Артем Нэль
Вооруженный нейтралитет. Том 2

Глава 1. Команда

Гороскоп

«Будьте бдительны. Не стоит принимать важных решений если вы не знаете к чему они могут привести. Иногда лучше подождать момента, когда звёзды дадут вам знак».

Я тяжело вздохнул и мельком вспомнил обо всём что произошло в первый день моего пребывания в академии:

«Наглая блондинка. Золотая команда и контракт наставничества. Бронзовая команда и Блай, прилюдно бросивший вызов Ричу, и наконец…»

Я подавил желание ещё раз вздохнуть, вспомнив о президенте студсовета и его плане, благодаря которому все первогодки оказались в затруднительном положении.

Черная и белая команды потеряли возможность изменить свой регламент, тогда как нам удалось её сохранить. Со стороны могло показаться, что мы получили преимущество, но в действительности этот факт мог настроить другие команды против нас.

«Кроме того, какой смысл в обладании преимуществом если не знаешь, как его реализовать?»

Я вдруг подумал о том, что Чешир мог рассчитывать на то что серая команда попадет в такое положение и именно из-за этого он не стал оглашать придуманный нами регламент перед другими первогодками.

Хотя пока это всего лишь догадки, и я не мог здраво рассуждать о мотивах президента студсовета. Даже Карлос никогда не мог понять их до конца несмотря на то что учился в академии уже год, тогда как с моего зачисления прошло всего 10 дней.

«И даже спустя всё это время нет никаких конкретных указаний», я ещё раз взглянул на гороскоп после чего заблокировал смартфон.

«Стало быть, меня засунули в банку с пауками и приказали ждать. Но почему? Не готовы действовать? Или хотят посмотреть, как я поведу себя в текущей ситуации?»

Почему-то этот вопрос вызвал у меня ухмылку. У каждого ученика академии была отдельная комната в общежитии, так что хотя бы здесь я мог ухмыльнуться думая о том, как в дальнейшем будут развиваться события.

«Главное, чтобы эта ухмылка не вошла в привычку», подумал я вспомнив о том, что в будущем мне станет сложнее принимать сообщения из-за пределов академии.

Для того чтобы сохранить связь с внешним миром мне нужно было обзавестись определённой вещью. И так совпало, что как раз сейчас был подходящий момент чтобы добыть её.

Одевшись и приведя себя в порядок я привычно заглянул в зеркало чтобы увидеть там лицо уставшего и равнодушного человека. Этот ритуал давно стал частью моей жизни, такой же как чистка зубов: не то чтобы это было чем-то важным, но и пренебрегать подобным тоже не следовало.

Удостоверившись что всё в порядке я вышел из комнаты, закрыл за собой дверь и направился в единственное место где можно было достать нужную вещь.

Проходя по коридору я снова вспомнил первый день в академии и момент, когда после экзамена Гилберт повёл нас в общежитие чтобы распределить комнаты. Первый этаж был разделен на мужской и женский блоки и как выяснилось даже имел два разных входа для каждого из блоков. Для того чтобы попасть в женский блок приходилось выходить из здания или же проходить через этаж второгодок где подобное разделение отсутствовало.

В основном все пользовались вторым вариантом поскольку в данный момент в академии не было ни одного второгодки. Все они находились на специальном экзамене который должен был продлиться до конца сентября. Даже Карлос, зам капитана серебряной команды, уехал на следующий день после того как мы с ним познакомились.

«Хорошо, что мы успели обменяться контактами». Время от времени я задавал Карлосу интересующие вопросы с помощью чата в смартфоне которым все ученики пользовались для общения друг с другом. И иногда он даже отвечал на эти вопросы.

Конечно, была вероятность что он искажает информацию ради собственной выгоды, но даже с поправкой на этот факт я, вероятно, был самым информированным первогодкой в академии.

По крайней мере, такой вывод можно было сделать по поведению всех остальных первогодок.

После того как нас расселили по комнатам, Гилберт вкратце рассказал об объектах, находящихся на территории общежития, о связях с внешним миром которые отсутствовали почти полностью и о важности соблюдения порядков сложившихся на территории академии. Особенно он отметил тот факт, что теперь нам придется слушаться старосту общежития, которым, конечно же, был Чешир.

Все первогодки приняли эту ситуацию как данность даже не подозревая о том, какой властью в действительности обладает президент студсовета и что мы все уже давно попали в его ловушку.

