Стихофрения
Виктор Тейдев

© Виктор Тейдев, 2022

ISBN 978-5-0056-2205-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ВСЕ БУДЕТ КАК ПРЕЖДЕ

Все чаще я слышу говор да ругань.

Все те же и те же слова.

Куда б не пытался сбежать ты от жизни,

В неизвестность дорога одна.

Забудь на минуту боль и усталость.

Страх, что идет за тобой.

Куда б не вели пути наших знаний,

Ведет все к дороге одной.

Останься, согрейся, возьми как подарок

Тепло наших стремных сердец.

Бог дал нам жизнь для трусов и слабых,

Чтоб у мира был лучший конец.

Я был как Иисус распят на Голгофе
Кучкой подлых бродяг.
Пока не умрем, все будет как прежде,
Останемся все в дураках.

АНГЕЛ

О, ангел Андрей, отдай мне крылья.

Чтоб я их себе надев,

Мог улететь от земли нашей грешной

И в облака взлететь.

О, милый ангел, дай мне надежду.

Ведь я хочу знать наперед.

Что меня ждет старик в белой одежде

Или демон меня сожжет.

Стоя надо мной, расскажи мне о Смерти,

Про ту, что всегда за спиной

Готовит нам путь из еловых веток

В райский сад золотой.

Спаси же меня, ангел и брат
От старухи с кривою косой.
Что терпеливо нас поджидает
И всегда верна нам с тобой.

НЕБЕСНАЯ ДОРОГА

Тяжелой ногой по мягкому полу.

Зефирным кремом зальется тело.

Пурпурной краской затмятся глаза.

Идем Небесной дорогой сквозь облака.

Домой.

Зефирным кремом зальется тело.

Медовый пряник – это не палка.

Узнай свободу сидя в клетке.

Любовь смешалась с кефирной жижей.

Навсегда.

Медовый пряник – это не палка.
Открой окно, вдохни прохладу.
Разрежь птенца, узнай смерть.
Небесной дорогой идем в никуда.
Бежим.

Пурпурной краской затмятся глаза.

Кулак нальется свинцом вражды.

Звездный свет осветит печаль

Сошедших с небес – это мы…

Навсегда.

СПЯЩИЕ АНГЕЛЫ

Пусть спят добрые ангелы.

Мы и без них как птицы.

Кружим над покровом земельным,

Над речками и грязью.

Пусть будет сон их вечен.

Пусть их никто не разбудит.

А ты как птица в небе

Пари и не делайся мразью.

Отдай старику свое счастье.

Отдай свое сердце больному.

Бездомным отдай свою гордость

И смело кружи в поднебесье.

Ведь помни, что добрые ангелы

Спят, но следят за тобою.

Я МНОГО…

Я много жил чтоб узнать суицид.

Я много любил, чтоб узнать пустоту.

Каленым железом по седой голове.

Я слишком страдал, чтоб узнать доброту.

Солнце закрыто тучами в небе.

Я знаю, что это всего лишь мираж.

Я много ждал, чтоб остаться с надеждой.

Я много спасал, чтоб узнать обман.

Хромой не должен бежать как ребенок.

Слепой не может видеть зарю.

Я много верил, чтоб узнать скромность.

Я много отдал, чтоб страдать за одну.

Я много знал, но остался один.
Я много смеялся, чтоб узнать печаль.
Глухая потеря нетленного счастья.
Обрубки жестокости лучше обмана.

ВОТ И ВРЕМЯ…

Вот и время подошло.

Ты стоишь в раздумье тихо.

Занавешены все окна.

Выключила телевизор.

Ты желаешь себе смерти.

Потому что так решила.

В детстве дальнем, очень скучном,

Одиноком и унылом.

Вот и все. Твои минуты

Отсчитала Смерть с косою.

Тело бледное, как ветер,

Рухнуло на пол с размаха.

А таблетки, что остались,
Все лежат на дне бутылки.
Молча слушают дыханье
Умирающего тела.

Телефон звонками громко

Разрушает тишину днем.

Ну, а ты лежишь и смотришь

Мертвыми глазами в стену.

От твоей натуры стройной

Лишь одни воспоминанья.

Да храню я в толстой книжке

Твои фото, что дала мне.

ТАНЦУЮЩИЙ МАЛЬЧИК

Обнаженные дома с интимной стеной

Щерятся пустыми глазницами окон.

Закрытыми тюлем продрогшем на ветре,

Который струится

сквозь разбитые стекла.

Скрипка ругает псов на дороге

И заунывно поет о несчастье.

Мальчик танцует под странные ритмы

Современных народных

английских поэтов.

