Шармута
Дмитрий Горки

Дизайнер обложки Юрий Горячев

© Дмитрий Горки, 2022

© Юрий Горячев, дизайн обложки, 2022

ISBN 978-5-0056-2086-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ДИСКЛЕЙМЕР

Данная книга является художественным произведением, не пропагандирует и не призывает к употреблению наркотиков, алкоголя и сигарет. Книга содержит изобразительные описания противоправных действий, но такие описания являются художественным, образным, и творческим замыслом, не являются призывом к совершению запрещенных действий. Автор осуждает употребление наркотиков, алкоголя и сигарет. Пожалуйста, обратитесь к врачу для получения помощи и борьбы с зависимостью.

Глава 1

«Я завел ее в кухню и показал добро на столе.

– Я приготовил это в твою честь, – сказал я, – как посвящение нашей любви.

– Что это за говно, к чертовой матери? – спросила она»

Чарльз Буковски «Почтамт»

Я был еще очень молод, при том, что я и сейчас еще молодой, а для многих, вообще, натуральный ребенок. К тому же, я еще и выгляжу молодо – это одновременно и плюс, и минус. Раньше я считал, что это не очень хорошо – мне не нравилось, что на свой возраст я не выгляжу, ведь всем хочется быть старше, пока мы юны. Однако, позже я осознал, что все будет понятно лет в тридцать, и я еще скажу себе спасибо за свой образ жизни в детстве.

Конечно, стоит сразу сказать все, что написано ниже – это выдумка, абсолютная ложь. А если вы вдруг найдете правду, то напишите мне, и мы вместе, за бутылкой хорошего виски, обсудим вашу проблему, разберемся с ее причинами и постараемся выяснить: как дальше жить.

Так вот, когда все только началось, я был молод. Но уже тогда я понял насколько сильно общение с противоположным полом влияет на все, буквально на все. Звучит вычурно, а, тем более, в свете того, что это были еще девочки, а сам я был еще только мальчиком.

Добро пожаловать в седьмой класс средней школы города Нижнего Новгорода, состоящий из тринадцати девочек и четырнадцати мальчиков. Я помню это время потому, что именно тогда я начал чаще на переменах проводить время в кругу трех самых красивых девочек класса. Хотя, с одной стороны, было странно видеть трех девочек и одного мальчика вместе на каждой перемене, с другой – я понимал, что лучшая «пиздятинка» пока отходит в мою сторону. Сейчас я даже не вспомню, о чем я мог с ними разговаривать, и какие у нас могли быть общие интересы, но, видимо, я мог хорошо лавировать в гуще женских интересов этого возраста.

В то время я не пил абсолютно, совсем, ничего, никогда. Хотя, многие одноклассники любили приглушить по паре банок пива. Вместе с тем, я не курил, причем считал, что курить никогда не буду. Сигареты отталкивали меня свой бессмысленностью: дышать ебучим дымом, вместо чистого кислорода и, что важно, не единожды, чтобы, к примеру, проверить, как это, а делать это часто – что может быть более ебанутым? Даже учитывая эти два факта, сложно было назвать меня спортивным. По непонятным мне причинам, хотя сейчас они, конечно, очевидны, я не мог подтянуться более четырех – пяти раз, прибегал к финишу где-то пятым – шестым, да и, вообще, не проявлял любви к спорту.

Я считаю, что отправная точка моей истории была поставлена на первом этаже моей школы, в классе труда для девочек. На одной из перемен, когда по обыкновению все мальчики бегали друг за другом, пиная друг друга под жопу, и крича: «я тебя догоню, пидор». Кстати, забыл упомянуть, я еще и не матерился. Помню, что даже сидя один дома, просто сказать слово: «сука» мне было неловко и звучало это неестественно. Так вот, на той перемене, где девочки копились по уголкам коридора и разговаривали о своих анкетах с дебильными вопросами о том, кто кого любит, какой любимый цвет туалетной бумаги и прочее, я, с двумя девочками зашел в класс труда. В классе никого не было, девочки громко смеялись, я вместе с ними. Разговор шел про нижнее белье, а если точнее, то про ношение стринг. В детском возрасте подобные разговорчики вызывали качественный смех у обоих полов. Одна из девочек спросила у меня:

– Дим, а на тебе не стриги сейчас? (Смеется)

– Не помню, но, вроде бы, я сегодня не надевал… – ответил я, тоже дико угарая над этим вопросом.

– Значит, надо проверить – сказала Вика, все так же смеясь во все горло, но слегка сменив взгляд на более сексуальный, хотя, тогда никто из нас еще и не знал, что это и как это вообще.

Может быть, мне повезло, что я часто жил в это время дома один, и у меня всегда была возможность привести домой кого угодно, иногда я даже пользовался этой возможностью. Правда, дальше «бутылочки» дело не заходило, но будь оно по-другому – это было бы уже ненормально.

Стоит рассказать, кстати, об этой троице девочек – их звали Вика, Лена и Катя. Самой красивой из них была Вика и после ухода из школы моей второй любви Оли, а потом еще двух лет неуклюжего подкатывания к ней яиц, вместе с остальными мальчиками класса, я думал переключиться уже именно на Вику, но как-то так и не сложилось.

Лена была тоже привлекательной и какое-то время мы даже сидели с ней за одной партой. Я хорошо помню, как она показывала мне, что может не расцепляя руки перевести их за спину и обратно к животу – гибкая была девочка.

Катя была милой, но для меня менее интересной из них троих и, конечно же, по всем законам подлости мира, именно ей я нравился больше всего.

Далее в классе труда, стоя прямо возле доски, две девочки расстегнули мой ремень, затем расстегнули пуговицу на брюках, все это сопровождая смехом и шутками про цвет стринг. На мне тогда были зеленые трусы, с непонятно зачем прицеленной, небольшой дугообразной металлической крепежкой. Сняв брюки до конца моих трусов, Лена еще раз посмеялась и спросила у меня:

– Дима, а эта железяка зачем? Прицеплять тебя, чтобы не убежал никуда?

– Если меня все устраивает, то зачем мне убегать? (Смеюсь)

Короче говоря, ничего особенного не произошло, далее они убедились, что на мне не стринги, и все. А буквально через секунд тридцать пять, в класс вошла учительница, но к тому моменту я уже застегнул на себе все расстегнутое, а тема разговора перешла во что-то приличное. Тогда я понял, какие ощущения возникают, когда две красивые девочки стягивают с тебя брюки, и отказываться от этого я уже не хотел.

Счастливая юность

Когда заканчивалась школа, мне нужно было выбрать, куда я хочу пойти учиться, а если быть более точным, то какое место я могу посещать так, чтобы это не было очень мучительно. Я никогда не любил учиться в школе: рано вставать, слушать, делать домашнее задание. Все это я всегда делал через силу. Наверно, так быть не должно, ведь некоторым моим одноклассникам в школе было интересно. Может, дело в учителях, которые свои ебучие предметы не могли подать так, чтобы мне было не скучно, а может в чем-то другом.

Более или менее мне нравилась литература, наверно, потому, что во время чтения книг, через анализ поступков героев я лучше понимал людей и их чувства. А на уроке была возможность обсудить мои предположения и сделать правильные выводы. Любовь к книжкам и моя харизма в совокупности дали шанс поступить в театральное училище в Москве.

Живущие там знакомые родителей сдавали квартиру, в которой я пробыл первое время, пока не нашел более подходящий вариант, без ебучего загромождения ненужной мебелью, старых желтых обоев и прочей утомляющей хуеты.

Наверное, уже месяца через два с половиной я нашел то, что мне нужно: прекрасный вид во двор с одной стороны и вид на проспект с другой, пятый этаж, огромная двуспальная кровать, диван, стол, холодильник – ничего лишнего. И что еще лучше – до моего учебного заведения идти пешком было, ну, минут восемнадцать от силы.

Думаю, правильно начать с того дня, когда я встретил, пожалуй, самого важного человека в моей жизни. Прозвенел звонок, а значит, закончилась последняя пара и можно валить. Я собрал все свои шмотки и, не заходя в гардероб, так как сменную обувь в тот день я рот ебал, вышел на улицу. Был прекрасный день, я называл прекрасным днем те дни, когда было достаточно тепло, не было ветра, но и солнце не светило так, чтобы приходилось щурить глаза и морщить лицо, чтобы видеть хоть, блядь, что-то на пути.

У меня не было никаких дел и я хотел домой – дом я любил. Там можно было быть собой, ходить голым со стаканом виски, в котором болтался крупный кусок льда, громко слушать музыку и не беспокоиться ни о чем. Свобода давала возможность видеть в жизни больше приятных мелочей.

Абсолютно случайно, идя по тротуару, я посмотрел на противоположную сторону, по которой шла брюнетка около ста семидесяти пяти сантиметров роста. Черт, она была то, что надо: длинные ноги, шикарные небольшие попка и грудь.

Есть важное правило, чтобы в знакомствах получалось хоть что-то – ты должен действовать. Второго шанса у тебя не будет, придумывать ничего не надо, просто иди и говори любой хаотичный набор слов или забудь о ней навсегда.