Вообще, у меня сложилось впечатление что учителя вместе с третьим курсом всеми силами пытались внушить нам ощущение что академия – это вполне обычное образовательное учреждение, пусть и с несколько нестандартным подходом.

Все третьегодки исправно посещали лекции расписание которых можно было посмотреть на сайте академии и выбрать из них те на которых сам хочешь присутствовать.

Многие из них проходили в больших аудиториях и собирали по 40 и более человек, тогда как другие проходили в небольших классных комнатах и не пользовались популярностью. Также была возможность организовать лекцию на которой будет присутствовать только одна определённая команда, но пока я не видел, чтобы кто-то пользовался этой возможностью.

Первогодки с энтузиазмом восприняли тот факт, что им самим дали право решать какие лекции заслуживают их внимания, а какие нет. Многие уже начали сдавать зачеты которые появлялись в разделе «Успеваемость» и получать за это малые баллы, но раз за разом, приходя на лекции я замечал, что количество первогодок уменьшается.

Похоже, постепенно они начинали понимать, что за плохую посещаемость, как и за неуспеваемость, нет никаких штрафных санкций помимо того факта что они не зарабатывают малых баллов с помощью зачётов.

Так же, ситуация усугублялась тем что местные учителя, которых Карлос называл не иначе как «куклы», никак не реагировали на низкую посещаемость или нежелание учеников придерживаться дисциплины. Они вообще ни на что не реагировали. Казалось, куклы просто выполняли свою работу отказавшись от собственного мнения и личности. Так, будто они и не были им нужны.

Администрация, видимо, заметила тревожную тенденцию и пару дней назад объявила о том, что 14 сентября начнутся промежуточные экзамены на которых у первогодок появится возможность заработать большие баллы.

После этого объявления посещаемость полностью восстановилась, но я сомневался, что это продлится долго. Так же как я сомневался в том, что подобное решение принято именно администрацией, а не студенческим советом.

В любом случае, сейчас все первогодки усиленно готовились к проверке их знаний, из-за чего по дороге к месту назначения я то и дело встречал студентов первого года, возвращающихся в общежитие с учебниками и тетрадями которые они получили…

«Здесь».

Я оказался перед входом в подземный комплекс, который ученики уже давно называли между собой «Лабиринт».

Название было вполне оправданным, ведь комплекс был настолько огромным, что в нём запросто можно было заблудиться. Это было вызвано тем, что в него попытались впихнуть всё что может понадобится современному студенту: от книжных магазинов до кофейни, от прачечной до миниатюрного кинозала.

Академия сама по себе казалась отдельным миром, никак не связанным со всем что происходит снаружи. Но лабиринт был «миром внутри мира», куда любой студент мог прийти чтобы потратить малые баллы на всё что не запрещено правилами академии, вроде алкоголя и сигарет.

Ситуация усугублялась тем, что лабиринт был почти полностью автономен. Вместо кассиров здесь были кассы самообслуживания, а в самих магазинах стояли камеры и датчики не оставляющие возможности для воровства.

«Даже если какой-то идиот рискнёт что-то украсть, то его быстро вычислят из-за того, что в академии учится не так много людей. Если подумать, наверняка число камер в лабиринте гораздо больше чем число студентов во всей академии».

Думая об этом и осматривая витрины с товаром, я направился в сторону книжного магазина.

Только сейчас, благодаря своему короткому рассуждению, я понял почему не на одном из товаров не было ценника. Для того чтобы узнать цену нужно было включить камеру на смартфоне и навести её на товар. Раньше я считал, что это сделано для удобства, но теперь понял, что такой подход даёт дополнительную защиту от воровства, ведь каждый телефон закреплен за конкретным учеником.

По мере приближения к книжному я встречал всё больше первогодок, каждый из которых был членом белой или чёрной команды. Из-за этого среди них не было никого кого бы я знал, и пока некоторые из них здоровались и начинали между собой диалог я, словно невидимка, продолжал двигаться дальше испытывая что-то среднее между облегчением и меланхолией.

Наконец я попал в книжный магазин и сразу отправился в отдел «Астрономия», но как оказалось, там уже был один покупатель. И как на зло, он держал в руках именно ту книгу за которой я пришел.

«И почему это именно она… странное совпадение».

