Самопознание
Метафизика Разума
Марат Ге

© Марат Ге, 2025

ISBN 978-5-0056-2443-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Слово «метафизика» означает буквально «после природы», поскольку «физика» здесь это «природа», а «мета» есть «после». Но если чуть более складно, то лучше сказать бы «за горизонтом природы», имея в виду тем все, что находится за горизонтом окружающей действительности. И, в первую очередь имеется в виду тем, конечно же, бог. Потому и следовало бы начинать говорить, конечно же, богом. Ибо, именно бог и является исходной метафизикой всякого. Стало быть, слово метафизика используется не в узко академическом, а в самом широком, обиходном смысле.

Однако, другой ведь может в бога не верить, а более того, отрицать даже и вероятность существования того. Хотя, если нет никаких доказательств, то и такой атеизм суть такая же вера, но только без бога. Стало быть, внутренней метафизики никакой позой ты не отмажешься. Выходит, что вовсе без метафизики и людей-то не бывает на свете. Поскольку не может быть и жить человек без каких-либо произвольно принятых представлений, которые, хотя и не доступны в опыте существования, но, тем не менее, воспринимаются вполне достоверными. Причем, может быть это всем чем угодно, если уж за горизонтом очевидной действительности есть много чего и без бога. Потому и много еще о чем говорится, как о вполне достоверных вещах. Например, вот о мировом духе у Гегеля. Ведь ясно, что совершенно беспредметное выражение да еще и заимствованное из натуральной магии. Тем не менее, ничуть не смущаясь его неопределенностью выстраивается целое учение в итоге. Впрочем, говорится о том не для того чтобы поумничать, а чтобы наглядно показать, что именно есть в человеке та метафизика. Хотя и, казалось бы, той даже не заикается на слове бог то и дело. Тем не менее, это есть свой уровень веры, сложившийся из произвольно принятых допущений.

Конечно, обычно, живешь не обращая на это внимания. Поскольку представляется совершенно не важным. Ведь, если не заниматься мыслительной практикой, то и метафизика та совершенно не нужная вещь. Значит, коль занимаешься, стало быть, нужная. Ибо, становится исходной базой мышления. Значит, вопрос уже не ставится так, мол, истинно это или не истинно? Ибо, истины в том не может быть в принципе, поскольку выбирается же на твое усмотрение, то есть какую выберешь, такая и будет.

Разумеется, некая база мышления даже и в текущей жизни у каждого есть. Пусть бы и никто о том не задумывался. Стало быть, складывается она чисто стихийно. Однако, не может оставаться вовсе неважной. Ведь любая твоя метафизика, которую не замечаешь в себе, является исходным пунктом всех твоих размышлений. То бишь это некая исходная данность, в которой ты условно находишься. Причем, не имея исчерпывающего знания о том, что та данность именно такой и является, какой ее себе представляешь. Значит, ничего определенно не знаешь, но предполагаешь вероятным, что именно так все и есть. Лишь потому и допускаешь в себе ту исходную данность.

Словом, коль это в любой момент готово подложить те свинью, то и получается подленькой штучкой. Потому и надо бы почаще оглядываться на свою метафизику, испытующе смотреть ей в глаза, пытаясь угадать, что такое еще может та выкамаривать. Ведь в таком положении жить в полной уверенности, что тыл твой в полном порядке это и вправду верх глупости. Поскольку твоя метафизика, это словно пленный солдат, который только и глядит, как бы сдать тебя и сбежать. Потому и коль это есть некий аналог веры в тебе, то и мораль здесь такая, что веру ту хорошо бы почаще менять. Ну, а чтобы менять, сначала надо бы ея сформулировать. Стало быть, о том вот и далее речь.

Ничто

В философской традиции есть исходная чесотка установления всех времён и начал, в смысле изначального состояния вселенной, когда ничего еще не было. Во многом это обусловлено просто верой в творца. Неважно как называется оный, но в творца, который и сотворил якобы все. То бишь выглядит это следствием веры, дерзнувшей осмыслить с нуля весь акт сотворения. Словом, сверхценная идея, нечто вроде аналога веры. Однако, в каждом же есть своя метафизика, то бишь то что принялось без обсуждения исподволь. Стало быть, разговор сей о том, что есть и такая вот база мышления, которую хочешь – не хочешь, а примешь, коль уж взялся о том говорить. Значит, представление о сотворении вселенной с нуля и под ключ придется-таки принять.

Вот, а чтобы от чего-то оттолкнуться можно воспользоваться коротеньким определением Бытия, как всего неопределенного и непосредственного, которое дано в Науке Логики Гегеля. Впрочем, понадобилось оно лишь потому, что далее еще подтягивается понятие Ничто и ставится вровень понятию Бытия. Сталось, вот и воспользуемся тем как стартом уже в собственной логике. Ибо, если уж искать начало всему, то и следовало бы, прежде всего, уточнить, что Бытие есть просто понятие. То бишь это ни то, что имеет быть само по себе, а лишь понятие о том, что имеет быть само по себе. Вот, а далее уже уточнить бы еще какого же рода это понятие. Скажем, когда говоришь «дом», то дом ведь видишь воочию, а когда говоришь «дома», то никаких «домов» не видишь уже. Поскольку невозможно увидеть враз все дома. Стало быть, понятие «дома» есть обобщающее все существующие, которое способны мы понимать только исходя аналогий. Таким же вот образом и понятие Бытие есть обобщающее, которым обобщается все существующее, все имеющее быть во вселенной. То есть обобщается тем некое неисчислимое множество всего существующего. В виду того и оказалось же невозможным составить о том действительное представление. Хотя, установить существование, наличие всего, исходя аналогий, мы способны вполне. Но помимо того есть еще и такая деталь, что тем понятием дается описание только, а чтобы дать еще и определение тому придется ответить, а что оно есть Бытие? В смысле, чем является оно вообще и во всех своих частностях? То бишь чем является оно анонимно? Если речь только о том, чтобы дать не поимённое, а анонимное определению всему, разумеется, это есть Нечто вообще.