Я перешел дорогу, которая была, на счастье, узкой и с очень редким трафиком, слегка опередил девушку и, повернувшись к ней лицом, сказал:

– Эй, у тебя крутые ноги. (Легко улыбаясь)

Девушка слегка смутилась, но, посмотрев на мою улыбку, тоже улыбнулась и естественно ответила:

– Спасибо.

– Ты знаешь, неловко сказать, но ты вся крутая.

– Спасибо. (Улыбаясь и начиная смеяться)

– Я буквально вчера читал статью о том, что крутые девушки обожают пить чай в небольших кафе, таких как, например, вот то. (Показываю пальцем на кафе на противоположной стороне улицы)

– Да? Интересная статья (смеется), но я не могу идти в кафе, я иду в другое место.

– Вот именно после этого ответа, в той статье писали, нужно сказать, что чай там самый вкусный в городе. (Опять улыбаясь)

– Точно?

– Да, я, кстати, Дима.

– Я – Женя (красиво улыбнулась, задумалась), мм, ну хорошо, но только на минут тридцать если…

Я взял ее за руку и буквально потащил за собой. В кафе мы сели за дальний круглый столик в зале и заказали большой чайник с чабрецом и два чизкейка, поговорили друг о друге, оказалось, что Женя была продавцом в каком-то магазине телефонов, который, к тому же, находился на окраине города. В общем, девочка была городская и не городская одновременно. Проговорив минут двадцать пять, мы решили, что Жене пора идти по своим делам, а мне пора идти домой. Мы обменялись телефонами и на этом расстались.

Я пришел домой с легкой эйфорией от того, что в моем телефоне прибавился номер не мейнстримной красивой девочки. Дома меня ждали грамм четыреста «Вайт энд Маккей», от которых я отлил себе в стакан грамм восемьдесят, закинул два добрых куска льда и включил Луиса Армстронга. Я просидел так с улыбкой минут пятнадцать.

У меня осталось много воспоминаний о прошлом, например, помню, проснулся, наверно, часов в двенадцать, хотя и это было для меня рано, ведь обыкновенно я спал где-то до трех. Моя бабуля уже давно проснулась и успела наготовить творожников, которые мне всегда очень нравились. Я позавтракал и написал сообщение Оле: «Ну как там по поводу сегодня?)», и минут через пять от нее пришел ответ: «Давай встретимся у Семьи» (Так назывался магазин).

Недолго еще побродив по квартире, несколько раз пролистав ленту новостей, я надел джинсы, найки и пошел на встречу. Погода была хорошая, как и мое настроение.

Мы встретились с Олей, как и договорились, около магазина, причем пришли почти одновременно, что лишило меня участи ждать, как это у многих часто бывает.

Оля была скромной девочкой, у которой замечались явные проблемы с социализацией. Она была стопроцентным интровертом с легкими мизантропными нотками. Подружки про нее шутили, парни иногда посмеивались, а сама она молчала и тупила. Однако Оля была милой на личико и имела очень красивую задницу, которая мне сразу очень понравилась.

Когда мы только познакомились, я сразу понял, что она хочет слышать от меня – это было просто. Она не могла разобраться в себе, и ей не хватало банальной поддержки – наивная, глупенькая, но смышленая. Мы много общались: я давал разные советы, рассказывал о ней и просто вносил все то, чего ей не хватало.

Прогулявшись минут десять, мы сразу же направились в сторону ее дома, по пути я рассказывал всякие истории, которые в основе были смешными.

Она жила в двухэтажном доме на втором этаже в трехкомнатной квартире. У Оли была своя небольшая комната с мягким диваном и прочими вещами, которые значения не имеют.

– Дим, мне кажется, у меня так устала спина, что завтра она будет сильно болеть.

– Не будет, а ч устала – то?

– Не знаю, просто, наверно, потянула или что – то такое, может ты сделаешь мне массаж?

– Оль, ты не представляешь, как мне лень…

– Ну, Дим, ну, пожалуйста… (Сделала милую мордашку с большими глазами и пухлыми губками)

– Ну… Давай ты мне сначала?

– Так нечестно, Дим!

– Но я обещаю, что мой массаж тебе очень понравится. (Я легко улыбнулся и посмотрел прямо в глаза)

– Умеешь ведь ты убеждать (Смеется)

Я медленно, лениво встал со стула, снял с себя так же медленно футболку и упал на диван с чувством, что сейчас я буду просто мурчать и это все. Конечно же, я знаю, что массаж с одинаковым чувством восхищения любят все, но мой интерес к нему, я уверен, гораздо больше. Я просто обожаю массаж, особенно, когда его умеют делать жестко, не так, чтобы ломать мне спину, но так, чтобы сочетались мягкие прикосновения женских рук и жесткость пальцев девушки, которая тебя жадно хочет.

Я лежал и наслаждался массажем от Оли с полным чувством самодостаточности и думал о том, что эти мгновения нужно обязательно запомнить. Но ничего не длится вечно и минут через пятнадцать Оля застонала, что хочет уже свой массаж. Я не стал долго думать и резким движением поменял наши роли на диване и, оказавшись сверху, снял с Оли сначала майку, а потом расстегнул лифчик. Сразу же после этого я услышал легкую бурю наигранного недовольства по поводу лифака, которую услышать ожидал и даже не стал удостаивать ответом.

Оля лежала на диване в джинсах и с расстегнутым лифчиком так, что было видно, как ее грудь прижималась к дивану, я сидел на ней и делал все то, что умел делать уже очень профессионально.

Доделав массаж, я тупо встал, надел на себя футболку и ушел на кухню, игнорируя вопросы, доносящиеся из комнаты. Я отлично знал, что Олю можно было трахать прямо там, на диване, трахать до полусмерти, но тогда мне показалось, что я просто ее не хочу, ей было шестнадцать, она была девственницей, я был на год ее старше и что-то было не так – погода, время или что-то еще.

Примерно через минуту в кухню вошла Оля, я, не дожидаясь никаких комментариев, попросил сделать мне чай. Оля поставила чайник на плиту и села на кресло за столом. Я посмотрел на нее и сказал:

– Судя по твоему взгляду, учащенному дыханию и позе, я знаю, что ты хочешь, но этого не будет.

Оля вдруг покраснела, смутилась, подтянула ноги к себе и опустила взгляд.

– Дим, что ты делаешь?

– Слушай, а у тебя сахар есть?

– Нет, сахара нет.

– Вот хуйня-то – чай без сахара.

Оля встала с кресла, налила из чайника кипяток в чашку и положила в нее чайных пакетик.

– Оль, а есть зубочистка или спичка?

– Зачем?

(Я ветреный и иногда начинаю переключаться на мышление членом, тем более, зная, что рядом милая девочка, которая меня хочет. Все это не имело никакой логики, но мне захотелось какого-то разнообразия)

В общем, я предложил Оле сыграть в игру, где нужно передавать спичку зубами от человека к человеку, откусывая каждый раз небольшой кусочек, и, когда передавать останется совсем нечего, нужно засасывать друг друга. Я предложил ей сыграть в нее вдвоем. Оля начала искать по всей квартире спичку и таки нашла. Секунд пятьдесят мы передавали спичку друг другу, потом засосались и стояли так минуты три. Все это время два демона разыгрывали в моей голове лотерею на трах, один склонял отказаться, а другой – согласиться. Я начал двигаться в сторону ее комнаты, толкая Олю впереди себя, пока мы не оказались на ее диване…

*****

Кроме большого количества девочек для плюса, так я называл тех, кого нужно было трахнуть для счета, в жизни были важные персонажи, которые меня многому научили.

После того, как я переехал в Москву, мне еще часто звонила Вика, спрашивала, как мои дела и как мне вообще в новом городе.

В шараге, в первый же день, так вышло, что даже не я сам, а со мной познакомились три девочки: Света, Аня и Саша. Что касается Саши – она не вызывала никаких чувств абсолютно. Аня была хорошим собеседником, была умна, но все не так просто… А вот Света мне понравилась. Это была девочка чуть ниже меня ростом, с темными волосами, карими глазами и очень милой улыбкой. Но все это не имеет значения потому, что меня ждала история гораздо более увлекательная.

Примерно через два месяца обучения меня пригласили играть в команде КВН, в которой я и еще один парень были самыми молодыми, но далеко не самыми последними по значимости. На репетициях мы часто переигрывали сценки из «Камеди Клаб», а иногда и показывали свои. Так как это был КВН и, тем более, районного уровня, была жесткая цензура, под которую, естественно, наши сценки попадали, а по тому и имели место лишь на репетициях. И вот так, однажды, когда мы отрабатывали материал, в зал вошли две девушки со старшего курса, посмотреть, что мы показываем на сцене. Это были Катя и Люба, обе красивые и интересные личности. Мы заметили их и пригласили на сцену, потом показали вместе с ними парочку сценок, дружно посмеялись и на этом разошлись. Чуть позже мне пришло сообщение с неизвестного номера: «Привет, как дела?», и, хотя это мог быть кто угодно, я почти сразу понял, что это был человек из круга тех, кто был на репетициях. Я ответил, что у меня все хорошо, как это обычно пишут, и поинтересовался, кто мне пишет. Примерно так я познакомился с Любовью.

