы на высоких стеблях. У ворот приветливо и зазывающе-ярко горел желтый фонарь.

Из дома вышла женщина, лицо которой обрамлял черный чепец с белыми рюшами. По краям выбилась пара пепельных локонов. Прохладное туманно-синее платье мягко шелестело, пока женщина размерено, совершенно не торопясь, приближалась к ржавой повозке. Поверх платья фигуру окутала грубая черная накидка, на которой красовалась безвкусная здоровенная брошь в виде розы.

По статной походке и тонким очертаниям тела представлялась молодая полная сил женщина. Но когда та вышла на свет, Альда удивилась, увидев старуху. Свое морщинистое лицо бабка пыталась омолодить с помощью глины. На выпуклые глаза толстым слоем старуха нанесла синюю краску, нижние веки очертила черной сурьмой, а тонкие губы ярко намазала гранатовой пудрой. В целом, выглядела она вызывающе, и будь Альда в таком виде, то постыдилась бы выходить за пределы своей комнаты.

Извозчик слез со своего места и подошел к женщине.

– Вот, привез тебе девчушек.

– Показывай, – прохрипела старуха.

Альда с ужасом узнала по голосу матер Катюллу.

– Котт, не отдавай меня туда, пожалуйста, – торопливо стала умолять Альда. – Это дом, где ублажают мужчин. Помнишь Анцилла рассказывала нам про него. Пожалуйста, Котт.

Парень взволнованно сжал принцессу за руку и отодвинул себе за спину. Крисмере схватила Котта за вторую свободную руку.

Тем временем, извозчик подошел к клетке, снял замок и пробасил:

– Девки на выход.

Ни одна из девочек не торопилась выходить. Тогда «полумедведь» выскреб всех по одной. Девочки визжали и плакали. Когда очередь дошла до Крисмере, та толкнула Альду прямо в руки пленителю.

– Что ты сделала? – услышала Альда за спиной голос Котта.

– Прости, – пропищала Крисмере, – я случайно.

Девочек набралось шесть штук. Крисмере встала рядом с Альдой, притворно виновато на нее поглядывая.

Всхлипы и рыдания девчонок раздражали, Альда все время оглядывалась на клетку, она ведь даже не успела попрощаться с Коттом. Но шум раздражал не только принцессу. Матер Катюлла достала откуда-то небольшую плеть и со всей силы отхлестала ею несчастных девочек. Не успев сообразить, что происходит, Альда получила удар прямо по лицу. Плеть неглубоко рассекла половину щеки. Закрыв лицо руками, Альда спрятала красоту в ладонях, но садистка оставила раны на плечах и предплечьях.

– Молчать, – тихо сказала Катюлла, когда остановилась.

Сдерживая слезы, девочки закрыли рты и приковали свои взгляды к старухе. Альда с ненавистью взирала на женщину, ей рыдать совсем не хотелось. Ей хотелось, чтобы матер умерла прямо сейчас, прямо здесь.

– Встать сюда, – она показала на место под фонарем, – рука к руке.

Девочки послушно засеменили на указанное место. Альда встала подальше от Крисмере.

Матер подошла к первой и взяла ее подбородок в морщинистые пакли, приблизив к ней свое лицо. Внимательно оглядев ее, она выдала:

– Пойдет.

Следующей она осмотрела Крисмере.

– Эта хороша. Пойдет.

– У этой зубы, как у лошади, – поставила свой вердикт матер третьей девочке, – ты чем смотрел, слепошарая ты дубина. Нужно сильно постараться, чтобы поставить ее хотя бы на входе.

Для четвертой и для пятой Катюлла также коротко сказала:

– Пойдет.

Наконец, дойдя до Альды, старуха потянула руку к ее подбородку, но девушка резко отвернула голову. Катюлла, прищурившись, всмотрелась в лицо принцессы. Казалось, она смотрит на нее уже целую вечность. Брови старухи сильно нахмурились.

– Покажи руки.

Альда нехотя вытянула перед ней руки.

– Ладонями вверх.

Девушка послушно перевернула руки. Катюлла резко схватила Альду за запястье и впилась взглядом в ладонь. Также резко она выкинула ее руку из своей.

Катюлла гневно взглянула на мужчину.

– Ты кого мне притащил? – угрожающе завелась матер.

С виновато-непонимающим лицом мужчина потер затылок. Альда догадалась, что Катюлла ее узнала, но как?

– А чего? Чего не так-то?

– А ты сам посмотри. На рожу вылитая северянка, одно лицо с матерью! А на руках ни одной мозоли. Никаких шрамов, бледная, как смерть.

– И чего? – все еще не понимал мужик.

– Это Альда – принцесса Фертилии, дубина. Ты хочешь, чтобы Аварис скормил нас дреяггхам?

– Мне велено девок привезти. Я привез. Давай деньги.

– За нее, – она указала на принцессу, – я тебе и медяка не дам!

– И чего мне с ней делать-то?

– Убей. Если она расскажет королю, что мы с ней сделали, нам не жить. Ты меня понял, дубина?

– Не буду я ее убивать, не смогу я. Ты чего, старая, я детей не трогаю.

– Дам тебе в два раза больше, и мои глаза не должны ее видеть.

Она достала из кармана на подоле кожаный мешочек, в котором звенели монетки. Потом достала мешочек побольше и переложила несколько монет в маленький. Затянув шнурок, она швырнула первый мешочек извозчику.

– Пятеро, за мной.

Катюлла пошла по направлению к дому, а девочки грустно засеменили за ней.

– Вы меня убьете прямо здесь? – Альда дрожала от страха. Умирать вот так. Несправедливо, обидно и глупо.

– Чего? А, помирать что ли собралась?

– Матер сказала…

– Она мне не указ. Чего мне тебя убивать? Сейчас парнишек повезем к Дипату. Ему, может, приглянешься. Поживешь у него.

– Что за Дипат?

– Хорош болтать, ехать пора, исть уже охота. Пацанята-то тоже, небось, хочут. Залазь давай обратно. И без глупостей тут мне, – погрозил он толстым пальцем.

Альда не собиралась с ним спорить. Ей хотелось поскорее вернуться к Котту. Если его везут к этому Дипату в военный лагерь, то она сама там с удовольствием останется.

Котт все это время наблюдал за принцессой, просунув голову между прутьями.

– Что там произошло? – начал расспрашивать Котт, когда Альда неловко заползла в прогнившую повозку. – Вот ведь старая псина, – вытирая кровь от раны на лице Альды, гневно восклицал парень. – За что она так с вами?

Пока телега медленно ехала в сторону гор, Альда успела все рассказать другу. Он, оказывается, тоже жалел, что больше никогда не увидит принцессу, поэтому после ее рассказа, крепко обнял Альду.

Девушка испытывала смешанные чувства. С одной стороны, ее королевской жизни конец, а с другой – Котт, с которым всегда хотелось быть рядом. Но ее жизнь теперь наполнялась такими непредсказуемыми событиями и поворотами, так что Альда решила радоваться хорошим моментам, а погрустить она всегда успеет.

Глава 6. Замок Каста Монт.

Когда телега остановилась, темнота сковала уже каждый уголок. Альда увидела только каменную стену с железными воротами, высотой, наверное, с десять человек. Обычно такие массивы устанавливаются у крепостей. Альде с грустью вспомнился Арч, окутанный похожей крепостью.

Долго никто не выходил. Дети прилипли к решетке, пытаясь разглядеть, куда их привезли. Альда и Котт не остались исключением. Наконец, ворота открылись, и вышел взрослый крепкий мужчина, лет пятидесяти. В руках он держал фонарь, освещая свое усталое круглое лицо.

– Здорова, Стип, – обратился мужчина к извозчику. – Как дорога?

– Гир Дипат, – поклонился Стип. – Да ничего, вот смотрите, привез парнишек.

Извозчик открыл клетку.

– Вылазийте, давайте, – подгоняя рукой, велел Стип.

Альда и Котт выходили последними. Вспомнив, что у него в телеге еще и девочка, извозчик обратился к Дипату:

– Гир, тут одна у нас проблема.

Дипат внимательно на него посмотрел.

– Вам девки не нужны на работу?

– Ты разве не от матер Катюллы едешь? Ей-то уж точно на работу требуются, – усмехнулся Дипат.

– От нее. От кого ж?

– Она не всех взяла? Что, страшная, что ли? – невесело усмехнулся мужчина.

Он поднес фонарь к лицу Альды. Брови Дипата поплыли вверх.

– Не видал я еще таких красивых девиц. Больная?

– Да не. Принцесса она.

С минуту Дипат молчал, обдумывая, видимо, как поступить.

– Ну-ка расскажи, как она к тебе попала, и почему не везешь ее к королю.

Стип, постоянно сбиваясь, рассказал мужчине, как было: и как он поймал их с Коттом в лесу, и как Катюлла побила Альду, и то, что принцессе теперь либо умирать, либо прятаться здесь.

Выслушав историю извозчика, гир Дипат обратился к Альде:

– Здесь тебе не будет сладкой жизни. Никто ходить за тобой не станет. Как только переступишь порог, забудь, кем являлась. Однако я даю тебе выбор. Ты можешь бежать прямо сейчас. У тебя будет фора – сутки. После, мои воины начнут охоту за тобой и, если найдут – убьют. Каков твой выбор?

– Раз я все еще не бегу, то выбор очевиден, – решила поумничать Альда.

Дипат дал принцессе легкий подзатыльник.

– Будьте добры, Ваше Высочество, на заданный вопрос отвечать конкретно, – жестко и с непроницаемым лицом отрезал мужчина.

Стало так обидно. «Я же девочка», – в гневе пронеслась мысль. «С чего это он решил, что может меня лупить?». Но вслух не стала возражать, чтобы не получить еще одну затрещину. Принцесса надула губы, сдерживая слезы. Никто за нее даже не заступился и слова не сказал. Трусы! Обида и гнев из-за этого еще сильнее стали разрастаться. В голове Альда придумывала обидные фразы, которыми бы она могла ответить гиру. В глубине души принцесса понимала, что никогда эти слова не скажет, потому что от решения этого мужчины сейчас зависела ее жизнь. Но ведь никто не запрещал об этом думать.

Дипат тем временем, как и матер Катюлла, тоже достал из кармана мешочек с монетами и отдал Стипу.

– Переночуешь в Каста Монте? А то ночь ведь уже.

– Не. Поеду я. Заскочу к Катюлле по дороге, еще раз, – усмехнулся Стип, залез на повозку и уехал.

– За мной, – скомандовал Дипат.

У ворот их ждал высокий молодой парень в кожаных доспехах и с копьем.

– Иди сюда, – приказал ему гир. – Подними Досси, у нас тут восемнадцать новичков, нужна еда.

«Досси? Может ли так оказаться, что это моя Досси»? – встревожилась Альда.

– И еще, – остановил сторожевого Дипат, – разбуди гира Тарма. Пусть спустится в столовую. Быстро.

Парень побежал в сторону горящих огней. И только тут Альда разглядела величественный замок. Такого она еще никогда не видела. В голове не укладывалось, что замок может торчать из горы. Он как будто вырос из нее. От ворот вела дорога из камня, длиной примерно двести локтей. Остальную территорию перед замком занимали массивные постройки и боевые орудия. В некоторых Альда узнала катапульты и требушеты.

– Добро пожаловать в Каста Монт. Это горная крепость. Здесь вы будете учиться военному искусству три года. По истечению этого срока отправитесь служить на Север. Служить придется двадцать лет. Так что, советую вам напрячься и не расслабляться в ближайшие четверть века. Сейчас поужинаете и отбой. Построение после первого колокола. Остальное завтра утром.

Зайдя внутрь, мальчишки и гир оказались в просторном зале. Приятный холодок вызвал мурашки на коже Альды. От факелов, что горели на стенах, едва веяло теплом. Между ними собирали пыль разные картины с портретами воинов в северной форме, на некоторых изображались целые сражения. На самом видном месте притягивал взгляд портрет Авариса, рядом повешена картина с человеком, похожим на него, только седого. Внизу золотилась крупная подпись: «Траннис Безжалостный». Насколько знала Альда, это был ее дядя, брат матери. Принцесса не могла не отметить свое сходство с ними: темные большие глаза, узкое лицо и тонкие губы. Только вот у них, как показалось Альде, взгляд выражал зло и надменность.

По центру зала наверх вела широкая лестница с перилами, концы которых были выделаны в форме человеческих черепов. Справа и слева от лестницы вели проходы, ведущие в общий коридор, куда и последовал Дипат.

– Налево – столовая, – начал объяснять гир, – направо – кухня и комнаты слуг.

Повернув к запаху еды, дети радостно загомонили. Весь день они ничего не ели и вот, наконец, их покормят.

В столовой расположились четыре стола. Три больших в центре, и один маленький на возвышении. Недалеко от маленького стола скрывалась дверь, откуда вышла полная черноволосая женщина с тележкой, забитой приборами, дымящимися кружками и большой тарелкой с хлебом.

– Досси! – не сдерживая себя от радости, крикнула Альда.

Женщина остановилась, широко распахнув глаза. Оглядываясь по сторонам, она никак не могла понять, с какой стороны она услышала любимый знакомый голос. Альда увидела в ее глазах такую надежду и обеспокоенность, что слезы защипали глаза.

– Я здесь.

И Досси ее увидела. Капли счастья полились по морщинистым щекам. Но она не сдвинулась с места, опасливо посмотрев на Дипата. У того скользнула по лицу улыбка, но быстро исчезла. Он строго посмотрел на принцессу, потом на служанку и одобрительно кивнул. Досси подбежала к Альде и обняла ее так крепко, что у девочки прихватило дыхание.

– Как же вы здесь? Кто же вас так? – заботливо потирая рану на лице принцессы, причитала Досси. – Сейчас я вас покормлю, а то стоите голодные тут.

Она вернулась к тележке. Подкатила к столу, расставила горячий чай на смородиновых листьях, положила ложки и тарелку с хлебом.

– Сейчас, мои вы хорошие, – все еще плача причитала Досси, – сейчас привезу.

Дети накинулись на тарелку с хлебом, но под грозным взглядом Дипата, все быстро положили куски обратно.

Альде совсем расхотелось есть. Столько радости от встречи с Досси! Она посмотрела на Котта, тот ей улыбался в ответ. Только сейчас Альда заметила, какой у парня измученный вид. Он сильно похудел, нависли синяки под глазами. Она, наверное, выглядела не лучше.

Снова загремела тележка. На этот раз няня привезла кастрюлю и восемнадцать тарелок. Запахло рыбой. Досси разлила в чашки уху из трески, каждому по три поварешки. В столовую быстрым шагом, держа руки за спиной, вошел молодой мужчина лет двадцати пяти и встал рядом с Дипатом.

– Это твои новые подопечные, – тихо на ухо сказал гир Дипат этому парню.

Альда подумала, что это, возможно, и есть Тарм. Подтянутая фигура, прямая осанка – ну, точно, гир. Его волосы напоминали Альде локоны ее ухажера на свадьбе – Лаи – такие же темные и слегка волнистые. Глаза у Тарма чернились в тусклом освещении, а взгляд цеплялся с одного на другого. На кончике его носа Альда разглядела родинку. Мужчина поймал ее взгляд на себе и тонкие губы гира скривились в ухмылке.

Рыбный суп быстро съели. Досси убрала со стола грязную посуду на тележку. Дипат вновь скомандовал:

– За мной.

Дети послушно последовали за ним.

– Ты же не собираешься спать в комнате, где семнадцать мальчишек, – обратился он к Альде. – Иди к Досси, будешь жить в ее комнате пока. Завтра решим, что с тобой делать дальше.

Котт легонько сжал пальцы Альды и шепнул:

– Спокойной ночи.

– Пока.

Мальчики вместе с Дипатом ушли. Досси собрала посуду и тихо позвала:

– Пойдемте, принцесса.

За дверью оказался скрытый коридор для слуг, который связывал столовую с кухней.

– Что с тобой случилось в Арче, Досси?

– Долго мы не смогли продержаться, Аварис быстро проломил стену крепости, наверное, за сутки. Кажется, у него там служил свой человек. Наши солдаты много побили его воинов, но Аварисова армия, казалась бесконечной. Он ворвался в замок, перебил всех. А когда добрался до меня, остановился. Говорит, выбирай, или помирать или работать в моей крепости. Там, мол, старуха управляющая сгинула. Король, Ваш брат, сказал, чтобы я шла. Ну, вот я и оказалась здесь. Гир Дипат тут самый главный. Он не плохой, но иногда жесткий. Все-таки одни ребята у него. Чтоб слушались, нужно иногда таким быть. Парни-то не все послушные. Вас-то, наверное, помощницей сделает моей. А вы как здесь оказались?

Они уже пришли на кухню.

– Погодите, принцесса. Деська, Цеська, – позвала кого-то Досси. – Альда, познакомьтесь, это Десан и Цесус, помогают мне на кухне, – сказала няня, когда в кухню вошли два парня лет семнадцати.

Десан толстый, по ширине, как три Альды. Глаза добрые-добрые, а щеки румяные. Цесус же полная противоположность – тощий, с вытаращенными удивленными глазами изумрудного цвета.

Принцесса сделала маленький реверанс. Мальчишки удивленно на нее смотрели, не ожидая увидеть в замке девчонку.

– Надо помыть посуду, – неумело приказала Досси.

– Я итак, целую гору намыл сегодня! Откуда еще столько тарелок, да еще и кастрюля, – обреченно закатил глаза Цесус.

– Не спорь, – мягко отрезала Досси и поманила принцессу в сторону комнат для прислуги.

– Толковые парни, очень умные. Да только не пригодные к службе. Дипат иногда оставляет таких в замке, чтоб не пропали на войне. Они помогают держать замок в чистоте, да на кухне немного. Девчонок здесь не бывает почти. Жила одна, когда меня еще тут не было, да, говорят, сбежала.

Досси и Альда зашли в небольшую комнатушку. В углу застелена кровать, рядом трехногий стол и потрепанный, но чистый стул. В другом углу стоит деревянный узорчатый шкаф. Няня достала из него матрас, вязаный плед и подушку.

– Ложитесь на кровать, я посплю сегодня на полу, завтра попросим и для вас что-нибудь соорудить. Так, как вы сюда попали?

Пока раздевалась, Альда рассказала, что произошло. Узнав, что Прифил мертв, Досси разрыдалась и не останавливалась до конца рассказа.

– Мальчик мой, – причитала няня, горько рыдая, – я ж с рождения его на руках носила, вот такой вот маленький был. Проклятый Аварис! А эта старая шельма, что она наделала с вашим красивым личиком!

– Досси, не плачь, а то я сейчас тоже разрыдаюсь.

У Альды и правда, уже подступили слезы.

– Хорошо, что мы встретились с тобой, хоть и здесь, мы живы и у нас есть еда, крыша и мягкая кровать, и уже этому можем радоваться, – не веря своим словам, попыталась успокоить свою няню Альда.

– Вы правы. Так мало времени прошло, а вы уже успели повзрослеть, а я дура старая, разревелась тут, как девица недолюбленная. Ладно, Ваше Высочество, нужно спать, нам уже мало времени для сна осталось. Спокойной ночи.

– Спокойной.

Досси погасила свечу. Засыпая в мягкой кровати, от которой почти отвыкла, Альда отключилась практически сразу.

Глава 7. День Солнца Небесного.

Часть 1.

Колокол звенел прямо в голове у принцессы. Альда, открыв глаза, увидела, что за окном еще темно. Настойчиво колокол продолжал шуметь, но уже на улице. Досси, уже одетая, пришла будить Альду.

– Мне надо вас отвести на общий утренний сбор. Отряд, что собирается позже всех, чистит конюшни, свинарник и курятник. Ваш гир Тарм еще ни разу не собирал отряд последним, поэтому поторопитесь.

Альда с отвращением надела свою старую одежду, которая пахла потом и грязью. Вместе с Досси через столовую, они вышли на задний двор. Альда от удивления открыла рот.

Чудесной красоты замок-гора, окруженный равниной. Восхитительный вид на горы. Блаженство, если бы не плен. Двор был разделен на пять площадок. Ближе к замку выстроился скотный двор. Животных пока Альда не увидела. Остальные четыре площадки разделяли небольшие бревенчатые перегородки. У каждой стоял небольшой сарайчик, еще там виднелись деревянные человеческие силуэты, видимо, на них тренировались будущие воины, отрабатывая удары. На пятой площадке Альда с трудом разглядела некое возвышение.

– Что это? – указывая на него, спросила Альда.

– Это постройка наподобие алькера, для лучников.

Посередине равнины торчал высокий столб. К нему на высоте пяти локтей прикреплены несколько пар железных оков.

– А это что?

– Они называют это столбом позора. Туда за руки цепляют провинных. Давайте отойдем, не нужно привлекать внимание сразу же.

На площадке постепенно собирались будущие воины. Всем не было и больше семнадцати лет. Позже появился Дипат. За ним вышел Тарм и выстроил два небольших отряда. Первый состоял из уже взрослых парней. Они без команды построились в три шеренги по пять человек. Мальчиков, которые прибыли вчера, пришлось расставлять практически каждого по отдельности. С Коттом у Тарма проблем не возникло. Альда одними пальцами помахала ему, в ответ он коротко кивнул головой.

– Ты, – указал Тарм на Альду. – Иди сюда. Досси, свободна.

Гир поставил Альду в шеренгу к новичкам.

Затем, обгоняя друг друга, появились и построились еще два отряда. Их командиры встали рядом с Тармом, молодые, как и их товарищ. В отличие от него, они не блистали безупречной красотой. Первый высокий, с вытянутым лицом и большим прямым носом. Половину лба прикрывала смешная челка. А сам он постоянно улыбался, хотя и старался состроить серьезное выражение лица. Альде он показался хоть и не привлекательным, но приятным. Второй – рыжий. Не уродлив, но внешность отталкивающая: лицо, обсыпанное веснушками, вдавленные маленькие глаза и тонкие губы. Его серьезность не вызывала сомнений. Альда заметила, как они с высоким командиром незаметно толкают друг друга кулаками, как старые друзья. Почему-то это вызвало улыбку.

