СОбытИЕ
Дамир К. Майкенов

© Дамир К. Майкенов, 2023

ISBN 978-5-0056-0642-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Однажды в Государственной телерадиокомпании «Лотос» во время прямого эфира программы «Вести. Астраханская область» произошел забавный случай. Молодая, но довольно опытная ведущая в студии «подводила» к важному и заранее анонсированному сюжету. Согласно верстке он должен был «пойти» буквально через несколько секунд, но… в последний момент по внутренней связи девушка узнала, что материал этот еще не готов. Его просто-напросто не успели вовремя смонтировать – такое бывает, хоть и редко. Но получалось, что ведущая программы, сама того не желая, только что обманула около миллиона телезрителей. Растерявшись, девушка неосознанно, но громко и отчетливо воскликнула с экранов телевизоров на всю область:

– О, господи! – Затем, взяв себя в руки, она профессиональным тоном принесла извинения и добавила, что по «техническим причинам» ожидаемый материал будет выдан в эфир в следующем выпуске региональных новостей.

И многие наверняка могли наблюдать искренние эмоции напуганного до чертиков корреспондента ГТРК «Южный Урал», который 15 февраля 2013 года во время рутинных съемок информационного сюжета неожиданно стал свидетелем падения Челябинского метеорита.

Подобных казусов на любом телеканале наберется немало. Все эти случаи лишь подтверждают, что якобы беспристрастные на экране корреспонденты и ведущие на самом деле тоже являются обычными людьми со своими страхами, надеждами, переживаниями, стремлениями, мечтами и любовями. И ради искренних эмоций так называемых «эфирных лиц» я взял на себя смелость представить их деятельность в необычной и беспрецедентно пугающей ситуации, чтобы рассмотреть с точки зрения рядового телезрителя. Для этого мне пришлось выдумать псевдонаучное, фантастическое СОбытИЕ, которое – случись оно в реальности – не проигнорировал бы ни один информационный телеканал.

В результате родился оригинальный киносценарий в жанре screenlife, который сначала в прямом смысле был послан мной кинокомпаниям, а уже ими в переносном – на хрен. Но так как идея никак не уходила из головы, я решил превратить ее в этот экспериментальный и отчасти карикатурный TV-роман.

Изначально для пущей правдоподобности я хотел использовать реальных сотрудников российского телевидения и иных известных лиц (политиков, военных, ученых, служителей церкви и прочих), но потом отказался от этой идеи. Поскольку я не знаком лично со всеми этими людьми, то побоялся «обидеть» их, ошибочно описав такими, какими в действительности они могут не являться. В итоге я переименовал персонажей, наделил их совершенно разными характерами, перенес действие в недалекое будущее, вплетя его в предполагаемые мной российские реалии, и на всякий случай добавил перед рукописью…

Дисклеймер:

Текст является художественным произведением и носит исключительно развлекательно-познавательный характер. Как автор я не имею цели кого-либо оскорбить и приношу искренние извинения всем, кто увидит в тексте злой умысел, упрек и/или агитацию.

Рукопись основана на прекрасном сновидении и страшном воображении (нет, я не перепутал).

Некоторые из приведенных фактов имеют место быть, но другие являются сугубо личными, субъективными мнениями героев.

Все персонажи вымышленные. Любые совпадения с реальными лицами, их мнениями, характерами, политическими и/или религиозными взглядами просьба считать случайными.

Заранее прошу прощения у москвичей за то, что немного своевольно распорядился географией их города. Я не страдаю топографическим кретинизмом, но не очень хорошо знаю столицу, поэтому мне пришлось пользоваться картами Google, чтобы перенести действие сюжета туда, где функционирует наибольшее количество информационных телеканалов.

Также извиняюсь перед читателями за условности при описании телевизионных, военных, космических, религиозных, а также научных фактов и мероприятий. Эти допущения и упрощения были необходимы, чтобы не перегружать текст объемными описаниями, либо выдуманы мной из-за недостатка достоверной информации.

И да простит меня Господь за богохульства моих героев!

Предупреждение:

Не рекомендуется глубоко религиозным людям!

Они читают на свой страх и риск. В случае игнорирования данного предупреждения претензии не принимаются.

Да, и вот еще, не менее важное:

Телевизионным СМИ России, которые отказались рассматривать мое резюме, и Государственной телерадиокомпании «Лотос», давшей мне все, чем я сейчас дорожу, этот роман посвящается!

Пусть у всех все будет хорошо!

Я – за Мир и мирную жизнь в нем, никак иначе!

И, как сказал Юрий Гагарин: «Поехали!..»

Пролог. Накануне…

…большую часть стены в просторной комнате закрывал собой модный гостиный гарнитур. Стеллажи его были заставлены пластмассовыми модельками самолетов и космических ракет на «ножках», подарочными книгами (которые давно никто не открывал) и фотографиями в рамках. Но основной объем на полках занимала внушительная коллекция фантастических фильмов на Blu-Ray.

Над всем этим (как говорится, ни к селу, ни к городу) в раскрытом виде мозолил глаза старый деревянный триптих, состоящий из образа Иисуса Христа, лика Пресвятой Богородицы и изображения Николая Угодника. Рядом лежал самый знаменитый бестселлер в истории книгопечатания – старенькая потрепанная Библия. Потертая обложка и мятые страницы указывали, что читали ее, хотя бы фрагментарно, почти каждый день.

В центре гарнитура устало располагался давно снятый с производства жидкокристаллический телевизор размером с чемодан и со стандартным разрешением FullHD. Последние дни он работал с искажениями, перебоями и помехами, а накануне окончательно сдох и ремонту, кажись, уже не подлежал.

Поправка: никто и не изъявил желание его ремонтировать; никто даже не поинтересовался, что именно с ним случилось: сгорела ли в нем плата электропитания, а может…

Это было уже неважно. Устаревший плоский «ящик» просто-напросто сдали на утилизацию и благополучно о нем забыли.

Теперь же вместо него на крепкой подставке (со встроенными в нее мощными динамиками) громоздился LG Signature OLED 8K UltraHD – плоский черный гигант с диагональю экрана 88 дюймов. Это почти три квадратных метра глянцевой поверхности, в которую при дневном свете можно смотреться, словно в зеркало. На момент приобретения эта модель телевизора была уже не очень свежей, но отнюдь не дешевой.

Благо, что покупатель накануне удачно попал на распродажу.

Столь высококачественную технику мог позволить себе лишь увлеченный киноман с хорошим достатком, который не представлял жизнь без ежевечернего просмотра хотя бы двух фильмов. Ранним утром второго воскресенья июля он отражался в огромном глянцевом экране, на котором пока не было ни единой пылинки, отпечатка пальца или грязного развода.

Организм этого человека с момента возникновения на «белом свете» носил название Сергей Иванов. Это был тридцативосьмилетний мужчина без каких-либо примечательных особенностей. Небольшое пивное пузо и широкие бедра выдавали его малоподвижный образ жизни в пределах зоны комфорта.

Поссорившись накануне с женой Светланой, он в одних шортах и майке спал на неразложенном диване, запутавшись в легком цветастом пледе. У него не было подушки и постельного белья. Голова с уже заметной проплешиной покоилась на мягком подлокотнике.

Чуть в стороне лениво «мотал башкой» напольный вентилятор. Он обдувал спящего мужчину, и большие лопасти его были невидимы глазу из-за вращения на максимальных оборотах. В экране телевизора также отражались мягкое кресло у двери и небольшой журнальный столик, на котором одиноко лежал новенький аэропульт LG, предусмотрительно завернутый в шуршащий целлофановый пакетик.

Стрелки часов над диваном показывали 06:12 утра.

В широкое окно с двухкамерными стеклопакетами били яркие лучи летнего солнца. Дверь на балкон была чуть приоткрыта, вяло колыхались плотные светонепроницаемые шторы с абстрактным рисунком. С улицы доносился шум взволнованной толпы, женские вскрики, чье-то испуганное нытье, вой сирен и частые сигналы автомобильных клаксонов. Все эти звуки сливались в далекую монотонную какофонию, которая наверняка разбудила бы Сергея, если бы он жил ниже семнадцатого этажа.

Видимо, на улице случилось нечто из ряда вон, но супруги Ивановы мирно (хоть и порознь) проспали это происшествие.

Ссора с женой накануне произошла по двум причинам, и не только из-за покупки дорогого телевизора, о котором Сергей грезил уже пару лет. Во-первых, он даже не посоветовался с ней и в качестве первоначального взноса отдал все сбережения, поскольку в ближайший рабочий день ожидал зачисление очередной зарплаты. Во-вторых, возясь с гарнитуром, он небрежно обошелся с ее православным триптихом.

Как было дело? Пока Светлана «пилила» Сергея за его бесшабашное транжирство, он разобрал гарнитур на составные части. Центральную секцию в виде досок и стекол он сложил в дальнем углу пыльной кладовки. Боковые стеллажи он с пыхтением раздвинул в стороны, чтобы разместить между ними широкоэкранную новинку. В результате этих несложных, но торопливых манипуляций триптих упал с верхней полки и разбился на три отдельные иконы.

Это привело Светлану в бешенство. Порой в этой религиозной домохозяйке просыпалась истинная стерва, что в последние годы, по мнению Сергея, происходило все чаще. В такие моменты она напрочь забывала о…

1 Петра, 4:9

«Принимайте друг друга в домах своих без досады, а только радушно»

…и позволяла себе громко браниться, неприлично жестикулировать и сквернословить.

Сергей стерпел ее ругань, но не из-за чувства вины. Его больше озаботила сохранность рассыпавшихся на полу пластмассовых моделек и дисков Blu-Ray. В ответ он лишь укорил ее, что подобная херня не случилась бы, если бы она не орала, как «бешеная истеричка», а хоть немного помогла ему.

В итоге Светлана, отказавшись мыть на ночь посуду (но надеясь, что супруг догадается сделать это сам), запретила ему входить в спальню и закрылась там.

Сергей не расстроился. Скорее, облегченно вздохнул, радуясь наступившей тишине. Он был уверен, что через некоторое время, когда ей станет одиноко в постели, она сменит гнев на милость и позовет его. По крайней мере, раньше всегда так и происходило. Нужно было лишь стойко подождать пару-тройку часов, а затем, планировал Сергей, настанет его очередь ерепениться и набивать себе цену.

Но в эту ночь… в последнюю ночь их двенадцатилетнего брака обиженная Светлана его не позвала.

Выбросив сломанный триптих (который она унесла в спальню) из головы, Сергей аккуратно сложил на полках личные коллекции фильмов и моделек. Затем подключил к телевизору кабель от Wi-Fi-маршрутизатора и начал настраивать каналы. Обычно при покупке столь дорогой цифровой техники всеми необходимыми настройками занимались специалисты, но Сергей предположил, что его высшее инженерное образование и магистратура позволят ему обойтись без них.

И он не ошибся. Технический склад ума и программное обеспечение телевизора помогли ему. Теперь у каждого канала был свой номер на аэропульте. Правда, Сергей еще не запомнил, в каком именно порядке и за какими кнопками – 1, 2, 3, 4… – эти каналы закреплены.

Он провозился до полуночи и заснул на диване в предвкушении, что с утра сегодняшнего выходного дня он завершит оставшийся ритуал: настроит нужные интернет-вкладки и онлайн-кинотеатры, подключит консоль Sony PlayStation 5, плотно задернет тяжелые светонепроницаемые шторы, откроет купленные накануне две бутылки пива «Carlsberg» и наконец-то протестирует широкий экран последним блокбастером от Marvel, свежим выпуском BadComedian на YouTube и любимым шутером от Ubisoft.

Посапывая на диване, Сергей не подозревал, что испытать телевизор фильмами и видеоиграми ему будет не суждено, а новый высококачественный экран с момента включения и до технической кончины будет показывать лишь то, что Сергея раньше никогда особо не интересовало – телевизионные новости. Но в этот раз он будет поглощать их с таким жадным интересом, с каким еще не смотрел ни один фантастический блокбастер.

Он не мог знать, что буквально через четыре минуты и тридцать шесть секунд его жизнь безвозвратно изменится.

Поправка: и не только его; и не только жизнь!

Часть I. НАБлюдЕНИЕ

«Все, что мы можем вообразить, существует в действительности»

Джон Лилли, нейрофизиолог

Комната

События этого летнего утра (которые навсегда войдут в историю) начались для Ивановых с раннего телефонного звонка. В спальне из динамика смартфона запел Григорий Лепс, фрагмент песни которого Светлана когда-то установила в качестве рингтона.

Певец кричал о том, что «самый лучший день заходил вчера». Возможно, он был прав.

По громкости и противности, как шутил Сергей, гаджет Светланы мог бы выиграть чемпионат будильников, если бы таковой проводился. К тому же дверь в спальню в этот момент оказалась открыта (видимо, ночью Светлана выходила на кухню или в туалет), поэтому ее мужа не могло не разбудить вмешательство в его радужный сон мощного «рычащего» тембра популярного российского певца.

Сергей раздраженно перевернулся на другой бок и укрылся пледом с головой.

Лопасти напольного вентилятора постепенно остановились, будто техника, вдруг устав от скучной однообразной работы, тоже решила на минуточку вздремнуть.

Из спальни донеслось, как Светлана лениво зашевелилась на кровати, затем Лепс умолк, и она сонно ответила на звонок:

– Алло. Приветик, Ириш. Ты чего так рано? – Светлана шумно вздохнула носом. – Сплю, конечно! Что-то случилось? Ты чего такая нервная? – Секундная пауза и тревожное добавление: – Ты гонишь? С ума сошла совсем? У тебя уже крыша на этой почве поехала? – Затем громкий протяжный зевок. – Ирина, стоп, хватит галдеть, я тебе ни за что не поверю! Это прикол какой-то, да? Этого быть не может! Нет, не может! А я говорю, не может, не может, не может! Ты надо мной подшутить с утра пораньше решила? Знаешь, я сейчас не в том настроении, чтобы всякую фигню от тебя выслушивать…

Сергей приподнял голову и крикнул в сторону спальни:

– Тише можно, нет? Дай поспать!

– Подними жопу и закрой дверь, если я тебе мешаю! – дерзнула Светлана в ответ.

С одной стороны, раз уж супруга продрала зенки, Сергей подумал вскочить с дивана, захлопнуть дверь и включить новый телевизор. Но с другой – хотелось выспаться, ведь впереди, как он рассчитывал, был еще целый свободный день.

– Я не хочу вставать, рано ведь еще. – Светлана, продолжив разговор по смартфону, все же немного понизила голос. – О, господи боже, не отвяжешься теперь! Ладно, не кричи на меня. Но учти, если это шутка… – Она не договорила. И без того было понятно, что она разозлится, если причиной звонка окажется обычный розыгрыш.

Из спальни донеслось, как Светлана встала с кровати, прошлепала босыми ногами к тамошнему окну и резко одернула шторы.

– И что тут такого? – снова послышался ее голос. – Ничего нет. Людей только много во дворе, будто собрание жильцов проходит. Ничего там нет! Я не знаю, в какую сторону оно смотрит. На юг, может. Куда? Нет, не хочу, там сейчас Сергей спит. Я сказала, не пойду! Да, мы поругались вчера. Не опять, а снова. Как это тебе по фиг? Почему тебе всегда по фиг? Ты ведь не его сестра, в конце концов, а моя. Мне лично обидно, что ты вечно… Что?

Сергей приподнялся, прислушался, затем «млякнул» под нос и снова уронил голову на мягкий подлокотник. «Ну и пусть жалуется, – подумал он, пытаясь вернуться в удобную позу. – Каждый раз после ссоры, как маленькая девочка, ябедничает старшей сестре». Он знал, что Ирина гораздо чаще принимает его сторону, нежели позицию родной сестренки, поэтому был спокоен. Разлад со свояченицей, с которой из-за схожих интересов ему всегда удавалось находить общий язык, ему не грозил.

Светлана в спальне раздраженно вздохнула и яростно зашептала в трубку:

– Ладно-ладно-ладно, сейчас схожу и посмотрю! Только мне кажется, что ты меня разводишь, Ирина! Если это реально так, я с тобой неделю разговаривать не буду, поняла меня?

Донеслись приближающиеся шаги босых ног.

Светлана со смартфоном осторожно вошла в просторную комнату, оказавшись в отражении глянцевого экрана телевизора. Это была голубоглазая милашка тридцати лет, чуть склонная к полноте, но еще не запустившая себя в этом плане. Ее длинные светлые локоны немного взъерошились подушкой на затылке. На молодой женщине весьма привлекательно смотрелся бордовый шелковый халатик с короткими рукавами.

Ступая как можно мягче, чтобы не разбудить мужа, Светлана на цыпочках подошла к окну. Она немного отодвинула штору, прищурилась из-за ударившего в лицо яркого солнца и окинула взглядом улицу.

– Ни фига себе! – тихо воскликнула она в трубку. – Здесь людей еще больше. Огромная толпа, офигеть! Куда они все смотрят? – Светлана подняла взгляд на небо, и сонное выражение ее лица резко изменилось. Протяжно ахнув, она задержала дыхание, распахнула в ужасе глаза и застыла в немом шоке, на время потеряв дар речи и связность мыслей.

Глубоко религиозная, но малообразованная женщина не сразу поняла, что именно она увидела наверху, поскольку упорно не верила во что-либо подобное. Но все равно она жутко испугалась. Причем это был не тот испуг, от которого обычно вздрагивают, затем облегченно вздыхают, после чего он быстро забывается. Чувство, сжавшее все внутри, не растворилось в памяти. Напротив – оно мгновенно взросло в душе, как взрыв напалма внутри полой статуи. Оно накрыло волной и закружило в ледяном водовороте. Качнувшись из-за померкнувшего на миг сознания, Светлана зажала рот рукой, чтобы не дать себе закричать от охватившего ее ужаса.

– Господи боже, помилуй нас, грешных! – наконец воскликнула она в полный голос. – Что это за фигня, Ирина? Что это такое, на фиг?

Сергей, вновь вырванный из дремы, возмущенно поелозил на диване, зыркнул на жену и опять натянул плед на голову.

– Тихо, пожалуйста-а, – прорычал он, даже не поинтересовавшись причиной ее шока. Вероятно, он решил, что реакция жены связана с каким-нибудь очередным богохульством ее старшей сестры в трубке.

Светлана, взволнованная чем-то явно более важным, не обратила на просьбу мужа никакого внимания.

– Да, теперь вижу, – сказала она в трубку, продолжая испуганно оглядывать небо. – Да, сейчас разбужу его. Да, ждем, давайте. С Юрой и Артёмкой? Да, хорошо, быстрее! – И добавила плаксиво: – Только осторожней, Иришка, пожалуйста!

Завершив вызов, Светлана подбежала к дивану и начала бесцеремонно тормошить Сергея.

– Серёжа, просыпайся! – умоляла она. – Вставай быстрее, Серёжа!

– Чего тебе надо? – буркнул он. – Отвали от меня!

Он всегда был обидчив и злопамятен, поскольку вырос из некогда избалованного ребенка. Вырос только физически, считала Светлана. К нему даже после мелкой ссоры на драной козе не подъедешь – она знала по опыту. Но напуганная женщина твердо решила добудиться мужа, поскольку сейчас ей как никогда раньше стали необходимы его моральная поддержка и хоть какие-то логические объяснения.

– Серёженька, пожалуйста, вставай! – заскулила она. – Посмотри, что по всему городу сейчас! Глянь, что там за окном! Это настоящий кошмар какой-то!

Поняв, что от него не отстанут, Сергей приподнялся на локти.

– Что случилось? Война? Революция? В такую рань…

– Хватит шутить, на фиг! – Светлана схватила мужа за руку и насильно потянула с дивана. – Ты в окно выгляни, сам обалдеешь! Ты в жизни такого не видел! Иришка говорит, по всем каналам уже трубят с раннего утра.

Сергей вырвался из крепкой хватки жены, пока она не стащила его на пол. Он отпихнул ногами скомканный плед, сел на краешек дивана и спросил, пытаясь справиться с протяжным зевком:

– Ты можешь наконец нормально объяснить или нет? Ты чего спозаранку начинаешь мне мозги колупать?

– В небе какая-то огромная непонятная фигня, Сергей, – испуганно заныла Светлана. Подобным тоном женщины обычно жалуются мужьям на здоровенного (даже если это не так) и страшного паука в ванной.

– Какая еще фигня? – не понял Сергей.

Ну, или не паука.

– Может, поднимешь жопу и сам посмотришь? Ирина сказала мне, что это… – Светлана закончила столь неуверенно, будто опасалась неверным ответом проиграть Диброву крупную сумму. – Она сказала, что это инопланетяне.

– Хорошая шутка, очень смешно. – Сергей протер веки и нехотя встал с дивана.

– Но я ей не верю. – Светлана сжала кулачки. – Я не хочу ей верить. Может, она неправильно поняла? Может, это просто военные?

Сергей почесал ягодицу, громко пёрнул, затем скептически подошел к окну. Он раздвинул шторы чуть шире и мельком оглядел прилегающие улицы.

– Охренеть, народу сколько! – удивился он. – Так что слу…

– Наверх глянь.

Сергей посмотрел на небо, и взгляд его ясно отобразил шок. Дернувшись, словно от электрического разряда, он резко отстранился от окна.

– Срань господня! – вырвалось у него. Дыхание участилось и задрожало от волнения и страха. Он в нелепой позе замер посреди комнаты, будто поставленный на паузу, напоминая восковую фигуру, тающую по палящим солнцем.

Светлана цыкнула и возмущенно выдавила из себя:

– Я же сссто раз просссила тебя эту фразу больше никогда…

Сергей отрешенно взглянул на нее, пропустив претензии мимо ушей.

– Это что за херня такая? – выдохнул он, указав на потолок.

– Я думала, ты мне объяснишь.

Сергей попытался успокоиться.

– Не-не. Наверное, мне просто показалось, – буркнул он. – А когда кажется, что нужно делать?

Светлана автоматически перекрестилась.

Сергей подбежал к окну, взглянул на небо, затем снова отстранился и застыл.

– Не-не-не-не-не, этого не может быть, – затараторил он шепотом, пытаясь убедить себя, что его глаза сейчас нагло врут. – Это же просто невозможно! Срань господ…

– Прекрати богохульствовать, – зарычала Светлана.

– Ладно-ладно, только не начинай опять вонять из-за херни. – Сергей изумленно уставился в пространство и часто заморгал, пытаясь переварить увиденное. – Сейчас, кажись, уже не до этого. Так, значит, ты не шутила.

– Нет, не шутила.

– Почему сразу не сказала?

– Я же говорила, бестолочь! – Светлана злилась все больше.

– Я не бестолочь! И не смей называть меня так! – рявкнул Сергей, затем мысленно уплыл куда-то.

Светлана молча наблюдала за ним, не смея прерывать работу его внутричерепных шестеренок.

Сергей покачал головой в ответ пришедшим в голову выводам и вернулся в реальность. Затем он осторожно, – будто на подоконнике лежала неразорвавшаяся граната, – снова подошел к шторам, раздвинул их чуть шире и взглянул наверх.

То, что он…

Поправка: не только он, но и весь город, страна, континент!

…там видел, было за гранью человеческого восприятия.

Ремарка: Чистое безоблачное небо никогда не содержало в себе опасности, считал Сергей. Все, что можно было невооруженным взглядом заметить в голубой вышине, легко пересчитать по пальцам: слепящее Солнце, бледная дневная Луна, дай бог не терпящий крушение авиационный транспорт, инверсионный след, птицы, воздушный шар или шарик, квадрокоптер, облака и тучи. Все это давно стало привычным для всех. Ну, челябинцы добавили бы в этот список еще кое-что.

Но сейчас нежная утренняя синь содержала в зените гигантское инородное тело (на первый взгляд по-другому это никак не назвать). Эта невиданная ранее, но явно искусственная технологическая хрень просто не укладывалась в голове и казалась плодом самой извращенной фантазии.

«Кажется, я до сих пор сплю, и мне все это снится», – подумал Сергей, что было вполне логично в его ситуации.

Светлана внимательно наблюдала за реакцией мужа.

Он стоял у окна и с открытым ртом медленно оглядывал небо, неспособный пошевелиться и вымолвить хоть слово. Вечерняя ссора окончательно рассеялась в памяти. Мозг его начал лихорадочно обрабатывать новую, шокирующую зрительную информацию, затмив и отодвинув на задний план все остальные воспоминания, чувства, слова и намерения. В голове Сергея вихрем закружились разнообразные предположения и торопливые расчеты.

Первое: длина инородного тела явно превышала его ширину. «Но насколько?» – мелькнуло в мыслях. Этого Сергей сказать пока не мог. С его позиции окинуть взглядом странный объект целиком было невозможно. Из окна, выходящего навстречу утреннему солнцу, был виден лишь один «торец»; остальная часть скрывалась за крышей дома. Получалось, что страшная громадина протянулась строго с востока на запад примерно над пятидесятой параллелью северной широты.

Сергея бросило в дрожь.

Второе: высота солнца, вышедшего из-за горизонта два часа назад, составляла около пятнадцати градусов при азимуте в семьдесят три. Солнечный свет выгодно для земного наблюдателя отражался от той стороны объекта, что была обращена к поверхности Земли. Проще говоря, от его «днища». И произведя небольшие мысленные расчеты, Сергей быстро смекнул, что инородное тело располагалось не в слоях земной атмосферы. А намного, намного выше…

Поправка: намного, намного дальше!

«Если бы эта здоровенная штука находилась в пределах ста километров от поверхности, – лихорадочно размышлял Сергей, – то она с земли казалась бы значительно темнее, поскольку солнечный свет падал бы на ее верхнюю часть, а не на нижнюю. Верно? Верно!»

«Тогда на каком же она, мать его за ногу, расстоянии?» – возник следующий вопрос. На миг он показался Сергею актуальным, но затем в нем вспыхнуло тревожное осознание, от которого внутренняя дрожь усилилась: «Срань господня, эта штуковина в космосе реально ведь инопланетная! Иначе и быть не может! Твою ж мать, неужели это происходит наяву?!»

– Я глазам не верю, – наконец тихо произнес Сергей, не отрываясь от неба. – Охренеть! Так это была не шутка?

– Сколько раз тебе надо повторить? – возмутилась Светлана и затараторила: – Нет, это была не шутка. Нет, это была не шутка. Нет, это была…

– Хватит! – рявкнул Сергей. – Замолкни, пожалуйста!

