Валентина Маслова
Хранительница. Беглые толки

Глава 1

Угораздило же меня согласиться с Андреем и отправиться в эту поездку! И ради чего, спрашивается? Ради мнимого наследства!

Дом, который мне достался, принадлежал двоюродной или даже троюродной (точно не помню) бабушке, которую я ни разу в жизни в глаза не видела!

Нотариус появился на пороге квартиры спустя полгода после кончины бабушки и заявил, что я наследница дома. А если точнее – домика, который находится у черта на рогах!

После известия о неожиданном подарке судьбы я собиралась от него отказаться. Зачем мне домик без каких-либо удобств, который находится в Богом забытом месте, если у меня есть трехкомнатная квартира в центре столицы? И ничего страшного, что она тоже досталась мне в наследство, правда, от родителей, но это же столица! А тут…

– Черт!

Машину немного занесло на повороте, чертыхнувшись, я кое-как выровняла ее.

Это произошло так неожиданно, что я даже испугаться не успела. Полностью погрузившись в мысли, я перестала следить за дорогой, из-за чего все могло закончиться плачевно. На улице зима, дороги, занесенные снегом, были до ужаса скользкие.

Куда, спрашивается, смотрят дорожные службы? За что мы им платим налоги?

В очередной раз сверившись с картой, я поняла, что проехала полпути. Но радоваться было еще рано: оставалось проехать еще полпути, часть которого пройдет через лес.

Глубоко и устало вздохнув, я постаралась успокоиться. Все-таки нужно было настоять на своем и не соглашаться с Андреем. Я ведь говорила ему, что это плохая идея, и что лучше отказаться от дома. Ну вот, правда, зачем он нам нужен? Но нет, Андрюша же умный!

– Зачем, – говорит он, – разбрасываться недвижимостью? Поезжай, посмотри, может, дом хороший. Не захочешь оставить себе – продашь.

– Ага, продашь, как же! До него бы еще добраться! – возмутилась я, вспомнив слова жениха. – Как уговорить съездить, так он мастер, а как компанию составить, так ему некогда, дел у него целая куча!

Вы не подумайте, я не всегда такая злая. Но на данный момент я очень устала, жутко проголодалась и ужасно хочу сходить по нужде. И если с первыми двумя пунктами почти нет проблем, так как я могу отдохнуть и перекусить в теплом салоне, то с последним пунктиком у меня проблемы очень серьезные.

Единственный населенный пункт по пути к дому – это небольшая деревня, и она будет приблизительно через четыре часа. А на улицу выходить в мороз ради нужды я не горю желанием. Вот и терплю, проклиная жениха, который настоял на этой поездке, время года и все остальное, пытаясь отвлечься.

Но долго я так точно не выдержу. Еще пара километров, и мне придется делать остановку. Но кто бы знал, как я этого не хочу!

Проехав еще немного, я все же решила сделать остановку. Посчитав, что лучше немного подморожу себе кое-что, чем лопнет мочевой пузырь.

Разглядев впереди небольшой съезд, которым, видимо, недавно пользовались другие водители, я съехала с дороги.

Продолжая ругать себя за то, что не могу говорить «нет», когда это нужно, застегнула куртку и вылезла из теплого салона. В нос тут же ударил холодный воздух с запахом хвои. Оглядевшись, я поняла, что в зиме есть своя особая красота. И это несмотря на то, что от белизны снега резало глаза. Если преодолеть этот дискомфорт, то можно увидеть деревья, которые выглядели очень старыми и достигали небывалой высоты. Каждое из них было покрыто пушистым снегом, впрочем, как и все вокруг. При виде всей этой красоты у меня возникло ощущение, словно я попала в сказку о Морозко.

Сделав свои дела, я не торопилась возвращаться в авто, решив немного прогуляться и размяться. Ведь семь часов пути за рулем – это то еще удовольствие! Тем более, если так не хотелось ехать…

Я шла по накатанной колее, задумчиво смотря по сторонам, наслаждалась тишиной и одиночеством, пока внезапно не споткнулась, чуть не упав. В последний момент мне все же удалось сохранить равновесие. Хмуро взглянув на причину, из-за которой чуть не упала, и только сейчас заметив, что колея неровная, будто здесь всего раз проехала машина. Нахмурившись сильней, я задумчиво посмотрела вперед, не имея понятия, что именно пытаюсь там увидеть. И чем дольше я смотрела, тем сильнее становилось тревожнее, ведь это все стало напоминать мне что-то…

Пустая трасса, вокруг которой на много километров растянулся густой и непроходимый лес, и ни одного населенного пункта поблизости. Еще и эта колея, ведущая явно не к домику Деда Мороза.

– Вспомнила… – прошептала уныло. – Очень часто такое показывают в криминальной хронике, – продолжила, и тут же воскликнула: – Или в фильмах ужасах!

После этих мыслей мне что-то резко расхотелось гулять! Развернувшись, я собиралась вернуться в машину и как можно быстрее покинуть это место, но почему-то этого не сделала. Вместо это я отправилась дальше по колее, вглубь леса.

Не знаю, что там впереди, но меня будто что-то тянуло туда, хотелось узнать, что именно. Да и, как начинающему писателю, мне стало интересно, что именно я там обнаружу. В голове крутилась мысль: «А вдруг там что-то такое?..»,в общем, сработало чистое женское любопытство.

Я старалась идти быстро, насколько это позволяла неровная колея.

Спустя минут пятнадцать я оказалась на поляне, полностью залитой кровью. В шоке смотря на эту ужасающую картину, я боялась даже вздохнуть. Тишина, царившая над поляной, пугала. Казалось, что здесь не осталось ни единой живой души.

Отойдя от первого шока, я стала внимательно рассматривать поляну, пытаясь не замечать следы крови. Рядом со мной было еще пара следов от машины, а вокруг поляны обнаружилось множество следов от ботинок.

«Значит, народу здесь побывало немало», – подумала я, после чего заметила на середине поляны, следы лап.

– Неужели собачьи бои? – ошеломленно прошептала я и тут же со злостью добавила: – Ненавижу людей, которые забавы ради смотрят, как одно животное задирает другое!

Поняв, что здесь ничего интересного нет, я приняла решение возвращаться. Окинув грустным взглядом поляну, сожалея о том, что люди иногда бывают хуже животных, краем глаза что-то заметила.

Повернувшись в ту сторону и присмотревшись внимательней, я ничего не увидела, кроме забрызганного кровью снега. Решив удостовериться, что со зрением у меня все в порядке, подошла поближе и обомлела от увиденного.

Среди перемешанного с кровью снега в небольшом углублении лежал зверь. Взглянув на него, так сразу и не определишь: собака это или волк, поскольку зверь был просто огромный! Животное было все изодрано, его некогда белая шерсть покраснела от крови и, прихваченная морозом, превратилась в сосульки.

– Ироды! – возмутилась я. – Хоть бы прикопали где! Так нет же, наигрались и бросили! – продолжила возмущаться, тем временем рассматривая зверя. – Красивое все-таки было животное!

Присев рядом, я тяжело вздохнула.

– И не жаль было такую красоту в расход пускать? – печально проговорила поднимаясь. – И как теперь отсюда уехать, зная, что ты тут лежишь? Надо хотя бы снегом тебя прикопать… – сказав это, я стала оглядываться по сторонам. – Блин, и как назло нечем это сделать! Что ж, наверное, судьба у тебя такая.

Бросив в последний раз печальный взгляд на некогда красивое существо, негодуя, что с ним так поступили, я замерла от увиденного. Зверь оказался жив! Я точно видела, как он едва заметно дернул ухом!

Сначала я от испуга сделала шаг назад, но вот потом… Сама не помня себя, я вновь присела перед ним и, осторожно протянув руку, положила ее на грудь животного, чтобы тут же отдернуть. Грудь животного от редких вздохов еле поднималась, и это было невозможно увидеть. Но я смогла почувствовала это, едва прикоснувшись к нему.

Не знаю, что произошло потом, но я, не помня себя, вскочила на ноги и что было сил побежала к машине. Забравшись в нее, я вырулила свою малышку в сторону поляны.

В груди колотилось сердце то ли от быстрого бега, то ли от страха. В ушах шумело, дыхание сбилось, а руки от волнения ужасно дрожали. Я не понимала, что со мной происходит, но точно знала, что обязана помочь умирающему существу.

Добраться до поляны мне удалось быстро. Затормозив рядом со зверем, выскочив из машины и распахнув заднюю дверцу, я стала аккуратно загружать в нее животное. Задача оказалась не из легких, так как животное было чересчур большим и тяжелым, но я справилась! Главным было то, что я его тут не брошу, как те изверги. Пусть даже не успею довезти до ветеринара, зато закопаю, как полагается.

Почему я так поступила? Сама не понимаю! Но мне вдруг стало так жаль этого зверя. Один, брошенный умирать в холодном лесу.

Вот так и доверяй потом людям! Сначала приручат, а потом безжалостно отдадут на растерзание и в итоге бросят умирать. И ведь есть такие люди, которые поступают так не только с животными, но и с себе подобными. И, глядя на этого зверя, с которым обошлись так жестоко, я вспомнила себя много лет назад в точно такой же ситуации. И просто не смогла оставить его там умирать.

До деревни я доехала быстрее, чем рассчитывала, и у первого же прохожего поинтересовалась, где найти ветеринара. Мужчина озадаченно на меня посмотрел, потом почесал затылок под шапкой ушанкой и махнул в сторону домов.

– Дык дома он, где ж ему еще быть? Вечер-то уже, – сказал то ли дядечка, то ли дедушка. Кто их разберет! Отрастят бороду, и гадай, сколько лет этому или тому мужику! – Вон третий дом от нас видишь?

Я кивнула.

Трудно было не заметить третий дом, когда на улице их всего штук десять.

– Дык он там и живет! – сказал прохожий. – А чего это тебе, городской, тут понадобилось? – подозрительно спросил мужичок.

Я на это ничего не стала отвечать, лишь поблагодарила и ринулась к указанному дому.

Не став зря терять время, чтобы докричаться до хозяина, я заскочила во двор и, поднявшись на крыльцо, забарабанила в двери. Долгое время никто не выходил и вообще не подавал никаких признаков жизни. Я даже успела подумать, что мужик-то меня обманул. Хотела было вернуться и поинтересоваться у него, не спутал ли он чего: ну, мало ли, зрение подводит его или память. Но за дверью, наконец, послышались шаркающие шаги и недовольное ворчание. А через минуту мне открыл худощавый старичок.

Окинув дедушку внимательным взглядом (в принципе, как и он меня), я, в глубине души надеясь, что этот старичок не является ветеринаром (хотелось думать что он… да хоть отец ветеринара), задала вопрос:

– Вы ветеринар?

– Да, я! – ответил дедуля, причмокнув губами.

«Какой из этого старичка может быть ветеринар? Да он даже лапу зверя поднять не сможет!», – подумала я, вздохнув от безысходности.

–Что ж, тогда вы мне и нужны. Точнее, ваша помощь.

– Эт тебе не я нужен. Эт тебе к Степанне, – проговорил дедок.

– А она кто? – удивленно спросила, непонимающе смотря на старичка.

– Так врач она, – ответил дедок. – Через дом от меня живет. Если пойдешь к ней, привет от Михалыча передай, – сказал он и стал разворачиваться, чтобы уйти.

– Эй, а зачем мне к этой вашей Степанне? – спросила я хмуро, не понимая, на кой черт мне к этой женщине идти.

– Так ты сама сказала, что тебе помощь нужна, – удивленно проговорил старичок.

– Да не мне помощь нужна! – воскликнула, начиная потихоньку злиться.

– Вы уж определитесь, милочка, нужна вам помощь али нет! – проворчал дедок.

«Во мля!», – выругалась про себя.

– У меня в машине едва живой зверь лежит, которому требуется помощь, а мы тут лясы точим… то есть, беседы светские ведем. Помощь нужна. Но не мне, а зверю, он там в машине лежит, – очень медленно проговорила я, стараясь все внятно объяснить старичку. Ну, мало ли, возраст, и поэтому ему так трудно понять, что от него требуется.

– Так чего ж ты молчала?! – возмутился дедок как только услышал о животном.

«Это я-то молчала?!», – хотела возмутиться, но вовремя поняла, что, скорее всего, мое возмущение пройдет мимо ушей дедули или спровоцирует его на дальнейший разговор, а у меня на это нет времени.

– Чего стоишь?! – прикрикнул на меня дедок, от чего я подпрыгнула на месте. – Давай его в дом!

И пусть приказ старичка был сказан так, что я готова была бежать его выполнять в ту же секунду, но тут была небольшая проблемка… Точнее, очень большая проблема.

– Я не могу сделать это сама, он слишком большой. Мне б кого в помощники… – неуверенно проговорила я, опасаясь, что дедок откажет в помощи.

– Колька! – довольно громко крикнул старичок, от чего я вздрогнула.

– Чего, бать? – донесся из дома басовитый голос.

– Подь сюда, говорю!

И на этот зов из дома вышел… Его и человеком-то назвать язык не повернется! Мужчина, вышедший из дома, больше напоминал мне скалу, то есть гору. Гору чистых мышц! Широкие плечи мощная грудь… даже вязаная кофта на несколько размеров больше не скрывала всех рельефов тела.

И я засмотрелась на эту красоту! Нет, не то чтобы мне нравилось такое тело, просто… такого я еще ни разу не встречала! В городе все мужчины по сравнению с этим человеком какие-то дохляки.

– И долго еще пялиться будешь? – спросил мужчина басом и так посмотрел на меня, что я даже смутилась. Совсем немного, но все же.

– Извините, – пискнула я.

– Где животное?

Видно, пока я некультурно рассматривала мужчину, он успел пообщаться с дедком.

– В машине, – быстро ответила и спешно сошла с крыльца, чтобы почти бегом добраться до машины.

Мужчина, шел вслед за мной и что-то недовольное бурчал, типа «понаехали тут…».Но я не стала обращать на это внимания – не до этого было. Если бы не спешка и боязнь, что не успею помочь животному, я бы с ним поспорила на тему, кто куда понаехал.

Открыв заднюю дверцу, я с некоторой опаской положила дрожащую ладонь на грудь животного, ощущая, как медленно бьется сердце. Удостоверившись, что зверь жив, я посторонилась, пропуская мужчину вперед.

Заглянув внутрь, где лежало животное, мужик присвистнул. Он выровнялся и как-то странно посмотрел на меня.

– Волк? Серьезно? – спросил, вопросительно выгнув бровь. – Да отец никогда не возьмется лечить этого волка!

– Тебя попросили перенести его в дом, вот и неси! – бросила недовольно. – А с твоим отцом я сама как-нибудь договорюсь.

Колька ничего не ответил, лишь усмехнулся и, подхватив животного, легкой походкой направился в дом. А в доме дедок скептически посмотрел на зверя и категоричным тоном заявил:

– Его лечить не стану!

– Это еще почему?! – возмутилась уперев руки в бока. – Он что, хуже других животных?

– Да! Его лечить не стану! – упрямо заявил дедок.

Меня эта ситуация уже начала напрягать. Бросив взгляд на волка, я с горестью поняла, сколько ему, бедолаге, пришлось вытерпеть. Сначала те недолюди, что бросили в лесу умирать, а теперь еще дед этот! Ему что, сложно? Тем более, не за спасибо же!

Зверь сделал судорожный вздох и затих. Испугавшись, что он умер, я подошла ближе и положила руку ему на грудь, тут же почувствовав слабое дыхание. Такими темпами он долго не протянет. Если сию же минуту ничего не предпринять, то зверь погибнет. А я этого не хочу.

– Будете, этот зверь мой! – воинственно проговорила я, сверля деда недобрым взглядом. – И я настаиваю, чтобы вы сейчас же взялись его лечить!

– Он точно ваш? –как-то сконфуженно спросил дедок.

– Мой! – ответила, не задумываясь: его же нашла я, значит, он мой. – Я ехала домой, когда решила выпустить его побегать, а там в лесу на него напали, – и ведь не солгала, а сказала частично полуправду.

– И далеко вы живете? Может, вам лучше его туда отвести? – спросил старичок с надеждой.

– Нет, не лучше, – язвительно отозвалась. – Мой дом находится всего в паре километров отсюда, а поблизости больше нет ни одного населенного пункта.

– Это где ж вы живете? –хмуро спросил дедок.

Все это время, что мы пререкались, Колька стоял в стороне и ухмылялся. Его, видно, забавляла эта ситуация: ведь он же меня предупреждал, что отец не станет лечить волка, а я типа не послушала.

– В Беглых толках, – ответила спустя мгновение, вспомнив, как называется то место, где стоит дом. Странное название, не правда ли?

Услышав ответ на заданный ранее вопрос, Колька весь подобрался, а дедок, прокашлявшись, проговорил:

– Раз вы настаиваете… – и принялся возиться вокруг волка.