Искусственный свет зажег все в округе.

И стало светлее, чем днем, несомненно.

Вороны клевали засохшие корки,

То, что раньше было батоном.

А мальчик в экстазе кружил все быстрее,

И руки его были плавны как крылья.

Задрав сильно голову, он оступился,

И был, как и все, затоптан ногами.

Собаки промчались

стремительно быстро.

Облаяв затихшие в ночи мостовые.

И скрипка утихла, поняв основное,

Что главное скрыто

вообще-то не в нотах.

А там, где нет обнаженных строений,

Пугающих мрак и луну этой ночью.

Не в мальчике, что танцевал нам у окон,

А в том, что нет его в жизни и вовсе.

Что не придать белый цвет лицу негра,

Да он и несчастен от этого будет.

И музыка народных английских поэтов

Напоминает мне шум унитаза.

Дождь, намочивший дороги у дома,
Нас восхищает смелостью сердца.
И мы задумчиво смотрим в глазницы
Наших домов, изувеченных жизнью.

ДЕТИ ТУЧ

Дети туч танцуют Ламбаду.

В промокших насквозь

Одеждах кружатся.

И веселятся, они веселятся,

Не видно на лицах их слез.

А где-то под небом живут остальные.

Они и не знают о танцующих детях.

Привыкли они жить по-другому.

И им не до танцев.

А дети кружатся

Под дождями «грибными»,

Им наплевать на людей что под ними.

Живут и танцуют как «заводные».

Они ведь другие.

БЕЗУМНЫЙ СТАРИК

По краю скалы ходит старик.

Он и не знает, что скоро умрет.

Он машет цветком птицам земным,

Хоть он и слеп, хоть не видит он их.

А он упадет вниз со скалы.

И красный цветок накроет его.

Но он будет жить в птицах земных,

Что парят в облаках над ним высоко.

Вот так и я парю над тобой

С красным цветком

как безумный старик.

Душа моя – крылья подоблачных птиц.

А ты та скала, на которой стою…

Я…

БОГ НАУЧИ МЕНЯ

Бог,

Научи меня

Ходить по воде,

Чтоб сандалий своих я не замочил.

Бог,

Научи меня висеть на кресте,

Чтоб я мог увидеть

Свою звезду.

И солнце

Светит не так.

И можно увидеть свою наготу.

Но если ты смелый, то

Путь твой

Не устелен зефирной пыльцой.

И, если пойдешь по нему, то

Будешь истоптан ногами.

Всех тех,

Кто желал пустоты.

И всех тех,

Кто стоял под крестом.

В тот день и в тот час,

Когда ронял я кровавые слезы.

ЧТО ТОЛКУ? (Шуточное)

Что толку в дереве?

Оно слепо и не умеет

Ходить и разговаривать, и петь.

Лишь плачет и шумит,

Когда проказник ветер,

Упившийся свободой, ветками шалит.

Что толку в ветре?

Он ведь как мальчишка.

Играет, юбки теребит.

Но иногда бывает злым, свирепым. Но…

Не умеет тоже говорить.

И плачет.

Плачет как младенец,

Чья соска выпала из собственного рта.

Что толку в соске? Если…

Она так часто выпадает изо рта.

И собственно причем тут соска?

Когда о дереве мы говорили.

Ну дела…

ПРОШЛОМУ ПОКОЛЕНИЮ

Мы знаем цену жизни на свете,

Хоть мы не богаты как вы.

Мы завоюем весь мир на коленях,

А вы даже стоя слабы.

Нам много не надо.

Живем мы все вместе.

И улица – это наш дом.

Мы славы не ищем, хоть мы и поэты,

Оставим нам все на потом.

Мы верим в идеи, в созданье успеха,

Что рождены в стране снов.

Мы будем ждать своих монументов

И спад железных оков.

Все молодёжи давно уж известно.

Мы просто хотим вам добра.

Мы возвращаем то, что нам нужно.

Прощайте, теперь нам пора.

ОНА ЛЮБИЛА ЦВЕТЫ

Она любила цветы,

Открывая всем дверь.

Она любила ночь,

Открывая всем дверь.

Она всех любила, как любили ее.

Утопая в любви, входили в нее.

Я любил ее тоже,

Приходя ночью к ней.

Оставался пить чай,

Приходя ночью к ней.

А потом, раздев себя и ее,

Утопая в любви, я входил в нее.

Она звезды любила
И свет полной луны.
Она хотела быть ей,
Но, свой план у судьбы.
Она несомненно была бы жива.
Если б не вышла к луне из окна.