Однако, если есть Нечто, то отсюда и вопрос, а куда бы вложить теперь это. То бишь вопрос собственно в том, а в чем же находится Бытие? Если без ответа вопрос сей оставить никак невозможно, то вместилищем Бытия пусть будет Безмерно Великая Пустота. Однако, если на минутку представить ту пустоту, где будто бы нет еще ничего, то во-первых расценивать это пространством никак невозможно. Поскольку пространство есть либо нечто ограниченное – либо же замкнутое само на себя. Вот, а поскольку Безмерно Великая Пустота не является ни тем – ни другим, то и никаким пространством та не является, это первое. Однако, это опять-таки описание лишь, а что есть та сама по себе? Несомненно, это только Ничто. Вот, а чтобы поставить в том точку уже надо б добавить, что как Бытие, так и Безмерно Великая Пустота есть понятие описательное, а определяющим того и другого является Нечто и Ничто.

Так вот, если бы это Ничто оказалось статическим можно бы все здесь и закончить, но нет же, является динамическим, изменяющимся. Разумеется, Нечто влиять на Ничто не может никак; взаимодействие здесь невозможно вообще. Сталось, чтобы Ничто изменялось бы необходимо еще что-то такое же. Однако, предположить еще и второе Ничто никак невозможно. Ибо, иначе, обретая существование, оно превращается в Нечто. Стало быть, если Ничто потому да Ничто, что не существует оно, значит, есть только одно. Однако, если это среда динамичная, значит, есть своя полюсность в ней. Например, вроде северного и южного полюса пусть. Впрочем, не будем плутать в аналогиях. Ведь если это является Безмерно Великой Пустотой, значит, непременно должна быть еще и Безмерно Малая, как некоторое обратное значение Безмерно Великой. Нет, не элемент Безмерно Великой, а некая равнозначная, убывающая в бесконечность точка либо пуповина на теле её. Собственно благодаря ей и сохраняется же равновесие целого. Ибо, теперь та, ни расширяясь – ни сжимаясь, абсолютных значений уже не может достичь. Поскольку сначала таковых просто нет, а значит и пределов расширения и сжатия нет. Однако, критические значения когда целое разлетается вдребезги все-таки есть. Сталось, такой вот сдерживающей силой как раз и является убывающее в бесконечность Ничто. Вот, а теперь, чтобы умозрительным основанием всему поставить то, непрерывно расширяющееся и непрерывно сжимающееся в бесконечность, Ничто, остается лишь вынуть все те допущения либо предположения сотворения Вселенной. Ибо, если даже рассматривать это как условный ноль, поскольку ни расширяясь – ни сужаясь в бесконечность значения абсолютного нуля достичь та не может, тем не менее, это не начало в акте сотворения вселенной, а только исходная почва существования Бытия постольку, поскольку Нечто без Ничто невозможно.

Бытие и Сознание

Метафизика довольно древняя тема и мировоззренческая ошибка своя в ней издревле есть, а объясняется оная ограниченностью человеческим бытием. То есть тем, что оценивая все вокруг себя исходя из себя, человеку казалось, что если однажды родившись непременно помрёшь, то и вселенная поди же появилась однажды. Понятно, что это лишь допущение, но в виду того и появляется же мировоззрение о том, что если судьба человека такая, то и у вселенной поди же подобная, а значит и у вселенной свое начало и конец должно же быть. Логика, разумеется, скользкая. Ведь столь же гладко выстраивается и обратная, а именно что вселенная в целом не появлялась вообще, а есть, была и будет всегда. Ибо, если все сущее непрерывно само по себе появляясь, непрерывно же в никуда исчезает, то этого уже и достаточно для извечного существования вселенной вообще. Казалось бы, сколь просто сделать и такое вот допущение, но не делается потому, что его никак не применить к человеку.

Впрочем, пора бы и непосредственно заняться предметом. Скажем, вот взять Бытие, как все имеющее быть, да обозначить во всем, что имеет быть два аспекта, где один есть проявленный, а другой непроявленный. Значит, проявленное это уже существующее, а непроявленное это еще не существующее. Проявленное это существующее, как бесконечный процесс появления, становления и исчезновения, а непроявленное это нечто существующее как извечное состояние. То бишь если проявленное существует как бесконечный процесс появления и исчезновения, то непроявленное не претерпевая никаких изменений, существует извечно. Стало быть, если проявленное бытие вдруг полностью сгинет однажды, то непроявленное сохранится в неизменном же виде. Ибо, поскольку проявленное и непроявленное есть противоположные полюсы Бытия, то и допустить в том некое общее начало или конец никак невозможно.

Так вот, если непроявленное все еще никак не назвалось, то и потребуется же особое название ему. Причем, подходящее название, казалось бы, есть. Вот разве называется им нечто другое. Имеется в виду слово Сознание, которым называется обычно исторически сформировавшееся сообщное Знание всего окружающего. Конечно, если это исторический багаж Разумения всего человечества, то и действительно называть бы это Сознанием. Однако, если и называть так, то непременно уточняя, что утилитарное. Ибо, утилитарное Сознание это не касается вовсе того, что есть само непроявленное. Хотя и по существу это однородные вещи. Разве что непроявленное будет Сознанием Вселенским, а сообщное Знание исключительно мирским, человеческим. Посему и корень слова сохранится, конечно, но чтобы не создавалась бы путаница человеческое лучше называть бы Осознанием, а вселенское просто Сознанием.