Гир Дипат поднял правую руку на уровне лица в знак приветствия. Остальные проделали то же самое.

– Товарищи, сегодня в нашей семье пополнение. Гир Тарм послезавтра – в День Небесного Солнца проводит своих воинов на Великую Службу нашему королю. В этот же день клятву на верность принесут семнадцать новых воинов. Вниманию молодых солдат: ко мне можете обращаться исключительно гир Дипат. Здесь я самый старший по званию. В течение трех лет вы будете изучать военное искусство. С каждым годом вам будет присваиваться ранг. Сейчас у вас четвертый. Как только вы принесете клятву, ранг повысится до третьего. Обучение проводится в отрядах, согласно рангу. У каждого отряда свой командир. На данный момент у первого ранга – гир Тарм. У второго ранга – гир Терваль, – он указал на длинного мужчину. – У третьего ранга – гир Гимон, Дипат указал на рыжего. – Ваш командир после завтрака объяснит правила и распорядок дня. За нарушение вас ждет столб позора, – Дипат вытянул руку в сторону строения в центре площади. – Ах, да. Иди сюда, девочка, – принцесса подошла к главнокомандующему. – Эта девочка – Альда – будет жить в нашем замке, – кто-то присвистнул. – Ее назвали в честь принцессы Фертилии, – неожиданно заявил Дипат, – за насилие или применение физической силы к ней установлено наказание – лишения полового органа. – Альда с ужасом взирала на парней. Она и не подумала, что кто-то с ней так может поступить. В Арче ее учили, как вести себя в таких ситуациях, но это лишь для сохранения жизни в условиях войны. Но ведь прямо здесь войны не было. Разве эти юные воины способны на то, что он говорит?

– Также я приказываю молчать о нахождении этой девочки в нашем замке при посещении матер Катюллы или выходе в город. Придется кое-что поправить, чтобы к тебе быстрее привыкли, – тихо добавил Дипат.

Он взял меч, прислоненный к стене. Альда испуганно посмотрела на командира, не понимая, что же он хочет исправить. Тот крепко схватил косу девочки и резко отсек ее мечом. Волосы рассыпались по голове Альды. Теперь они едва доставали до плеча. Ее гордость, ее длинная красивая коса сейчас лежала на земле. Не моргая, Альда мутным взглядом смотрела на волосы, не представляя, каково ходить без них. Ничего и никого она не слышала, ощущение, как будто она потеряла часть тела. Альда больше не могла сдерживаться и заплакала, пока гир Дипат ее куда-то вел. Только тогда, когда они поднялись на самую высокую башню замка – кабинет гира, она пришла в себя и успокоилась.

– Кроме того, чтобы реветь, умеешь делать что-то еще?

Альда отрицательно покачала головой.

– Так и думал. Досси тебя всему научит. Будешь служанкой.

– Я. Не. Буду. Служанкой, – злобно воспротивилась Альда.

– Тогда я тебя убью, – просто сказал Дипат.

– Убивайте, служанки вам из меня в любом случае не выйдет.

– Значит, я убью друга, с которым ты сюда пришла.

– Значит, у вас не будет ни воина, ни служанки.

– Вот ведь упрямая ты девка. Что же ты решила, будешь прохлаждаться у меня в замке и жить, как принцесса. Не бывать этому.

– Я хочу учиться военному искусству.

Гир Дипат громко засмеялся.

– Не все парни ему могут обучиться, а тут принцесса! Аварис не даст мне денег за слабого солдата.

– Я хочу учиться военному искусству, – повторила Альда.

– Ты мне тут не ставь условия, мелочь, – занервничал главнокомандующий.

Альда почему-то пыталась придать себе максимально важный угрожающий вид и надменный тон, не терпящий отказа.

Дипат задумчиво почесал подбородок.

– Что ж, мне нравится твое упрямство, – наконец выдал он. – Ты будешь моей помощницей, а остальное время позволю тренироваться. Гир Тарм остается твоим командиром, он решит, какое оружие тебе больше подходит. С ним и будешь заниматься. Иди завтракать, а потом я спущусь. Жди меня у столба позора.

Спустившись в столовую, Альда обнаружила, что большинство ребят уже позавтракали и ожидали командиров на своих площадках. Принцесса доела овсянку и отправилась к столбу позора. Пока она ждала Дипата, ей удалось понаблюдать, как командиры раздают задания. Солдаты первого ранга без команды перешли к тренировке. Гир Тарм рассказывал новобранцам правила и распорядок. Альда тоже хорошо слышала, что он им кричал.

– Вы должны забыть, кем вы были. Вы должны забыть всех, кого вы знали. Сегодня первый день вашей новой жизни. Каждый день с ударом первого колокола, вы немедленно поднимаетесь с постели и идете на общий сбор. Вы должны первыми спуститься и построиться. Тот, кто подведет отряд, будет висеть на столбе позора. По моей команде, вне зависимости от того, поели вы или нет, вы приступаете к тренировке. С ударом второго колокола вы можете идти на отдых и обед. Третий колокол означает хозяйственные дела: уборка замка на вашем этаже, уборка территории и выполнение любых других поручений, что поступят от любого из гиров. За невыполнение – столб позора. С четвертым колоколом вы возвращаетесь на тренировочную площадку. Пятый колокол – ужин, бани и свободное время. Шестой колокол – отбой. Правило номер один: подчинение приказам любого гира в замке. Второе правило: почтительное отношение к слугам. Пред лицом нашего короля вы от них ничем не отличаетесь. Третье правило: покидать территорию Каста Монта только с разрешения гиров. Правило номер четыре: соблюдение дисциплины. Никаких драк и потасовок. За несоблюдение правил и распорядка – столб позора. Напоминаю о неприкосновенности девчонки. Утром вы слышали, какое вас ждет наказание за нарушение. По достижению вами четырнадцати лет, у вас будет возможность раз в три месяца посещать дом матер Катюллы, – мальчики непонимающее начали переглядываться, а Альда внимательно посмотрела на Котта, тот молча хмурился. – Старшие вам потом расскажут, в чем радость посещений, – гир Тарм скривился в насмешке.

– Ну, тебе-то не обязательно посещать матер, – сказал непонятно откуда взявшийся Дипат.

– Я знаю, я же не мужчина.

Дипат внимательно взглянул на девочку.

– Пойдем.

Они отправились прямо на площадку к Тарму. Дипат позвал его, и они отошли, чтобы посторонние уши не присосались к секретам командиров. Альда подошла к Котту.

– Как дела? – спросила она.

– Мне жаль твои волосы, – Котт провел рукой по голове принцессы.

– Ничего, – грустно ответила Альда, – вырастут новые. Как спалось?

– Лучше, чем в клетке или лесу. Мы ночевали в каком-то подземелье. Гир Тарм сказал, что нас привезли рано. Они не успели подготовиться к нашему прибытию. В нормальные спальни нас переселят только после Дня Небесного Солнца. Утром Тарм поливал нас холодной водой из ведра, чтобы вставали быстрее. А ты у Досси ночевала?

– Ага.

– Откуда ты ее знаешь?

– Она была моей няней, когда я жила в Арче.

– Куда это гир Тарм пошел?

Молодой мужчина действительно направился на другую сторону равнины, а Дипат отправился в замок.

Спустя некоторое время, Тарм вернулся с юношей, одним из старших. Как и многие здесь, подтянутым и хорошо сложенным. Черные, как смола, волосы обдувал ветер. Раскосые глаза лукаво смотрели прямо на Альду. Под носом и на подбородке у него пробивались редкие молодые усы.

– Построиться, – скомандовал Тарм. Дети разбрелись в три шеренги по девять человек, при этом постоянно толкая друг друга. – Девочка, выйти из строя.

Альда послушно отошла в сторону.

– Посмотрим, на что вы способны. Три круга по общей площадке бегом!

Неуклюже мальчики побежали в разные стороны.

– Стоять! – громогласно приказал Тарм. – Бегом в ту сторону и по кругу, сопляки!

На этот раз мальчики побежали так, как им было велено. Тарм и черноглазый парень подошли к Альде.

– Это Фар. Он солдат второго ранга. Через пару дней станет первого. Он один из лучших бойцов. Я отдаю тебя под его командование. Я сам не смогу уделять на тебя время отдельно от остальных. Однако, это не освобождает тебя от выполнения моих приказов. Гир Дипат сказал, что ты слышала правила.

Альда кивнула.

– Что ж, хорошо. Хоть ты и девчонка, тебе поблажек не будет. За нарушение тоже будешь подвешена на столб.

 Альда кивнула еще раз.

– Площадка для лучников практически всегда свободна. Будете заниматься там. Фар владеет всеми видами оружия, так что сложностей не должно возникнуть.

У Альды появилось ощущение, что она почему-то не нравится Тарму. Хотя ничего плохого она ему еще не сделала. Но говоря с ней, он смотрел как-то презрительно и свысока.

Мальчишки как раз заканчивали первый круг, самым первым бежал Котт, Альда посмотрела на него, улыбаясь, он ответил ей тем же. Фар это заметил и поманил девочку на площадку для лучников. Тарм замыкающим побежал за своим отрядом.

– Так ты, значит, Альда?

– А ты, значит, Фар?

Парень прищурился и улыбнулся.

– Какое оружие хочешь освоить? Гир Заноза сказал, что будешь обучаться только одному виду.

– Заноза?

– Ну да. Он тут всех уже достал, хотя как гир, он хорош. Но вредный и придирчивый. Вот его и прозвали Заноза. Только, смотри, случайно его так не назови, а то тут же на столб подвесит.

– А почему он такой?

– Не знаю, не любит никого, да и от него никто не в восторге. Говорят, его Аварис сюда прогнал.

– Прогнал?

– Ну да. Хороших воинов не так уж и много, таких Аварис держит при себе. Но ведь кто-то должен обучать новых солдат. Вот наш гир Терваль, например. Отличный человек и командир. Был. И воин из него был стоящий.

– Почему был?

– Ему орк ногу сожрал.

– Что?! – округлила глаза Альда.

– Шучу, – посмеялся Фар. – Ранили его сильно, не успели ногу спасти, пришлось резать. Для службы не пригоден. А нога теперь деревянная.

– А у него какое прозвище?

– Никакого.

Альда и Фар подошли к краю равнины. Девочка увидела, что не окруженная горами часть площадки заканчивается обрывом. Она и не знала, что они оказались на такой высоте. Поднимаясь в гору на телеге, этого не ощущалось.

– Ну, приступим.

На этой площадке тоже стоял сарайчик. Фар подошел к нему и открыл дверь.

– Здесь у нас хранится оружие. У каждого отряда своя оружейная. Так, что тут у нас? Копье, – Фар выкинул деревянную палку с наконечником. – Булава, – довольно сказал Фар, – тебе на цепи или на палке? Лучше пока без цепи, – он выкинул еще одну палку короче и толще, на ее конце приспособился шар с шипами.

Альда хоть и не пользовалась оружием, но знала, что поразить врага наверняка можно железным оружием, а у копья и булавы, которые достал Фар, наконечники почему-то деревянные.

– Почему они не из железа?

– А ты как хотела? Настоящими все тут давно бы поубивали друг друга. Это тренировочные экземпляры. Так, меч, – деревянное оружие приземлилось у ног девочки. – Молот будем пробовать? – Фар повернул голову в сторону Альды и оценивающе посмотрел. – С ним ты будешь выглядеть очень жутко.

Принцесса, вытаращив глаза, пожала плечами.

– Вдруг, это то самое, – Фар улыбнулся, и продолжил шарить в оружейной, выкинув молот наружу.

– Осторожно, топор.

Наконец, Фар вышел, держа в руках последнее оружие – лук с колчаном. Он аккуратно разложил перед Альдой деревянные копии оружия.

– Попробуем все. Выбирай.

– Давай начнем с жуткого молота.

Альда подошла и с опаской взялась за рукоять. Молот оказался тяжелым, не смотря на то, что деревянный.

– Ну-ка закинь его на плечо.

Девочка не понимала, зачем. Может, это какой-то способ определить, подходит ли ей это оружие?

– Ну просто жуть! – восхищенно сказал Фар.

– Ты издеваешься? – обиделась Альда.

– Нет, просто хотел посмотреть. Думаю, он тебе не подходит. Железный в четыре раза тяжелее. Я не представляю, как Тарм должен тебя тренировать, чтобы ты через три года смогла его хотя бы приподнять. Давай его сюда.

Фар с легкостью забрал у девочки тяжелое орудие, прихватив булаву.

– Она тоже много весит, – пояснил Фар.

Следующим Альда выбрала копье. Она вспомнила, как на входе в Каста Монт стоял парень с ним, держа оружие наконечником вверх. Девочка встала также. Копье возвысилось над ней почти в два раза.

– Ударь меня.

– Что? – не поняла Альда.

– Попробуй меня ударить.

Альда держала копье ниже середины рукояти, поэтому когда она привела его в горизонтальное положение, одна половина начала перевешивать и волочилась по земле, не давая себя никак поднять. Принцесса перехватила оружие выше середины, исправив равновесие, сделала замах налево и ударила Фара сбоку.

Парень смотрел на нее как на полную дуру. Альде стало очень стыдно. Он молча на нее глядел, а она пыталась взглядом очистить грязь на своих ботинках.

– Потрясающе, – сказал Фар.

Альда исподлобья посмотрела на него. Он издевался. Но обидно не было. Фар заигрывающе улыбался. Его эта ситуация смешила и забавляла.

– Чтоб тебе было понятно, объясню как можно проще: копьем надо тыкать.

Альда прищурилась и с улыбкой ткнула деревянным наконечником Фара в солнечное сплетение.

– Так?

Фар задохнулся. Но выровняв дыхание сказал:

– Уже лучше. Давай следующее.

С топором и мечом ситуация вышла лучше. В детстве Прифил иногда играл в войну с сестрой, они сражались палками, как мечами.

– Ну и последнее, – Фар протянул девочке лук и стрелы. У них наконечники блестели железом. – Начнем с двадцати локтей. Он нарисовал ногой линию, у которой Альда должна была выстрелить.

Принцесса видела раньше лучников и попыталась встать в похожее положение. Она обхватила деревяшку левой рукой, взяла стрелу за оперение и попыталась вместе с ней натянуть тетиву. Но стрела такая тонкая, все время выпадала, а тетива такая тугая.

– Давай покажу.

Фар забрал стрелу, насадил ее на тетиву, натянул, прицелился и выстрелил. Мишень была поражена прямо по центру. Это выглядело легко и изящно, Альда, вдохновленная великолепным выстрелом Фара, сделала вторую попытку. Лук сразу удобно лег в ладонь, стрела легко поддалась, а тетива, которая не хотела сдвигаться с места, наконец, немного оттянулась. Толком не прицелившись, Альда выстрелила. Стрела пролетела ровно пять ее шагов.

– Невероятно! – воскликнул Фар.

Альда подумала, что он опять издевается. Но на его лице отразилось искреннее удивление, смешанное с восторгом.

– Ты держишь лук первый раз! И на второй попытке, тебе удалось выстрелить! Это похвально. Ну ладно, выбирай: меч или топор.

– Лук, – уверенно сказала Альда. Ей захотелось также красиво, плавно и изящно обращаться с этим оружием. Эйфория охватила Альду.

Фар кивнул и убрал остальное оружие обратно в сарайчик.

– Нам пора возвращаться. До колокола осталось мало времени, вам должны еще новую одежду выдать. Кстати, руки завтра будут болеть очень сильно.

Они отправились на площадку гира Тарма. Старшие ребята уже не занимались, они стояли неподалеку от новичков и посмеивались над запыхавшимися мальчишками. Те отжимались. Постоянно падали, проваливались животом до земли, но не поднимались, никто не хотел на столб позора. Котт, которого отец с детства готовил к службе в армии, отжимался красиво и правильно.  Альда сейчас гордилась им.

– Закончили! – крикнул Тарм. – Вы никчемные девчонки! Абсолютно ни на что не способны. После принесения клятвы я выберу старшего из вас по результатам физической подготовки. Пока никто из вас не достоин называться старшим.

Почему он так говорит? Котт явно выделялся на фоне остальных.

– Фар свободен, – парень молча удалился в сторону своей площадки. – Построиться!

Мальчики собирались уже сноровистей. Альда присоединилась к третьей шеренге.

Строем они направились в правое крыло замка, где их ждала Досси с чистой одеждой.

– Форму не надевать, пока не отмоетесь, свиньи. Досси, будь добра, истопи баню прямо сейчас, а то, боюсь, задохнусь от их зловония.

Получив форму, мальчики отправились в подвал сложить вещи, а Альда в комнату Досси. Деська и Цеська в этот момент затаскивали в комнату кровать. Оба тяжело дышали от натуги.

– Помогла бы лучше, чем смотреть, – сказал Цесус.

– Тут осталось всего ничего. Сами справимся, – поспорил Десан.

– Тогда пусть не глазеет.

– Я просто форму хочу положить.

– Так клади, и не мешай нам.

Ну и грубый же этот Цеська. Альда закинула новую одежду на стул и отправилась на поляну общего сбора, где их отряд ждал гир Тарм. В столовой Досси уже расставляла приборы и тарелки.

Почти сразу, как пришли мальчики, прозвенел колокол.

– Сейчас начинается обед и вместо свободного времени, мы идем с вами в баню. Девочка, ты идешь перед нами, – небрежно бросил Тарм.

С площадок парни, весело гомоня, побежали на обед. Отряд Альды рассадили за разные столы. Они вместе с Коттом заняли места у отряда первого ранга. Досси выставила кастрюли с супом, вареные яйца, корзины с яблоками и сильно прожаренные куски трески. Старшие по отряду назначили дежурных, разделили еду и, некоторое время спустя, все начали громко орудовать ложками.

Альда удивилась, какая дисциплина и спокойствие поддерживались среди молодых мальчишек, даже в отсутствие гиров. Но долго удивляться ей не пришлось.

За столом у дальней стены послышался голос:

– Эй, девчонка! Ты чего к нам приперлась? Не хватает мужского внимания?

Альда и Котт повернули головы в сторону того, кто кричал. Звук доносился от стола третьего ранга. Это был худой парень с темными волосами и челкой. Он с насмешкой смотрел в сторону девочки. Альду в Арче учили, что на оскорбления в свой адрес нужно просто улыбаться, тогда обидчик прекратит свои насмешки. Улыбаться ей не хотелось, поэтому она молча вернулась к своей трапезе. Видимо, правила приличия действуют только в приличном обществе, потому что парень не успокоился и продолжил донимать Альду.

– Эй, я что, не к тебе обращаюсь. Отвечай, когда с тобой разговаривают!

Демонстративно молча Альда взяла свою железную кружку с чаем и отхлебнула.

– Ах да! Я понял, ты не девчонка. Ты – мужлан! У всех девчонок длинные волосы, не то, что у тебя.

 Принцесса не выдержала и злобно на него посмотрела. Рядом, Котт тоже, прищурившись, гневно метнул взгляд в его сторону.

– Давай, – не унимался парень, – сними свою рубаху, докажи нам, что ты девчонка!

С нескольких сторон послышались одобрительные смешки.

– Если она снимет рубаху, все увидят, что она девчонка, – неожиданно соскочил со своего места Котт, – а вот, если ты снимешь штаны, то мы убедимся, что у нас есть вторая!

По залу прокатились смешки, и послышался гомон, предвещающий драку.

– Успокойся, Ришар, – товарищ парня попытался усадить обидчика на место. – Гимону не понравится, что ты опять лезешь на рожон.

Но обидный ответ Котта его, видимо, очень задел. Ришар торопливым резким шагом направился в сторону стола первого и четвертого ранга. Котт вышел ему навстречу. Когда между ними расстояние сократилось до двух локтей, Ришар остановился и злобно уставился противнику в глаза. Он был ниже Котта на пол головы и значительно уступал ему в плечах. В свою очередь, Котт совершенно спокойно уничтожал его взглядом сверху вниз, унижая его еще сильнее. Альда, посмотрев на своего друга, даже немного испугалась, она никогда не видела его таким… опасным. Но мгновение спустя, она осознала, что находится под его покровительством, сердце бешено забилось, дрожь охватила колени. Вот с кем ей нечего бояться. Вот кто ее защит от любой угрозы.

Ришар, как трусливая собака, поджал хвост и, яростно топая, удалился к своему столу, что-то буркнув себе под нос. Котт уселся на место, Альда благодарно сжала его пальцы. В этот момент на голову ей опрокинули чашку с уже остывшим супом. Брызги разлетелись в разные стороны, тарелка сползла и с грохотом разбилась. Котт яростно вырвал руку из пальцев Альды, схватил за грудки Ришара и с размаха нанес ему несколько ударов по лицу.

Двое старших разнимали Котта и Ришара, когда в столовую чинно вошел гир Тарм, а за ним следом гир Терваль и гир Гимон.

В столовой повисла гробовая тишина. Как коршун, Тарм взирал на драчунов. Его голос эхом пронесся по залу:

– На столб позора до утра. Оба.

Он не кричал, но страх сковал конечности, нечто внутри принцессы вновь защекотало ее, но на этот раз это были не теплые приятные ощущения, а леденящий страх и несправедливость. Альда хотела было воспротивиться и объяснить, как все произошло, но поймала на себе сосредоточенный взгляд гира Терваля. Тот предостерегающе покачал головой.

«Как же так? Первый день, и уже столб позора», – обреченно думалось Альде.

Котта и Ришара двое старших повели в сторону площадки. Альда неуверенно последовала за ними.

– А ты куда пошла?

Принцесса посмотрела в сторону гира Тарма. Лицо его непроницаемо словно камень.

– Весь день собралась с суповой головой ходить? Досси, проводи, пожалуйста, девочку в баню. И проверь, нет ли у нее вшей. В противном случае остриги ее налысо.

– Досси, у меня нет вшей, – оправдывалась Альда, следуя за няней в баню.

– Конечно, нет. Ох уж этот Тарм! Бесчувственный, как тряпка, – сетовала Досси.