– Сам замолкни и не беси меня! – Дрожа всем телом, Светлана села на диван. Она прижала к груди смартфон как самую драгоценную вещь в жизни. Судя по ее эмоциям, она все еще упорно отказывалась верить в происходящее.

Сергей продолжал оглядывать небо, шумно и глубоко дыша.

Светлане надоело гнетущее тревожное молчание.

– Серёжа, это… в самом деле они? – испуганно спросила она. – Как ты считаешь, это действительно инопланетяне? Получается, Ирина всегда была права! Или… может, она ошиблась? Она ведь могла ошибиться, верно, Серёженька? Скажи мне честно, пожалуйста! Чего ты молчишь? Хватит дуться!

– Я не дуюсь. – Сергей не отрывался от неба. – Я думаю.

– Господи Иисусе, пусть окажется, что она ошиблась! Может, это просто какие-то испытания новой техники военных или…

– Я считаю, твоя сеструха на этот счет вряд ли бы ошиблась. Это явно не техника военных, уж поверь. И даже не космонавтов, мать их за ногу! Подумай сама! Ни одно военное или космическое агентство в мире не способно построить на орбите подобную хренотень такого размера, а тем более за одну ночь!

– Так он на орбите? – удивилась Светлана. – И как высоко?

Сергей ей не ответил. Он стал задумчиво бурчать под нос:

– Это невероятно, немыслимо, невозможно… Хотя нет. Это всегда было возможно, ведь раньше никто этого не отрицал. Но это же просто охрене-е-еть! Это ведь полностью изменит наше представление о… Да обо всем! Мы теперь… Что же тогда… А как же… – Так и не сумев озвучить мечущиеся в голове мысли, он подбежал к двери балкона и распахнул ее.

– Ты куда?! – Светлана вскочила с дивана.

– Здесь я, не ори.

– Стой! – Она бросилась к нему, чтобы задержать, но не успела.

Сергей выскочил наружу.

– Серёжа, вернись в квартиру, прошу тебя! – взмолилась Светлана.

– Да не бойся ты, я рядом.

– Серёженька-а!

– Сейчас иду, сказал!

Собравшись с духом, Светлана высунулась на балкон, схватила мужа за руку и насильно втянула его обратно в комнату.

– Что ты делаешь? – возмутился он, больно споткнувшись босой ногой о порог.

– Пожалуйста, не выходи туда больше! – Светлана крепко держала Сергея за руку, будто опасаясь, что он убежит.

– Я просто посмотреть хотел…

– Через окно смотри лучше.

– Из окна его толком не видно…

– Мне страшно! – Светлана почти рыдала. – Не выходи на балкон, прошу тебя. Вдруг что-то случится.

– Ты думаешь, в квартире безопаснее?

– Дома ведь спокойнее. Когда крыша над головой.

– Хорошо, как скажешь, – немного подумав, согласился Сергей.

Отчасти супруга была права. Родные стены и вправду внушали некоторое ощущение безопасности, но все же не могли полностью унять возникшую тревогу.

Сергей облизал пересохшие губы и спросил:

– Давно эта штука там?

– Не знаю. Я спала. Мне Иришка позвонила, и я сразу к тебе.

– Он один или еще есть?

– Откуда я знаю, Сергей?! – Она грубо отпустила его руку. – Что за тупые вопросы?

– Не ори! А по телеку что говорят? – Он схватил с журнального столика аэропульт и нажал на кнопку включения телевизора…

Целлофановый пакетик при этом тихо издал:

«ширк»

…но без результата.

У Сергея сжалось сердце: «Сломался? Бракованный?»

Затем он нажал еще пару раз:

«ширк»

«ширк»

Ничего не изменилось. Экран телевизора оставался черным, отражая недоумевающего Сергея и дрожащую Светлану.

– Электричество вырубили? – предположила она.

– Мать их за ногу! – выругался Сергей. Он вернул аэропульт на место и поискал глазами свой смартфон. Найдя гаджет на полке стеллажа, он схватил его и попытался войти в браузер. Ввел в поисковое поле «Яндекса» запрос «пришельцы на орбите сегодня новости» и стал нервно ожидать открытия страницы, которая упорно не желала загружаться. – Ну же, давай-давай-давай-давай! – Сергей начал трясти смартфон, будто от этого гаджет начал бы функционировать быстрее.

– Вай-фая нет, роутер же не работает, – догадалась Светлана.

– Тьфу, блин, точно! – Сергей вернул смартфон на полку. – У тебя есть деньги на балансе телефона?

– Не-а. Завтра с твоей зарплаты нам обоим хотела положить.

– А на банковской карте?

– Откуда им там взяться?! – возмутилась Светлана. – Ты вчера все до копейки отдал за это черное надгробие. – Она указала на телевизор. – За такие деньги можно было ремонт в квартире сделать. И сплит-систему новую купить. Уже неделю обещаешь с тех пор, как предыдущая сломалась…

– Только не начинай опять вонять из-за всякой херни, – грубо прервал ее Сергей. – Сейчас вообще не до этого, поверь. Сейчас все, о чем ты говоришь, слишком мелко.

– Мелко для него, видите ли, – огрызнулась Светлана. – Для тебя всегда все важное было мелко.

Сергей не ответил на упрек. Он снова подошел к окну и поднял взгляд на небо. Воспользовавшись моментом, Светлана подбежала к двери балкона и наглухо закрыла ее.

Далекая уличная какофония стала заметно тише.

– Обалдеть! – Дыхание Сергея дрожало от волнения. – Я глазам своим не верю. Это все будто во сне происходит. У меня даже немного голова кружится. Такое ощущение, что я сейчас в обморок грохнусь. Это как… – Он умолк, так и не придумав, с чем можно сравнить реакцию от увиденного.

Ремарка: За годы увлечения научной фантастикой Сергей посмотрел не одну сотню фильмов, в которых совершенно по-разному представляли нечто подобное. И он всегда очень внимательно наблюдал за игрой актеров, когда они по сюжету впервые видели перед собой что-нибудь чужеродное. Взять хотя бы шок героя Уилла Смита и его девушки в любимом фильме Сергея – «День независимости» режиссера Роланда Эммериха. Или вспомнить изумление полицейского, который после увиденного в небе вышел из патрульной машины прямо посреди оживленного перекрестка.

Сергей всегда пытался провести с собой (как он сам это называл) «мысленный эксперимент» – поставить себя на место всех этих киноперсонажей и понять, какой именно спектр чувств испытал бы обычный современный человек в похожей, но реальной ситуации? Что испытала бы вся разумная цивилизация, некогда провозгласившая себя вершиной эволюции и венцом божественного творения, если бы вдруг удостоверилась, что она отнюдь не единственная такая в природе?

Наверное, даже удивление коренных индейцев Америки при виде кораблей Колумба или Кортеса, думал Сергей, не шло ни в какое сравнение с шоком, испытанным им сегодня. В это яркое солнечное утро смесь эмоций, которую не передать словами, кипела в его голове, словно бульон на быстром огне. Страх до дрожи внутри, множество вопросов без ответов, беспокойные предположения, зачатки нарастающей паники, желание проснуться в другом дне, тревога о скорой гибели, сожаления о совершенных и несовершенных поступках, сказанных и несказанных словах – все это смешалось в один громоздкий рой мыслей. Они беспорядочно метались внутри черепной коробки, как шары во вращающемся барабане «Спортлото».

– Это как… – буркнул Сергей и снова умолк.

Ко всем его бурлящим чувствам добавилось еще кое-что странное. А именно – то осознание, что в случае агрессии со стороны высокоразвитых пришельцев все вокруг в скором времени может исчезнуть, раствориться в огненном цунами, обратиться в прах. И останется лишь голая, каменистая, покрытая кратерами поверхность, на которой уже не будет никаких биологических шевелений. И мертвая Земля продолжит безжизненной глыбой или астероидным поясом висеть в вечной черноте.

Разумом Сергей всегда понимал, что все окружающее когда-нибудь неизбежно закончится, погибнет, исчезнет или трансформируется в нечто неузнаваемое. «Но не сегодня ведь! – дрожало в нем. – Неужели этот день наступил? Нет-нет-нет, ни за что, не дай бог, это несправедливо, слишком рано, так нечестно!» Ему совершенно не хотелось верить, что конец времен произойдет так скоро. Раньше было как-то спокойно от мысли, что Апокалипсис неизбежен, потому что он черепахой полз навстречу где-то далеко за горизонтом. Но этим ранним утром планету будто грозно схватили за лацканы, и сердце в груди затрепыхалось, как птица в клетке.

– Это как что? – Светлана старалась находиться как можно ближе к супругу.

Сергей покачал головой, не найдя, что ответить, и вперил изумленный взгляд в пространство. «Действительно, как что? – пронеслась мысль, словно пуля мимо виска. – С чем это можно сравнить?.. Наверное, ни с чем!» Но затем вдруг пришла другая, безумная идея: «Осталось убедиться в наличии загробной жизни, и можно со спокойной душой утверждать, что все интересные тайны в этом мире закончились».

«Да нет, бред какой-то!» – всплыл итог.

– О чем ты думаешь? – Светлана пристально наблюдала за мужем.

– Ни о чем.

– Не ври! Быть такого не может, чтобы ты ни о чем не думал.

Сергей промолчал. Если бы он поделился с женой размышлениями, она бы тоже назвала их бредом. А его самого, как обычно, «придурком, выжившим из ума от проклятой фантастики».

Наконец Сергей вернулся в реальность и тихо произнес:

– Нет, это действительно сон, скорее всего. Только невероятно правдоподобный. Такое ведь иногда случается, когда крепко спишь. Верно? Верно. – Он обернулся к жене. – Ты мне сейчас просто снишься, да? Поэтому вся такая растерянная и ласковая одновременно. – И, скривив лицо, передразнил: – Сиро-ожонька! Сиро-ожонька!

– Сергей, ну хватит! – твердо попросила Светлана. – Сейчас вообще не до шуток.

– А я не шучу. – Он натянуто улыбнулся и ущипнул себя за руку.

Лопасти вентилятора начали бесшумно вращаться.

На кухне угрюмо загудел холодильник, но этот тихий и равномерный звук был настолько привычен, что никто из супругов не обратил на него внимания.

– Это произошло по-настоящему, Серёжа, – сказала Светлана, будто объясняя простенькую задачку тупоголовому ученику. – Это точно не сон, я уверена. Я пока нормальная и отличаю сон от яви. И помнишь, ты сам мне говорил, что наши мысли якобы материальны. Все, что мы можем вообразить, существует…

– Это не мои слова. Об этом писал американский…

– По фигу мне, чьи это слова! – Светлана указала на окно. – Вот, гляди, сами на себя накаркали. Навоображали своей проклятой фантастикой, да? Скажи мне, что теперь с нами будет? Как мы будем жить? Останемся ли мы живы?

– Почему ты спрашиваешь об этом меня? Откуда я могу все это знать?

– А кого еще мне спрашивать? Кроме тебя тут больше никого нет вообще-то! И ведь именно ты же у нас такой башковитый в семье!

– Но я ведь не могу предсказывать будущее!

Светлана махнула на него рукой и отошла.

Сергей, заметив вращающиеся лопасти вентилятора, воскликнул:

– О, свет!

– Чего? – резко и с надеждой обернулась жена.

– Я не тебе. В смысле, электричество дали.

– Ой, верно! – Светлана тотчас уткнулась в смартфон. Она вошла в социальную сеть «ВКонтакте» и торопливо застрочила кому-то сообщение.

Скорее всего, Ирине, подумал Сергей. Он знал, что его домоседка-жена больше ни с кем не общалась. Подруг у нее не было, других родственников тоже, соседей она терпеть не могла.

Сергей снова схватил аэропульт и нажал…

«ширк»

В этот раз чернота экрана исчезла, телевизор ожил…

«Фу-х, не бракованный!» – отлегло от сердца.

…глянцевая поверхность превратилась в красочное меню с вкладками и списком телеканалов. Комната при этом, кроме яркой полоски между шторами, в отражении исчезла.

Принцип действия столь необычного девайса как аэропульт оказался на удивление прост. Сергей еще накануне быстро с ним разобрался. Нужно было направить его на экран, как лазерную указку, и с помощью появившегося там курсора активировать нужную вкладку. Сергей машинально выбрал строчку «СТС», которая находилась на самом верху, во главе списка настроенных телеканалов. Отклик аэропульта был мгновенным, и каждое нажатие на его кнопки сопровождалось противным шуршанием целлофанового пакетика…

«ширк»

«СТС»

Экран телевизора заполнил едкий синий фон с большим гербом МЧС, под которым равномерно мигал огромный титр в две строки:

ОСТАВАЙТЕСЬ ДОМА!
СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ!

– Черт! – воскликнул Сергей. – Канал ничего не транслирует.

– Не чертыхайся, – в который раз за совместную жизнь попросила Светлана.

Она намеревалась добавить еще что-то обидное, но ее опередил мужской голос, который неожиданно зазвучал из мощных динамиков телевизора:

– УВАЖАЕМЫЕ!..

Сергей и Светлана подпрыгнули от испуга.

– …ГРАЖДАНЕ! РОССИЙСКОЙ! ФЕДЕРАЦИИ! – Голос четко выговаривал каждое слово. – ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ!..

Супруги вняли требованию и тревожно прислушались к вещанию.

Манера речи диктора была беспристрастной, как у робота, объявляющего собственную казнь. Голос явно прошел компьютерную обработку и воспринимался на слух немного неестественно. Он звучал, как виртуальный помощник Алиса, но с той большой разницей, что голос Татьяны Шитовой намного чувственнее и привлекательнее. Сергей никогда не говорил об этом Светлане (такими вещами с женами не делятся), но меццо-сопрано известной актрисы дубляжа он считал одним из самых красивых женских голосов в мире. Особенно после просмотра фильма «Она» режиссера Спайка Джонса, в котором талантливая Татьяна Шитова озвучила операционную систему Саманту и нежно-нежно-нежно спела «Лунную песню».

А мужской синтетический баритон, который вырывался сейчас из динамиков телевизора и не внушал абсолютно никакого доверия, продолжал упорно требовать:

– …УКРОЙТЕСЬ. В СВОИХ. ДОМАХ. НЕ. ВЫХОДИТЕ. НА УЛИЦЫ. НЕ. ВПАДАЙТЕ. В ПАНИКУ…

Сергею надоело это слушать, и он нажал на цифру «2».

«ширк»

«ТНТ»

То же самое:

Синий фон, герб МЧС и мигающий титр:

ОСТАВАЙТЕСЬ ДОМА!
СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ!

– …ФЕДЕРАЛЬНЫЕ. И. РЕГИОНАЛЬНЫЕ. ОРГАНЫ. ВЛАСТИ… – продолжал механический голос.

– Убавь, пожалуйста, – попросила Светлана.

«ширк»

«ширк»

Индикатор громкости лишился двух делений, но уменьшения звука будто и не произошло. Наверное, лишь собачий или дирижерский слух смог бы уловить разницу в изменении уровня люфсов и децибелов.

– И где что? – Сергей начал терять терпение. – Куда все делось?

– Ты сам вчера каналы настраивал, – укорила его Светлана.

– Я пока еще не запомнил, где какой, – буркнул Сергей и снова мысленно уплыл куда-то.

– …ПРИЗЫВАЮТ. ГРАЖДАН. СОБЛЮДАТЬ. ВСЕ. МЕРЫ. ПРЕДОСТОРОЖНОСТИ… – беспристрастно продолжал синтетический голос.

– Давай дальше, ты чего застыл? – возмутилась Светлана. – И убавь еще немного, пожалуйста!

Сергей выплыл из мыслей и торопливо нажал…

«ширк»

«Муз-ТВ»

Экран лишь на долю секунды моргнул, но в итоге ничего не изменилось, будто Сергей нажимал на одну и ту же кнопку аэропульта.

– …ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ. СИТУАЦИЙ. И…

«ширк»

«ширк»

«ширк»

«ширк»

«ширк»

«ширк»

– …правоохранительных. Структур. Мобилизованы. В полном. Составе… – не унимался голос.

– Да что же это такое? – возмутился Сергей.

– Я что-то не поняла, ты развлекательные каналы сначала настроил?! – возмутилась Светлана. – Ты совсем дурачок? Обычно федеральные первыми в списке ставят. «Россия 1», например, «Первый канал» или «НТВ», чтобы новости смотреть. Вечно у тебя все шиворот-навыворот, не как у нормальных людей.

– На «ТНТ» я «Камеди Клаб» смотрю, – решил оправдаться Сергей, – а на «СТС» иногда фильмы по вечерам прикольные.

– Опять ты со своими фильмами, надоел уже, – вздохнула Светлана и села на краешек дивана.

«ширк»

«Че!»

– Тут что-то есть! – воскликнул Сергей и сел рядом с женой.

В эфире шла программа «Улетное видео».

На экране появилось безоблачное голубое небо. Благодаря положению солнца сквозь синеву земной атмосферы была хорошо различима освещаемая сторона инородного тела, имевшая цвет полуденной Луны – светло-серый.

Очевидец, находясь на открытой местности, трясущимися руками снимал небо на смартфон. Он медленно панорамировал по всему инородному телу от восточного «торца» к западному, затем обратно…

Благодаря этой любительской съемке Сергей увидел странный внеземной объект целиком. Тот, как выяснялось, занимал существенную часть небосвода. Если считать по «торцам», угловой размер его был не менее девяноста градусов. Для сравнения: это как аэрофлотовский пассажирский А-320, зависший примерно в двадцати метрах над головой.

И первое, что бросалось в глаза, это множество пульсирующих зеленоватым светом участков на громадном корпусе. По предварительному мнению Сергея, это могли быть…

«Что же это может быть, мать их за ногу?!»

«…ну, допустим, выхлопные сопла, – развивалась мысль. – Сопла чего? Двигателей, конечно же!.. Каких? Уж точно не паровых или внутреннего сгорания. Понятно, что они маневровые, но… Может, это антигравитационные двигатели, пока еще неизвестные земной инженерии?.. А что светится зеленым? Ну, может, остатки отработанного радиоактивного топлива?.. Или что это? Ну, пусть будет так! Надо же хоть как-то назвать то, что видишь впервые в жизни!»

Итог: это могли быть сопла «антигравитационных маневровых двигателей, выпускающие остатки отработанного радиоактивного топлива». У Сергея не нашлось иного предположения, но свои догадки он решил оставить при себе. Светлана все равно не поняла бы ни слова и опять назвала его «свихнувшимся на фантастике придурком».

Человек, снимающий инородное тело, находился в многолюдном месте, поэтому отовсюду слышались удивленные возгласы других очевидцев. Весь этот гулкий взволнованный ропот: перешептывания, вскрики, кашли, испуганные стоны, тихие плачи, восторженные вздохи и зовы какой-то потерявшейся в толпе Гульфии – все это сливалось в один так называемый интершум (то есть естественные звуки ближайшей обстановки). Он жадно заглатывался микрофоном, затем через звукорежиссерский пульт телеканала…

…цифровым сигналом добирался до динамиков телевизора Ивановых и плотно заполнял комнату.

На фоне интершума за кадром (то есть из студии) звучал дрожащий голос ведущего. После переключения канала он начал… вернее, продолжил с полуслова: 

– …какие-либо предположения, идеи или гипотезы, то смело пишите нам на электронную почту и в социальных сетях…

– Я хочу увидеть новости, – сквозь зубы прошипела Светлана.

– Ща-ща-ща! – ответил Сергей, поглощенный происходящим на экране.

– …также, если у вас имеется видеоматериал, – продолжил за кадром ведущий, – который, по вашему мнению, стоит внимания…

«ширк»

«Наука»

В эфире шла программа «Самые важные открытия человечества». В мрачной студии, напоминающей корабельный трюм, находился импозантный мужчина с заспанным лицом.

Он продолжил с полуслова: 

– …несмотря на гигантские размеры гравитационно не воздействует на движение нашей планеты вокруг оси и по орбите вокруг Солнца…

– Он хочет людям мозги сломать? – возмутилась Светлана.

– Только тем, у кого их нет, – ответил Сергей. – Это ведь научный канал, а не твой «Домашний» или «Спас».

– Иди на фиг.

– Покажи дорогу.

Сергей вслушался в речь ведущего.

Тот продолжал:

– …Его гравитация, видимо, недостаточна для смещения планеты с орбиты. Также не произошло его вращения с Землей вокруг общего центра масс. Видимо, этот объект не цельный, не монолитный, имеет не колоссально высокую плотность…

«ширк»

«ширк»

«ширк»

Индикатор громкости показал увеличение на три единицы.

– …Отмечу, – продолжал ведущий, – что сегодня для всех информационных каналов на вес золота стали ученые и различные эксперты-теоретики, которые могли бы хоть немного пролить свет на страшную ситуацию. Будь то астрономы, космологи, астрофизики…

– Сними этот целлофан с пульта, ради бога, – потребовала Светлана.

– Зачем?

– Меня бесит его шуршание.

– Ну и что? – вскипел Сергей. – Я не буду его снимать. И тебе запрещаю!

– С фига ли?

– Телек еще на гарантии. Пульт совсем новый. Вдруг поцарапаем его или еще хуже. Не нравится шуршание, то заткни уши! – Затем решил с умной миной добавить: – И это не просто пульт, а аэропульт. Новая технология. Знай разницу!

– Ну так аэрофиг с ним! Ищи новости.

– …космонавты, – продолжал ведущий, – инженеры, сотрудники научно-технологических институтов и музеев, а также другие специалисты, чья сфера деятельности хоть как-то связана…

«ширк»

«Роскосмос»

Северокавказские радиотелескопы медленно и синхронно поворачивались в одну сторону – вверх.

Голос мужчины за кадром вещал: 

– …экстренно изменили диапазоны для исследования электромагнитных излучений, которые могут…

– Я хочу новости! – крикнула на мужа Светлана.

– А это чем тебе не новости?

– Включи канал, где нормальные новости идут. Задолбала меня твоя наука! Я хочу узнать, что теперь в городе и во всей стране происходит.

«ширк»

«Россия 1»

– Вот тебе новости, – прорычал Сергей. – Теперь довольна?

– Наконец-то, – буркнула Светлана. – Оставь здесь.

В просторной студии программы «Вести» за массивным столом находился давно знакомый всей стране ведущий Евгений Полонов. Этот серьезный мужчина с умным лицом (по его личному мнению) всегда умел вызывать доверие, но сегодня он был явно не в себе от волнения.

Это казалось вовсе на него не похоже и выглядело очень непривычно. Таким телезрители, небось, еще никогда его не видели.

Глаза его в свете софитов казались слезящимися. Дрожащие руки непроизвольно теребили бумаги на столе. И не совсем понятно было, читал он текст с телесуфлера или импровизировал, призвав все свое красноречие, но делал он это весьма торопливо, будто хотел скорее сменить пугающую его тему.

Вместо привычного серого пиджака поверх рубашки с галстуком на ведущем была легкая футболка. Видимо, из-за срочности он решил не тратить время на переодевание и вышел в эфир в повседневке. Благо, что она была не цветастая, не вычурная (не с рисунком, скажем, Микки Мауса), а однотонная темно-синяя, вполне подходящая под официальное оформление программы.

«Не пижама, и то хорошо», – мелькнуло в голове Светланы.

Сергей предположил, что на ведущем могли быть еще и пляжные шорты, которых не видно под столом, но выбросил эту мысль. Правила дресс-кода сегодня утром перестали иметь для кого-либо значение.

На видеостене (то есть на большом экране позади ведущего) появилось статичное изображение Земли, одиноко висящей в межзвездном мраке.

Сергей узнал в этом снимке The Blue Marble («Голубой мрамор») – знаменитую фотографию планеты, сделанную в 1972 году с борта космического корабля «Аполлон-17» на расстоянии около двадцати девяти тысяч километров. Вокруг подлинности этого легендарного снимка все еще продолжаются бурные споры. Скептики полагают, что это невероятно гиперреалистический рисунок, но…

«И хрен с ним! – Сергей попытался выбросить и эту мысль из головы. – В конце концов, таких фоток на сегодняшний день уже тысячи, и все они друг на друга похожи. Земля – она и в космосе Земля. Верно? Верно! Более очевидного факта и не придумаешь!»

Супруги прислушались к словам взволнованного ведущего.

Евгений Полонов после переключения канала продолжил с полуслова: 

– …не находили научных подтверждений. Поэтому можно с уверенностью полагать, что сегодняшнее событие беспрецедентное в человеческой истории…

– Солидарен, – закивал Сергей.

– Что это значит? – не поняла Светлана.

– Что я согласен с его мнением. Ты реально настолько тупая?

– Что значит «беспрезидентный»?

– «Беспрецедентный»! – поправил жену Сергей. – Это означает «произошло впервые». Отвали!

– …В связи с этим было организовано экстренное совещание в министерстве обороны, – продолжал ведущий. – В состав участников вошли командиры всех военных подразделений, ученые Российской академии наук, а также руководитель Роскосмоса. Президент страны в эти минуты внепланово встретился с главами профильных…

– Ну их на фиг, переключи, – попросила Светлана.

«ширк»

«Первый»

В рамках экстренного выпуска программы «Время» взволнованный очевидец посреди оживленной улицы давал синхрон (то есть отвечал на вопрос корреспондентки). Это был добродушного вида пенсионер в темном банном халате и со взлохмаченной седой шевелюрой, как у Эйнштейна. Его окружала разношерстная толпа людей разных возрастов. Многие тоже были в домашнем облачении. Все они смотрели наверх и снимали инородный объект на смартфоны.

Корреспондентка вне кадра (то есть находясь сбоку от оператора) держала перед очевидцем микрофон с логотипом «1».

– …сначала было дрожание, – рассказывал пожилой мужчина. Глаза его тревожно бегали, руки сцепились в замок у груди, мысли путались. – Знаете, такая противная мелкая дрожь, будто советская «Свияга» рядом гремит. Хотя вы слишком молоды, чтобы такие вещи помнить. Я не знаю, как было в других местах, но в своей квартире я ощутил, что земля немного дрожит. Вернее, пол задрожал. Я на первом этаже живу, поэтому, наверное, так ясно это почувствовал. Стекла серванта зазвенели. Я от этого звука проснулся, подумал сначала, что началось землетрясение, хотя на моей памяти его никогда у нас не было. Я очень испугался, сразу выбежал на улицу и увидел это! – Он поднял ошеломленный взгляд на небо, показав зрителям полость своего рта.

– Что было дальше? – спросила корреспондентка. 