Реакция мужчин меня немного удивила, но не настолько, чтобы зацикливаться на этом. А вот, что меня действительно настораживало, так это поведение Кольки. Он медленно приблизился ко мне и стал внимательно с неким интересом рассматривать. Его внимание и этот взгляд начали напрягать, и, не выдержав, я спросила:

– Что?

– И давно ты там живешь? – немного растягивая слова, спросил он.

– Нет.

– И кем тебе приходилась Мария? – неожиданно вмешался в наш разговор дедуля.

– Это вас не касается! – повернувшись к нему, ответила я.

Краем глаза заметив, как Колька, чуть склонившись ко мне, с шумом втянул воздух. Нервно сглотнув отступила на шаг, только сейчас сообразив, что по своей же воле вошла в дом незнакомых людей, которые ведут себя немного странно. И «немного» еще мягко сказано!

Вздрогнув от нехорошего предчувствия, я постаралась отвлечься и посмотрела на своего зверя, который оказался волком.

Дед недолго провозился над зверем, после чего начал доставать какие-то баночки и инструменты. Нахмурив брови, он задумчиво постоял над волком, а потом резко повернулся в мою сторону и заявил:

– Иди, помогать будешь.

– Что, простите? – внезапно осипшим голосом переспросила я.

– Что слышала! Я один не справлюсь, помощь мне нужна, – пояснил он.

– Может, сын вам поможет? – с надеждой спросила у него.

– Нет!

«Ну, нет так нет», – подумала я и неуверенно подошла к волку. Посмотрев на него еще раз, я вновь убедилась, что зверь очень красив и будет жаль, если он не выживет.

– Что мне делать? – поинтересовалась у дедули.

– Это уже другой разговор!

И следующие несколько часов мы с дедом обрабатывали и зашивали раны волка. Потом дедок обколол его какими-то лекарствами, сказав, что это от заражения, и, всучив мне напоследок несколько баночек для обработки ран, выпроводил нас за порог.

Ночью!

Глава 2

Я сидела в машине и с неверием вперемешку с удивлением всматривалась в темноту леса, где с трудом угадывались очертания дома. Конечно, сейчас глубокая ночь, и разглядеть что–либо сложно, но света фар мне хватило, чтобы понять, что он просто огромный.

Заглушив мотор, я взяла из бардачка фонарик и вышла из машины и, освещая себе путь, направилась к дому.

Двухэтажный, из срубов, с высоким крыльцом и большими окнами, дом производил сильное впечатление. И света не нужно, чтобы понять: наследство досталось мне в отличном состоянии.

Правда, тот факт, что бывшей хозяйки нет в живых уже довольно долго, несколько напрягал. Ну, мало ли, пока не было хозяйки, коммунальные службы могли вырубить электричество (если оно тут вообще было). Поэтому я сначала решила осмотреться, чтобы понять: пригодный ли дом для жилья или нет.

Подойдя к входной двери, я посмотрела на нее и задумалась над вопросом, как попасть в дом. Только сейчас я осознала, что ключей у меня нет. И нотариус о них даже не упоминал, дал документы с адресом и сказал, что дом теперь принадлежит мне, и я могу в любое время в него въехать. Но о том, как я попаду в дом, ни слова!

Посветив на дверь и внимательно приглядевшись, обнаружила, что на ней нет никаких замков: ни навесных ни внутренних, даже захудалого засова и того нет!

Немного удивленная этим фактом, я толкнула дверь, и та с легкостью открылась, не издав ни звука. С некоторой опаской (мало ли, кто мог пробраться в дом, пока тут никого не было), я несмело вошла внутрь. Осветив фонариком пространство вокруг себя, я обнаружила по правую руку выключатель.

«Значит, в доме электричество все-таки есть!», –обрадовалась я. – Так-с свечки отменяются, – проговорила в темноту и, ни на что особо не надеясь, щелкнула выключателем.

В тот же миг под потолком вспыхнул яркий свет. Он больно резанул по глазам, от чего я зажмурилась и прикрыла их рукой. Но спустя некоторое время привыкнув к свету, я с интересом рассматривала комнату, в которой оказалась. Увиденное просто повергло меня в шок!

Комната занимала весь первый этаж! Она служила прихожей, гостиной, столовой и кухней одновременно. Все было обставлено современно: мебель была подобрана со вкусом, в темных тонах, а на кухне была встроенная бытовая техника. Ни тебе старого дряхлого шифоньера, не старого дивана и выцветшего ковра на стене, как рисовалось мне в воображении.

Я прошлась по комнате, задержавшись на кухне, замерла в удивлении напротив большого холодильника из нержавейки. Ведь он был просто огромный, а еще полностью набит свежими продуктами.

Да таким холодильником можно накормить целую роту солдат! Зачем одной старушке столько еды? Про запас? Вряд ли, продукты, хоть и в холодильнике, но все же имеют свойства портиться.

Именно это заставило меня насторожиться, впрочем, как и то, что в доме было тепло. Нотариус утверждал, что бабушка скончалась полгода назад, а по состоянию дома можно понять, что тут явно кто-то живет.

«Возможно ли так, что пока нотариус разыскивал меня, в доме кто-то поселился? Или, может, бабуля жила не одна? Но тогда нотариус, наверное, предупредил бы меня об этом».

С каждым новым вопросом, на который я не могла найти ответ, – например, что за домом присматривают (хотя, скорее всего, это не так), я все больше понимала, в какую ж…пу попала.

Нерешительно и немного боязливо при мысли о возможной встрече с нелегальным жильцом я поднялась на второй этаж. И снова сбоку от меня обнаружился выключатель, которым тут же щелкнула. Тут же загорелся свет, освещая коридор и позволяя разглядеть обстановку.

От лестницы, на которой я стояла, в противоположные стороны шли два коридора с большим количеством дверей. Насчитав двенадцать дверей только в одном коридоре, не задумываясь, я начала осмотр комнат.

Неспешно заглядывая в каждую комнату, я постепенно убеждалась, что все они абсолютно одинаковые. Комнаты были в меру просторные, и в каждой стояли небольшой шкаф, кровать и прикроватная тумбочка.

Если бы я не знала, что дом находится в такой глуши, то легко бы назвала его мини-гостиницей. Это, кстати, было первое впечатление, которое возникло у меня, стоило только увидеть обстановку.

Я заглянула во все имеющиеся комнаты и никого в них не обнаружила, что меня безумно обрадовало. А еще проверила чердак и подвал, которые, кстати, тоже были оборудованы под жилые комнаты. И если чердак был обустроен, как большая спальня-студия, то подвал был чем-то наподобие игровой комнаты. В нем стояли два больших бильярдных стола, несколько старинных игровых автоматов, пара настольных игр и множество диванов, а также стульчиков, кресел. А еще здесь имелся отнюдь немаленький бар.

– Что же здесь было, когда была жива бабулька? – озадаченно прошептала я, стоя посреди главной комнаты, задумавшись над сложившейся ситуацией. – Может, какой-нибудь клуб, типа охотничьего?

Первой мыслью, когда увидела дом, было, что я ошиблась. Ведь не мог же такой огромный дом принадлежать одинокой старушке? Но все сомнения рассеялись, когда прочитала надпись на вывеске рядом с домом «Добро пожаловать в Беглые толки!» и поняла, что ошибки здесь нет.

Теперь же, осмотрев дом, я была в замешательстве.

Лучше было бы, если дом был именно таким, каким я его и представляла: маленьким покосившимся и никому ненужным. Тогда бы я с чистой душой отправилась домой, отказавшись от него, и забыла бы эту ужасную поездку.

Но теперь, глядя на то, что досталось мне, я не знала, что с этим всем делать. Осознав, что утром думаться будет легче (организму все же нужен отдых после длительной поездки и эмоционального потрясения), я решила отдохнуть, а утром хорошенько подумать над сложившейся ситуацией.

Устроиться на ночлег решила в главной комнате, на диване на всякий случай: если вдруг кто-нибудь появится, то, находясь здесь, я хотя бы это услышу.

Уже расстелив постель на диване и, подготовившись ко сну, я вспомнила о волке.

Быстро накинув куртку поверх пижамы и всунув ноги в дутики, я выскочила на улицу.

– Блин! – выругалась, оказавшись посреди метели.– Ведь всего час назад погода была спокойной, а сейчас дальше собственного носа ничего не видно! – бурчала я, пробираясь к машине.

Добравшись до нее, я первым делом проверила зверя. Глядя на него, я поняла, что волку стало значительно лучше, его дыхание стало более заметным, и он изредка дергал ушами.

Сначала я собиралась оставить зверя в машине, чтобы не бередить его раны, но потом подумала, что с волком в доме мне будет спокойней. Он все же приручен к людям, раз учувствовал в боях.

Аккуратно, насколько это было возможно, я затащила волка в дом. Это было непросто. Мне пришлось вернуться в дом и снять с кровати матрас(коих в доме имелось множество). После чего очень аккуратно вытащив зверя из машины, я уложила его на матрас и медленно поволокла эту «конструкцию» в дом. Пыхтя от натуги я кое-как затащила зверя на крыльцо, понимая, что это была не самая лучшая моя идея. Немного отдышавшись, я открыла дверь, впуская в теплое помещение холодный ветер вперемешку с хлопьями снега, втянула матрас внутрь. Тут же захлопнув дверь и завалившись на скамью, стоящую рядом.

– Это не волк, а лось какой-то! – в промежутке частых вздохов пропыхтела я, смотря на зверя.

Дальше дело пошло легче, матрас с легкостью скользил по паркету, оставляя за собой мокрые следы. Волка я решила устроить возле стены напротив того места, где собралась переночевать. Так он будет находиться на виду и в непосредственной близости, если что-то случится.

Проверив его раны и удостоверившись, что не задела их, я успокоилась, после чего прошлась по всему дому, проверяя, все ли окна закрыты, а затем заблокировала входную дверь креслом (так, на всякий случай, чтобы спокойней спалось). Посчитав, что все меры предосторожности приняты, я наконец-таки легла спать.

Утро добрым не бывает!

В этом я убедилась сегодня, когда в мой прекрасный сон влез чей-то жалобный скулеж. Я отчаянно боролась за сон, прикрывая голову подушкой. Но это мало помогло, скулеж лишь стал еще жалобней.

Спросонья, не понимая, что именно творится, проклиная хозяина псины за то, что не смотрит за своим животным, я открыла глаза, а потом и вовсе резко села, не сразу соображая, где нахожусь.

Первое что бросилось в глаза, – это белое животное невиданных размеров. Позже я, конечно, вспомнила, что это волк, которого я спасла от смерти. Но в данную минуту это был огромный зверь, который смотрел на меня ярко-голубыми глазами. Смотрел так пристально и с нескрываемой злобой.

Возможно, мы бы так и просидели, глядя друг другу в глаза, если бы волк вновь не заскулил, при этом прикрыв глаза. И тут я опомнилась и засуетилась над зверем.

– Сейчас будет немного больно, потерпи, ладно? – проговорила тихо, сделав ему укол, как показывал ветеринар. – Сейчас… сейчас будет немного легче, – я хотела погладить зверя по голове, но он зарычал, и я инстинктивно отдернула руку. – Порычи еще мне! – возмутилась такой наглостью.

На время оставив волка в покое, я решила сходить наверх и привести себя в порядок. Не спеша приняла душ, после чего немного задержалась над сумкой, решая, что одеть, а спустившись вниз, направилась на кухню. Приготовив завтрак, я присела за стол, неспешно его поглощая, думала, чем же кормить волка: «Понятия не имею что эти звери едят (я все же городской житель.) Но если судить по фильмам и передачам, то волки едят мясо, естественно, в сыром виде».

На мгновение представив как буду кормить животного сырым мясом, и как он будет его есть, передернула плечиком от отвращения.

– По-видимому, это будет еще то зрелище,– прошептала, не видя иного выхода из этой ситуации, но тут же вздохнула с облегчением, поняв, что сегодня я от этой участи освобождена, так как волк еще слаб и навряд ли сможет есть.– Ладно, будем решать вопросы по мере их поступления.

После завтрака я вернулась в гостиную, достала баночки, которые всучил Михалыч, и стала аккуратно обрабатывать раны зверя, стараясь не разбудить его. При моих прикосновениях он вздрагивал, иногда дергалось ухо, но, тем не менее, зверь спал.

Обработав раны, я решила выйти на улицу, и, так сказать, разведать обстановку. Приехала я сюда поздней ночью и поэтому ничего толком не видела. Сейчас же время близилось к обеду, и через окна в дом пробивались солнечные лучи.

Накинув куртку, я вышла на крыльцо и тут же оцепенела: за ночь снега намело много. Если посмотреть на это с позитивной стороны, то картина, представшая передо мной, очень красивая. А если смотреть с реальной точки зрения, то я в полной жо..е!

Машину замело почти по самую крышу, а что творится на трассе, мне даже представить страшно!

– И как отсюда выбираться? – сама себе задала вопрос.– Буду надеяться, что через несколько дней дорогу прочистят. А если нет, будем вызывать МЧС! – попыталась утешить себя, только не очень-то у меня это получилось. Не потому, что никто не захочет ехать в такую глухомань, чтобы спасти бедную меня, а потому, что здесь связи нет! Это я заметила еще вчера, как только въехала на территорию леса.

Но паниковать было рано, пока зверь не поправится, я отсюда не уеду. Бросать его, больного, в лесу —совесть не позволит, а везти с собой в город – это уже бред. Вот подлечу его, окрепнет, и отпущу на волю, тогда можно будет подумать о возвращении домой. А там найду нотариуса и договорюсь о продаже дома. Да, он прекрасен, и мне очень понравился, но само его место нахождения… Очень долго и далеко добираться до него, а селиться и жить в подобном месте – я не готова.

Все это я поняла, пока прогуливалась по территории прилежащей к дому. За ним я обнаружила еще несколько построек, но осмотреть их не решилась, да и замерзла малость поэтому решила вернуться в дом, зная, что для этого у меня еще будет время.

Потирая озябшие руки, я вошла в дом и тут же наткнулась на злой взгляд голубых глаз.

Глава 3

Несколько дней прошли у меня одинаково. С утра я занималась волком, что с каждым разом становилось сложнее. Впрочем, дед предупредил меня об этом: как только зверь окрепнет, он будет кидаться и навряд ли подпустит к себе.

Потом от нечего делать я раз за разом обходила дом, осматривая и изучая его. Все старалась понять, что это было за место. Никаких документов я здесь не нашла. Даже не смогла угадать, в какой комнате жила моя предполагаемая бабуля. Сколько бы раз я не обходила и не осматривала комнаты – все, как и предыдущая, были чуть ли не вылизанные до чистоты! Ни соринки, ни былинки, даже ни единой личной вещички нет! Что казалось весьма странным.

Может, старушка здесь и не жила, а дом ей просто принадлежал, и она его сдавала?

На время пребывания в доме я решила переселиться на чердак. Только на ее двери я обнаружила засов. Но на ночь я все равно блокировала входную дверь креслом. Да, весьма не эффективная мера безопасности, но так было немного спокойней.

Дни шли, волк, как и прежде, неохотно подпускал меня к себе, но все же я старалась аккуратно обрабатывать раны. Разговаривала с ним во время процедур, иногда ругала, когда едва успевала отдернуть руку от его челюсти, клацнувшей совсем рядом с ней, а порой уговаривала поесть. Разговор с волком – не лучший выход, но от одиночества и скуки такие разговоры иногда приносили спокойствие.

Вскоре он стал потихоньку разгуливать по дому, что не могло меня не радовать, значит, скоро можно будет выпустить его на волю. А вот как я выберусь в цивилизованный мир из этого места, остается для меня проблемой. Связь за эти дни так и не появилась, и я стала беспокоиться. Скоро закончится отпуск, и я должна вернуться на работу.

Как обычно, гуляя вечером вокруг дома, я стараясь понять: смогу ли добраться отсюда до деревни пешком. Да, погода улучшилась, но снег, по-видимому, не скоро растает, а выбираться отсюда как-то надо. До деревни пара часов езда, пешком гораздо дольше.

Да, это будет сложно, но что поделать, не зимовать же мне здесь?!

Вернувшись в дом, я прошла на кухню, намереваясь съесть ужин, который приготовила ранее. Но то, что обнаружила там, меня возмутило!

– Ах ты, паршивец! – воскликнула, наблюдая за тем, как волк, стоя на задних лапах, держась передними за стол, ест мой ужин!

Волк на оклик даже не обратил внимания, продолжая с удовольствием поглощать еду. Обиженная таким поведением, схватила со стола полотенце и бросила его в зверя. Тот резко поднял морду от тарелки и как-то нехорошо посмотрел на меня. И его хищный взгляд мне не особо понравился.

Волк медленно спустил лапы и рыча, не торопясь, пошел на меня.

Еще со школы я помнила, что когда рядом хищный зверь, нельзя бежать или делать резких движений. Поэтому стала медленно отступать назад, проклиная себя и то несчастное полотенце.