Помолчав, она спросила Альду:

– Этот мальчик, он ваш друг?

– Да.

– Как его зовут?

– Котт, – разговор о нем тревогой отдался в груди. – Что с ним будет на этом столбе?

– Никто еще не помирал. Не переживайте так сильно. Для гиров не имеет значения, почему они начали драться. У мужчин на войне все строго. Должна быть дисциплина.

Альда опечалено вздохнула в ответ.

Баня к тому времени, как они пришли, еще не протопилась. Едва теплая вода не грела, а лишь разносила по телу мурашки. Досси тщательно мылила остриженные волосы Альды от супа. Девочка вспомнила о своей утрате и сильно приуныла, но опрокинутый на нее бочонок с прохладной водой вернул ее к чувствам и заставил взбодриться.

Бесцеремонно дверь бани распахнулась, и зашел гир Тарм. Альда взвизгнула. Ее обнаженное тело не видел еще ни один мужчина. Досси заслонила ее от глаз гира.

– Бесстыдник! – сердито прикрикнула она. – Даже вы не можете так заявляться к девушке, когда она принимает баню.

– Не тебе указывать, что мне делать, Досси. Вам пора заканчивать. У меня там семнадцать немытых парней, я запущу их, как только они все разденутся, вне зависимости  от того, будете ли вы здесь или нет. Я лишь зашел предупредить. Вежливость.

Безразлично он посмотрел на Альду и вышел.

– У него всегда такое выражение лица, Досси? – торопливо вытираясь и натягивая старую рубаху, поинтересовалась Альда.

– Другого я не видала. Будьте с ним осторожней, кто знает, что у него на уме. Аварис же его выгнал сюда не просто так.

– Почему выгнал? Разве здесь место изгнания?

– Тарм опытный военный. Под его командованием отряды не раз одержали победу. Гир Дипат говорил, что его сюда сослали, а почему – не сказал. Видно, прогневал короля.

– А других гиров тоже сослали? – Альда и Досси уже шли из бани в замок. – Я слышала, гир Терваль потерял ногу?

– Что правда, то правда. Терваль хороший, таким не место на войне.

– А где им место, Досси?

Альда уловила во взгляде Досси сдержанность, которую проявляют к малым детям, постоянно задающим вопросы.

– Им место дома, с женой и ребятишками.

Принцесса понимала, что пора остановиться, но ей нетерпимо хотелось спросить еще.

– Досси, можно еще один вопрос после этого?

– Но только, если один.

– Гир Гимон, он здесь почему?

– Не знаю, принцесса.

Обращение няни к девочке уже резало слух.

– Какая я принцесса, Досси, посмотри на меня.

– Разве из-за вашей внешности вы стали королевской персоной?

Альда хорошенько задумалась, но ее мысли быстро прервал подошедший гир Дипат.

– Рад, что ты, наконец, хм… чистая. Переоденься в форму и поднимись ко мне.

Когда Альда, переодевшись, поднималась к Дипату, ее мысли занимал Котт. Ей хотелось поскорее увидеть и поддержать его, сказать спасибо, ведь он защищал ее честь.

– Заходи, – пробасил Дипат, когда Альда постучала в дверь. – Значит, ты у нас принцесса.

– Да, – подтвердила девочка.

– Почему ты сбежала?

– Я не хочу замуж за орка!

– Это конечно. Но с чего ты взяла, что тебя отдадут замуж за него?

– Мне так сказали.

– Кто?

– Неважно, – Альде не хотелось рассказывать, откуда ей про это известно.

– А ты доверяешь тому, кто тебе это сказал?

Принцесса задумалась. Правду ли ей сказала Анцилла? И, если она все же снова соврала, то зачем? Тогда, на свадьбе, Альда поверила каждому ее слову, глаза королевы не врали. Но слова Дипата заставили усомниться принцессу в своем доверии. Но с другой стороны, Анцилла не могла знать, что принцесса попадет сюда или к Катюлле. Противоречивые мысли сменяли одна другую. Гир заметил, как девочка нахмурилась и продолжил:

– Не терзай себя. Как бы то ни было – ты здесь. Если ты не хочешь, чтобы Аварис тебя нашел, то ты никому не должна говорить, что ты принцесса. Но вот твое имя, оно редкое. Если спросят, то говори, что названа в честь единственной дочери Славного короля Венатора. Мы сейчас с тобой по одну сторону баррикад. Если обман раскроется, меня отведут на виселицу, а тебя, как ты говоришь, под венец к орку. Мы условились?

– Да.

– Гир Тарм нашел тебе наставника, насколько я знаю.

– Да, это Фар.

– Он тебе понравился?

– Да, он хороший наставник, мы подобрали оружие для меня.

– Клинок?

– Нет, гир Дипат, это лук.

– Очень интересно. Если овладеешь луком в совершенстве, можно будет представить тебя как хранительницу, – почесывая бороду, задумчиво произнес мужчина. – Ты знаешь, кто такие хранительницы?

– Да, но не очень хорошо.

– Честно говоря, я тоже. Никогда не встречал. Но, если будешь усердно тренироваться, думаю, смогу найти тебе учителя.

В глазах Дипата сверкнула искра, и он азартно уставился на Альду.

– Но ты понимаешь, что Фару тоже нужно заниматься, поэтому он не всегда будет тебя учить. После первого колокола ты будешь тренироваться со своим отрядом, развивать свои физические способности. После четвертого колокола долгое время идет отработка боевых навыков. Вы с Фаром будете заниматься отдельно. Столько сколько позволит его гир Терваль. Все остальное время до пятого колокола будешь помогать мне.

– Как? – Альда даже не представляла, чем может помочь, ведь ничего не умела.

– Писать тебя учили?

– Конечно, – слегка обиженно ответила Альда. Для королевской особы позор – не уметь писать.

– Каллиграфии обучали?

Девочка кивнула.

– Отлично! Будешь под диктовку писать приказы и переписывать архивные документы, которые поистрепались, – заметив, что Альда радостно выдохнула, гир Дипат  улыбнулся в ответ, но тут же передумал и попытался сделать лицо серьезным. – Все, ступай, скоро третий колокол. После построения вернешься сюда.

Когда Альда подошла уже у двери, Дипат сказал:

– Тебе повезло, что у тебя есть такой друг.

Часть 2.

Пока не прозвенел колокол, Альда решила навестить Котта на столбе позора. Еще издалека она увидела две фигуры за руки подвешенных к торчащим из столба железным прутьям: одна костлявая с выпирающими ребрами, вторая чуть крупнее.

– Привет, – виновато сказала девочка Котту.

– Привет.

Альда не знала, как продолжить разговор и поэтому стояла, молча глядя себе под ноги.

– Зачем пришла?

– Захотелось, вот и пришла, – резко ответила она. – Я подумала спросить, как ты тут.  Но и так вижу, что не очень хорошо.

– Как тут может быть хорошо? Руки и спину ужасно тянет. Нечего на меня тут смотреть!

Ришар, подвешенный рядом, ухмыльнулся. Котт и Альда не обратили на него внимания. Между ними сейчас шла молчаливая борьба. Каждому из них хотелось, чтобы второй был рядом, но в то же время невообразимо неловко в таком положении находиться вместе.

– Спасибо, что постоял за меня, – выпалила девочка и удалилась от столба позора быстрым шагом.

После третьего колокола отряду следовало построиться на своей площадке. Альда не знала, куда еще можно пойти, поэтому отправилась именно туда. На площадке уже собрались старшие ребята первого ранга. Они не обращали на принцессу никакого внимания.

Альда уселась на один из турников и решила разглядеть товарищей по несчастью. Парни казались ей такими взрослыми, хоть и оставались еще совсем детьми. У нескольких из них она заметила на тыльной стороне ладони татуировку тигра. У кого-то животное рычало, разинув глотку, у кого-то он лежал, а у некоторых прыгал.

– Эй, тигренок, хочешь себе такую же? – спросил один из парней.

– Это вы мне? – Альда не ожидала, что ее так назовут.

– А ты видишь здесь других тигрят?

В замешательстве девочка молча смотрела в ответ.

– Им, наверное, еще не рассказали, – предположил другой парень. – Иди сюда, не бойся. Мы тигрят не обижаем.

Альда подошла к компании ребят из четырех человек.

– Я Алеклы, – представился первый, – это Дис, – он показал на второго, – а это Никран и Ильсаб.

– Очень приятно, – вежливо поклонила голову девочка, – я Альда из Се… просто Альда. Почему вы назвали меня тигренком?

– Это придумал гир Дипат. Раньше отряды назывались просто по номерам. Но когда появились ранги, то настала полная путаница. Сначала ты первый отряд третьего ранга, потом первый отряд второго ранга, а второй отряд становится первым рангом. И Дипат распорядился присвоить единое название каждому отряду. Так у Терваля волки, у Гимона медведи, а мы – тигры! А пока ты нас не сменила, ты – тигренок, – Алеклы так тепло и по-доброму улыбался Альде, что она почувствовала себя очень-очень маленьким и беззащитным котенком, так бывало при общении с братьями.

– Видели, ты уже познакомилась с Ришаром, – Дис нахмурил брови и стал похож на сову. Его голубые глаза внимательно уставились на Альду.

– Ага. Почему он так себя вел? Что я ему сделала?

– Он просто ублюдок! – рассерженно заявил Дис. – Ты правильно поступила, что не реагировала на него. Друга твоего только жаль. Хотя его поступок достоин уважения.

– Как ты тут оказалась? – спросил Ильсаб.

Альда не успела ответить, потому что прозвенел третий колокол.

– Построиться! – громогласно скомандовал Алеклы.

Воины первого ранга послушно построились в три шеренги. Альду восхитила их организованность и беспрекословное послушание своему старшему. Гир Тарм отлично их дисциплинировал.

И вот толпой прибежали молодые мальчишки, их стадность и неорганизованность била по глазам в сравнении с безупречным старшим отрядом.

– Давайте тоже построимся, – предложила девочка.

Половина даже не взглянула в сторону Альды, остальные неуверенно отвернулись от нее. Предложение молчаливо отклонили.

– Вы, жалкие девчонки, все еще не построились? Неужели не хватает ума взять пример с более сообразительных? – подошедший гир Тарм и раздраженно указал в сторону старшего отряда. – Построиться! – его голос звучал холоднее льда.

В строю пустовало место Котта, его занял мальчик с соломенными волосами и синими, как вечернее небо, глазами.

– Меня зовут Дрюк. Но друзья зовут Дрюша, представился он Альде, когда та встала рядом с ним.

– Прекратить разговоры, – прервал гир Тарм. – Сегодня и завтра для вас время уборки будет проходить в скотном дворе, чтобы вы знали, насколько это отвратительно. И, может, за эти два дня вы перестанете быть ленивыми пнями. Девочка, ты отправляешься к гиру Дипату, насколько я знаю.

Альда стояла и ждала окончания монолога Тарма. Но он молчал.

– Девочка, ты разве меня не слушала?

Непонимающе Альда посмотрела на гира и по сторонам.

– Я сказал марш к гиру Дипату!

Девочка подпрыгнула и неловко засеменила в сторону замка. Проходя мимо столба позора, она посмотрела на Котта. Тот безжизненно висел там, закрыв глаза. Альда печально прошла мимо.

– Так. Альда, иди сюда. Вот тебе пергамент и перо. Дреяггхова чернильница, куда запропастилась?  Нашел. Вот, бери, пиши, – Альда обмакнула гусиное перо и приготовилась писать. – Дорогая матер Катюлла… Нет, зачеркни, какая она к дреяггху дорогая, – поджав губы, Альда зачеркнула. Она не любила переписывать с черновика, предпочитая сразу аккуратно и красиво писать. – Уважаемая? Нет, пиши просто матер Катюлла. Как же там? Слава Небесному Солнцу! Да пусть его свет озаряет вас каждый день столько, сколько сегодня. Прошу вас соблаговолить принять моих воинов нынче после заката. С нетерпением ожидаю вашего согласия. И подпись поставь: гир Дипат Солууторский. Прочитай, чего там начиркала.

– «Матер Катюлла!» – с выражением начала Альда.

«Слава Небесному Солнцу! Да пусть его свет озаряет Вас каждый день столько, сколько сегодня. Прошу Вас соблаговолить принять моих воинов нынче после заката.

С нетерпением ожидаю Вашего согласия!

Гир Дипат Солууторский».

– Хорошо. Хочу тебя предупредить о том, что ты не должна ничего разглашать, что здесь услышишь. Иначе, отдам тебя Аварису и глазом не моргну. Поняла?

– Да. А вопросы можно задавать?

– Нет! А что ты хочешь спросить?

Альда про себя ухмыльнулась и отметила, что Дипат довольно любопытный. Сейчас это сыграло ей на руку.

– Зачем вы водите воинов к матер Катюлле?

– Мала еще, чтобы знать.

– Я знаю, что они там будут делать.

– Ну чего тогда спрашивать.

– Я не понимаю, для чего это нужно.

– И не поймешь никогда. Коли не водить их, они тут взвоют да поубивают, да пораздерут друг друга.

– Почему?

– Все. Не спрашивай мне тут, – гир Дипат явно смутился. – Давай, переписывай по красоте, и будем приказ писать.

В приказе гир Дипат велел присвоить новые ранги отрядам и назначить велисом отряда тигров Котта. Дипат рассказал Альде, что велис – это самое низшее командирское назначение. С велисов гиры спрашивают все проделки и проступки отряда. Велис – лидер отряда и он должен объединять солдат и помогать гиру. Еще он рассказал, что гир – это высокое командирское назначение. Звание солдата можно определить по цвету погон. У тех, кто учится, погоны пустые – белые. У выпускников, как у рядовых солдат – желтые. С зеленого начинаются высшие звания, которые позволяют командовать другими. У гира Гимона – зеленые погоны. У гиров Тарма и Терваля – синие. И они старше по званию, чем Гимон.  У Дипата погоны  красные. Самое высшее воинское звание – это кон гир с черными погонами. Это звание только у двух человек: у Авариса и его приемного сына.

Гир Дипат рассказывал еще про разделения на серебряные и золотые значки в званиях. Но Альда не запомнила, хоть и было интересно. Время до четвертого колокола пролетело быстро, и девочка отправилась на тренировку.  Усталые мальчишки из ее отряда вяло шагали к площадке. От них еще издалека пахло навозом и скотом.

– Построиться! – скомандовал Тарм. – Сегодня будем знакомиться оружием. Через три года вы в совершенстве должны владеть каждым из них. Алек! Сегодня работаете с молодыми. Поделитесь на пары и покажите основные выпады с оружием ближнего боя. Девочка, за мной.

Альда вместе с Тармом направилась в сторону волчьей площадки, где занимались гир Терваль и его отряд.

Терваль, прихрамывая, подошел к ним навстречу.

– Мне нужен твой воин, – Тарм кивнул на Альду.

– Фар! – громко позвал высокий гир. – Готов? – спросил Терваль, когда парень подбежал. По лбу у него стекал градом пот, несмотря на то, что тренировка только началась.

– Всегда.

Площадка волков находилась совсем близко к столбу позора. Альда видела, что Котт за ней наблюдает. От Фара это тоже не укрылось, он положил руку на ее плечи и повел в сторону алькера.

– Ну и тяжелая у тебя рука! – Альда попыталась дружелюбно намекнуть на то, чтобы Фар больше не обнимал ее за плечи.

– Как первый день? – поинтересовался парень, убирая руку. – Плечи еще не болят?

Девочка почувствовала, как прямо сейчас ее руки начали наливаться усталостью.

– Нет, не болят.

Когда они подошли к площадке, Фар опять полез в оружейную. Он достал и положил перед ней лук и стрелу.

– Нет, не бери их, – сказал парень, когда Альда потянулась к оружию. – Сегодня мы больше стрелять не будем.

– Почему?

– Сначала ты должна знать теорию.

Альда вздохнула, уселась на траву и принялась внимательно слушать Фара.

– Суть лучников в дальнем бою. Они атакуют врага на большой дистанции, это дает огромное преимущество перед врагом. Основным плюсом является то, что тебе не нужно сдвигаться с места, поэтому тратится меньше сил. Твоя основная задача – не подпускать врага на близкое расстояние. И это в твоем положении вполне осуществимо. Мы с тобой будем делать упор на меткость и ловкость. Для начала расскажу тебе строение лука. Вот эта деревяшка называется дуга, а это – тетива. Посередине дуги есть рукоять, думаю, ты догадываешься для чего она. А остальная часть дуги – это так называемые плечи. На тетиве есть гнездо для стрелы, но не всегда.

Так, стрела. Вот это называется наконечник, – он показал на острую железную часть стрелы, – это носок, – он указал на место сразу под наконечником, – тело стрелы – это древко. Это оперение, если его не будет, стрела далеко не улетит. Это пятка, – показал он на конец оперения, – а это зарубка.

– Я ничего не запомнила.

Фар вздохнул и повторил описание.

– Лук – очень сложное оружие. Чтобы овладеть им, нужно тренироваться с малых лет. Если хочешь стать хорошим лучником, то нужно будет научиться не только метко стрелять,  но и быстро. Луки, которые здесь есть, для тебя большие, тугие и тяжелые. Думаю, я смогу сделать для тебя подходящий, а стрелы потом сделаем вместе.

Альда радостно закивала.

– Вот и хорошо.

Фар потом долго объяснял, какое влияние на стрельбу оказывает погода, тяжесть лука и угол выстрела. Говорил о правильном дыхании и важности физических упражнений на спину и руки. Альда старалась запомнить каждое слово, но все равно надеялась, что Фар ей это потом еще раз расскажет.

В животе уже урчало, когда, наконец, послышался пятый колокол.

– После ужина и бани приходи в общий зал, там обычно все собираются перед отбоем, – сказал Фар и подмигнул, когда они шли на построение.

– Я подумаю, – кокетливо ответила Альда и свернула в сторону своей площадки.

Фар проводил ее взглядом.

На площадке Тарма уже все строились, Альда встала рядом с Дрюком.

– После ужина и бани у вас будет свободное время до шестого колокола. Напоминаю, что построение после колокола никто не отменял. Свободное время можно проводить на территории замка. Чаще всего бойцы собираются в общем зале на втором этаже. Там есть библиотека, триктрак и шахматы. В это время года вы можете также играть в мяч на площадке перед главным входом в замок. А теперь, строем на ужин, марш.

Проходя мимо столба позора, гир Тарм велел Алеклы снять Котта.

– А я? – заорал Ришар.

– А ты научись разговаривать в присутствии гира, – спокойно ответил ему Тарм.

– Можно мне дождаться Котта? – опасливо спросила Альда гира Тарма.

– Мне кажется, он без тебя обойдется, – ядовито отрезал гир. – Не задерживайся.

Сердито девочка последовала за своим отрядом.

– Вы с ним дружите? – спросил Дрюк.

– Тебе-то что? – грубо ответила Альда, рассерженная на своего гира.

 Увидев, как насупился парень, она почувствовала себя виноватой перед ним. Ведь ни у кого здесь пока не было друзей. Альда, смягчившись, сказала:

– Да, мы друзья.

– Я рад, – холодно ответил светловолосый парень.

– Я не хотела грубо ответить, сядем вместе? – Альде не хотелось, чтобы кто-то еще ее ненавидел помимо Ришара и Тарма. Будучи принцессой, она привыкла ко всеобщей любви, и прохладный тон Дрюка не предвещал ничего хорошего.

Но тот внезапно улыбнулся и радостно кивнул.

Пока Дрюк рассказывал, как проходила тренировка, к ним присоединился бледный Котт. От него исходил неприятный запах застарелого пота и чего-то протухшего. До этого Альда не замечала от него вони, потому что сама пахла не лучше. Но сейчас у нее даже глаза заслезились от его присутствия.

– Чего морщишься? – поинтересовался Котт.

– Так от тебя воняет за версту, – ответил вместо Альды Дрюк, избавив ее тем самым от необходимости рассказать Котту вонючую правду.

– А мне нравится, – пошутил Котт и принялся за еду.

После ужина парни отправились в бани, а Альда пошла к Досси за повседневной одеждой.

Переодев форму на свободную рубаху и штаны, Альда медленно направилась в общий зал. Пока никто не пришел. Большое, но уютное помещение встретило ее дружелюбно, у дальней стены потрескивал камин, и поэтому тепло мягко укутало кожу. На стенах висели факелы, создавая приятный полумрак и освещая огромные стеллажи с книгами. Девочка решила выбрать себе одну для чтения. Определиться оказалось сложно, все книги, в основном, рассказывали о войне и прочих похожих темах, поэтому она взяла первую попавшуюся и уселась на одну из кушеток, что разномастно расположились в зале. Золотистую обложку украшала витиеватая черная надпись: «Магия для войны». Альда осторожно открыла книгу и чихнула, внутри таилась пыль и крошки бумаги. Ветхие страницы пожелтели, а их края обсыпались, но то, что начертано, можно было прочесть.

«Сначала была пустота. Затем пришла Жизнь, а с нею и ее любимая сестра – Смерть. Жизнь дала Яркое Солнце и Безупречную Луну, небо синее и землю плодородную, жаркое пламя да волны несокрушимые, остальную пустоту заполнила воздухом. Дала начало всему живому. В моря и океаны спустила рыб. В горы поселила и в равнины она пустила всяческих животных, орков да род людской. Все шло гладко, все жили в согласии. Одно поколение сменяло другое, уходя со Смертью. Но однажды, орки, почувствовав свою силу и превосходство, решили поработить человечество, заняв их земли. Жизнь не желала терять своих самых прекрасных созданий и сделала человечеству Дар – Магию. Смерть же, чье вместилище было переполнено храбрыми человеческими мужами, сделала второй Дар – Хранительниц. Люди, приобретшие Магию, могли упорнее противостоять кровожадным оркам, а Хранительницы отдавали свои жизни смертельно раненым воинам. И человечество выжило против натиска врага. Все вернулось на круги своя, а Дары остались, как и извечная вражда между человеком и орком.

Сказ о созидании и разрушении».