Проверив книжную полку и убедившись, что нужный мне атлас сейчас есть лишь в одном экземпляре я направился к девушке, державшей его в руках. Похоже, она полностью проигнорировала моё присутствие, и я почувствовал дежавю, ведь в первую нашу встречу она поступила схожим образом.

– Аканэ. – Я дважды ударил пальцем по корешку книги чтобы привлечь её внимание.

Это сработало и немногословная девушка, которую я сам недавно завербовал в серую команду, подняла на меня свои карие глаза. Однако, они были наполнены таким гневом будто я только что сделал с ней что-то ужасное.

– Фамилия.

– Что?

– Зови. По. Фамилии. – Она резко закрыла атлас и продолжила сверлить меня гневным взглядом. Мне же, захотелось просто отобрать у неё атлас и уйти чтобы не терять время в пустую. Но…

«Я уже решил, что внутри команды должен создать себе образ вежливого и спокойного человека. Кроме того, лабиринт – это слишком людное место чтобы вести себя агрессивно».

Я подавил раздражение и произнёс:

– Кхем, прошу прощения… Сацуки, верно? Ты будешь покупать этот атлас?

Она тяжело вздохнула, закрыла глаза, но уже через секунду открыла их снова. И в них было гораздо меньше недовольства.

– Ты тоже прости. Просто не люблю, когда без спроса обращаются по имени. Это бесит. А так я очень дружелюбная.

«Ну да, по тебе видно».

Она протянула мне атлас, и всё ещё находясь в некотором замешательстве, я взял его. Проблема была в том, что как только я открыл атлас и начал изучать его Сацуки продолжила смотреть на меня. По-хорошему, нам стоило бы начать непринужденный диалог как двум товарищам по команде, только вот…

«Я понятия не имею, о чем говорить с ней. Да и пользы от этого не будет никакой».

Буквально через секунду после того как я решил не начинать диалог, уже сама Сацуки задала вопрос:

– Это ведь атлас западного полушария. У нас не видно ни одно из описанных там созвездий. Так зачем он тебе?

На моей памяти это был первый раз, когда Сацуки сама начала диалог с другим человеком. И она начала его с весьма неудобного вопроса.

– Просто люблю астрономию.

– Серьёзно? Тогда какое самое большое созвездие в западном полушарии?

– Хм… Снежный олень – довольно большое созвездие.

Я ответил ей названием случайного созвездия, увиденного мной в атласе и показавшегося достаточно большим. Похоже это сработало, и моя собеседница перестала задавать вопросы которые вынуждали меня врать ей.

Я тем временем убедился, что атлас мне подойдет, и направился на кассу. Сацуки последовала за мной.

– Ну а ты? Зачем изучала такую узкопрофильную литературу? – Смирившись с тем, что нам придется поддерживать беседу чтобы не выглядеть странно, я решил, что надо хотя бы внешне проявить то самое «дружелюбие».

– Мне скорее нравится география.

Я думал, что после этой фразы она продолжит и хотя бы объяснит почему именно география, но вместо этого Сацуки лишь удивленно посмотрела на меня, всем своим видом говоря:

«Ты что, ещё чего-то ждёшь? Я же ответила на твой вопрос».

– Ясно, география – это хорошо. Надеешься получить хорошие баллы на экзаменах?

– Нет. – Я расплатился за атлас с помощью смартфона, а Сацуки, как и всегда, дала максимально лаконичный ответ. Сама она тем временем расплатилась за несколько толстых тетрадей и справочников, взятых ей заранее.

– Стало быть, ты не заинтересована в баллах?

– Я такого не говорила.

Она вновь посмотрела на меня с недовольством, и я понял нечто важное:

«Она не любит, когда собеседник неверно трактует её слова. Возможно, именно поэтому она так лаконично выражается».

Вся ирония заключалась в том, что таким поведением Сацуки наоборот провоцировала других на то чтобы делать собственные выводы и искать в её словах скрытый смысл. Вероятно, именно поэтому она никогда не начинала диалог первой.

– Все первогодки заинтересованы в баллах, даже не смотря на то что мы пока не осознаем их реальной ценности…

«Вот как».

– …но я не думаю, что кто-то из серой команды может позволить себе набирать баллы как ему вздумается.

Я чуть не издал удивленное «О» из-за того, что сказала Сацуки. Та явно это заметила и продолжила:

– Сейчас черная и белая команды присматриваются к нам, пытаясь понять представляем ли мы хоть какую-то угрозу. В такой ситуации любой неосторожный шаг может стать фатальным.