За эти дни я настолько привыкла к волку, что совсем позабыла о том, что он дикий зверь. Отчего-то ранее я не испытывала к нему страха до этого самого момента. Только сейчас я поняла, что волку загрызть меня ничего не стоит. И до меня, наконец, дошло, какую я совершила ошибку, решив оставить волка у себя.

Я медленно пятилась от зверя, а он неспешно шел на меня. Так незаметно он и припер меня к стене, откуда я уже не видела выхода. Бежать я бы никогда не рискнула. Волк хоть и был ранен, но он все же дикий зверь и инстинкты у него превыше всего.

Зверь, оскалившись, зарычал и прыгнул на меня.

Испуганно вскрикнув, я закрыла глаза и резко присела, сжавшись от страха в комочек. В голове пронеслась мысль, что это конец!

Почувствовав резкую боль в ноге, я вскрикнула, резко подняв голову и тут же встретившись с хищным взглядом. Волк стоял близко, и я чувствовала его горячее дыхание на лице. Посмотрев в его голубые глаза, что напоминали мне лед в холодной Антарктиде, наполненные ненавистью, я неожиданно разозлилась. На него за то, что напал, на себя за то, что из-за собственной глупости оказалась в опасности. Недовольно отпихнув морду волка, зло воскликнула.

– И эта вся твоя благодарность? После того, как я тебя спасла, ты вздумал меня загрызть? – держась о стену, я поднялась, не спуская с волка глаз. – Даже не смей об этом думать! – проговорила, чеканя каждое слово и вкладывая накопившееся за последнее время раздражение.

Волк после моих слов очень странно себя повел: он приник к полу и затих.

– Так-то лучше! – заявила я, и похромала мимо него на кухню.

Нога ужасно саднила: не то чтобы было больно – скорее, неприятно, но посмотреть и обработать рану все же стоило. Достав в одном из шкафов аптечку, я вернулась в гостиную, затем, стянув с себя штаны, уселась на диван и взглянула на рану.

Оказывается, он не укусил, а поцарапал, оставив немаленькие следы от когтей. Вздохнув печально, стала ковыряться в аптечке в поисках перекиси: что бы ни сделал этот зверь, а обработать рану нужно.

– И зачем, спрашивается, я вообще сюда приехала? Знала же, что все кончится именно этим!– запричитала, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. – Еще этого подобрала, добрая душа, чтоб меня! – раздраженно бросила. – Выходила, переживала, а он… – Тут я не выдержала и всхлипнула. – Еще и перекись эта… где она есть?

Вдруг стало так жалко себя! Одна, не пойми где, связи нет, уехать возможности нет, да еще и этот… неблагодарный!

Сама не заметила, как небольшой всхлип превратился в плач, а потом и в рыдание. Сколько я так просидела, жалея себя, не знаю, но мое одиночество прервал волк, бесцеремонно уткнувшись мордой в колени.

Отняв ладони от лица, я посмотрела на него: во взгляде зверя читалось раскаяние в содеянном. Но мне уже было все равно! Пока жалела себя, поняла одну вещь, что не хочу больше тут находиться. И если ранее меня здесь удерживала жалость к зверю, то сейчас я не видела какого-либо повода больше задерживаться в этом месте.

Я отодвинулась от волка подальше, подгребая аптечку ближе, не смотря больше на него, продолжила искать перекись. Но как только я ее нашла и смочила ватку, почувствовала на ране что-то мокрое и шероховатое. Резко подняв взгляд, я увидела, как волк облизывает рану. От такой наглости я вновь отпихнула от себя зверя.

– Что, решил доесть меня? – возмущенно воскликнула, а после гневно прокричала: – Обломишься!

Схватив штаны, я спешно надела их, кривясь от неприятного зуда в ноге. Захватив аптечку, решила подняться наверх и отсидеться в комнате до утра, а потом отправиться в деревню. Подальше отсюда! Ничего, там я уже смогу что-нибудь придумать, чтобы добраться до города.

Я была возле лестницы, когда позади раздался жалобный скулеж. Сначала хотела броситься и посмотреть в чем дело. Но, вспомнив о том, что совсем недавно пережила по его милости, продолжила путь.

Пока поднималась, слышала жалобный скулеж, и мое сердце разрывалось от этого звука, но самосохранение было превыше всего. Кто знает, что взбредет этому зверю в следующий раз?

Приняв душ, я все же обработала рану и завалилась в кровать. Я честно пыталась уснуть, но этот скулеж, а иногда и завывания не давали спать. Так что,я лежала и слушала этот концерт до середины ночи! И как только внизу все затихло, наконец смогла уснуть, чтобы утром проснуться и обнаружить, что в доме больше не одна!

Спускаясь утром вниз, я намеревалась позавтракать, а после собираться в дорогу. Да, намерение побыстрее покинуть это место за ночь никуда не делось. Я планировала сегодня же выбраться отсюда! Но пройдя лишь половину пути, остановилась, прислушиваясь к тишине, то есть к ее отсутствию.

Что-то странное происходило на первом этаже, и это определенно пугало. Резко развернувшись, я кинулась назад в комнату. Схватила телефон, намереваясь вызвать полицию, но тут же его отбросила, вспомнив, что сети нет.

«Раз помощь никак не вызвать, буду справляться собственными силами», – подумала я, хватая бейсбольную биту, которую нашла в одной из комнат.

Почувствовав себя немного уверенней, я вновь начала спускаться, только теперь медленней, прислушиваясь к посторонним звукам. Стоило только спуститься, как я практически сразу же увидела нарушителя.

Им оказался парень – худощавый высокий блондин, одетый в джинсы футболку и почему-то босой. Он так уверенно расхаживал по кухне, чувствуя себя хозяином, что я почувствовала себя тут лишней.

Парень стоял ко мне спиной и что-то увлеченно готовил. Пока он меня не видел, я пристально за ним наблюдала, решая как быть дальше.

– И долго ты там будешь пялиться на меня? – спросил парень, не оборачиваясь. Его голос звучал тихо, чуть с хрипотцой, и говорил он как-то… лениво что ли…

– Что?! – переспросила, удивленно моргая.

Как он мог меня заметить, если ни разу не повернулся в мою сторону?

– Проходи, завтракать будем! – проговорил он как ни в чем не бывало.

«Нет, разве такое бывает?! Он пробрался в чужой дом, и предлагает хозяйке сесть с ним завтракать?! Это вообще нормально?», – мысленно возмутилась, не сводя с него взгляд. – Ты кто такой? Что ты тут делаешь? И как вообще забрался в дом? – задала я, как думала, правильные вопросы.

Перехватив поудобней биту, продолжая держать ее перед собой, я подошла ближе. Бросив взгляд на входную дверь, подмечая, что она больше не подперта креслом. Только сейчас вспомнив, что вчера после инцидента с волком забыла ее подпереть, как делала это каждую ночь. Видимо, этот парень без особого труда вошел сюда, думая, что ему тут рады!

– Я Глеб, – представился парень. – Что я тут делаю? – переспросил он. – Завтрак готовлю. – ответил… Глеб, так и не удосужившись повернуться. – А насчет того, как я попал в дом… Ты меня сама сюда притащила, – произнес он и, наконец, повернулся.

От его взгляда я обомлела. Его глаза были светло-голубые, словно лед, и они мне кого-то напоминали, вот только пока вспомнить не могу, где уже видела их.

– Я в дом никого не притаскивала. – твердо проговорила я. – «Кроме волка», – добавила мысленно, ведь парню это знать не обязательно.

«Волк! –лишь сейчас я вспомнила, про зверя. – Я же вчера его тут оставила, а сама ушла. Он же полночи скулил! Ему наверно плохо было», – обеспокоенно подумала, взволнованно осматривая комнату. Но сколько бы я не искала его, зверя здесь не было.

– Что ты собралась делать с этим? – немного удивленно поинтересовался парень, указав взглядом на биту.

– А что, не видно? – язвительно спросила, помахав искомым предметом перед собой.

– Думаешь, с помощью этой палки сможешь со мной справиться? – усмехнувшись, поинтересовался он.

– Смогу или нет, не знаю, но хотя бы попробую, – колко ответила. – Куда ты дел моего волка? – грозно (ну, я думаю, что грозно) спросила у него.

Глеб как-то резко замялся, что стало для меня неожиданностью. Только что передо мной стоял немного наглый, самоуверенный парень, и вдруг – нате вам! – засмущался, после чего он озадаченно почесал белобрысый затылок и как-то виновато улыбнулся.

Я уже, было, подумала, что он сделал что-то плохое с моим волком, но нет…

– Ну, как бы тебе это помягче преподнести? – произнес он, а после быстро протараторил: – В общем, я и есть твой волк.

Блин, надо же было так повезти именно мне! Мало того, что ко мне в дом влез неизвестно кто, так он оказался еще и психом. Хотя стоит заметить, что вполне привлекательным психом.

– Ха-ха-ха, очень смешно! – высказала свое мнение по поводу его заявления. – А теперь давай серьезно: куда ты дел моего волка?! – спросила зло, тыкая в его сторону битой.

Глеб глубоко вздохнул, а после медленно начал подходить. Я же стала пятиться, выставив перед собой биту.

– Не подходи! – проговорила совершенно серьезно.

– Да ладно, и что ты сделаешь? – усмехнулся он и подошел еще ближе.

Ну, я не растерялась и стукнула его – не то чтобы сильно, но ощутимо, чтобы понял, что просто так я сдаваться, не намерена.

– Ауч! – воскликнул Глеб. – Ты чего дерешься? – немного обиженно проговорил он, потирая лоб.

– Я тебя предупреждала, ты сам подошел, – ответила ему, пожимая плечами.

Парень закатил глаза к потолку и как-то устало вздохнул. Потом вдруг снял с себя футболку!

– Ты чего это делаешь? – спросила у него, вновь замахиваясь битой.

– Хочу доказать тебе, что я и есть волк! – проговорил Глеб, бросая футболку на пол, и начал расстегивать пуговицу на джинсах.

– А если скажу, что верю , ты перестанешь раздеваться? – спросила, а сама тем временем внимательно рассматривала его.

Не такой уж он и худой, как показался на первый взгляд. Мускулы есть, и кубики на животе тоже имеются. Только парень совсем бледный.

Ему бы загореть немного, и тогда глаз не оторвать от такой красоты!

Засмотревшись на тело парня, я совсем забыла, о чем мы вообще разговаривали.

– Боюсь, если ты не увидишь, то никогда не поверишь, – произнес Глеб.

– А не раздеваясь никак нельзя это доказать? – с надеждой в голосе спросила у него.

Не то чтобы я стеснялась… Но увидеть незнакомого парня раздетым не горела желанием.

– Можно, но тогда вещи придется выкинуть. – пожал он плечами.

– Почему? – продолжая хмуриться, поинтересовалась с долей любопытства.

– Ну, понимаешь ли, я не маленький зверь…

На что я фыркнула.

– Вещи просто превратятся в куски лоскутков, – произнес он и усмехнувшись, резко стянул джинсы.

Я не маленькая девочка, чтобы стесняться и краснеть при виде обнаженного парня: ведь прекрасно знаю, как устроен организм мужчины.

Конечно, я могу пискнуть и отвернуться, сделав вид, что его нагота меня смущает, и, наверно, это было бы правильно. Но чисто женское любопытство не позволило мне это сделать.

Возможно, это даже и к лучшему, а то вдруг этот тип только этого и добивался. Отвернусь сейчас, а он чем-нибудь по голове мне… и все, прощай, Карина.

Осмотрев парня с головы до ног и вновь вернувшись к лицу, я поняла, что он весьма неплох.

– Что, нравлюсь? – спросил этот тип самонадеянно и так слащаво улыбнулся, что мне резко захотелось стереть эту улыбку с его лица.

– Ну-у-у… неплохо. Но тело жениха мне нравится гораздо больше, – проговорила со скучающим видом.

Ох, как же перекосило-то парня после моих слов и как злобно блеснули его глаза!

«Ой, мамочки, глаза! Именно таким злобным взглядом и смотрел на меня волк!», – мелькнуло в сознании воспоминание о том, где же я видела эти глаза.

И стоило мне только вспомнить это, как вместо парня передо мной появился белый волк. Мгновение – и из моих ослабевших рук выпала бита. С громким стуком она приземлилась на пол, выводя меня из некого шокированного оцепенения.

– Ой, мамочки! – пискнула я и ринулась что есть силы вверх по лестнице.

Я слышала топот лап позади себя, и страх быть растерзанной зверем заставлял ускориться. Сердце колотилось в груди испуганной птичкой от того, чему стала свидетелем.

Вбежав в комнату, я едва успела захлопнуть дверь и задвинуть засов. Не прошло и секунды, как в двери постучали. И я испуганно затаилась, даже дышать перестала!

Глава 4

– Может, впустишь, и мы поговорим? – спросил Глеб по ту сторону двери.

– Ага, сща-а-з! – ответила нервно хихикнув.

– И что, теперь вечно будешь там сидеть?

– Может, и буду. – буркнула тихо под нос, ему же ответила: – Я заметила, что тебе уже гораздо лучше. Может, уже домой пойдешь? – спросила с надеждой.

– Ну, я как бы уже дома, – хмыкнув, ответил он.

– Чего?! – воскликнула удивленно . – Это вообще–то мой дом!

– Да знаю я! – зло бросил Глеб. – Слушай, ты многого не знаешь, и это не так-то просто объяснить, – проговорил он после недолгого молчания. – Ты не хочешь есть? – спросил он неожиданно, чем сбил меня с толку.

– Нет, спасибо, я уже сыта.

– Слушай, выходи, это уже не смешно! – раздраженно бросил он, а чуть позже спокойней добавил: – Я не причиню тебе вреда.

– И не подумаю! – заявила, стоя на своем.

– Ну и сиди там! – вновь раздраженно бросил он, и за дверью воцарилась тишина.

Выходить, чтобы проверить, ушел парень или нет, я не стала, даже в мыслях такого не было! Вдруг он там стоит и поджидает меня? В ужастиках именно так зачастую и поступают: прячутся, а в нужный момент, когда жертва думает, что она в безопасности, нападают. Так что, я лучше тут побуду.

Я несколько раз нервно прошлась по комнате, а потом, бросив это занятие, села в кресло. Мне нужен покой и тишина, чтобы обдумать то, чему стала свидетелем. Ведь увиденное там, внизу, было неестественным.

– Такого просто не бывает! – тихо прошептала, смотря на дверь. – Может, я просто до сих пор сплю? Ну, не может в реальности такого происходить, чтобы парень превращался в волка! – проговорила, пытаясь осознать не осознанное. – Бред какой-то! – тут же одернула себя, а после недолгого молчания продолжила нервно бормотать: – Нет, определенно, такого не бывает, просто от одиночества и усталости мне все это померещилось, – я некоторое время убеждала себя и все же успокоилась, решив, что мне это все показалось. – Парень незаконно пробрался в дом, а волк… просто вовремя появился возле меня, тогда как парень отошел. Это просто совпадения, не больше, – уверенно заявила себе и тут же испуганно вскочила с кресла от стука в дверь.

– Девочка, выходи! – в приказном порядке проговорил Глеб.

– Нет! – ответила и даже головой помотала, подтверждая свое нежелание выходить.

И пусть я поняла, что все случившееся было лишь игрой моего разыгравшегося от одиночества воображения, выходить я все равно опасалась.

– Выходи, говорю, сейчас не до твоих капризов! – зло рыкнул он. – У нас гости.

– Какие гости? – спросила, хмуря брови.

– Нежеланные, – ответил он уже спокойнее. – Выходи, мне еще объяснять тебе, как их встречать.

– А что, их еще и встречать по-особому нужно? – опешила я, но с места так и не сдвинулась.

Что-то мне это начинает нравиться все меньше и меньше. За то время, что я здесь нахожусь, никого не было, а теперь этот вот объявился, еще гости какие-то непонятные, которых нужно по-особому встречать. Как же сейчас не хватает тех спокойных деньков!

– Нужно!– зло бросил он и стукнул по двери. – Да выйди ты уже, наконец, из этой долбанной комнаты!

Когда он злится, в его голосе проскальзывают рычащие звуки, словно не человек говорит, а… волк рычит.

– Я тебя боюсь, – призналась нехотя, опасливо посматривая на двери.

– Тебе не меня нужно бояться, – проговорил Глеб. – Ну же, девочка, выходи!

«Вот же пристал: «выходи, девочка, да выходи! – кривлялась про себя. – Не хочу я выходить, мне и тут неплохо!», – подумала, а сама уже отодвинула засов и приоткрыла двери.

Немного испуганно, но с долей интереса я посмотрела на Глеба. Пока я пряталась в комнате, парень успел одеться, что не могло меня не порадовать.

– Перестань называть меня девочкой! – проговорила, продолжая стоять в комнате, прикрываясь дверью.