На следующей репетиции одна из участниц решила выйти из команды, и ее заменили на другую девушку – ее заменили на Любу. С этого дня мы стали видеться чаще. Репетировали мы достаточно много и с каждым днем мы с Любой смотрели друг на друга все более пронзительно.

*****

Я лежал в кровати, на мне лежала голая Женя, а я смотрел в потолок и думал о том, что я не вижу в ней ни свою девушку, ни тем более жену. Вроде бы, она это знала и с ней, что очень приятно, никогда не было никаких запар, но мне было неспокойно. Самое интересное, хотя я уверен, абсолютно идентичное для всех других парней, все эти мысли приходили только после близости.

Женя лежала и водила пальцем по внутренней стороне локтя. Мне нравились все эти маленькие прикосновения, она знала меня слишком хорошо. Постепенно нудные мысли начали отходить на задний план, а мои веки начинали тяжелеть – я хотел спать…

– Дим!

– Да, что?

– Не спи! (Немного приподнялась и посмотрела на меня)

– Я не сплю Жень. (Поцеловал ее)

– Раньше ты не был таким… В смысле, раньше ты был веселее и казался таким полным энергии и позитива что ли… А сейчас ты стал таким молчаливым, таким…

– Жень, не грузи. (Я встал с кровати, надел джинсы без трусов и ушел на кухню)

Я подошел к окну и стал смотреть просто прямо, даже не пытаясь найти объект осмотра… Это было грубо, но я тоже слишком хорошо знал Женю. Я знал, что она подбежит сзади, обнимет меня, поцелует и скажет, что со мной ей очень хорошо и спокойно. Буквально через тридцать секунд я услышал шаги на носочках босиком по плитке кухни, а потом почувствовал, как сиськи Жени прилипли к моей спине. Жена положила подбородок мне на плечо и сказала шепотом:

– Все это неважно, просто я хочу, чтобы ты чаще улыбался, хочешь, я пожарю яичницу?

Это было похоже на прохладный ветер в очень жаркую погоду, когда ты уже просто умирал от жары и готов был отсосать за пять минут в помещении с кондиционером. Да, она знала меня слишком хорошо.

– Конечно, хочу, блин, ты такая крутая.

Я повернулся к ней лицом и засосал ее, потом шлепнул ей по заднице и пошел посмотреть, что нового в контакте.

Примерно через часа четыре, мы стояли в коридоре: Женя одевалась, а я, оперев спину на стену, смотрел нее:

– Завтра мы не увидимся, сюда приедет хозяйка смотреть все ли в порядке с квартирой.

– Ничего, я тоже буду занята. Ты не хочешь меня проводить до остановки?

– Хочу, конечно, но тут есть пару дел дома, надо срочно сделать.

– Ладно… (Она, конечно, расстроилась)

– Позвони мне, когда ты придешь домой, хорошо?

– Да, Дим, конечно, иди сюда.

Я подошел к ней, она меня как-то необычно крепко поцеловала, потом посмотрела на меня, развернулась и подошла к двери. Я открыл дверь, она вышла, махнула рукой и нажала кнопку лифта. Мы просто смотрели друг на друга и слегка улыбались, потом подъехал лифт, и Женя уехала.

Самое простое, что можно получить от бабы – это секс. Рецепт получения всего остального всегда настолько индивидуальный, что знать его невозможно. С «плюсами» же происходило все достаточно просто.

*****

Воскресенье, время примерно часа два дня, я проснулся. Я сходил в душ, почистил зубы, походил по квартире голым, потом решил, что нужно что-то поесть. Я пожарил яичницу с гренками и сделал себе кофе с молоком и огромным количеством сахара, включил Жака Бреля и начал все уплетать.

День был абсолютно свободный и потому как последний раз я присовывал кому-то почти неделю назад, я решил прогуляться в поисках тридцать восьмого плюса. На улице было довольно жарко и ярко светило солнце, поэтому было принято решение выходить часов в пять. До этого я написал Жене о том, что я по ней очень скучаю, и что она вызывает у меня сильный прилив дофамина и серотонина. Потом убрался и подготовил квартиру к возможным половым сношениям.

На улице к шести часам стало более комфортно, дул прохладный ветер, хотя было немного душновато. Солнце уже не хуярило в глаза, а значит, похождения блядуна можно начинать. Оставалось выбрать место, и так как в парке плюсы я уже искал в прошлый раз, я пошел в ближайший торговый центр.

В центре было много людей, все как обычно бесцельно ходили, отмечая единственный свой нерабочий день. Пройдя по всем этажам, я выбрал тот, где было больше различных заведений для поедания суши, чизкейков, пиццы и прочего. Все вокруг сидели парочками, да и к тому же, были не ахти внешне. Я выбрал несколько более или менее, но мои попытки подсесть были жестоко разбиты фразами типа: «Нет, мы очень заняты, извини». Короче говоря, дело не клеилось.

Отказы – это вполне обыкновенная вещь. Кстати, хорошо, что меня не коснулась прожорливость, я имею в виду фишку многих блядунов —подкатывать, в прямом смысле, ко всем подряд. Их счет был наполнен жирными, прыщавыми, кривыми существами с вагиной. Я не простил бы себе подобных действий, секс никогда не был для меня важнее моих принципов и моего эго. Да и вообще, секс, по сравнению с самим процессом развода на него, имел значение крайне небольшое.

Обойдя этаж по кругу, я остановился возле открытого ресторана суши, ресторана в кавычках естественно. И заметил взгляд милой брюнетки, быстро проскользивший по мне и опустившийся вниз, а также появившуюся легкую улыбку. Этого было более чем достаточно, чтобы я знал, что разговор уже сложился. Я подошел, не теряя ни секунды, к ее столику и сел рядом:

– Ты не представляешь, как долго я тебя искал.

– Искал меня? (Уже знакомая мне много раз улыбка)

– Да, я обошел тут все, а тебя все нигде нет, я уже начал расстраиваться, как вдруг заметил твой взгляд.

– Плохо искал, наверно. (Смеется)

Мы познакомились, посидели еще минут сорок и пошли прогуляться на улицу. Было уже полдевятого, и затащить ее на поебушки в этот день возможности уже не было, поэтому я проводил ее до остановки, взял телефон и свинтил в сторону дома.

Дальше в этот день все было обычно: дом, ужин, соцсети, Женя. Я не знаю, что мы находим в объектах нашей любви, часто это бывают самые обыкновенные люди, но для нас они представляют нечто совсем иное, нечто невероятное и необходимое.

На следующий день, я встретился с одним очень хорошим знакомым, с которым мы довольно часто вместе киряли.

Был уже вечер, я налил нам виски, кинул по куску льда, и мы сели на диван в кухне. Хотя почти не курю сигареты, иногда случается – был как раз такой день, а точнее говоря, был уже вечер. Рома был человеком, которому я доверял большую часть своей жизни, в отличие от многих. Хотя всего не знал никто потому, что в этом я не видел выгоды, а вот пообщаться за виски о моментах приятных и не сильно, порой, было вполне хорошо. Проще говоря, Рома, один из пары человек, который знал про Женю, Леру, Любу и других. Знал он, конечно, не просто так, все дело в том, что когда-то мы вместе изучали премудрости этого дела. Потом Рома решил, что для него важнее другие жизненные ценности, чем внимание дам.

– Тебя не мучает ничего? По поводу того, что ты, типа то с одной, то другой и вроде что-то чувствуешь большее к кому-то, но все равно вы не вместе? И так каждый день?

– Не каждый, Ром.

– Ах, ну раз не каждый… (Мы оба засмеялись)

– На самом деле меня, конечно, мучают некоторые моменты.

– Какие?

– Еще виски налить?

– Да. (Мы опять посмеялись)

Мы не очень уж часто собирались, но каждая посиделка, однозначно, мне доставляла удовольствие от раскрытия душевных пор.

– Я рассказывал тебе про случай знакомства по агенту?

– Маил?

– Ну да, да.

– Нет, вроде.

– Тут интересное в том, что это была одна из первых встреч, после знакомства по интернету.

– Странно, что я не участвовал в этом.

– Да там, наоборот, все было неудачно.

– Ну, рассказывай, заебал уже…

– Познакомился с бабой в агенте. Попиздели о том, о сем, отправил ей фотографию, ну все как это было в то время, понимаешь?

– Ну…

– Она отправила мне фотографию. Милая такая девочка, брюнеточка. Ну, мы решили встретиться, а в это время у меня дома был одноклассник. Давай, говорит, пусть ищет подружку.

– И она?

– И она нашла, отправила фото и все такое. Тоже вроде ничего.

– Дим, в итоге придут другие две?