– Меня чуть кондратий не хватил, – продолжил пенсионер. – А я в одних трусах был. Поэтому забежал обратно в квартиру, чтобы халат накинуть, и снова выскочил. А еще мне показалось, будто воздух был немного наэлектризован. У меня волосы на теле дыбом встали…

– Ты почувствовала это? – Сергей не отрывался от экрана.

– Нет, я крепко спала. – Светлана резко зевнула. – А ты?

– Я тоже спал, пока ты на меня не набросилась.

Светлана вскочила, подбежала к окну и сдвинула шторы вплотную. Полоска света, отражающаяся на экране телевизора, исчезла.

Пожилой мужчина тем временем продолжал: 

– …может, это из-за гравитации или каких-то электромагнитных полей. Я с наукой плохо дружу. Потом свет выключили. Не знаю, что это…

Какой-то нетрезвый забулдыга, появившись из ниоткуда, вдруг нагло влез в кадр и с неуместным восторгом шепеляво запел: 

– Земля в иллюминаторе, земля в иллюминаторе…

Корреспондентка резко отвела микрофон, будто испугавшись за его сохранность. Пожилой мужчина оттолкнул пьяного, и тот исчез из кадра, продолжая: 

– Как сын грустит о матери, как сын грустит… – Вскоре его голос утонул в интершуме, то есть в море взволнованных возгласов толпы.

Девушка поднесла микрофон к себе. 

– Спасибо вам большое! – поблагодарила она пенсионера, видимо, не только за синхрон, но и за спасение прямого эфира от выходки пьяного быдла. И добавила: – Удачи вам! Не паникуйте, пожалуйста, и сохраняйте спокойствие.

Затем она полностью вошла в кадр.

Появилась плашка с титром:

Вера Патанина
Корреспондент

Ею оказалась симпатичная фитоняшка двадцати восьми лет с нежным лицом, ясными карими глазами и черными, как смоль, волосами. Она была в темных джинсах и светлом кардигане поверх испачканной и немного растянутой (видимо, домашней) футболки. На лице девушки не наблюдалось ни грамма косметики, но это совершенно не портило ее привлекательность.

– Они в такой день еще и на работу вышли, – сказала Светлана. Это прозвучало больше как упрек, а не удивление.

– Профессиональный долг, – кратко ответил Сергей.

Но он не мог знать, что сегодня на работу вышли отнюдь не все сотрудники СМИ. Многие журналисты не явились исполнять этот самый «профессиональный долг» по разнообразным причинам, среди которых, конечно же, преобладала тревога за свою жизнь, семью, будущее – в общем, за все то, что оказалось важнее карьеры. Поэтому некоторым телеоператорам на улицах города пришлось работать в одиночку.

Пожилой мужчина быстро потерял интерес к съемке. Он снова уставился в небо, затем постепенно растворился в толпе.

Вера Патанина, стараясь смотреть в объектив, – но периодически зыркая по сторонам, будто опасаясь еще какой-нибудь неожиданности, – обратилась к телезрителям:

– Примерно так очевидцы описывают свои первые впечатления. Сейчас, несмотря на раннее утро выходного дня, улицы города – и, я уверена, всей страны, – буквально заполнены людьми. Многие в шоке. Никто не знает, что думать и чего ожидать в дальнейшем.

Сама Вера Патанина казалась вполне уверенной. Несмотря на ситуацию, она пыталась держать себя в руках, и ей это почти удавалось.

Может, подумал Сергей, девушка уже свыклась с будоражащим фактом, поэтому у нее получилось собраться с мыслями и полностью отдать себя работе. «Или она приняла какие-нибудь таблетки? – пришло вдогонку. – Опрокинула рюмашку? Выкурила косячок? Нюхнула дорожку? Быстренько помастурбировала в туалете, чтобы успокоить нервишки?» Как бы там ни оказалось, волнение корреспондентки хоть и было немного заметно, но все же складывалось впечатление, что ее больше заботит качество прямого эфира (и ее профессиональная репутация), чем причина всеобщего шока.

Съемку эту вел телеоператор Руслан Виденко. Его камера была связана с портативной станцией в специальном ранце за спиной. Сигнал от нее передавался в аппаратную телеканала, а затем через инженерно-режиссерский пульт с n-секундной задержкой транслировался на экраны всех телевизоров страны.

Это подтверждал титр «Прямой эфир».

Съемка велась на улице Академика Королёва, почти у подножия Останкинской башни. Сотрудники телеканала, выскочив с оборудованием, не стали отдаляться от редакции, поскольку «объект» (как его успели окрестить в СМИ) был виден с любой точки целого материка. К тому же очевидцев, из которых корреспондентка планировала вытянуть пару слов на камеру, было на этой улице пруд пруди. Широкий проспект, который в обычные дни шумел автомобилями, сегодня напоминал многолюдную площадь во время городского праздника.

Вера Патанина поймала в толпе какого-то высокого парня; задержала его за руку, когда тот намеревался прошмыгнуть мимо. 

– Здравствуйте! – смело обратилась она к нему. – Можете в двух словах описать ваши чувства? О чем вы сейчас думаете? – Затем ткнула микрофон в направлении его рта.

Руслан Виденко выстроил кадр со вторым очевидцем. Взволнованные люди вокруг невольно задевали оператора, отчего камера часто дергалась, придавая изображению элемент живой реалистичной съемки.

Парень-очевидец поначалу испугался неожиданного внимания прессы к своей персоне. Он взглянул в объектив камеры, словно в дуло ружья, неуверенно повернулся к Вере Патаниной и склонился к микрофону, будто намереваясь его понюхать. 

– Ну, как вам сказать? Никогда не думал, что доживу до такого. – Он вытаращил глаза. Голос его заметно дрожал от волнения. – Я много читал об этом в книгах, фильмы смотрел и документалки всякие. И думал, что даже если это произойдет, то через много-много веков и столетий. Я никогда мысли не допускал, что увижу нечто подобное своими глазами. 

– Какие чувства вы сейчас испытываете? – выстрелила следующим вопросом корреспондентка. Она решила не акцентировать внимание на том, что века и столетия – это одно и то же. Оговорки у людей перед камерой случаются довольно часто. Обычно это поправляется при монтаже, но сейчас шел прямой эфир, и людям приходилось говорить «вживую», «как умеют». К тому же в сегодняшней ситуации, считала Вера Патанина, редакция телеканала простила бы даже откровенную матерщину.

Но это не точно. 

– Я волнуюсь сильно. – Парень проглотил комок в горле, кадык его нервно подпрыгнул. – Мне очень страшно. Сердце бешено колотится. Вы не подумайте, я не трус. Просто это ведь действительно пугает. Когда в кино смотришь на такое, то понимаешь, что там спецэффекты и все дела. Но когда видишь это над своей головой… – Он шумно выдохнул. – Фу-х, меня даже трясет немного. 

– Что будет дальше, как считаете? – Вера Патанина, казалось, решила задавить бедолагу вопросами. 

– Я не знаю. – Парень пожал плечами. – И никто не знает, наверное. Надеюсь, будет не как в голливудском кино. 

– Это как? 

– Ну, там… бум-бах-тарарах, – коротко ответил парень, имея в виду почти любой фантастический боевик про пришельцев. 

– А вы раньше допускали мысль, что мы не одни…

Телевизор неожиданно выключился, экран его погас.

В отражении глянцевой поверхности снова появилась…

Комната

Сергей и Светлана сидели рядышком на диване, поджав колени и с немым шоком уставившись в «черное зеркало».

– Мать их за ногу! – выругался Сергей.

Лопасти вентилятора постепенно остановились.

– Иришка сказала, что у них тоже перебои, – еле слышно произнесла Светлана. – Во всем городе так. Может, во всей стране даже. Наверное, из-за этой штуки наверху? Да, Серёж?

Он встал с дивана и задумчиво кивнул:

– Да, возможно. Теперь, кажется, в этом мире все возможно. Я официально заявляю и торжественно клянусь, что с сегодняшнего дня больше ничему в жизни не удивлюсь.

Светлана цыкнула.

– Будто ты раньше чему-то удивлялся. На любую странность у тебя всегда заготовлен ответ. – Она протяжно вздохнула. – Господи, хоть бы это и вправду был просто сон.

– К Нему сейчас обращаться бесполезно. Впрочем, как и всегда.

– Иди на фиг.

– Я не знаю, где это.

На стеллаже зазвонил смартфон, от сильной вибрации устремившись к краю полки. Сергей схватил его, бросил взгляд на дисплей и ответил на вызов:

– Да, мам. Да, со мной все хорошо. Да, я дома. Да, с ней. Не волнуйся за меня! Что? – Он выслушал собеседницу, затем покачал головой. – Нет, я не знаю. Теоретически может быть, но я не уверен. Скорее всего, нет, такая технология еще не изобретена. Ладно, хорошо. Вы тоже сидите дома и никуда не выходите. Да, я тоже буду сидеть дома. Да-да-да, обещаю тебе. Все, пока! – Сергей завершил вызов явно до того, как собеседница успела договорить, и вернул смартфон на полку.

– Что она сказала? – спросила Светлана.

Сергей подошел к окну, нырнул между штор и взглянул на небо.

– Они с отцом думают, что это какой-то масштабный эксперимент или грандиозный фокус. Может, огромная голограмма, оптическая иллюзия или… массовый гипноз.

– Дай бог, если так, – тихо ответила Светлана.

Сергей повернулся к ней и предложил:

– Может, на улицу выйдем?

– Ты ведь только что обещал матери…

– Ну и что? Посмотри в окно – сейчас весь город на улице. Одни мы с тобой спрятались в четырех стенах. Там ведь обзор лучше, эту хрень в небе можно целиком увидеть.

– Я не хочу никуда выходить.

– Почему?

– Там очень много людей. Они все в панике. И там до фига пьяных после субботы. Вдруг драка начнется. По башке дадут, виноватых потом не найдешь. Я очень боюсь.

– Давай на крышу поднимемся.

– Не хочу.

– Я хочу.

– Она закрыта… – Светлана добавила «надеюсь» лишь мысленно.

– Я схожу, проверю.

Светлана вскочила с дивана и встала на пути мужа, уперев в него руки.

– Я тебя никуда не пущу! – решительно заявила она.

– Это еще почему?

Светлана не нашла, что ответить, и состроила щенячьи глаза.

– Серёженька, пожалуйста, не бросай меня одну!

– Никто тебя не бросает, успокойся. Я туда-назад, скоро вернусь.

– Обещаешь? – Затем она вспомнила. – Тьфу, на фиг, я же знаю, как ты свои слова держишь.

Сергей раздраженно фыркнул. Он бережно положил аэропульт на журнальный столик, обошел жену и стремительно покинул комнату.

Светлана осталась у дивана.

– Только осторожней, Серёжа! – строго крикнула она вслед, словно напоминая ребенку надеть шапку.

– Да-да, – послышалось из прихожей.

– Быстрее возвращайся, Серёженька! Слышь меня?

– Да не бойся ты, я мигом, – ответил Сергей, влезая в кроссовки.

Затем из прихожей донеслось, как торопливо открылась и закрылась входная дверь квартиры. Сергей выскочил на лестничную площадку и, судя по звукам, помчался наверх.

Светлана медленно, дрожа как лепесток на ветру, села на краешек дивана, сложила ладони и поднесла их к губам.

– Отче наш, сущий на небесах, – начала она шепотом молиться, – да святится имя Твое, да придет Царствие Твое, да будет воля Твоя и на земле, как на небе, хлеб наш…

На кухне загудел холодильник.

Лопасти вентилятора начали бесшумно вращаться.

Светлана, почувствовав поток воздуха, схватила аэропульт и…

«ширк»

«Первый»

На экране появилась студия программы «Время» с ведущей Елизаветой Поремчук. Это была стройная и красивая темноволосая женщина, которую наверняка тайно вожделела половина российских мужчин. Выглядела она примерно на тридцать семь лет, хотя Википедия утверждала, что у нее уже есть двое внуков. На ней был темно-синий пиджак и белая блузка с расстегнутыми верхними пуговицами. Под ними в такт взволнованному дыханию вздымались и опускались груди не менее третьего размера.

Ведущая была в смятении от аврала, но старалась не выказывать этого и достойно работала в прямом эфире, читая с телесуфлера: 

– …минут назад пресс-служба Роскосмоса предоставила нам видеоматериал с Международной космической станции. В настоящий момент на ее борту среди четырех членов экипажа находится один российский космонавт…

Началось воспроизведение цельного (то есть оригинального, не смонтированного) видеоряда.

Камера, ведомая кем-то в невесомости, «плыла» по отсеку к круглому иллюминатору, в который смотрел шокированный американский астронавт. Он указал куда-то наружу. Камера, «подплыв» ближе, «выглянула» туда.

Елизавета Поремчук продолжала за кадром: 

– …Видеозапись, которую вы видите сейчас на своих экранах, сделал бортинженер Вадим Коваленко. МКС в этот момент вышла на солнечную сторону Земли и проходила путь по орбите над Атлантическим океаном…

Камера, «выглянувшая» в иллюминатор, запечатлела следующее: на некотором расстоянии от безмятежно-голубой планеты, на фоне могильно-черного космического пространства, почти неосвещаемого слепяще-белой звездой по имени Солнце, застыл громадный объект явно искусственного происхождения. Судя по странному дизайну и размеру, он действительно был создан отнюдь не человечеством. С орбитального ракурса также различалось, что он имел несимметричную форму и состоял из многочисленных и разнообразных трехмерных фигур, будто слепленных друг с другом. Его сложная внешняя конструкция не поддавалась иному описанию.

Светлана еще никогда не встречала ни одного бытового предмета, который хотя бы отдаленно был похож на эту…

«Что же это, Господи?» – подумала она.

…огромную штуковину, застывшую во мраке, будто в капле смолы.

Это и вправду было что-то инопланетное, внеземное, нечеловеческое. Это было несуразное нечто, далекое от здравого смысла. Столь необычное и пугающее, оно олицетворяло что угодно, но не добро, спокойствие или…

Светлана потеряла мысль и внимательней вгляделась в экран. Все транслируемое напомнило ей кадры фантастических фильмов (которые ей порой приходилось смотреть с Сергеем за компанию, чтобы он не обижался), если бы не трясущаяся камера в руках взволнованного русского космонавта. И этот видеоматериал с МКС вызвал бы в Светлане не столь сильное беспокойство, если бы она несколько минут назад из окна квартиры воочию не увидела обращенную к Земле часть инопланетного объекта.

Ощущение, что все на экране реально и происходит на самом деле, прямо сейчас, над головами миллиардов людей, вызывало в молодой женщине бурю немых, почти парализующих волю эмоций.

Ведущая продолжала за кадром: 

– …Посреди темного космического пространства инопланетный объект виден благодаря выгодному для нас положению Солнца. Невооруженным глазом можно заметить, что по земным меркам этот объект довольно внушительных размеров…

Но термин «внушительный» был явным преуменьшением.

«Громадный размер» – это ближе к истине.

«Чудовищный размер» звучало намного лучше.

Камера Вадима Коваленко на МКС приблизила (другими словами, зуммировала… или укрупнила, если угодно) инопланетный объект. Теперь чуть лучше различались странные элементы его корпуса, который с орбитального ракурса казался темно-серым, как свежий цементный раствор.

Став в кадре ближе и крупнее, объект начал выглядеть в глазах испуганной Светланы еще более угрожающим и еще менее похожим на что-либо земное. Если бы Сергей сейчас присутствовал в комнате, он, возможно, сказал бы супруге, что нечто подобное уже видел в фильмах «Звездные войны», «Мандалорец» или «Стражи Галактики», но… он и сам не был бы уверен в этом до конца.

И напуганную жену его слова вряд ли успокоили бы.

К тому же он почему-то все еще не вернулся.

«Где его носит? – встревожилась Светлана. – До крыши ведь всего три этажа!.. Вдруг с ним что-то случилось? – всплыло из подсознания. – Нет, он скоро придет, скоро придет, скоро-скоро придет, и с ним все будет нормально!» – Самовнушение попыталось затмить беспокойство, и это почти получилось.

Стараясь совладать с мыслями, Светлана продолжала смотреть на экран. Она беззвучно молилась, пытаясь сдержать тревогу при виде незнакомого для ее взгляда и разума инопланетного объекта. Ей также бросились в глаза участки на корпусе, лихорадочно светящиеся чем-то зеленым. Но из-за скудного воображения она не могла объяснить себе, что это такое и для чего нужно.

Хотя Светлана и не пыталась что-либо себе объяснять.

«Он обещал быстро вернуться!» – молнией вспыхнуло в мозгу.

Затем она снова вспомнила, что муж редко выполнял обещания.

Пока эти мысли бурной рекой проносились в голове напуганной молодой женщины, а с огромного экрана на нее смотрело страшенное инопланетное нечто…

…ведущая программы продолжала взволнованно вещать за кадром: 

– …Как нам сообщили из Роскосмоса, в настоящее время сотрудники агентства пытаются вычислить габариты этого инопланетного объекта. Астрономические институты также проводят аналогичные расчеты. Сеть космических обсерватории изменили направление радиоантенн и фокусное расстояние оптических телескопов для беспрерывного мониторинга за внеземным телом…

Видеоряд наконец закончился.

Инопланетное нечто ушло с экрана…

…но ясно отпечаталось в памяти, как след от сильной пощечины.

Вернулась студия программы «Время».

Светлана вздохнула с облегчением.

Елизавета Поремчук продолжила эфир: 

– …Наша редакция буквально только что получила новую информацию. В научных кругах появилось смелое предположение, что этот объект на орбите является ничем иным, как… – Она нервно сглотнула, сделала тревожный вдох, собираясь с остатками мужества, чтобы сказать телезрителям то, о чем никогда не помышляла. Она помолчала всего полторы секунды, затем продолжила: – …является ничем иным, как пилотируемым межзвездным кораблем. Под термином «пилотируемый» имеется в виду, что у него может быть экипаж, состоящий из разумных и высокоразвитых инопланетных организмов…

– Боже мой! – Светлана задрожала пуще прежнего. – Господи, чего только не бывает на белом свете.

О том, что инопланетный объект со всеми его обитателями априори не вписывается в привычное (то бишь земное) понимание «белого света», напуганная женщина даже не задумалась.

«Где Сергей, на фиг?» – вспыхнуло и погасло в ее мыслях.

Ведущая в студии тем временем продолжала: 

– …И несмотря на видимые размеры корабля, в данный момент он находится на расстоянии тридцати тысяч километров от поверхности Земли. Об этом нам также сообщили сотрудники пресс-службы космического агентства. Напомню, в эфире экстренный выпуск информационной программы «Время». Мы работаем в режиме прямой трансляции без заранее подготовленного сценария и делимся с вами информацией по мере ее поступления. Запланированные на ближайшие часы телепередачи, ток-шоу и художественные фильмы отменены…

«ширк»

«ОТР»

В студии программы «Отражение» за большим трехсекционным столом в форме бумеранга находились двое обеспокоенных ведущих: Александр Самойлов и Анастасия Соколова. 

– …не может утверждать наверняка, – закончил мысль мужчина и одним лишь взглядом передал слово коллеге.

Анастасия Соколова быстро подхватила: 

– А сейчас, несмотря на раннее утро, с нами на связь вышел декан факультета космических исследований МГУ, кандидат физико-математических наук Алексей Станкович.

На видеостене появился оный. Судя по антуражу, встревоженный мужик находился дома в рабочем кабинете. Он всматривался в экран своего монитора с таким маниакальным вниманием, будто инвентаризировал все пиксели до единого. Пуговицы его рубашки были криво застегнуты. Яйцевидная голова на видеостене казалась в два раза больше каждого из ведущих. 

– Здравствуйте, Алексей Вольфович, – поздоровалась с головой Анастасия Соколова. 

– Доброе утро, – закивал декан Станкович. – Надеюсь, оно для нас все еще доброе. 

– Скажите, почему появилось предположение, что инопланетный объект пилотируем? 

– По-моему, это должно быть очевидно. Во-первых, он остановился. Кометы, астероиды, метеоры и другие тела не останавливаются в космическом пространстве, пока не столкнутся с чем-то покрупнее, например, планетой или ее спутниками. Во-вторых, этот объект сейчас неподвижен по отношению к нам. А Земля, как вы знаете, постоянно вращается вокруг своей оси и движется по эллиптической орбите вокруг Солнца. Сама же Солнечная система с еще большей скоростью движется вокруг центра галактики, если что. Про Млечный путь уж промолчу. Выходит, этот объект корректирует свое положение в пространстве. Он синхронно движется с нашей планетой, словно в парном танце, оставаясь по отношению к нам на одном месте. Видели его сопла? Присматривались к ним? Они излучают свечение в определенном порядке с определенной частотой. Это совершается для маневрирования, поддержания необходимой скорости и положения. Тут даже не нужен телескоп, чтобы наблюдать эти процессы. 

– Ваши предположения, какова цель появления инопланетного объекта на орбите Земли? – задал Александр Самойлов тревожащий всех вопрос. 

– Простое исследование, хочется верить. – Декан покивал, пытаясь придать лицу немного оптимизма, но у него это плохо получилось. Он задумчиво продолжил: – Наблюдение, то есть безобидное ознакомление со стороны. Как, например, ученый-энтомолог, прогуливаясь по парку, обнаружил бы интересных насекомых, копошащихся на пне, и он бы подошел ближе, наклонился, чтобы…

«ширк»

«НТВ»

На экране снова возник инопланетный «Корабль», различимый сквозь синеву земной атмосферы. Только «картинка» в этот раз была более четкой и стабильной, поскольку съемка велась не любителем на смартфон.

Телеоператор, максимально укрупнившись, медленно панорамировал по корпусу «Корабля», на котором отчетливо выделялись участки, излучавшие зеленоватый выхлоп.

На первый взгляд эти свечения казались беспорядочными, но при внимательном наблюдении в них и вправду прослеживалась четкая периодичность.

Голос ведущего программы «Сегодня» Максима Гаврилова в это время звучал за кадром: 

– …с крыши одного из жилых зданий. Там находятся наш корреспондент Борис Евстигнеев и оператор Дмитрий Халов…

Трансляция действительно велась с крыши двенадцатиэтажного многоквартирного дома на улице 1-ой Останкинской. Выбор на это здание пал не случайно. Шестью этажами ниже с женой и детьми проживал сам корреспондент Борис Евстигнеев. Шеф-редактор, разбудив его ранним звонком, решил не тратить время зря и вызывать сотрудника на работу. Когда Борис сонно поднял трубку, ему велели срочно готовиться к прямому эфиру, так как оператор с оборудованием был уже на пути к нему.

Узнав причину столь раннего и неожиданного поручения (и, само собой, поначалу не поверив, а затем охренев от будоражащей новости), Борис вскочил с постели, испугав жену, и торопливо влез в джинсы и футболку. Он наспех умылся и, даже не почистив зубы, выбежал из квартиры. Запах изо рта, слава телевизионной технике, микрофон зрителям не передает.

Оператора Дмитрия Халова вызывать на работу не пришлось. Он всю ночь с камерой на плече бегал вокруг пожарной бригады, тушившей плавучий ресторан на Москве-реке, а после окончания рабочей смены просто-напросто не успел под шумок слинять домой. Поскольку в нужный момент он оказался единственным свободным оператором, ему пообещали нехилую надбавку к зарплате, снова выдали необходимую технику и отправили к дому Евстигнеева. Уставший молодой человек, заинтересованный в денежной премии, не мог знать, что предстоящие съемки лишат его сна и преждевременно сведут в могилу.

Съемки ночного пожара в результате окажутся бессмысленными. Редакция на фоне происходящего забудет об отснятом материале, как о неуместном и уже неинтересном факте. Пожарные и администрация сгоревшего ресторана, вероятнее всего, тоже плюнут на события прошлой ночи.

Халов и Евстигнеев встретились в подъезде, затем спешно поднялись на крышу. Корреспондент предусмотрительно заблокировал дверь какой-то железякой, чтобы им не помешали любопытные соседи. Оператор сразу нацелил объектив камеры на инопланетный «Корабль», который, к сожалению, можно было снять только с одного ракурса.

Координация действий съемочной группы осуществлялась посредством специальных гарнитур-наушников. Через них оператор с корреспондентом держали прямую связь с ведущим в студии и режиссером на аппаратном пульте.

Дмитрий Халов «отвлекся» от инопланетного «Корабля» и начал плавно панорамировать по ближайшей окрестности, чтобы определить для телезрителей локацию съемки.

На юго-западе над крышами многоэтажных домов выпирал кончик острого шпиля Останкинской башни.

На севере солнечные лучи играли на золотых куполах Храма Ризоположения Пресвятой Богородицы.

Менее чем в километре к северо-востоку стоял большой торговый центр и недостроенная четырехэтажная парковка. А за ними вдалеке, словно огромный титановый коготь, был нацелен в небо монумент советским покорителям космоса.

Когда ведущий уже «подводил» к прямому включению, Халов навел камеру на корреспондента.

В кадре предстал вышеназванный Борис Евстигнеев, из-за ширины плеч занявший добрую половину огромного экрана телевизора.

Яркое солнце слепило ему глаза.

Микрофон с логотипом «НТВ» дрожал у небритого подбородка.

Морально готовясь к прямому включению, Евстигнеев быстро облизал пересохшие губы и постарался придать себе уверенности, но вышло у него не очень.

Ветер играл его соломенными волосами, как пшеничным полем.

Кадр разделился на два «окна». В одном из них был ведущий Максим Гаврилов в студии. Он обратился к корреспонденту в другом «окне»: 

– Итак, Борис, вы в прямом эфире. Расскажите нам, что вы видите в небе и на улицах города? Какова обстановка вокруг вас?

Евстигнеев ошарашенно покивал секунды три, затем начал: 

– Да, Максим, здравствуйте! Обстановка о-о-очень необычная…

«Окно» с корреспондентом заполнило весь экран. Евстигнеева немного шатало от ветра, который порой врывался в микрофон и заглушал голос корреспондента.

С улиц издалека доносились вой сирен и раздраженные гудки автомобильных клаксонов. 

– …Здесь на крыше ветер сильнее, но гораздо лучший обзор, – продолжал Борис. – Благодаря безоблачному небу прямо над нами вы сейчас можете видеть странный объект, который многие считают инопланетным кораблем. И они не ошибаются, так как одного взгляда достаточно, чтобы понять: это и вправду космический корабль, господи боже. И он явно инопланетный, поскольку нечто подобное невозможно создать земными ресурсами и технологиями…

Оператор Дмитрий Халов направил камеру на объект в небе, максимально укрупнил его, на секунду потеряв фокус, и снова начал медленно панорамировать по корпусу.