– Это верно. – Я кивнул, полностью соглашаясь с её выводами. После чего задал вопрос:

– Кстати, как по-твоему, мы можем представлять для них угрозу?

– Не забывай, что наш регламент отличается.

«Сложно забыть о том, инициатором чего был ты сам».

– Это не ответ на мой вопрос.

Мы с Сацуки посмотрели друг другу в глаза и впервые между нами возникло что-то отдаленно похожее на взаимопонимание.

– Пока – нет. Серая команда появилась как сборище одиночек и ренегатов не пожелавших присоединяться ни к одной из сторон. Нам только предстоит осознать себя как команду. – Она вновь сделала безошибочный вывод, но не закончила на этом:

– И сегодня… мы можем сделать шаг в этом направлении.

Она достала смартфон чтобы проверить время, и я сразу понял о чем она говорит.

«13:40. Через двадцать минут должна состоятся встреча серой команды, о которой предупреждал нас Хар ещё пару дней назад».

Я и сам планировал отправится на встречу сразу после книжного и теперь, судя по всему, мы с Сацуки были вынуждены отправиться туда вместе. Не потому что хотели, а потому что члены одной команды обязаны были поступать именно так.

Я взглянул в её карие глаза и сразу понял, что она думает о том же самом.

***

Лабиринт имел несколько точек входа-выхода, так что мы с Сацуки направились к той что была прямо рядом с учебным корпусом, где и должна была состояться встреча.

По пути туда мы встретили ещё одного участника серой команды – Алекса, того самого, который изъявил желание вступить в команду сразу после Сацуки и запомнился мне своей улыбкой. Она была настолько спокойной и лицемерной что любой, кто смотрел на Алекса дольше нескольких минут, начинал испытывать раздражение, если не злость.

– Знаете ребята, а я был удивлен, когда увидел вас вместе. Вы встретились случайно или…

Мы с Сацуки посмотрели на Алекса так, будто он непременно умрёт в случае если закончит собственное предложение.

«У тебя что, хобби такое, людей раздражать?»

– Понял-понял, вы встретились случайно. – Он улыбнулся и сложил руки в нелепом извиняющимся жесте.

– Просто мне интересно как коммуницируют между собой другие члены команды. Мы должны были собраться все вместе ещё на той неделе, но сами понимаете…

Алекс напомнил нам о том, что собрание серой команды должно было пройти ещё четыре дня назад. Но в тот же день студенческий совет сделал заявление о том, что с 14 числа начнутся экзамены, из-за чего аудитория где мы хотели собраться оказалась занята и Хар решил перенести встречу.

Это решение позволило всем участникам составить своё расписание так чтобы явиться на встречу и при этом не пропустить важных лекций. Кроме того, я подозревал что Хар хотел выиграть время чтобы узнать об экзаменах как можно больше и прямо во время встречи разработать стратегию которой мы будем придерживаться.

«Остается надеется, что он достаточно умён для этого».

Не то чтобы Харабор Грэй казался мне глупым человеком, но тот факт, что он тянул со встречей целых десять дней, наводил на определённые мысли. И кажется, так было не только со мной…

– Нам давно нужно было встретиться и обменяться информацией, но до последнего времени всё ограничивалось групповым чатом. Как думаете, какая будет атмосфера на встрече?

Мы зашли в учебный корпус, и Алекс задал вопрос на который мог быть лишь один верный ответ:

– Это зависит только от нас самих. – На удивление, ему ответила именно Сацуки, как всегда воздержавшись от дополнительных пояснений.

Алекс явно не был удовлетворен, но промолчал, ведь мы уже подошли к нужной аудитории и зашли внутрь.

Наш капитан, Харабор Грэй, стоял за учительским столом читая что-то с экрана смартфона. Увидев, что мы зашли, он бросил в нашу сторону мимолетный взгляд и мягким, но уверенным голосом произнёс:

– Проходите пожалуйста. Скоро все подойдут, и мы начнём.

Мы прошли в класс в котором помимо нас уже сидело несколько человек. И все они были погружены либо в собственные смартфоны, либо в записи, сделанные на лекциях. Никто не предпринимал даже попыток поговорить с другими людьми.