– Прости, но я не знаю, как тебя зовут, вот и приходится импровизировать, – ответил Глеб, мило улыбнувшись.

От этой обаятельной улыбки, я готова была простить ему любое поведение. И ведь, наверняка, знает, что его улыбка делает с женским полом и нагло пользуется этим. Вот же… !

– Меня не надо звать, я сама прихожу! – недовольно буркнула себе под нос, открыв дверь, выходя из комнаты.

– Я заметил, – усмехнулся он.

– Ты говорил про гостей, – напомнила парню, чтобы не зазнавался.

– Ах, да… – проговорил Глеб, вмиг становясь серьезным. – Пошли вниз, пока будем спускаться, расскажу тебе как с ними нужно разговаривать, – и начал спускаться по лестнице, несмело я пошла следом, внимательно слушая его.

– Сейчас ты выйдешь на крыльцо… – начал Глеб и, запнувшись, повернул голову, вполоборота посмотрел на меня и повторил: – Только на крыльцо, поняла?

Я не стала ему ничего отвечать, просто кивнула.

– И, что бы они у тебя ни требовали, отвечай «нет», что бы ни говорили , просто стой на своем. Самое главное – не смей показывать, что ты их боишься. И запомни: ты на своей земле, а они тут гости, – серьезно проговорил Глеб и первым спустился с лестницы. – Все поняла? – спросил он, повернувшись ко мне.

– Нет! – возмутилась, ошарашено смотря на парня.

Он же тяжело и как-то обреченно вздохнул, после чего устало спросил:

– Что тебе непонятно?

– Все! – произнесла я. – Мне непонятно абсолютно все, – повторила, чтобы он точно понял. – Кто, а точнее, что ты такое? Что за гости ко мне пришли, что им нужно, и что они собираются у меня требовать?

– Просто выйди и сделай то, о чем я тебя попросил, – раздраженно сказал Глеб.

– Я не сдвинусь с этого места без объяснений! – произнесла, присаживаясь в кресло.

Парень обреченно застонал и вроде пробормотал какое-то ругательство.

– Это тяжело объяснить, – проговорил он. – К тебе пришли те, кто напал на меня, и довел до такого состояния, в каком ты нашла меня в лесу, – неохотно поделился информацией Глеб. – И они пришли требовать меня!

– А почему они сделали это с тобой? – спросила, нахмурившись, позабыв о своем первом вопросе.

– Это тебя не касается! – довольно грубо ответил он.

– О! – я удивленно посмотрела на парня. – Ясно. Я поняла: это меня не касается. Тогда думаю, что не обязана тебя покрывать, – произнесла спокойно, пожав плечами.

Глеб после моего заявления принялся нервно расхаживать по комнате, а потом резко остановился и, схватившись за голову, обреченно зарычал.

– Ладно! – согласился он обреченно. – Я отвечу на все интересующие тебя вопросы, но только после того, как ты пообщаешься с гостями!

– Вот и славно! – чуть веселей ответила я и даже в ладоши хлопнула от предвкушения.

Это же целый клад для писателя! Мало того, что я собственными глазами видела, как парень превратился в волка, так теперь еще будет возможность разузнать поподробнее кто он есть на самом деле. Я уже мысленно составляла список вопросов, и где-то на сороковом меня грубо прервали.

– Хватит мечтать! – сказал довольно грубо Глеб. Он подошел и, схватив меня за руку, поднял с кресла. – Они уже на подходе, тебе неплохо было б одеться и выйти. Будет лучше, если ты их встретишь на пороге, чем они ворвутся сюда, – пробормотал он.

После слов парня я в шоке замерла на месте:

– Ты же сказал…

– Да знаю, что я сказал! – недовольно пробурчал Глеб, таща меня, словно на буксире, к выходу, где стал натягивать на плечи пальто.

Я внимательно посмотрела на пальто, понимая, что оно не мое и его тут раньше не было, а потом еще и принюхалась к нему. Вещь явно новая и пахла очень даже приятно – не парфюмом, а чем-то… лесным, морозом и хвоей. Но каким бы оно ни было, это пальто не мое!

– Хватит принюхиваться к моему пальто! – проворчал он. – Оно новое, я всего раз его успел надеть.

– Слушай, я, конечно, все понимаю, но у меня есть свои вещи! – возмутилась в ответ.

– Вижу! – буркнул Глеб, быстро застегнул пуговицы, поднял воротник и выставил меня за дверь, не забыв напомнить: – Помни, что я тебе сказал, ничего не бойся и стой на своем. Я буду за дверью и если что, прикрою тебя.

– А…?

Я хотела поинтересоваться у Глеба, что значит «прикрою», но не успела: он захлопнул дверь перед моим носом. Я собиралась возмутиться, спросить, какого лешего он выставил меня одну за дверь, вот только не успела и рта раскрыть, как за спиной услышала шум.

Резко развернувшись и прижавшись спиной к двери, я следила за тем, как медленно, словно им некуда спешить, из-за деревьев один за другим выходили мужчины: высокие, суровые, одетые в строгие костюмы и накинутые на плечи пальто, напоминающие то, что было на мне.

Они не спеша вышли на поляну перед домом и остановились в нескольких метрах от крыльца. Пока они рассматривали меня, я попыталась сделать то же самое.

Их было шестеро: мужчины среднего возраста, приблизительно от тридцати пяти до сорока. Их можно назвать красивыми, но… что-то внутри меня твердило, что они такие же, как Глеб.

Из присутствующих моим вниманием завладели лишь двое, блондины, чем-то отдаленно похожие на Глеба.

– Отдай нам его! – приказал один из мужчин, выйдя чуть вперед.

Я не знаю всего и понятия не имею, что Глеб им сделал (или не сделал, кто их разберет), но это не значит, что они могут прейти сюда и что-то от меня требовать!

И вообще они чуть не убили человека… ну, или не совсем человека (это с какой стороны посмотреть). В любом случае я едва выходила бедного волка и даже пострадала от его лап! Между прочим, он еще не извинился! А теперь после всего пережитого, я должна по первому требованию его отдать?! Ага, с-сщаз-з-з! Тем более, меня ждет очень увлекательный рассказ, который я ни на что не променяю.

– С чего это вдруг? – скрестила руки на груди и спросила у того кто, по–видимому, являлся главным.

– Слушай, девочка, – произнес он. – Ты молодая, красивая, у тебя еще вся жизнь впереди, лучше не связывайся с нами, – проговорил он, и глаза мужчины заблестели, не предвещая мне ничего хорошего.

Отчего-то меня не испугал ни его взгляд, ни угроза просквозившая в голосе. Вероятно, все дело в том, что я еще не отошла от шока после того, как у меня на глазах парень превратился в волка. Не знаю, что именно было тому причиной, но я была рада, что злость из-за происходящего отодвинула все страхи на задний план.

– Вы только что вздумали мне угрожать? – шипящим голосом, который сама не ожидала от себя услышать, поинтересовалась у мужчины.

– Девочка! – он повысил голос, в котором послышалось рычание. – Я настаиваю, чтобы ты отдала мне члена стаи! Его семья требует возмездия, и я не позволю какой-то пигалице встать на пути справедливости! – злобно прорычал он и сделал несколько шагов по направлению ко мне.

– Меня зовут Карина! – сказала я громко и четко. – Ни девочка, ни пигалица, а Карина! – повторила свое имя, выделяя каждое слово, чувствуя нарастающую внутри злость.

В груди клокотала ярость на то, что они пришли сюда и посмели угрожать мне.

– Это моя земля! И это вы пришли сюда без моего на то разрешения, а потому не вправе что-либо требовать! – каждое слово я произносила со змеиным шипением, выплескивая весь негатив.

И я ощутила, как из меня что-то вытекает: нечто невиданное и непонятное, но такое теплое, кажущееся родным. Оно скапливалось у меня под ногами, словно туман, медленно растекаясь. Словно невидимые щупальца, оно кружило вокруг меня, ощупывало, изучало, запоминало и в то же время оберегало.

Все закончилось так же быстро, как и началось, стоило мне заметить какое-то движение со стороны гостей. Мотнув головой, стараясь прогнать остатки нереальности, я внимательно посмотрела на тех, кто стоял напротив меня.

Они стояли немного дальше, чем ранее, склонив головы, а тот, что был у них за главного, сверлил меня гневным взглядом и к чему-то принюхивался. Не знаю, что именно он унюхал, но это его явно взволновало!

Недолго думая, я решила тоже принюхаться… Вокруг пахло лесом, свежим срубом от дома и еще чем-то таким неприятным… мокрой псиной!

«Но откуда здесь собаки? – подумала я, нахмурившись. – Единственный, кто был здесь четвероногий, – это Глеб. Тогда что это за запах?», – недоумевала я и вновь посмотрела на мужчин, которых осталось четверо, а рядом с ними стояли два белых волка.

«Я была права: они такие же, как и Глеб», – успела подумать, прежде чем волки, скалясь и рыча, кинулись на меня.

Глава 5

Как бы грозно это не выглядело со стороны, я не испугалась. Хотя, наверное, стоило, но вместо этого во мне проснулась неистовая ярость на всех четвероногих. Раньше я никогда такого не испытывала и даже не представляла, что способна на подобное.

По сравнению с тем, что творилось со мной пару минут назад, это было чем-то другим… пугающим. Если тогда меня разозлило то, как со мной обращаются, будто с глупой городской курицей, то сейчас… Эта ярость… она, казалось, выжигала меня изнутри.

Меня взбесил тот факт, что каждый из этих гадов пытается меня сожрать! Вчера один чуть не загрыз, сегодня эти вот, а завтра, что, медведь в гости придет, чтобы мной отобедать?

В груди кипело бешенство, и очень сильно хотелось его на кого-нибудь выплеснуть, чтобы не только одной мне было плохо! Правда, я понятия не имею, как это сделать, не с кулаками же мне на них кидаться, в самом деле!

От бессилия я решила выказать свое недовольство тем, кто стоял напротив, и тем, кто скрывался за дверью.

– Как же вы меня достали! – зло воскликнула я, сжимая кулаки. От этого заявления даже волки замерли. – Сначала хотела помочь одному, думала, спасаю бедное животное, а он в благодарность чуть не разодрал меня. Потом выяснилось, что он и не волк вовсе, а фиг его знает кто. Теперь вы! – сказала и ткнула пальцем на волков. – Пришли сюда, что-то требуете, еще и рычите! – с каждым произнесенным словом я все сильнее повышала голос. – Идите туда, откуда пришли, и командуйте, рычите, да хоть войте там! Здесь вы нежеланные гости!

Посмотрев на присутствующих, я успела подумать, что меня сейчас разорвут: ведь именно это читалось во взглядах волков, тут же ринувшихся на меня.

Им оставалось совсем чуть-чуть, и в тот момент, когда пасть зверя готова была вонзиться мне в горло, на поляне раздался гневный рык, и пасть захлопнулась прямо перед моим лицом.

Яв полной мере ощутила на себе фразу «сердце ушло в пятки». Именно это сейчас почувствовала я, глядя на огромного зверя, который продолжал стоять напротив, рыча и скалясь, готовый в любую секунду продолжить начатое.

Недовольное рычание вновь пронеслось над поляной, и, противно поскуливая, волки вернулись к товарищам, а я смогла выдохнуть.

– А ты смелая! – усмехнувшись, проговорил главный. – Гораздо смелей предыдущей, да и потенциал у тебя сильный, только, по-видимому, тебе Карина, еще никто не объяснил правил нашего мира. Ничего, мы народ терпеливый, подождем,– проговорил он, делая акцент на имени, а потом, оскалившись, продолжил: – Будет даже забавно посмотреть, что из тебя выйдет, – произнеся все это, мужчина неторопливо скрылся в лесу, вслед за ним скрылись и остальные.

Я ничего не поняла из сказанного мужчиной, но одно осознала точно: нужно сваливать отсюда как можно скорее. И плевать мне хотелось на такое наследство!

В дом я не вошла, а влетела. Проскочив мимо Глеба, сразу же направилась наверх, намереваясь собрать вещи и отправиться в деревню, надеясь, что там будет связь.

– Позвоню Андрею, пусть приедет и заберет. Хватит с меня всех этих превращений! – бурчала я, поднимаясь по лестнице. – Да никакой рассказ о странных зверях-людях не стоит моей жизни!

Пока кипела от возмущения и стремительно собирала разбросанные вещи, закидывая их в сумку, настолько погрузилась в себя, что ничего не слышала и не видела. Хотя в этом месте это делать было непростительно…

– Что ты делаешь? – недоуменно поинтересовался Глеб.

Вздрогнув от неожиданности, я резко развернулась к нему. Глеб стоял в дверях и хмуро смотрел на меня.

«Так и заикой можно остаться!», – раздраженно подумала и язвительно ответила парню: – А разве не видно? Собираюсь свалить отсюда, и чем быстрее, тем лучше!

– Ты не можешь этого сделать! – возмутился Глеб, делая несколько шагов по направлению ко мне.

От его слов я аж воздухом подавилась от возмущения!

– Назови хоть одну причину, почему я не могу этого сделать? – потребовала, недобро сощурившись.

В ответ на это глаза Глеба опасливо блеснули, но он так ничего и не ответил, лишь плотно сжал губы. Пожав на это плечами, мол, что и требовалось ожидать, я отвернулась и продолжила собирать вещи.

– Мы живем изолированно, небольшими поселками и деревнями. Для людей – это общины или секты, а для нас – стая, – негромко начал рассказывать Глеб. – В каждой стае есть свои правила, их очень много. Есть те, кому нравится так жить: они заводят семьи, занимаются хозяйством и прочей ерундой. Но не всем нравится жить по правилам, слушать вожака и выполнять любой его приказ, – произнес он невесело хмыкнув. – Я никогда не мог жить по правилам и всегда нарушал их, – парень говорил тихо, его голос словно обволакивал, и, заслушавшись рассказом, я совсем позабыла, что хотела бежать отсюда без оглядки. – А за нарушения правил у нас наказывают, – жестко закончил Глеб, от чего я вздрогнула, возвращаясь в реальность.

– То, что случилось с тобой? – шепотом сказала я, точно не уверенная в своих догадках.

– Да, это было наказание!

– А…? – я хотела поинтересоваться, за что именно с ним так жестоко поступили, но в последний момент поняла, что это будет неэтично.

– Я нарушал много правил, и это всегда сходило мне с рук. Пока однажды не нарушил главное правило, за что и поплатился. Лежа там, в снегу, я смирился со смертью и был готов к ней, – проговорил он уверенно, даже как-то гордо. – Но тут появилась ты! – зло бросил Глеб, яростно сверкнув глазами.

– Ага, и не благодари! – нервно буркнула в ответ.

– За что тебя благодарить? – возмутился он, всплеснув руками. – Спасти-то ты спасла, а что будет дальше? Когда ты уедешь?– спросил он, сделав еще пару шагов ко мне.

– А я откуда знаю? – удивленно произнесла. – Вернешься к прежнему существованию, будешь жить, как и до этого жил, – пожала плечами, решив все же закончить с вещами, вот только следующие слова парня заставили меня ошеломленно замереть.

– Если я выйду за порог дома, меня убьют.

– Как? – изумленно выдохнула я.

– Как и до этого: просто порвут в клочья, – ответил Глеб, беззаботно пожав плечами, и тут же добавил:– Вот только на сегодняшний день я не готов умирать, теперь у меня есть ради чего жить.

– Да и что же это, если не секрет? – мне было не интересно об этом знать, но парень так искренне говорил, что я просто обязана была задать этот вопрос.

– Ты, – ответил Глеб.

– Я?!

Растерявшись от такого неожиданного признания, я только и могла, что удивленно хлопать ресницами, стараясь понять, серьезно ли он говорит или это такая глупая шутка.

Но удивление прошло быстро, как, впрочем, и шок. Не став развивать эту тему дальше, я, отвернувшись от Глеба, подхватила сумку и направилась на выход мимо пораженного парня.

«Пусть думает и говорит, что хочет, меня это не волнует, – думала я, выходя из комнаты. – Я собралась сваливать отсюда и именно это сейчас и сделаю».

– Ты не можешь уехать, – снова проговорил он.

– Слушай, по-моему, мы это уже проходили, – произнесла я, спускаясь вниз. – Сейчас я спрошу, по какой причине, а ты снова повторишь свои слова, – продолжила я, а потом резко развернулась и, глядя на парня снизу вверх, заявила: – Не хочу тебя разочаровать, но мне все равно, что ты думаешь или говоришь. Я просто хочу свалить из этого долбанного места и забыть обо всем, что здесь произошло раз и навсегда! Усек? – высказавшись, я развернулась и продолжила свой путь.

– Хорошо, если тебе плевать на меня, то подумай о других, – проговорил Глеб как-то печально.

– А я и думаю, в частности, о себе! – заявила, ни на секунду не задумавшись.