Прочитав сказ, Альда с интересом отметила, что Хранительницы – это дар Смерти. Книга показалась ей любопытной, и она решила прочесть ее всю. Пока зал наполнялся ребятами из ее отряда, Альда прочитала про пару захватывающих сражений между орками и людьми. Как оказалось, одна хранительница по имени Тиссамия Доблестная, защищая воина, истратила все свои стрелы и, неожиданно для себя и остальных, смогла обратиться в волка. Она рвала зубами и терзала когтями врагов, что неумолимо приближались к ее любимому. Ей удалось спасти воина, но сама она погибла. Воин же, впоследствии спас человеческий род.

Котт пришел вместе с Дрюком, они увлечённо о чем-то беседовали. Альду кольнула ревность – Котт только ее друг! Она понимала, что так, конечно же, нельзя, он не ее собственность, поэтому махнула им рукой, приглашая сесть рядом.

– Старшаки сказали, что нам тут нужно всем собраться, хотят что-то нам рассказать, – Дрюк тряхнул мокрыми волосами.

– Как думаешь, Альда, что нам расскажут? – непринужденно спросил Котт.

– Не знаю, может, про гира Занозу.

– Что за гир… ? – Дрюша не успел договорить.

В зале погасли все факелы, и потух камин. Стало темно, лишь в окна под потолком пробивался лунный свет. Альда видела слабые очертания Дрюши и Котта. Кто-то взял ее за руку. Это явно Котт, потому что он не отличался повышенной влажностью и потливостью ладоней. Альда аккуратно забрала свою и скрестила руки на груди.

Неожиданно они услышали голос. Он принадлежал кому-то из старших. Парень намеренно искажал его, придавая ему низкий тон и грубость. Для усиления громкости использовался железный стакан без дна.

– Вы, никчемные сопляки, – подражая Тарму, говорил голос. – И будете такими всегда! Завтрашняя клятва ничего не изменит. У вас есть только один способ доказать, что вы мужчины! Что? – шепотом спросил он у кого-то. – Кхм… У вас есть только один способ доказать, что вы мужчины и женщина, – довольно добавил он. Альда закатила глаза. Она поняла, что сейчас их ждет посвящение, без которого ни в одной армии не обойтись. – Для этого вы должны отправиться в город и принести нам бочку карамельного пива и бочку медовухи, – на фоне голоса послышался хлопок ладони об ладонь и смешки, предвкушающие пиршество.

– Но нам нельзя выходить за территорию замка, – сказал кто-то в толпе.

– Бей трусливую бабу! – заорал голос.

Толпой мальчишки накинулись на бедолагу. Альда и Котт остались стоять в стороне, Дрюк тоже хотел радостно броситься в гущу событий, но, увидев, что его новые друзья не шелохнулись, остался с ними.

– А теперь вперед за медовухой! – задорно воззвал голос. – Если вас поймает гир, висеть вам на столбе позора! – но парни уже не слушали, они возбужденно сбегали по ступеням, не понятно чему радуясь.

Альда с друзьями не торопились бежать, молча оглядываясь по сторонам.

– А те, кто будет стоять и лупать глазенками по сторонам, – уже без искажений и усилений услышала девочка голос Алеклы, – тот будет ночевать в свинарне, а свиньи, они, знаете ли, очень больно кусаются, – обиженно добавил парень. – Кстати, забыл сказать, вам нужно успеть вернуться до шестого колокола.

Альде, Котту и Дрюку все же пришлось припустить к воротам замка. По пути они решили обсудить, как преодолеют стену, найдут город и пиво с медовухой. В голову ничего не приходило.

На помощь пришел Фар.

– Не хочу, чтобы вместо наших занятий ты висела на столбе, – пояснил он. – На входе помимо наших стражников сегодня стоит гир Тарм. Узнал ведь как-то про посвящение. Будет вылавливать беглецов, – Фар опасливо осматривался по сторонам. – Ты должна дать мне слово.

Альда вопросительно посмотрела на парня.

– Я покажу вам еще один выход из крепости. Гиры о нем не знают. Поклянись, что ты вернешься.

Девочка посмотрела на своих спутников, они оба уверенно кивнули.

– Клянусь, – более не задумываясь, сказала Альда.

Когда они выбрались за стену, появился соблазн бежать. Они с Коттом переглянулись, пытаясь понять намерения друг друга. Рассеянный и неуверенный взгляд парня Альда определила сразу же. Девочка без слов поняла, что сегодня они не будут испытывать судьбу. И они стали придумывать, где искать пиво и медовуху. Альда вспомнила, что вчера, перед тем как свернуть к Катюлле, она увидела впереди город, который телега обогнула по лесной дороге. Она поделилась наблюдением со своими спутниками. Котт что-то просчитал в голове и спустя некоторое время, они оказались на окраине города, недалеко от дома Катюллы.

По-прежнему только луна освещала путь, в городишке никто не обращал на них внимания. Они нашли трактир, но как оттуда украсть два бочонка с алкоголем, не представляли. Дрюша предложил, чтобы Альда отвлекла внимание, а они с Коттом проберутся и ограбят трактир.

Почувствовав себя великим заговорщиком, девочка согласилась на авантюру.

Она поприседала, чтобы кровь прилила к лицу, а дыхание стало частым. Дрюк и Котт спрятались под открытым окном здания.

Резко распахнув дверь, Альда вбежала и, тяжело дыша, завопила:

– Там поймали принцессу!

В трактире повисла тишина. Через мгновение, со всех ног, толкая друг друга, посетители и владелица ринулись  на улицу. Котт с Дрюком запрыгнули через окно, проскользнув под стойку трактирщицы. Отыскав нужные напитки, Альда с мальчиками выпрыгнули в окошко и, что есть сил, помчались в лес.

Добравшись до замка, они увидели, что на столбе позора обиженно висят пять человек из их отряда, а гир Тарм их громко отчитывает. Остальных видно не было. Прокравшись в общий зал, они встретили тех, кого не поймали. Алеклы и его товарищи радостно забрали бочонки и, весело гомоня, удалились.

– Как вам удалось? – спросил один из мальчиков.

– Случайность, – ответил Котт.

– Как тебя зовут? – поинтересовалась Альда.

– Кисак.

– Кисак, а что у вас случилось?

– Мы, как оголтелые поспешили к воротам – единственному выходу из замка. Надеялись договориться со стражем. Велис Алеклы сегодня говорил, что один из его товарищей стоит на воротах. А там, оказывается, притаился гир Тарм. Мы только подошли, а он как выскочит! Мы бросились все, кто куда. Гир Терваль и гир Гимон стояли и смотрели в стороне и от смеха живот надрывали, глядя как Тарм за нами носится. Потом пришел гир Дипат, что-то рявкнул. Младшие гиры тоже стали нас ловить. Мы успели сбежать и спрятаться здесь. Тех, кого поймали, повесили на столб. Алек сказал, что если вы трое не принесете выпивку, то спать нам всем в свинарне сегодня. Хорошо, что вы принесли ее, – облегченно вздохнул Кисак.

Голос Кисака был совсем еще детским и не сломался, как у Котта и Дрюши. Его черные глаза-угольки с обожанием смотрели на троицу, как на героев. Он растянул рот в широкой улыбке, оголив зубы со сколами. Альде стало очень жалко этого хрупкого мальчишку, даже больше, чем себя.

– Сколько тебе лет?

– Двенадцать, – гордо заявил парень. – Будет через полгода.

– Как ты сюда попал? – почувствовав себя старше и мудрее, Альда по-доброму улыбнулась.

Кисак нахмурился и скрестил руки на груди.

– Я очень люблю орехи.

– Оно и видно, – хохотнул Дрюша.

Строгий взгляд глаз-угольков резко прервал смешок Дрюка.

– Я залез на дерево, ветка подо мной обломилась, помню, как падал. Потом очнулся в этой клетке! Батя говорил мне, что заберут меня, наверное, на службу к королю. Вот и забрали! А ты как тут оказалась? Ты ж девчонка!

– Я и сама не знаю, – отмахнулась Альда.

Вскоре прозвенел колокол. Волнуясь, дети отправились на построение.

Гир Тарм долго орал про дисциплину и правила. Говорил, что если так пойдет и дальше, то после выпуска он направит их служить на границу, чтобы там проявляли свою смекалку, ведь оттуда никто живым не возвращается. Наконец, успокоившись, он отпустил их на отбой.

Часть 3.

Досси разбудила Альду еще до того, как прозвенел колокол.

– Принцесса, – шепотом позвала она. – Скажите мне, что вы не ходили вчера в город.

Альда виновато потупила глаза.

Испуганно няня посмотрела на нее и тихо сказала.

– Аварис здесь.

Девочка соскочила с кровати и замаячила по комнате, не зная то ли бежать, то ли прятаться.

– Спокойно, госпожа. Хватит бегать. До него дошел слух, что вас вчера видели в городе. Он как раз гостил у одного дациса, а потом поехал в Урфриг. Ко всему прочему, один из его гиров сегодня должен был забрать выпускников. Аварис изъявил желание присоединиться и присутствовать на церемонии. Гир Дипат в ярости.

Дипат оказался легок на помине и, сильно пыхтя от злости, вошел в комнату.

– Девочка! – зашипел он. – Ты ходила вчера в город?

За спиной Досси качала головой, давая знак девочке не признаваться.

– Нет, – уверенно сказала Альда. Королевское самообладание помогло ей, не краснея врать.

– Тогда почему ты не свинарнике ночевала сегодня?

– Я уговорила Алеклы не отправлять нас туда.

Гир Дипат прищурился.

– Если я его спрошу, он мне то же самое расскажет?

– Конечно, – вновь солгала Альда, не моргнув и глазом.

– Где ты была вчера после пятого колокола?

– В общем зале.

– Что делала?

– Читала книгу.

– Какую же?

– «Магия для войны».

– И что узнала из нее?

– Я прочла сказ о созидании и разрушении, где Смерть и Жизнь наполнили этот мир, прочитала о величайшей в истории хранительнице Тиссамии Доблестной.

– Не похоже, что ты врешь, – смутился Дипат. – Почему горожане заявили, что видели тебя в городе, – потирая бороду, задумался мужчина.

– Обманули, за мою поимку назначена награда, – невозмутимо предположила Альда.

– Может. В любом случае, король сегодня здесь. Он знает, как ты выглядишь?

– Нет.

– Досси, перевяжи ей крепко грудь, чтобы ничего не выпирало. Постарайся не попадать к нему на глаза, ради Небесного Солнца, – обращаясь к девочке, сказал он.

– Я постараюсь.

Прозвенел колокол. Досси туго перевязала грудь девочки. Одевшись, она выглядела, как очень красивый и милый мальчик. Хотя, все же, если знать, что перед тобой девочка, то сомнений не возникало.

На построении гир Тарм поставил Альду в самый дальний ряд.

– Не выделяйся, – грубо прошептал он. – И убери этот свой вызывающий взгляд.

– Дети мои, приветствую вас! Слава Небесному Солнцу! – Альда услышала величественный голос Авариса. – Я сегодня прибыл, чтобы узреть могущество моей будущей армии. Сегодня прекрасный день! Празднество во имя нашего Бога! И вам, юные выпускники, – он жестом показал в сторону Алеклы и его товарищей, – выпала честь сопроводить меня до Урфрига и встать под знамена моего названного сына! Отведайте же ваш последний завтрак в этом замке и дайте обет повиновения! Вперед, мои воины.

Аварис всем видом показывал, как он восхищен своими будущими солдатами. Альда не верила ему, считая, что это всего лишь королевская хитрость. Как бы ей хотелось вцепиться ему в шею и придушить, чтобы он поплатился за смерть ее брата. Знал бы он, как близко от него Альда сейчас.

После завтрака Тарм проинформировал, что после клятвы выпускников будет черед младших пополнить ряды воинов этого замка.

– Нет, ну ты только подумай, Тарм! Этот дуболом, Стип, привез еще мне тринадцать пацанят! – гир Дипат суетливо отозвал Тарма. – Очень, очень не вовремя, тут еще король. Иди, прими, объясни. Терваль! Иди сюда. Тарм, ну ты не стой, иди, говорю!  Терваль! У тебя что, ног нет? Еле ходишь! Вот дреяггх! Прости. В общем, тигрята сейчас на тебе, Тарм за новенькими пошел, этот Стип еще приволок, чтоб его! Король не должен узнать про девочку. Понял меня?

– Да. Отряды четвертого и второго ранга построиться!

– Отряды первого и третьего ранга построиться! – скомандовал рядом гир Гимон. Впрочем, отряд первого ранга уже не нуждался в управлении. На груди красовались ленты болотного цвета. На форме Алеклы блестел золотой значок.

На площадку сбора величественно ступил Аварис и его подданные. Король людей облачился в обычное одеяние, поэтому Альде не посчастливилось увидеть его черные погоны. Король оделся в плотный шерстяной котарди красного цвета. Баска котарди доходила до середины бедра. Сверху и до самого низа одеяния шел длинный ряд золотых пуговиц. На талии надет широкий кожаный пояс, удерживающий в ножнах внушительный меч, рукоять которого щедро обсыпана рубинами. На плече лежала белоснежная меховая накидка.

Аварис жил на холодном Севере, а Южная Фертилия, где находился Каста Монт, считалась теплой страной, хоть и находилась в гористой местности. По утрам и вечерам на территорию замка нападал студеный воздух, но не настолько сильно, чтобы облачаться в меха. Аварис заметно вспотел. Вена на лбу вздулась, капли пота проступали на лице, а волосы на шее превратились во влажные сосульки. Однако, король и не подумал снимать свое богатое одеяние. Он сел на трон, торопливо подготовленный слугами, и велел начинать.

Один за другим молодые парни произносили клятвы верности королю, обещая отдать за него жизнь при необходимости. Аварис практически не обращал внимания, пред ним то и дело появлялись его солдаты и докладывали что-то. Король хмурился и выглядел раздраженным. Когда прозвучала клятва последнего новоиспеченного солдата, Аварис немедленно соскочил с трона и направился к выходу. Гир короля построил и увел старших вслед за Аварисом. Дипат тоже ушел за ними.

Ожидание, как показалось Альде, длилось вечно.

Вернувшись, гир Дипат объявил:

– Король Аварис благополучно отправился в Урфриг со своей свитой и новыми солдатами. Также у нас в замке вновь пополнение. Добро пожаловать в нашу семью!

Тринадцать заплаканных мальчишек семенили за недовольным Тармом, он расставил их каждого по отдельности в отряд.

– Вечером, все, кто достиг четырнадцати лет, могут порадовать себя визитом к матер Катюлле, – продолжил Дипат.

Со стороны отрядов Гимона и Терваля послышался одобрительный гул.

Затем главнокомандующий зачитал приказы о повышении ранга бойцов и пригласил новобранцев для произнесения клятвы.

– Я, – один за другим произносили новобранцы клятву, – торжественно клянусь в верности своему королю – Аварису. Клянусь священно оберегать его жизнь, строго выполнять дисциплинарные требования и приказы гиров. Клянусь мужественно сражаться за людскую независимость, волю и честь короля.

После произнесения клятвы гир Дипат повысил ранг новобранцев до третьего и зачитал приказ о назначении Котта велисом. Парню торжественно нацепили серебряную звездочку на грудь. В заключение обряда каждому новобранцу кололи татуировку с тигром – символом отряда.

В это время отряды первого и второго ранга отправились на тренировку.

Для нанесения татуировок пригласили несколько специалистов, ведь это дело долгое. Альда, как королевская особа, долго отказывалась себя клеймить, но под угрозой наколки на лбу силой, она согласилась, выбрав место порчи щиколотки.

Котту, Альде и Дрюше татуировки делали одновременно. Первому накололи глаза тигра на предплечье. У Дрюка голова тигра красовалась прямо на левой груди. А вот Альда необдуманно выбрала щиколотки. На костяшке колоть было особо больно, и она потеряла сознание, не выдержав мук. Девочка очнулась тогда, когда две лапы тигра уже раскраснелись на ее ногах.

Трижды прозвенел колокол. Но у третьего ранга из-за клятвы и посвящения распорядок дня нарушился. Поэтому те, кто освободился, по приказу Тарма наводили порядок в замке. Котт был исключением. Тарм пригласил его для инструкции по обязанностям велиса. Альду он отправил к Дипату, а Дрюка в скотный двор.

Гир Дипат сидел в своем кабинете и злобно пыхтел, когда Альда зашла к нему.

– Король поведал мне, что вчера в городе в харчевню забежала девочка и объявила о том, что принцессу поймали. Лица девочки никто не смог припомнить. У матер Катюллы обыскали весь дом, прочесали весь лес. Ни принцессы, ни девочки. Аварис был в гневе. Ты ему, видимо, очень нужна. Я не буду сейчас выспрашивать тебя, как ты оказалась в городе и зачем все это сделала. Я уверен, что это была ты. Как бы ты не оправдывалась, – поднял голос Дипат, как только Альда попыталась его перебить. – Еще одна такая выходка, девочка, и мы с тобой попрощаемся навсегда. Усекла?

Ничего не ответив, Альда уселась за стол.

– Что сегодня будем писать? – спросила она.

– У Тарма сейчас больно много ребят будет. Ему помощника надо назначить. Фара тоже надо выделить за возню с тобой. Так, сейчас приказ напишем, и сходишь за Тервалем.

– А мы двоих будем назначать?

– Не мы, а я.

– Простите, вы двоих назначите?

– Да, пиши, давай.

Гир Дипат назначил двух бойцов из отряда Терваля на должности велисов: Фара и Анумниса. Со вторым Альда еще не познакомилась. Дописав, она отправилась за Тервалем.

По распорядку сейчас шли хозяйственные работы, Альда даже не могла предположить, где в это время находятся гиры, спросить у Дипата она забыла.

К счастью, навстречу ей попались Цеська и Деська.

– Привет.

– Привет, – краснея, ответил Десан.

Цесус резко кивнул головой в знак приветствия.

– Вы можете мне сказать, где сейчас Терваль?

– Он вместе со своими ребятами всегда уборку делает, они на третьем этаже.

– Спасибо, мальчики, – улыбнулась Альда.

Деська стал похож на свеклу, а Цеська поджал губы и потянул друга в сторону столовой.

Альда отправилась на третий этаж в поисках гира. Долго искать не пришлось.

Работа кипела, бойцы мели пол, тряпками вытирали поверхности и весело болтали друг с другом. На плечо девочки мягко опустилась чья-то рука.

– Альда, кого-то ищешь?

Гир Терваль добродушно смотрел на нее. Ну почему ее гир не добрый Терваль, а высокомерный заноза Тарм?

– Да, – откликнулась девочка. – Я ищу вас. Гир Дипат написал приказ и хочет ознакомить вас с ним.

– Прямо сейчас?

– Да.

– Тебе куда теперь?

– К гиру Тарму, – недовольно вздохнула Альда.

– Тогда нам по пути, – бодро сказал Терваль, – пошли.

– Гир Терваль, – услышала Альда за спиной.

Девочка и гир повернулись. Позади стоял Фар, держа в руках метлу. Он смотрел на Альду и почему-то не говорил ни слова.

– Что ты хотел Фар?

Тот будто очнувшись, задумался и спросил:

– Сегодня будут занятия с ней?

– Мне не известно, Фар. Ты же знаешь, это решает гир Тарм.

– Да, точно, я пошел, – рассеяно парень развернулся и, что-то бормоча себе под нос, удалился.

Терваль усмехнулся и поманил Альду на пятый этаж, где находились кабинеты гиров и путь в башню Дипата.

– Слышал, тебе обещали сделать татуировку на лбу?

– Да, но я оказалась сильнее, – улыбнулась девочка.

– Где сделали?

Альда показала на забинтованные щиколотки. Чтобы ранки заживали быстрее, ноги обвязали бинтами, обмоченными в отваре коровяка.

– Интересный выбор.

Добравшись до нужного этажа, Терваль указал на дверь Тарма и пошел к Дипату.

Не успела Альда постучать в дверь, как из нее вышли Тарм и Котт.

От неожиданности Альда выпалила:

– Я закончила!

– Мне тебе за это орден вручить?

«Какой же он все-таки противный!», – подумала девочка.

– Идите на второй этаж, вся грязь в вашем распоряжении.

Альда и Котт, наконец, остались вдвоем.дзен

– Как дела? – спросил парень.

Сначала Альда рассказывала про то, как она провела время, пока их разлучили: про Авариса, про назначение Фара и Анумниса. Потом Котт рассказал ей про обязанности велиса, о том, что поведал ему Тарм. Альда не отрывая глаз, смотрела на Котта и улыбалась, а он увлеченно, глядя на нее, с гордостью рассказывал, о том, что получил назначение велиса за хорошие навыки. Казалось, что в компании друг друга эти двое забывали о своем горе.

 Второй этаж постепенно наполнялся мальчишками, которых Тарм отправлял на уборку. К четвертому колоколу этаж был вычищен. Все получили татуировки и спускались на построение. Кисак шел с перемотанной головой. Он с воодушевлением рассказывал, какие у него замечательные полоски тигра на лице. Котт и Дрюк посмеялись над ним, а Альда сочувственно покачала головой.

Гиры уже ждали свои отряды на площадках. Рядом с Тармом стоял незнакомый Альде парень.

– Построиться! Котт, подойди сюда. С сегодняшнего дня вы подчиняетесь также приказам своих новых велисов. Это Анумнис. Он из отряда волков. На тренировках он будет помогать мне, как и Котт. Котт, командуй.

– Альда, ты идешь на площадку для лучников, – он хмуро посмотрел на нее, и сквозь зубы проговорил, – там тебя ждет твой наставник. Остальные – разделиться на две команды.

Альда вышла из строя и отправилась к алькеру, то и дело, оглядываясь на Котта. На площадке ее, действительно, уже ждал Фар. Он радостно помахал ей луком.

– Я сделал его для тебя!

Восхищенно Альда взяла оружие у него из рук и стала разглядывать. Лук ласково гнулся в руках, легкое древко украшала незамысловатая резьба в виде цветочного узора. Тетива еще не закреплена.