«Корабль» непоколебимо и безмолвно относительно места съемки висел над земной атмосферой, позволяя снимать себя на все камеры и смартфоны мира.

Поправка: восточного полушария.

Поправка вторая: северной части восточного полушария.

– …Но откуда он взялся? – продолжал Евстигнеев вне кадра. – Кто его пилотирует? Какова цель их прибытия к Земле? На эти тревожные вопросы пока никто не может дать ответы…

– Господи, спаси и сохрани, – прошептала Светлана.

– …Сейчас жителям Мо… вернее, жителям всей планеты остается лишь с замиранием сердца ждать дальнейшего развития событий…

Оператор Халов снова «дал» средний план с корреспондентом. 

– …Хочу отметить, – продолжил Евстигнеев в объектив, – что этот инопланетный космический корабль по земным меркам невероятнейших размеров. Он вполне различим сквозь слои атмосферы и даже отсюда кажется громадным, несмотря на то, что находится сейчас в тридцати тысячах километрах от поверхности Земли… Фу-х! Что касается нынешней ситуации на улицах города, то картина, которую мы отсюда наблюдаем, честно говоря, вызывает у меня небольшое опасение…

Дмитрий Халов направил камеру на соседние жилые здания.

На балконах толпилось множество людей, не отрывающих взгляда от неба. Несколько человек с биноклями и любительскими телескопами вышли на крыши и разбрелись по ним в поисках наилучшего ракурса.

Затем оператор направил объектив на улицу внизу.

Толпа шокированных очевидцев заполнила тротуары и газоны. Наиболее любопытные из них в попытке лицезреть «Корабль» целиком отошли от зданий и скопились на проезжей части, мешая автомобильному движению. Посреди некоторых участков дороги были заметны пока еще мелкие потасовки.

Жильцы дома, на крыше которого работала съемочная группа, начали настойчиво барабанить в заблокированную дверь, но корреспондент с оператором не обратили на это никакого внимания. Послышались гулкие удары – дверь пытались выломать, но крепкая железяка стойко выдерживала натиск. Вскоре стуки прекратились. Жильцы, видимо, плюнули и решили спуститься вниз. 

– …Множество людей вышло из квартир и домов, – продолжал вне кадра Борис Евстигнеев. – Улица и крыши других зданий заполнены напуганными и шокированными жителями. Все их внимание приковано к инопланетному кораблю. У некоторых с собой есть бинокли и любительские телескопы. Также мы наблюдаем небольшие конфликты. Люди вышли на проезжую часть и парализовали дорожное движение. Автомобили не могут проехать, и это приводит… – Он вдруг умолк, ахнул и воскликнул: – Что они задумали? Матерь божья, неужели они собираются прыгать?!

Изумленный оператор навел камеру на корреспондента, но увидев, что тот смотрит куда-то в сторону, направил объектив на соседнее здание. 

– Господи боже, что происходит?! – кричал Евстигнеев. – Они совсем ёб… [пи-ип]. Зачем они это делают? Что на них нашло? – Затем он во всю глотку заорал в сторону соседнего дома: – Не надо-о-о-о!

Но его вопль безжалостно рассеял ветер.

Оператор укрупнился и успел запечатлеть, как мужчина и женщина средних лет, раскинув руки, словно в полете, добровольно спрыгнули с верхнего балкона соседней многоэтажки и стремительно понеслись вниз. 

– Че-е-е-ерт! – закричал корреспондент.

– Господи-и-и! – взвизгнула Светлана.

Прямая трансляция была прервана до того, как два тела достигли асфальта.

На экране появилась студия программы «Сегодня».

Растерянный Максим Гаврилов протянул длинное «э-э-э», прежде чем поймал нужную мысль: 

– М-да, довольно… шокирующие кадры только что получилось… снять нашему оператору. Что ж, думаю, чуть позже мы снова обратимся к этой съемочной группе, когда… она немного придет в себя. Ну, а сейчас я бы хотел отметить…

– Господи-господи-господи! – затараторила Светлана. Пытаясь справиться с дрожью в руках, она нажала наугад…

«ширк»

«ОТР»

Ведущие программы «Отражение» продолжали беседу с головой на видеостене.

– …из-за двух «Вояджеров», – вещал декан с полуслова. – К борту каждого из них прикреплены послания внеземным цивилизациям в виде позолоченных видеодисков. На них были записаны слайды с научными данными: координаты нашей планеты относительно четырнадцати мощных пульсаров, виды Земли, изображения континентов, животных, человека, их звуки, а также анатомическое строение и биохимическая структура, включая молекулы ДНК и тому подобное. Там даже музыкальные композиции были, представляете? Бах, Моцарт, Бетховен, Луи Армстронг, Чак Берри. Плюс человеческая речь на пятидесяти пяти языках. По-русски было сказано, цитирую: «Здравствуйте, приветствую вас!» 

– «Здравствуйте, приветствую вас»? – переспросила Анастасия Соколова. – Но это ведь одно и то же! 

– Ну… – Декан виновато пожал плечами. – Претензия не по адресу. Мне тогда было всего два года. К тому же послание составляли научные деятели, то есть астрофизики, биологи, химики, а не филологи, журналисты или писатели…

– Вы хотите сказать, что обитатели этого корабля нашли в космосе один из наших «Вояджеров»? – решил уточнить Александр Самойлов. – И именно это привело их сегодня к нашей планете?

Светлана вообще не вдупляла, о чем идет речь. Взбудораженная двойным самоубийством на канале «НТВ», она пропустила половину слов декана мимо ушей. Перед ее глазами два человека все еще падали вниз, навстречу неизбежной…

«Прекрати!» – мысленно велела себе Светлана и попыталась внимательно вслушаться в речь Станковича.

– Я не знаю ответ на ваш вопрос, – закачал головой декан, – я ведь не получаю данные от этих зондов. Насколько мне известно, они уже пересекли гелиопаузу, поэтому связь с ними потеряна. Все надеются, что их молчание временное. Может, действительно один из этих зондов стал причиной визита сегодняшних инопланетных гостей, но этого никто не может утверждать наверняка. Кроме, наверное, самих этих, с позволения сказать, гостей.

При их упоминании Светлане вновь вспомнился гигантский инопланетный «Корабль» в космическом мраке, и по ее телу пробежали миллионы мурашек. Она решила отвлечься на минуту и на маленькой хрупкой лодочке уплыла в бескрайний океан тревожных мыслей, перестав реагировать на слова декана.

Она подумала о ребенке, которого в свои годы еще не успела произвести на свет, как полагается (по ее мнению) всем земным женщинам. Муж каждый раз просил с этим подождать, так как не был готов к родительским обязанностям. И она ждала, когда он одумается, созреет и сам предложит. Но зачем ждала, спрашивается? Вот и дождалась на пороге пришельцев с неизвестными намерениями. Как теперь в этом мире можно будет рожать детей? «Господи, сделай так, чтобы все закончилось хорошо! – мысленно взмолилась Светлана. – Чтобы все вернулось, как раньше. Господи, помоги нам всем!» Надежда исполнить истинное предназначение все еще теплилась в душе молодой религиозной женщины.

Светлана думала и о других упущенных возможностях, о незаконченных делах, но более мелких, бытовых, разовых. О новой сплит-системе в квартиру. О комплекте кастрюль из нержавеющей стали, ради которого она последние две недели собирала наклейки с касс супермаркетов «Магнит». О прическе каре, которую давно хотела, но опасалась реакции мужа. О порванной мотне его джинсов, которую она планировала сегодня (в случае примирения с ним) заштопать. О тараканах, которые могут появиться на кухне из-за грязной посуды в раковине. О кредите за телевизор, который теперь придется (или уже не придется?) выплачивать не один год. О сильном ударе двух тел об асфальт, который наверняка…

Светлана тряхнула головой и снова вернулась в реальность, уставившись в экран телевизора. Неизвестно сколько времени она провела в своих мыслях (пять секунд или пять минут?), но тема беседы ведущих и декана не изменилась. Они все еще мусолили гипотетические причины появления инопланетного космического «Корабля».

Станкович с видеостены рассказывал: 

– …мысли вдовы Карла Сагана, которые были посланы в космос. Запись ее мозговых волн также включена в золотые пластинки на аппаратах «Вояджер-1» и «Вояджер-2». Во время сканирования мыслей эта женщина – Энн Друян, так ее звали, – старалась думать об истории планеты, о развитии жизни на ней, о человеческом обществе и, конечно же, о любви…

«Эта умная женщина, в отличие от меня, наверняка умела контролировать поток своих мыслей», – подумала Светлана.

Но Сергей, когда-то читавший о вышесказанном эксперименте, полагал, что в женских головах порядка не больше, чем в их сумочках. Поэтому инопланетные цивилизации в случае поимки «Вояджеров» получили бы не только философские размышления об обществе и любви, но и такие непонятные для них обрывки как:

«Твою мать, я утюг выключила или нет?»
«Дерьмо, я ноготь сломала!»
«Хочу пироженку!»
«Срочно в туалет поправить трусики!»
«Из-за этих туфлей теперь мозоли натру!»
«Боже, какой мужчина!»

…и остальную мысленную, чаще всего бессвязную ахинею.

– Зачем вообще нужно было прикреплять эти послания инопланетным цивилизациям? – осторожно, будто опасаясь нарваться на грубость, спросила Анастасия Соколова. – Ведь в этом случае мы сами могли навлечь на себя проблемы. 

– И, кажется, навлекли, – поддержал ее коллега.

Декан Станкович воодушевленно затараторил: 

– Да-да-да-да! Это очень хороший вопрос. Многие говорили, что послание Карла Сагана – небезопасная затея. Что наши зонды могут попасться на глаза агрессивным существам, эдаким космическим хищникам, которые прилетят к нам отнюдь не с добрыми намерениями. Противники этих посланий были уверены, что человечеству на Земле нужно сидеть тише воды и ниже травы, носа не казать, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Но были также и сторонники идеи Сагана. Они утверждали, что послания необходимы. Если не сейчас, так в будущем, ради памяти о нас. Они справедливо полагали, что из-за огромных астрономических расстояний эти зонды в силу их ограниченной скорости доберутся до ближайших цивилизаций через несколько сотен, тысяч или миллионов лет, а к тому времени человечество здесь уже…

Светлана сжала в руке аэропульт, вновь позволив мыслям унести себя далеко от реальности. Ей было неинтересно, что «к тому времени» сделает человечество. Истребит ли оно себя ядерной войной, а затем камнями и палками? Разовьется и расселится в космосе? Деградирует, начав убивать друг друга за еду, воду, глоток воздуха и лишний дециметр пространства?

Светлана вспомнила один бурный спор при семейном застолье. Сергей в тот вечер выразил мнение, что с сегодняшней тенденцией нас ждет первый вариант (ядерная война). Он говорил, что нынешние главы государств ведут себя как обиженные дети, не поделившие игрушки, затем отвернувшиеся друг от друга в разных углах комнаты, и однажды у кого-то из них не хватит ни терпения, ни аргументов, ни стойких нервов. Ирина в свою очередь придерживалась третьего варианта (деградация и вырождение), первичные признаки которого, по ее мнению, уже наблюдаемы в мировом обществе: синтетические наркотики, психические расстройства, порнография, трудовое рабство, мусорное бескультурье, виртуальные зависимости, алкоголизм, феминизм, шовинизм, сексизм, гомосексуализм и остальные негативные «-измы».

Светлана никогда не склонялась на чью-либо сторону, поскольку ей на это было откровенно плевать. Она уповала на Господа и искренне полагала, что Тот и без сопливых знает, что Ему делать и как весь этот бардак закончить. Также она не могла взять в толк, причем тут вообще Карл Саган? Она почему-то была уверена, что это давно ушедший из жизни французский шансонье 70-х. Но на это ей тоже было плевать. Светлана хотела ради интереса загуглить известное имя в смартфоне, пока работает сеть Wi-Fi, но затем посчитала, что результат не стоит ее усилий.

«Где носит этого дурака?» – кипело в ее голове.

– …может, «Вояджеры» тут не причем, – продолжал вслух размышлять декан Станкович. – Они ведь отнюдь не единственные космические аппараты, которые содержали информацию о человечестве. Были также пластинки на борту межпланетных станций «Пионер-10» и «Пионер-11». Были послания «Мир», «Ленин» и «СССР». В 1974 году обсерватория «Аресибо», ныне демонтированная, послала радиосигнал к шаровому скоплению М13. Даже если не брать в расчет намеренные, то есть осмысленные послания, остаются многие другие. 

– Что вы имеете в виду? – не поняла Анастасия Соколова. 

– Какие другие? – спросил Александр Самойлов.

Декан укоризненно покачал головой, но спокойно начал: 

– Вы не хуже меня должны знать, что уже более ста лет после изобретения связи, радио и телевидения наша планета излучает в космос массу волн. В различных спектрах и частотных диапазонах Земля буквально светится в космосе, если взглянуть на нее со стороны. Поэтому можно смело предположить…

«ширк»

«Россия 24»

Шел прямой эфир программы «Вести РИК».

В студии находилась Ольга Баранова. От волнения вертя в руках планшет, она читала текст с телесуфлера. В жестах и взгляде всегда улыбчивой блондинки сейчас ощущалось лишь внутреннее напряжение.

Внизу вместо привычной бегущей строки равномерно мигал титр из двух уже известных телезрителям фраз:

Оставайтесь дома! Сохраняйте спокойствие!

На экране также отсутствовали цифры котировок акций и курсов валют. Осталась лишь небольшая плашка, показывающая время: 06:32.

Фондовый рынок сегодня, видимо, начало неслабо лихорадить, и редакция элементарно не успевала следить за обновлением экономических данных. Но, скорее всего, в силу необычности ситуации все прежние темы – политика и финансы, спорт и шоу-бизнес, криминал и скандалы, культура и религия, секс и мода, хобби и путешествия – были вовсе отодвинуты на дальний план, став для телеканала незначительными, неважными, неинтересными.

На большую видеостену транслировались статичные изображения какого-то разрушенного города в ближневосточном государстве. Среди развалин кое-где полыхал огонь, пожирая остатки былого быта; замерли изумленные солдаты и горстка напуганных мирных жителей; неподвижно стояла всеми забытая военная техника. 

– …сообщают иностранные информагентства, – с полуслова продолжила Ольга Баранова, – что после появления у орбиты Земли инопланетного объекта во всех горячих точках на Ближнем Востоке прекратились боевые действия…

– Хоть одна хорошая новость за сегодня, – вздохнула Светлана.

На экране пошла демонстрация смонтированного видеоряда.

Занималась заря. На пыльной улице среди дымящихся руин толпились вооруженные исламисты, но их оружия были опущены, никто ни в кого не стрелял. Военный транспорт стоял без движения и выглядел наспех брошенным. 

– …Это подтверждают и наши коллеги, которые находятся сейчас в одной из горячих точек, – звучал голос ведущей. – Кадры, которые вы сейчас видите на своих экранах, сняты сегодня примерно в пять часов пятнадцать минут утра по местному времени…

У разрушенного бомбардировкой здания толпились взволнованные и запыленные российские солдаты в полной боевой экипировке. Среди них находился военный корреспондент в бронежилете с надписью «Press» на груди и спине, логотипом канала и триколором. Все они оглядывали небо и о чем-то бурно перешептывались. 

– …Именно в этот момент неопознанный инопланетный объект был впервые замечен местными очевидцами, – вещала Ольга Баранова за кадром.

Множество мусульман, расстелив коврики прямо на пыльной дороге и обратив встревоженные лица на восток, почти синхронно молились в намазе. Российские солдаты крестились и целовали маленькие распятия на шеях. Мирные жители, собравшись в кучку, смотрели в небо, громко переговаривались и обнимали напуганных чумазых детей. 

– …а боевые действия, как нас уверили, сами собой прекратились. Вот как описывает это один из очевидцев, – закончила за кадром ведущая.

На экране появился офицер спецназа на фоне обеспокоенных российских солдат. Голова его была защищена шлемом с прикрепленным прибором ночного видения. Лицо скрыто черной обтягивающей балаклавой, но покрасневшие от недосыпа глаза (единственная часть лица, по которой можно было прочесть скудные эмоции) выдавали его обеспокоенность. Взгляд офицера был насупленный, немного печальный и усталый, но очень цепкий, внимательный, пронизывающий. 

– Шел бой, – начал офицер спецназа. – Уже начало светать. Мы были зажаты в жилом здании, отбивались из последних сил, честное слово, потеряли несколько бойцов. Затем началась какая-то непонятная разноцветная свистопляска. Все вокруг быстро замерцало, честное слово…

«Какая еще свистопляска, на фиг?» – не поняла Светлана.

– …Слева-направо, взад-вперед и сверху-вниз проносились какие-то странные мельтешения: красные, зеленые, желтые, синие, – продолжал офицер спецназа. – Это продлилось максимум секунд пять, честное слово. Никто не понял, что это было. Потом все ощутили дрожание в земле и в воздухе, как от тяжелой техники. Опасаясь, что здание обрушится, мы выбежали на открытую местность, подвергая себя обстрелу. И только тогда заметили, что противник прекратил огонь, честное слово. Мы передислоцировались, нашли другое укрытие. Потом услышали крики. Вражеские боевики что-то кричали, указывали в небо и разбегались, честное слово. Мы не понимали сначала, что с ними…

Пошла перебивка (то есть видеоряд, призванный скрыть монтажные склейки на синхроне).

В небе сквозь слои атмосферы был отчетливо виден неподвижно зависший инопланетный «Корабль», только чуть с иного ракурса, чем с улиц Москвы. Местные жители изумленно смотрели на него и громко говорили на своем языке. Младшие дети, сидя на руках родителей и ощущая всеобщее волнение, хныкали от испуга. 

– …Я сначала подумал, что противник опасался авианалета, – продолжал вне кадра офицер. – Затем взглянули наверх, а там уже был этот… это же корабль, как я понимаю? Или что это вообще? И мы не знаем, как он там появился, честное слово! Мы дар речи потеряли. Бой прекратился сам по себе и, как видите, все словно забыли о нем. Все будто забыли о войне! Я это прекрасно понимаю. Теперь много других тревожных мыслей в голову лезет, честное слово. 

– Каких мыслей? – спросил военный корреспондент.

Среди местных стало заметно какое-то волнение. Один из них что-то кричал на своем языке, к чему-то призывал и указывал в небо. Молящиеся мусульмане почти одновременно поднялись с колен и, свернув коврики, торопливо направились к грузовым и легковым автомобилям. К ним присоединились боевики, оставив оружие на земле. Куда-то начали уходить и мирные жители, уводя с собой ревущих детей.

Офицер спецназа тем временем вне кадра продолжал: 

– Неужели нас скоро ждет новая война? Война, в которой мы еще не участвовали. Война, в которой, я думаю, у нас нет никаких шансов, честное слово. 

– «У нас» – это у кого? – решил уточнить военный корреспондент. Голос его выдавал тревогу. – У России, вы имеете в виду?

Пикапы, джипы, фургоны и грузовые автомобили – те, что были еще на ходу, – с набившимися в них напуганными мусульманами стали торопливо разворачиваться и уезжать в одну сторону.

Перебивка закончилась.

Офицер спецназа, вновь появившись в кадре, снял с головы шлем и бросил его на землю. Затем он стянул балаклаву, явив телезрителям приятное славянское лицо с мужественной челюстью и короткими седыми волосами. 

– Не только Россия на свете есть, верно? – сказал он, мельком взглянув в объектив камеры. – У всего человечества нет шансов. Мы все как один сейчас в позиции слабой жертвы, честное слово. – Он тревожно посмотрел на внеземной «Корабль» и со знанием дела добавил: – Бежать с планеты некуда. Остается только молиться, чтобы они не проявили по отношению к нам агрессию…

– Господи, помилуй, – громко произнесла Светлана.

«ширк»

«Наука»

Продолжалась программа «Самые важные открытия человечества». На лице ведущего проглядывало нечто вроде разочарования. 

– …к сожалению, – начал он с полуслова, – отнюдь не человечество сделало новое открытие, а наоборот. Это иной разум как новый вид организмов открыл нас. Тем не менее, давний вопрос, который много веков мучил человечество – «Одни ли мы во Вселенной?» – перед нами больше не стоит. Но получив сегодня неожиданный ответ, у мирового научного сообщества возникает еще больше важных вопросов…

«Где, на фиг, Сергей?» – Таков был единственный вопрос, терзавший внутренности Светланы.

«ширк»

«Россия 1»

Посреди просторного и чистого зала Музея космонавтики мялась (будто сильно хотела в туалет) взволнованная женщина в синей накидке уборщицы. За ее левым плечом на специальных подпорках высился бело-зеленый макет военно-космической станции «Алмаз», разработанной Владимиром Челомеем в 70-х годах прошлого столетия. 

– …не могу пока ничего сказать, простите, – закончила женщина, затем, виновато оглядываясь, куда-то убежала.

В кадр с микрофоном вошла растерянная девушка.

Плашка с титром уведомила:

Маргарита Новах | корреспондент

Это была невысокая симпатяшка двадцати трех лет с длинными каштановыми кудряшками и приятными веснушками на светлом лице. На ней хорошо сидело белое ситцевое платьице в черный горошек. Судя по застывшему на лице вопросу, девушка не знала, что ей делать дальше, и недоумевала, почему ее все еще держат в эфире.

После получения профильного диплома она проработала в штате телеканала всего два месяца, поэтому ей была простительна некоторая неопытность. Особенно на фоне сегодняшних необычных и пугающих событий. Конечно, девушка понимала, что во время прямой трансляции нельзя просто сказать: «Ой, все, хватит, надоело, мне больше нечего сказать, отключайте меня!», поэтому, собравшись с мыслями…

…Маргарита Новах все же начала: 

– Мы сейчас находимся в Музее космонавтики с целью взять комментарий у его директора. К сожалению, в установленное время он не встретился с нами, так что нам остается только…

Светлана подумала, что, будь она сама директором какого-либо музея, в такой день она бы тоже не поехала на работу.

К съемочной группе подошел сотрудник охраны и велел им покинуть помещение. 

– Мы договорились с вашим директором о встрече здесь, – ответила ему Маргарита. – Он сам позвонил в редакцию и пригласил нас для беседы. Мы хотели задать ему несколько теоретических вопросов о сложившейся ситуации.

Оператор Игорь Быстров укрупнил рябое лицо настырного охранника, который указывал корреспондентке на выход. 

– Его еще нет, – сказал огромный мужчина в черной форме. – Будет ли он сегодня, я не знаю. Нам он не звонил. Если он появится, я еще раз вас впущу. А до тех пор, извините, музей закрыт. Мне не нужны лишние проблемы.

У Маргариты Новах пока еще плохо получалось выражать профессиональную собранность, поэтому оператор легко прочел ее растерянность и сказал: 

– Ладно, Марго, пошли отсюда. Поснимаем пока на улице. 

– Женя? – обратилась девушка к ведущему. 

– Все в порядке, Маргарита. – Ответ Евгения Полонова тоже вышел в эфир…

…прозвучав из динамика телевизора.

Зрителям могло показаться, что взволнованные режиссеры, звукорежиссеры и инженеры начали путать кнопки, крутилки и бегунки на пультах. Но это было маловероятно, так как все действия сотрудников в телеаппаратной отработаны до автоматизма. Порой там даже нос не почешешь, поскольку на каждую из рук приходится по несколько функций в секунду. Вероятно, все происходящее на экране было сымпровизировано или же изначально задумано именно так.

Ведущий за кадром посоветовал съемочной группе: 

– Выходите пока на улицу, снимайте все, что происходит вокруг вас. В случае надобности мы с вами еще свяжемся. В любое время будьте готовы к прямой трансляции.

В сопровождении охранника корреспондентка направилась к выходу из музея. Оператор, не прекращая съемку, последовал за ними.

Пронеслась музыкально-графическая заставка «Вести. Специальный выпуск», затем вернулась студия, и ведущий Евгений Полонов уверенно взял слово: 

– Директора Музея космонавтики Владислава Челюскина в настоящий момент не оказалось на рабочем месте. Учитывая нынешнюю дорожную ситуацию, он, видимо, застрял в пробке. Уверен, немного позже, когда он доберется до нашей съемочной группы, мы обязательно вернемся…

«ширк»

«ОТР»

Голова декана Станковича на видеостене сменила тему: 

– …за пределами орбит почти всех наших спутников, не повредив ни один из них. Вы можете в это поверить? 

– Поразительно, – без особого удивления вставила Анастасия Соколова. 

– А геостационарная орбита? – задал вопрос декану Александр Самойлов. Он внимательно следил за диалогом и, видимо, искренне интересовался темой беседы. 

– А что с ней не так? – спросил Станкович. 

– Нам известно, что инопланетный объект остановился на расстоянии около тридцати тысяч километров от поверхности планеты. Но в тридцати шести тысячах километрах есть геостационарная орбита с различными спутниками. Они тоже целы? Их не притянуло к объекту? Они не столкнулись с ним?

Светлана вообще не понимала, о чем речь.

– С ними вроде пока все в порядке, – ответил декан. – Дело в том, что они находятся строго над линией экватора, которая пересекает, так скажем, голову Южной Америки, талию Африки и ступню Евразии. Точки стояния этих геостационарных спутников на шесть тысяч километров дальше и южнее нынешнего местоположения инопланетного объекта. Там сейчас, если не ошибаюсь, около четырехсот спутников, расположенных по длине всей орбиты вокруг Земли. И объект прошел мимо них, не задев ни один. Пространства там ему вполне хватило, и он, вероятнее всего, просто-напросто их облетел, чтобы остановиться строго над нашим континентом. Причем, как вы уже заметили, он расположен вдоль нашего материка, то есть с востока на запад… или с запада на восток? Я не знаю, где у него бак, а где корма. Но это и неважно. Орбиты остальных спутниковых систем – ГЛОНАСС, Джи-Пи-Эс, Галилео, Бэйдоу, Старлинк и УанУэб, – оказались под ним. Может быть, инопланетный объект и хотел бы подойти к поверхности Земли немного ближе, но спутники на высоте двадцати восьми тысяч километров не дали ему такой возможности. Учитывая его габариты, он просто не смог бы протиснуться между ними, и ему пришлось застыть там, где он находится сейчас…

Светлана искренне удивилась. Она мало что понимала в космонавтике и имела очень смутное представление о спутниках и орбитальных обсерваториях. По ее мнению, вокруг планеты кружили только МКС, о которой знают даже дворовые собаки, какой-то телескоп «Хвала» или «Халва» и еще парочка чего-то там для того, чтобы указывать водителям: «через триста метров поверните направо». Если бы Сергей сейчас находился рядом с женой, он бы сказал ей, что спутников на разных высотах земной орбиты уже около сорока пяти тысяч, включая недействующие. И не «Хвала», а тем более «Халва», а «Хаббл» – в честь американского астронома и космолога Эдвина Хаббла, добавил бы он, снова укорив ее в отсталости. И напоследок бы еще расхохотался: «Какой дурак назовет научный спутник NASA в честь арабской сладости?» Но о том, что «Халвой-518» назван астероид, открытый американским астрономом Рэймондом Дуганом в начале XX века, он бы, конечно же, не стал ее уведомлять. Вместо этого еще полчаса трындел бы о том, каким молодцом зарекомендовал себя новенький «Джеймс Уэбб».