– Нет, ты не поняла …

Внизу хлопнула дверь, отчего я испуганно замерла, а Глеб врезался в меня. От столкновения я не удержалась на ногах и, вскрикнув, полетела вниз.

И лежать бы мне внизу со сломанной шеей, если б не отличная реакция парня. Глеб успел схватить меня и крепко прижать к себе, прежде чем я отправилась пересчитывать ступеньки.

– Ты в порядке? – взволнованно спросил он.

– Да, испугалась только, – ответила я, прикрывая глаза и стараясь успокоить бешено колотящееся сердце и выровнять дыхание.

Простояв так некоторое время, сама не заметила, как мне стало комфортно в объятьях Глеба. Он держал меня крепко и в то же время так бережно, словно боялся потерять или навредить.

В себя я пришла неожиданно из-за того, что парень с шумом втянул воздух рядом с ушком, в результате чего по всему телу прошла волна дрожи, вынуждая прерывисто вздохнуть.

Вырываться из его рук не стала, здраво рассудив, что на лестнице это небезопасно, впрочем, как и возмущаться, ведь это просто бессмысленно. Но и ждать, когда парень сам отпустит, я не стала.

– Можешь отпустить, я в норме, – холодно проговорила, ожидая его реакции.

Глеб как-то нехотя разомкнул руки и выпустил меня из объятий. Больше не задерживаясь, я поспешила вниз, слыша, как Глеб что-то недовольно пробурчал.

– Не стоит благодарности. – бросил он спустя минуту.

– Мы квиты, – не оборачиваясь, ответила ему.

Все же спустившись вниз, я обнаружила весьма любопытную картину, которая мне что-то напомнила.

«Где-то я уже это видела… – ненадолго задумалась я. – Вспомнила!».

Сегодня утром, когда я спустилась позавтракать, по кухне вот так же разгуливал незнакомый парень, только тогда это был Глеб, а сейчас…

Начнем с того, что на этот раз это был шатен, и он был одет в одни лишь штаны. Ничего и никого не стесняясь, он точно так же, как и Глеб, разгуливал по кухне,что-то готовя.

– Это еще кто? – спросила у Глеба, некультурно тыкая пальцем на очередного гостя.

От моего вопроса парень обернулся. Он разительно отличался от Глеба: смуглый, подкачанный, с хищными чертами лица и карими глазами.

Приветливо улыбнувшись мне, он проговорил:

– Я Егор, а ты, видимо, очередная хранительница? Ни че такая, намного лучше, чем предыдущая, – похабно проговорил он. – О, привет, Глеб! Я думал, ты уже того… До меня слухи дошли, что тебя поймали, – обратился парень к Глебу и, откусив бутерброд, проговорил с набитым ртом: – Сам еле ушел. Прикинь, твоих видал, брательник совсем очумел…

– Егор, стоп! – перебил парня Глеб и очень вовремя, иначе это сделала бы я! – Я рад, что ты выжил и смог добраться сюда, но тут такая ситуация… Видишь ли, Виктора еще нет, ну и… ты понимаешь?! – как-то неуверенно замямлил Глеб, что было весьма странным и заставило меня задуматься над этим.

– Все, понял, не дурак. – быстро проговорил Егор. – Я буду в своей комнате, если что… ну, помощь понадобится… – произнес парень и, прихватив тарелку с бутербродами, скрылся на втором этаже.

Проследив за ним взглядом, я недовольно посмотрела на Глеба.

– Что это было? – поинтересовалась у Глеба. – Хотя не говори, не хочу ничего знать! – перебила парня, намеревавшегося что-то пояснить. – Не скажу, что рада была познакомиться, но все же прощай, – нервно проговорила, направляясь к выходу.

– Прости, но я тебя никуда не отпущу, – произнес Глеб, вставая возле входной двери и преграждая мне путь.

– Не поняла?! – удивилась словам парня. – Это еще что?! Отойди и дай мне спокойно уйти отсюда!

– Не могу, – сказал этот… этот… я была настолько зла, что не могла подобрать правильного слова. – Пока не появится Виктор, ты отсюда не уйдешь, – всерьез произнес он.

– Это еще почему?! – возмутилась. – Если ты не забыл, это мой дом, а значит, я что хочу, то и делаю. А сейчас отойди, по-хорошему!

– Ты не понимаешь! – обреченно произнес Глеб. – Ты многое видела, чего не должна была видеть. Просто так отпустить тебя я не могу! Нужно дождаться Виктора, он все объяснит, и если ты захочешь после того уйти, он придумает что-нибудь.

– Так ты думаешь, что я первым делом, как выберусь отсюда, побегу рассказывать, что видела?! – пораженно воскликнула. – Да меня в психушке закроют, если я хоть раз об этом зарекусь, – заявила на полном серьезе.

– Извини, но я не могу рисковать. – проговорил он, покачав головой.

«Вот же ж… настырный! – зло подумала я, прищурившись. – Как же мне это все осточертело!».

Так хочется оказаться как можно дальше отсюда, например, дома, где тишина и покой! Андрей сейчас должен быть на работе, а как бы было здорово увидеть его! Я так соскучилась!

От воспоминаний о любимом женихе и не менее любимой квартире во мне проснулось настырное чувство. Чувство, которое твердило: «Стой на своем!».

– Уйди с дороги! – повторила с вызовом.

Но он как стоял, так и продолжал стоять. Эта ситуация начинала бесить!

Вообще этот день для меня стал самым ужасным днем на свете. Чего только со мной сегодня не случилось, чего только я не узнала и как со мной только не разговаривали! И, как итог, теперь еще не позволяют отсюда уйти.

От злости я подошла к парню и попыталась его оттолкнуть. Но, блин, легче скалу сдвинуть! Разочарованно застонав, я готова была расплакаться от несправедливости.

– Слушай, это уже не смешно, выпусти меня сейчас же! – отчаянно и в то же время требовательно проговорила я.

– Нет.

– Да ты издеваешься?! – воскликнула в отчаянье.

– Ни капли!

– Фиг с тобой! – вымолвила я. – Вот и сторожи двери, не зря же четвероногий! Наверное, на большее ты и не способен, – проговорила со злостью и обидой.

Я видела, как он стиснул зубы, как от ярости на его лице заходили желваки. Не успела я и глазом моргнуть, как оказалась висящей вниз головой!

– Ты что творишь?! – испуганно воскликнула, вцепившись в его футболку.

– То, что давно должен был сделать! – рыкнул Глеб зло в ответ.

«Да, по-видимому, я его сильно обидела», – подумала в панике и, немного усмирив свой пыл, спросила: – А что ты должен был сделать?

Но Глеб не ответил, по крайней мере, не сразу. Он молча направился в сторону лестницы и как только стал по ней подниматься, соизволил ответить. И вышло это у него как-то недобро:

– Скоро узнаешь.

Глава 6

– Немедленно отпусти меня! – испуганно выпалила я, дернув его за футболку.– Ты слышишь меня?– попыталась я дозваться до Глеба, но ответом снова было молчание.

Разозлившись, я ударила его, куда достала… в моем-то положении это «куда-то» пришлось по… м-м-м… филейной части парня.

– Глеб! – воскликнула недовольно.

Но в ответ – снова эта пугающая тишина.

Словно со стеной разговариваю, в самом деле!

– Вам помочь? – внезапно прозвучал вопрос, когда мы добрались до второго этажа.

Ну, как «добрались»? Правильнее будет сказать, добрался до него Глеб, а я так доехала…

– Да! Нет! – воскликнули мы с Глебом в один голос.

– Понял, я ничего не видел, – произнес этот… гад! – Глеб, ты только аккуратней, ладно? А то как-то неохота вновь остаться без хранительницы, – проговорил Егор и, усмехнувшись, скрылся из виду.

– ЧТО?! – испуганно воскликнула я, а Глеб, тем временем, продолжил путь. – ЕГОР? – позвала парня на помощь, вот только ответа я не дождалась и от него.

Когда мы поднялись на чердак, мой страх достиг той планки, когда можно было начинать паниковать. Я пыталась вырваться из захвата, дергала ногами и била парня, куда только могла достать, при этом ругаясь, как сапожник, то проклиная его, то прося отпустить.

Страх спутал мысли, окутал с головы до ног, так что, я не слышала, как Глеб начал бурчать, а после что-то объяснять мне.

Но куда там!

Войдя в комнату, Глеб беспардонно бросил меня на кровать, и пока я барахталась, стремясь подняться с нее как можно быстрее (а то мало ли, кто знает, зачем он меня сюда принес), парень поставил кресло возле дверей, уселся в него, закинул ногу на ногу и как-то лениво проговорил:

– Теперь можно и поговорить.

Его голос стал грубым, черты лица заострились, и Глеб стал похож на хищника. Страшного хищника. Вся прежняя наигранность и внешнее обаяние куда-то исчезли, и сейчас передо мной сидел не парень, а опасный мужчина.

Сама того не замечая, я начала пятиться под пристальным взглядом этого существа. Именно сейчас до меня, наконец, дошло, во что именно я влипла. Глядя в его страшные глаза, я поняла, что ему ничего не стоит перегрызть мне горло. Сейчас я по-настоящему испытала ужас! Даже в тот момент, когда этот мужчина в обличье волка шел на меня, когда считала, что он меня загрызет, я не испытывала такого ужаса.

– Тебе не стоит меня бояться, – произнес тихо он.

«Ага, как же! – мысленно съязвила я. – И вообще я не боюсь, просто опасаюсь», – попыталась успокоить себя, а вслух сказала: – А я и не боюсь! – еще и подбородок вскинула упрямо.

«Ага, кто бы знал как мне страшно на данный момент», – все же призналась себе.

– И поэтому пятишься в сторону ванной комнаты? – спросил он и самодовольно усмехнулся, показывая заостренные клыки.

– Ой, мамочки! – пискнула я, вздрогнув от этой картины. – У него еще и клыки!

– Я же сказал, что тебе не меня надо бояться! – раздраженно бросил он, а потом, как строгий учитель ученику, сказал: – Перестань трястись и сядь в кресло, мне надо многое тебе рассказать.

Я согласно кивнула и… метнулась в ванную комнату, захлопнув дверь и заперев ее. Конечно, она вряд ли выдержит напор зверя, но лучше хоть за какой-то преградой, чем находиться в одной комнате с опасным хищником.

– Это смешно, – услышала я. – Ты же понимаешь, что это меня не остановит? Послушай, если бы я хотел тебе навредить, то уже давно это сделал бы, пока не было свидетелей, – признался Глеб.

– Кто знает, может, ты только и ждал, когда появится твой дружок! – съязвила я.

– Ну, ладно, если тебе так спокойней… – тяжело вздохнул Глеб. – Ты помнишь, на чем мы остановились, пока нас не прервал Егор? – спросил он.

– Конечно! Ты грозился не выпустить меня из дома! Кстати, поздравляю: ты своего добился, я до сих пор нахожусь в доме и заперта в ванной! Доволен? – саркастически поинтересовалась у него.

– Ну, в ванной комнате ты закрылась сама, – насмешливо ответил он.

– А как иначе? Я боюсь тебя до ужаса!

За дверью послышался очередной тяжелый вздох.

– Я так понимаю, нормально поговорить у нас не получится! – нехотя произнес он. – Мне сейчас больше всего хочется послать все к черту и свалить отсюда. Но, к несчастью, я этого сделать не могу. Так что, тебе придется меня терпеть.

На его выпад я никак не отреагировала. А что можно на это ответить? Правильно, ничего! И дело не в том, что я не могу с ним сейчас поспорить или доказать свою точку зрения, а в том, что во всем этом нет никакого смысла. На данный момент я хотела лишь одного: сбежать отсюда

Послышавшиеся по ту сторону двери шаги, заставили меня насторожиться. Но я зря переживала: дверь осталась на своем законном месте, а вот голос парня послышался совсем близко. Вероятно, он просто решил подойти ближе, чтобы можно было нормально разговаривать.

– Данный дом принадлежит хранителям, – произнес Глеб.

– Этот дом принадлежит мне, – поправила его, вспомнив о чертовом наследстве, из-за которого здесь оказалась.

– Да, это так, – согласился он, а затем посоветовал: – Лучше не перебивай, а слушай.

Я на это лишь хмыкнула, но тут же вся превратилась вслух. Любопытство писателя – страшная вещь, оно даже страшнее простой женской любознательности. И в этом я убедилась, когда пошла по той чертовой колее, где и нашла на свою пятую точку приключения.

– Хранителем не каждый может быть… Но об этом подробнее тебе расскажет Виктор, – тем временем, начал рассказывать Глеб.

– А кто такой Виктор? – поинтересовалась у него.

– Перестань меня перебивать! – рыкнул он раздраженно. – Я все тебе расскажу, но по порядку, – немного помолчав, он продолжил уже спокойней: – Этот дом, он – как точка пересечения двух миров, твоего мира и нашего. Я тебе уже говорил, что не все хотят жить по правилам, для этого нужно отречься от семьи и суметь уйти от разгневанной стаи. Для семьи такой уход считается позором, а для стаи – предательством. Изменников вылавливают и убивают, – закончил совсем тихо Глеб.

От слов парня, сказанных шепотом, я вздрогнула, как от пощечины. Потрясенно смотря на дверь, я не могла поверить в услышанное. Отчего-то стало так обидно за тех, кто должен жить по чьим-то правилам.

Представив на мгновение, как бы сделала я, окажись в такой семье, тут же вздрогнула, понимая, что выбрала бы смерть. Никогда не любила, чтобы мною командовали или указывали, что есть, с кем дружить и вообще как жить.

– И что, с этим нельзя ничего сделать? – еле сдерживая злость на тех, кто смеет так поступать, пусть с не совсем людьми, но с живым человеком, спросила у Глеба.

– Почему же? – хмыкнул мой собеседник. – Как раз для этого и существуют хранители.

– И кто такие хранители? – задала следующий вопрос, который давно вертелся на языке.

– Ты можешь просто помолчать? – раздраженно спросил Глеб.

– Нет, конечно! – ответила, улыбнувшись.

С той стороны дверей послышался очередной тяжелый вздох, а следом – бормотание.

– Я уже начинаю скучать по старому хранителю.

– Почему? – спросила я, опускаясь на пол, понимая, что разговор будет долгим.

– Мария знала, когда нужно промолчать, а когда задавать вопросы, – ответил Глеб, и в его голосе прозвучали нотки грусти.

– А где она сейчас?

Почему-то мне не понравилось, что кого-то ставят мне в пример. И я впервые испытала неприязнь к незнакомой девушке, что было для меня непривычно.

– Она погибла, защищая такого, как я.

– Мне жаль, –тихо произнесла, ненадолго замолкая. – По твоим словам получается, что я – одна из этих ваших… хранителей?

– А ты не так уж глупа, как кажешься, – усмехнувшись, проговорил он.

– Ну, спасибо! – буркнула обиженно.

– Не обижайся! – примирительно произнес Глеб. – Да, ты теперь одна из хранителей. Правда, еще не посвященная.

– Это как? – спросила удивленно. – И что все же это значит – хранитель?

– Ты слишком любопытна и нетерпелива, – заметил он.

– Ну, извините, ваша честь, какая есть! – язвительно произнесла и обиженно скрестила руки на груди.

– Не язви, – бросил Глеб перед тем, как продолжить рассказ. – Хранитель – человек, одаренный силой, задачей которого является дать убежище тому, кто в нем нуждается, – неторопливо проговорил он. – Этот дом – то самое место, где мы можем чувствовать себя в безопасности. Хранитель защищает земли, что примыкают к дому, у него есть свои законы и правила, которые чтут все стаи, – объяснил он.

– Что будет, если я откажусь быть хранителем? – спросила тихо, осознавая, какая ответственность, лежит на плечах хранителя.

– Виктор будет искать нового, – тут же ответил Глеб. – Правда, на это могут уйти месяцы или даже годы, – добавил он.

– А что в этот момент происходит с вами?

– Это место без хранителя небезопасно. Если случается так, что хранитель погибает, все, кто был на его попечении, вновь становятся мишенями, – произнес Глеб. – Некоторые пытаются скрыться от ищеек в близлежащих городах, что не всегда бывает безопасно, а другие просят убежища у прочих хранителей. Но как только отверженным становится известно о новом хранителе, они возвращаются.

– Как это сделал Егор?

– Да, и он не единственный. Скоро начнут возвращаться остальные… кто выжил, – негромко проговорил он.

– Ты же сказал, что пока не пройдено посвящение, хранитель не может быть хранителем! – возмутилась я.

– Да, это так, – согласился Глеб.

– Получается, что им здесь будет небезопасно, даже если я останусь, – задумчиво произнесла я, нахмурившись.

– И тут ты права.

– И что, их никак нельзя предупредить, чтобы не возвращались? – спросила, вскакивая на ноги.

– К сожалению, нет, – ответил Глеб и прерывисто вздохнул.