– Сегодня буду учить тебя натягивать тетиву, и будем делать тебе стрелы. Так, вытяни в бок левую руку.

– Зачем?

– Будем измерять для тебя длину стрелы.

Фар веревкой замерил расстояние и отрезал тугую нить.

– Сегодня утром, по заказу Дипата, привезли дубовые заготовки для стрел из города, будем сейчас их обтачивать и шлифовать. Наконечники, еще делают в кузнице. Поэтому займемся ими, когда их привезут. Завтра будем делать оперение и пятки.

Фар показал, как нужно обработать заготовку и придать ей нужную прямую форму. И они принялись за работу.

– Ты тоже пойдешь к матер Катюлле сегодня? – поинтересовалась девочка.

Фар зарделся. Альде понравилось его смущать, поэтому она продолжила свой натиск.

– Тебе там кто-нибудь нравится?

Парень продолжал краснеть и молчать.

– Почему же ты мне не отвечаешь?

– Потому что это не твое дело!

Альда не ожидала грубости. Хоть она и понимала, что сама его вывела из себя, все равно обиделась. Молча они продолжили изготавливать древки. Солнце уже почти скатилось за горизонт, когда Фар спросил:

– Где ты татуировку себе сделала?

Альда даже не взглянула на парня.

– Ты на меня обиделась?

Не получив ответа, Фар снова разозлился и выпалил:

– А что ты думаешь, все ходят туда, а я не должен? Даже если мне кто-то нравится там, то в чем проблема?

– Ты чего кричишь? Я ведь просто спросила. Спасибо, что ответил, – невозмутимо остудила его пыл девочка.

Парень осел и тихо попросил прощения.

– Наверное, нам не стоит больше заниматься вместе. Я попрошу гира Терваля завтра назначить кого-нибудь другого.

Альда не понимала, к чему такие кардинальные изменения. Подумаешь, задала пару провокационных вопросов. Его несдержанность разозлила девочку. Она решила, что тоже может позволить себе не сдержаться. Вернее даже она должна не сдержаться, чтобы привести его в чувство. Она бросила древко, что держала в руках, прямо ему в лоб, и быстрым шагом направилась в сторону своей площадки. Ее план сработал. Не успела она покинуть площадку для лучников, как Фар догнал ее и потащил за руку обратно к алькеру.

Он тяжело дышал, его зрачки расширились, оттого глаза стали еще чернее, взгляд прикован к губам, Альда стояла напротив и упрямо смотрела на него. Фар сделал резкий шаг вперед. Альда также отступила.

– Если хочешь, то я не пойду сегодня к матер.

– Я не хочу и не буду принимать за тебя такие решения. Ты волен сам делать выбор.

Наконец, раздался колокол, Альда почти бегом покинула площадку для лучников. Сердце колотилось, мозг возбудился. Она испытывала чувства, до сегодняшнего дня ей неизвестные. Она почувствовала, что в нее влюблены. Но разве возможно влюбиться так быстро? Фар знает ее только два дня, но уже так страстно желает? А сколько времени нужно, чтобы влюбиться? Как же теперь быть? Что нужно сделать, чтобы он разлюбил? А нужно ли, чтобы он перестал быть влюбленным в нее? Альда еще совсем молода, она не знала, как ей получить ответы на ее вопросы. Ничему такому в замке ее не научили.

Альда присоединилась к строю, который вел Котт на ужин.

– Научилась стрелять? – Дрюша посмотрел на нее своими искрящимися синими глазами.

– Нет, мы учились делать стрелы.

– Ты какая-то взбудораженная.

– Да? Я не знаю, вроде нет. Есть просто уже хочется.

После ужина все, кому исполнилось четырнадцать лет, под присмотром Терваля и Гимона, отправились к матер Катюлле. Альда со страхом думала о том, что не за горами четырнадцатилетие Котта. Пойдет ли он к матер?

Все остальные отправились в общий зал. Дрюша и Котт принялись играть в триктрак, Альда взяла свою полюбившуюся книжку и поудобнее устроилась на кушетке за чтением. Через некоторое время в зале появился Фар, он взял первую попавшуюся книгу со стеллажа, наугад открыл и скрылся за ней. Котт как-то недовольно посмотрел в его сторону. Дрюша тоже нахмурил брови, повторяя за другом.

Когда прозвенел шестой колокол, Котт построил свой отряд. Тарм скомандовал отбой.

Перед сном Альда рассказала Досси все, что с ней приключилось за день. Няня сказала, что нужно было отпустить Фара, когда он уходил, и заниматься с другим наставником.

– Почему, Досси?

– Измучаете вы его сердце, принцесса.

– А если я его тоже полюблю?

– Как же вы его полюбите, если в вашем сердце другой?

Девочке не захотелось больше спрашивать Досси. Она отвернулась к стене и пожелала своей няне доброй ночи.

Глава 8. Похороны.

Лето в горах пролетело быстро. Осенние заморозки заставили обитателей Каста Монты переодеться в теплую одежду и высокие сапоги. В один из таких осенних дней моросил противный дождик. Альда научилась просыпаться по утрам сама без помощи Досси и теперь, глядя, как намокает карниз окна, расчесывала свои отросшие до плеч волосы. Няня помогла ей остричь их ровно. Грудь у девочки подросла вместе с ней, теперь приходилось  обвязывать корпус тканью, чтобы при беге не ощущать боль. Тело Альды стало более упругим и мускулистым. На пальцах рук появились мозоли от постоянной стрельбы.

Котт и Дрюша зашли к ней в комнату, когда она завязывала волосы в хвост.

– Что-то вы рано сегодня.

– Кисак опять испортил воздух в спальне, я думал, умру прямо там.

– Что у нас сегодня по плану, – обращаясь к Котту, спросила Альда.

– Кросс с препятствиями.

– Фу, – простонал Дрюша.

– А мне нравится, – радостно не согласилась Альда. – Это лучше отжиманий. Они у меня плохо получаются.

– Ты же лучница, ты должна хорошо отжиматься.

– Фар говорит, что я еще недостаточно натренировалась.

– А Фар у нас во всем эксперт, – отозвался Котт, который до этого момента молчал.

Альда закатила глаза и покачала головой. Вечно Котт нелестно отзывается о Фаре.

Перед входом в столовую Котт остановился заправить рубаху, Дрюша остановился рядом. Альда, не заметив их заминку, торопливо продолжала свой путь. На встречу, ехидно улыбаясь, шел Ришар, он больно толкнул Альду плечом, думая, что по близости нет ее друзей. Встретившись взглядом с Коттом, он сжался, буркнул Альде «извини», ударился со всей силы плечом о стену и сбежал подальше от его глаз.

– Придурок, – злобно сказал Дрюк. – Зачем он ее цепляет все время?

– Нравится, наверное, – сердито предположил Котт.

  После завтрака Котт построил всех на разминочную тренировку. Как всегда, сначала нужно было сделать зарядку, чтобы разогреть мышцы и разогнать по телу кровь. Сегодня по плану в качестве разминки бежали кросс. Его путь пролегал по извилистым тропинкам вокруг городишка. Цель кросса – повысить не только выносливость бойцов, но и поднять командных дух. Для этого гир Тарм связывал всех вокруг талии одной длинной веревкой. Самым первым в связке бежал Котт, как самый сильный и выносливый. Он задавал темп бега, тянул отстающих. Последними бежали самые слабые.  С самого начала Альда всегда бежала в хвосте. Под конец тренировки она еле волочила ноги по земле, но за счет тяги впереди бегущих, не могла остановиться. Пару раз она даже проехалась коленями по земле и разбила нос. Но со временем ее старания дали результат. Теперь она бежала в середине связки. А Дрюша с третьего места, наконец, перекочевал на второе – сразу за Коттом.

Тренировка прошла как обычно. На обед Досси приготовила овощной суп. Вареные овощи Альда не любила, но голод не утолить одним бульоном, поэтому, скрывая тошноту, приходилось есть. После трапезы Котт и Дрюша позвали Альду играть в мяч, но девочка отказалась, сославшись на задания Дипата.

У нее действительно накопились дела, только не у гира. Она побежала к Досси на кухню, чтобы испечь торт на день рождения Котта.

– Ну что, Досси, ты готова? – девочка радостно потерла руки.

– Уверены, что сами хотите его испечь?

– Конечно!

В конце готовки няня извлекла из печи два пирога. Один красивый и пышный, а второй кривой и плоский. Какой из них испекла Альда, сомнений не вызывало.

– Я все равно подарю свой!

Взглянув на солнце, девушка определила, что до третьего колокола осталось всего ничего, и бегом отправилась на поиски Котта. Мальчиков она нашла в общем зале за триктраком.

– С днем рождения, Котт! Это тебе! – на доску для игры Альда поставила свое творение. – Я сама испекла его для тебя.

Лицо Котта озарила улыбка.

– Я думал, ты забыла, – он сильно обнял Альду, расчувствовавшись.

Дрюша с нетерпением разломил пирог на три части и выдал каждому по куску. Альда откусила часть пирога и чуть не поперхнулась. Это был самый омерзительный пирог, который она когда-либо пробовала. Однако Дрюша и Котт продолжали демонстративно есть выпечку и, не жуя, глотали, то и дело, с набитым ртом приговаривая:

– Очень вкусно, правда, Альда, восхитительно.

Девочка мысленно благодарила их за то, что они хотя бы сделали вид, что это съедобно.

Проглотив последний кусок, Дрюша обратился к Котту:

– Я, кстати, не знал, что тебе уже четырнадцать. Значит, через три дня мы вместе пойдем к матер!

– Да, – радостно подтвердил Котт, – жду не дождусь!

– Что? – недоуменно спросила Альда. – Ты пойдешь к этой старой жабе?

– А что, нельзя? – холодно ответил вопросом на вопрос Котт.

– Забыл, что она сделала со мной?

Взгляд Котта на секунду устремился на тонкий шрам на щеке девочки.

– Я иду не к ней, а к Крисмере.

– Ты идешь к Крисмере?! – Альда задыхалась от охватившей ее паники. Он что, в нее влюблен? «А как же я?», – пронеслась нелепая мысль в голове.

– Тебе-то какая разница?

– Не ходи! – отчаянно воскликнула Альда, не ожидая от себя такой несдержанности. Но эмоции переполняли ее через край.

– Ты мне не мать и не отец, чтобы указывать, что делать. Ты мне никто!

– Никто? – тихим голосом переспросила Альда.

Вот и все. Сдерживать слезы казалось непосильной задачей для нее. Они потекли по щекам, оставляя соленые дорожки. Котт невидящим взглядом уставился на доску для игры. Девочка развернулась и пошла прочь, подальше от него.

– Что на тебя нашло? – шепотом спросил Дрюша своего друга, так, чтобы Альда не слышала.

– Ничего.

– Тебе надо извиниться.

– Я ничего не сделал, а вот она постоянно ошивается вокруг этого Фара. Пусть сама извиняется.

Зайдя в свою комнату, Альда дала волю эмоциям. Ее вой был слышен на все покои слуг, потому что тут же прибежали Деська и Цеська.

– Чего воешь? – спросил Цеська. Альда уже привыкла к его грубой манере речи и не стала обращать внимания.

– А-а-а, – продолжала выть Альда. Нос покраснел, глаза распухли от слез.

Деська и Цеська с опаской переглянулись. Что делать с ревущей девчонкой?

В комнату пришла Досси. Она прогнала мальчишек, подошла к Альде и обняла ее.

– Ну-ну, что случилось, госпожа?

– Я для него никто-о-о.

– Для кого?

– Ко-о-отта.

– Ну как же вы можете быть для него никем? – Досси посмотрела в глаза девочки. – Да у него нет никого дороже вас!

– Не-е-ет, – икнула Альда, – он мне так и сказал – никто-о-о. И пирог у меня не вку-у-усный.

– Пироги мы еще научимся стряпать, а он извинится, вот увидите.

Прозвенел третий колокол. Альда вытерла слезы и пошла на построение. Почему-то Дрюша смотрел на нее виновато. А Котт хмуро и невозмутимо скомандовал построение.

Тарм отправил Альду к гиру Дипату, а остальных на уборку территории.

Гир вручил Альде стопку писем и велел передать гонцу, что ожидал у ворот. Девочка не первый раз уже выполняла подобное поручение командира, и никогда не проверяла, кому и кто отправляет письма. На этот раз она намеренно перебрала конверты и нашла то, что искала. Она зашла в первую попавшуюся дверь и закрылась. Дрожащими руками она распечатала конверт, на котором неожиданно красиво Котт вывел слова: «Для Крисмере, дом матер Катюллы».

Внутри Альда нашла письмо от него.

«Дорогая Крисмере, спасибо тебе за ответ. Завтра у меня день рождения. Мне будет позволено посетить тебя. Прошу тебя, не грусти. Твой друг Котт».

  Слезинка капнула прямо на аккуратно выведенное имя «Котт». Чернила растеклись. Альда промокнула ее, но следы уже невозможно спрятать. Она положила записку обратно в конверт. С тяжелым сердцем девочка отдала письма гонцу.

«Значит, они уже давно переписываются. Почему он ничего не рассказал? Как он вообще стал ей писать? Или это она ему написала первая?» Задумчиво девочка вернулась в башню командира.

Дипат ее отпустил на тренировку, и Альда поплелась к алькеру, чтобы поупражняться в стрельбе. Сегодня стрелы особенно быстро и метко летели в цель. В качестве мишени Альда представляла Крисмере.

С четвертым колоколом пришел Фар. Альда не хотела встречаться с Коттом, поэтому решила пропустить построение. Тарм, однако, отправил велиса проверить, где находится Альда.

Когда девушка увидела приближающегося друга, что-то щелкнуло у нее в голове. Она, неожиданно для себя, быстро подошла к Фару, обняла за его за шею и притянула к своим губам. Фар с наслаждением ответил ей на поцелуй, закрыв от удовольствия глаза. Альда боковым зрением увидела, как Котт резко затормозил, посмотрел на них и яростно зашагал обратно. Получив желаемое, она резко отпрянула от Фара. Ее первый поцелуй. Не так она себе его представляла.

– Извини, я, кажется, сошла с ума, – закрыв глаза рукой, пролепетала Альда.

– Тогда мне нравится, когда ты сходишь с ума, – улыбаясь до ушей, прошептал Фар.

Альда огляделась по сторонам и убедилась, что кроме Котта их никто не видел.

– Этого больше не повторится.

– Почему? Ты нравишься мне, а я, очевидно, тоже нравлюсь тебе.

«Что я наделала?», – Альда с ужасом начала осознавать, как нарушила хрупкие границы своих отношений с Фаром, и какую крепкую стену воздвигла на пути примирения с Коттом.

– Я терпелив. Я дам тебе время, чтобы ты приняла эту мысль, – Фар с вожделением смотрел на Альду.

Всю тренировку он порхал, как птица. Его радость не видела предела. А вот Альда постоянно пыталась разглядеть силуэт Котта на площадке, постоянно отвлекалась и не могла сосредоточиться. Фар принял это на свой счет и повеселел еще больше.

На построении Котт даже не взглянул на Альду, а Дрюша осуждающе покачал головой. За ужином Котт и Дрюк сели подальше от девушки и даже в свободное время не появились в общем зале. Зато пришел Фар и уселся рядом, приобняв Альду за плечи. Она сбежала от него сразу же, как прозвенел колокол.

Следующие два дня Котт и Дрюк старались избегать Альду и игнорировали ее. А на третий день, наоборот, во всеуслышание обсуждали, как чудесно они проведут время у матер Катюллы и как замечательно, наконец, будет пообщаться с настоящими девушками. Ришар, узнав, что Альда теперь без покровительства Котта, начал дергать ее за волосы и пихать. Окончательно осмелев, он дал ей затрещину прямо на глазах у Котта. Парень дернулся было в его сторону, чтобы отлупить, но все же не сдвинулся с места. Тогда Ришар радостно поскакал по коридору, распевая обидные песни про Альду.

К обеду принцесса притворилась, что больна, и отправилась в лазарет, чтобы никого не видеть и не слышать.

– Что у тебя болит? – спросил местный лекарь Малеф.

– Ничего, – честно ответила Альда и устало посмотрела в сторону.

– Это очень серьезное заболевание, думаю, до завтра тебе нужно полежать в лазарете. И никаких посетителей!

Альда поблагодарила взглядом целителя и до вечера провалялась на кровати, отдыхая от физических и эмоциональных нагрузок.

Периодически она слышала голос лекаря:

– Нет, к ней нельзя. Приходите завтра.

Интересно, приходил ли Котт?

Вечером Досси принесла ей похлебку на куриных косточках с сухарями. Альда рассказала няне, что натворила и спросила, как все исправить.

– Скажите всем правду.

Легко говорить Досси. Сказать правду о своих чувствах не так просто. Здесь нужно мужество сотни, нет, тысячи воинов. За эту правду тебя могут возненавидеть или обидеть, а ты сиди потом с разбитым сердцем и разорванной душой. Ну уж нет. Пусть идет все своим чередом. И, если так суждено, то пусть так и будет.

Наутро с первым колоколом Альда отправилась на построение. Котт и Дрюша все еще с ней не разговаривали. Выглядели они уставшими. Во время завтрака Дрюк выбежал на улицу, а вернулся бледным и удрученным.

В этот день по плану Тарма в очередной раз отряду нужно преодолеть кросс вокруг города. Альде эта идея показалось плохой: половина парней из отряда вяло и безжизненно переплетала ногами. Видимо, Тарм так не считал, поэтому связав всех веревкой, погнал по знакомому маршруту.

На половине пути отряд резко сбавил темп. Альда попыталась разглядеть впереди бегущего Котта. В этот момент он упал на колени, потерял сознание и приземлился лицом на землю. Тарм бросился к нему. Альда тоже начала выбираться из крепко обвязанной вокруг талии веревки. Следующим упал Дрюк. Один за другим парни валились с ног без сознания. Одиннадцать человек, включая Альду и Тарма, остались на ногах.

– Кисак, быстро в замок за подмогой! – проревел Тарм. – Бреб, в город, нужны телеги, носилки. Быстро!

Он срезал с Альды веревку, дал клинок и приказал освободить остальных. Паника охватывала девочку с головы до ног. Альда велела себе не поддаваться страху и делала все строго так, как приказывал Тарм. Освободив всех, она подошла к Котту. Тарм перевернул его на спину, и девочка увидела окровавленное лицо парня. Камешки и земля прилипли к коже. Альда рукавом осторожно начала стирать с него грязь.

– Он дышит? – озабоченно спросил Тарм.

– Да.

– Какого дреяггха здесь происходит?!

– Я не знаю, гир, – осторожно ответила Альда, она тоже сейчас с удовольствием поорала бы и поругалась, но ее друзьям это не поможет.

Дрюк, в отличие от Котта приземлился куда удачнее – на бок.

 Издалека послышался стук копыт и грохот телег. Из городка приехали мужики по просьбе Бреба. Всех детей загрузили на телегу, для Тарма места не хватило. Ему пришлось бежать следом. Ворота замка незыблемо приветствовали своих жителей. На встречу бежала взволнованная Досси.

– Что происходит? – спросил запыхавшийся Тарм.

– Мальчишки, все, как один, попадали. На ногах только гир Дипат, Терваль, Малеф, Фар и Деська.

– А Гимон?

– Тоже пал.

– Где Кисак?

– Это который с тигровыми полосками на лице?

– Да.

– Не было, он ведь с вами должен быть.

Гир Тарм зарычал.

– Быстро выгрузите всех с телеги в замок, – приказал мужикам Тарм.

– Не-не, гир. У вас там хворь какая-то, не пойдем мы дале ворот. Вот тут прямо и забирайте их.

– Бреб на ворота! Как только все будут на территории замка, запрешь их. Никого не впускать и не выпускать кроме меня и Кисака. Понял?

– Да, гир.

– Я пошел на поиски Кисака. Альда, иди в нутрь, за помощью.

Девочка со всех ног бросилась в замок. По пути ей встретился Фар. Он поймал ее и сжал в объятиях.

– С тобой все в порядке!

– Отстань, Фар! – Альда грубо оттолкнула парня. – Ну, ведь не до тебя сейчас!

Не посмотрев на него, девочка снова припустила к замку.

– Гир Дипат! – позвала Альда, ворвавшись в замок.

В главном зале почти некуда было ступить. Те, кто стоял на ногах, притащили кровати и выставили их для больных. Отряды в полном составе лежали без сознания на местах. Каждого по очереди осматривал лекарь.

– Альда! Слава Небесному Солнцу! Где Тарм? Где твой отряд? – Дипат беспокойно оглядывался.

– Там, идемте.

Потихоньку отряд Альды тоже перетащили в главный зал. Малеф велел отмыть всех, на ком была грязь, и переодеть в чистую одежду. Деська, не передыхая, носил чистую воду. Альда первым делом взялась за Котта и Дрюшу. Тарм с Кисаком на руках вернулся только под вечер.

Когда основная работа была сделана, лекарь объяснил, что эта хворь называется «ляс». Передается исключительно через слюну, поэтому велел перемыть всю посуду в замке. У больных «лясом» поднимается высокая температура, начинаются бред и галлюцинации. Если вовремя не вылечить «ляс» – больной умрет.

Гир Дипат незамедлительно отправил гонца в Средиземье за исцеляющим зельем, которое в Фертилии не водилось. Ждать предстояло двенадцать дней. Малеф боялся, что гонец может не успеть.

День за днем Альда дежурила у постели Котта и Дрюши. Иногда больные приходили в сознание. В это время их нужно было успеть напоить и накормить, а это весьма нелегкая задача. Больные в бреду отказывались принимать пищу, выбивая посуду из рук.

Чтобы сбить жар все окна и двери в замке пооткрывали и создали сквозняк. Здоровым обитателям замка постоянно приходилось менять примочки у больных. Спать удавалось по два-три часа. Гир Дипат хотел в помощь пригласить девочек матер Катюллы, но оказалось, что ее дом тоже болен. Тогда Малеф сделал вывод, что заразу мальчишки получили именно там. А Цеська, который не посещал матер Катюллу, видимо, допил или доел за кем-то из больных и тоже заразился. Десан ни на шаг не отходил от своего товарища. Даже гир Дипат бегал от одного мальчишки к другому, меняя им примочки. Гир Терваль осунулся, погрустнел. Он также окружил своей заботой мальчишек из своего отряда и Гимона.