«Где он бродит, сволочь? – бурлило в Светлане. – Неужели убежал на улицу? Или забежал кому-то в квартиру? Но к кому? Он ведь ни с кем из нашего дома не дружит. А может, у него есть любовница? Та наглая болтушка с пятого этажа как-то странно смотрела на него в лифте неделю назад, когда… Идиотка, нашла что вспомнить! – Светлана попыталась вернуть контроль мыслям. – Не все ли равно, как на него смотрят другие бабы? И плевать, как он сам смотрит на них! Размечтался! Ему с его пузом, плешью и характером все равно ничего от них не светит! Наверное, только одна я в его жизни попалась такая дура, которая… Хватит! Господи, помоги нам!»

От разрастающейся тревоги и бесконтрольного потока всяких образов в голове она сильнее сжала в руке аэропульт, но затем расслабила пальцы, боясь повредить его. Иначе Сергей начнет рвать на себе остаток волос, подумала она, и еще неделю будет обижаться, как ребенок, которому всю жизнь дули в жопу. А Светлана, еще не подозревая, что у них с Сергеем уже не будет следующей недели, в это утро не хотела с ним ссориться.

Снова перед ее глазами возникла парочка, спрыгнувшая…

«Тьфу ты!» – мысленно одернула себя Светлана.

Ей наконец-то удалось выбросить самоубийц из головы и сосредоточиться на словах декана, который в этот момент сказал нечто обнадеживающее:

– …Очень хочется верить, что внеземной объект намеренно – подчеркиваю, намеренно! – решил не вредить ни одной из наших спутниковых систем. 

– И что это может означать, по-вашему? – с надеждой спросила Анастасия Соколова. 

– Думаю, обитатели этого корабля понимают, что мы разумные и относительно развитые существа, у которых тоже есть наука и технологические достижения. Поэтому они решили отнестись к нам соответственно…

– Дай бог, если так, – добавила Светлана.

«ширк»

«Звезда»

В просторной аудитории министерства обороны шло экстренное заседание, транслируемое в реальном времени…

Как правило, телеканалы нечасто следят за ходом таких «жопосидений» в прямом эфире. Большая часть целевой аудитории никогда не смотрит заумную болтологию щекастых толстосумов, которые всего лишь переливают проблемы из пустого в порожнее. При этом используя глаголы только в будущем времени: «сделаем», «выполним», «рассмотрим», «решим», «выделим», «будет, проект готовится» и др. Подобные совещания чаще всего упоминаются телевизионными СМИ постфактум в виде сюжета или видеоряда с комментариями, в которых каждый участник заявляет о намеченных (на будущее) результатах и выдвинутых (туда же) предложениях.

Но сегодня, пока остальные информационные редакции выспрашивали мнения у научных экспертов, пытались детально запечатлеть чудо инопланетной техники или оценивали обстановку на улицах города, руководство телеканала «Звезда» пошло по иному пути. Оно решило понаблюдать за обсуждением в зале совещаний министерства обороны, чтобы их контент отличался от материалов других СМИ и, возможно, дополнял их.

С одной стороны, редакция телеканала поступила вполне рационально, но с другой – очень рисковала. Правда, на случай чего-то непредвиденного и нежелательного были заранее подготовлены ролики о бело-сине-красном патриотизме и реклама никому не нужных отечественных брендов.

Руководство министерства обороны разрешило информационной редакции съемку и трансляцию, поскольку не планировало задевать какие-либо спорные или секретные темы. На повестку дня был поставлен только инопланетный «Корабль», потому что (по мнению этого же руководства) напуганные граждане ждали от представителей власти и вооруженных структур хоть каких-нибудь ответов и предложений. Иными словами, было решено открыто провести мозговой штурм, дабы народ видел, что «наверху» никто не сидит сложа руки.

За большим овальным столом находилось человек тридцать, большинство из которых являлись руководителями военных подразделений. Среди них трое мужчин были в гражданской одежде. Первый представлял собой уверенного в себе толстячка. Второй же, – в очках и худющий, как ветка, – напротив, пытался спрятаться от чужих взглядов. Третьим был глава Роскосмоса собственной персоной.

Но один бородач разительно отличался от всех присутствующих, вместе взятых. Он с шеи до пят был облачен в черную рясу, на его голове ведром возвышался куколь, а в районе солнечного сплетения золотом и драгоценными камнями сверкал массивный крест, на котором при желании можно было распять среднего размера крысу.

Одно место военного руководителя почему-то пустовало.

Перед каждым участником из встроенного в стол коммутатора на тонкой и гибкой ножке торчал микрофон с поролоновой пимпочкой на конце.

Во главе стола толкал речь первый заместитель министра обороны, начальник Генерального штаба Вооруженных сил РФ, генерал армии Константин Ливанов. Сам глава военного ведомства в это время присутствовал на более секретном заседании с другими профильными министрами, советом безопасности и главой государства…

Но так ли это на самом деле, никто из телезрителей пока не знал. Наверное, об этом уведомят постфактум, полагал каждый из них. Если сочтут нужным, конечно же! Жираф большой, ему видней, и просьба отнестись к этому с пониманием.

Одна стена аудитории была завешена мониторами. На них из разных источников поступала вся собранная информация. Ее достаточно оперативно выводили на экраны техники, сисадмины и IT-специалисты, расположенные в глубине зала в окружении кабелей, маршрутизаторов и ноутбуков.

На экране одних настенных мониторов мерцали графические данные, карты, фотографии, тексты, схемы и диаграммы. На других можно было заметить прямые трансляции почти всех московских новостных каналов. На третьи мониторы (в том числе на главный, самый большой экран) в реальном времени поступало видео с одной из наземных обсерваторий, оптические телескопы которой были устремлены на инопланетный «Корабль».

Заместителем министра обороны являлся высокий крепкий мужчина в военной форме и с одной большой звездой на погонах. У него были седые виски и взгляд исподлобья. Насупленные брови ясно говорили, что шуток в зале он ни от кого не потерпит, даже от собственных детей, будь они тоже здесь.

Присутствующие внимательно слушали его.

После появления на экране замминистра обороны Ливанов продолжил с полуслова, обводя всех обжигающим взглядом: 

– …которые наиболее актуальны. Первое: Кто они и откуда? Второе: С какой целью они к нам прибыли? И третье: Как долго они теперь намереваются…

Вдруг к своему микрофону придвинулся один из гражданских, а именно – полненький мужичок в белой рубашке с потными подмышками. Он торопливо нажал на кнопку коммутатора и сказал: 

– Подождите минутку! Извините, что перебиваю, но времени, как я понимаю, на раскачку нет. При всем уважении, Константин Ефимович, вы все правильно говорите, конечно, но мне кажется, вы просто воздух сотрясаете, так как все ваши вопросы бессмысленные.

Военные руководители изумленно уставились на него. Видимо, подумал каждый из них, опрометчивости этому потному толстяку было не занимать, раз уж он решил озвучить нечто подобное, перебив самого главного человека не только в зале, но и во всем здании.

Светлана вышла из комнаты, прошлепала босыми ногами в прихожую и открыла входную дверь.

– Серёжа-а! – скромно позвала она.

Замминистра обороны немного опешил от наглости перебившего его гражданского, но сдержался и вежливо спросил:

– Прошу прощения, вы у нас кто? 

– Ах да, извините. Я Харитонов Андрей Васильевич, научный руководитель института общей физики имени Прохорова, академик РАН, доктор физико-математических наук, астрофизик, космолог и так далее.

Замминистра обороны записал это в блокнот и спросил:

– Почему же мои вопросы бессмысленные, Андрей Васильевич? Поясните, пожалуйста.

– Серёженька-а-а! – позвала Светлана громче. Ее дрогнувший голос отразился от стен лестничной площадки и эхом вернулся в квартиру.

В подъезде с верхних этажей послышались торопливые шаги, чьи-то крики и матерные ругательства. Светлана поспешила закрыть входную дверь, затем быстро протопала на кухню. Судя по звукам оттуда, она наполнила стакан водой из-под крана, шумно выпила и с громким стуком поставила его на стол.

– Потому что задать их абсолютно некому, – ответил астрофизик Ливанову. – Вы сейчас мыслите немного стандартно и приземленно. Это ведь не автомобиль, который утром вы заметили у ворот. В таком случае еще можно было бы узнать, зачем он к вам приехал. А это… – Харитонов указал пальцем в потолок. – Это другая раса, о существовании которой мы никогда раньше не знали. Вдумайтесь в эту фразу! – Он обвел всех присутствующих тревожным взглядом. – Это неизвестные нам разумные существа, причем, как можно догадаться, давно обогнавшие нас в интеллектуальном и технологическом развитии. Никто на Земле сейчас не может дать ответы на эти ваше «первое», «второе» и «третье», как бы актуальны для нас они ни были. 

– Да, я согласен, простите, – скромно вставил худосочный мужчина с огромными очками на длинном носу.

Оператор, снимающий происходящее, ни на секунду не прерывал запись, чтобы не упустить ни одного важного слова. Он панорамировал между говорящими участниками столь резко, что у многих телезрителей, наверное, могла вскружиться голова. 

– Думаю, в данный момент единственный способ узнать, зачем они прилетели, это… – Астрофизик развел руками. – Наверное, остается только ждать.

Замминистра обороны нахмурил и без того строгие брови. 

– По-вашему, мы должны покорно сидеть и дожидаться… 

– Но ведь спросить их прямо мы не можем. – Харитонов с чувством выполненного долга откинулся на спинку стула. 

– Верно, – сказал мужчина в форме Воздушно-космических сил и погонами генерал-полковника, то есть командир ВКС. – Установить с ними связь пока не удается. 

– Вы серьезно пытаетесь наладить с ними связь?! – удивился астрофизик. 

– А что еще делать? У нас никогда не было четкого регламента, как действовать в подобных ситуациях. Мы, можно сказать, проявили инициативу. Посылали радиосигналы на разных частотах. До сих пор посылаем, как мне докладывают. В ответ немая тишина, полное игнорирование. 

– А этот объект излучает хоть что-нибудь? Кроме отражения солнечного света, само собой.

На этот вопрос ответил глава Роскосмоса: 

– Нет. Никаких излучений. Ни радиоволн, ни электромагнитных импульсов, ни радиации. Ничего. Во всех спектрах и частотах. И это очень странно. 

– Совсем ничего? – удивился Харитонов. – Но не бывает такого! Даже у мертвой Луны есть масса излучений. 

– Может, это часть их маскировки? – предположил командир ВКС. 

– Хотя да, возможно, – задумался астрофизик. – Будь я командиром космического транспорта, я бы тоже перед контактом с другим разумным видом замаскировал все свои сигналы. Жаль, мы не можем знать наверняка.

С места неуверенно поднялся худосочный мужчина в больших очках. 

– Подождите минуточку, – скромно прервал он остальных. – Я прошу прощения, что врываюсь в дискуссию, просто хочу сказать… 

– Пожалуйста, для начала представьтесь, – попросил его замминистра обороны. – Я не знаком с гражданскими. Вас подняли с постели и привезли сюда, но из-за срочности никому не успели сделать таблички и бейджики. 

– Моя фамилия Нарышкин, имя и отчество мое Валерий Палыч. Я тоже являюсь академиком РАН, только из отделения биологических наук, секции физико-химической биологии, доктор наук. 

– Хорошо, прошу, продолжайте. – Ливанов записал в блокнот новое имя.

Светлана снова протопала к входной двери и открыла ее.

– Серёжа-а-а! – крикнула она, чуть не сорвав голос.

– Я вот что хотел сказать. – Биолог Нарышкин будто сомневался в выводах, которые собирался озвучить. – Мы пока не знаем, как сами эти существа общаются друг с другом. У них может быть совсем другая анатомия и техника для этого. Может, им вовсе не нужны традиционные средства связи с использованием радиоволн и все такое. 

– Он дело говорит, – вставил астрофизик.

– Сергей! – позвала Светлана более решительно и твердо. Затем подождав пару секунд, громко захлопнула дверь и застыла в прихожей, видимо, вслушиваясь в звуки лестничной площадки.

Биолог на экране тем временем продолжал: 

– Но, допустим, мы установим с ними связь. Нет абсолютно никакой гарантии, что они нас поймут и ответят. А если ответят, то нет гарантии, что их сообщение поймем мы. Я не думаю, что они говорят по-человечески, то есть с использованием ротового отверстия, легких и голосовых связок. У них может быть совершенно иной способ общения друг с другом, совсем иные для этого органы. 

– Все верно. – Астрофизик Харитонов, внимательно слушая коллегу из научных кругов, задумчиво кивал. 

– Поэтому я полагаю, что единственный способ, при котором два разумных существа из разных миров гипотетически могут начать хотя бы примитивную коммуникацию – это, наверное, язык символов. Иными словами, невербальный или паравербальный способ. Но сначала нужно установить какие-то алгоритмы этого общения. А это, по сути, придумать оригинальный язык, новый принцип, определенную технику построения фраз, используя уже знакомые нам символы, которые хотя бы мы можем для себя интерпретировать… 

– Я немного запутался, – покачал головой глава Роскосмоса. 

– Не беда, это всего лишь мое личное предположение. – Биолог Нарышкин сел. – Просто мысли вслух. Простите, что я не совсем связно говорю. Я очень волнуюсь, так как в первый раз присутствую на подобном совещании. 

– А других причин для волнения вы сегодня не увидели? – спросил астрофизик. 

– Конечно увидел. Его все видят! Я просто имел в виду… 

– Так нам продолжать посылать сигналы? – недоумевал командир ВКС. – Или это все зря? 

– Продолжайте пока, – ответил ему Ливанов. – Вдруг они как-то ответят, мало ли. Хотя я тоже слабо в это верю.

Биолог обратился к генерал-полковнику ВКС: 

– Что именно вы спрашиваете у них своими сигналами? 

– «Можно с вами познакомиться?» – неуместно пошутил глава Роскосмоса. 

– Кто они, откуда и каковы их цели по отношению к нам, – более серьезно ответил командир ВКС. – На мой взгляд, это сейчас самые важные вопросы. Но третий из них, конечно же, приоритетен. 

– А способы? – добавил астрофизик. 

– Морзе, бинарные и десятеричные коды. Во всех частотных диапазонах.

Харитонов скептически покачал головой: 

– Скорее всего, они считывают ваши сигналы, но не могут их правильно интерпретировать. Все эти кодировки придуманы людьми для людей, с учетом земных алфавитов, хоть и разноязычных. Для экипажа инопланетного корабля эти сигналы могут показаться беспорядочным набором волн. Ведь мы, встретив, скажем, неандертальца, тоже не поймем его примитивные уханья, стуки палкой по камню и рисунки на песке. И он в свою очередь не поймет наш сложный язык с богатым лексиконом и речевыми оборотами. Поэтому, я уверен, даже если они ответят вам, вы ничего не разберете. У них может быть совершено иной механизм коммуникации, как и сказал уважаемый Валерий Палыч.

Биолог, заслышав свое имя с приставкой «уважаемый», казалось, почувствовал себя увереннее.

– А если нет? – засомневался командир ВКС. – Никто ведь не может знать этого наверняка. Что, если они могут разговаривать, как и мы?

Нарышкин снова склонился к микрофону. 

– Да, такую вероятность тоже нельзя исключать. Может статься, что у них вполне подходящая анатомия для воспроизводства звуков. Но даже если они пришлют вам голосовое сообщение, оно может содержать всякое… ну, скажем, там… «хрю-хрю», «ква-ква», «тырк-тырк» или того хуже… 

– Скорее, «р-р-р-р», – вставил глава Роскосмоса. 

– Допустим, и так, но я не об этом. Поймите, мы земных-то животных не понимаем, то есть своих соседей по планете, только считываем их примитивные эмоции. Что уж говорить об инопланетной форме жизни! Поэтому я полагаю, что ваши сигналы – это пустая трата времени. А вот идея с алгоритмами общения… Над этим стоит подумать. Только на их разработку, наверное, уйдет уйма времени? – Биолог повернулся к главе Роскосмоса. – Может, у вас есть какие-нибудь специальные программы…

– Да, ношу их в кармане на всякий случай, – вспылил глава космического агентства. – Рядом с блокнотом частушек.

Уверенность Нарышкина бесследно исчезла.

– А если серьезно, – продолжил глава Роскосмоса. – Мы никогда не разрабатывали ничего подобного. Потому что были уверены, что такие программы никогда не понадобятся. В реальности сегодняшний контакт происходит впервые. Вероятность этого события была ничтожно мала…

– Если точнее, она равнялась десяти в минус двадцать второй степени, – блеснул знаниями Харитонов.

– Может, у НАСА такие программы имеются? – задумался биолог.

– Да, я читал, что они вроде бы разрабатывали там нечто подобное, – вставил замминистра обороны Ливанов. – Но я не в курсе, насколько это факт.

– Даже если и факт, они вряд ли поделятся с кем-то своими технологиями, – выразил мнение командир ВКС.

– В 2021 году НАСА и вправду задумалась над проблемой взаимопонимания человечества с пришельцами, – сказал астрофизик. – И наняла в качестве «переводчиков» – ни за что не угадаете, кого! – теологов, религиоведов и священников. Что они могут разработать, интересно? Они ведь только одну книгу по кругу читают, и все!

– Так какие будут идеи? – спросил замминистра Ливанов. 

– Существует один гипотетический метод, – начал астрофизик Харитонов. – Чисто математический. Называется «Линкос». Это искусственный язык для общения с внеземным разумом. Был разработан профессором математики Хансом Фройденталем в середине прошлого века. Он заключается в пошаговом обучении внеземного разума нашим математическим символам и мышлению. То есть дважды два четыре – «факт», а дважды два пять – «ошибка», «больше», «меньше», «плохо», «хорошо» и так далее.

– Это действенный метод? Эффективный? – заинтересовался командир ВКС.

– Откуда ж мне знать?! Его ведь никто никогда на практике не применял. Но загвоздки есть, конечно. Во-первых, Карл Саган этот язык когда-то забраковал, так как нашел в нем слабые места. Математика, ясное дело, везде одна, но вот ее интерпретация может быть разной. В конце концов, наши цифры могут отличаться от инопланетных. Никто не гарантирует, что наш «нуль» будет похож на их, скажем, «хруль». Во-вторых, «Линкос» так и не был завершен. Его создатель, насколько я знаю, умер во время работы над вторым томом с объяснениями. В-третьих, если даже и можно применить этот математический метод, то это может занять некоторое время.

– Сколько? – еле слышно спросил биолог. 

– Зависит от обучаемости внеземных видов. Одно ясно: если они развились до нынешнего уровня, значит, у них есть общение, память, наука, социальная иерархия и… 

– Сколько? – поторопил астрофизика замминистра обороны. 

– Откуда я могу знать?! – вскипел Харитонов, затем более спокойно добавил: – К тому же, я думаю, это не мы их должны обучать, а они нас. Наверное, вся наша высшая математика для них, как… как… карикатуры на детской пижаме, если не хуже. 

– Так что же нам делать? – спросил командир ВКС. 

– Придумать новый, современный, причем упрощенный алгоритм общения теоретически возможно, – добавил астрофизик. – Рисунки, схемы, смайлики и другая подобная дребедень. Сложность может состоять лишь с их расшифровкой. Историки над древними иероглифическими и иератическими текстами уже столько веков бьются, а там все равно еще конь не валялся. Притом, что это наследие нашей, человеческой истории, а не какой-то чужеродной.

Нарышкин снова вскочил и обратился к Ливанову: 

– Простите, Константин Ефимович, я еще кое-что хочу добавить по поводу возможных причин их появления. Не могу знать, как они нашли в космосе нашу планету, но вдруг они наткнулись на нее случайно? Что, если на пути к своему пункту назначения они бросили на нее взгляд, увидели на ней следы жизнедеятельности разумной цивилизации, а затем решили понаблюдать за нами из любопытства? Я как ученый-биолог сужу по себе. На их месте, наверное, я бы так и поступил, если бы нашел нечто интересное на земле, в коре дерева или… 

– А вы настоящий фантазер, Валерий Палыч, – перебил ученого седобородый и массивно-округлый мужчина в черной рясе. Это был Его Преосвященство председатель Синодального отдела по взаимодействию с вооруженными силами и правоохранительными органами епископ Гавриил.

Нарышкин поник и сел. 

– А вдруг они сейчас готовятся к нашему истреблению? – предположил астрофизик. – Как, например, в голливудском кино. 

– Ради чего? – возразил биолог. – Вы задавались этим вопросом? Думаю, всем присутствующим, как и остальным жителям Земли, в том числе и вашему Голливуду, хочется надеяться, что пришельцы просто наблюдают. И что это ничем плохим для нас не закончится. 

– Уповаем на Господа нашего, – вставил епископ Гавриил. 

– Причем тут Господь ваш? – возмутился астрофизик. – Кстати, а где Он? Думаю, сегодня Он всем нам очень пригодился бы. 

– Не глумитесь! – строго потребовал епископ. – И не поминайте в суе. 

– Это вы Его только что упомянули, – парировал астрофизик. – Я лишь задал вроде бы логичный вопрос: где Он в эти минуты? 

– Он там, где Ему следует быть! И вы не имеете права спрашивать меня об этом. 

– Почему же? Вы не знаете ответ? Или про Него теперь вообще говорить нельзя? У вас авторские права на него зарегистрированы?

Епископ недовольно поморщился и махнул на ученого рукой.

Биолог Нарышкин снова вскочил со своего места. 

– Да, простите, я хочу еще кое-что предложить, но…

Замминистра обороны Ливанов поднял руку, прерывая его: 

– Валерий Палыч, мы не в школе. Не обязательно при обращении ко мне вскакивать каждый раз. Можете говорить с места, я всех вас вижу. Что именно вы хотите предложить?

В этот момент Светлана вошла в комнату и села на диван.

«Убью его, когда вернется!» – мысленно вспылила она.

Нарышкин продолжил, обращаясь непосредственно к замминистра обороны: 

– Я думаю, что на заданные вами вопросы хотя бы гипотетически могут ответить люди, которые уже задумывались над подобной ситуацией. Эти люди, конечно, не ученые в прямом смысле этого слова, но они хотя бы теоретически представляли себе контакт с инопланетным разумом… 

– Вы кого сейчас имеете в виду? – не понял Ливанов. – Уфологов, что ли? 

– Да, простите, но именно их. – Нарышкин сел, пытаясь спрятаться от направленных на него изумленных взглядов. 

– Уфологи?! – возмутился епископ Гавриил. – Это же мракобесы! Богохульники! Они обычные писаки-фантасты, не больше, а вовсе не ученые. Вы хотите спрашивать экспертное мнение у этих выдумщиков?

Нарышкин обиделся, но ему хватило решимости тихо ответить: 

– Уфология, несмотря на наше прежнее отношение к ней, думаю, с сегодняшнего дня теряет статус псевдонауки и, простите, заслуживает официального признания. 

– Не сходите с ума! – Епископ поморщился.

Биолог готов был провалиться сквозь пол. 

– Валерий Палыч прав, – поддержал его Харитонов. – Вчера инопланетяне были неподтвержденным и маловероятным вымыслом, а сегодня стали пугающей реальностью. Я тоже предлагаю поговорить хотя бы с одним из уфологов в нашей стране, хотя бы в городе. Может, он подскажет нам что-то полезное. Думаю, это дельная мысль. 

– Это ересь, а не дельная мысль! – брызнул слюной епископ. – Побойтесь Бога!

Астрофизик тоже начал вскипать: 

– С какого рожна я должен Его бояться? Насколько я знаю, за всю историю Он так ни разу и не появился. Вы сами не можете подтвердить Его реальное существование… 

– Но как же? А Иисус, сын Божий… 

– Нет никаких доказательств, что он был Его сыном, – возразил Харитонов. – Я верю на слово, что этот человек когда-то существовал, но он мог оказаться обычным шарлатаном. Столько всего понарассказал, но не предоставил никаких достоверных подтверждений. Двенадцать неграмотных друзей ему поверили и последователи за ним, а затем такая же половина мира. А сияющий нимб над его головой много позже дорисовали как раз таки люди-выдумщики…

Присутствующие с интересом переводили взгляды между Его Преосвященством и астрофизиком, внимательно слушая их спор. 

– Поверили, потому что он творил чудеса, – возразил епископ. 

– Человеку, незнакомому с наукой, почти все непонятное разуму кажется магией и чудесами. Может, Иисус ваш был талантливым иллюзионистом? А может, люди, рассказавшие о нем, что-то приукрасили для остроты словца и убеждения. Но я не об этом сейчас говорю. Подумайте сами, хорошенько подумайте! Рационально мыслящую часть человечества всегда интересовало много вопросов мироздания, но два самых важных из них: первое – есть ли на небе Бог?; и второе – есть ли другая разумная жизнь во Вселенной? Понимаете, к чему я веду? Какой итог мы с вами сегодня видим? Бог лично за всю историю ни разу не показался перед человечеством, и это факт, не спорьте! А инопланетный корабль все же объявился сегодня собственной персоной. И он огромный, как крейсер рядом с клопами. Такие размеры даже не укладываются в голове. И вот когда вместо него на небе покажется Господний лик или хотя бы одна Его длань, я лично приползу на коленях за вашим экспертным мнением, ждите.

Светлана, услышав это, недовольно поморщилась.

Участники совещания задумчиво покивали словам астрофизика.

Ливанов же хмурил брови, будто страдая от мигрени, затем строго потребовал тишины. 

– Мы здесь не для того, чтобы спорить на подобные темы, – сказал он, затем обратился к Нарышкину: – Уфологи, говорите? Но что они могут знать об инопланетных существах, которых раньше никто никогда не видел?