Ну, а чтобы почувствовать разницу можно устроить такой опыт себе. Скажем, берешь пару бутылок водки да размеренно пьешь, покудова не свалишься, не отключишься напрочь. Вот, а очнувшись поутру да силясь вспомнить, где ты находишься и познаешь наглядно, что представляет собой Сознание Вселенское. Ибо, его человек способен рефлексировать лишь вылетая из потока текущего времени, когда мышление наглухо втыкается в пробку. Стало быть, Осознание свое познаешь чуть позже, приходя потихоньку в себя. Разумеется, это самый радикальный способ сравнения, но и самый доступный. Вообще-то есть и специальная техника, которой достигается то же самое. Но техника та все же восточная, а значит и мутная. Потому и не возьмусь называть вслух нечто такое.

Таким образом, если вселенское Сознание определить еще и Антитезой Бытия, то, казалось бы, это и все. Однако, чтобы это не осталось просто заумным словом каким-то, можно вспомнить здесь же как печатались прежде фотографии из негативов. Ибо, вселенское Сознание собственно и есть такой же вот негатив всего существующего, обобщаемого в одном слове Бытие. Правда и это не все. Ведь в знаменатель всего Небытие выставляется, то есть буквально то, что не существует, не имеет быть. Казалось бы, что о том говорить, если не существует оно? Однако, говорить же придется. Поскольку вот в том не существующем и пребывает бытие и сознание. Потому и затеваясь говорить о началах и надо бы заложить в основание те три кита, которые называются Бытие, Сознание и Небытие. Ибо, без того предметно говорить о том невозможно.

Свет и Тьма

Когда говорится Свет и Тьма подразумевается, что мир сей пребывает, безусловно, во Свете, а Тьма уже нечто потустороннее, которое есть где-то не здесь. Почему это так? Потому что представлениям Свет и Тьма придается религиозное значение. Отсюда и Свет олицетворяется как нечто божественное, а Тьма уже ровно обратное. Потому и, затеваясь о том говорить, следует напрочь забыть все религиозные представления и взглянуть на это как на физическое явление просто, а после уже вновь задаться вопросом, так мир сей во Тьме пребывает или все же во Свете?

Однозначного ответа, казалось бы, нет. Поскольку же есть День и есть Ночь, и, День, сталось, во Свете живешь, а Ночь же во Тьме. Однако, думаешь так потому, что недосуг оглядеться, мол, а День это действительно Свет или Освещенность простая? Так и остаешься же с тем, что День наступает благодаря Освещению Солнца, а значит исчезни Солнце назавтра, так следом же наступит Ночь навсегда либо полная Тьма. Исходя сего, вот и получается так, что мир сей пребывает во Тьме и никакой другой действительности оный не ведает. Потому и, рождаясь во Тьме, весь век свой до скончания дней и пребываешь во Тьме. Естественно, если подлинного Света никто не изведал, то и Освещенность воспринимается Светом. Хотя и это лишь заменитель Света, а не подлинный Свет.

Значит, вот и дознаться бы, а где же есть та действительность Света? Конечно, заготовленный ответ здесь такой, что это потусторонняя действительность, наверное. Однако, коль ответ сей оказывается предположительным, то и остается же думать, что действительность Света, как и действительность Тьмы имеет быть здесь и сейчас. То есть мы одновременно находимся и в том, и в другом, хотя и видим лишь явление Тьмы. Казалось бы, какая же странность… а если вспомнить, скажем, обычный разговорный язык, который людьми понимается, а животными нет, то и будто бы ничего странного нет. Тем не менее, если такая действительность является так избирательно, то и представить это общим свойством Вселенной никак невозможно, а иначе виделось бы и то – и другое. Отсюда и если это не свойство Вселенной, значит, осуществляется только, а следовательно же определяется категорией Небытия, пусть бы и несуществующего, но осуществляемого. Стало быть, тем что сама по себе не существующая Тьма либо Свет становится видимой производится суть тот же эффект, когда сама по себе несуществующая музыка, осуществляясь воспроизведением на музыкальных инструментах, становится действительно слышимой.

Таким образом, вписывается еще дополнение тому, что Небытие во Вселенной осуществляется в двух противоположных обличиях Света и Тьмы либо коль по-житейски сказать лицевой да изнаночной стороной, где лицевая, разумеется, Свет, а изнаночная – Тьма. Вот, а чтобы не оставлять это просто отвлеченной идеей можно вспомнить хоть бы и радугу, которая, не существуя сама по себе, суть также вот осуществляется. Кстати, если сказать, что светлая сторона Вселенной не обнаруживается вовсе, то это будет неправдой. Ведь как в воде вдруг пузырьки появляются, также и во Вселенной убывающее в бесконечность Ничто. Вот, а в человеческих аналогиях это вроде пуповины Вселенной, которая в виду того, что не может исчезнуть совсем, появляется все время в разных местах. Сталось, проблема пупка того в том, что это не абсолютный ноль, а только условный. Потому и не может бесследно исчезнуть. Однако, короткое замыкание Света и Тьмы в том пузыре должно бы все же случаться. Понятно, о том покудова даже догадки нет никакой. Однако, если вдруг обнаружатся какие-то пузыри во Вселенной, в которых существование чего-либо невозможно вообще, то это, наверняка, и должно быть пуповиной Вселенной, в которой Свет и Тьма обнуляются.

Пространство и время

Созерцая небо в ночи, можешь представлять себе будто бы видишь вселенную. Пусть бы и панорама не полная, а частичная лишь, тем не менее, восприятие воображает пространство уже протяженность. Хотя и пространство это, есть лишь продукт умозрения. Ибо, подлинное Пространство есть либо нечто ограниченное – либо замкнутое само на себя, как, скажем, помещение некое либо вообще вся земля. Стало быть, если оно ничем не ограничивается и не замыкается само на себя, пространством это называться не может. Тем не менее, проецируя на небеса свои земные условия воображается это пространством. Хотя, если задаться вопросом, мол, а что ж там вне моего земного умозрения имеется, так явно увидишь Безмерно Великую Пустоту, где существуют некие россыпи звезд, благодаря которым и прочерчиваются умозрением те пути, составляющие в итоге некую геометрию пространства. Хотя и на самом же деле это только иллюзия, самообман, никакого пространства там нет, все это лишь Безмерно Великая Пустота.