– Нет, пришли они, погоди… Договорились пойти в кино, мечты о последнем ряде и все в этом роде, я ж тогда не на скилах был.

– Последние ряды я помню, две рыжие эти, как их…

– Не суть, я уже тоже ничьи имена не помню. Ну, мы с товарищем приходим к кинотеатру и ждем. Ждем минут сорок.

– Все почему?

– Я в курсе, что надо приходить позже, опыт, опыт. (Смеюсь)

– А у нее еще и телефон перестал отвечать, думаю все, нас кинули.

– Как лохов, ага, ага…

– Но хуякс, и вижу, из метро выходят две. Не сказал бы, что они были сильно похожи на тех, кто на фото, но явно эти две чики шли на встречу.

– В смысле? Так это другие были?

– Нет, это были те же, но у моей были брекеты, она была мне по член и да ну нахуй вообще. Вторая была тоже, далеко не такая как на фото.

– В чем суть – то? Фотошоп?

– Да нет, просто типа удачное фото или вроде того.

– Короче две страшные бабы, которые прислали удачные фото?

– Да.

– И что вы?

– Переглянулись и сначала думали сделать вид, что типа мы не мы и вообще, есть орех, слыш?

– (смеется) Получилось?

– Нет, они прям там, на выходе из метро, нас и увидели, и узнали…

– Западня какая-то (мы опять заржали). Налей еще вискаря. У меня тут пакетик с неизвестным содержимым, ты не будешь?

– Нет, может если позже.

Я налил нам еще виски, включил вытяжку и достал сигарету.

– Короче, они идут к нам, мы в ахуе и не знаем, что делать. А в сообщениях уже перетрахались все.

– Ну, это не решает ничего.

– Согласен. Ну, мы поздоровались и, типа, давай, пойдем купим билеты.

– Так вы еще и платить за них решили?

– Да, но это изначально, а тут уже поменяли решение. Подошли к кассам и спрашиваем, что у них по филкам. Но они видимо подготовились и у них деньги были.

– Везение. А фильм какой? Может хоть с ним повезло?

– Да нет, фильм тоже чушь, ужастик про парня в хоккейной маске.

– Джейсон?

– Ну что-то такое… Мы сели поближе к экрану, начали смотреть фильм, закончили смотреть фильм, вышли на улицу и говорим, что нам домой, мы в метро, типа, спасибо за всю хуйню и так далее.

– Обошлось без минета на заднем ряду, то есть?

– На самом деле, она положила свою руку на мою где – то в середине фильма. Я не знаю случайно ли это, но я сделал вид, что ебать я галантный и уступил ей подлокотник. Так вот, им оказывается тоже в метро надо.

– Везучие вы парни. (Ржет и чуть не захлебывается виски)

– Мы спустились вниз, еще попиздели на отвлеченные темы и, когда подъехал их поезд, а нам было, слава богу, в разные стороны, сказали друг другу пока, а моя, бля, подошла и поцеловала.

– (ржет, чуть не падая) Это любовь, Дим.

– Ага, любовь!

– Так ты будешь, нет?

– Давай, давай.

Включили Френка Синатру и продолжили разговоры по душам. Я с теми двумя больше не виделся никогда, а после встречи, не помню уже как, в сообщениях деликатно завершил общение.

*****

Я сидел за компьютером, пил сладкий кофе с молоком и смотрел на страницу Любы «ВКонтакте». Между нами уже что-то было, что-то еле уловимое и непонятное даже нам двоим.

Оставалось еще примерно четыре часа до тренировки, и я написал Любе, что зайду, пока есть время. Закинул нужные вещи в портфель, убрался дома и пошел к ней. Хотелось просто увидеть ее, поговорить о чем-нибудь, хотелось просто к ней. На улице было холодно, падал снег, но все было терпимо.

Обычно, перед тренировкой я заходил к хорошему знакомому, с которым вместе занимался, мы выходили вдвоем, по пути встречали еще одного знакомого и вместе шли. Конечно, все было на уровне легкой разминки, чисто для поддержания себя в форме, что, в принципе, хорошо удавалось. В тот день я позвонил и сказал, что приду сам и меня можно не ждать.

Я спустился в метро, дождался поезда и, слушая музыку, доехал до нужной станции. Так получилось, что Люба жила в одном из трех или четырех абсолютно одинаковых дворов, что осложняло первые пару раз найти ее дом. Конечно, можно было запомнить номер дома, но запоминал я обычно ненужные числа и, соответственно, нужные из памяти всегда куда-то пропадали.

После первых неудачных попыток я все-таки запомнил номер дома и несколько раз приходил к нужному месту, но звонил на телефон и говорил, что опять не могу найти ее место жительства. Люба выходила из подъезда, перезванивала и говорила, что у меня топографический кретинизм, а я смотрел на нее и чему-то радовался.

Теперь по порядку, я подошел к домофону, снова позвонил Любе и спросил номер ее квартиры. Уже разозлившись, она сказала на какую кнопку нажать, и впустила меня в подъезд. В подъезде по мне пробежала волна этого приятного чувства, когда после холода ты входишь в теплое помещение. Я поднялся на четвертый этаж, и предо мной открылась дверь. На пороге стояла девушка в красном бархатном костюме, с растрепанными волосами и красным лаком на ногтях ног и рук. Где-то во мне возникло чувство, что еще до того, как откроется дверь, я скажу про себя, что-то типа «пусть она будет в…» и перечислю все то, как сейчас выглядела Люба. Она улыбалась, но взглядом говорила, что уже устала ждать и неплохо, если бы я не был таким тормозом.

Я вошел в прихожую и снял верхнюю одежду. Квартира была небольшая, а если быть более точным, она была однокомнатная. Около стенки стоял диван, на который я тут же упал, чтобы просто прийти в себя. Оставалось еще часа два, что значило, что у меня есть где-то час двадцать, до того, как нужно было выходить. Из кухни донеслось:

– Ненавижу «Макфа»!

– Почему?

– Они долго варятся.

Это был способ начать разговор. Естественно, нужно было что-то говорить, а бедная «Макфа» просто попала под горячий язык.

– Есть у тебя что-нибудь, что можно пить?

– Ты чай будешь?

– Да, конечно.

В квартире была существенная разница между разными объектами, например, кухня сильно отличалась от самой комнаты: все было новее и совсем с другим настроением. Это были последствия ремонтов.

Я пил чай и думал, что мне делать дальше. Мне нравилась Люба, но казалось, что это могло бы быть чем-то большим. Я не хотел просто трахнуть ее, мне хотелось чего-то более продолжительного и духовного, что ли. Превращать все в то, чем были любые подобные походы в квартирки своих других пассий, мне не хотелось.

Мы говорили о чем-то, я пил чай и смотрел на лицо Любы. Чудесные глаза и ямочки на щеках, когда она сжимала губы. Чай закончился и нужно двигаться дальше. Где-то в своей жизни я пропустил ту часть взаимодействия с женщиной, пока ты не вставляешь ей. О чем мне с ней поговорить так, чтобы я и она держали себя в руках? Задавался ли я более глупым вопросом еще хоть раз в жизни?

Мы перешли в комнату, и я решил осмотреть полку с книгами, быть может, найти, то, что я читал, и вставить в диалог умную фразу о книге. Причем желательно такую, которую можно придать обширной критике, ведь спор – это отличный диалог. Но пару секунд спустя я вспомнил, что спор с девушкой совсем не ведет к дружескому рукопожатию. Это опять был не тот вариант. Такое чувство, что я не могу делать ничего как обычный человек. Я говорил себе: «Так, мне нужно просто мило с ней разговаривать или вроде того. Не трахай ее сейчас!»

Спасение нашлось в нескольких фотоальбомах, которые с натянутой улыбкой мы смотрели с минут двадцать пяти. Время подходило к концу, и пора было собирать манатки.

– Люб, ну я, в общем-то, должен идти… (Я говорил это с немыслимой неуверенностью, делая паузу после каждого слова)

Что вообще не так со мной?

– Уже?

– Да, у меня тренировка уже через полчаса.

– Ладно, иди.

– Эй, что за обиды?

– Какие обиды?

– Мне надо на тренировку.

– Так иди.

После этого Люба встала и пошла в прихожую, я пошел за ней. В прихожей она взяла мои перчатки, и пока я собирался надеть куртку, вошла обратно в комнату. «Вот сучка…» – я повесил куртку снова на вешалку и вернулся в комнату. Люба стояла возле стены и, держа перчатки за спиной, игриво улыбалась. «Где – то я это все уже видел…» – думал я, и подошел к ней. Естественно, моя попытка забрать перчатки успехом не увенчалась, к тому же, одну перчатку после этого Люба бросила за диван. После секунд шести небольшой борьбы, за уже никому не нужную перчатку, Люба оказалась на полу, а я на ней.