Застенчивый биолог успел лишь открыть рот… 

– Бога тоже никто никогда не видел, – возмутился астрофизик, – но его протеже с золотым молотком на шее тут сидит. Почему бы не пригласить и уфолога? А этого человека не из мира сего выгнать, поскольку сегодняшнее событие к русскому православию никак не…

– Да ну вас! – буркнула Светлана.

«ширк»

«РЕН ТВ»

В эфире шла программа «Тайны с Анной Шабановой».

Кадр был разделен на два «окна». В одном из них взволнованная ведущая (чье имя вынесено в название телепередачи) внимательно слушала собеседника. В «окошке» Skype пожилой мужчина в домашней обстановке отвечал на вопрос. Статичный титр уведомлял, что это некий…

Герман Жигарев // астроном-любитель, уфолог, писатель-фантаст, живописец-футурист, почетный член организации «Космопоиск», лауреат национальной книжной…

Светлана не успела прочесть до конца – титр неожиданно исчез.

Уфолог продолжил с полуслова: 

– …несколько гипотетических причин, по которым планету Земля могли бы посетить представители инопланетной расы…

Торопливо открылась и закрылась входная дверь квартиры.

– Серёж? Это ты? – крикнула Светлана.

– Да, я. – Сергей с пыхтением разулся и, судя по звукам, отбросил кроссовки в разные стороны.

«ширк»

На экране появилась надпись «Mute», звук телевизора отключился.

Уфолог беззвучно шевелил губами.

Анна Шабанова заинтересованно слушала его и кивала.

– Почему так долго? – возмутилась Светлана, вскочив с дивана. – Я тут одна чуть с ума не сошла!

Сергей вошел в комнату, тяжело дыша.

– Я все этажи пешком вверх-вниз пробежал. А их двадцать, если ты умеешь считать до этого числа.

– Лифт тебе для чего придумали?

– А если бы снова свет вырубили? Я же мог в нем застрять.

– Ах да, точно. Извини, Серёж. А с крышей что?

– На двери здоровенный замок. Хрен сломаешь, я пытался.

– Ну и слава богу. – Светлана немного успокоилась.

– На улице полный хаос, не протолкнуться.

– Ты выходил на улицу? – Она снова повысила голос. – Зачем? Я же просила…

– Не ори ты! Я просто выглянул из подъезда и сразу назад. – Он уставился на экран телевизора. – Это кто?

– Уфолог какой-то.

– Опа-на, дай сюда аэропульт!

– На-на, держи, хосссподи.

Светлана отдала Сергею девайс, и он нажал…

«ширк»

Надпись «Mute» исчезла, вернулся звук.

– …изучить культуру, обменяться знаниями, объединиться для создания или предотвращения чего-то, – продолжил уфолог. – Но это все утопия. Подобное могло бы произойти лишь при относительно равном уровне нашего с ними развития, как морального, так социального и технологического. 

– Но при равном с нами уровне они ведь тоже, наверное, все еще были бы ограничены территорией и ресурсами родной планеты? – решила уточнить ведущая. 

– Конечно! Я и говорю – это утопия. Вторая причина: они могут планировать завладеть нашими полезными ископаемыми и источниками энергии. Например, земного ядра. Такой вариант сценария всегда был наиболее интересен для киношников, но подобное развитие событий совершенно нелогично с точки зрения здравого смысла. 

– Почему? – спросила Анна Шабанова. – Объясните.

Уфолог распалился, начал нетерпеливо елозить на стуле. 

– Я писал об этом в одной из своих книг. Видите ли, на Земле нет ничего такого, чего нельзя найти в других уголках Вселенной. Ресурсов на каждой из необитаемых планет, даже в одной только Солнечной системе, хоть жопой жуй. – Он зажал рот рукой и вытаращил глаза. – Ой, извините меня, я не нарочно! 

– Ничего страшного, продолжайте, – махнула рукой ведущая.

В силу необычности ситуации экспертам можно было простить многое, подумала она. Сегодняшние эфиры были полностью посвящены им – единственным людям, которые могли дать хоть какие-то ответы, пусть и строящиеся лишь на предположениях, а не фактах. Только эти люди, была уверена Анна Шабанова, могли хоть как-то успокоить граждан.

Поправка: или испугать их еще больше.

К тому же слово «жопа» не такое уж матерное, подумал Сергей. С экранов телевизоров оно звучало много раз. В юмористических передачах можно услышать целую кладезь разнообразных «жоп» и их производных.

Уфолог медленно и с расстановкой (видимо, уже стараясь следить за своими мыслями и речью) продолжил: 

– Я хотел сказать, что ресурсов и без нашей планеты в космосе вполне достаточно. Самое же ценное, что есть на Земле – это, конечно же, жизнь. 

– Человеческая жизнь, вы имеете в виду? 

– Нет-нет, не только человеческая! – Уфолог, казалось, оскорбился оттого, что его неверно поняли. – Любая, даже микроскопическая, даже бактериологическая. Человечество за всю историю ни одного прокариота в космосе не нашло. Только какие-то окаменелости, минералы и мизерные останки примитивной органики на метеоритах. Это то ли абиогенного, то ли биологического происхождения соединения, которые сложно назвать живыми организмами. Много веков люди считали, что одиноки во Вселенной. Вероятно, эти пришельцы думали о себе так же. А тут – на тебе, как изо рта на лыжах! – нашлась в районе Златовласки третья от Солнца планета с атмосферой, жидкой водой, твердой поверхностью и бурной деятельностью на ней. Поэтому, я уверен, их заинтересовала жизнь, сам факт ее существования, поскольку во Вселенной, выходит, это отнюдь не невозможное, но весьма редкое явление. Ну, а человеческая как самая разумная жизнь на нашей планете, конечно, стоит особого внимания…

Уфолог вышел из кадра, наклонившись куда-то. Послышалось стеклянное дрожание, чего-то в стакан переливание, затем пара шумных глотков и резкий выдох. 

– С вами все хорошо? – наигранно забеспокоилась ведущая.

– Мужик уже начал отмечать признание себя в науке, – хохотнул Сергей.

Уфолог вернулся в кадр. Он приблизился к камере своего ноутбука, отчего его морщинистое лицо заполнило почти все «окошко» Skype, то есть добрую половину экрана телевизора. У него, этого псевдоученого, воодушевленно забегали глаза, а чуть покрасневший кончик носа маячил перед зрителями. Он продолжил: 

– Да, все в порядке, мне просто нужно было выпить лекарство. На чем я остановился? Ах да! Они, вероятно, увидели наличие на нашей планете, – подчеркиваю! – разумной жизни и решили за ней понаблюдать. А возможность дальнейшего, более близкого контакта с ними зависит уже от того, как мы отреагируем. Если мы будем вести себя, как полные идиоты, то, ясен перец, они не захотят иметь с нами ничего общего. 

– А третий вариант? – настороженно спросила Анна Шабанова.

Уфолог отодвинулся от экрана, вновь открыв позади себя массивные шкафы с книгами и картины с фантастическими сюжетами на стенах. 

– Ой, третий вариант намного хуже, – сказал он. – Может оказаться так, что им необходима наша планета в качестве пригодной для жизни территории. То есть для ее терраформирования и заселения. Именно в таком случае неизбежна их экспансия. Это в свою очередь означает не что иное, как наше истребление. Не война, – подчеркиваю! – а полное истребление. До последней человеческой особи. Если им нужна планета, то человечество на ней будет являться для них территориальным и кислородным конкурентом. Поэтому они могут в любой момент начать насильственное уничтожение нашей цивилизации. Это жутко даже представить.

– Что он такое говорит? – испугалась Светлана.

– Думаю, пытается предугадать, что нас ждет, – ответил Сергей.

– Нам обязательно это смотреть?

– Мне лично интересно.

Уфолог тем временем продолжил развивать мысль: 

– …Не думаю, что человечество при его нынешних возможностях и вооружении сможет достойно сопротивляться развитой расе, которая уже свободно путешествует по Вселенной, преодолевая огромные астрономические расстояния. А мы, если вдуматься, пока только тянем ручки из колыбели. – Затем он добавил, как бы по секрету: – Есть и четвертый вариант. 

– Да ну? – удивилась ведущая. 

– Ну да! Это порабощение. Тоже не самый приятный для нас исход, верно? Но есть пятая, еще более страшная версия – поиск пищи. Шестой, седьмой… Вариантов и их комбинаций много. А вдруг ими, как саранчой или ксеноморфами, движет обычная мания убийства? В таком случае есть вероятность, что они решат уничтожить нас из прихоти, забавы ради, чтобы поглазеть, как мы тут корчимся…

– Переключи, я не хочу это смотреть, – потребовала Светлана.

«ширк»

«Mute» – звук исчез.

– Неужели тебе неинтересно?! – недоумевал Сергей. – Я думаю, он мыслит правильно…

– Мне страшно! Это все, о чем я могу сейчас думать.

– Ладно-ладно, не воняй!

«ширк»

«Mute» исчезла, звук вернулся.

Уфолог продолжал: 

– …надеяться, что они не только разумны, но и благоразумны…

Сергей усмехнулся. Его жизненный опыт подсказывал, что «Песенку о благоразумии» чаще всего исполняет заведомо проигравшая сторона. Если бы вдруг люди нашли в космосе цивилизацию слабее их (то бишь… нас, чего уж рожу воротить!) и которая не смогла бы достойно сопротивляться, то ни о каком благоразумии речь бы, скорее всего, не шла. Люди просто взяли бы, что захотели, и начали насильственное изучение незнакомых организмов, одним из способов которого (чего уж греха таить!) было бы элементарное умерщвление части популяции. Но сегодня люди, узнав, что они больше не являются высшим звеном в интеллектуальной и технологической цепочке, стали лопотать о благоразумии по отношению к себе.

– …И учитывая, что они пока не предпринимают никаких агрессивных действий по отношению к человечеству, – продолжил уфолог, – думаю, надежды наши небеспочвенны…

– Немного не согласен, – буркнул Сергей и…

«ширк»

«Москва 24»

В рамках программы «Рейд» съемка велась в одном из городских переулков с очень красивыми фасадами. Высившиеся в ряд здания наверняка имели историческую и архитектурную ценность, тротуар был вымощен декоративной плиткой, солнце отражалось в чистых окнах.

Ни Светлане, ни Сергею эта улица была незнакома, но оба поймали себя на мысли, что в иной ситуации с удовольствием прогулялись бы по ней с фотоаппаратом.

Поправка: если бы перед этим снова не поссорились.

Ведущий программы Геннадий Васильев с микрофоном у подбородка стоял посреди красивой улицы. Его лысая голова с оттопыренными ушами была настолько круглой, что могла сойти за глобус, если бы на ней нарисовали желтые материки и голубые океаны. Лицо ведущего было немного перекошено, поскольку он с брезгливым сочувствием наблюдал, как врачи скорой помощи осторожно осматривали нечто окровавленное и безжизненное на тротуаре.

Телезрителям же разглядеть труп не представлялось возможным из-за blur-эффекта (так называемой «мозаики»), который применяют, чтобы сохранить чью-то конфиденциальность или скрыть какую-нибудь несмотрибельную жуть.

Но Сергею и Светлане не составило труда понять, что изуродованное нечто некогда являлось живым, но в прямом смысле до смерти напуганным человеком.

– …проверяют, есть ли у него признаки жизни, – комментировал действия медиков Васильев. – Но лично я думаю, тут без всяких анализов все предельно ясно…

Сергею показалось, что ведущий из последних сил пытался справиться с подступающей тошнотой.

– …Это очень печально и жутко наблюдать, – взволнованно продолжил Васильев в камеру, – особенно учитывая, что по всему городу сегодня утром прокатилась невероятная волна самоубийств, а также череда внезапных смертей от сердечных приступов и инсультов…

Перед глазами Светланы вновь предстала жуткая сцена с канала «НТВ». Спрыгнувшие с балкона мужчина и женщина, подумала она, наверняка были супругами, все еще влюбленными друг в друга, поэтому они решили вместе уйти из этого мира в столь тревожные, затмевающие разум минуты. «Интересно, что перед этим они сделали со своими детьми?» – забеспокоилась Светлана, но сразу же отогнала эти мысли, пытаясь убедить себя, что у мертвой пары детей нет и никогда не было.

– Господи, ну нельзя же так, – вдруг всхлипнула она, готовая расплакаться. – Самоубийство – это ведь страшный грех!

– Кто-то нашел в этом выход, – сказал Сергей. – Видимо, люди очень испугались и запаниковали. Сама ведь знаешь, что страх и отчаянье делают с рассудком.

Сергей вспомнил шокирующую волну самоубийств в декабре 2012 года. Сотни мнительных имбецилов в каком-то священном месте Южной Америки массово покончили с собой, так как на полном серьезе опасались конца света, предсказанного племенем майя. Сергею было тогда двадцать пять лет, он почти окончил магистратуру и ни на йоту не верил знаменитому пророчеству. Более того, он искренне полагал, что это какая-то нелепая древнеисторическая ошибка. «Мало ли на какой дате прерывается календарь майя! – возмущенно размышлял он. – Может, составлявший его шаман скоропостижно склеил ласты? Или ему надоело страдать херней, которая не приносила его народу никакой практической пользы?»

Затем Сергей вспомнил, что календарь в современных смартфонах заканчивается 2099-ым годом. Но это ведь не означает, что перед началом следующего столетия будущим поколениям нужно бросать все дела и сигать с балконов в заранее изготовленные гробы. По факту же 2099-ый год в определенный момент по щелчку секундной стрелки станет 2100-ым, все! Максимум, что еще произойдет, так это 21-ый век за одну секунду сменится 22-ым! И не надо выдумывать всякую ерунду!

Но, с другой стороны, страх всегда был одним из самых мощных мотиваторов на совершение разного рода глупостей. На остальных местах в списке подобных причин стоят, конечно же:

2. ________________________;

3. ________________________;

4. ________________________ (вписать самостоятельно).

– Если честно, я этих людей немного понимаю, – вслух завершил Сергей свои выводы. – Они, вероятно, опасались чего-то намного худшего, чем просто смерть. Например, болезненного лабораторного изучения, вскрытий, трепанаций, а может, порабощения или стать чьим-то питательным меню…

– Замолчи, Сергей! – взвизгнула Светлана, и он умолк.

Затем он понял, что ошибся, немного перепутал. Волна самоубийств была не на самом деле. О ней вскользь упоминалось в голливудском фильме «2012» Роланда Эммериха. Или в фильме «Контакт» Роберта Земекиса? Или в обоих? Мозг, забитый событиями сегодняшнего утра, перемешал реальные воспоминания Сергея с сюжетами просмотренных им фантастических фильмов, что было очень необычно. Раньше на его памяти такого никогда не происходило.

В действительности же – ходили такие слухи – некоторые люди в 2012 году заперлись в самодельных бункерах. Какой напасти они ожидали, не совсем понятно, но существует легенда, что они до сих пор находятся в убежищах, ни сном ни духом не подозревая, что мир худо-бедно продолжает влачить существование. Даже если эти слухи верны, думал Сергей, и спрятавшиеся кретины реально существуют, они по крайней мере поступили более разумно, чем все те, кто пустил себе пулю в висок.

Затем Сергей попытался собраться с мыслями и вновь сосредоточиться на экране телевизора.

Геннадий Васильев в этот момент обернулся на спешащую куда-то толпу. Оператор тоже навел на них камеру. Люди указывали в небо и перекрикивались между собой. Никто из них не обращал ни малейшего внимания на медиков, упаковывающих поломанное безжизненное тело в черный полиэтиленовый мешок.

«Кровоточащие раны никого не интересуют, пока они не появятся на нашем собственном теле», – пришла Сергею мысль, которая показалась ему вполне логичной.

– …Люди сегодня очень напуганы, – продолжал ведущий, стараясь не выказывать волнения. – Никто не знает, чего ожидать. Каковы намерения этих пришельцев? Мысль о том, что завтрашний день может никогда не наступить, не дает всем покоя…

– Серёжа, я не хочу это смотреть. – Светлана громко шмыгнула, готовая вот-вот расплакаться.

Оператор резко направил камеру вверх.

Между крыш высоких зданий в небесной синеве, словно в полупрозрачной дымке, отчетливо виднелся фрагмент инопланетного «Корабля» со всеми его странными геометрическими деталями и соплами.

– Какой же он громадный, – тихо произнес Сергей.

– На видео из космоса он вообще жуткий, – добавила Светлана.

– Его еще и из космоса показывали?!

– Ага. С МКС снимали, пока ты в подъезде бегал.

– На каком канале?

– Не помню. На одном из федеральных, это точно.

– Блин, может, еще повторят.

– …Но каждый из нас надеется, что сегодня… – начал вне кадра Васильев, но его оборвал…

«ширк»

«Россия 1»

Президент сидел в своем кабинете…

Поправка: или в бункерной копии этого кабинета, не поймешь.

…на фоне государственного флага и обращался прямо в камеру, прижав ладони к столу. 

– …мы все сейчас ощущаем напряжение и угрозу, – медленно говорил он, желая донести мысль до каждого жителя страны, который мог его в этот момент слышать. – Угрозу не только от инопланетных чужаков, чей корабль сейчас виден в небе…

– М-да, его от людей не спрячешь, – вставил Сергей, – и пыль им в глаза не пустишь.

– Да замолчи ты, дай послушать! – вспыхнула Светлана.

– …Но и угрозу от самих себя, от своих соотечественников, от напуганных сограждан…

В небольшом «окошке» в правом нижнем углу экрана женщина со слезами на глазах переводила речь главы государства на язык жестов. Она порой «заикалась» руками и пальцами, поскольку президент через каждые два слова «э-э-экал», «м-м-мыкал», будто терял мысль или подбирал нужные фразы.

Говорил он мягко, будто прося каждого жителя в отдельности, а порой жестко, будто отдавая всем разом приказ. При этом он не проявлял абсолютно никакого волнения. Умело скрывая беспокойство и остальные негативные эмоции, он вел себя обыденно и хладнокровно, будто размышлял о нацпроектах, импортозамещении или давал очередные обещания, которые не намеревался исполнять. Вероятно, он прекрасно понимал, что если будет призывать граждан к спокойствию, сам поддавшись панике, он лишь усугубит положение и напугает всех еще больше.

Но его невероятное спокойствие обескураживало Сергея и Светлану. Им даже пришла в голову нелепая мысль, что президента с утра пораньше растолкали в постели, затем спрятали в самый глубокий бункер, не объяснив толком, что происходит. А сотрудник пресс-службы его администрации просто всучил ему бумажку в руки и попросил прочесть ее рукописный текст на камеру. Но это было маловероятно, и Ивановы прекрасно это понимали. В конце концов, думали они, в верхушке государственной власти протирают штаны не полные эгоистичные придурки.

Поправка…

Хотя нет, без поправки.

– …Убедительно прошу граждан сохранять спокойствие, – продолжал тем временем президент, – не впадать в панику, не устраивать массовые беспорядки, не вредить нашей социальной, экономической и общественной инфраструктуре…

– Люди за окном, к сожалению, вас не слышат, – снова вставил Сергей.

– Он говорит для таких идиотов, как ты, – съязвила Светлана, – чтобы по подъездам не бегали и на улицу не высовывались.

– Хватит вонять.

– …Буквально несколько минут назад я подписал указ, – спокойно продолжал президент, – объявляющий чрезвычайное положение по всей стране. Убедительно прошу вас оставаться дома со своими семьями, родными, близкими, друзьями. Не выходите на улицы…

– Снова нам сидеть взаперти, – посетовал Сергей. – Опять, как в двадцатом году из-за ебучего ковида.

– Думаю, сегодня происходят вещи гораздо страшнее любого ковида, – возразила Светлана.

Сергей пропустил ее слова мимо ушей, мысленно уплыв в прошлое.

2020-ый, вспомнил он, был годом начала небезызвестной пандемии и ее тяжелых для экономики последствий. Чертов коронавирус ударил по яйцам всему миру, отняв почти пятнадцать миллионов жизней! Кое в чем Сергей был уверен. Одни искусственно создали эту напасть с определенной целью – проредить «стадо» и оставить наиболее дееспособных налогоплательщиков. Другие бессовестно наживались, создавая дефицит и взвинчивая цены на индивидуальные средства защиты. Третьи использовали неблагоприятную ситуацию для каких-то скрытых финансовых, административных или политических махинаций. А остальные… остальные просто болели и умирали.

Однажды Сергей поделился своим мнением со Светланой, и она ответила, что у него развивается «параноидный маразм». И добавила, что если бы коронавирус с какой-либо целью заранее планировали выплеснуть в мир, то заговорщики сначала обезопасили бы себя эффективной вакциной, а не создавали ее впопыхах в то время, когда по пустынным улицам городов ездили только машины скорой помощи.

Как бы там ни было на самом деле, коронавирус все же скосил часть населения планеты – с этим спорить трудно. Затем, вспомнил Сергей, появились новые мутированные штаммы, чтобы, по его мнению, уж наверняка добить «нежелательные элементы».

Кто именно это сделал? Масоны? Рептилоиды? Безответственные и злобные ученые в секретных американских лабораториях? Или больная летучая мышь, сожранная каким-то тупорылым китайцем? Сергей знал окончательный ответ, и он был прост, как дырка от бублика:

Род: Люди.
Вид: Человек разумный.
Статус: Человек жадный, человек глупый, человек злой.

2021-ый был годом катаклизмов: песчаные бури в Астрахани, грады в Ростове-на-Дону, потопы в Крыму и Анапе, грозы и оползни в Красноярске, наводнения в Сочи и Амурской области, ураганы в Твери и Краснодаре, лесные пожары в Якутии. Более интенсивное и уже заметное обмеление Волго-Каспийского бассейна из-за утечки вод в пустоты, оставленные в недрах земли нефтегазодобывающими компаниями.

2022-ой: лесные пожары в Сибири, загрязнение Дона и его притоков нефтепродуктами и так далее-далее-далее. Также достойно упоминания – повсеместное нападение на людей бродячих собак, за размножением которых уже давно потерян контроль.

Сергей был уверен, что все это имеет в первую очередь антропогенный характер, то есть происходит по причине человеческого, а не природного фактора.

Кто виноват? Вывод напрашивается лишь один:

Статус: Homo imprudens (человек безответственный), homo egoist (человек эгоистичный).

Что было потом? Страшные прогнозы из-за смены климата? Изменение течения Гольфстрима? Землетрясения в Турции и Сирии? Предсказанная Хокингом аномальная жара? Опустынивание земель? Угрожающий раскол самого большого шельфового ледника?

«Доигрались добычами, мать нашу за ногу! – кипел Сергей. – Вдоль и поперек просверлили все ножки стула, на котором так недолго сидели».

А затем?..

Что было потом?..

Неважно!

Навскидку уже и не вспомнить. Все перемешалось в голове.

И вот сегодня – бац! – наступила эпоха инопланетян.

С Новым годом, Мир! С Новым счастьем, Земляне!

Дорогие россияне, скоро на всех телеэкранах страны!

Встречайте, мать их за ногу…

– …улетят, – закончила Светлана.

– Чего? – переспросил Сергей.

– Уснул, что ли? Я говорю, что президент прав. Если придется, будем сидеть дома, пока эти сволочи в небе не улетят.

– Ты думаешь, они улетят?

– Очень на это надеюсь.

– Я в этом сомневаюсь. Мне кажется, они не просто так остановились у Земли.

Президент неуклонно продолжал: 

– …Поддержите друг друга в это непростое для всего человечества время. Не делайте поспешных выводов, не совершайте опрометчивых поступков. Сейчас все буквально висит на волоске…

– Только представь, каково сейчас женщинам в роддомах, – вздохнул Сергей.

– С чего это ты вдруг о них подумал? – удивилась Светлана.

– Они родили или собираются родить детей, чтобы те жили, любили, смеялись, а уже все, поздняк метаться! Асталависта, бэби.

– Что за фигню ты несешь?

– Я говорю, что нам всем, походу, апокалипсис сегодня. Уфолог на «Рен ТВ» только что тебе все объяснил. Плохих вариантов даже теоретически больше, чем хороших. Мне кажется, надежды кот наплакал.

– Серёжа, пожалуйста, прекрати! У меня и так мысли разные в голову лезут.

– …Сотрудники полиции и Росгвардии будут патрулировать улицы с целью поддержания правопорядка, – вещал президент. – Вывод в города вооруженных сил пока не планируется, но все зависит от дальнейших обстоятельств. – Он глубоко вздохнул. – Уважаемые соотечественники, друзья, прошу вас, будьте благоразумны, сознательны, бдительны и осторожны. Не подвергайте себя напрасному риску. Через несколько минут у меня состоится видеоконференция с другими мировыми лидерами, и мы совместно постараемся прийти к единому…

– Ну его на фиг, надоел он уже! Переключай дальше, – скомандовала Светлана.

«ширк»

«ТВ Центр»

В студии программы «События» энергично жестикулировала ведущая Наталья Коновалова, готовая умолять телезрителей.

На двух видеостенах были изображены машины скорой помощи на забитых автомобилями и людьми дорогах.

Ведущая уведомляла: 

– …из-за плотных пробок не могут добраться до пострадавших и своевременно доставить их в медучреждения. Просьба жителям города, – как пешеходам, так и автовладельцам, – проявить больше сознательности! Уступайте дорогу машинам скорой помощи, полиции и МЧС, чтобы они…

– Никто из них тебя сейчас не слышит, – буркнул Сергей.

«ширк»

«Мир 24»

Ведущий в студии просил: 

– …иностранных граждан срочно связаться с посольствами и консульствами своих государств. Также стало известно, что власти Москвы приняли решение временно закрыть границы города. В интересах общественной безопасности по всей стране отменены внутренние и внешние пассажирские перевозки. Аэропорты закрыты, приостановлены частные и коммерческие рейсы. Исключение сделали лишь для военной авиации, которая в ближайшие часы должна отправиться в горячие точки за пределами страны для эвакуации всех российских военнослужащих. Воздушное пространство над всей территорией страны будет строго контролироваться…

«ширк»

«ТВ-3»

В рамках программы «Тайные знаки» демонстрировался странный видеоряд. Он состоял из фрагментов, снятых различными (не только столичными) камерами уличного и дорожного видеонаблюдения.

Мрачнело раннее утро, занимался тусклый рассвет. Городские кварталы казались безлюдными, сонно движущиеся автомобили на проспектах и трассах можно было пересчитать по пальцам одной руки.