Так что же может представлять та собой? Скорее необозримое что-то вроде безбрежной стихии морской, которая манит и одновременно пугает. Но пугающая безбрежность ея проявляется только во Тьме. Ведь если умозрением переместиться во Свет, то и далее вытянутой руки ничего не увидишь. Поскольку любая Освещенность, которая источается звездами, просто померкнет пред истинным Светом, а значит, не увидишь ни звездного неба, ни пространство не нарисуешь в уме. Вот и выходит же что хрен редьки не слаще, коль во Тьме ты терялся в безбрежности, а здесь потерялся словно «ежик в тумане».

Сталось, это одно, а уже другое отличие в том, что время есть только во Тьме. То есть на светлой стороне Вселенной времени нет. Поскольку время само по себе не существует вообще, но во Тьме оно появляется все же и не как умозрительное построение какое-то, вроде того же пространства, а как осуществленная категория Небытия, причем и фундаментальная. Сталось и вопрос теперь в том, а в чем осуществляется время?

Разумеется, это есть Солнце, если называть так все светящиеся на небосклоне звезды вообще. Собственно, это и все чем осуществляется время. Правда, время это в центре одно, а на периферии другое. Ибо, в центре оно появляется в том, что свечение звезд вечно продолжаться не может, а значит и есть же своя продолжительность, которая измеряется исходя внутреннего режима свечения. Когда же на периферии время осуществляется просто циклом движения этой звезды. Стало быть, осуществляется в целом, как периодом существования самой звезды, так и периодом движения ея на небосклоне. Вот, а поскольку на небосклоне светлой стороны вселенной тех светящихся звезд просто не видно, то и естественно время там осуществляться не может. Значит, будем же помнить, что на темной стороне вселенной время осуществляется благодаря светящимся на небосклоне звездам и благодаря тем бесчисленным россыпям и есть же жизнь в частности здесь на земле.

Пожалуй, тем и поставится крест на всех измышлениях о потусторонних мирах. Ведь если на светлой стороне Вселенной допустить нечто такое, то и уткнется все в то, что это в принципе невозможная вещь. Поскольку человек, как и все живое вообще, нуждается равно и в освещенности, и в затемненности. Ибо, именно та смена освещения и затемнения и обеспечивает же функционирование внутренних часов организма, а значит и жизни самой. Отсюда, если в такой действительности живому жить невозможно, значит, и жизни там нет. Стало быть, рождаемся во Тьме не потому что мы падшие, а потому что живые.

Солнце

Свечение солнца, известно, объясняется некоей химией, в смысле химических процессов. То есть если на сей счет потребуется какая-то выкладка, то все как надо имеется. Однако, в тех процессах имеется ведь еще и чисто событийный момент. Скажем, чтобы пищеварению запуститься, необходимо же съесть что-то сначала. То бишь чтобы химия та запустилась необходимо сначала свершиться событию и если уж не обед, так перекус хотя бы, а без того никакая химия никогда не запустится. Разумеется, это не исключение вовсе, ибо суть также запускается любой химический процесс вообще, в том числе и свечение Солнца. Стало быть, чтобы включиться такому свечению, необходимо сначала свершиться событию. То бишь нечто одно должно схавать нечто другое, а чтобы схавать его это другое должно в наличии быть. Ибо, без того никакой процесс свечения атмосферы никогда не запустится. Все очень просто, чтобы включился светильник необходимо замкнуть плюс и минус, а потом уж и сияй се как знаешь. Стало быть, химия химией, а если событие то не замечается даже, то и химия та никак не серьезная.

Словом, если упущение это исправить, то и что именно хавает это нечто другое понятно вполне. Разумеется, это атмосфера планеты, что внутри Солнца находится, а вот хавает та наверняка же воду. Поскольку ничего другого в сравнимых масштабах нет на земле. Однако и вместе с тем это уже и не та вода что известна. Поскольку известная, как испаряется в атмосферу, так и проливается обратно дождем. Стало быть, это вода уже некоего четвертого состояния ни твердого, ни жидкого, ни газообразного. Так какого же состояния может сбыться вода, которая не проливаясь из атмосферы обратно на землю дождем становится топливом сиянию Солнца? Если уж не обнаружилась доси поди же не иначе как бесплотная есть. Конечно, это предположение лишь, а точнее дознаемся, когда вещество то само же откроется. То бишь получается, что никогда. Тем не менее, это неизвестное вещество никак не сотрешь ведь. Значит, придется признать, если без того неизвестного во Тьме никогда не воссияло бы солнце, а равно и никогда не сталось бы Время. Таким образом, некое предположение о том, как зажигается солнце на небе и звезды вообще, пожалуй, имеется.

Реальность

Читая Бхагавад Гиту, то и дело встречается слово Майя, которое хотя и переводится словом Иллюзия да не уточняется же как его понимать. Похоже, как свалялось во рту, так тут же и в оборот речи вошло, мол, как бы преодолеть теперь это? Все бы хорошо, нет слов. Вот если бы еще понимать, а что же преодолевать-то придется? Впрочем, читалось это давненько. Возможно, определение какое-то было да не вполне удовлетворительное. Вот и не вспомнилось. Хотя, ведь понятно и так, что подразумевается Иллюзия реальности, то бишь того что представляется подлинным. Вот и недоумевается все, а чего бы это Реальность привиделась Иллюзией вдруг?

