Притчи-11
Никита Белугин

© Никита Белугин, 2024

ISBN 978-5-0056-2357-7 (т. 11)

ISBN 978-5-0055-4916-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Чем меньше я имею,

Тем больше за потерю

Я думаю—потею.

И не кидаю хлебом,

Хоть свежим, хоть несвежим.

А видом своим внешним

Не очень-то уж брежен.

Чем больше вы имеете,

Тем меньше людям верите,

Ведь думаете все они

У вас хотят украсть рубли, —

Обманным способом и лестью.

Поэтому, чем быть всем вместе,

Вы ото всех замок повесите.

****************

Плохой человек—он под стать пауку.

Ему отвечать нужно «да» и «угу».

Он издали смотрит красивой букашкой,

Но стать таким мелким не думайте даже.

Как дружбу найдёте с ним – сразу поймёте,

Что вы в паутине – в его переплёте.

Коварный злодей заманил, вам польстивши,

И высосет соки с вас, мухи бесстыжей.

****************

Есть два типа детей.

Одни родилИся от умных людей, —

Таких людей дети стремятся скорей

На хлеб заработать наукой своей.

Таких людей дети на нашей планете

Творят произвол: создают для рыб сети,

Создают экскаватор, создают драм-театр,

Создают космодромы, кроют утвари хромом.

Есть другие ребята – им не многого надо:

Они пьют, они курят, они нравятся бабам.

Они знают, что жизнь эта просто комедья,

Они сильные телом, как-будто медведи.

Они ищут ужалиться ядом лечебным,

Они жизнь проживают и всю её терпят.

А есть третий тип, что-то между двух этих:

Такие ребята и взрослые—дети.

Они сладострастны, подобно животным,

Но Умны подобно ботаникам модным.

Они проклинают жизнь за бесполезность,

Но строятся зданья на их деньги честны.

Они уважают и тех и других,

Они их не делят на добрых и злых.

***************

Есть лица будто птицы,

Жаждут свободой насладиться.

Но для того чтоб измениться,

Придётся им почить в темницу.

Они кричат: «Зачем закон!

Его нарушить всяк рождён.

А глупый мучает себя,

Боится сделать шаг за-зря.»

Мечтой о небе он прельщён,

Но знает есть давно закон:

Рождённый ползать – обречён,

А ввысь взлетевший – бросил дом.

****************

«Критик кино» – это вроде того,

Как когда человек, что болтает давно,

Не заметил что сел, где болтать прещено.

Как и все он пришёл в местный кинотеатр,

Но трезвонит, как будто кому это надо.

ПОМЕХА СЛЕВА

Есть такие люди – и их не мало, – которые родились благородными, но пытаются быть плохими. Они никак не понимают в чём собственно штука, ведь сквернословят как злодеи, плюются бесстыже, при виде непонравившегося им прохожего, презирают противоположный пол и так далее. Таким парнем был и наш персонаж этого рассказа. Был он замечательно умный, не то что бы очень, но если б захотел, то получал бы одни пятёрки и четвёрки в техникуме котором отучился. Он бы может быть даже не курил, но уж тут это кажется было его личное пристрастие, ни от какой не от плохой компании позаимствовано. Может и позаимствовано, но в последствии ему самому понравилось это вредное для здоровья пристрастие. Поэтому в этом отношении хотя бы он чувствовал себя «мужчиной». Выпивать тоже выпивал, но уж был взрослым, под тридцать лет, а никак не понимал, чем спиртное нравится многим его знакомым и не мог выпить более одного стакана вина или бутылки пива, так как не находил в этом удовольствия. Но всё равно делал зачем-то вид, что это ему нравится… У него и жена была не потому что он её любил или был таким уж сладострастником, а потому что у всех его сверстников были и он посчитал необходимым и в этом быть не хуже. В редкие минуты откровения с самим собой он пару раз признавался себе, что ему самому вся эта семейная жизнь, вся эта по-сути ненужная суета по наживанию средств, по улучшению всего и вся материального, как по спирале, – то что несколько лет назад было улучшено, снова нуждается в улучшение, – всё это, чувствовал он, совсем ему ни с родни. Ему блаженно вспоминались порой те дни, когда он жил в родительском гнезде и почти ни о чём не заботился. Но даже не сами заботы тяготили его, а именно ненужность этих забот. «Но как жить по-другому?» – продолжал он обычно эти воспоминания. На этот вопрос ответа он не находил.