АННА

Анна каждое утро встречает рассвет

С синими снами,

Оранжевыми облаками,

Каждое утро покупает билет

К голубым Небесам,

Где жизнь как игра.

Ты хотел бы туда?

Она знает все там.

Проводник в ее жуткий Мир

Лишь шприц да игла.

Но когда-то она другою была

И сон был похож на зефир.

А когда-то семнадцать ей было.
Она не знала, что такое кайф.
Любовь для нее словно драйв.
Ежедневно солнцем всходило.
Но юность от нее ушла.
И она, держа смерть в руках,
Растворила в шприце свой страх
И уколом любовь сожгла.

А утром, проснувшись с очередным,

Скажет ему сквозь слезу,

Что смотрела она через иглу

На чувства, что вчера были с ним.

И по-прежнему утро встречает рассвет

С синими снами,

Оранжевыми облаками.

Анна в проклятый Мир покупает билет.

МАСТЕР И МАРГАРИТА 20 ВЕКА

Она тихо прошла по мостовой,

Чуть стуча каблуками

по дорожным камням.

Ты увидел ее из грязных окон

И понял, что это любовь навсегда.

Она шла неспешна, грациозно скользя,

Меж прохожих держа

букет жёлтых цветов.

А ты вышел из дома и шёл попятам,

Пока не догнал ее между домов.

Ты любил розы, как и она.

Ваши встречи были друг другу на пользу.

У неё есть семья как у тебя.

Но в чистой любви нет ни грамма позора.

Вы любили сидеть на пушистом ковре

У тебя на квартире

возле маленькой печки.

И боялись друг друга потерять навсегда,

Не замечая грехов и пороков.

Ну, конец тут прост как никогда.

Как лучший роман кончается тем.

Что Мастер вскрыл себе вены, узнав,

Что Маргарита сидит на игле.

А Маргарита, не выдержав смерть,

Повесилась дома на железном крюке.

Так я закончу свой грустный рассказ

Об их никчемной и страшной судьбе.

КОРАБЛЬ НАДЕЖД

Отдавая им душу,

Отдал им свой дом.

Ты хотел быть свободным,

Но забыл об одном.

Что пытаясь уйти

От пороков и лжи,

Шел к ученьям святым,

Но они миражи.

Ты отдал им свой хлеб,
Отдал им вино,
Но святым мудрецом
Не стал все равно.

Ты хотел быть миссией,
Не хватило ума,
Потому что не верил
До конца ты в себя.

Твой корабль плывет

По надеждам твоим,

Веря только в удачу,

Ожидая гольфстрим.

Он плывет, чуть скрипя,

Гонимый мечтой.

Но вот-вот он утонет

Вместе с тобой.

ДВОЕ

Он был мягким как мёд.

Она тверда как скала.

Он любил свою жизнь.

Она смерти ждала.

Они встречали рассвет

Зная – завтра умрут.

Они шагнут с балкона

Намотав на руку жгут.

Он любил её так
Как любой в сказках принц.
Выполняя без слов
Ее каждый каприз.

Но если б в его
Заглянул ты глаза.
Ты б не принца увидел,
А просто раба.

Он считал ее ангелом,

Что спустился с Небес.

Почитал как святую,

Но в ней жил скрытно бес.

И случилось то,

Что хотела она,

Он остался с ней

В Небесах навсегда.

ЯДЕРНЫЙ ВЗРЫВ

Ядерный взрыв увидал я в окне.

Все, конец. Подумалось мне.

СТАРЫЙ ФИЛИН

Старый филин прохрипел.

Старый филин прокричал.

Он, почуяв мою смерь,

Меня к Перуну¹ провожал.

Конь мой верный уж издох,

Меч булатный заржавел.

И кольчуга тяжела,

Не поднимет и рука.

Только сниться мне весна.

Стон друзей моих в полях,

Что легли за нас с тобой,

Не вернулись все домой.

Трубит Желя² в черный рог.

Знать пришел и мой черед.

Подсчитал мои деньки

Старый, мудрый Числобог³.

В Ирий⁴ путь лежит из звезд,

Волшебством из старых рун.

Нераздельны словно тень

Со мной филин и Перун.

О Перун, прими меня

В свое войско в Небесах.

Будем бить своих врагов,

Нашу землю защищать.

БИТВА

Черный день настал.

Перуна идол горит.

На головах хвосты.

Татар рать летит.

Я принял удар на себя.

Ну кто, если не я.

Моя сотня, все со мной.

Мой меч, и тверда рука.

Страха нет, и рвусь я в бой.

Для Славян нет слова СТОЙ.