– От нас будет зависеть да…

Алекс отпустил комментарий полушёпотом, явно адресуя его Сацуки. Но та, вполне закономерно, просто проигнорировала его и направилась к задним партам. Мы с Алексом так же не стали нарушать общий порядок и сели отдельно друг от друга. Как мне показалось, Хар обратил на этой внимание и даже стал каким-то более удрученным.

Я уж подумал, что сейчас он сделает нечто глупое, пытаясь быть хорошим капитаном, но в аудиторию вовремя зашли ещё две девушки с которыми я уже имел дело в первый день своего пребывания в академии.

Одна из них выглядела как неформалка. Вторая как лесбиянка.

Именно эти обозначения плотно осели у меня в памяти не смотря на то, что я уже давно знал их имена. Эти двое настолько органично смотрелись вместе, что мне пришлось бы приложить усилие чтобы заставить себя называть их по именам. И пока в этом усилии не было никакой необходимости.

– Привет.

– Привет.

Они поздоровались с Харом и сели за ближайшую парту, тем самым нарушив негласное правило садиться поодиночке.

Это сработало как триггер. Они будто дали всем сигнал о том, что ситуация изменилась, и члены серой команды начали постепенно убирать телефоны и тетради с записями. Вместо этого все резко сосредоточились на человеке который собрал нас всех.

– Вижу теперь все в сборе.

Хар так же убрал телефон и встал перед нами пытаясь выглядеть максимально спокойным и уверенным в себе человеком.

– Теперь мы можем начинать…

***

Несмотря на то что Хар объявил о начале собрания, он не начал говорить сразу. На несколько секунд он закрыл глаза явно обдумывая с чего лучше начать, и вместе с тем создавая нагнетающую паузу.

Как только мне показалось что эта пауза начинает затягиваться, он резко открыл глаза и произнёс:

– Знаете, однажды я повстречал одного бескомпромиссно честного человека…

«Решил зайти издалека?»

– Я виделся с ним всего пару раз, но в конце каждой нашей встречи я выносил для себя очень важные уроки. Один из них звучит так…

Он снова сделал паузу и полностью завладел вниманием слушателей.

– Честность – лучшая политика. Ни одна структура, и ни одно общество, построенное на лжи, не сможет продержаться долго, какие бы блага не получило это общество в краткосрочной перспективе.

Эти слова вызвали во мне желание ухмыльнуться.

«Ты же понимаешь, что это лишь одна сторона монеты?»

В истории было не мало примеров, когда одна маленькая ложь спасала сотни тысяч жизней, а правда сказанная не в то время и не в том месте, губила целые цивилизации. Но Хар, судя по всему, был идеалистом верящем в то что сможет изменить устоявшийся порядок хотя бы в масштабах серой команды.

«Или же…», я пристально взглянул в серые глаза нашего капитана пытаясь понять его истинные намеренья.

– Поэтому я буду с вами честен. Независимо от того будете вы сами честны со мной или нет.

Он тяжело вздохнул, и я заметил, что его плечи опустились так будто на них только что лёг тяжелый груз.

– Сейчас серая команда – это даже не команда. Мы просто сборище тех, кто не захотел идти на поводу у толпы и принимать чью-либо сторону. Для того чтобы стать командой нам придется пройти длинный и тяжелый путь. Кроме того, даже если мы пройдем этот путь, нет никакой гарантии что в его конце будет что-то хорошее.

Хар сказал именно то о чём ранее упоминала Сацуки. Взглянув на остальных членов команды я заметил, что никто из них не был удивлен. Похоже все и так понимали текущую ситуацию.

– Для того чтобы исправить это положение нам придется приложить массу усилий. Я говорю нам потому что один человек никогда не справится с подобной задачей. Каждому из нас придется постараться не только ради себя, но и ради других членов команды.

«Вот это ты зря», я снова обвёл взглядом всех слушателей и обратил внимание на то что на их лицах не было энтузиазма. Там была лишь скука, усталость и хроническое безразличие к происходящему.

«Интересно, он понимает, что нельзя превратить кучу незнакомых людей в команду просто приложив усилия?»

Я снова перевёл взгляд на Хара, но, на удивление, он вёл себя уверенно и начал набирать обороты:

– Возможно сейчас вы думаете о том, что нет никакого смысла стараться ради команды. Возможно вы думаете о том, чтобы перейти в другую команду, ведь наш регламент этого не запрещает.

Он обвёл взглядом всех присутствующих явно пытаясь понять на кого эти слова повлияли больше чем на остальных.