В одну из таких тяжелых ночей, Альда, как обычно свернулась калачиком у ног Котта, пытаясь отдохнуть хоть немного.

– Альда, – услышала она слабый голос Котта.

– Я здесь, – девочка соскочила с кровати и взяла его за руку.

– Альда, – Котт с закрытыми глазами продолжал повторять ее имя.

– Все хорошо.

– Где Альда?

– Здесь, – чуть не плача, она крепче сжала его руку.

– Она меня простит? – еле шевеля потрескавшимися губами, произнес Котт.

– Конечно! Конечно, простит.

– Пить.

– Сейчас принесу. Деся, дай чистую кружку.

Полусонный Десан кинул ей помытую кружку. Альда зачерпнула из специально принесенного ведра воды и подала Котту. Выпив все до дна, парень открыл глаза.

– Альда, – улыбаясь, сказал Котт. – Ты мне опять снишься?

– Нет, все по-настоящему. Я здесь.

Она обмакнула тряпку с его лба в ведро с ледяной водой и снова приложила ко лбу.

– Сколько я уже так?

– Семь дней.

– Я умру?

– Нет! Гонец с лекарством уже в пути.

– Ты такая красивая, Альда, – он провел слабой рукой по ее волосам. – И глаза у тебя такие… смотреть, – не насмотреться, реснички такие, черные-черные.

Щеки Альды зарумянились от неожиданных комплиментов.

– Если я выживу, напомнишь мне, чтобы я тебя поцеловал?

Что-то внутри Альды радостно ухнуло.

– Нет, Котт, ты же бредишь.

– Напомни, – парень начал подниматься с постели.

– Ладно, ладно. Хорошо, – Альда опустила его обратно на подушку.

– Ты с ним целовалась еще? – слабым голосом спросил Котт.

– Нет.

– Ты его любишь?

– Котт, мы поговорим об этом, когда тебе станет лучше.

Тихо, но уверенно парень повторил свой вопрос.

– Нет, я не люблю его, – уверенно ответила Альда.

Блаженная улыбка растеклась на лице Котта.

– Прости меня. Я не должен был туда идти.

Альда молчала.

– Она писала, как ей страшно, одиноко. Мне стало жаль ее. Я лишь хотел ее поддержать. А она меня поцеловала.

Альда ласково погладила его по влажным волосам.

Котт закрыл глаза.

– Ты такая красивая…

Мгновение спустя дыхание стало глубоким и медленным. Он уснул. Альда залезла к нему в ноги и тоже, наконец, закрыла глаза, задремав.

Альда очнулась от того, что кто-то звал ее по имени. Она рассеянно начала оглядываться по сторонам. Гир Тарм щелкнул пальцами у нее перед носом.

– Очнись, снадобье привезли.

Альда соскочила и радостно побежала к выходу из замка вслед за Тармом, где их уже ждал лекарь.

– Этот ящик вам, а второй матер Катюлле. Как принимать, знаете? – спросил извозчик у ворот замка.

Малеф утвердительно кивнул головой.

– Почему он приехал так рано? – не постеснялась спросить у Тарма Альда.

– Гонец почти не спал.

Малеф тут же принялся за работу.

– Для исцеления в зелье нужно перед принятием добавить амброзию. Это трава – аллерген. Если кто-то из наших мальчиков не может ее переносить, то умрет, – лекарь обвел всех сосредоточенным взглядом. – Начнем?

Каждому больному ребенку залили в рот целебную ярко-зеленую жидкость.

И ничего не произошло. Они продолжали дышать, но в себя не приходили.

Через день главнокомандующий неистово крушил все на своем пути.

– Может, ты не знаешь, как его давать, а?! – кричал на Малефа гир Дипат. – Может, мне…

– Мама, воды…

Все взгляды устремились на говорящего.

– Анумнис! – Фар подбежал к своему другу.

– Фар? – удивился парень.

– Как ты себя чувствуешь? – Терваль подошел к своему солдату.

– Сносно, хочу пить, а потом есть!

Досси суетливо побежала на кухню.

Со всех сторон стали доноситься звуки возни и голосов мальчиков. Проснулся и гир Гимон. Дрюша и Котт очнулись последними, чем довели Альду до полуобморочного состояния.

На фоне всеобщей радости не сразу заметили, как несколько человек, хватая воздух ртом, начали задыхаться. Малеф не успел и слова сказать, как их маленькие фигурки замерли и больше не шевелились. Ляс забрал из замка семь душ, среди которых были Кисак и Цесус.

Гир Дипат бережно завернул их тела в саван и отнес на общую площадку для сожжения.

Вечером Альда пошла на похороны одна. Котт и Дрюк еще не окрепли для таких мероприятий. Перед ней открылась печальная картина. Десан склонился над Цесусом и рыдал, приговаривая:

– Если не вернешься, я пойду за тобой! Если не вернешься, я пойду за тобой!

Терваль попытался мягко отстранить Десана, но тот вцепился в тело своего друга и кричал:

– Сожгите меня с ним! У меня больше никого нет! Я не хочу больше быть здесь!

Его истерика могла продолжаться долго, Дипат подошел к нему и надавил на сонную артерию. Десан бесформенным мешком рухнул на землю. Фар и Терваль отнесли его в замок.

Гир Дипат мрачно начал свою речь:

– Сегодня семь отважных юношей прощаются с нами. Путь их был не долог, но труден. Все сложности, выпавшие на их долю, они воспринимали стойко и храбро. Тренировались и старались во имя короля, не жалуясь на отсутствие благ и удобств. Они были опорой товарищам. Всем нам будет очень не хватать этих смелых мальчишек. Пусть Одноликая Луна теперь будет вашим спутником!

Альда последний раз взглянула на Кисака. Она вспомнила его смешную улыбку, нелепые тигровые полоски на лице, как он восхищенно смотрел на нее. В знак прощания, она положила на кострище веточку орешника для Кисака и свою ленточку для Цесуса. Она не знала, что он ему нравилось.

Пламя быстро охватило тела и неприятно запахло жареным мясом. Альду вывернуло наизнанку.

Позже прах молодых воинов гир Тарм развеял по ветру с алькера.

Спустя пару недель все, кто болел, поправились и пришли в форму. Гир Дипат получил от матер Катюллы известие о том, что все ее подопечные уцелели. В городе ляс унес девять жизней.

Одним осенним вечером после бани Альда отдыхала у себя в покоях, Досси хлопотала на кухне. В дверь постучали. В комнату вошел абсолютно здоровый Котт. Девочка бросилась к нему на шею. В ответ он тоже ее обнял и уткнулся во влажные волосы.

– Я скучал.

– Я тоже.

Девочка отстранилась и теперь смотрела в глаза Котта.

– Говорят, пока мы болели, какой-то бред несли.

– Ага, – Альда огорченно кивнула. – А ты ничего не помнишь?

– Не все. А ты бы хотела мне что-нибудь напомнить?

Девочка задумалась и ответила:

– Нет, не думаю.

– Но ведь ты обещала.

До Альды не сразу дошел смысл сказанного. Но губы Котта уже коснулись ее губ. Она ощущала его запах. От неожиданно нахлынувшего счастья глаза закрылись, и она полностью отдалась в объятия поцелуя. Он крепко обнимал ее за талию. Ей хотелось прижаться к нему еще крепче и никогда не отпускать. Она гладила его ладонью по лицу и шее, зарывалась пальцами в волосах, пока…

– Ну, вы даете! Целуются, а меня не позвали!

– Дрюк! – Альда была рада видеть и его тоже. Эйфория от поцелуя с Коттом, обострила ее чувства, и она цепко обняла Дрюка. – Я так рада видеть тебя здоровым.

– Твой парень смотрит на меня так злобно. Я, наверное, позже загляну.

Альда повернулась к Котту, у него тоже улыбка не сходила с лица.

– Котт, я, кажется… я, – Альда все никак не могла сказать это.

– Я тебя тоже.

На тренировку по стрельбе Фар пришел чернее тучи. Но он не спешил приступить к наставлениям. Парень молча уставился на Альду. Она сделала к нему шаг вперед.

– Фар…

– Можешь не подбирать слова. Твой дружок Дрюк не особо хранит секреты.

– Я хотела сказать…

– А ты хороша, – Фар не давал сказать и слова. – Целуешься с одним, а встречаешься с другим.

– Я тебе говорила, что…

– Что? Ты меня поцеловала. Я думал, это выше каких-либо слов! Я думал, ты другая!

– Я поцеловала тебя, чтобы задеть Котта.

Глаза Фара расширились от удивления и осознания ситуации.

– Ты выставила меня полным идиотом. У матер Катюллы… У нее в доме есть девушка. Я написал ей, вот дреяггх… Я написал, что встретил более достойную девушку! Я… Ты! Ты все испоганила!

Альда молча слушала, как он ругает ее. Она понимала, что действительно виновата. Она не должна была играть чувствами другого человека. Она делала все, чтобы потешить свое самолюбие, но совсем не подумала о Фаре. Выслушав его, она поклялась себе, что больше никогда не оскорбит чужих чувств. По крайней мере, постарается.

– Прости меня, Фар.

– Нет! Что мне твои извинения? Ты сейчас же бросишься в объятия к Котту, будешь счастлива и забудешь о моей боли через мгновенье. А мне с этим жить. День за днем я буду думать о тебе и знать, что был тобой обманут.  Нам больше лучше не общаться.

Глаза Фара набухли и покраснели. Он развернулся и пошел прочь. Альда не стала его уговаривать остаться. Он должен побыть один, забыть о ней. Если было бы возможно повернуть время вспять, она не стала бы его целовать, но исход все равно оставался прежним.

После отбоя Альда засыпала с улыбкой на лице и мыслями о Котте. Фар оказался прав – о его боли больше никто вспоминал, кроме него самого.

Глава 9. Незваные гости.

В зимние вечера свободное время Альда, Котт и Дрюша любили проводить в общем зале, где весело потрескивал камин. В один из таких вечеров Альда сидела за чтением книжки. Котт, лежа у нее на коленях, вел незамысловатую беседу с Дрюшей. Остальные ребята тоже не отваживались выходить на улицу из-за метели. Фар перестал появляться в местах, где находилась Альда, что очень ее беспокоило. А вот Котт, напротив, радовался такому изменению поведения соперника.

Вьюга за окном особенно устрашающе завывала, не предвещая ничего хорошего. В общий зал вошел Фар. Он направился прямо к друзьям. Котт, не поднимая головы с коленей Альды, хмуро посмотрел в сторону парня.

– Альда, – начал Фар.

– Что тебе от нее нужно? – как будто только этого и ждал Котт.

– Тебя ищет гир Дипат, – не обращая внимания на Котта, отрапортовал Фар.

– Спасибо, – Альда грустно посмотрела ему вслед.

– Зачем ты Дипату в столь поздний час?

– Не знаю, днем он меня отпустил на тренировку, а сейчас, что ему нужно, ума не приложу.

– Альда, ну, наконец-то. Иди, надень тулупчик. Нам с тобой из города пришли посылки. Досси говорила, что сделала заказ на какие-то твои девчачьи штуки. Проверишь сразу, все ли привезли. И не красней, ради Солнца Небесного. Больно я знаю, что там у тебя.

Командующий ждал Альду у выхода из замка, когда та на ходу натягивала тулуп и огромную заячью шапку. Но не успели они выйти из замка, как сторожевой закричал:

– Гир Дипат! Скорее! Здесь… Сами посмотрите!

– Помогите! – ветер уносил и так еле слышный женский голос. – Помогите! – надрываясь, кричала женщина.

– Альда, возьми скорей факел и неси его к воротам. Отворяй! – крикнул он сторожевому.

Девочка вернулась в замок за факелом и стремительно побежала обратно в холод. У ворот возились тела. Альда увидала очертания телеги, запряженной двумя какими-то странными низкими существами, с круглыми мордами, вовсе не похожими на лошадей. Помимо силуэта Дипата и сторожевого появился еще один – невысокий и хрупкий.

Девочка подбежала к воротам и увидела, что телега запряжена вовсе не странными лошадьми. Как оказалось перед ней стояли обросшие катышками снега рысь и снежный барс. По дикому уставшему взгляду рыси Альда предположила, что путники уже долгое время в дороге. Огромные уши рысь прижала к голове, чтобы туда не набивался снег. При приближении Альды барс прилег на землю, исподлобья глядя на нее своими разноцветными глазами. Белым распушенным хвостом он неистово молотил снег. Хрупкой фигурой оказалась молодая девушка, старше Альды лет на пять. Волосы светились белее снега, что покрывал ее голову. Лисья шуба спускалась до самой земли и уже по колено обросла коркой снега. Голые ладони устрашающе посинели.

Тут взгляд девочки перешел на саму телегу. В ней лежали два обгоревших тела, накрытых такими же лисьими шубами. От ожогов нельзя было разглядеть даже лица.  Альда с ужасом пыталась услышать, что говорит девушка, но из-за вьюги доносились лишь отрывки фраз.

– Мы… напали… дацис… ведьмам…

Гир Дипат велел сторожевому запереть ворота и подать шестой колокол раньше положенного. Затем он попробовал забрать тела с телеги, но рысь и барс угрожающе зарычали.

– Они сами! – рявкнула беловолосая девушка.

Добравшись до замка, кошки тоже вошли внутрь.

– Они замерзнут там, не оставляйте их на улице – умоляюще посмотрела на Дипата девушка.

– Альда, если кто-то еще остался в общем зале, выгони, потом позови туда Терваля и Малефа.

Альда побежала сначала на второй этаж в зал, никого не обнаружив, отправилась на третий за Тервалем. К счастью, Малеф тоже был там, осматривал ногу гира.

– Дипат, – от бега по лестнице Альда запыхалась.

– Что случилось, Альда?

Девочка покачала головой, показывая, что не сможет объяснить произошедшее словами.

– Второй этаж, – выдохнула она.

Терваль, Малеф и Альда спустились в общий зал. Дипат сначала хотел прогнать девочку, но под ее упертым взглядом сдался.

Молодой гир и лекарь в шоке смотрели на обгоревшие тела и с опаской поглядывали в сторону диких кошек.

Дипат закрыл дверь изнутри на ключ и обратился к все еще дрожавшей от холода девушке:

– Говори.

Беловолосая вздохнула и начала свой рассказ.

– Меня зовут Винера. Я родом из Гвинска, это остров в Буром океане. Это Флюша, – она указала на рысь, – а это Кацо. Я – хранительница.

Альда восторженно охнула, Дипат занял более заинтересованную позу.

– Вернее, моя мать – хранительница, а я ее ученица. Она научила меня своему ремеслу. Но достойного воина я все никак не могла найти. Потом я узнала, что северный король набирает себе на службу искусных воинов. Уж там-то, решила я, точно найдется подходящий кандидат на мою жизнь. Я не знаю, на чьей вы стороне, – девушка обвела присутствующих опасливым взглядом, – но не подумайте, что я имею какое-то отношение к политике или разделяю взгляды северного короля. Нет. Я просто ищу своего воина и место в жизни.

Убедившись, что нападать на нее никто не собирается, Винера продолжила:

– Пересекая Бурый океан, на судне я повстречалась с двумя чародейками, – Винера кивнула в сторону тел. – Это Ена и Ане. Они еще живы.

– Что же ты молчала?

Малеф тут же подбежал к телам и начал их осматривать.

– Медленно и долго, но они сами себя исцелят. Вы можете помочь, лишь ускорив процесс.

Малеф сел рядом с телами, ожидая дальнейшего рассказа.

– На корабле мы добрались до Южной Фертилии, – продолжила Винера. – Какая-то неприветливая страна. Никто не соглашался нас подвезти. Пешком добраться до Севера практически невозможно. В городе Мниф нам посоветовали найти тайную тропу в на западе Фертилии. Мол, быстрее до Севера доберетесь. Уже у гор, дацис городишка отчего-то охоту на ведьм затеял. Бабищи в городе, как Ену увидели, сразу поняли – ведьма. И потащили на костер. Сестру ее – Ане – туда же. Откуда ж им знать, что ведьму стихиями-то не убить.

– А как женщины в городе поняли, что Ена ведьма? И почему только женщины? – поинтересовался Терваль.

– Так за ней мужики толпами бегали. Жен своих побросали. На словах ей весь мир подарили. Вот бабы и взъерепенились, – посмотрев, на озадаченные лица слушателей, Винера добавила, – вы просто Ену не видели: рыжеволосая, зеленоглазая, красивая. Если захочет.

– Как ты спасла их? – серьезно спросил Дипат.

– Это не я. Это они, – в углу Кацо ласково кусал Флюшу за ухо, а она злобно открыв пасть, гипнотизировала его уничтожающим взглядом. – Прыгнули в огонь, раскусили веревки и в пасти за шкирку вытащили. Пока народ думал, что произошло, я стянула телегу. Два дня они нас гнали. Удалось оторваться, да вот только начали мы замерзать. В городах показываться нельзя. Вот ваш замок нам и попался.

– А отчего ты решила, что мы ведьм сжигать не будем? – спросил вновь Терваль.

– Потому что я сказала вам, что огнем их не убить.

Терваль и Альда посмеялись, но сосредоточенное лицо Дипата быстро заставило их успокоиться.

– Сколько им нужно времени, чтобы оклематься?

– Еще неделю, если ваш лекарь поможет.

Винера замялась.

– Говори, – велел Дипат.

– Можно перезимовать у вас в замке, если это не очень нагло?

– Что ты умеешь? Чем пригодишься нам?

– Я хорошая лучница, могу охотиться.

Дипат взглянул на Альду. Она восторженно смотрела на девушку. И Дипат согласился. Он велел отнести тела волшебниц в лазарет. Альде приказал отвести Винеру в старую комнату Десана и Цесуса. Деська теперь жил в других покоях, потеснив скотовода.

За завтраком Альда рассказала Котту и Дрюше о ночных приключениях.

– Обалдеть! В замке рысь! И барс! Где они? Я на них хочу посмотреть!

– Гир Дипат просил не распространятся пока об этом. Дрюша, ты меня понял?

– Да-да. Котт, ты представляешь? Настоящий барс!

Зимним утром в качестве разминки бойцы разгребали снег на площадках. Пока все лениво работали, Котт шутливо повалил Альду в сугроб, поцеловал в нос и убежал.

– Не время отдыхать, – гир Тарм так неслышно подкрался, что Альда вздрогнула от испуга, все еще лежа в сугробе.

Гир выглядел устало, глаза опухли. Сначала Альда подумала, что он болен, но когда Тарм сказал, что девочку ждет Дипат в своей башне и зевнул во весь рот, поняла, что это похмелье. Этот запах ни с чем не перепутаешь.

Гир Дипат в своей башне терпеливо ждал девушку.

– Я слышал, Фар отказался дальше тебя обучать.

Альда кивнула.

– Не буду спрашивать, почему. Госпожа Винера заменит его. Подобных разногласий с ней у тебя возникнуть не должно.

Девочка еще раз кивнула.

– Как ты тренировалась без наставника?

– Я увеличиваю расстояние постепенно.

– Как успехи?

– Я легко попадаю в цель, которая не шевелится.

Дипат почесал бороду.

– Видишь ли, мы тут на хранительниц не учим никого. Бабы, они не для войны рождены. Без желания мало чему научить можно, еще сопли, слезы. Ты уж постарайся от госпожи Винеры все азы ухватить. Как всегда, после четвертого колокола пойдешь к алькеру. А после третьего Малефу маленько помоги с ведьмами. Вопросы?

– Нет.

Гир Дипат махнул рукой, выгоняя девочку. На улицу не хотелось, поэтому Альда шла как можно медленней.

Вьюга в горах за ночь набуянилась, погрузив замок и окрестности в белое одеяние из снега. За время отсутствия Альды, мальчишки расчистили площадки для тренировок и теперь строились.

До самого обеда гир Тарм гонял свой отряд, заставляя бегать и выполнять силовые упражнения. В столовую все спешили голодными, измотанными, но зато  румяные как яблочки.

После обеда Дрюша побежал играть с товарищами в мяч, а Альда и Котт отправились в ее покои, чтобы отдохнуть и набраться сил.

– Когда гир Дипат расскажет нам о гостях? – спросил Котт, расчесывая волосы Альды. Он собирался заплести ей косу.

– Винера уже сегодня начнет меня обучать ремеслу хранительницы, чтобы я смогла защищать тебя в…

– Стоп, – прервал ее парень. – Ты собираешься стать моей хранительницей?

Они еще никогда не разговаривали о будущем. Но Альде казалось, что ее желание стать хранительницей Котта очевидно.

– Ты разве против?

– Конечно! – воскликнул парень.

– Почему? Ты… Ты… – Альда никак не могла сказать это вслух. Он что, ее не любит?

– Ты была права. Это мужчины должны защищать женщин, а не наоборот. Я не позволю тебе умереть из-за меня!

– С чего ты взял, что я умру из-за тебя?

– Если я погибну, то погибнешь и ты! Я не могу этого допустить! – Котт очень яро возражал.

– Но вероятность погибнуть, если у тебя есть хранительница, намного меньше, чем, если бы ее у тебя не было! – спор становился все громче.

– Как я смогу жить, драться, зная, что ты умрешь вслед за мной?

– А как смогу жить я, если ты умрешь!?

Заявление Альды явно поразило парня. Взгляд устремился в пол, Котт обдумывал ее слова. С одной стороны он, казалось, польщен ценностью своей жизни для Альды, но в то же время все его нутро сопротивлялось тому, чтобы эта хрупкая девочка вдруг оказалась смертельно зависима от него.

– Нет! Это я должен свою жизнь отдать за твою.

Альда пристально поглядела Котту в глаза. Она не понимала, почему он не понимает.