*****

Однажды я познакомился на форуме с одним интересным человеком. Сам я на форумах был только читателем, я ничего почти не писал. Так вот, в теме: «Лучшие друзья девушек – бриллианты» мы здорово разговорились с одним парнем. Короче говоря, он был из богатой семьи и папочка ему оплачивал все, что сынок захочет, при учете, что тот будет себя хорошо вести. А сынок вел себя действительно хорошо: круглый отличник, участник олимпиад, какой-то разряд по плаванию и все в этом духе, загорелый, вылизанный и красивый. Пару раз мы встречались обменяться мнением, рассказать про интересные идеи. Еще у него были планы на будущее, он хотел открыть свой проект, куда естественно звал и меня:

– Дим, ты же отлично подойдешь, тебе как раз деньги нужны и это же не работа, это – кайф. Прикинь, они семь косарей платят за это, каждый.

– Миш, мои принципы разнятся с твоим представлением будущего.

– Я тебя не понимаю. Что с того, что вот все будут знать, что ты успешный мужчина? Ты же сам знаешь, им это только больше нравится. Они говорят, что мы сволочи, козлы и моральные уроды и сами же лезут к нам.

– Не к нам, Миш. Для меня это как болезнь сейчас. Я просто от этого не могу отучиться. Я люблю одну девушку, потом думаю, что люблю другую, трахаю третью, а еще парочку оставляю на опыты. Мне и кайф, что у меня так, и без секса хуево было бы, но я не хочу, чтобы все зависело от него. Я запутался уже сам.

– Дим, ты просто нудишь. Секс – естественное занятие, которое нравится всем.

– Да, я в курсе, ты не понимаешь, я хочу, чтобы мне не нужно было пытаться трахнуть бабу, чтобы с ней общаться. Все повернуты на этом и, если я не пытаюсь трахнуть, то я либо долбоеб в их глазах, либо меня еще сильнее хотят. Итог один – все зависит от секса, а не от меня.

– Как это тебе помешает семинары то вести?

– Миш, давай о семинарах потом…

*****

Кроме Любы, я старался не заводить ничего в шараге, потому что все друг друга знали и случись что, мне с этими всеми людьми быть в мире и дружбе еще пару лет. Однако в самое первое время, мне действительно приглянулась Света и с одной стороны она, вроде бы, и отлично шла на разговор и, вообще, была достаточно открытым и незамысловатым человеком. С другой стороны, она была, я думаю, самой красивой девочкой в этой группе, что накладывало свой отпечаток именно на отношение к ней. И так получилось, по началу, что мы с ней почти и не общались, я просто смотрел на нее и думал, что она ахуенная. Так продолжалось месяцев восемь. Она была достаточно скромного поведения, в ней не было этой жести и пафоса, которые бывают зачастую у подобных девочек.

Все изменилось после летних каникул, внезапно, девочка Света превратилась в другого человека, в ней проснулась этакая стерва, чему я огорчился. А ведь мне нравятся стервы, но я опять хотел найти что-то другое. Но Света оставалась привлекательной и интересной для меня особой.

Как-то на паре, совершенно случайно одногруппнику пришла идея написать что-нибудь Свете, но для этого нужен был неизвестный ей номер. Тогда такие «приколы» еще имели место и смс с неизвестных номеров хорошо интриговали. В общем, решили взять мой телефон и написать ей: «Привет, а я знаю, что ты делаешь». Естественно, почти сразу пришел ответ: «А это кто?». Потом мы начали рассказывать ей о том, что знаем про нее, а на вопросы о личности вообще написали, что это инопланетяне. Ох уж эти детские тупые шутки. Дальше наш интерес пропал, а в одном из сообщений мы дали хороший намек, который по итогу заставил меня признаться в своей причастности, когда я уже пришел домой.

Вообще, я всегда вел очень разный образ жизни для разных людей и никогда не считал, что можно хвалиться бабами. Напротив, лучше об этом помалкивать. Я никогда не считал их шлюхами, если они давали мне даже в день знакомства. Шлюхами для меня были те, кто иногда задирал носик от моего не лакшери вида (а я любил старые удобные полуспортивные вещи) и хотели видеть рядом с собой богатого паренька, вот уж кто настоящие проститутки, так это они.

*****

Двадцать три часа, лето, я лежал на кровати и шарил в телефонных контактах. Вдруг мне попалось знакомое имя девочки, которая подходила как никогда. Я подумал, и написал какое-то глупое сообщение, на которое почти сразу получил ответ, а как оказалось позже, не ответ, а такое же глупое сообщение от человека, которому было настолько же скучно, как и мне. Да, все верно, мы одновременно написали друг другу, причем, последний раз до этого мы контактировали в каком-либо любом смысле месяца два назад. Маша была как никогда кстати, как и я для нее. Это была красивая девочка, с хорошей фигурой, милым личиком и веселым характером, а еще я ее хотел. Для меня было важно, чтобы никто никого не знал, но реально этого можно было добиться только плюсами, которые уже давно надоели.

– Мы что, друг другу одновременно написали?

– Ага, прикинь.

– Что делаешь, Дим?

– О тебе думаю, Маш.

– Мм, и что же ты обо мне думаешь?

– Даже не знаю…

– Ахах, Дим, а что ты мне не писал давно?

– Я не мог, Маш.

– Почему же?

– Я готовил план…

– Что за план?

– Я не могу тебе сказать, иначе он может сорваться… Ты почему не спишь?

– Я на пылесосе летаю.

– Что? Ахах, какой пылесос?

Мы попереписывались минут девять и договорились, что в скором времени встретимся.

*****

Был май, понедельник, четвертое число, я ехал в автобусе в магазин и не то, что бы это был особенный магазин, просто я хотел побыть один и выбрал место подальше. Я сидел и смотрел в окно, смотрел на город, который я так люблю.

Где-то на середине дороги, на остановке, в автобус зашла девушка, которую я заметил сразу же. «Черт, да я же отвлекся от города ради тебя, стерва» – подумал я и решил, что пора приступить. Она села на противоположной стороне салона на двухместное сиденье ко мне лицом. У нее были каштановые волосы и просто ненормально крутые губы. Она оплатила проезд, посмотрела в окно, кинула взгляд на салон и встретилась взглядом со мной. Этот момент очень важный, я называю его: «проверка номер один», мы смотрели друг на друга секунды три – четыре, потом я улыбнулся, она вслед за мной и опустила взгляд вниз. Это именно то, что нужно и, если происходило что-то подобное, я всегда знал, что мне нужно, лишь слегка напрячься, и через час мы возможно будем божественно трахаться на моей кровати.

Я встал с места, неуклюжей подошел и подсел рядом. Она еще раз посмотрела на меня:

– Привет.

– Привет, как тебе город?

– В смысле?

– В смысле, правда, он крутой?

– Да, это да. (Улыбнулась)

– Я вот смотрел на него из окна и вдруг не сдержался и решил посмотреть на тебя…

– Да? Это приятно. (Опять улыбка, да, я знаю, что это значит…)

Я перевел взгляд на окно, слегка улыбнулся в ответ, закинул руку ей за спину и положил на душку сиденья, а второй рукой, показал на какой – то старый дом, который выглядел неплохо:

– Красивый, да? Я обожаю этот город.

– Да, красиво.

Снова посмотрел на нее:

– Меня Дима зовут.

– Я Лера.

– Лер, а ты куда едешь? (Улыбка)

– Я с тренировки еду домой, я плаванием занимаюсь.

– Да нет, нееет, я обожаю, когда девушка занимается плаванием. Ты молодец. (Слегка приобнял ее и похлопал по плечу)

– Спасибо, да, это вроде хорошо, заниматься спортом. (Еще одна искренняя улыбка)

Да, она была милой, от нее приятно пахло, и при своей красоте у нее не было ни капли пафоса.

– Значит, ты едешь домой?

– Ну да, я ж говорю, домой еду.

– На следующей остановке есть отличный парк…

– Это намек?

– Нет, это отличное предложение. Я слышал ходить пешком очень полезно.

Лера чуть – чуть поломалась и согласилась прогуляться по парку. Это нормально, абсолютно нормально для девушки ломаться.

Мы вышли на остановке, и пошли в парк. Около часа мы ходили кругами, разговаривали, смеялись и расспрашивали друг друга о разных мелочах – все было очень круто. Потом мы остановились у лавочки, одной из большого количества в этом парке. Было уже почти девять часов, и я, и Лера уже устали ходить.

– А, знаешь, я сразу понял, что ты такая.

– Какая?

– Я не могу это вслух сказать.

– Почему? Я даже представить не могу, о чем ты, Дим? (Ей стало интересно, и она снова искренне улыбалась, но это было уже не так важно)

– Я могу тебе сказать, но…

– Что, но? Дима?

– Только на ушко и если ты пообещаешь оставить это в тайне…

– Ахах, что такое? Хорошо, говори мне на ушко.

– Только тсс… Не шуми…

Я взял ее за запястье рукой, поднес свои губы к ее уху и прошептал:

– Я не могу это говорить вслух, потому, что тогда, все услышат и захотят тоже познакомиться с тобой. Лер, ты ахуенная.

Она засмеялась, но я слегка сжал запястье, снова подтащил ее к себе:

– Тихо, это не все, закрой глаза.