Как-то раз наш персонаж ехал по каким-то делам своим на своём автомобиле. Дело происходило летом. Небо интенсивно темнело и предупреждало громом о скором ливне. В это самое время к дороге, по которой ехал наш персонаж, приближался полу бегом молодой человек лет семнадцати. Тут нужно заметить, что есть у людей, по крайней мере русских, такое всеобщее понимание во время каких-нибудь нестандартных обстоятельств, что нужно вести себя по обстоятельствам, а не как обычно, когда всё спокойно. Например побегИ этот парнишка в солнечную ясную погоду, то на него бы некоторые прохожие оглянулись, подозревая его может быть в чём-нибудь. Но сейчас же те немногочисленные прохожие, которые остались на улице, все как один знали причину его спешки, ибо сами были в той же ситуации, но кто-то из них был с зонтом, кто-то близок к убежищу от дождя, а парень же очевидно не хотел стоять возле какого-нибудь подъезда и пережидать неизвестное количество времени, а хотел поспеть до дома. Он выбегал на нерегулируемый перекрёсток, на котором не было ни светофора, ни зебры, но машин тоже не было, кроме машины нашего персонажа. Но на этот счёт парнишка был успокоен, увидев, что тот мигает жёлтым фонарём поворота, который означал, что водитель собирается заехать как раз в ту сторону, из которой он выбегал. Таким образом, он не сбавляя шага, уже видел противоположную обочину перебегаемой дороги, как вдруг почувствовал сильный удар в свой бок, в бок своего тела. Молниеносно в полёте он понял, что его сбила машина. Благо скорость её была не высока, – то есть невысока для машины, а не для пешехода, – и парень это ясно видел, когда начинал перебегать. Упав на землю, то есть на асфальт, он первым делом попытался успеть запомнить номер машины, чтобы в случае чего найти недоброжелателя. И как он не пытался рассмотреть на ещё недалеко отъехавшем авто номер, у него ничего не получалось и он этому даже успел подивиться; как-будто зрение его в миг стало в два раза хуже, как-будто вещи, которые он без труда в жизнь свою мог видеть, стали как бы в два раза удалённее от глаз. Так он и потерял сознание у обочины незаконченной им дороги.

Водитель же так же молниеносно принял решение не останавливаться, взяв в расчёт, что на улице почти никого не было и что с большой вероятностью он сможет скрыться незамеченным, к тому же и дорога по обеим сторонам была облагорожена линиями кустов. Молниеносность его решения проявилась только сейчас, при трусливом бегстве, но если бы она явилась чуть ранее, то конечно ничего бы не произошло. Ехав по делам своим, он действительно собирался свернуть в один магазинчик, но тоже смекнув о надвигающейся буре, решил скорее добраться до своей конторы, в сторону которой и ехал. «И не придётся машину мыть, если успею. Хе-хе.» – подумал он. Таким образом пропустил свой поворот и ясно притом видел человека, выбегающего перед ним, но и не подумал нажать на тормоз, ведь он же прав, беря в расчёт «правила дорожного движения»? «Ведь я же прав.» – думал он, – при этом его лицо приняло какое-то каменно-тупое выражение. Можно сказать и более: тут было нечто мужское, дескать когда человек прав, то он должен двигаться не сворачивая, что бы там ни было. К тому же юноша тот семнадцатилетний был ростом выше него двадцати семи летнего и на глупого подростка мало походил, которому нужно прощать неосмотрительность. Получилось что-то вроде, как если бы он задел его плечом, идя пешком. Только задел он его плечом своего ста сильного коня. Да и в действительности плечом он не осмелился бы задеть такого где-нибудь в тесноте и толкучке, – а то мало ли что, то есть зачем ему это нужно???

НЕ ТОГО СПУГНУЛ

Часов около семи вечера я гулял со своим ребёнком недалеко от нашего дома. День был будний и поэтому на горке, которая и составляла цель всего мероприятия, детей почти не было. Всё было как обычно, ребёнок мой навеселился вдоволь, накатавшись, – впрочем детям кажется невозможно накататься вдоволь в принципе, – но я решил, что пора домой и стал предупреждать о скором уходе, соображая, что пройдёт ещё минут пятнадцать, за которые будет ещё несколько «последних» скатываний… Горка эта была импровизированная, какая-то куча земли, которую то ли привезли, то ли выкопали и не засыпали обратно в яму, но зимой её засыпает снегом и получается весьма приличный детский аттракцион. На ней катались ещё два ребёнка, наверно ровесники моего, то есть годов по восемь; и более никого, кроме ещё двух девочек лет четырнадцати. Девочки эти не катались, а только по девичьему обычаю шушукались и хихикали. Лица их были накрашены, не смотря на очевидную зелёность, не смотря на доходяжность их сложения. И вот в то время, когда я стал подготавливать своё чадо к отправке до дома, к ним подошёл огромный человек, метра два ростом, в капюшоне, так что совершенно невозможно было разглядеть его лица в сумерках зимнего вечера хотя бы сколько-то из-за тени от капюшона; в руке у него была банка какого-то напитка, может быть пива или «джина».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.