– Когда мы окончим курс подготовки, и я стану лучницей, какая, думаешь, меня судьба будет ждать? Что будет? Ты пойдешь на службу королю, как и все остальные. А я? Хочешь ты этого или нет, но меня просто заставят быть хранительницей. Но у тебя есть выбор: я буду твоей или чужой!

Альда с вызовом смотрела на Котта. Он долго размышлял над ее словами, принятие решения ему давалось нелегко. Наконец, парень сдался и так же с вызовом посмотрел в ответ:

– Ты моя. Во всем.

Губы Альды дрогнули, в попытке улыбнуться, но выражение упрямства на лице она менять не собиралась. Слова Котта немного вскружили голову. Захотелось во всем ему покориться, но в тоже время и бесконечно упрямиться.

– Садись! – попросил Котт приказным тоном.

Котт слишком туго заплел волосы Альды, но девушка не сказала ему ни слова.

После построения Котт и Дрюша убежали со своим отрядом на второй этаж, чистить и убираться. Альда отправилась в лазарет.

– Добрый день, – дружелюбно поздоровалась она с присутствующими.

Малеф в знак приветствия махнул рукой, Винера слишком мило улыбнулась. Увидев первый раз девушку, Альда все никак не могла понять, что ее смущает во внешности Винеры. Сегодня ее осенило. Брови. Черные брови, которые так сильно выделялись на фоне белоснежных волос.

– Что это ты меня так разглядываешь? – тряхнув челкой, спросила Винера.

– У тебя необычный цвет волос.

Девушка загадочно улыбнулась.

– Как тебя зовут?

– Альда.

– Альда? – ее круглое лицо удивленно вытянулось. – Принцесса?

В груди что-то тревожно ёкнуло. Винера же сказала, что она с острова Гвинск. Могла ли она знать, как зовут принцессу Фертилии?

– Нет, что ты, – Альда быстро взяла себя в руки и не слишком убедительно усмехнулась. – Я родилась через несколько дней после нее. Мои родители решили, что назвать меня в честь принцессы будет здорово.

– Как ты оказалась в военном лагере для мальчиков?

– Это долгая и скучная история, – отмахнулась Альда.

Винера, прищурившись, уставилась в глаза девочке. Альда смело посмотрела в ответ. Винера довольно растянулась в улыбке.

– Госпожа Винера, давайте вернемся к вашим застывшим подругам.

– Конечно, Малеф. Альда, иди сюда, будешь помогать. То, что мы видим, это не сгоревшая кожа, а магическая оболочка, которая пылала в огне, защищая чародеек. Со временем оболочка обветшает и осыплется. На это нужно около двух лун. Я, наверное, смогу сварить зелье, чтобы размягчить оболочку, и мы ее снимем.

– Что нужно для зелья? – Альде не терпелось скорее увидеть колдовство или хоть что-то близкое к нему. Это завораживало и волновало.

– Зелье называется «Солнечный удар». Слышали о таком?

– Нет.

– Да.

– Малеф, надеюсь, у вас найдется все что необходимо. Мне нужен пепел десяти одуванов, кровь полуночного оборотня, два яйца черной курицы, щепотка соли и бутыль огненной воды.

– Одуваны сушеные только есть, кровь оборотня очень тяжело достать, а все остальное найдется.

– К вечеру добудьте из одуванов пепел, а вот кровь, – девушка полезла к телеге, – ну-ка брысь, – игриво сказала Винера. Кацо лениво потягиваясь, спрыгнул на пол, зевнул, демонстрируя свои целых восемь клыков, и улегся дальше спать на пол. Флюша обиженно поджав хвост, уселась в углу лазарета. – А вот кровь оборотня Ена всегда с собой таскает, – Винера рылась уже в ядовито зеленой сумке, – на всякий такой вот случай!

Она беззаботно кинула бутылку с черно-бордовой густой жидкостью Альде и принялась ласково гладить по голове обиженную рысь.

– Думаете, нас пустят на кухню, чтобы сварить кровь?

После долгих уговоров Досси позволила занять одну из ее печей на «эту ведьмовскую пакость». Когда кровь сильно загустела, Винера разбавила ее огненной водой, в качестве которой выступала одна из бутылок самогона из закромов Дипата. Дойдя до кипения, жидкость стала ярко красной, начала подниматься, в виде жутких фигур волчьей пасти. В один из таких моментов Винера бросила в пасть сырое яйцо без скорлупы, а потом второе. Снадобье обрело болотно-зеленый цвет с примесью черноты.

– Ну, все, теперь, Малеф, спрячь это варево, смотри, чтобы лунный свет не попадал, а с восходом солнца добавим пепел одувана.

 Малеф послушно забрал котелок и понес в лазарет.

– Где у вас тут выход в лес? Флюша и Кацо наверняка проголодались.

– Нам нельзя выходить за территорию замка, – ответила Альда Винере.

– Это тебе нельзя, мне – можно, – девушка довольно улыбнулась.

Поманив за собой голодных кошек, девушка направилась к выходу. Альде ничего не оставалось, как присоединиться к уборке.

Когда прозвенел четвертый колокол, гир Дипат построил все отряды на общей площадке.

– В нашем замке гости, – громко объявил он. – Позвольте представить: госпожа Винера.

Девушка, мило улыбаясь, приблизилась к Дипату.

– Красотка! – мечтательно вздохнул Дрюша.

Действительно, в свете зимнего солнца Винера выглядела очень завораживающе. Черты лица девушки четко выступали на лице: прямые черные брови приподняты вверх, темные глаза-бусинки оглядывают молодых ребят, контур пухлых розовых губ растянулся в улыбке. В свои двадцать с небольшим, Винера все еще походила на маленькую девочку. Ростом она еле доставала Дипату до груди. Винера была такой маленькой и худенькой, что Альда легко бы приняла ее за свою ровесницу. Только лисья шуба в пол придавала ей статности взрослой госпожи.

Тем временем к Винере подошел Кацо с окровавленной мордой.

– Дреяггхов барс! – испуганно подскочил Дипат от неожиданности. Кацо тем временем потерся об его бедро и, преданно глядя ему в глаза, повалился в ноги. Альда разглядела, что  глаза у барса разные: синевато-ледяной, а второй – осенне-желтый. Следом, недовольно оглядываясь вокруг, заявилась Флюша. По ее морде тоже стекала свежая кровища, она тщательно вылизала лапу и начала умываться. Наблюдая за реакцией испуганных ребят и гиров, Винера звонко засмеялась.

– Это Флюша и Кацо, – она представила своих питомцев. – Они не трогают людей и только что пришли с охоты из леса.

Однако это мало кого успокоило. Гир Дипат, боясь пошевелить ногами, приказал отправиться на тренировку. И только тогда, когда Кацо побежал за Винерой, ушел в свой кабинет.

Альда горделиво показала Винере, где она каждый день занимается. Девушка осмотрелась и выдала свой малоприятный вердикт:

– Для лучника места маловато. Как ты тут вообще занимаешься? Ну, раз лучше все равно у нас ничего не будет, то приступим. Покажи свой лук.

Альда неохотно достала оружие, что смастерил для нее Фар.

– Довольно неплохо. Натяни его.

Альда взяла стрелу и встала в позу лучника, что показывал ее молодой черноволосый наставник.

– Какой глаз у тебя ведущий?

– Правый.

– Выстрели в мишень, я оценю твою меткость. Локоть выше, – Винера приподняла руку Альды. – Твоя рука должна быть продолжением стрелы. Подбородок выше. Голову левее.

Альда прицелилась. Так, как сказала Винера, стрелять оказалось гораздо удобнее. Девочка отпустила стрелу в дальнюю мишень и довольно легко попала в центр. Потрясающе!

– Давно тренируешься?

– Больше полугода.

– Тогда я могу похвалить твой выстрел. Дыхание у тебя все еще неправильное. Ты слишком глубоко дышишь. Стреляй на полувыдохе. Теперь прицелься левым глазом.

– Зачем, если мне удобно правым?

– А если тебе выколют правый глаз?

Метод Винеры для проверки навыков стрельбы Альду раздражал и она начала нервничать. Но все же послушно прицелилась левым глазом.

– Руку-то тоже поменяй, балда! – дружелюбно сказала девушка.

Скрипя зубами, Альда выполнила просьбу и почти сразу потеряла равновесие. Отпускать стрелу левой рукой, когда ты правша, очень сложно. Выстрелив, она попала в мишень, но далеко не в центр.

Винера хмыкнула.

– Теперь я хочу посмотреть скорость твоей стрельбы. Я сосчитаю до десяти, а ты стреляй.

Ну тут-то Альда точно удивит Винеру. Надев на спину колчан с собственноручно сделанными стрелами, Альда прицелилась и кивнула в знак готовности.

Раз. Альда отпустила тетиву, стрела стремительно улетела к мишени. Два. Девочка закинула руку в колчан. Три. Ладонью она никак не могла нащупать вторую стрелу. Четыре. Пять. Шесть. Стрела в руке! Семь. Она натянула тетиву. Восемь. Мысленно Альда оценила свое положение, приподняла локоть, наклонила голову. Ветра нет. Солнце слева. Стоять удобно. Девять. От того, что нужно торопиться, рука тряслась, сложно прицелиться. Десять. Стрела неуверенно отправилась вслед за предыдущей. Обе из них достигли цели в центре мишени.

– Молодец!

Альда довольно подняла голову.

– В цель ты попадаешь. Ты продемонстрировала мне это уже. Я просила показать скорость.

Девочка злобно посмотрела в блестящие глаза Винеры. Ведь пока та считала до десяти, Альда успела выпустить целых две стрелы! И обе они попали в цель!

– Ты стреляешь словно ленивая черепаха. Зачем тебе колчан, если у тебя есть такая мягкая поверхность из снега. Дай-ка я тебе покажу, как надо.

Винера сняла колчан со спины девочки. Резким движением все стрелы наконечником вниз она воткнула в снег перед ногами.

– Считай!

Пока Альда считала до десяти, Винера выпустила пять стрел, которые заключили в ровное кольцо центр мишени, развернулась лицом к солнцу, выстрелила еще четыре раза. На каждой стойке, что держала алькер, теперь торчала стрела. Девушка ловко хватала стрелы, воткнутые в землю и выпускала их одну за одной. Последняя приземлилась возле Кацо и Флюши, которые озорно начали охотиться на нее, играя оперением.

Закончив, Винера, слегка надменно приподняв брови, посмотрела на Альду.

– Вот это – скорость.

Альда недовольно пыхтела. Ей не нравилось, что Винера будто бы намеренно демонстрирует свое превосходство – хвастается, мол, смотри, как я лучше тебя стреляю. Хоть это и так очевидно, но Альде не нравилось, когда кто-то пытался доказать, что он лучше другого в чем-то, будь то стрельба или другое занятие.

– Не кряхти так злобно, я тебя научу всему, что сама умею.

Немного смягчившись, Альда скептически спросила:

– А ты успеешь? Вы же только на зиму.

– Я покажу, как правильно. А мастерство уже без меня будешь оттачивать. Как  насчет движущихся целей?

– У нас здесь нет движущихся целей.

– И чему вас здесь только учат? – игриво закатила к небу глаза Винера.

– Стрельбе из лука почти не учат. В основном, ближний бой.

– А на мечах? Ты умеешь драться на мечах?

– Нет.

– А руками?

– Нет.

– Это плохо. Хранительница хоть и лучница, но в ближнем бою тоже не должна теряться. Что будешь делать, если стрелы вдруг закончатся?

Альда не ответила. Винера задавала такие вопросы о ситуациях, о которых Альда даже и подумать не могла.

– Мы наверстаем упущенное. Если ты, конечно, хочешь стать хранительницей, – Винера вопросительно посмотрела на Альду.

– Хочу.

– Тогда не будем терять ни минуты.

Винера оказалась очень требовательным наставником. Сначала она заставила Альду проделать укрепляющие упражнения на спину, чтобы не испортить осанку. Потом велела стрелять в самых различных позах: сидя, лежа, на одной ноге, на другой, пригнувшись. Еще она достала несколько мишеней из оружейной и расставила их по площадке, обсыпав снегом, заставила стрелять по ним на бегу. Напоследок Винера и Альда забрались на алькер. Девочка вдруг поняла, что почему-то никогда сюда не поднималась. Отсюда открывался необычайный вид.  Постройка находилась совсем недалеко от обрыва. Необыкновенным волнением от увиденного пейзажа что-то внутри восхищенно ухнуло. Снег блестел и крохотными солнышками, переливался от света. Мальчишки с высока казались очень маленькими. Понять кто из них кто, казалось, невозможным. Однако Альда, без сомнений, знала, который из человечков Котт. Она определила его по немного косолапой неторопливой походке, по широким плечам и прямой осанке.

– Примерно с такой высоты у замка короля хранительницы держат свои позиции.

– А что делать, если воины отойдут от алькеров далеко?

– Опытные воины всегда стараются находиться в зоне видимости хранительницы. Но, если вдруг придется гнать врага или бежать самому, то обычно используются передвижные алькеры.

– Расскажи про хранительниц.

– Что именно ты хочешь узнать?

Очень не вовремя прозвенел колокол.

– Тогда завтра. Сейчас построение, я приду в лазарет после ужина и бани.

– Не за чем. Зелье будет готово только завтра утром. Сегодня отдыхай. Я хочу обсудить с Дипатом твои тренировки. Он должен более ответственно подходить к твоему обучению.

– Зачем ему это?

– Дипат получает за каждого воина сотню золотых. Представь, сколько он получит за хранительницу, учитывая факт того, что Аварис так нас ценит.

За ужином Альда рассказала о тренировке с Винерой Котту и Дрюше.

– Я так и знал, что Фар тебя нормально не научит. У него только об одном мысли! – самодовольно хмыкнул Котт.

– О чем же? – Альде не нравилось, когда Котт плохо отзывается о Фаре. Фар же не делал ничего плохого ему. Видимо, злость за поцелуй на потенциального соперника у Котта все никак не проходила.

– Кстати, об этих мыслях, – вставил Дрюша. – Я так понимаю, к матер Катюлле ты завтра не идешь?

– Верно, – Альде понравилось, что Котт сказал об этом без капли сожаления.

– И что же вы будете делать одни весь вечер? – Дрюша поставил на стол локоть, оперся лицом на кулак и блаженно посмотрел на парочку.

– Лично я буду весь вечер отдыхать от твоих тупых шуточек, – Альда допила земляничный компот и отправилась в баню.

– Ой! – послышался глухой женский возглас.

– Кто здесь?

– Альда, это я – Винера. Гир Дипат, сказал, что ты принимаешь баню до мальчиков, и я могу пойти в это же время.

– Ага, – Альда разделась и, постоянно прикрываясь и стесняясь малознакомую гостью, быстро помылась.

Винера тоже явно смущалась. Закончив банные процедуры, они быстро разбежались в разные стороны. Досси, еще в Арче рассказывала, что без стеснения свои тела другим могут показывать только простолюдины и мужчины. Получается, в жилах Винеры течет знатная кровь?

Когда Котт и Дрюша вернулись из бани и обсохли, им пришла в голову гениальная, на их взгляд, идея. Во дворе перед замком, рядом с площадкой для игры в мяч, они решили выстроить горку, залить водой и кататься, как в детстве. Альда старательно помогала лепить снежную гору. Потом к ним присоединились еще мальчишки из разных отрядов.

Видимо, Винера выпустила Флюшу и Кацо, потому что они тоже прибежали посмотреть, что же эти маленькие люди тут лепят. Кацо быстро взобрался на вершину и, довольно оглядываясь, сел. Ребята в оцепенении смотрели на огромного клыкастого барса. Воспользовавшись их замешательством, Кацо нагло сбежал по ровной поверхности горки, оставляя следы крупных лап. Прижав уши к голове, Кацо недоуменно смотрел на детей. Почему они с ним не играют? Альда, преодолевая робость, подошла к нему первая и погладила по голове. Барс ответил лаской на ласку и стал тереться о девочку всем телом, чуть не роняя ее с ног. Котт и Дрюша тоже погладили большого кота. Один за другим парни подходили к Кацо и гладили его. От нахлынувших множественных объятий, Кацо громко заурчал и лег на спину, подставляя живот. Урчание больше походило на храп пьяного орка. Флюша, прищурившись, сидела в стороне. Она, кроме Альды, из посторонних к себе никого не подпустила. Рысь шипела, но не кусалась. Наигравшись с животным до усталости, дети пошли в замок, чтобы привести себя в порядок перед построением. Флюша на прощание презрительно окинула взглядом уходящих.

После построения, пока никто не видит, Котт ласково прижался губами к щеке Альды и пожелал приятных снов. Уже лежа в кровати, девочка не успела ни о чем подумать. Только закрыв глаза, она тут же заснула.

Следующий день мало отличался от предыдущего, кроме того, что зелье для чародеек приготовилось. Оставалось мазать им корку, которая окутала волшебниц, каждый день. Винера, по согласию Дипата, тренировала Альду не только во время боевой тренировки, но и после третьего колокола и даже в свободное время Альды.

Вечером перед пятым колоколом, Альда так устала, что просто умоляла отпустить ее на отдых. Больше чем отдохнуть, ей хотелось провести время вдвоем с Коттом. Винера сжалилась над девочкой и отпустила.

Когда мальчишки, достигшие четырнадцати лет, отправились к матер Катюлле, Котт и Альда отправились отдыхать в покои, где проживала девочка вместе со своей няней. Сначала они болтали обо всем, потом ни о чем. Так близко, так тепло Альда еще никого не ощущала, как будто именно он – центр ее мира. И она впервые сама поцеловала Котта от внезапно нахлынувших чувств. Они целовались и целовались, не желая отрываться друг от друга. Альда и Котт так чувственно и сильно прижимались друг к другу, что у Альды возникло странное незнакомое чувство будто бы она не достаточно близко к Котту. Тело говорило ей прижаться крепче – раствориться в нем, сжать, схватить, обнять сильно и никогда не отпускать. Котт неожиданно для нее прервал поцелуй и нехотя отстранился.

– Надо остановиться, – виновато сказал парень.

– А что случилось? – краснея, спросила Альда. Неужели переборщила с объятиями?

Котт тоже покраснел от подбородка до кончиков ушей. Альда совсем смутилась. Его глаза так влюбленно на нее смотрели, но объяснить он отчего-то ничего не мог, только мямлил что-то под нос. Альда даже разозлилась. Ей все еще хотелось целоваться, а он там что-то непонятное бубнит. Она сердито отвернулась.

– Не злись, – Котт начал приобретать нормальный цвет лица. – Завтра продолжим, – уже улыбаясь во весь рот, сказал Котт.

– А что же сегодня?

– Пожалуй, пощекочу тебя!

Пока они дурачились, в комнату вошла Досси.

– Что делаете тут? – подозрительно спросила женщина.

– Он меня щекочет! – смеясь, пожаловалась Альда.

– Котт, мне нужна твоя помощь, на кухне перенести стол.

Нехотя встав с кровати, Альда и Котт засобирались на помощь Досси.

– Принцесса, ваша помощь не нужна, погодите тут.

– Ладно, я просто посмотрю тогда.

– Я настаиваю, госпожа.

Озадаченно Альда осталась в комнате и пока ждала их появления, уснула.

Котт нежно трепал ее за плечо, когда она очнулась.

– Идем на построение, шестой колокол.

– Можно я не пойду?

– Если бы я мог принимать такие решения, – улыбнулся парень и потащил ее на площадку.

Перед сном Досси усадила Альду на кровать и затеяла с ней разговор.

– Вам уже скоро четырнадцать лет. Можно замуж выходить. И как девушка вы уже расцвели.

– Досси, ты к чему клонишь?

– К тому, о чем не я вам должна рассказывать, – женщина собиралась с мыслями и подбирала слова. – Вы знаете, как появились на свет?

– Конечно, Досси, я уже большая. Из маминого живота.

Надежда, на миг появившаяся в глазах, угасла. Няне все же пришлось объяснить, как девушка, выходя замуж, становится женщиной, матерью. Ей также пришлось объяснить, как мальчики становятся мужчинами. Разговор был очень неловким, Альда покраснела похлеще плаща Авариса, и даже закрыла лицо руками от смущения. Потом она вспомнила поведение Котта и покраснела еще больше.

– Почему мне этого не рассказали раньше?

– В Арче вам бы Прифил нашел мужа и в брачную ночь вы бы все узнали. В обычной жизни все по-другому.

Увидев испуганные глаза Альды, Досси добавила:

– Не нужно думать, что это что-то ужасное, я хотела бы вам сказать, что все должно проходить своевременно.

Альда кивнула. Девочка долго не могла уснуть, обдумывая слова Досси, и решила, что пока не готова к такому. Пусть всему придет свое время.

Следующие дни Альда усиленно тренировалась даже в свободное время. С Коттом удавалось увидеться только во время еды и на построениях. Корка, что сковывала волшебниц, сильно размякла и истончилась. Винера сказала, что через пару дней чародейки смогут прийти в себя. Альде этот процесс оживления чем-то напоминал вылупление цыплят из яйца. Она, Винера и Малеф, как курицы-наседки с нетерпением ждали появления на свет своих детенышей.

В один из дней гир Дипат объявил о Цветочном бале, который раз в три года празднуется в Доме матер Катюллы по случаю цветения первого горного подснежника. Незамедлительно Альду пригласил Котт в качестве пары. Винеру изъявил желание сопроводить сам гир Дипат.

– Ну и что мы будем с тобой делать, юная леди? – вздыхал гир Дипат в своем кабинете, глядя на Альду. – У нас нет парадного костюма для девочек, чтобы ты могла пойти на бал. Да я вижу, что ты хочешь. Ладно, уговорила. Иди, собирайся, поедем в город тебе за платьем.

Не ожидая такой щедрости от гира, Альда весело побежала предупредить Винеру, что занятия на время отменяются.

– Я поеду с вами, – похлопав в ладоши, сообщила девушка. – Мне же тоже нужно платье.