– Зачем?

– Только так можно услышать этот звук…

– Какой звук?

– Закрой глаза.

Лера закрыла глаза, а я поднес свои губы к ее губам и поцеловал ее, она была не против.

– Но какой звук, Дим?

– Какой звук, Лер?

Она снова засмеялась. Я тоже стал смеяться, потом перевел руку с запястья на ее руку и потянул за собой. Мы просто шли и улыбались до самой остановки.

Когда мы подошли к остановке, почти сразу подъехал ее автобус, я успел записать ее номер, и мы толком не успели больше ничего друг другу сказать, только быстрый поцелуй и теплые объятия и: «Позвони мне завтра»

Когда я приехал домой, мне очень хотелось позвонить уже вечером, но я знал этот синдром отлично и быстро забыл о своем желании.

*****

Через пару недель после знакомства и парочки душевных встреч, я впервые побывал дома у Леры, причем пригласила она меня сама.

А ведь тут круто, насколько бы я сильно не любил свою хату, тут местами даже лучше – думал я про себя. Это была большая трехкомнатная квартира, которая реально была больше, чем моя четырехкомнатная, но при этом в ней было очень уютно. Особенно я полюбил кухню, за замечательный вид из окна и очень крутой кожаный черный диван. Это было странно, но чувствовал себя как дома.

Мы проходили по комнатам, и Лера рассказывала о том, что и где лежит, зачем-то и почему это. После осмотра всего возможного в ее квартирке, Лера решила пойти в душ, а я разместился поудобней на диване в кухне со сладким кофе с молоком. У меня возникло ощущение, что кто – то специально занимался дизайном для того, чтобы все понравилось именно мне. Потом мой взгляд остановился на холодильнике и на огромном количестве магнитиков из разных городов, я решил оставить этот вопрос, чтобы задать его во время неловкой паузы.

Минут через одиннадцать Лера вышла из душа, она была в халате красно-белого цвета. Было сложно не заметить торчащие соски, которые явно давали понять, что под халатом нет ничего. Я сидел на диване, аккуратно сложив руки на коленки, и делал вид самого прилежного ученика средней школы.

– Что с тобой?

– В смысле? (Я иронично улыбнулся, а потом скорчил заинтересованное лицо)

– Ты странно сидишь.

– Я просто экспериментирую. (Мне удалось сказать это с очень серьезным лицом)

– Что-то я ничего не понимаю. (Лицо Леры тоже приобрело серьезность)

– Знаешь в чем разница между мной и Джастином Тимберлейком? (Было уже сложно не смеяться, но я держался)

– Причем тут Тимберлейк?

Иногда происходит так, что я придумываю ловкую заманушку, потом начинаю ее развивать, а девушка задает совсем не тот вопрос. В такие моменты я грущу. Мы смотрели с серьезным лицом, выражающим искренне непонимание, друг на друга и молчали. Я отпил еще глоток кофе, встал, подошел к окну и сказал:

– Все это глупо, но я не могу так.

– Не можешь как? (Начинает уже серьезно сердиться)

– Понимаешь, я в этом шарю… Я вижу тебя почти насквозь. И мне становится не по себе от того, что я знаю.

– Ты мне можешь объяснить, о чем ты говоришь?

Я прекрасно видел все моменты, я знал, когда можно поцеловать девушку, я знал, когда и что можно с ней делать. Всю эту информацию она говорила мне сама своим телом. Я могу припомнить даже моменты, когда я специально пытался, например, поцеловать ее в неправильный момент, чтобы быть более естественным.

– Вот ты стоишь сейчас и смотришь на меня.

– Ну?

– Я же вижу, что у тебя на лице, например, сердитость и заинтересованность. Это же несложно?

– И что?

– В этом все и дело, я пойду Лер…

На ее лице была неописуемая палитра эмоций. Вся эта ситуация была глупой, но для меня это была игра – это был проход порога. Где-то внутри я искренне смеялся.

Я надел кеды и стал ждать у двери. Подошедшая Лера была в глубоком недопонимании, она открыла дверь, и я вышел.

На остановке я попросил сигарету у прохожего и выкурил. Мне сильно хотелось виски и максимально старых записей Армстронга.

На телефон пришло сообщение: «Дим, ты ведешь себя как мудак», естественно от Леры, отвечать на него я не стал. Подошел автобус, я сел в него и уехал домой, наслаждаться последними шестьюдесятью – восьмьюдесятью граммами «Джим Бима». На следующий день, я позвонил Лере, извинился и сказал, что просто был не в духе, потому что были проблемы с учебой. Мы договорились о встрече через неделю, которая прошла очень быстро.

В назначенное время я уже стоял у памятника Ленину и смотрел на прохожих. На часах было уже сорок минут пятого, а Лера все еще не пришла, хотя договаривались мы на двадцать пять минут. Вокруг ходило достаточно много людей и среди них пару раз даже попались красивые девочки, но я был на сегодня занят.

Одно из основных правил – это выбор места, ведь поймать рыбу в лесу невозможно. Я искал плюсы только там, где девочкам было нечем заняться, где они никуда не торопились и были расслаблены.

Вдруг я услышал стук каблуков сзади, который был все ближе и ближе ко мне. Это была она, но я решил не оборачиваться, тем более, я знал, что она чувствует вину за опоздание. Все было на моей стороне. Лера подошла и закрыла мне глаза руками:

– Ты опоздала на двадцать минут.

– Дименька, извини, я не хотела.

– Если бы ты не хотела, то ты бы не опоздала.

– Ну, прости. (Засунула руки под футболку и ногтями провела по спине)

Я развернулся к ней лицом и поцеловал:

– Привет.

– Привет (улыбка). Куда мы пойдем?

– Не знаю, я просто очень хотел увидеть тебя, а где мы будем не так важно.

Лера слегка засмущалась, щеки приобрели легкий красный оттенок, а взгляд опустился вниз. Мы выбрали направление движения и отправились легким шагом. Выдавая глупые шутки и отвечая на вопросы Леры, про себя я думал: «Что-то тут не так, ты же была такая хорошая в момент встречи, а теперь на тебе куча ненужной косметики, непропорциональные черты тела и ты кажешься мне глупой…»

– Дим!

– А?

– Ты где?

– В смысле, где я? (Смеясь)

– О чем ты думаешь?

– О тебе…

– И что же ты обо мне думаешь?

– О том, что возможно на этой улице я не самый ахуенный.

Потом, Лера начала меня грузить информацией о скорых соревнованиях и о том, что она не успевает ничего из-за тренировок и прочее нытье. Все это вполне нормально, думал я, кому-то же ей надо это рассказывать. Вдруг я услышал звук сообщения на телефоне, это была Женя: «Что делаешь?». Я ответил, что я лежу дома на кровати и в сущности ничем не занят. Лера все это время трындела о чем-то, но я ее уже не слушал, а только с периодичностью в минуту кивал головой, как завещал Карнеги.

– Лер?

– Что?

– У меня дома дела, мне надо ехать.

– Но мы же и часа не гуляем.

Я попробовал поцеловать ее, но она отвернулась.

– Так, ты сейчас идешь на остановку и едешь домой, потом звонишь мне и говоришь, что все хорошо.

– Ну, Дииим…

– Эй, не грусти, мы в ближайшие дни увидимся, хорошо?

– Да…

Я взял ее за руку, крепко прижал к себе, поцеловал и щечку:

– За это ты мне и нравишься.

Мы разошлись, я сел в метро и уехал домой. По пути, в местах, где работала связь, отправляя сообщения Жене.

Дома я поужинал и сделал себе кофе с молоком и большим количеством сахара. Женя продолжала писать, я продолжал отвечать ей.

Вдруг, написала Люба:

– Дим, а что бы ты хотел сделать со мной?

Черт, это неправильно. Что за мир такой? Все вы одинаковые: с дырой между ног и дырой вместо мозга.

*****

Как-то после учебы я позвонил Жене и предложил встретиться у меня дома, она согласилась и сказала, что у нее есть серьезный разговор. Я пришел домой, убрал весь хлам, который валялся по разным углам во всех комнатах, убрался на кухне и поставил чайник кипятиться. У меня еще было время и нужно было чем-то его занять, по случайности я заметил на полке пакет с бумагами и фотографиями, который так давно не брал в руки. В нем были старые фотографии из школы, разные грамоты и записки. Перебирая всю это чепуху, я наткнулся на маленький листочек с надписью: «Я люблю тебя, Света». Это было написано той самой девочке, что не давала мне покоя до четвертого класса. Странно, наверно, но сейчас я не понимаю, что я и еще четверо – пятеро моих одноклассников в ней находили. В этот момент постучали в дверь, и я знал, что это Женя. Я быстро убрал все бумаги в пакет и положил его обратно на полку, подошел к двери и открыл ее, на пороге стояла Лера, которую я совсем не ожидал увидеть:

– Привет (неуверенно), а ты… Откуда тут?

– Что значит откуда? Можно я войду?

– Проходи, конечно…

– Мне надо с тобой поговорить, Дим.