Если попробовать объяснить превращение такое, наверняка же, причина тому есть Разумение. Поскольку между тем что есть Видимое и тем что Видится скрыто присутствует посредник, которым и является Разумение, интерпретирующее все Видимое. Потому и Видится же не само по себе Видимое, а лишь Интерпретация Видимого. Такой механизм восприятия в человеке реализуется по умолчанию. То бишь это не особенность продвинутых, а вообще всех людей. Разве что далеко не каждый же обратит на это внимание. Однако, нет – нет да и случались же свидетельствующие о том, что между тем что есть Видимое и тем что Видится скрыто присутствует Интерпретатор всего Видимого в лице Разумения. Причем и случались же издавна выясняется. Сталось, вот чего и ведутся же извечные разговоры о безмолвии Разума. Хотя и на самом деле это скорее лишь пауза, которую удается поймать другой раз. Впрочем, довольно б о том. Если разговор сей затеялся в определение того, что есть Иллюзия, выяснилось, что это Реальность или Действительность, коль по-русски сказать.

Подсознание

В человеческой жизни различаются легко два аспекта, где один есть Очевидная жизнь, а другой Вероятная. Имеется в виду, что одно осознается, как нечто явное, очевидное, а другое не осознаваясь и не проявляясь само в очевидном, проявляется лишь как некий фон сопровождения того очевидного. Немного сложно сказалось, надеюсь понятно, что имеется в виду Подсознание. Так вот обычно это представляется так будто бы там складывается все, что некогда виделось, слышалось и сталось не актуальным уже. То есть это нечто такое, что видится, слышится да не замечается, не придается значения. Сталось, параллельно происходящее это и есть предмет Подсознания. Однако, это все же не именно так. Поскольку это предположение лишь, что амплитуда восприятия Подсознания собственно та же, что у Осознания. Причем и предполагается это просто из допущения, что Подсознание будто бы есть нечто вроде подсобного помещения Осознания. То бишь самостоятельного значения не имеющее, якобы. Собственно это и есть то принципиальное заблуждение, которое не позволяет увидеть, что в действительности амплитуда восприятия Подсознания несравнимо шире; что в Подсознании, словно бы в мясорубке, прокручивается много такого, чего и вообразить себе невозможно. Словом, если амплитуда восприятия Осознания немногим шире обзора в дверной глазок, то в Подсознании обзор той уже как через открытую дверь. Хотя и оттуда мы ни то, чтобы мало что знаем, а чаще и представления не имеем о том. Пожалуй, в этом и есть же некоторая тайна вероятной жизни человека. Хотя и не тайна, скорее, а просто неведенье.

Ну, а рассеять это неведенье проще всего будет тем, что называется Гений. Ведь это и есть же суть то, что из Подсознания проросло в Осознание. То бишь если условиться, что это вовсе ни то, что может с неба свалиться, то и остается лишь то, что проросло из Подсознания. Конечно, буквально понимать это не следует. Ведь то что сбывается в Подсознании, далеко не аналог тому что проросло в Осознание. То бишь это не тождественные вещи, знак равенства здесь никак не поставить. Поскольку как очевидная жизнь есть свой особенный опыт, так и вероятная. Вот, а опыт той потому же и опыт, что является настолько индивидуальным, что сколь бы ни был похож на какой-то другой, а именно вот этот вот повторить невозможно. Стало быть, опыт не воспроизводится заново, не стандартизируется и тем более же опыт вероятной жизни, если даже и тот, что проходит у тебя на глазах точь-в-точь повторить невозможно. Вот почему и опыт очевидной жизни человека не есть же аналог опыта вероятной. Более того, в том даже и подобия нет, чтобы сопоставив одно и другое опознать хоть сопутствующей парой друг другу. Сталось, это и есть то идеальное соотношение двух параллелей, которые хотя и сопутствуют друг другу, но никогда и ни в чем не пересекаются.

Порой это случается, что Вероятная жизнь вдруг пробьется в Очевидную и сформулируется совершенно неожиданным образом. Однако, еще более неожиданное в том, что никакая формулировка такая не является окончательной. Поскольку изначальный опыт созерцания подвергается транскрипции на язык очевидных представлений и понятий, который никак не является совершенным. Потому и опыт вероятной жизни всегда остается сокрытым. В той связи и вспоминается опыт Фридриха Ницше, но не в смысле того, что удалось добыть ему в рудниках вероятной жизни своей, нет. Ибо, все им написанное это вовсе ни то, что сподобился автор в вероятной жизни прожить. Понятно, никто не берется оспаривать творческое наследие его и, тем не менее, несоизмеримо интереснее будет все же опыт вероятной жизни философа. Ибо, именно там осталось все сокровенное. Ибо, именно там бросил философ свой кладезь.

Вот, а в завершение же надо бы дать сему название какое-то. Скажем, если говорить о вероятной жизни в традициях натуральной магии, то и наверняка потусторонней назвалась бы. Конечно, там это совершенно пустое не имеющее определения слово. Однако, здесь вот все определения имеются. Так почему бы не приспособить это слово сюда, если более подходящей предметности и не придумать тому? Конечно, терминология та очень затертая да и в словоупотреблении же нечто вроде заумного мата. Ибо, нужное будто бы слово, а куда приложить, никак не придумаешь. Вот и зудится ж на языке почем зря. Так если без дела толчется, почему бы не установить названием вероятной жизни его.

Словом, это необходимо в умозаключение тому, что если Осознание сказывать Посюсторонней, а Подсознание – Потусторонней реальностью, то следует оговориться и в том, что обе реальности в человеке являются параллельно и одновременно; что обе являются в каждом отдельном человеке и вне конкретного человека нет ни одной – ни другой. Иначе, никакая реальность не может явиться разномоментно, разновременно, чтобы одна явилась б сейчас, а другая потом. Нет! Все является сразу же враз, здесь и сейчас.

Осознание

Коль уж слова вокруг Сознания вьются заодно б обозначить и то, что Сознание само по себе есть непроявленное Бытие. Стало быть, когда говорится в утилитарном смысле о том, то имеется в виду социально-исторический опыт всего человечества, сформировавшийся в обобществленную память Разумения всего окружающего. Отсюда и следовало бы понимать, что подлинное Сознание не имеет быть в человеке; что хотя и может оно иметь отражение в нём, но лишь следствием воздействия извне. Впрочем, это издревле и довольно подробно известно. Вот, а чтобы избежать двусмысленностей словоупотребления и условились же утилитарное сознание называть впредь Осознанием, коль уж именно тем оно и является.