Будоражит в жилах кровь.

Я молодею вновь и вновь.

Лязг кольчуг и звон мечей.
Стрелы свист и стон друзей.
Стук копыт и врага крик.
Все смешалось в один миг.

В чистом поле на земле

Воины бьют поклон траве.

И мешая кровь с землей,

В Ирий держат путь святой.

Вкус азарта так велик.

Еще удар, и враг бежит.

А с нами Бог наш и Отец.

Стрелой играя тварь разит.

Мы не отдали им земли.

И битву я не проиграл.

За чаркой медовой воды.

Мы вспомним всех, кто в поле пал.

ИСПОВЕДЬ

Солнце красное ходит по небу,

Ходит засветло, да не в поздний час.

Смотрит искоса, шутит весело.

Словно в камере веселящий газ.

Я изношенный, покалеченный.

Сам себе судья. Сам себе петля.

Посреди зимы, средь листвы дубов

Захворал, да слег на исходе дня.

Вот и ладненько.

Вот и к празднику.

Вот и славненько.

Прости Господи.

Прости грешных нас. Да не в легкий час.

Вся болезнь моя – это Родина.

Где же мать моя? Что землей была.

Где же жизнь моя? Чище скатерти.

Пораскинулось красно солнышко

По родным краям, по родным долам.

Будто семечко средь полей пустых

Проросло сквозь грязь, да и светится.

Только в сказочке счастье лишь в конце,

А на Родине нет его вообще.

Уж хотелось, уж привиделось.

Но как сон плохой в голове сидит.

В голове сидит – улыбается.

Как услышится, так аукнется.

Как аукнется, так и в белый свет.

Сел петух на крыльцо.

Значит быть беде.

Значит волком выть.

Да изгоем быть.

Вся любовь моя червем сожрана.

К моей Родине, к моей матушке.

Жаль ее как больной зуб,

Да и деться некуда.

По сырой земле, да с былиною.

Так-так-так. Что не весел ты?

Приуныл иль случилось что?

Не горюй, все изменится.

Все исправится, да забудется.

Лишь земля твоя, твоя Родина.

Будет жить с тобой. Да умрет за тебя.

Обернувшись ясным соколом.

Превратившись красной девицей.

Превратившись, да в сыру землю.

Да и стать землей. И остаться в ней.

Все сбывается, все привидится.

Образумится, да обрадуется.

Лишь могилка обрастет травой.

ДАЙ СВОЮ ЖИЗНЬ В РУКИ СУДЬБЫ

Меч из ножен рвется в бой.

Конь ретивый подо мной.

Мчит меня на тьму врагов.

Славна будет сечь.

И рубаха, что на мне

С коловратом в рукаве,

Будет крепче, чем кольчуга,

От стрелы беречь.

Первый натиск был отбит.

Я не ранен не убит.

Славная моя рубаха

Берегла меня.

Но минуты тишины

Хуже, чем разгар войны.

Так друзья, бери мечи

И руби с плеча.

ГОСТЬЯ

Уличный фонарь затуманен словами,

Летящих цензурой у окон домов.

Сладкие звёзды кусковатого неба

Тебе пережить осталось одной.

Безумец асфальт, уходящий куда-то,

Молчит подражая бордюрным камням.

Алюминиевый сон завис над кроватью,

Я должен разобраться в нем сам.

Удары звонка, дробящие воздух,

Звучат между горьких цитат.

Ты моя гостья, одетая в дождик

Как этот внизу сонный асфальт.

Осколки тумана скребутся о стекла,
Скучно читая свои к нам права.
А ты, возвращаясь ленивой походкой,
Идёшь по дороге ночью одна.

Запах несчастий, гнилых отражений

В городе темном, таком же как мир.

Он продырявлен ничтожеством жизни,

Чем-то похожий структурой на сыр.

Но ты моя Гостья. Любви нам не надо.

Все это было у нас так давно.

Давай же мы выпьем

за жизнь и за счастье

В мире, в котором нам жить суждено.

СНОВА ЖИВОЙ

Мой ангел упал в стакан с вином

И опьянел под конец.

А бес забрался на самый верх

И не спускался с Небес.

А я оставался по центру меж них,

Топя все в горькой воде.

А я был и чертом и святым

И оставался живым.

Когда растворялась чистота глаз

И колдовской поцелуй.

Мой ангел был пьян плескаясь в вине,

А бес танцевал на луне.

И только я, продолжая менять
Обличия света и тьмы,
Топил свою грусть в горькой воде
И думал лишь о тебе.

ГДЕ НЕ ВЯНУТ ЦВЕТЫ

Ты любила жизнь

И верила в счастье своё.