Оказавшись на рынке, Альда вновь почувствовала себя принцессой, которая может выбирать себе наряды. Но ни одно платье не приходилось ей по вкусу, что бы ни предлагал Дипат или Винера. Когда принцесса в очередной раз отбраковала тряпье лягушачьего цвета, гир Дипат отвел ее в сторону и прошипел:

– Ты мне отбрось тут свои принцесьи замашки. Это мне фи, это мне фу. Тут тебе не королевские портнихи платья шьют. У меня уже в глазах рябит от этих тряпок, так что быстро выбирай.

Альда все же нашла более менее подходящий для нее вариант золотистого платья без плеч. По верху платья аккуратно вышит ромбовидный узор, по центру корсета красовалась темно-коричневая кожаная вставка, украшенная незамудреными блестками. Свободные по всей длине рукава у запястья сжимались в плотное кольцо, также украшенное  ромбовидной вышивкой. Подол был не пышный и свободный, окаймленный снизу опять же фигурными ромбами.

За платье Альды торговец попросил две золотых монеты.

– Это же грабеж. Два золотника! Ты посмотри, остальные не больше пятнадцати серебряков берут.

– Вот у них и покупай! За золотое платье – золотые монеты! – уперся торговец.

– Еще чего! Выбирай другое!

– Нет, – мягко сказала Винера и подала торговцу две золотые монеты. – Это будет мой подарок за ваше гостеприимство.

– Я и сам могу платить! – сердито возмутился гир Дипат. – А ну отдай! – он забрал у торговца монеты и вернул Винере. Из кожаного мешочка за поясом он достал свои два золотника и швырнул продавцу. – Грабитель!

Винера тоже выбрала себе платье, но голубого цвета необычного покроя. Перед юбки  струился чуть ниже колен, а у пяток почти доставал до пола. Верх платья держался на широких бретелях. Рукава отсутствовали. На талию надевался широкий массивный пояс с большой пряжкой.

Довольные своим выбором девушки и гир Дипат вернулись в замок.

– Где сторожевой? – подойдя к воротам, прорычал Дипат.

На территории замка было подозрительно тихо. Шло время боевой тренировки, но звука клинков и орудий не слышно, как и голосов тренирующихся.

– Что происходит?

– Ена, – устало прошептала Винера.

Глава 10. Борьба.

Альда увидела их со спины: две стройные фигуры, облаченные в белое мешковатое одеяние. У одной пышные ярко-рыжие кудрявые локоны, напоминающие буйное пламя. У второй девушки не менее длинные волосы, но прямые и теплого каштанового цвета. Они стояли в центре общего зала. Рядом с ними полукругом выстроились парни и Гимон. В стороне стояли только Терваль, Тарм, Котт и Фар. Увидев Дипата, молодые гиры быстрым шагом последовали к нему.

– Что здесь происходит? – громыхнул Дипат.

Девушки повернули два одинаковых лица к нему. Похожи, как две капли воды. Но огненно-рыжая Ена казалась красивее сестры. Очаровательное худое лицо Ены растянулось в обворожительной улыбке, показывая ровный ряд жемчужных зубов. Дипат обомлел и больше не мог сказать и слова. Он любовался девушкой, не обращая внимания на реплики Терваля и Тарма. Альда тоже как завороженная, изучала лица близнецов. Вдруг она подумала о Котте. Он стоял поодаль и махнул девочке рукой, показывая, что ему безразлично то, что здесь происходит. Фар, глубоко размышляя, стоял рядом. Глаза остальных все никак не могли оторваться от девушек.

– Ена, перестань, – вдруг сказала Винера.

Рыжеволосая ведьма недовольно щелкнула пальцами, и оцепенение, что охватило всех вокруг, будто спало.

– Это что такое было? – недоумевал Дипат. – А ну, разошлись все на позиции. Велисы за старших. Гиры за мной. И вы трое, – он по очереди указал на девушек, – тоже.

Винера, улыбаясь, повела Альду за ними.

– Девочка зачем? – возмутился гир Тарм.

– Что ей делать у алькера без меня?

Тарма аргумент не убедил.

– Она помогала мне выходить Ену и Ане, она имеет право познакомиться с ними одной из первых, – строго отрезала Винера.

Тарм перестал возмущаться, но все равно неодобрительно помотал головой. Дипат тоже не стал сопротивляться. Ему нужен был женский сторонник.

Ена всю дорогу до башни Дипата лучезарно улыбалась, а Ане со скучающим видом шагала рядом.

– Что ж, – сказал Дипат, когда все расселись вокруг его стола в кабинете, – меня можно называть гир Дипат. Это гир Терваль, гир Тарм – старшие состава, это гир Гимон – из младшего состава. Альда – будущая хранительница в войсках наивеличайшего короля Фрегации, Средиземья и Фертилии.

– Очень приятно, меня зовут Ане Гвинская, а это моя сестра Ена, – учтиво представилась девушка.

– Откуда вы прибыли?

– Разве Винера вам не рассказала? – поинтересовалась Ена, все также обворожительно улыбаясь.

– Вы правы, – краснея, сказал Дипат, – рассказала. Что произошло только что в замке?

– А разве что-то произошло? – хихикнула рыжая ведьма.

Ане устало вздохнула.

– Мы с Еной чародейки. Ена – меч-огонь, я щит-вода.

Альда не поняла, что значит меч-огонь и щит-вода, остальные с умным выражением лица кивнули.

– Особый дар Ены – внешность. Она может ее менять, делать привлекательной или отталкивающей.

– Из-за этого дара Ены их и решили сжечь горожане, – вставила Винера.

Все три девушки переглянулись.

– А у вас какой особый дар? – спросил Ане Терваль.

– Животные, – взволнованно и вопросительно  девушка посмотрела на Винеру.

– Охотятся, – успокоила ее Винера.

– Нам тоже хотелось бы задать несколько вопросов.

– Пожалуйста, – позволил гир Дипат.

– Какое у тебя второе имя, Альда? – спросила уже Ена.

Принцесса испуганно посмотрела на Дипата. Тот ответил вместо принцессы:

– Мы не будем сейчас обсуждать девочку.

– Хорошо, – сказала Ане, – Ена задай другие вопросы, – и многообещающе посмотрела на нее.

Почему же она тогда не спросит сама, если ей не нравятся вопросы сестры?

Ена язвительно скривила губы.

– Где мы?

– Это замок Каста Монт, одна из крупнейших крепостей короля Авариса, построенных для обучения молодых солдат.

– Как мы здесь оказались?

Дипат очень подробно рассказал об их появлении и проживании в замке.

– Значит, до весны? А мы на бал приглашены?

– Конечно.

– Гир Терваль, составите мне пару на балу? – быстро сориентировалась Ена.

– Разумеется, – Альде показалось, что Терваль согласился вопреки своему желанию, только из вежливости.

– Мы чем-то можем быть полезны? – Ена задала последний вопрос.

Дипат пожал плечами:

– Я подумаю, как ваши волшебные навыки могут нам пригодиться, а пока отдыхайте.

Неумолимо быстро приближалась весна. А вместе с ней и грядущий цветочный бал. Альда успела соскучиться по светским мероприятиям, сопровождавшим ее в Арче. Ена и Ане полностью восстановились и по просьбе Дипата магически укрепляли стены и ворота замка, собирали волшебные ингредиенты для зелий Малефа и помогали ему в лазарете. С их приходом заболеваемость мальчишек выросла. Но, как оказалось, большинство просто симулировали в надежде лишний раз взглянуть на обворожительную Ену. На удивление, большее внимание близнецы уделяли Альде. Может, увидели в ней еще одну подругу, а может и что-то еще. Винера, наконец, показала Альде все приемы лучника и теперь только следила за правильностью их выполнения. Флюша и Кацо оказались ручными питомцами Ане. С тех пор, как она очнулась, они постоянно крутились возле нее. Девушка рассказала, как спасла Флюшу еще котенком. Охотники убили ее мать. А Кацо нашел их сам, просто прибежал и стать жить с ними.

В этот день Альда отрабатывала стрельбу левой рукой. Винера, близнецы и кошки сидели поодаль и наблюдали за тренировкой. Ена разожгла с помощью магии небольшой костер, который согревал Ане и Винеру. Самой Ене дополнительный обогрев не требовался, так как она по призванию являлась чародейкой огня. Из рассказа Ане Альда узнала, что у каждого чародея есть три параметра: стихия, оружие и особый дар.  После ее слов, девочка поняла, что значили их слова про меч-огонь и щит-воду.

– Расскажи про хранительниц, – запыхавшаяся Альда приземлилась рядом со своими наблюдателями.

– Что ты хочешь услышать? – Винера начесывала Кацо за ухом.

– Как связать себя с воином?

– Это спрашивай у Ане. Это по их части.

Альда перевела пытливый взгляд на чародейку. За те дни, что девушки прожили в замке, наибольшей симпатией Альда прониклась именно к Ане. Казалось, ее ничего не возмущало, она была ко всему безразлична, но в то же время не безучастна. Ее ничего не смущало и не выводило из себя. Наверное, именно поэтому гир Терваль оказался к ней неравнодушен. Он всячески оказывал ей внимание, ухаживал за ней за столом, приветственно вставал при ее появлении, да и просто не сводил с нее глаз. Это не могло не раздражать ее сестру, которая привыкла к тому, что все мужское внимание приковано именно к ней. И самым интересным мужчиной для нее оказался, конечно же, тот, что не обращал на нее внимание.

Ену это бесило возмущало и раздражало, в особенности от того, что Ане было плевать на потуги, что одного, что другой. Заметив, безрезультатные попытки Ены очаровать гира, Альда спросила ее, почему она не применяет к нему свое особое дарование. Но ответ ей дала Винера: те, в чьем сердце уже живет любовь, не подвластны ее магии. Терваль, вероятно, уже влюблен.

– Зелье, – ответила на вопрос Альды Ане. – Вы пьете снадобье, изготовленное магом. В составе очень сложные ингредиенты, одними из которых являются части воина и хранительницы.

– Части? – ужаснулась Альда.

– Ну, ты, конечно, можешь бросить туда свой палец, да хоть всю руку, оно сработает. Обычно достаточно волос. Лысые кладут ногти. Говорят, Тиссамия Доблестная для более сильной связи бросила в котел со снадобьем целый мизинец левой ноги! – Ане и Винера посмеялись. – Потом вы оба пьете и, вот, вы –  связаны.

– А если я буду ранена, я смогу вылечить воина?

– Ох, я надеялась, что ты не спросишь, – Винере явно не хотелось рассказывать. Но она все же продолжила, – как только вы будете связаны, ты начнешь чувствовать свое и его здоровье. Условно говоря, у тебя и у него есть десять единиц жизни. Жить можно с пятью. Если единиц меньше, то здоровье постепенно пойдет на спад, и ты умрешь.

Альда, нахмурившись, старалась улавливать каждое ее слово.

– Допустим, его ранили. Осталось четыре единицы. А у тебя все десять. Если ты его исцелишь полностью, то сама умрешь, потому что четыре единицы после лечения будут у тебя. Но, если ты потратишь на него одну или две, лучше, конечно, пять единиц, то вы оба останетесь живы. Ты спасла его от смерти, сама тоже жива, все вокруг счастливы!

Альда этого не знала, и от новых знаний на душе стало легче. Не обязательно умирать самой, чтобы спасти жизнь!

– Рано радуешься. Часто бывает, что воина ранят смертельно, и единицы его жизни стремительно бегут к нулю. Если рана серьезная, то пяти твоих единиц не хватит. Придется отдавать больше половины, а то и все, оставив одну себе, чтобы попрощаться.

Девушки замолчали. Каждая думала о чем-то своем.

– Я читала, – нарушила молчание Альда, – о Тиссамии Доблестной. В книге написано, что она обратилась в волка. Ты или я, мы тоже сможем так?

– Есть вероятность, – задумчиво ответила Винера. – Эту особенность хранительниц мало изучили. Мама говорила, что на пределе сильных эмоций – страх, паника или что там еще бывает, хранительница может обратиться в свое тотемное животное.

– А как узнать, какое у тебя тотемное животное?

– Мне снится.

– Кто?

– Рысь.

Ена неожиданно так заливисто захохотала, немного прихрюкивая. Винера обиженно посмотрела в ее сторону. Но рыжеволосая ведьма и не подумала остановиться. Она все смеялась и смеялась.

– Енина, очевидно, вспомнила одну историю. Про Давашу.

– Что за Даваша?

– Это правда забавная история, но не на столько, – Ане строго посмотрела на Ену. Та уже успокаивалась и глубоко вдыхала воздух.

– В школе, где мы учились волшебству, на одном из предметов мы изучали хранительниц. Помимо Тиссамии в истории есть еще немало героинь. Но Даваша отличилась. Она участвовала в Великой Бойне. Когда ее воин начал истекать кровью, естественно, она перепугалась, кровь забурлила, и Даваша превратилась в свое тотемное животное. В рыбу. Ена, ничего смешного, – девушка опять давилась от хохота.

– Вы себе это представляете? – хрюкала Ена.

 Винера осуждающе покачала головой. Она не видела здесь ничего забавного.

– Что здесь смешного может быть, мне ее жаль.

– Альда, кто твои родители? – прекратив смеяться, Ена вдруг сделалась серьезной. Винера и Ане тоже с интересом посмотрели на девочку.

– Мать – портниха, отец – рыбак, – заученно выпалила Альда, эту версию придумал гир Дипат на случай расспросов.

– Где вы жили?

– В деревне Писк Кас.

Девушки опять переглянулись.

– Альда, иди, постреляй двумя стрелами одновременно, у тебя это плохо получается, – велела Винера.

Как только Альда отошла на приличное расстояние, они бурно начали что-то обсуждать.

На следующий день гир Дипат устроил необычную разминку для воинов и гиров.

– Сегодня, по просьбе госпожи Винеры, мы устроим командное состязание. Девушки бросают вам вызов! Участвуют две команды – Винера, Анине, Енина и Альда против вас всех, включая гиров. Каждой команде вручаются мешки с сухой краской. Женской команде – красные, мужской – синие. Мешочки должны быть закреплены на стрелах. В игре используется лук. Воинам первого ранга, не умеющим стрелять, разрешается метать краску руками. Побеждает команда, пометившая своим цветом каждого противника из команды соперника. Игра может проходить только на задней общей площадке.  Состязание начнется сразу после завтрака. Победитель награждается выходным!

– Посмотрим, чему ты научилась, Альда, – вызывающе бросил Дрюша за столом. – Спорим, вы проиграете, не успеет и солнце из-за горизонта подняться!

– Почему Винера решила, что мы вчетвером сможем одолеть столько человек? – сокрушалась Альда.

– Наверняка, у нее есть план, – подбодрил ее Котт.

Бойцы в столовой радостно гудели. Что им стоит победить четырех девчонок, да еще и при помощи своих гиров?

– У каждой команды есть время обсудить стратегию до того, как я объявлю начало, – снова пытался перекричать всех Дипат после завтрака, – место сбора синих – здесь, красных – у алькера. Как только в вас попадает снаряд, вы должны молча остаться на том месте, где вас поразили. Если жестами или звуками вы будете подсказывать своей команде положение противника – вы проиграли. Время пошло!

Альда, Винера и чародейки схватили свои стрелы с мешочками на наконечнике и быстро побежали в сторону алькера.

– План таков, – быстро затараторила Винера. – Главное, правильная стратегия. Я и Ане займем позицию на волчьей площадке, что у скотного двора. Ане – щит, поэтому пока ее не задели, ее щит будет меня прикрывать. Мы медленно будем перемещаться по периметру, убирая неосторожных бойцов, и привлекать к себе внимание. Ена, как самая уязвимая, будет на алькере. Постоянно прикрывайся! Стреляй во всех, кто подходит к алькеру. А ты, Альда, будешь нашим шпионом.

– Это как?

– Ена изменит твою внешность. Ты превратишься в первого, к кому прикоснешься. Важно, чтобы никто не заметил, что мы попали в того, кого ты заденешь. Поняла?

– Да, но как она это сделает?

– Дай ей руку, когда услышишь в голове вопрос, ответь положительно.

Ена протянула девочке ладонь. Длинные тонкие пальцы горячо обдали кожу теплом.

Внутри головы Альды, где-то между ушей, за глазами, прозвучал голос Ены:

– Ты даешь согласие на смену облика?

– Да, – также мысленно ответила девочка. По руке прошло тепло от кончиков пальцев до ступней.

– Пока Дипат не скомандовал начало, отправляемся на позиции. Альда, ты с нами.

Ена использовала свой дар, сделав свое тело прозрачным, и незаметно пробралась на алькер. Альда, Ане и Винера ползком добрались до волчьей площадки и укрылись за оружейной. Ане замела их след на снегу.

– Когда будешь среди них, выводи их из игры по одному, пока никто не видит. Стрелы держи в колчане, – прошептала Винера в ухо.

Мальчики на своей точке что-то оживленно обсуждали. Ришар яростно толкался со своим товарищем. Гимон и Терваль еле оттащили их друг от друга. Анумнис и Фар подвесили их обоих на столб позора. Дипат приказал завязать им рты, чтобы не испортили игру. Для надежности Ане заклинанием прилепила их язык к нёбу.

Сердце Альды бешено колотилось от волнения. С планом Винеры у них есть шанс на победу. И было бы хорошо, чтобы победа им досталась без потерь. Дипат объявил начало состязания. Парни ожидаемо разделились на три части по рангам. Каждый отряд отправился на свою площадку для разведки. Терваль, пригнувшись с луком в руках, вел отряд на волчью площадку:

– Анумнис, за оружейную, Фар, внутрь, Грэнди, Маэ, Аризар, проверьте боевые куклы. Остальные – по периметру.

Винера натянула тетиву, Альда достала стрелу, Анумнис медленно приближался к их позиции с луком на изготовке. Он резко выскочил из-за угла и выстрелил, но промахнулся. Судя по его удивленному лицу, он не ожидал увидеть здесь сразу троих соперников и стрелял наугад. От неожиданности, Альда вместо того, чтобы выстрелить в него, шлепнула стрелой ему по голове. Одними губами Винера спросила: «Что ты делаешь»? Альда виновато прижала ладонь к губам. Ане кивнула головой в сторону ошарашенного парня, призывая к тому, чтобы Альда его задела.

«Прости», – тоже одними губами сказала Альда парню и прикоснулась ладонью к его щеке. Анумнис ошеломленно сел на снег, когда увидел свою копию перед собой. Взглядом Винера напомнила ему, что нужно молчать. Но Анумнис не из тех, кто подводит свою команду.

Примерять на себе большое и неудобное тело молодого мужчины очень некомфортно, чего стоят только эти огромные ручищи. Как они вообще оружие держат? Это даже если не задумываться об остальных частях тела.  Бр. Рука Альды-Анумниса держала лук больше, чем ее собственный и, на первый взгляд, тяжелее. Но крепкие мышцы Анумниса позволяли ей не чувствовать неудобства, связанные с тяжестью. Очень сильно девочке захотелось побывать в теле Котта.

– Иди уже, – нетерпеливым шепотом напомнила Винера.

– Нуми, что у тебя? – поинтересовался Терваль.

– Чисто, – пробасила Альда, слегка переборщив с интонацией. Но никто не придал этому значения.

– Ай! – с медвежьей площадки послышался недовольный возглас. Видимо, Ена на алькере не теряла времени.

Альда посчитала, что им нужно обезвредить пятьдесят семь человек.

Терваль громко крикнул:

– Чисто!

В ответ послышался голос Гимона:

– Чисто! Ай!

Гир Гимон получил красную отметину от Винеры. С разных сторон послышались глухие звуки ударов стрел о тела и недовольные возгласы ребят. Шесть человек первого ранга и двух второго ранга удалось обезвредить. Гир Тарм велел занять места на позициях в укрытии.

– Откуда летели стрелы? – спросил у Альды Терваль из их общего укрытия.

Она показала в противоположном направлении от Ане и Винеры. В ту сторону сразу полетели несколько снарядов. Фар сидел рядом безучастно.

– Почему не стреляешь? – поинтересовалась девочка, заключенная в мужское тело.

– Я не могу стрелять по ней.

Тяжело вздохнув, Альда стала искать одиночное укрытие. Она перебежала на противоположную сторону и чуть не получила мешочек от Ены. Рыжеволосая же не знала, в каком обличии сейчас Альда.

– На алькере! Одна из них на алькере! – закричал Котт.

Для Альды открылась прекрасная возможность выстрелить в спину парню, но рука не поднялась. Теперь она поняла, что испытывал Фар, отказываясь участвовать в состязании.

– Вы трое, к алькеру, – приказал Терваль.

Парни прицелились в сторону Ены. Альда решила рискнуть, зарядив две стрелы, и попала по двум своим товарищам. Быстро спрятав голову за сугроб, она услышала:

– Вот дреяггх! – выругался Тарм и выстрелил несколько раз в сторону Альды.

Терваль в это время атаковал Енину. Винера, пока синяя команда отвлеклась на алькер, обезоружила семь человек из отряда Тарма.

В Ену попал Котт, очень сильно кинув снаряд с краской. Девушка злобно пнула стену постройки. Дрюша радостно похлопал Котта по спине и получил стрелу от Альды. Он посмотрел в сторону девочки и увидел Анумниса, который игриво ему подмигнул. По правилам, Дрюк не мог помочь своей команде, после того как получил красный отпечаток, поэтому он злобно пригрозил Альде кулаком. Потеряв друга, Котт бросился в укрытие и столкнулся с Фаром.

– Долго собираешься прятаться? – глумливо спросил Котт.

– Вали отсюда, пока не получил.

– Я должен испугаться?

– Должен, – Фар ударил Котта поддых.

Котт задохнулся, но ответный удар в скулу не заставил себя ждать.

– Прекратите, – Альда подбежала к ним, чтобы разнять.

– Не лезь, Нуми!

– Я не Нуми, – строго посмотрела на них девочка.

Котт по взгляду и интонации сразу понял, кто перед ним.

– Альда? Но как?

– Не время объяснять.

Она хотела выстрелить в них обоих, чтобы вывести из игры, но решила предоставить эту возможность Винере.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.