Таким образом, если в началах Сознания определились уже, то определиться бы и в началах Осознания также. Поскольку внешнее представление о том может не соответствовать тому, чем является оно исходно в себе. Ведь пусть бы чисто внешне это и вполне конкретная понятийная реальность, которая воспринимается как нечто вполне очевидное. Тем не менее, реальность та мнимая и в действительности не существующая. Ибо, все воспринимающееся реальностью в действительности является лишь интерпретацией Разума всего видимого. Иначе, все видимое становится воспринимаемой реальностью постольку, поскольку это видимое интерпретируется Разумением в целом и во всевозможных подробностях. Стало быть, коль существующее само по себе никакую реальность не представляет собой, потому и называлась же издревле Майя или в современных словах Иллюзия Реальности. Вот, а говорится о том в связи с тем, что Осознание человека и есть именно то, что непрерывно воспроизводит иллюзию Реальности.

Далее, можно б сделать купюру, но тогда пропустится то через что воспроизводится эта иллюзия. Хотя и если есть объект, есть же субъект, значит и особой необходимости разжевывать, казалось бы, нет. Тем не менее, лучше оговориться, что объект здесь Осознание есть, а субъект Разумение либо Разум, скажи. То есть в русских словах Осознание будет предмет, а Разум уже свойство предмета. Причем же коль Осознание есть объект социально-исторический, значит и Разум точно такой. В смысле того, что это общее достояние всех, а не конкретно кого-то. Теперь вот и действительно все.

Но, вместе с тем же и Подсознание есть, которое представляется фоновым восприятием всего, что видится-слышится, но не замечается, а кроме того, якобы, компостируется туда же и все что не актуально уже. Словом, представляется так будто бы роль Подсознания подсобная что-ли вспомогательная. Вот такая правда очевидного и застилает глаза человеку. Потому и не догадываешься, что вспомогательна скорее роль Осознания. Если уж способность восприятия подсознания значительно шире. Правда, восприятие это абстрактное, отвлеченное и суть потому, что интерпретации Разумения нет, а коль так это, стало быть, и восприятие это не иллюзорное, а подлинное. Однако, вместе с тем нет же и никакого опосредования Разума, а значит и в большинстве своем люди без фильтра сего воспринимать ничего не способны, поскольку не способны же воспринимать Видимое как есть. Тем не менее, пусть бы и мало кто что-то видит в том Подсознании, а способность та все равно дана от рождения всем. Разве что впоследствии, как солнце на небе заслоняется облачком, также и Подсознание заслоняется Осознанием. Так вот и оказывается это лишь способностью избранных. Потому и удивляться тут нечему, мол, откуда б «дровишки»? Бо «дровишки», вестимо, из лесу. Да! Из того самого сказываемого Подсознанием. Хотя и все чего вывезешь оттуда разве что на дрова и сгодится. Ведь это совершенно сюрреалистический продукт; нечто вроде картин С. Дали либо попросту говоря полная хрень. Потому и чтобы всё это уложить в нечто сообразное восприятию Разума и приходится же работать, работать и еще раз работать, как говаривал великий учитель, а иначе на свет Осознания из недр тех ничего и не вывезешь.

Потусторонняя реальность

Вот, а теперь это вновь вместе сложить бы да представить вниманию одну и другую реальность. То бишь одна в том будет абстрактная, отвлеченная, являющаяся как Подсознание, а другая конкретная, предметная, являющаяся как Осознание. Разумеется, это ни сей час представленные вещи. Ведь, собственно, это же склоняется потусторонним и посюсторонним в веках. Причем и ничуть не подозревая о том, что само по себе не существует ни то – ни другое.

Известно, эксплуатируется это издревле все. Особенно наслышаны о том из религий. Хотя и подлинно авраамические религии никакого отношения к тому не имеют же. Ибо, все их представления о потустороннем унаследовались из натуральной магии. У каждого народа есть своя домотканая, доморощенная магия, которая исподволь втащилась и в христианство – и в ислам. Словом, заподозрить умышленное извращение в том трудно. Поскольку это выглядит скорее рутиной человеческого жития, которая невольно наследуется из поколения в поколение, словно бы бельевая моль сундуков. Пожалуй и представления о потустороннем, собственно, есть такая же вот моль, разве что в головах. Потому и, перетряхивая былые понятия, следовало бы вложить туда и соответствующие определения, а прежде всего то, что ни потусторонняя – ни посюсторонняя реальность сама по себе не существует вообще; что посюстороння реальность видится так, как видится благодаря Разумению, интерпретирующему все видимое, а потусторонняя же видится и вообще сюрреалистической панорамой, вроде картин С. Дали, поскольку видимое, не интерпретируясь никак Разумением, видится так, какое есть оно само по себе. Потому и впечатление буквально такое, что будто бы видишь чего, а чего оно есть неизвестно. Невидаль и все. То есть ничего подобного видеть не приходилось. Сталось, потусторонняя реальность буквально это и есть. Тем не менее, это не чертовщина какая-то, а неисчерпаемый кладезь человеческого гения. Ибо, именно оттуда и черпаются все те невиданные образы, трансформирующиеся впоследствии в столь же неслыханные идеи. Казалось бы, а почему же в потустороннем столько возможностей? Все очень просто. Сначала потому что панорама восприятия несоизмеримо шире, объемней, а потом же и никаких стандартов разумения нет. Скажем, как нет у детей, видящих все на свете впервые.