А по всей обозримой земной поверхности, насколько хватало взгляда камер, мелькали разноцветные линии, вертикальные и горизонтальные плоскости, напоминающие мельтешение лазерного шоу под куполом цирка. С востока на запад и обратно, с севера на юг и обратно, сверху вниз и обратно молниеносно проносились синие, желтые, красные и зеленые всполохи.

Светлана только сейчас поняла, что имел в виду офицер спецназа на канале «Россия 24», когда упомянул о «разноцветной свистопляске».

На экране сменялись улицы, районы и города. Из-за их разного местоположения на огромной отечественной карте уровень утреннего освещения отличался друг от друга, но в кадре неизменно присутствовало множество лазерных «струй» и «стен». Они мгновенно проносились во всех направлениях и очень быстро исчезали за дугообразным горизонтом, в небе и в грунте земли.

За кадром ведущий с полуслова уведомлял телезрителей: 

– …очевидцам не удалось запечатлеть это явление на свои гаджеты, поскольку оно продолжалось не более пяти секунд. Затем все прекратилось так же внезапно, как началось. Лишь дорожные и уличные камеры видеонаблюдения, которые работали круглосуточно, смогли зафиксировать странное явление. На мой взгляд, это было неким подобием сканирования всей нашей планеты. И не только поверхности, но и далеких, недосягаемых для нас глубин. Схожее мнение выразили европейские и дальневосточные коллеги нашей редакции, а также несколько ведущих ученых Российской академии наук. Некоторые из них тоже оказались свидетелями яркого, бесспорно красивого явления, но которое затем вызвало всеобщее беспокойство…

– Мы с тобой и это умудрились проспать, – пробурчал Сергей.

– А если бы не проспали, то что? – Светлана не понимала досаду мужа. – Тебе сейчас было бы легче? Ты бы сейчас как-то спокойней себя ощущал?

Сергей промолчал, отметив про себя, что возмущения супруги вполне справедливы.

На экране появилась студия. Из-за каменной кладки и полного отсутствия мебели она больше напоминала средневековую катакомбу.

Ведущий с самым загадочным обликом, который только могли придумать генетика и стилисты, ходил из угла в угол, вслух размышляя: 

– …Странное явление наводит меня на тревожную мысль. Думаю, всех людей на планете сейчас терзают сомнения, что обитатели инопланетного корабля преодолели огромное расстояние только лишь для того, чтобы понаблюдать за нами со стороны. Мне кажется, – но хочу отметить, что это мое личное, субъективное мнение, и я не хочу ввергать телезрителей в панику, – у пришельцев есть определенная цель, которая, возможно, будет противоречить нашим с вами интересам и…

Экран телевизора неожиданно погас.

В его отражении снова появилась…

Комната

Супруги Ивановы сидели рядышком на диване.

Лопасти вентилятора постепенно остановились.

«Сука, вот не дай бог из-за этих чертовых перебоев полетят блоки питания в домашней технике!» – вскипело в Сергее, но обеспокоился он явно не о холодильнике или стиральной машине. Затем он встал с дивана, подошел к окну и поднял взгляд на небо.

Светлана с тревогой посмотрела на мужа.

– Серёжа, – всхлипнула она.

– Что?

– Я боюсь. – Голос ее действительно дрожал. – Мне так страшно, ты даже представить себе не можешь.

Сергей поднес руку к глазам и взглянул на пальцы, охваченные паническим тремором. Он прекрасно понимал жену. Его самого обуяла ни на что не похожая смесь эмоций, природу которой было очень сложно объяснить. Это чувство не просто дрожало и пульсировало внутри. Оно разрасталось, заполняя собой все полости организма. Такой страх мог испытывать, скажем, обездвиженный человек на стуле, под которым тикает мощная бомба, ведя обратный отсчет до возможного взрыва. Или человек под гидравлическим прессом, который в любую секунду может молниеносно превратить тело в кровавое варенье и раскрошить кости в порошок. Этот страх сжимал легкие, мчался по сосудам и буквально вибрировал в груди. Он заполнял собой все мысли, почти не оставляя свободного места для каких-либо логических выводов, которые в любой непонятной ситуации привык делать Сергей.

– Я сам такой, – наконец сказал он и с еле слышимым хрустом сжал дрожащую кисть в дрожащий кулак.

Но сразу же пришла мысль: «Ей ведь сейчас намного страшнее!»

И это было вполне объяснимо. Если бы сегодня в небе появился не инопланетный «Корабль», а ясный лик Господний, объявляющий «долгожданный» Праведный Суд, то Сергей (наряду с миллионами других атеистов) понял бы, что всю жизнь глубоко заблуждался, а теперь его ждет неминуемая варка в дьявольском котле. В таком случае он громче всех кричал бы от ужаса, а его жена прижимала бы к груди сломанный триптих и радостно восклицала: «Я же говорила тебе, бестолочь! Придурок, свихнувшийся на своей проклятой…»

– Этот страх какой-то непонятный, – прервала его мысли Светлана.

– Как понять «непонятный»? – Сергей обернулся.

– Не знаю даже, как описать. Какое-то чувство постоянного внутреннего напряжения. Будто что-то клокочет внутри, скребется, мечется, но никак не может выбраться наружу.

Светлана вскочила и торопливо подошла к Сергею.

Он заботливо обнял ее и сказал:

– Со мной примерно так же. Будто лезвие гильотины над головой висит и не опускается. Я тоже боюсь, Светик. Такой угрозы над нами еще никогда не было. Никто не знает, что будет дальше. Надеюсь, эти пришельцы, – какие бы намерения у них ни были, – не станут поступать, как глупые и безжалостные человеческие детеныши.

– Это как? – Светлана подняла на мужа тревожный взгляд.

– Не захотят растоптать муравейник.

– Прекрати! – Она легонько ударила его в плечо. – Не говори так, не пугай меня еще больше.

– Я тебя не пугаю. Просто пытаюсь мыслить логически.

– Тогда пытайся про себя.

Сергей удивленно отстранил от себя жену.

– Светик, я только сейчас вспомнил! – воскликнул он. – У нас ведь телескоп есть. Как я мог забыть об этом?

– Он чужой, Сергей. Его Артёмке на день рождения купили.

– Думаю, он не обидится.

Сергей освободился из объятий жены и, бросив аэропульт в кресло у двери, выбежал из комнаты.

Светлана последовала за ним, крича ему в спину:

– Его просто спрятали у нас, чтобы сюрприз ему сделать!

– Да он не узнает, успокойся.

– Они приедут сейчас. Если он увидит, что ты его распаковал…

В спальне со скрипом открылась дверца гардероба. Заранее купленный подарок для племянника Светланы было решено спрятать там, куда мальчик, будучи в гостях, никогда бы не полез.

– Он нужен, чтобы в него смотреть, верно? – стоял на своем Сергей. – Это его основная функция. Сегодня чем тебе не повод? Неужели самой не интересно?

Если Сергею что-то втемяшилось в голову, он это сделает и ни перед чем не остановится – таков был человек. И Светлана, зная это, не нашла иного способа остановить мужа, кроме как истерично завопить:

– НЕ СМЕЙ ТРОГАТЬ ТЕЛЕСКОП, Я СКАЗАЛА! ОН ЧУЖОЙ!

Лопасти вентилятора, будто зарядившись злостью женщины, снова начали бесшумно вращаться.

Несколько секунд в квартире стояла мертвая тишина.

Затем Сергей прорычал:

– Почему ты постоянно орешь на меня, как бешеная истеричка? Неужели нормально сказать нельзя?

– А что толку, если ты никогда меня не слушаешь?

Кипя от злости, Сергей вернулся в комнату, сел на диван и начал глазами искать аэропульт. Следом вошла Светлана и, заметив девайс в кресле, первая завладела им, затем тоже села.

– Боже, ты иногда такой бессовестный… – начала она.

– Ой, все! Замолкни и не это самое… не воняй! Включай!

– Сам ты вонючка! – огрызнулась Светлана и нажала…

«ширк»

«ТВ-3»

Продолжалась программа «Тайные знаки». Ведущий в мрачной студии обращался непосредственно к телезрителям: 

– …предположить, что ответ на один из самых главных вопросов о Вселенной будет неожиданно получен именно на нашем с вами веку…

– Мг-м, велика радость! – брызнула ядом Светлана.

– Историческое событие, – возразил Сергей. – Как ты не понимаешь, это ведь мировая сенсация.

– Поэтому Ирина кипятком ссала, когда звонила.

Ведущий (не имея возможности слышать препирания супругов) продолжал: 

– …Открытым остается вопрос, почему ни одна из космических обсерваторий, ни один из телескопов на орбите Земли и ни один астроном, наблюдавший за звездами, не обнаружил приближение инопланетного корабля? Как он смог внезапно оказаться на расстоянии оптической видимости…

«ширк»

«Спас ТВ»

– О-о, слава богу! – выдохнула Светлана.

Съемка велась в одной из церквей города.

Интерьер Светлане был не знаком, так как этот храм она никогда не посещала.

Огромный золотой иконостас имел несколько рядов ввысь и содержал, небось, изображения всех, кого Русская православная церковь когда-либо причисляла к лику святых. Массивное паникадило на крепкой цепи висело под куполообразным живописным потолком, на котором весьма талантливо был изображен седобородый старик на облаке, с воздетыми руками строго взирающий вниз. От Деда Мороза его отличало лишь ярко-белое одеяние и компания голых крылатых детишек.

Просторный гулкий зал был полон людьми. Шло неторопливое богослужение. Среди множества пожилых женщин в домашних халатах и платках можно было заметить несколько грустных мужчин и испуганных подростков. Все они тревожно крестились, молились, кланялись иконам, еле сдерживая слезы отчаяния и страха перед неизвестностью. Взрослые во время поклона толкали в затылки своих чад, чтобы те тоже проявляли уважение к процессу и нарисованным на стенах идолам.

Канонарх на амвоне перед иконостасом громко и нараспев возглашал стихиры. Молодые свещеносцы устало держали высокие подсвечники с возожжёнными свечами. Вид у них был такой, будто они мечтали оказаться где-нибудь в другом месте, возможно, с первой (или последней?) в их жизни бутылкой пива в руке.

На клиросе певчие с несчастным видом трагично тянули гласные.

Увидев и услышав все это на экране, Светлана почувствовала себя немного спокойнее и даже чуть счастливее.

Сергей, наблюдая за женой, напротив, раздраженно напрягся. «Надо бы удалить из списка этот канал», – подумал он.

На фоне звуков литургии за кадром мелодично, – словно читая ребенку сказку на ночь, – вещал женский голос: 

– …более безопасного места, чем храмы Господни. Именно здесь они решили переждать томительные минуты. Церковники внепланово проводят богослужения, дабы успокоить напуганных прихожан…

– Переключи, Свет, – потребовал Сергей. – Я не хочу сейчас смотреть эту лабуду.

– Может, я хочу. Обо мне ты подумал?

– Иди в церковь и там смотри. Дай сюда аэропульт!

– Да на, держи, хоть подавись им!

Заполучив девайс, Сергей присмотрелся к его кнопкам.

– Так, какой канал мы еще…

«ширк»

«360 градусов»

В студии программы «Вертолет» находились двое ведущих: Елена Шапошникова и Георгий Завьялов.

Мужчина убеждал телезрителей: 

– …ни в коем случае не верить слухам о скором истреблении человечества. Они стремительно распространяются в сети Интернет и выражают только личные догадки их авторов. Все домыслы и публикации на подобные темы пока не имеют под собой никаких веских оснований.

– Ключевое слово: «пока», – добавил Сергей.

– Чего «пока»? – не поняла Светлана.

– Я не тебе. Просто мысли вслух.

– Думай, пожалуйста, потише.

Сергей не ответил жене, но внял ее просьбе.

О вымирании всего человечества, вспомнил он, трубили уже давно, но приводили другие причины. Взять хотя бы миленькую в его глазах эко-активистку Грету Тунберг. Или российскую ученую Людмилу Фионову, которая, по мнению Сергея, весьма грамотно, доходчиво и невероятно красноречиво доводила до умов правильные вещи.

Человечество, поставив денежную прибыль во главе всех материальных благ, продолжало дырявить Землю, высасывая из нее соки. И планета в какой-то момент начала потихоньку мстить, чтобы вернуть себе природный баланс. Только мало кто обращал на все эти призывы внимания, потому что постепенное, но жестокое «мщение» раньше было не особенно заметно. В угрожающих масштабах этот неукротимый процесс стали наблюдать лишь совсем недавно, буквально пять-шесть лет назад, когда тонула Индонезия, трясло Филиппины, а Южную Африку засыпало июльским снегом.

Но некоторой очень алчной и недальновидной горстке людей (которых, кстати, всегда поддерживали государство и церковь) постоянно кажется, что можно высосать еще чуть-чуть, чтобы заработать очередной сраный миллиард долларов. А потом еще один…

«Неужели они не понимают, – негодовал Сергей, – что у них нет запасной планеты, на которой можно из денежных пачек вместо кирпичей построить новую резиденцию с аквадискотекой и переждать очередное вымирание?»

И по словам доктора наук Людмилы Фионовой, пока во главе всего человечества стоит олигархат, заинтересованный лишь содержимым своих карманов, это будет продолжаться до тех пор, пока планета просто-напросто не сотрет людей со своего больного, измученного тела. Пока не смоет их всех, пока не сдует, пока не засыплет или не сожжет аномальной температурой, от которой у нее не найдется антибиотиков. (Другими словами, размышлял Сергей, передаст власть бродячим собакам, которые уже начали социализироваться, организовываться, увеличивать численность популяции и восставать против антропократии.) Но умную женщину никто не слушал, кроме тех, кто реально понимал, о чем она неустанно твердит.

Но сегодня в небе появилась очередная возможная причина апокалипсиса. Инопланетный «Корабль» видели все! Одни воочию, другие – на экране, третьи – в окуляре телескопов или в видоискателях телекамер. Его боялись все! Даже те, был уверен Сергей, кто в данную минуту находился за линией терминатора, то есть на другой стороне Земли. Даже президент, несмотря на его показное спокойствие…

Поправка: все ныне живущие президенты, премьер-министры, канцлеры, монархи, узурпаторы, диктаторы и вожди.

Выходит, думал Сергей, сегодня в кой-то веки нашлось нечто гораздо могущественнее сильных мира сего. Но в нынешних обстоятельствах это мало радовало.

За громадным инопланетным «Кораблем» со страхом и тревогой наблюдали все жители Земли. Мысли о смерти человечества, словно кровь сквозь туго затянутые бинты, стали с новой силой просачиваться из людских умов на страницы социальных сетей и личных видеоблогов. И эти мнения, несмотря на цензуру и другие информационные ограничения, все же распространились посредством сарафанного радио и оказались у всех на виду. А сильные мира сего решили задушить в зародыше эти пессимистичные, но логичные предположения, поскольку они могли подорвать их роскошную стабильность и многомиллиардные планы.

Когда Сергей вернулся в реальность и вновь акцентировал внимание на экране телевизора, слово было уже у Елены Шапошниковой.

– …призвало граждан страны проявить сознательность и благоразумие, – говорила она, – и не распространять подобные слухи, чтобы не разжигать и без того нарастающую панику среди жителей.

Пошел цельный видеоряд.

Съемка велась с квадрокоптера недалеко от Покровки. Аппарат парил над крышами домов на высоте примерно двести метров и медленно панорамировал по округе, будто оглядывая свои владения.

Границы города исчезали за горизонтом. Небоскребы Москвы-сити вдалеке, словно бородавки на нежной коже, грубо доминировали над остальным ландшафтом. Многие улицы, попадавшие в кадр, были плотно заполнены людьми.

– И вправду похоже на муравейник, – всхлипнула Светлана.

– Вернее, человейник, – поправил Сергей.

Отличие одного от другого было лишь в том, что…

…«насекомые» копошились не вокруг отверстия в песке, а среди стеклобетонных лабиринтов. Очевидцы небольшими группами стояли на крышах зданий, плотной рекой шли по улицам и переулкам в сторону более обширных проспектов и площадей, где и без них уже скопилось кишащее море зевак.

Голос Георгия Завьялова продолжил: 

– Как мы видим сейчас на этих кадрах, жители уже на грани паники. Такого столпотворения не было даже в сложные политические времена. Лично я не могу вспомнить, чтобы на улицы города выходило столько людей…

«Видимо, ты забыл митинг за сохранение СССР в 1991 году», – подумал Сергей, но тотчас выбросил из головы не вовремя всплывшую мысль. Это было в далеком и уже неважном прошлом, а сейчас всех волновало ближайшее и висящее на волоске будущее.

На широких проспектах стояло множество автомобилей, но не припаркованных, а хаотично брошенных посреди проезжей части. Их медленно обтекала человеческая масса, напоминающая кишащий рой из тысяч микроскопических существ.

Георгий Завьялов продолжал за кадром: 

– …В настоящий момент закрыты все учреждения, как муниципальные, так и коммерческие предприятия, магазины, банки и пункты сферы услуг. Также прекратил работу весь наземный общественный транспорт. Поезда метро были экстренно остановлены…

«ширк»

«Звезда»

Командир ВКС сменил тему, обращаясь к епископу Гавриилу: 

– …договор о запрете на размещение в космическом пространстве любых видов вооружений, не говоря уже о ядерных боеголовках. Поэтому у нас нет никакой, как вы выразились, «космической артиллерии». Ни у кого в мире нет. – И добавил: – Я надеюсь. 

– Если бы мы могли знать заранее… – вставил замминистра обороны, но не закончил мысль.

Никто так и не понял, кого именно он имел в виду под «мы»: Россию или все человечество? И никто не осмелился переспросить. 

– А как же тогда спутники, которые вы называете военными? – спросил генерал-полковника ВКС биолог Нарышкин. 

– Десять орбитальных аппаратов «Тундра» и проект «Персона» предназначены для предупреждения о ракетном нападении. Они контролируют районы стартов баллистических ракет на материках и в акватории Мирового океана. Повторяю, ни один наш космический аппарат не предназначен для ведения боя или уничтожения объектов в космосе. Все они просто зондируют Землю. Потому что любое земное государство всегда считало, что потенциальным противником может стать только другое земное государство. А вот ядерное оружие на орбите вообще никто никогда не размещал. Надеюсь, вы понимаете почему? 

– Кажется, да. 

– «Кто владеет космосом, тот владеет Землей», – вдруг вставил астрофизик. 

– Что? – не понял Нарышкин. 

– Мнение, бытовавшее когда-то, – пояснил Харитонов. – Если бы какая-то страна первая разместила ядерное вооружение на орбите, то гипотетически она получила бы контроль над всем миром. Никто не хотел этого допустить и тратить миллиарды на гонку, поэтому Россией, Китаем и Евросоюзом в 2008 году был подписан так называемый «Женевский договор». Только США отказались связывать себе руки. 

– Вполне в их репертуаре, – добавил глава Роскосмоса, – оставлять за собой право на то, что в других они осуждают…

«ширк»

«Пятница!»

Герб МЧС на синем фоне настойчиво призывал телезрителей ОСТАВАТЬСЯ ДОМА И СОХРАНЯТЬ СПОКОЙСТВИЕ.

– Кто же будет сидеть сегодня дома, когда ни один развлекательный канал не работает? – вдруг посетовала Светлана. – Могли ведь повторить хорошие передачи или фильмы, чтобы отвлечь людей от тревог. Да, Серёж?

– Думаю, это все равно не помогло бы.

– Почему?

– Потому что «хлеб и зрелища» эффективны лишь тогда, когда правда скрыта с глаз. А сегодня люди все видят и понимают, что самые интересные события сейчас происходят на улице.

– К чему ты клонишь? – встревожилась Светлана.

– В небе остановился инопланетный корабль, Света, включи мозги! Он появился впервые в истории человечества. Поверь мне, знатоку фантастики, это интереснее любого фильма.

«ширк»

«Россия 24»

Множество людей толпилось у отделений «Сбера», «ВТБ», «Тинькофф», «Восточный», «БыстроДеньги» и других денежно-кредитных организаций, а также букмекерских контор и почтовых отделений. Жители облепили банкоматы и терминалы, словно густой рой тараканов, сбежавшихся на хлебные крошки.

Кадры с разных частей города сменяли друг друга, но на всех матерящиеся люди плотно окружали банкоматы. Они толпились на остановочных комплексах с поломанными лавочками; на станциях метро с разрушенными турникетами; на автовокзалах с поваленными креслами в залах ожиданий; на рынках с перевернутыми прилавками; в терминалах аэропортов с разграбленными отделами; в торговых центрах с разбитыми витринами и в других местах, где можно было найти заветные «железные сундуки с деньгами».

Ольга Баранова, продолжив с полуслова, уведомляла за кадром: 

– …опасения, что из-за многочисленных желающих обналичить денежные средства может произойти сбой системы безналичных расчетов и проведения банковских транзакций…

– Нашла, о чем сейчас переживать! – буркнул Сергей.

«ширк»

«НТВ»

Как и обещал ведущий программы «Сегодня» Максим Гаврилов, студия вновь обратилась к съемочной группе, которая работала на крыше дома Бориса Евстигнеева.

Оператор Дмитрий Халов снимал толпу, которая плотным потоком шла по улице 1-ой Останкинской, постепенно вытекая на проспект Академика Королёва. Люди, забыв обо всем на свете, смотрели в небо, снимали на смартфоны себя, толпу и безмолвный инопланетный объект, из-за чего порой спотыкались и падали. Люди, напиравшие сзади, наступали на них и тоже падали, образуя нечто похожее на массовую борьбу. В результате этой неразберихи в некоторых местах своеобразной человеческой «реки» были заметны яростные потасовки.

Корреспондент Борис Евстигнеев вне кадра комментировал происходящее, пытаясь перекричать ветер. Голос его дрожал и порой срывался. Не обязательно было видеть мужчину на экране, чтобы представить испуганное выражение его лица. 

– …уже не мелкие стычки, как несколько минут назад, а самые настоящие массовые драки, – обеспокоенно кричал корреспондент. – Кто явился зачинщиком, сейчас уже трудно сказать. Но причина этих беспорядков, мне кажется, всем ясна…

Горожане и вправду яростно дрались. Нервы у всех были натянуты до предела. Напряжение в толпе явственно ощущалось в воздухе…

…и явственно передавалось через объектив камеры в квартиру Ивановых.

Молодые люди в пылу необоснованного бешенства крушили брошенные у обочин автомобили. Окунувшись с головой в анархию, хулиганы разбивали битами стекла и фары, выбивали зеркала, прыгали на капотах. Одни бунтари сплоченно раскачивали фургоны, другие переворачивали внедорожники, третьи прокалывали колеса автобусам и грузовикам.

Все эти придурки, вероятно, злились на автовладельцев, которые оставили на полдороге препятствия, мешавшие свободному пешему движению. Другого логичного объяснения их тупой ярости, по мнению Ивановых, не было. Но Сергей к своим мыслям добавил справедливое предположение, что сплотить этих бандерлогов ради чего-то хорошего всегда сложнее, чем для совершения разного рода безумств.

Другая часть толпы в целях мародерства разбивала разноцветные витрины магазинов. Доставалось также и ресторанам, парикмахерским, пунктам сотовой связи, супермаркетам бытовой химии, цифровой техники и другим.

– Понеслось говно по трубам! – произнес Сергей тоном, будто давно ожидал подобной реакции от паникующей общественности.

– …После объявления чрезвычайного положения люди помчались в магазины, чтобы запастись необходимыми товарами и продуктами, – кричал Борис Евстигнеев. – Большинство супермаркетов в этот час оказались закрыты, но людей это не остановило. Они стали выламывать двери и разбивать окна…

– Господи, куда мы катимся? – простонала Светлана.

– Он как всегда тебе не ответит, – махнул рукой Сергей.

Оператор Дмитрий Халов направил камеру на группу людей, которая штурмовала ближайшее отделение «Сбера» в попытках добраться до банкоматов и снять деньги с зарплатных…

И с кредитных, был уверен Сергей.

…банковских карт. Упорядоченной очередью даже не пахло. Люди толкали друг друга, отшвыривали в сторону, били кулаками по лицу, отпихивали ногой в грудь. Каждый пытался дотянуться до заветной узкой щели, вставить карту и успеть набрать пин-код, чтобы обналичить самое ликвидное средство рынка и не остаться в неопределенном будущем с бесполезным куском пластика в кошельке. И каждый из этих людей прекрасно понимал, что количество денег в банкоматах ограничено.

В сторону дерущихся клиентов банка пытались пробраться сотрудники полиции и Росгвардии, вооруженные дубинками и щитами.

Сергею вдруг пришла мысль: «Представители власти в трудные времена всегда в первую очередь защищают не простых граждан и их имущество, а деньги. Особенно, если это большие деньги больших людей».

Силовики расталкивали толпу, провоцируя новые стычки. Маленькие люди, не боясь правоохранительных органов, бросались на них с кулаками, чтобы защитить остатки своих маленьких денег.

Если во время политических волнений большая часть митингующей массы предпочитала не идти на прямой конфликт с силовиками, подумал Сергей, то в это неспокойное утро люди были намного…

Нет, не смелее, не наглее.

Отчаяннее – вот, наверное, правильное слово.

Людей на улицах было намного больше, чем когда-либо, и они сегодня не боялись представителей власти, поскольку понимали, что над ними висит угроза гораздо страшнее.

Некоторые из сотрудников полиции и Росгвардии, споткнувшись или будучи поверженными, тонули в людской массе. Другие бойцы начали ретироваться, отстреливаясь гранатами со слезоточивым газом.

Над улицей пронесся синий полицейский вертолет, сотрясая воздух лопастями и вещая из громкоговорителя: 

– УВАЖАЕМЫЕ ГРАЖДАНЕ, ВНИМАНИЕ! ПРЕКРАТИТЕ МАССОВЫЕ БЕСПОРЯДКИ! СОХРАНЯЙТЕ СПОКОЙСТВИЕ! РАЗОЙДИТЕСЬ ПО ДОМАМ!

Но на этот вертолет и его требования никто из паникующих людей не обращал внимания. 

– ПРОТИВ ВАС БУДЕТ ПРИМЕНЕНА ГРУБАЯ СИЛА! – возмущенно продолжал вертолет.

– Это уже полный беспредел, – негодовал Сергей.

Светлана не поняла, что он имел в виду под «беспределом»: массовые беспорядки, устроенные напуганными жителями, или угрозу применения против них грубой силы. Но она не стала уточнять. Вместо этого она испуганно проскулила:

– Хорошо, что мы дома. Да, Серёженька?