Но визг тормозов,

Машина летит под откос.

Секунды оставшейся жизни

Считает твой мозг.

Жизнь поделила нас

На твоё и мое.

Друзья над могилой стоят

Мрачной толпой.

Воспоминания давят

На сердце и грудь.

Она так любила жизнь,

Но теперь другой путь.

А мы не ценим жизнь

И играем с судьбой.

Лишь вспоминаем о тех,

Кто умер при нас.

И плачем о тех,

Кого не любили живьём.

Мы разговор отложив

Сто раз на потом

Могли говорить

С живым бы сейчас.

Могила место,

Где не вянут цветы.

Друзья подойдут,

Коллеги, родня.

Но, если старое фото

Закроет трава,

Значит всеми забыт

Основательно ты.

МОЙ ЧЕРНЫЙ ЧЕЛОВЕК

Ты хочешь меня убить

Мыслями глупого сна.

Пока я воюю с дождем

Бесполезно желая победу.

Ты знал все наперёд.

Не лез на рожон как я.

Просчитаны все ходы.

Уверено шёл по следу.

Моя война – это сплин.

Но я продолжаю стоять.

Пока бьет нещадно дождь

Меня каплями по одежде.

Моя война – это пыль.
Пыль глупого сна.
Коверкающая весь Мир.
Который не станет как прежде.

А завтра уже рассвет.

Дождь перестанет лить.

Он понял, что я проиграл

И пора ему уходить.

Уходить далеко, навсегда.

Победителем в этой войне.

И останешься только ты.

Ты же хочешь меня убить?

991 ГОД

Моя звезда надо мной

Меня от беды хранит.

Кольчуга моя тяжела.

Конь подо мной хрипит.

Кто хочет простить, простит.

Кто хочет убить, тот убьет.

Но месть моя, что со мной

Жертву свою найдет.

Деревня моя за спиной

Разрушена и сожжена.

Спасая детей от крещенья.

В избе сгорела жена.

Осталась одна звезда

Та, что всегда со мной.

И ей я вверяю душу,

С ней я вернусь домой.

ГРУСТНО

Мне часто бывает грустно.

Но я никому не скажу об этом.

И пусть мне всегда будет грустно.

Пусть песня будет не спета.

МАРШ

Как бесстрашный солдат.

Бросив вызов судьбе.

Спит моя милая в ванне.

В горячей красной воде.

ЛЕТУЧИЙ ГОЛЛАНДЕЦ

Эй, капитан! Плывущий куда-то.

Где твоя команда?

Скажи в чем секрет?

Где рулевой

стоящий у штурвала?

И почему на палубе

никого нет?

Ты лишь одинокий

прибит гвоздями к мачте.

Бьются друг об друга

в дырах паруса.

Крысы убежали

с проклятьями на сушу?

С надеждой позабыть

ночные чудеса.

Эй, капитан! Смотри уже полночь.

Завет всех на верх

боцмана свисток.

Все мертвецы

сползлись отовсюду.

И не твёрдым шагом

из трюма вышел кок.

Остекленевшим взглядом

ты смотришь на команду.

Плечом к плечу с которой

сражался ты не раз.

А за бортом не тихо,

но все привыкли к шквалу.

Средь волн заметив шхуну,

все поняли приказ.

ДИВЕРСАНТ

Я разведчик заброшен историей.

В водоворот грязных страстей.

На руины потертых кроватей.

Созданных судеб их и твоей.

Отчуждение мое словно похоть.

Как кирпич моя безмолвна душа.

Я уподоблен разврату и жалости.

Все это делал для них и себя.

Я диверсант подушечных рёбер.

Мягких простыней. Пододеяльный герой.

Мой Мир жесток хоть сексуален.

Я творю зло, наслаждаясь игрой.

Вы были молоды, так наивны.
Я научил вас страдать и любить.
И светлым краешком чистой постели.
Было забавно вас обоих дразнить.

Я восхищался игрой и азартом.

Головокружительной гонкой сердец.

Я научил вас рыдать и смеяться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Перун – Бог Грома, покровитель воинов. (славянская мифология)

Вернуться

2

Желя – Богиня горя и плача. (славянская мифология)

Вернуться

3

Числобог – Бог чисел, времени и календаря. (славянская мифология)

Вернуться

4

ИРИЙ (Сварга, Вирий, Вырий) – славянский ведический рай, учрежденный Сварогом. Дивная, обетованная, теплая сторона, у моря или за морем, куда улетают души умерших и ещё доступная только птицам, змеям. (славянская мифология)

Вернуться