Я стала нервно расхаживать по небольшой комнате, обдумывая услышанное и пытаясь понять, как быть.

Конечно, я не горю желанием здесь оставаться и, тем более, не желаю кого-то защищать. Но сидеть сложа руки и ждать, когда за кем-то (в том числе и за мной) явятся, я не собираюсь! И пусть я не хранительница, в чем точно уверена (хотя Глеб утверждает обратное), считаю, что смогу побыть в этом месте еще пару дней, пока не появится Виктор.

Думаю, у меня все равно нет выбора с таким-то надзирателем…

Подойдя к двери, я отодвинула засов и, распахнув ее, вышла из своего укрытия, чтобы сразу замереть, обнаружив парня сидящим на полу.

– Когда явится Виктор? – встретившись с ним взглядом, поинтересовалась я.

Глава 7

– Не знаю, – ответил Глеб и пожал плечами. – Может, сегодня, а может, через месяц.

– Что?! – выдохнула я, пораженная его словами. – Какой, к черту, месяц?!

Моему возмущению не было предела! Максимум на что я согласна – задержаться здесь на пару дней.

Я хотела сообщить об этом ему, но в последний момент решила промолчать. Что толку, если выскажу все, что думаю по этому поводу? Все равно он не отпустит меня, пока не появится Виктор.

– Ну, может, и раньше…– задумчиво проговорил Глеб, вырывая меня из раздумий. – Если его ничего или, точнее, никто не задержит.

– А вы что, никак не поддерживаете связь? – спросила, нахмурившись.

– В каком смысле?

– Телефон? – привела я пример, вопросительно глядя на парня, который продолжал сидеть на полу.

– Смешно, – хмыкнул Глеб. – И часто ты созванивалась за последнее время? – поинтересовался он насмешливо у меня.

На его вопрос я лишь скривилась, вспомнив, что связи не видела с того самого момента, как оказалась в этом злополучном месте.

– Даже если бы здесь имелась связь, – проговорил Глеб, и усмехнувшись насмешливо продолжил: – Куда ты предлагаешь засовывать телефон, когда он находится в обличие волка?

– Да поняла я уже! – раздраженно бросила ему в ответ.

Что за фигня со мной сегодня происходит?! Не успела я осознать и принять одну информацию, как на меня выливают другую.

С утра пораньше передо мною парень превращается в волка, потом мне приходится иметь дело неизвестно с кем, которые требуют отдать им парня, чтобы его убить, а потом этот же парень уверяет, что я – некий хранитель, который обязан защищать таких, как он. И я еще молчу о том, что происходило со мной на крыльце дома! Что ни говори, но сегодняшний день полон открытий и потрясений. Даже боюсь подумать, что еще такого поразительного со мной может произойти!

«Так, стоп! Никаких плохих мыслей! – остановила я себя. – Мне срочно нужно успокоиться и подумать, как быть дальше».

Не обращая внимания на Глеба, я развернулась и направилась к выходу. Вот только тут меня поджидало препятствие в виде кресла, подпиравшего дверь. Но отчего-то это мне показалась такой мелочью, что я спокойно стала отодвигать его.

– Что ты делаешь? – поинтересовался у меня Глеб.

– А разве не видно? – пыхтя от натуги, проговорила я.

Каким бы ни было тяжелым кресло, я все же сумела его немного сдвинуть. Правда, сделать это оказалось сложнее, чем выглядело сначала. А ведь Глеб поднял и переставил его, будто оно ничего не весит!

– Давай помогу, – произнес парень, поднимаясь.

Вот только предложил он это поздно. Приоткрыв дверь, я проскользнула в небольшую щель, тут же поспешив вниз. В комнате послышалось грозное ругательство, а после дверь распахнулась и с грохотом ударилась о стену. Не обращая на это внимания, я продолжала торопливо спускаться. За спиной раздались шаги парня, который кинулся меня догонять.

– Ты куда собралась? – послышался его недовольный голос.

– Вниз, – коротко ответила, не замедляя шаг.

– Ты же понимаешь, что я не позволю тебе уйти?

– Не начинай, ладно? – бросила я, разозлившись.

Ну, правда, сколько можно повторять одно и то же? Я и с первого раза поняла, что просто так отсюда не смогу уйти. Ну, подумаешь, попыталась пойти напролом и сбежать. Хотя сейчас понимаю, что это было глупо, но попробовать я все равно должна была. Вдруг бы получилось?

Что ж, мне теперь сесть и сложить ручки на коленях, дожидаясь, когда скажут, что делать? Конечно же, нет! Если выпадет шанс, тоя снова попытаюсь сбежать, вот только нужно будет сначала все хорошо обдумать.

Как только мои ноги коснулись пола первого этажа, я мгновенно остановилась. Естественно, спускавшийся за мной Глеб, не ожидая подобного, врезался в меня. Снова. Но на этот раз я никак не отреагировала на это, с интересом наблюдая за происходящим в комнате.

Оказывается, пока я беседовала с Глебом наверху, в доме появились очередные четвероногие… то есть парни. Четверо, все были настолько разными, что если бы я встретила их в городе, то даже и не подумала, что у них может быть что-то общего. Но сейчас я точно знала, что именно у них общее: высокие подкачанные, смуглые. Они что-то бурно обсуждали, громко смеясь. Заметив нас, парни притихли и внимательно, с неким интересом начали меня изучать.

– Это… – хотел Глеб представить парней, но я его перебила:

– Нет, не желаю больше ничего знать!

На данный момент мне было абсолютно пофиг на все и всех. Я больше не хотела ни с кем знакомиться, узнавать чью-то судьбу и проникаться в их проблемы. С меня хватило рассказа Глеба, из-за которого я испытала жалость к ним. А это чувство очень-очень нехорошее, из-за него я могу наделать много глупостей. Что, собственно, и случилось: пожалев этих существ, я уже согласилась тут остаться, пусть и ненадолго.

Резко развернувшись, я обошла нахмурившегося Глеба и отправилась в противоположную от выхода сторону. Тут же за спиной раздались дружный смех и улюлюканье. Вот только мне было плевать на это, я молча продолжила идти к своей цели. Мне сейчас не до этого, а вот после я что-нибудь обязательно придумаю. Я никому не позволю смеяться над собой!

Наконец, я достигла той комнаты, куда, собственно, еще пару дней назад не собиралась заходить, тем более, за тем, ради чего спустилась сюда сейчас. В подвальной комнате я обнаружила еще нескольких парней. Они разместились на диване и до моего прихода о чем-то яростно спорили. Стоило мне только появиться в комнате, как парни замолчали и с любопытством посмотрели на меня. Видимо, во мне они не увидели ничего интересного, так как перевели взгляды мне за спину.

– Здорово, Глеб! – проговорил один из парней. – А мы слышали, что ты уже того… даже и не рассчитывали тебя здесь увидеть.

– Было дело, – нехотя буркнул Глеб.

Закатив глаза от абсурдности разговора, я подошла к бару и сделала то, ради чего сюда спустилась. Взяла бокал и налила туда первое, что попалось под руку. Лишь только после того, как хлебнула содержимое бокала, пожалела, что не прочитала название алкоголя.

Слезы навернулись на глаза, горло обожгло пламенем, которое потекло по горлу вниз, обжигая желудок. Не сразу, но я все же сделала первый вздох и тут же закашлялась от крепости напитка. Но когда удалось нормально вздохнуть, поняла, что мне стало немного легче.

Подняв взгляд, я посмотрела на присутствующих, которые пристально следили за мной. Я склонила голову набок и стала с интересом рассматривать парней. Русоволосые, как и остальные, смуглые, только эти были похожи друг на друга. Только цвет глаз у них немного отличался: у одного цвет был темней.

«Братья?», – удивилась я.

Но удивление прошло довольно быстро, стоило лишь посмотреть на остальных. Почему-то они не сильно отличались друг от друга. Высокие, подтянутые и смуглые, они, конечно, различались, овалом лица, вырезом и цветом глаз, да и цвет волос был от более светлого до черного. Но, по сути, они словно сделаны на одном фабричном станке.

– Значит, ты очередная хранительница? – пафосно проговорил парень, который обращался к Глебу.

Пока только он в этом месте был самым разговорчивым, остальные же были лишь слушателями. Посмотрев на говоруна, я скривилась: парень выглядел чересчур пафосно, особенно для этого места. Одет не абы как, а в брендовые вещи, хотя… присмотревшись к остальным, я поняла, что они все одеты чуть ли не от кутюр, и это заставило меня раздраженно фыркнуть.

– А ты, значит, очередной четвероногий? – также пафосно поинтересовалась у него.

Парни дружно заржали, а тот, что сидел рядом, еще и пихнул товарища в бок, буркнув что-то типа «она тебя уделала», от чего даже я не удержалась и усмехнулась, а парню это явно пришлось не по душе. Он гневно посмотрел сначала на меня, потом на Глеба и недовольно поинтересовался.

– Виктор что, не мог найти более сговорчивую девицу?

Этот вопрос заставил меня насторожиться.

«При чем тут Виктор с поисками девицы? – подумала я, бросив непонимающий взгляд на Глеба, заметив в его глазах растерянность. – Неужели я оказалась в этом месте не просто так?», – поняла я, но все же решила посмотреть, что на это ответит Глеб.

– Что именно он имел в виду говоря это?

– Карин, я потом тебе все объясню, – ответил он, после чего перевел недовольный взгляд на говоруна и спросил: – Ты когда с ним разговаривал?

– Минут пять назад. Сказал, что скоро будет,– ответил тот, пожимая плечами.

– Как разговаривал? – еще больше запутавшись, пробормотала я.

То ли дело было в алкоголе, то ли я точно не понимала, что здесь происходит. Я сама видела, что связи тут нет, ведь пробовала несколько раз сегодня звонить. Да и Глеб сказал…

– По мобильному телефону, – усмехнувшись, ответил«говорун».

– Мобильнику, – медленно произнесла я, поворачиваясь к Глебу.

– Да, знаешь, это такой маленький предмет, по которому можно связываться с кем-то на большом расстоянии, – словно глупому ребенку, разъяснил мне все тот же наглый парень, которого я начала потихоньку ненавидеть.

Возмущение, негодование и злость на одного конкретного недочеловека накрыли меня с головой! И плевать мне сейчас хотелось на то, что надо мной глумятся и считают глупой! Сейчас это было не главным.

– Гле-е-еб?! – недовольно окликнула я парня, ожидая разъяснений.

Чувство ненависти и злости начало разрастаться в груди все сильнее, ведь ответа от него я так и не дождалась. Зато увидела осознание того, что ляпнул он явно лишнего. И от этого внутри стало все пылать от ярости, разрывая меня на мелкие кусочки. Ощутила, как повысилось давление, участился пульс, и мне безумно захотелось сорваться, наорать и выплеснуть весь скопившийся во мне гнев.

Я почувствовала, что внутри опять стало просыпаться что-то неестественное: нечто неправильное, чужеродное, и оно все разрасталось. Это пугало и радовало меня одновременно. Я чувствовала в себе силу отомстить обидчику за ложь и за все, что со мной происходит в данный момент. Даже понимание того, что в происходящем виноват не только он один, не уменьшало злость, бурлившую во мне.

– Карин, я тебе все объясню, только, пожалуйста, успокойся, – негромко произнес Глеб.

– Я спокойна! – ответила также негромко. – Мне просто очень интересно, как этот… – и я не поворачиваясь ткнула пальцем в сторону парня, – смог поговорить с Виктором, тогда как ты говорил, что это невозможно? А еще мне интересно, почему мой мобильник все это время не работал? –с каждым словом мой голос повышался, а в конце я была готова запищать от возмущения.

Слезы застилали глаза, грудь сковало болью. Было так больно и обидно, что я не могла нормально вздохнуть. Негодование, злость и безысходность от того, в каком дерьме я оказалась, давили со всех сторон. Открывающиеся каждый раз новое подробности заставляли мой разум заходить в тупик, не находя ответов.

Чувство отчаяния… Наверное, одно из ужаснейших на свете чувств – когда наступает понимание, что ничего уже нельзя сделать или изменить. Когда начинаешь убивать себя внутри. Это очень больно и жутко от одной только мысли, что это конец.

«А ведь я просто хотела вернуться домой», – в отчаянии подумала я.

– О чем еще ты солгал? – сиплым голосом спросила, еле удерживая в себе то, что рвалось наружу.

– Карина… – проговорил Глеб и сделал шаг ко мне.

– Не подходи!

«Не хочу его больше видеть, не хочу, чтобы он находился рядом!», – злясь все сильнее, думала я.

И в этот момент внутри стал разрастаться шар, сдавливая грудную клетку, доставляя адскую боль. Это что-то, ранее неизвестное мне, будто пыталось вырваться наружу. От ужаса перед новыми ощущениями и ожиданием того, что может произойти, я схватилась за грудь, пытаясь успокоиться и унять бурю внутри себя.

– Карина?! – окликнул меня Глеб. – С тобой все в порядке? – взволнованно спросил он и дотронулся до меня.

Не знаю, что произошло со мной дальше… Единственное, что я хотела на тот момент, чтобы Глеба не было рядом, и уж тем более, чтобы он не касался меня. Я всего лишь хотела оттолкнуть его от себя… Но стоило мне поднять руку, как Глеба словно ветром сдуло. То, что я удерживала внутри себя, вырвалось – не знаю, как именно, но отразилось оно на том, кого я хотела наказать.

Глеб пролетел через всю комнату, врезавшись спиной в стену, он съехал по ней на пол. Продолжая сидеть, парень шокировано смотрел на меня. А я после этого стало чувствовать себя отомщенной и больше не ощущала внутри ничего, кроме… шока.

– Вау! – раздалось сбоку. – Это было…

– Карина, выходи за меня, – перебил его другой голос.

Только сейчас вспомнив, что помимо нас с Глебом тут находились посторонние. Но, тем не менее, я не обратила внимания на пафосные шутки парней, продолжая смотреть на Глеба. То, что слова парней явно не понравились Глебу, я заметила первой и поэтому, немного напуганная его реакцией, непроизвольно отступила назад. Глаза парня стали светиться, скулы заострились, а на руках появились когти…

– Пошли отсюда! – рыкнул Глеб.

– Что?! – немного удивленно произнесли парни в один голос, переводя взгляд на Глеба. – Быть этого не может… – прошептал один из них.

– Вон! – рявкнул Глеб и… превратился в волка.

Рыча и скаля пасть, он пошел на парней. Я и глазом моргнуть не успела, как посреди комнаты стояли два одинаковых волка. Рыча и огрызаясь на рык белого волка, они стали пятиться к лестнице, остальные же почти сразу свалили, оставляя меня один на один с обезумевшим зверем.

Глава 8

Белый волк проследив, как посторонние покинули комнату, рыкнул напоследок, и развернувшись, пошел на меня!

Смотря зверю в глаза, я медленно отступала, пока спиной не дотронулась до стены. Тут же вздрогнула, вспоминая, чем закончилось встреча с волком в первый раз. Вот только сейчас пришло осознание, что одними царапинами я сейчас не отделаюсь, ведь это конец.

Волк медленно приближался, пристально наблюдая за мной. От этого леденящего душу взгляда, полного то ли ненависти, то ли ярости хотелось зажмуриться, закричать, а лучше сбежать и спрятаться. Но словно загипнотизированная голубым свечением его глаз, просто стаяла и смотрела.

Волк подошел совсем близко… Я ощутила тепло исходящее от него, и запах… Почему-то пах он не псиной, как было там на крыльце с другими, а зимой. Тем самым морозным утором, когда накинув куртку, выбегаешь на улицу, чтобы увидеть первый снег.

Мотнув головой, прогоняя странные мысли, я судорожно вздохнула, задерживая дыхание и с опасением следя за волком. Внезапно он заскулил, вынуждая меня вздрогнуть, а после уткнулся мордой мне в живот.

Воздух из легких вырвался с первым всхлипом, ноги подкосились, и я медленно по стеночке осела на пол, утыкаясь лицом в колени. Ужас, что успела испытать, пока зверь шел на меня, не передать никакими словами. За эти недолгие пару минут, что показались мне вечностью, я успела в очередной раз попрощаться с жизнью.

Я сидела, уткнувшись в колени, и рыдала. Никогда не любила это дело, считая, что слезы удел слабых, предпочитая трудности одолевать с улыбкой. Но сейчас… возможно, именно в этот момент мозг осознал, что такого просто не может быть! Человек не может превращаться в волка! В какой-то момент слезы сменились смехом… от понимания, что я медленно схожу сума. Из истерики меня грубо выдернул грозный рык. Моментально перестав смеяться, я бросила недовольный взгляд на волка.

– Чего рычишь? – бросила раздраженно. – Не нравится, проваливай отсюда! – сказала, махнув на выход.

После чего вытянула ноги и откинулась на стену, устало прикрывая глаза. И почти тут же почувствовав, как один наглый волк прилег рядом. Приоткрыв один глаз, я посмотрела на волчару. Некоторое время он смотрел на меня, а после издав жалобный скулеж, положил голову мне на ноги, продолжая смотреть снизу вверх.