Восприятие

В обоснование легализации потусторонней реальности, пожалуй, и довольно б сего. Разве что сказать бы несколько слов и о том, а почему же образуется такая вот сложность? Ведь человек, казалось бы, воспринимает суть то, что имеет существование, то есть нечто действительно сущее. Однако, почему же то что видишь не является одновременно и тем, что существует, что имеет быть? Иначе, почему же видимое не является имеющим быть?

Вопрос, казалось б, естественный, а вместе с тем и, отчасти, нелепый. Поскольку в виду недомыслия и не подозревается обман зрения в том. Вот и полагаешь же так, что между видимым и имеющим быть нет никакой разницы, мол, это, несомненно, есть то же самое. Хотя и чтобы опровергнуть ложное предположение это достаточно лишь иначе сформулировать ту же мысль. Скажем, если предположить что видимое есть то же самое, что имеет быть. Стало быть, имеющее быть должно быть тем же самым, что видишь. Отсюда и должно бы иметь место такое, что взглянул куда в сторону, скажем, и тем самым лишь и воплотилось же нечто в твоем умозрении в некую предметность уже. Однако ж сбывается так разве во сне. В противном случае назывались бы люди богами. Вот потому и есть это так, что между видимым и имеющим быть нет тождества, равенства. Стало быть, имеющее быть есть само по себе, а видимое уже само по себе.

Таким образом и получается так, что все видимое воспринимается реальностью, которая сама по себе вне нашей субъектности более не существует нигде. Собственно, так вот субъектность человека и оказывается же запертой условно в себя. Хотя, это опять же иллюзия, обман зрения. Скажем, каждый развлекался поди, пусть бы и в детстве, бросанием камушек по воде. Понятно, кидается это на дальность полета. Однако, сколь не пролететь бы ему, а камушек в итоге утонет в воде. Собственно и человеческая субъектность вот вроде того же утонувшего камушка. Поскольку теоретически она никак не обусловлена осознанием в точности так, как камушек на дне пруда не обусловлен водой. В смысле камушку все равно где лежать, хоть на берегу пруда – хоть на дне. Так же безразлично и субъектности человека где находиться внутри осознания или снаружи. Поскольку и реальность ведь не обусловлена осознанием в точности так, как всполохи водной глади не обусловлены самой водой.

Вот через такой поперечный разрез вполне очевиден механизм возникновения реальности, которая не существует и вместе с тем непрерывно появляется в точности так, как всполохи воды на поверхности пруда вследствие воздействия окружающей среды. Разумеется, среда та может сформулироваться и в философских терминологиях. Однако, важнее здесь не терминология вовсе, а глубина проникновения в эту среду. Ведь реальность это единственный канал проникновения субъекта в Небытие, Бытие и Сознание. Стало быть, потому и есть это исключительный инструмент познания Небытия, Бытия и Сознания. Оговоримся, лишь инструмент и причем же далеко не лучший. Ведь потусторонняя реальность та, словно бы всполохи воды на поверхности пруда, изменяется только воздействием внешней среды; то бишь влияние человека здесь вообще никакое. Вот, а посюсторонняя реальность есть и вообще лишь то, что пропускается цензурой Разума. То бишь это отнюдь не наблюдение происходящих событий, а лишь сообщение о том, которое, никогда не пресекаясь, непрерывно транслируется Разумом здесь и сейчас! Сталось, инструмент сей изолирует тебя без остатка в себя. Почему и не следует же безвылазно находиться в той замкнутой камере. Ведь достаточно лишь нащупать выход и толкнуть легонечко дверь. Ибо, дверь та не замкнута, нет, а просто прикрыта. Понятно, это выход в никуда. Однако, иначе ты не сможешь преодолеть тотальную власть Разума; того самого который сформировался стихийно на протяжении всей истории человечества.

Созерцание

Все гвозди будто б забились, остался последний, который продается, вестимо, объективной реальностью. Выражение это приходится слышать всем да не всем же на ходу удается понять, что оно в принципе ошибочное. Поскольку никакой объективной реальности нет. Это просто обобщенное понятие о сущем, как обо всем существующем. Стало быть, реальность та появляется суть потому, что воспринимается сущее и воспринимается не отвлеченно кем-то вообще, а каждым конкретно. Ну, а коль так, то и появляющаяся реальность в действительности есть субъективная только. Причем и различается в себе же посюсторонней и потусторонней. То бишь одна реальность очевидная, проявленная, мыслимая, а другая уже вероятная, непроявленная, немыслимая. Впрочем, если посюсторонняя реальность перед глазами у каждого, то и в представлениях она не нуждается, а потусторонняя вот, пожалуй, нуждается. Поскольку доступна лишь обозрению тех, кто способен переступить в себе цензуру Разума. Да, будто бы где и такого рода практика есть. Приходилось слышать, хотя подробно не интересовался, поскольку мне это дано от рождения. Вот и поведаю, сталось, вкратце о том, как это «в лес ходить по дрова».