– Наоборот! – возразил он. – Нужно идти на улицу, в магазины, на рынки, в супермаркеты… и затариваться продуктами, так как неизвестно, что нас теперь ждет.

– Ты? Хочешь? Идти? Грабить? – возмутилась Светлана.

– Чрезвычайное положение объявлено. Все будут сидеть по домам. Насколько вся эта канитель затянется – неизвестно, а у нас в холодильнике шаром покати. Мы же с тобой скоро занавески жрать начнем.

– А не надо было вчера свой телевизор покупать, – токсично парировала Светлана. – Лучше бы продуктов набрал…

– Тогда что мы с тобой сейчас смотрели бы?

– В окно смотрели бы…

– Если бы не этот телевизор, – хладнокровно ответил Сергей, – я бы давно хер на тебя забил и стопудово на улицу пошел.

И Светлана умолкла, всхлипывая.

– …Всему этому виной всеобщая тревога и паника, – кричал Борис Евстигнеев. – Люди боятся. Они чувствуют себя беззащитными и слабыми под взором грозного чужака из другого мира, который навис над нашим городом, над нашей страной… господи, над всей нашей планетой. Димон, ты это снимаешь? 

– Конечно. Мне ведь именно за это деньги платят. – Вне кадра впервые послышался голос оператора Дмитрия Халова, которого телезрители и коллеги невольно запомнят еще на долгие годы.

Толпа неистовствовала.

Люди продолжали драться, каждый сам за себя.

– И ты бросил бы меня одну? – всхлипнула Светлана. – Ты ведь знаешь, что я больше всего в жизни боюсь остаться одна!

Некоторые разбивали окна и двери продуктовых магазинов и влезали внутрь. Другие уже выбегали обратно с продуктами в пакетах и тележках.

– Будешь и дальше истерики устраивать, то брошу, – категорично буркнул Сергей, но в его голосе не ощущалось уверенности.

Сотрудники полиции пытались проводить задержания, но сами тонули в густом хаосе.

– Я тебя никуда не отпущу! – решительно заявила Светлана. – И думать забудь, Сергей! Вдруг с тобой что-то случится!

– Ладно, не воняй только, – поддался он.

Улица буквально бурлила людьми. С высоты Дмитрия Халова это действительно напоминало взбесившийся муравейник или клоповник.

Светлана неожиданно включила нытика:

– Пожалуйста, Серёженька! Мне страшно. Не оставляй меня одну.

– Не оставлю, успокойся! – вспыхнул он.

Оператор снова «дал» средний план с корреспондентом.

Борис Евстигнеев и вправду выглядел очень напуганным. Он обратился к объективу: 

– …Вот такая ситуация сложилась сейчас на улицах города. Мы будем следить за ее развитием. Максим, я передаю вам слово.

Появился ведущий в студии. Он взволнованно озирался, будто кого-то искал, затем обратился в одну из камер: 

– Э-э, что ж, спасибо вам, Борис, за столь подробный отчет с места событий. Теперь мы…

«ширк»

«Спас ТВ»

Канонарх простирал руки к потолку и мучительно тянул: 

– …на Го-о-о-оспода-а упова-а-а…

– Тьфу, блин, нечаянно нажал! – буркнул Сергей.

«ширк»

«Звезда»

Замминистра обороны Ливанов предложил: 

– …ударить первыми всем имеющимся ядерным запасом? У нас… э-э-э, сколько?.. около двух тысяч боезарядов на четырехстах развернутых стратегических носителях… 

– Думаю, их будет недостаточно, – возразил командир ВКС. – Неизвестно еще, из какого материала или сплава корпус их корабля. Да и вообще, нам неизвестна их оборонная система.

– Самый лучший день заходил вчера… – запел из динамика смартфона Григорий Лепс, но сразу же умолк.

– Алло! – Светлана ответила на вызов. – Почему вы так долго? Вы где вообще, далеко?

– Тридцать тысяч километров, не забывайте, – вставил глава Роскосмоса. – Как вы собираетесь выводить боеголовки на такое расстояние? Думаю, даже суборбитальные не доберутся. Максимум, наверное, они выйдут в термосферу, затем под силой притяжения Земли упадут обратно.

– Через сколько? – спросила Светлана. – Вы с ума сошли? Пешком идете? Да, мы дома. Где же нам еще быть? Почему вы идете пешком? Не проехать? Да, улицы заполнены людьми, мы по телевизору смотрим. – Она помолчала секунду. – В него стрелять хотят. Чем? Откуда мне знать?!

– Это межконтинентальные ракеты, – со знанием дела добавил командир ВКС. – Класс «земля-земля». Межпланетарных или хотя бы ракет «земля-космос» у нас пока нет, раньше в них не было нужды. Кстати, а где Петрович? – Затем он спохватился и обратился к руководителю по уставу, указав на пустующий стул рядом: – Виноват, товарищ генерал армии, разрешите вопрос, почему командующий ракетными войсками здесь не присутствует? 

– Скоро будет, – ответил Ливанов. – Вчера улетел с инспекцией в ЗАТО Звездный Пермской области. Сейчас вроде летит назад.

– Хорошо, ждем, – ответила Светлана в трубку, затем, секунду выслушав, раздраженно добавила: – Какое еще шампанское?! Ты что отмечать собралась, дура? Конец света? Выигранный спор? Исторический день для нее, видите ли! Шевелите булками, мы ждем. И осторожней, на улице сейчас полный хаос. – Завершив вызов, она обратилась к Сергею, будто с претензией: – Иришка с Юркой пешком идут, представляешь?

– Да плевать мне, – грубо ответил он. – Тихо!

– Тебе всегда на всех плевать, – буркнула Светлана.

– А если снабдить ракету-носитель? – спросил замминистра обороны. – Может, даже и не одну? 

– Это не так-то просто. – Руководитель Роскосмоса покачал головой. – Понадобится уйма времени и средств. Сборка зарядов с мест их нынешней дислокации, монтаж блоков, затем транспортировка самой ракеты к месту старта. Очередная «Ангара» только собирается, и она предназначена для Научно-энергетического модуля, ведь сейчас идет первый этап развертывания Российской орбитальной станции…

Астрофизик Харитонов поднял руку, даже помахал ею, чтобы обратить на себя внимание, и спросил замминистра обороны: 

– Вы всерьез уверены, что это необходимо? 

– Конечно, – ответил Ливанов. – Чтобы вывести заряды на орбиту, а уже с нее…

Астрофизик замахал обеими руками: 

– Нет-нет-нет, я имею в виду сам ядерный удар. Вам больше эти заряды девать некуда? Во-первых, я считаю, нам не нужно будить спящую собаку. Обитатели корабля пока не проявляли к нам агрессию. Если мы нанесем удар первыми, то можем спровоцировать их на ответный залп. А нам еще неизвестно, какое у них вооружение. Но я уверен, что оно явно мощнее наших земных пукалок. Вы не думали об этом? И еще. Все наше оружие было создано против людей с учетом их… вернее, нашей анатомии, и оно может быть совершенно неэффективно против сегодняшних гостей. Я хочу сказать, что если мы ударим по ним, мы их только разозлим, и они могут вовсе уничтожить нас всех. Я почему-то уверен, что они вполне способны на это, как пить дать, говорю вам. Когда вас кусает пчела, вы ведь на нее злитесь, верно? Во-вторых, приказ на атаку, насколько я знаю, может отдать только верховный главнокомандующий, если он не делегировал вам эти полномочия. В-третьих, я согласен с командиром Воздушно-космических сил. Корабль невероятно огромен! На его уничтожение не хватит даже мирового ядерного запаса, не говоря уже о российских боезарядах. И последнее, но не маловажное. Я убежден, что мы сейчас за этим столом не имеем никакого морального права объявлять войну внеземной расе от лица всех государств и всех людей на планете. Поэтому лично я против нанесения ядерного удара. 

– А лично я думаю, что вы нарушаете субординацию, – ответил на это замминистра обороны, но в его тоне не ощущалось ни раздражения, ни недовольства, лишь усталость и смятение. 

– Извините, а зачем вы меня сюда привезли? – парировал астрофизик. – Молчать в тряпочку и кивать каждому вашему решению, даже бессмысленному? К тому же я человек не военный и вам не подчиняюсь. Я в любой момент могу встать и уйти, поскольку дома меня ждет напуганная семья. Но, как я понимаю, вы подняли меня с постели ради моих научных идей и предложений, и я стараюсь открыто высказываться, но вы меня не слушаете. 

– Ладно, давайте ближе к делу. – Ливанов понимал, что сейчас не время спорить. К тому же в глубине души он признавал правоту ученого. 

– Простите, но я тоже против удара, – неуверенно произнес Нарышкин. 

– А я – за! – громко объявил Его Преосвященство. 

– Вот уж от кого не ожидал! – Биолог не поверил ушам. – Вы ведь священнослужитель. Вы не можете голосовать за подобные вещи. 

– Почему не могу? Думаю, у представителей всех религиозных конфессий на Земле сейчас есть причины голосовать «за». 

– Но как так? – недоумевал Нарышкин. 

– А вы еще не поняли? – усмехнулся астрофизик. – Церковь сейчас ненавидит этот корабль, как и любое другое научное открытие. Инопланетяне противоречат их устоям, угрожают религиозным догмам и могут пошатнуть веру людей в Бога. А все знают из средневековой истории, как церковники поступают с теми, кто им мешает.

Его Преосвященство перекрестился в потолок: 

– Прости его, Господи! Этот человек не ведает, что говорит. 

– Как же заповедь «Не убий»? – напирал Харитонов. – Или оно относится только к верующим христианам?

Некоторые присутствующие закивали, поддерживая вопрос.

– Охота тебе эту болтовню смотреть? – спросила Светлана.

– Мне интересно, – ответил Сергей. – На других каналах пока одно и то же: беспорядки и корабль. Никаких изменений. Здесь хотя бы пытаются что-то решать, о чем-то спорят.

– Там ведь тоже живые существа, – добавил биолог епископу, взывая к его совести. – Причем они тоже разумные, подумайте. 

– Но они ведь не люди, не Божьи дети, – ответил Его Преосвященство. – Я уверен, что этот корабль нужно уничтожить, а иначе они могут… 

– Уничтожить?! – вскричал астрофизик. – Такую махину? Вы явно не в себе. 

– И мы не знаем, сколько еще их кораблей в космосе, – неожиданно вставил командир ВКС. – Вдруг у них целый флот? Остальные тоже могут быть в Солнечной системе или в пределах облака Оорта. Если мы уничтожим этот корабль, другие могут появиться в любой момент и… 

– Вы не сможете его уничтожить! – Астрофизик Харитонов ударил кулаком о стол. – Он для нас слишком большой. 

– Ну, или хотя бы повредим его, – поправился генерал-полковник. 

– И какой в этом будет толк? И вообще, как бы нас самих потом не заставили его латать!

У главы Роскосмоса зазвонил смартфон. Он торопливо вынул гаджет из кармана и взглянул на дисплей.

Все удивленно обернулись на него. 

– Прошу прощения, это из агентства, мне нужно ответить, – обратился глава Роскосмоса к замминистра обороны. – Видимо, что-то срочное. 

– Разрешаю, – устало кивнул Ливанов.

Глава Роскосмоса вскочил с места и отошел от стола.

Присутствующие проводили его взглядом, затем снова заинтересованно уставились на астрофизика. Им явно нравился ход его мыслей. 

– У аппарата. – Глава Роскосмоса ответил на вызов, отойдя к дальней стене. – Что?.. Как?.. Вы уверены?

Командир ВКС тем временем сказал: 

– У столь развитой расы, я уверен, и оборона соответственная. Учитывая, что они на подлете к нам каким-то образом обошли взгляды земных и космических обсерваторий. 

– Все верно, – согласился астрофизик. 

– Прямо сейчас? В эту самую минуту? – спросил глава Роскосмоса собеседника на линии и взглянул на стену с мониторами. 

– Вы всерьез считаете, что инопланетных кораблей может быть несколько? – обратился Ливанов к генерал-полковнику ВКС. 

– Я не могу этого утверждать, но вдруг? – ответил тот. – А вы как думаете?

Глава Роскосмоса поспешил к стене с мониторами и тревожно всмотрелся в большой экран. 

– Судя по размерам этого корабля, внутри него не просто экипаж, а вся их цивилизация, – предположил замминистра обороны. 

– Простите, но не стоит сравнивать все по человеческим меркам, – возразил биолог. – Мы пока не знаем, как они выглядят. Может, каждый из них размером с бронтозавра. – Он умолк, задумавшись. Его мысли, видимо, резко сменили русло и включили воображение, которое попыталось представить инопланетный организм. 

– Следует учесть еще кое-что, – добавил астрофизик. – Я уверен, что ядерный удар для них будет как укус клеща для авианосца. Но допустим, что у нас получится полностью или частично разрушить объект. Угадайте, в какую сторону полетит часть обломков. 

– Да, это тоже верно, – согласился командир ВКС.

Глава Роскосмоса, выслушав подчиненного, завершил вызов и медленно обернулся к остальным. Лоб его покрылся испариной. 

– Внимание, господа! – сказал он дрожащим голосом. – Кажется, что-то началось. – Он вынул из кармана пиджака платок и вытер взмокшее лицо. 

– Что началось? – спросил его замминистра обороны.

Присутствующие почти синхронно перевели взгляды на мониторы.

Глава Роскосмоса указал на большой экран.

На том было отчетливо видно, как от восточной стороны инопланетного «Корабля» успел отделиться, став автономным, примерно пятипроцентный фрагмент. С земного ракурса явно пилотируемая часть по форме напоминала гитарный медиатор.

В глазах Светланы это был просто треугольник с выпуклыми сторонами, но Сергей еще с института знал, что у этой фигуры в высшей геометрии есть свое название: «треугольник Рёло» (в честь немецкого ученого в области механики и машиностроения Франца Рёло).

После расстыковки пилотируемый фрагмент совершил плавный разворот, затем начал медленное, но постепенно ускоряющееся движение в сторону Земли. 

– Они посылают к нам… – Глава Роскосмоса сухо кашлянул и снова вытер взмокший лоб. – Как это назвать?.. Сами видите, в общем. 

– Что они удумали? – Командир ВКС поднялся с места, чтобы лучше рассмотреть изображение на экране монитора. 

– Думаю, скоро мы это узнаем. – Глава Роскосмоса убрал мятый и мокрый платок обратно в карман. 

– Простите меня, – неуверенно поднял руку биолог. – Вам, возможно, покажется это бредом, но, может быть, это их… – И смущенно умолк, стреляя глазками на присутствующих. 

– Их что? – спросил Ливанов. – Договаривайте, не бойтесь.

Нарышкин собрался с мыслями и продолжил: 

– Их «кто», если я правильно думаю. Может, это… как бы вам сказать… их представители? – Биолог быстро оглядел всех участников, будто ища у них поддержки. – И они намерены установить с нами первый близкий контакт?

Его Преосвященство махнул рукой: 

– Вы и вправду фантазер, Валерий Палыч. Вам только подростковые книжки писать. 

– Подумайте сами, – не сдавался биолог, – если бы они по каким-либо причинам хотели начать с нами войну, они без всякого предупреждения сделали бы это. И они послали бы армию, а не один этот… как его назвать?.. транспортник? 

– Согласен, – кивнул астрофизик. 

– А если их армия как раз внутри этого транспортника? – засомневался командир ВКС. 

– И с этим я тоже согласен, – вставил астрофизик. 

– Объект уже около двух часов находится на земной орбите, и не просто так. – Нарышкина, словно ребенка, одолевало необычайное воодушевление. – Пришельцы, видимо, наблюдали за нами, не зная, кто мы и как себя поведем при виде их. Но теперь они решили приблизиться и, возможно, пойти на первый контакт. Это ведь мировая научная сенсация! Это событие для всей истории человечества станет важнее, чем распятие Христа. 

– Не порите чушь, пожалуйста, – возмутился Его Преосвященство. 

– Это не чушь, – вступился за научного коллегу Харитонов. – Хождение человека по воде, учитывая массу и плотность, – вот что чушь! Превращение воды в вино, учитывая молекулярное строение этих жидкостей, – вот что чушь!

Заметив, что его позиции защищают, биолог преисполнился уверенности и добавил: 

– Возвращение мертвых к жизни, учитывая отмирание клеток мозга из-за прекращения подачи кислорода, – вот что чушь! 

– Но ведь вы сами говорили, что мы анатомически не можем с ними общаться. – Епископ словно ударил ученого под дых. 

– А действительно! – Астрофизик вопросительно повернулся к биологу. 

– Ну… – Нарышкин, снова потеряв уверенность, скромно пожал плечами и буркнул: – А вдруг все-таки можем? Мы ведь не знаем наверняка. Что, если за последние два часа пришельцы уже достаточно изучили нас, наши культуры и языки, чтобы… 

– Давайте вернемся к главному, – прервал академика Ливанов, затем обратился к остальным: – Видимо, времени у нас осталось еще меньше. Неизвестно, что будет теперь. Господа, мы с вами все-таки должны сейчас решить: будем мы дожидаться их дальнейших действий, которые могут оказаться и не дружественными, или покажем, что мы сами не лыком шиты? 

– Я против этого, – сказал командир ВКС. 

– Я тоже, – добавил глава Роскосмоса, возвращаясь к своему месту за столом, – но лишь по той причине, что это пока невозможно осуществить. Была бы у нас готовая полноценная программа и свободный носитель. К тому же для начала нужно произвести множество непростых расчетов… 

– Я против ядерного удара, – отдал свой голос астрофизик. 

– И я, конечно же, тоже за гуманизм, – махнул ладонью биолог.

Ливанов тяжело вздохнул и обратился к остальным участникам: 

– Пожалуйста, поднимите руку, кто «за».

Примерно из тридцати пар поднялась только одна пухлая рука с золотыми перстнями, принадлежащая Его Преосвященству. Но он быстро осознал, что его никто не поддерживает. 

– Ладно, я в меньшинстве. – Епископ виновато опустил руку.

Астрофизик язвительно возразил ему: 

– Вы не в меньшинстве, дорогой мой, а в одиночестве. – Затем обратился к остальным: – Господа, я уверен, мы только что сделали правильный выбор. Ведь мы не хотим, чтобы наше решение за этим столом стало причиной гибели восьми миллиардов человек…

В этот момент в аудиторию ворвался еще один военный руководитель в форме Ракетных войск стратегического назначения и погонами генерал-полковника. 

– Товарищ генерал армии, прошу прощения за опоздание, – в первую очередь отчеканил он. 

– Ничего страшного, я все понимаю, – кивнул Ливанов. – Главное, что вы теперь здесь.

Командующий РВСН подошел к овальному столу и сказал: 

– В стране творится полный хаос. Черт ногу сломит. – Но встретив укоризненный взгляд епископа, немного смутился своей последней фразы. 

– Здорово, Петрович! – поприветствовал новоприбывшего командир ВКС, вставая со стула. 

– Привет. – Командующий РВСН тепло пожал руку коллеге. В этом жесте ощущалось глубокое уважение и крепкая многолетняя дружба. Затем новоприбывший приветственно кивнул остальным участникам совещания, недоуменно взглянул на академиков РАН, сел за стол рядом с командиром ВКС и сразу же включил свой коммутатор с микрофоном. 

– В таком случае, – продолжил замминистра обороны, – я бы хотел услышать…

«ширк»

«Первый»

Елизавета Поремчук в студии продолжила: 

– …астрономам Пулковской обсерватории удалось вычислить размеры инопланетного объекта. Его длина примерно шестьдесят пять тысяч километров, ширина около двадцати шести тысяч, высота не менее восемнадцати тысяч.

– Охренеть! – вскричал Сергей. – Это же ни в какие ворота не лезет!

– Это очень много, да? – Светлана не могла представить подобные габариты.

«ширк»

«Mute», звук ушел.

– Эта инопланетная хреновина в шесть с половиной раз больше территории России, представляешь? – Он на секунду задумался. – Да что там России! Этот корабль более чем в пять раз длиннее диаметра Земли.

– Ни фига себе! – воскликнула Светлана, хотя никак не могла вспомнить, что такое «диаметр». – Но это неудивительно. Даже из окна видно, что он огромный. А что от него отвалилось, я не поняла?

– Может быть, здесь сейчас скажут.

«ширк»

Звук вернулся.

Елизавета Поремчук продолжила с полуслова: 

– …по человеческим меркам это невероятно гигантские размеры для искусственного или, так скажем, рукотворного объекта…

– С чего ты вдруг решила, что у них есть руки? – упрекнул ведущую Сергей. – Может, у них щупальца, плавники или когтистые лапы?

Но быстро смекнул, что сморозил глупость.

Организмы с вышеуказанными конечностями не смогли бы создать что-либо сложнее ямки в песке. Не говоря уже о межзвездном транспорте, двигатели которого работали бы на ядерном или (а вдруг?) субъядерном распаде какого-нибудь неизвестного земной науке радиоактивного элемента.

«Но неизвестных элементов в природе больше не осталось!»

Хотя, с другой стороны, Сергей где-то читал, что гипотетически таблица Менделеева может продолжаться до бесконечности.

«Да и хрен с ней, пусть продолжается, если хочет! Дай бог, чтобы все остальное на белом свете теперь тоже имело продолжение!»

Ведущая (не имея возможности слышать ни укоризненные бурчания телезрителей, ни тем более их мысли) продолжала: 

– …Сейчас на своих экранах вы снова можете увидеть материал, снятый бортинженером Вадимом Коваленко на МКС. Эта запись была сделана им около получаса назад, затем передана на Землю и предоставлена нашему каналу сотрудниками пресс-службы Роскосмоса…

Началось воспроизведение видеоряда.

Сергей всеми органами сосредоточился на экране.

В этот раз русский космонавт включил камеру заблаговременно и через тот же иллюминатор снял медленное появление «Корабля» из-за округлого тела Земли. Ракурс, конечно же, был немного иной, чем раньше, расстояние – чуть дальше, крупность более общая, но на сей раз внеземной объект…

…показался Светлане еще страшнее и опаснее.

«Корабль», постепенно появляясь из-за края планеты и становясь все больше и больше, словно двигался навстречу МКС, хотя на деле было как раз наоборот: станция следовала по орбите в сторону громадного инопланетного объекта, который находился строго на выбранной им точке стояния.

У Светланы снова перехватило дыхание от тревоги при виде «Корабля». И когда тот показался в кадре полностью, она шумно выдохнула и недоуменно спросила:

– Ну и где? На другом канале только что показали, что от него часть отвалилась.

– Сказали ведь тебе, что эта запись была сделана около тридцати минут назад, – ответил Сергей, не отрываясь от экрана. – Подождем, скоро и сюда дойдет информация. И не отвалилась, а отделилась. Знай разницу!

– Запихни свою разницу себе в задницу! – Светлана показала мужу «фак» и резким жестом продемонстрировала, как можно быстро запихнуть что-либо через анальный сфинктер.

Ведущая за кадром уведомляла, что… 

– …с момента прошлой трансляции с МКС станция сделала очередной оборот вокруг планеты и снова вышла на солнечную сторону…

Но Сергей ее уже не слушал. Впервые увидев инопланетный «Корабль» с более выгодного «космического» ракурса (с которого освещенность объекта была чуть иная), он искренне поразился угрожающему величию внеземной техники. Затем Сергей испуганно вымолвил:

– Он действительно очень страшенный, мать его за ногу!

«И не только страшенный, – вторая мысль догнала первую, – а еще какой-то… неестественный. Похожий на вещь, у которой нет предназначения. На бессмысленную штуку, которую еще не смогли придумать». Сергею так показалось в первую очередь из-за несимметричности внеземного объекта. В фантастических фильмах, артах, видеоиграх и комиксах он видел множество космических кораблей. И все они выглядели стильно, так как в их формах прослеживались хоть и оригинальные, но логичные пропорции. А в несуразной инопланетянской бандуре этих пропорций было не больше, чем в бруске древесного угля или в неограненном куске граната спессартина. Этот флагман (?) инопланетного космического флота на вид казался лишь неудачным результатом игры с конструктором какого-нибудь несмышленыша, который бездумно присоединил друг к другу все имеющиеся в коробке детали.

В кадре неожиданно возник меркатор (то есть анимированный графический фон, с помощью которого представляют диаграммы, цитаты, адреса, номера телефонов, таблицы, фото и слайды… иными словами – все то, что не является видеоматериалом). К нему были прикреплены несколько сменяющих друг друга 3D-анимации, которые с разных ракурсов и в пропорциональном масштабе показывали траекторию движения в космосе Земли и застывшего по отношению к ней «Корабля». Эти два космических объекта (один естественный, второй искусственный) будто вальсировали посреди мрачной пустоты, а Луна обиженно-ревниво наблюдала за ними поодаль.

Елизавета Поремчук продолжала за кадром пояснять: 

– …По заявлению экспертов Роскосмоса постройка корабля подобно этому аналогична созданию новой планеты с экосистемой не на поверхности, а внутри ее. На данном этапе развития человечества это, конечно же, невозможно…

3D-анимации сменились высококачественными фотографиями «Корабля» различной крупности.

Голос ведущей за кадром уведомил: 

– …Эти детальные композитные снимки буквально час назад сделала роботизированная сеть наземных телескопов «Мастер». Их нам предоставили из лаборатории космического мониторинга астрономического института имени Штернберга. На фотографиях мы отчетливо видим внеземной корабль, зависший над планетой. На данный момент это самые четкие изображения внеземного объекта, которые имеются в распоряжении нашей редакции.

Меркатор исчез, появилась студия.

Елизавета Поремчук, приложив руку к ушной гарнитуре тревожно слушала кого-то по внутренней связи. К ней подбежал один из сотрудников редакции и, стараясь не попасть под прицел павильонной камеры, бросил на стол бумаги с обновленным сценарием, затем скрылся.

В прихожей раздался звонок.

– Ты запер дверь? – спросила Светлана.

– Ну да. Повернул крутилку. А что?

– На фига? Иди теперь открывай. Это Иришка со своими.

– Почему я? – взъерепенился Сергей. – Сама открой, это же твоя родня.

– Тебе в падлу, что ли? – вспылила жена.

Звонок в дверь повторился более настойчиво.

Сергей рыкнул от досады и выскочил из комнаты, оставив аэропульт на диване.

Елизавета Поремчук, взяв в руки обновленный текст и украдкой бросая на него взгляды, обратилась к телезрителям: 

– Что ж, как мне сообщают мои коллеги, буквально только что к нам в редакцию поступили новые и весьма волнующие сведения…

Открылась входная дверь квартиры, послышались голоса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.