Женя должна была прийти минут через двенадцать, и если она на Леру отреагировала бы, может, и нормально, то Лера, вряд ли. Нужно было что-то придумать, причем сделать это как можно быстрее. Хотя, на первый взгляд ситуация была сложная, ко мне быстро пришло легкое решение.

– Лер, я в магазин собирался, может, пройдемся, и ты по пути расскажешь все?

– Я думала…

– Вот и отлично, подожди, сейчас я…

Женя, как только придет, сразу позвонит мне, а я ей скажу, что тоже скоро буду, а почему меня еще нет, расскажу при встрече. Если я ей сразу скажу причину, причем любую, она может начать обижаться, а если расскажу при встрече, то для нее появится интрига, а до того, как она попробует обидеться на любую причину, я уже ее крепко обниму.

Мы с Лерой вышли из дома, я слегка подозрительно торопился, но Лера не обратила на это внимание. К моему подъезду можно подойти с двух сторон, а поскольку я знал, что Женя ездит на автобусе, она могла подойти только с одной стороны. Все было предельно просто и безопасно. Я взял Леру за руку и потащил через нужный подход в сторону магазина.

– Диииим…

– Да, Лерочка, ты хотела что-то рассказать?

– Блин, мне руку больно.

– А, извини, давай я поцелую.

– Дим…

Мы остановились в безопасном месте, где Женя уже никак не могла настигнуть нас, и я успокоился.

– Да, я слушаю тебя.

– Это важно…

В этот момент мне позвонила Женя, и ей нужно было как-то очень эффектно ответить, так, чтобы Лера ничего не заподозрила.

– Алло, да.

– Дим, я так-то около двери стою.

– Я не знал, что ты так рано придешь.

– Мы договорились на это время.

– Ах, да, я же тебе еще не рассказал, я скоро буду, подожди.

– Надеюсь, у тебя хорошее оправдание, я жду.

Я посмотрел на Леру, она посмотрела на меня вопросительно.

– Прикинь, хозяйка пришла, а у нее ключей нет. Придется сейчас пойти домой, а мы встретимся чуть позже.

– Может, ты выслушаешь меня наконец-то?

– Да, дорогая, конечно, говори, только быстро.

То, что я услышал, никак не вписывалось в мою картину идеального мира.

– Повтори…

– Я сама не знаю, как так получилось, но я вот, сразу к тебе…

– Да, что ты не знаешь?!

– Я, как будто, не я была…

– Ты – была ты. Тут нечего объяснять!

– Дим, я, блядь… ты же сам как хуй пойми кто поступаешь!

– Как я поступаю?!

– Ты два раза подряд… Просто… Кинул меня, ты уехал… Я…

– Ты трахалась с хуй пойми кем в его машине, дура!

– Извини, ну, Дим…

– Лер, извини?! Ты говоришь: «извини», блядь?!

– Я…

– Дохуя! Лер, едь домой… Я не хочу тебя видеть сейчас.

С ума сойти, она приехала рассказать мне, что сразу на следующий день после встречи, она увиделась с каким-то знакомым на машине, покаталась с ним по городу и потом дала. При всем, я понимаю, что я хуйло еще то, я же сам… Сам сейчас иду к Жене. И что я хотел вообще? И почему она это сделала? Машина? Или это – месть? С одной стороны, конечно, похуй.

После, я попрощался с Лерой и пришел домой, около двери ждала Женя, а на ней была короткая юбка, чулки, туфли на ахуенно огромном каблуке и светлая майка. От того, чтобы я не кончил на месте, меня спасло только наличие бюстгальтера, правда без него, она выглядела бы и правда как шлюха. Я не стал долго думать, обнял ее, засосал и одной рукой стал открывать дверь. Падая и ударяясь о стены, обувь, табуретки и прочую чушь мы двигались по коридору к комнате. Я сорвал с Жени майку, затем бюстгальтер, она с меня футболку и в этот момент я услышал стук в дверь…

– Кто это?

– Жень, погоди…

Я подошел к двери и посмотрел в глазок, на лестничной клетке стоял Рома. Я открыл дверь:

– Привет.

– Привет, Дим, у меня тут грамм четыреста «Голд Лейбла».

– Да, конечно, заходи (улыбаясь), но я тут не один…

– Может, я тогда не буду мешать?

– Да нет, все в порядке, заходи, говорю же, там Женя.

– А…

– Сейчас я проведу официальное знакомство.

Я представил их друг другу и ближайшие пару часов мы травили шутки и бухали. Ближе к ночи Женя решила, что ей пора спать и что домой ей ехать явно не охота, поэтому остается у меня.

После того, как Женя ушла спать, мы с Ромой продолжили алкогольные посиделки, и как-то разговор зашел о Лере:

– Так и почему все так-то сложилось?

– Да, Ром, потому, что хочется, но не можется. Надо думать, что делаешь и всех их все равно не перетрахаешь, причем это плюс. Ты всегда знаешь просто, что их настолько дохуя и они все вот – одинаковые.

– Почему одинаковые?

– Да, потому, что ноги, руки, голова и пилотка пионера: «Всегда готов», остальное все, что душевное, оно разнится, конечно, но тоже не сильно.

– Но есть же красивые, есть не красивые, и вообще, как ты жену тогда выбирать будешь?

– В этом и дело, о том я тебе и говорю, что красивые или некрасивые – всех баб трахать хочется, потому, что есть куда, а потом уже, насколько сильно хочется. А жена, она тоже такой же будет – это неплохо. Вот я же не говорю, что мы все разные?

– Так можно всех одинаковыми называть…

– Да нет же, просто, все это становится понятно после тридцатой где-то, когда ты уже не секс ищешь, а вот это вот – духовное. И знаешь, в чем вся хуйня? Не находишь…

– Плохо ищешь?

– Да нихуя не плохо, просто, когда ты начинаешь отказываться от секса, а ей предложить больше нечего, вам обоим все понятно становится, да плюс, иногда ей не сразу понятно и она в панике пытается впихнуть тебе секс еще и еще раз, а ты не берешь и тогда они с ума сходят вообще. А мне нахуй секс твой? Я могу его у любой бабы взять, нужна лишь дырка, а вот это вот – духовное, оно не у каждой, да и вообще я уже сомневаюсь, что оно есть.

– Ладно, ты, Дим, не перегибай, налей лучше еще.

Я налил еще виски, переключил уже изъезженного за сегодня Бари Сэдлера на Элвиса Пресли и вечер стал веселее.

– Я вспомнил вот что…

– Еще доказательства?

– Да нет, забыли эту тему на сегодня, она меня уводит в себя слишком. Я вспомнил, ну просто, не рассказывал тебе…

– Ну, давай.

– Ближе к лету было уже жарко и после школы мы пошли к товарищу во двор с двумя девочками из школы и парнем одним.

– Три к двум…

– Погоди ты, к двум три у него… Во дворе у товарища были лавочки, ну и мы там сели. По-моему, там алкоголь потом был…

– Ты алкаш, потому что.

– Я не пил, но все начало развиваться неожиданно. Одна особа сидела на коленках у товарища и начала приставать к нему, а он в то время с девушкой встречался.

– Это, типа, он был каблуком, то есть.

– Ну, встречаться, пара и все эти дела, понял? Ну и она лезет целоваться, короче, и при этом вдруг начала эмитировать оргазм.

– Зачем?

– Не знаю, но получалось неплохо.

– А они как вообще внешне были?

– Ну вот, та, с оргазмом очень даже ничего, а вторая – похуже. Они вроде и обе – да, а вроде и хуй пойми…

– Слово конкретика тебе знакомо?

– В общем, из десяти, они были на пять с половиной – шесть.

– Хорошо, давай дальше…

– Он не соглашается – даже звучит смешно, я общаюсь со второй, а третий парень, он сидит в стороне просто.

– Пятое колесо?

– Двадцать пятое… Он, минут через десять, нам сказал: «Давайте, я домой пошел», и ушел. Ко мне начала приставать вторая, а я не был против.

– Еще бы, Дима против был.

– Я бываю против.

– Да я в курсе, я просто говорю…

– В общем, нас двое, бабы на нас, и все получается.

– Так он перестал противиться?

– Нет, но она его везде перекусала и от ее оргазма у всего двора уже стояк был.

– Дальше в хату к кому-нибудь?

– Дальше в подъезд к товарищу.

– Неплохой выбор.

– Ты не понял, мы купили еще алкашки, пошли в падик и стали сидеть там. С первой мы уже устали сосаться, вторую я всю облапал, а товарищ продолжал хранить верность.

– Дима, Дима…

– Но, это было так, еле-еле что-то. А потом, у меня начала работать голова. Вообще, я был удивлен, как вот он – мой товарищ, так держался упорно. Я не знаю, вот, смог бы я?

– Да, наверно.

– Ладно, не важно, как – то, неожиданно просто мы решили разойтись.

– Ого.