Значит, основная проблема тех кто в эту чащу захаживает в том, что мышление изо дня в день превращается в помойку, а коль это рабочий инструмент, значит, хочешь – не хочешь, а приходится содержать в рабочеспособном состоянии его. Пожалуй, само по себе это мало кому интересно. Однако, вот тем же самым проще всего осветить и все подробности того, как и что пробивается из Подсознания в Осознание. Значит, полный сценарий того будет в трех действиях, где последнее третье есть рассудочное мышление, поскольку производится посредством языка; предыдущее второе есть образное мышление, поскольку производится посредством образов, знаков; а изначальное первое называлось бы отвлеченным мышлением, если бы отвлеченная реальность та не исключала бы напрочь мышления. Сталось, потому и называется же оно Созерцанием. То бишь объяснить это никак невозможно, поскольку это немыслимо. Хотя и чисто внешне может выглядеть, как глядение в никуда без намека на какой-либо смысл. Словно призадумался вдруг, а о чем и знать же не знаешь и не знаешь потому что не мыслится это. Благо, хоть процесс этот фоновый, то есть занимающий незначительную долю внимания. Потому и может длиться и днями, и месяцами, и годами, а в итоге выдать на-гора тебе нечто, что сказалось однажды, мол, «ёкарный бабай!». Поскольку это вообще ни на что не похоже, что можно увидеть вокруг себя или вообразить в себе. Вот, а эстафету следом принимает образное мышление, чтобы из ёкарного бабая сделать обычного. То бишь задача теперь написать образ того нечто так, чтобы это было бы на что-то похоже; чтобы это воспринималось как-то представлялось. Понятно, что лучше всего все записать. Причем же ничуть не пытаясь впихнуть это в некий сценарий. Просто записать все как есть. Вариантов в итоге получится несколько и как водится взаимоисключающих. Ведь покудова это только сырье представлений, а значит и должно же быть тому так. В итоге эстафета принимается рассудочным мышлением, задача коего, свести все те лохмотья представлений в общую картину и представить это в изустном рассказе так, чтобы это было понятно, хотя бы самому себе изначально. Однако, не забывая в изложении принцип один пишем – два в уме, чтобы не терять попусту время. Поскольку пересказывать все придется, вероятно, не раз и не два.

Конечно, другой может тем заниматься ради того, чтобы порисоваться либо халявы где нарубить и ровно до тех пор покудова не припарит всерьез. Стало быть, если это случилось, то и занимаешься тем потому, что просто не свободен от этого. В смысле буквально неволен уже не заниматься всем тем. В чем именно выражается несвобода такая? Да, собственно, в том что описанный сценарий всякий раз приходится скрупулезно реализовать весь до конца. Поскольку все входящее в тебя, есть словно зараза какая и если заразу ту не переварить, не испражниться, то дрянь та погубит тебя. То бишь вопрос уже так выворачивается, что за жизнь свою ты должен платить? Нет, конечно. Ведь в реальность подсознания тебя никто не выталкивал, ты очутился там просто случайно. Понятно, свои причины тому могут найтись, но причины те не объясняют прямо того чего ты там вдруг оказался. Потому и лучше сидеть бы ровно на жопе да не чесаться там где не чешется. Поскольку реальность вокруг есть только сказка, то бишь в итоге зависит все от того какие сказки ты любишь.

Комментарий первый.

Данная книга представляет собой сборник философских рассказов, которые тематически не взаимосвязаны между собой. Сталось, каждый рассказ может читаться отдельно. Тем не менее, рассказы все собраны в книгу, поскольку объединяются общим сюжетом, который складывается различным способом восприятия предмета изложения. Пусть таким образом и обозначится то, что есть некая тема рассказа, а есть еще общий сюжет книги в целом. Необходимость в том появляется суть потому, что тема находится всегда на поверхности и непосредственно в тексте читается, а сюжет прямо в тексте уже не читается, значит, приходится его в подтексте искать. Отсюда и задача чтения получается в том, чтобы тему рассказа вписать в общий сюжет.

Если продолжить о восприятии в целом, то, известно, что есть экстравертное восприятие и есть интровертное. То бишь в русских словах направленное вовне и направленное вовнутрь, в себя. Причем, внешнее может быть протяженным в пространстве, а может быть и протяженным во времени. Стало быть, предметы внешнего восприятия получаются разные. А, кроме того, пространственное восприятие может быть непосредственным, когда некий предмет видишь в данный момент, а может быть умозрительным, когда непосредственно его видеть не можешь. И, в приведенных рассказах как раз речь об умозрительном восприятии в пространстве.

Если о том, что есть здесь сюжет в общих чертах рассказалось, то можно вернуться к тому, что является темой. И, в той связи, надо бы сразу отметить, что тема их дискуссионной является. Почему? Потому что тема и вообще не может быть истиной. В силу чего и у одного излагается так, а у другого – иначе. И, поскольку это все же моя метафизика, то у меня излагается так, а у другого та же тема может излагаться иначе. Таким образом, тема и остается же дискуссионной всегда.

Но вместе с тем, чтобы обсуждать какую-то тему необходимо обозначить сразу условия. И, первое, сталось, такое, что любая дискуссия складывается на базе наших понятий. То есть тех самых, которые словно бы снежный ком накатались практической жизнью. Стало быть, это чисто эмпирический, не имеющий метафизического значения, продукт. Однако, ведь складывается оный на базе каких-то исходных идей, представлений. И, в той связи если просто сказать, что какая-то идея априорной является, так это все равно что вообще ничего не сказать. Почему? Потому что априорная-то она априорная, но ведь и не сыпется сверху, словно бы снег. Значит, её каким-то образом еще надо добыть, получить. Вот это как раз и есть же исходная данность. Потому и если бы априорная идея в готовом виде нас осеняла, то это и действительно было бы данностью. Но если в готовом виде никого не осеняет она, то ту исходную данность делать приходится. Стало быть, конечный продукт в таком случае будет определяться технологией добычи уже. Следовательно, у одного это будет одно, а другого – другое. Потому и придется же разбираться еще и в технологии добычи идей. Ибо, вопрос здесь ни в том, что кто-то чего-то мог выдумать, а в том, что технология получения априорных идей может у людей отличаться.

Ну, а в заключение нужно подытожить все тем, что всякая дискуссия должна начинаться квалификацией предмета восприятия. То есть того чем является данный предмет. И, если речь о предмете пространственном, то оный должен быть непосредственно или умозрительно видимым. То есть у него должна быть совершенно определенная форма, которая должна ясно описываться. Только тогда данный предмет обсуждения может квалифицироваться, как нечто являющееся предметом восприятия в пространстве. Собственно, тем же способ восприятия определяется далее, который в случае предметов пространственных будет непосредственным или умозрительным видением. Наконец и последнее это метод извлечения априорных оснований предмета, который опять же в случае предметов пространственных здесь подробно описывается и называется созерцанием.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.