– А ты все-таки наглый, – произнесла я, на что волк лишь фыркнул.

Некоторое время мы сидели, в тишине, размышляя каждый о своем (хотя тут я сомневаюсь, может ли волк вообще размышлять). Хотелось знать, о чем еще мог солгать Глеб, и каким образом я замешана во все происходящем. Ведь насколько правильно я поняла из слов говоруна Виктор искал хранительницу и почему-то его выбор пал на меня. Но больше всего меня волновало, что было со мной парой минут назад. Из-за чего Глеба снесло, словно ветром, и почему он так резко сменил облик, при этом выгнав из комнаты невольных свидетелей? Столько вопросов и потребовать ответы не у кого! Не у волка же мне требовать ответов, в самом деле.

– Знаешь, ты уже в который раз напугал меня до ужаса, – прошептала тихо, так и не открыв глаза.

Так было легче, я могла представить, что сижу не в доме, с целой кучей не пойми кого, а дома. В уютной и такой родной городской квартире, что вот сейчас меня разбудит Андрюша, прошептав на ушко:«Просыпайся, моя соня». Но вместо этого я получила очередную порцию скулежа на всю комнату! Скривившись, открыла глаза и посмотрела вниз на волка, жалобно смотрящего на меня.

– Что скулишь, не нравится? – спросила язвительно. – Мне вот тоже не нравится, в какой жопе я оказалась не пойми из-за кого.

В ответ раздался очередной скулеж, который стал уже порядком раздражать!

Протянув руку, я зарылась ею в белую густую шерсть. Не знаю, почему я это сделала, но в комнате, наконец, наступила тишина. Посмотрев вниз, я увидела, как зверь прикрыл от удовольствия глаза.

– Нравится? – усмехнулась я, но волк никак не отреагировал, продолжая тихо лежать. – Хорошего понемногу! – серьезно произнесла и, видя, как волк открыл глаза, добавила. – Давай, возвращай свой человеческий вид, мне нужно задать тебе пару… ммм… тройку вопросов.

На мою просьбу волк повел себя странно. Он стал пятиться от меня к выходу и жалобно поскуливать, чем вызвал во мне недовольство.

– Слушай, мне вся эта фигня тоже не по кайфу. Но раз я влипла в это дерьмо, то будь так любезен, рассказать кто вы такие, и чем мне все это грозит! – проговорила недовольно, наблюдая за тем, как он продолжил пятиться к выходу. – Глеб, это уже не смешно! – гневно выкрикнула я, вскакивая на ноги.

После моего крика волк резко вскочил на лапы и рванул из комнаты, оставляя меня стоять с открытым от шока ртом.

– Здорово! – яростно проговорила в тишину комнаты, направляясь на выход. – Лучше просто не придумаешь!

Поднявшись наверх, я попыталась отыскать там Глеба, но, увы, его не было, но зато был «говорун». Он разместился на диване и вместе с остальными смеялся, снова что-то бурно обсуждая.

Они не обращали на меня никакого внимания. Даже когда я встала напротив них, скрестив руки на груди. Они не соизволили даже посмотреть на меня после того, как я попыталась привлечь их внимание покашливанием.

– Мне нужны ответы! – серьезно проговорила я.

В данный момент мне было не до их надменности. Мне нужны ответы и я их получу! Даже если для этого придется потревожить нескольких зазнавшихся четвероногих.

– Так иди и спроси их у своего белого друга, – заржав, ответил один из присутствующих, и ему вторила еще парочка парней.

Не поддержали дружеский смех лишь те, кто находился с нами в подвале. По всей видимости они не горели желанием попасть под горячую руку.

– С удовольствием бы это сделала, – язвительно улыбнулась ему, а после зло рыкнула: –Вот только он сбежал, поджав хвост!

Стоило мне произнести эти слова, входная дверь распахнулась, и в дом ввалился окровавленный парень.

Я с ужасом наблюдала, как бессознательное тело падает на пол, как к нему бросились все присутствующие, как едва живого парня аккуратно поднимают и несут к дивану.

Шокированная данным зрелищем, я, словно загипнотизированная, смотрела на истерзанное тело. Мне было не до наготы парня, все мое внимание было приковано к ранам. Их было бесчисленное множество. Рваных и колотых, глубоких и поверхностных – все это выглядело очень страшно.

В какой-то момент ко мне подошел парень. Он что-то говорил или просил, а может, что-то хотел от меня. Но я не слышала… не понимала… просто не могла понять. Перед глазами стаяла картина темных глаз, наполненным страхом и нежеланием умирать. Именно это я увидела в глазах парня перед тем, как он потерял сознание.

Одна лишь мысль, что на моих глазах умрет человек, вызывала панику. Она потихоньку накатывала на меня, словно морские волны на песчаный берег, сначала потихоньку, а потом все сильней и сильней…

Но после услышанной фразы, брошенной кем-то так безразлично:«Не жилец», во мне что-то щелкнуло. Сначала я испытала возмущение и недовольство на придурка, что посмел сказать подобное, а затем злость и ярость на остальных. Поскольку они просто стоят вокруг, смотрят, как умирает их собрат, не пытаясь ему помочь!

Как получилось, что я смогла оказаться рядом с раненым, сама не поняла. На данный момент это было и неважно. Внимательно рассматривая рану за раной, я пыталась определить самые серьезные. Но их было очень много! Я подняла руку в намерении… не знаю чего именно, просто чувствовала, что так нужно. Словно это может помочь…

Вот только моя рука так и не успела прикоснуться к парню. Кто-то бесцеремонно перехватил меня за талию и начал оттаскивать от раненого.

– Уйди от него, что не видишь, он умирает. Сейчас не время рассматривать парня, как объект изучения, – произнес грубый голос над головой.

– Отпусти! – в панике прокричала я, понимая, что время уже пошло не на минуты… что сейчас каждая секунда дорога.

Но меня словно и не услышали, все дальше оттаскивая от парня. Я стала вырываться, в отчаянии смотря на того, кто может погибнуть из-за какого-то придурка. Вот только все попытки вырваться из цепких лап парня было невозможно.

«Где носит Глеба, когда мне помощь его нужна?»,– подумала я, продолжая вырываться.

– Я сказала, отпусти! – прорычала в ярости.

И, как не странно, меня отпустили.

Не стала оборачиваться, чтобы увидеть того, кто меня держал, как и не стала задумываться, почему он все же решил отпустить. Просто ринулась к дивану, а перед ним рухнула на колени, сдирая их и морщась от боли.

Хватаясь руками то за одну рану, то за другую, задерживая ладони на месте всего на мгновения. Не знаю, что именно я делала, просто чувствовала, как силы потихоньку меня покидают.

Мне казалось, что все это происходит словно не со мной. Я как будто со стороны наблюдала за тем, что творит мое собственное тело. А еще ощущала некоторое тепло, что вытекало из рук, и плавно перемещаясь к парню. Я с затаившим дыханием наблюдала, как раны парня затягивались прямо на глазах. Когда самыми глубокими и серьезными ранами было покончено, и жизни парня ничего не угрожало, я поддалась вперед и проговорила ему на ухо.

–Оборачивайся, – я откуда-то знала, что он слышит меня, а еще знала, что ему нужно обернуться, чтобы быстрее восстановиться, но парень почему-то не спешил этого делать. – Оборачивайся! – проговорила я громче.

– Карин?! – взволнованно позвал меня один из парней.

– Я сказала, оборачивайся сейчас же! – приказала парню.

И он, наконец, услышал меня, начав оборачиваться. Это происходило не так быстро, как делал Глеб, а очень медленно и, по всей видимости, болезненно. Потому что парень стонал, плотно сжимая челюсти. Но главное, он справился! И теперь передо мной на диване лежал огромный черный волк.

Поднявшись с колен, я пошатнулась, но, удержав равновесие, медленно прошла мимо удивленных парней на кухню. Резких движений старалась не делать, понимая, что просто рухну без сил. Было такое ощущение, словно я зажигала целые сутки в очередном клубе, а теперь меня хватит только дойти до кровати. Подойдя к раковине и включив теплую воду, я стала как можно быстрее (в моем-то состоянии) смывать с рук кровь. Заметив позади себя «говоруна», спросила у него, не оборачиваясь:

– Куда делся Глеб?

– Не знаю, – ответил он, но увидев мой недовольный взгляд брошенный через плечо, ответил иначе: – На улицу выскочил.

–Ясно, – буркнула, устало выдохнув. – Мне нужен помощник, желательно несколько.

– Что делать? – спросил кто-то другой.

В этот момент я, наконец, закончила отмывать чужую кровь с рук. Взяв полотенце, я развернулась и встретилась с внимательными взглядами застывших неподалеку парней. Вздохнув глубже и прикрыв на мгновение глаза, я попыталась не потерять тот настрой, те чувства и ощущения, что возникли во мне. Такие чужие, непривычные, но такие родные.

«Сейчас не время их терять, еще рано…», – попыталась настроиться я, после чего открыв глаза, проговорила: – В нескольких сотнях от сюда чужие, и мне нужно туда. И как можно быстрее.

– Откуда знаешь? – хмуро произнес один из парней.

– Друг ваш нашептал, – ответила язвительно, так как сама не понимала, откуда знаю это. Бросив полотенце прямо на пол, я направилась на выход. – Там еще несколько ваших, сама я не успею туда добраться. Сил нет.

–Тогда что мы стоим? – возмутился «говорун», накидывая мне на плечи пальто и подхватив на руки, выбежал на улицу.

Вслед за нами дом покинули остальные. Они тут же обернулись в волков и, принюхавшись к запаху, рванули вперед, за ними побежал и «говорун». Он бежал не так быстро, как волки (все же я не тростинка), но по сравнению с обычным человеком его скорость была впечатляющей.

– Что ты сделала там… с Максом? – задал парень вопрос.

– Не знаю, – честно ответила, пожимая плечами, а немного подумав добавила: – Жизнь спасала.

–Бред, – буркнул он.

– Почему? – удивилась я такой реакции.

– Просто такого быть не может.

– Почему? – снова поинтересовалась у него.

– Такого раньше не было, – задумчиво проговорил парень.

– То есть, если такого раньше не было, то это сразу бред?

– Нет, просто… странно как-то.

Наконец, сообразив, что так общаться неудобно, я решила спросить, как его зовут, не звать же мне его постоянно «говоруном».Но я не успела спросить его имени, потому что внезапно мы оказались на поляне, где перед нами открылась ужасающая картина.

Волки драли друг друга с такой жестокостью, словно они были не собратьями. До ушей то и дело доносилось дикое рычание, жалобный скулеж, клацанье клыков и жуткий вой. Волков было так много, что я не успевала за ними.

– Прости, – бросил парень, и всего миг – меня опустили, заставляя стать на ноги.

Я тут же провалилась в снег, ощутив холод. Только сейчас вспомнив, что забыла, переобуться с комнатных угги на зимнюю обувь. Но эта мысль быстро улетучилась, когда возле меня парень обернулся в волка и с диким рычанием ринулся в бой. Я же с ужасом смотрела на происходящее, не зная, чем могу помочь. Там в доме, после того, как спасла парня, я чувствовала в себе уверенность, что поступаю правильно. Но сейчас, стоя в стороне и смотря на то, как волки уничтожают друг друга, ощущала лишь панику и страх, не знала, чем помочь тем, кого привела на верную погибель.

Внезапно я увидела среди этого хаоса знакомого белого волка. Сердце замерло от страха и в ту же секунду учащенно забилось. Я с ужасом наблюдала за тем, как он дерется с таким же белым волком, который был в несколько раз крупнее.

– Глеб… – прошептала я имя парня.

Я не знала, что волк сможет услышать этот шепот, но он услышал… и повернулся в мою сторону. Я не хотела этого… Я не знала, что так получится! Всего секунда, и противник, воспользовавшись моментом, вцепился в горло моего волка!

– ГЛЕБ! – от страха и боли я закричала, зажимая уши, чтобы не слышать и зажмуривая глаза, чтобы не видеть.

От понимания, что я виновата в смерти парня, обессилено упала на колени, ощущая дикую боль, прожигающую все тело.

Глава 9

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем я осмелилась открыть глаза. Очень медленно раскрывая их, я даже не предполагала, что могу увидеть подобное. Испуганно озираясь, не веря тому, что предстало передо мной.

Я смотрела на пустую поляну, словно здесь не было страшной бойни, будто то, что происходило на ней всего мгновение назад, мне просто приснилось. Лишь кровавые следы подтверждали реальность событиям.

Но все эти странности быстро пронеслись в голове, растворяясь на задворках памяти, стоило вспомнить страшную картину, которая случилась по моей вине. Именно поэтому мне было все равно, куда все резко подевались. В голове взволнованно билась одна единственная мысль о парне, который, возможно, погиб из-за меня.

Попытавшись подняться, я хотела пойти… побежать туда, где в последний раз видела Глеба. Ведь я обязана ему помочь, должна попробовать… Но я не смогла толком подняться, как обессилено рухнула. Внезапный упадок сил не позволял сдвинуться с места, доставляя ноющую боль в теле и вынуждая кривиться при новой попытке подняться.

Вот только… это не остановило меня. Собрав волю в кулак, я снова и снова пыталась подняться, чтобы добраться до него. Я чувствовала, что нужна ему, и времени оставалось очень мало.

Не обращая внимания на слабость и дрожь в теле, я стремилась вперед. Слезы застилали глаза и мешали что-либо разглядеть, рыдания вырывались из груди, не давая нормально дышать. Падая, сдирая ладони в кровь об холодный рыхлый снег, я снова поднималась и двигалась вперед. Во мне прочно поселился страх, боязнь не успеть и быть виновницей в смерти… человека.

Я видела, как на поляну отряхиваясь, стали выходить волки. Они скалились и рычали друг на друга, но кидаться в бой вновь не спешили. Это, конечно, выглядело странно, но все это прошло мимо меня. Ведь я все также упорно пыталась добраться до того места, где по идее должен находиться Глеб.

Я нашла его за деревом в сугробе. Глаза волка были закрыты, и всего на секунду я испугалась, что не успела, что он погиб. Отгоняя подобные мысли прочь, я упала перед ним на колени и протянула дрожащую руку, помедлив лишь секунду, а после прикоснулась к ужасной рваной ране на шее, прикрывая глаза.

Я пыталась сосредоточиться и повторить то, что совсем недавно делала в доме. Всеми силами я старалась не думать, что именно по моей вине Глеб умирает. Руки жутко тряслись, паника нарастала сильнее из-за того, что ничего не выходило. Просто не получалось и все!

Возможно, в тот раз у меня получилось, потому что передо мной лежал парень, а не волк? А может, у меня ничего не получилось, потому что я была обессилена и сил едва хватало на то, чтобы оставаться в сидячем положении? Не знаю точно, что меня удерживало от того, чтобы не упасть без чувств рядом с Глебом. Вероятно, простое упрямство, а может, дело было все в том же страхе?

Внезапно позади послышалась ругань, а в ответ на это последовало грозное рычание. Распахнув глаза, я бросила на поляну недовольный взгляд.

А там происходило довольно интересное зрелище. Не обращая внимания на мороз и снег под ногами, волки оборачивались. И то, как они это делали, было просто потрясающе! Только что перед твоим взором стоял волк, а спустя пару секунд и одну полупрозрачную дымку, поднимается уже человек.

Я на мгновение застыла, с любопытством следя за ними, позабыв о страхе, полностью успокаиваясь. А когда под ладонью внезапно почувствовала прерывистый вздох, то словно очнувшись от гипноза, повернулась к волку. Нет, к парню.

Глеб лежал на спине и изумленно смотрел на меня. Я же сидела и потрясенно смотрела на парня, не веря, что у меня все получилось. Я даже позабыла о том, что рука до сих пор покоилась на его шее.

–Привет, – хрипло проговорил он, улыбнувшись.

– Привет… – ответила и… снова разревелась, до конца не веря, что смогла!

До конца не понимая как, но я снова спасла жизнь. И это были не с чем несравнимые эмоции: радость, удивление, неверие и счастье…

– Ну, ты чего? – озадаченно спросил Глеб.

– Ты… живой… – просипела сквозь рыдание, утыкаясь лицом в его обнаженную грудь.

– А ты хотела, чтобы я умер? – чуть слышно задал он вопрос, задержав дыхание.

Я отрицательно замотала головой продолжая плакать на его груди. Наверно, Глебу мой ответ понравился, потому что он выдохнул и, смеясь, проговорил.

– Ну и чего тогда слезы лить, я же живой… – а потом немного озадаченно добавил: – Хотя это странно.

– Что вы все заладили: странно да странно. Я, между прочим, только что тебе жизнь спасла снова, мог бы и спасибо сказать, – недовольно пробурчала я.