– Ну да, проводили первую до дома, а вторую – до остановки. И пока мы вторую вели, я с ней не общался, а уже на остановке, просто протянул ей руку и попрощался на максимальном расстоянии, она сказала, что-то вроде: «Это нормально вообще?», а я не помню, ответил ли я…

– А в чем дело-то?

– Да я не знаю. Удивился, наверно, товарищу.

– Да уж, тебя не поймешь.

– Да ладно, не поймешь… Просто, наверно, похвастаться тем, что ты сдержался, круче, чем то, что ты выеб кого-то, но не все это понимают. Всегда же первый вопрос: «Ну и что, ты трахнул ее?», а ты думаешь, и это все, что было нужно?

Глава 2

Ебаные пидорасы, что они себе позволяют? У меня же нет никаких шансов, хотя я прав. Блядь, самое противное, что я прав, а доказать это никак не могу. У меня завязаны руки, а у этих хуесосов вся власть. Черт, похуй на внешность, но разве по мне совсем не видно, что мне есть восемнадцать? Я хочу виски, у меня есть деньги и мне есть двадцать один, а она: «Покажите паспорт», – дура. Мне что, нужно всегда таскаться с этой бумажкой? С моим образом жизни я ее потеряю в скором времени и что потом?

День не задался, дома ни грамма, на улице хуярит солнце, я щурю глаза как будто я китаец или вьетнамец или кто там еще есть. Жарко и никакие дезодоранты не помогают, у меня два озера имени потного Димы на подмышках. Я устал от работы и уже сомневаюсь, нужны ли мне эти тринадцать косарей в этом месяце. На улице лето, надо отдыхать, а я работу работаю. Плюсов не было уже недели четыре, а то и пять, Женя чуть ли не переехала ко мне и кроме нее никто так меня не заставляет забывать об мелочных проблемах этой жизни.

Мегаполис. Бегает народ, бегает непонятно куда, все такие разные и хуй их всех поймешь, что они хотят. Ах, как я рад этому ебаному выходному и как я не рад, что делать мне совершенно нечего, а виски мне не продали уже в двух магазинах, долбоебы.

Бродит много красивых баб, но по ним сразу видно, по крайней мере, по большей части, что они зазнавшиеся шлюхи. Пафосные наряды, пафосный взгляд. Да я вас всех в рот ебал, и понты ваши. К тому же видно, что все они по делу, все они бегают тут неспроста, чем-то заняты.

Я пришел домой и упал на кровать. Все так одновременно круто и одновременно непонятно. Бывает, сидишь, по сторонам смотришь и кажется все на местах, ты счастлив и готов радоваться всему, что происходит, но потом, обязательно, всегда все меняется. Я не раз просыпался утром с чувством, что я не хочу ничего, а сам я – бесполезный человек, который не умеет ничего и ничего не достиг, и не достигну.

Нам дали слишком много желаний… Вся жизнь, заполнена желаниями, которые нам навязали жирные богатеи, еще сильнее отращивая ряху за наш счет. У человека мог быть журнал с марками или вкладышами от жвачки «Турбо», и он был рад. Бабы не сосали за айфоны… Хотя, без сомнения сосали за что-нибудь другое, но их точно было меньше, я уверен. Правда, я не знаю, может быть это и хорошо, что теперь все стало более открытым. Хочешь пизду – даешь ей айфон, а раньше как? Хочешь пизду – попробуй ее удиви неизвестно чем. Да к хуям это все, надо что-то пожрать.

Я пожарил яичницу с гренками и сделал себе сладкий кофе с молоком, включил Фрэнка Синатра. Не знаю уж, откуда у меня такая любовь к яичнице с гренками, но это просто восхитительная еда.

Вечером мне позвонил Миша и предложил набухаться у него дома. Конечно, я не мог отказать, если мне предлагали бесплатно выпить хорошего виски, тем более, что сам я был сухой словно ебаная пустыня.

Я собрался, вышел, закрыл дверь и в этот момент мне кто-то позвонил на телефон. Это была одна из недавних знакомых, а если быть точнее, это был возможный плюс, но мы познакомились больше месяца назад. Дальше сообщений: «Отшлепай меня шнуром от зарядки…» у нас ничего не было.

– Алло.

– Дим, привет.

– Привет, Настя.

– Что делаешь?

– Ты хочешь что-то предложить?

– Ахах… Я, просто, тут рядом…

– Рядом с чем? (Смеюсь)

– Недалеко от твоего дома.

– Ты знаешь где я живу?

– Да, Дим, может выйдешь и мы…

– Погоди, почему ты решила, что я дома?

– А ты не…

– Не важно, извини, знаешь что?

– Что?

– Я тебе позвоню завтра.

– У меня с собой бутылка «Джэк Дэниелс».

Вот ведь… Надо поменьше трындеть языком о своих предпочтениях, иначе каждая сучка будет давить мне на больное.

– Я перезвоню через пять минут.

– Хорошо.

Стоит где-то на улице ведь и ждет. Вот женщины… Ох уж они могут иногда делать глупости. Особенно, если у них недотрах. Некоторые становятся агрессивными, потому что хотят, но сказать не могут, моветон, черт его побери. Другие начинают творить глупости: звонить, писать всем, делать большие глазки и пухлые губки, а в нужный момент набрасываться на тебя и разрывать сначала футболку, потом твою спину, а то и уздечку. Ну ладно, ничего… Где там телефон Миши…

– Миш.

– Да? Уже приехал, что ли?

– Да нет, я только дверь закрыл, стою на клетке лестничной.

– И?

– И мне тут позвонила одна знакомая. Говорит у нее бутылка Джек Дэниелс… Не в бутылке дело, ты понимаешь?

– Продолжай…

– Я бы мог послать ее, но почему бы не устроить…

– Два к одному?

– Неет, нет, конечно.

Как-то прочитал в одной книжке, уже не помню какой или видел где – то, а может и из знакомых каких обронил где фразочку: «Я считаю, что для любой самой лучшей фантазии, всегда достаточно только одного члена». Так вот, я считаю точно так же, и вряд ли найдется кто-то кто меня в этом переубедит.

– Есть у тебя знакомая, которая сейчас свободна?

– Ну, я думаю, будет…

– Так мне звать? Или думаешь будет?

– В смысле?

– В коромысле! Говорю, точно можешь сказать?

– Да, есть.

Чтож, значит буду не один. Я перезвонил Насте и сказал, куда ей подойти, чтобы мы встретились и вместе поехали. Сначала она чуть-чуть поломалась по поводу того, что мы поедем в неизвестном направлении, но потом шепот из-под юбки, убедил ее согласиться.

*****

Маша, на самом деле, раньше училась со мной в шараге и уже выпустилась, там мы первый раз и познакомились, но особо не общались. После ночной переписки мы договорились, что встретимся именно там потому, что я там часто бываю из-за учебы, а она давно не была и хочет навестить своих преподавателей.

Надо сказать, что пришла она не одна, а со своей подругой, с которой я тоже был знаком и тоже общался достаточно посредственно. Мы прогулялись по коридорам учебного заведения, попутно заходя в кабинеты преподавателей и достаточно неплохо провели время.

В следующий раз мы встретились на улице в компании человек пяти и просто весь вечер общались, смеялись и делали все то, что делают компании знакомых людей по вечерам.

Помню два случая интересных: один – с девушкой, а второй – тоже, но была принципиальная разница. В обоих случаях мы были в кафе и рядом с нашим столиком сидели красивые девушки:

– Как они на тебя все ведутся вообще?

– Кто они?

– Дим.

– Я не знаю (Смеюсь).

– Ты не можешь этого не знать.

– Это почему?

– Потому, что я знаю, что ты знаешь…

– Что ты хочешь? Чтобы я тебе сказал что?

– Как ты это делаешь?

– А ты не помнишь?

– Дииим.

– Ну… Таак… Смотри… Вон, видишь, две сидят.

– Блондинка и брюнетка?

– Да, вот с чего бы ты начала?

– Я? Я не знаааю…

– Ты – баба, кто как не ты должна знать, как залезть в трусики к бабе?

– Ну, мне нравится когда что-нибудь необычное происходит.

– Так, ты близко. То, что ты сказала, обозначает – выделиться. Показать, что ты не такой, как все остальные. А знаешь, чем плохи остальные?

– Тем, что ты лучше? (Улыбается)

– Не совсем… Тем, что остальных много. Остальные – это много-много людей, которые называются – остальные. А ты – экземпляр эксклюзивный. И тут есть два варианта…

– Какие варианты?

– Ты можешь быть эксклюзивно хуевый и эксклюзивно пиздатый.

– Не поняла…

– Глупенькая. Вот если к тебе подойдет человек с хуем на лбу – он эксклюзивный?

– А, поняла, да… Но это все неинтересно, расскажи, что ты делать-то будешь?

– Это все очень важная часть. Нужно увидеть все то, что ты можешь использовать, но только нельзя на них палить. Дело в том, что от первого оценочного взгляда или от «первоначальной проверки» должно пройти мгновение до того, как ты уже подойдешь к ней. Если ты будешь медлить…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.