После моего причитания Глеб насторожился и словно в камень превратился. Руки парня обвились вокруг меня, а из груди вырвался рык. От такой резкой перемены его настроения я испуганно сжалась в комочек. А Глеб одним резким движением поднялся на ноги, продолжая удерживать меня на руках.

– Ты как здесь оказалась? – недовольно прорычал он.

– Глеб?! – тихо и испуганно позвала я парня.

– Я задал вопрос! – рыкнул он.

Не зная, что ему на это ответить, я просто молчала, а Глеб сердился все сильней. Я никак не могла понять, что не так с этим парнем. Всего пару минут тому назад он смеялся, а сейчас ведет себя словно… дикое животное.

– Она попросила помощи… я помог, – раздался сбоку голос говоруна

«Черт!», –мысленно выругалась я, наконец, вспоминая, где нахожусь, и что на поляне мы не одни.

– Больше не смей к ней прикасаться! – прорычал Глеб на парня.

От такого заявления я всего на мгновение растерялась, но этого хватило, чтобы не найти чем ответить ему. Вывернувшись в крепких руках Глеба, я посмотрела на присутствующих, которые пристально следили за нами.

«Не знаю, почему они так смотрят, но мне это определенно не нравится!», –подумала я и тут же шепотом спросила у Глеба, позабыв о том, что он не в духе: –А почему они так на нас смотрят?

Перед нами стояло несколько десятков оборотней, среди которых было больше взрослых мужчин. Одного из парней я вспомнила! Он утром приходил к дому, требуя отдать Глеба, точнее, не именно он. Но он был среди тех мужчин и этот парень блондин.

Мне не составило труда понять, что это именно он дрался с Глебом. К тому же, кроме него и Глеба, здесь не было больше блондинов. А насколько я успела понять, эти существа обращаются в волков под цвет волос.

«Или же у них цвет волос по сущности волка? – подумала я и тут же возмутилась: – Что за несправедливость? Почему никто ничего не хочет мне объяснять? Я что, должна сама обо всем догадываться?».

–Потом, – коротко ответил Глеб и, вероятно, мне просто показалось, что он чем-то взволнован. – Пора возвращаться.

– Очень интересно… – внезапно раздался грубый голос. – Сколько живу, а такого еще не видел,–проговорил мужчина выходя из толпы. – Она только что спасла тебе жизнь.

Чем ближе он приближался к нам, тем сильнее Глеб прижимал меня к себе, издавая при этом рычащие звуки. Он остановился всего в паре шагов от нас, внимательно рассматривая меня и к чему-то принюхиваясь.

Насколько я успела заметить они, таким образом, пытались что-то понять или определить. Правда, я еще не догадалась, что именно они переделяют при помощи запаха. Но ничего, почему-то я уверена, что вскоре буду знать о них все.

Поняв, что мы никуда уже не торопимся, решила провести время с пользой и начала с интересом рассматривать мужчину. Почему-то при виде его пугающего вида я не испытывала ни страха не тревоги. Возможно, просто устала пугаться, а может, этот мужчина не представлял для нас опасности?

Темноволосый, с едва заметной сединой, на вид ему лет сорок. Высокий лоб, острые скулы, тонкий нос, широкий подбородок и темные глаза. Единственное, что портили эту властную красоту – шрамы, словно от когтей зверя, что тянулись поперек лица. Он, как и остальные, был обнажен, но я старалась не опускать взгляд ниже груди. Хотя в голове порой возникала шальная мысль и не один раз!

– Значит, новая хранительница? – усмехнувшись, произнес мужчина.

– Типа того,– усмехнулась в ответ. – А вы, значит, нарушитель, который зашел на эту землю, чтобы обидеть моих мальчиков? – поинтересовалась у мужчины, чувствуя, как после моих слов объятья Глеба стали сильнее.

– Очень интересно, – повторил мужчина свои же недавние слова. – Всего день в этом статусе, а уже ничего не боится! – хмыкну он, а потом его взгляд изменился, и мне стало не по себе. – Ты раскидала немалых размеров волков на несколько десятков метров, не прикладывая к этому усилий. Спасла жизнь моему племяннику, что очень странно и необычно. На моей памяти такого еще никогда не было, но думаю, мы во всем разберемся, – он не надолго замолчал, после этого крикнул:– Виктор!

–Да, отец? – к мужчине подошел парень, точная его копия.

От осознания того, что Виктор и этот мужчина – отец и сын, у меня даже рот приоткрылся в изумлении. Я не настолько ненармальная, чтобы не понять, что это тот самый Виктор, о котором рассказывал Глеб.

Вот только от этого открытия у меня возникла новая масса вопросов. Если Виктор на стороне Глеба, то почему его отец дрался против них? Видно же, что у них вполне нормальные отношения.

«Что-то тут явно не то…», – подумала я.

– Следи за ней. Головой отвечаешь! – рыкнул мужчина.

– Понял, отец, – склонив голову, ответил Виктор и сделал шаг назад.

– Глеб, мой мальчик, я поздравляю тебя, – неожиданно спокойно сказал мужчина, от чего парень насторожился и прижал меня к себе еще крепче. На этот раз объятья были настолько сильными что я вскрикнула от боли, Глеб тут же слегка ослабил хватку, но зато отошел на шаг от мужчины. – Я передам твоей матери, что ее сын жив здоров… Еще и пару свою нашел, – усмехнулся он, после чего, окинув нас в последний раз задумчивым взглядом, развернулся и направился к своим.– Возвращаемся! – бросил он и, обернувшись в волка, скрылся среди деревьев.

Остальные последовали его примеру, самым последним уходил тот самый блондин. Он долго сверлил Глеба странным взглядом, а потом вдруг усмехнулся и, обернувшись, скрылся в лесу.

–А-а-а? – протянула я, не совсем понимая, что это было. Да что там, я вообще ничего не поняла из сказанного тем мужчиной!

Продолжая сидеть на руках у Глеба и смотреть в ту сторону, где скрылись волки, я пыталась понять, что за представление только что было на поляне. К чему нужна была драка, если они после всего просто-напросто взяли и ушли? Это никак не укладывалось в мой воспаленный от всего происходящего ум.

– Возвращаемся! – довольно громко сказал Глеб, вырывая меня из раздумий.

Я молча наблюдала за тем, как парни оборачиваются и уходят в сторону дома. Мы так и стояли, пока с поляны не скрылся последний волк.

– Теперь и нам пора. – проговорил Глеб и не спеша направился к дому.

Меня безудержно клонило в сон, глаза слипались и, сопротивляясь ему, я решила задать Глебу парочку вопросов. Рассчитывая на то, что смогу получить ответы, ну и разговор не даст мне уснуть.

– Расскажи мне о том, что случилось.

– Что именно? – поинтересовался Глеб.

На пару минут я задумалась, не зная с чего начать допрос. Вопросов было много, а дорога до дома не столь долгая, поэтому задать их все я не успею. Меня интересовало многое, но кое-что на данный момент все же волновало больше, чем вся эта фантастическая чертовщина.

– Расскажи, что было в подвале, и почему ты себя так странно ведешь?

Глеб на мой вопрос заливисто рассмеялся.

–И это все, что тебя волнует на данный момент? – сквозь смех поинтересовался он.

– Нет, конечно! – немного обиженно произнесла я, а после недовольно буркнула. – Просто это единственное, что может переварить мое сонное сознание.

Он глубоко вздохнул и ненадолго задумался.

–Ты, наверно, уже заметила, что тебе на глаза еще ни разу не попалась девушка ммм… волчица? – тихо спросил у меня Глеб.

– Угу… – так же тихо ответила.

–Каждая семья старается беречь самку, не выпуская ее за пределы стаи. Все дело в том, что на одну девушку приходится, как минимум, десяток самцов. Знаешь, это очень не простая тема, и поскольку речь сейчас идет не об этом, то я опущу некоторые моменты, скажу лишь, что мы не можем жить без пары. Именно по этой причине многие покидают стаю, чтобы отыскать ее, но не каждому это удается, – попытался объяснить Глеб.

– А что особенного в паре, если вы готовы рисковать жизнью? – спросила, устраиваясь удобней в его руках, опуская голову на плечо.

– Знаешь, тебе придется прожить с нами долгое время, прежде чем сможешь это понять, – проговорил он. – Пара – это душа волка. В образе человека мы можем связать себя с человеческой девушкой, но волк этот выбор не примет, поэтому такой союз будет недолгий. Другое дело, если она окажется его парой. Ведь только с ней волк может завести семью и дать потомство. Пара – это словно лучик солнца в пасмурный день, – тихо проговорил парень. –Лишь только встретив пару, волк начинает жить…

–Красиво,–прошептала, печально вздыхая. – Не каждый человек так может любить.

– Ты права… – согласился он.

Не знаю почему, но все это время мы разговаривали шепотом. Наверно, мы просто боялись спугнуть тот покой и тишину, что наступила вокруг.

– Тот мужчина… он сказал, что ты уже нашел свою пару, это правда? – зевая, поинтересовалась у него, кое-как удерживая сознание, чтобы не провалиться в сон.

–Правда, – подтвердил Глеб, сильнее прижимая меня к себе.

– Это хорошо… – пробурчала, проваливаясь в сон.

– Ты даже не представляешь насколько хорошо. – услышала я напоследок, после чего почувствовала едва ощутимое прикосновение его губ.

Глава 10

Мне снился необычный сон: будто волк, которого я спасла, превратился в красивого парня с голубыми глазами. Еще снилось, что на меня упорно пытались навесить странный статус хранительницы. Только хранительницы чего именно я так и не поняла. Потом снилась кровь, и как будто я спасла жизнь. А сколько обворожительных парней мне снилось, и все, как один, обнаженные!

М-м-м-м…чувствую, что этот сон был вещим, и что я ужасно соскучилась по Андрюше и его ласкам. А значит, пора возвращаться домой. Как бы здесь не было тихо и спокойно, все же моя жизнь там, в суматошной столице.

Потянувшись, разминая затекшее от сна тело, я села в кровати и привычным взглядом окинула комнату. Каждая вещь лежала там, где я ее и оставила. Представляя, как все это мне придется собирать и по новой укладывать в сумку, простонала заваливаясь обратно в постель. Но через минуту все же выбралась из нее, направилась в ванную.

Негромко напевая незамысловатую мелодию, неспешно приняла душ и, обмотавшись в полотенце, вышла в комнату, где все так же не спеша оделась, после чего пошла завтракать. Настроение было отличным, и осознание того, что не смогу выбраться отсюда на машине, ничуть не портило его.

Спускаясь по лестнице, я продолжила напевать песню, которая, не пойми почему, никак не хотела вылезать из головы. Словно заеденная пластинка, она крутилась в мыслях снова и снова. Именно поэтому я не сразу заметила, что в доме не одна, пока не столкнулась с парнем.

Замерев от удивления, я с широко распахнутыми глазами смотрела на то, как он кивнул мне в знак приветствия и спокойно продолжил свой путь. Смотря ему вслед, я никак не могла понять, неужели то, что я приняла за сон, был вовсе не сон. Мотнув головой, я попыталась выкинуть из головы возникшие мысли и поспешила вниз, чтобы убедиться, что парень мне просто показался.

Но стоило мне только спуститься, как входные двери распахнулись, а на пороге появился черный волк. Заметив меня, он замер, а спустя всего долю секунды, за которую я не успела ничего предпринять, волк, рыча, стал приближаться.

Испуганно ойкнув, я начала медленно пятиться. Но на мое действие зверь лишь фыркнул. И почему-то мне показалось, что это вышло у него насмешливо. Что вызвало у меня негодование, но как бы ни было, волк продолжил приближаться, от чего сердце замерло в страхе перед диким зверем. На мгновение мне показалось, что если он приблизится еще ближе, то я упаду в обморок. Хотя это выглядело бы глупо, если учесть за правду то, что происходило со мной во сне.

– Макс, отойди от нее, – рыкнул знакомый голос снизу. Зверь повернул голову в сторону говорящего и снова как-то насмешливо фыркнул. – Ты же знаешь, что тебе здесь не место?! – проговорил все тот же голос, на что волк рыкнул и, развернувшись, неспешно покинул дом.

– Карина? – тихо позвал меня Глеб.

Подняв растерянный взгляд, я встретилась с голубыми глазами, что взволнованно смотрели на меня. Из груди тут же вырвался нервный смешок.

«Все же не сон», – успела подумать перед его очередным вопросом.

– С тобой все нормально?

– Я так не думаю,– нервно произнесла и отвела от него взгляд.

Постояв недолгое время, словно статуя, я посмотрела в сторону кухни, затем перевела взгляд наверх, где находилась комната. Ненадолго задумавшись, я попыталась выбрать между завтраком и воспоминаниями. Возможно, стоило сначала подняться наверх и попытаться понять, что было плодом моего воображения, а что реальностью, но голод победил здравый смысл. Поэтому я аккуратно обошла Глеба и под его удивленный взгляд направилась на кухню.

Не обращая внимания на то, что кроме нас в комнате присутствовали и другие, я подошла и первым делом проверила холодильник, выискивая там что-нибудь съедобное. Выудив из него готовые бутерброды, так аккуратно, а главное, предусмотрительно кем-то нарезанные, я налила себе кофе, после чего удобно устроилась за столом.

Я видела, что мое появление не осталось незамеченным, и как присутствующие пристально следили за каждым моим действиям. Вот только не стала им показывать, что это меня как-то смущает или напрягает. Сейчас главное было хоть немного поесть, потому что в недавно открывшихся фактах я вспомнила, точнее, не смогла вспомнить, когда в последний раз это делала.

– Карин? – позвал негромко Глеб.

–М-м-м-м?.. – нехотя отозвалась.

– Все нормально? – поинтересовался он, присаживаясь напротив.

Отодвинув от себя тарелку, понимая, что нормально поесть мне не дадут, я откинулась на стуле, скрещивая руки на груди. И, наконец, решилась поднять взгляд, пристально рассматривая Глеба, словно впервые вижу.

Белые волосы в беспорядке, словно он довольно часто в них запускает пальцы. Голубые глаза, что смотрели на меня внимательно из-под хмурых широких бровей, высокие скулы, волевой подбородок и плотно сжатые в недовольстве губы. Мощная шея, широкие плечи и неплохо накаченные руки.

«Да, оказывается, он больше чем симпатичный», – подумала, усмехнувшись.

Конечно, в первую встречу я его рассматривала, но не как парня, а как психа, вломившегося в дом. Сейчас же… что-то изменилось, вот только что?

Почему-то все, что было вчера (если, конечно, мне это не приснилось) всплывает в воспоминаниях постепенно, не давая осознать, было ли это реальностью. Поскольку я стала сомневаться в этом.

Всего пару минут назад я готова была от страха потерять сознание, лишь бы не видеть хищный взгляд волка. А если предположить, что сон является правдой, и бойня, кровь, звери, спасение жизни – это все как-то не укладывается. Я могу, конечно, предположить, что действовала на адреналине или находилась в шоковом состоянии, раз ничего нормально не помню.

– Ты не злись на Макса,– проговорил Глеб. – После того, как ты спасла ему жизнь и приказала обернуться, он не может вернуть человеческий облик обратно,– объяснил Глеб, хотя его об этом никто не просил.

«Все же это была правда, и моя больная фантазия тут не при чем. Значит, Глеб тоже может оборачиваться в волка, и я реально спасла ему и Максу жизнь? Тогда почему я все так плохо помню? Почему это кажется для меня просто кошмарным сном?», – размышляла, внимательно смотря на Глеба.

В голове крутилось столько различных вопросов, от непонимания которых, мой мозг просто заходил в тупик. Поэтому я решила выудить у парня хоть какие-нибудь подробности вчерашнего дня.

– Скажи, то, что случилось вчера…

– Вчера? – перебив меня, спросил он и приподнял вопросительно бровь. – Карина, ты проспала двое суток!

– Что? –удивленно воскликнула, хватаясь за стол, не веря в услышанное.

–Ты уснула еще у меня на руках после того, как мы покинули поляну. Я подумал, что ничего страшного в этом нет, ведь ты вымоталась и столько сил потратила. Но ты не проснулась утром, а потом проспала весь день. Я начал уже волноваться, но Виктор заверил, что с тобой все нормально, – объяснил Глеб, что происходило, пока я, словно спящая красавица, была в царстве Морфея.

Когда шок начал сходить, на его место пришло осознание того, что нахожусь в этом месте гораздо дольше, чем планировала, и меня охватила паника. Неделя отпуска превратилась…

И тут я задумалась, а сколько уже нахожусь тут? И тут же ужаснулась. Две недели! Я нахожусь непонятно где две недели и за все это время ни разу не выходила на связь с Андреем. Он, наверное, уже в розыск подал, извелся весь. Бедный, наверно, переживает, волнуется, а я не могу выбраться отсюда!

Возможно, за пару дней погода изменилась, и у меня все же появился шанс уехать?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.