– Но я предлагаю альтернативу. Ту самую, ради которой мы все и объединились в первый день. Я предлагаю создать команду в которой не будет места осуждению, презрению, лжи и лицемерию.

Я чуть не рассмеялся из-за последней фразы, но это никак не отразилось на моём лице.

Хар же, снова обвёл всех взглядом чтобы убедиться во всеобщем безразличии к его словам. Странно, но сразу после этого он очень самоуверенно улыбнулся.

– Хорошо, что вы считаете это невозможным. Это говорит о том, что здесь собрались разумные люди с которыми можно вести дела.

На сей раз его слова смогли вызвать удивление у некоторых людей.

– Я просто хотел обозначить свои конечные цели и убедиться в том, что вы хорошо понимаете кого выбрали своим капитаном. Так уж сложилось, что я ставлю перед собой именно невозможные цели. Только к таким целям приятно стремится и только их действительно приятно достигать. Это то во что я верю. Тот принцип, которого я буду придерживаться до конца своей жизни.

Несколько взглядов, направленные на Хара, изменились. Кажется, своим заявлением он действительно смог заинтересовать некоторых людей, но…

– Ха-ха-ха!

С парты позади меня раздался смех и саркастичные аплодисменты. Разумеется, только один человек мог настолько грубо разрушить сложившуюся атмосферу.

– Прелюдия на пять с плюсом! Мы конечно рады, что ты человек высоких целей, а следовательно и стандартов, но… – Алекс сделал паузу и выдал свою фирменную мерзко-лицемерную улыбку.

– План-то у тебя есть? Или хотя бы что-то похожее? Конечно ты наш капитан и обладаешь определёнными привилегиями, но нельзя превратить дюжину человек в боевую единицу с помощью одной вдохновляющей речи и возвышенных идеалов. Это так не работает.

Несколько человек согласно кивнули одобряя заявление Алекса.

– В этом я с тобой совершенно согласен. Стоит повториться: я огласил свою позицию только для того чтобы вы понимали, что я за человек и как я собираюсь действовать, если же переходить к конкретике…

Хар замялся и это произошло очень не вовремя. Всё напряжение, которое он создавал до этого, резко сошло на нет и теперь мы видели перед собой не амбициозного капитана-идеолога, а человека который не был уверен в собственных словах.

– …мне придется задать вам вопрос. Несколько неудобный вопрос.

«Мы наконец-то переходим к интересной части?»

– Как вы знаете, в нашем регламенте есть два дополнительных пункта которых нет у чёрной и белой команды. – На секунду он бросил взгляд в мою сторону, но тут же осёкся.

– Мы не можем быть уверены в том, что у других команд нет ничего похожего, ведь регламент команды до сих пор доступен для просмотра только участникам.

Элейн, девушка в круглых очках и с веснушками на лице, вставила разумное замечание. А я вновь убедился в том, что она является именно таким человеком какой я запомнил её с первого дня:

«Девочка-ботаничка которая много знает, но мало говорит».

– Верно. Кстати, недавно я выяснил зачем это сделано. До конца сентября регламенты команд первого года останутся скрыты, но потом нам придется платить за то чтобы они продолжали быть таковыми.

Раздалось несколько удивленных вздохов.

– Это значит…

– Это значит, что нам в любом случае придется решать этот вопрос. Если регламент серой команды станет общеизвестен, то… я думаю вы понимаете, как это будет невыгодно каждому из нас.

«Поставил перед нами общую проблему? Неплохо. Интересно, он сам придумал всё что рассказал нам или действительно раздобыл где-то информацию?»

То что сказал Хар в общем-то складывалось со сведеньями полученными мной от Карлоса, так что я больше склонялся ко второму варианту.

– Конечно при условии, что это ещё не произошло…

Аудитория мгновенно погрузилась в тишину после этих слов. Каждому из нас потребовалось время чтобы полностью понять, что именно он имел в виду.

– В этом и заключается мой неудобный вопрос. Я хочу знать, есть ли вероятность того, что другие команды знают о нашем регламенте. Я обещаю, что не будет никаких наказаний для того, кто по какой-либо причине слил информацию другим командам. Так же я гарантирую что не буду обвинять вас и ваши действия не будут расценены как деструктивные. Если утечка произошла, то мы просто изменим дальнейшие планы с учётом этого обстоятельства.

Хар снова обвёл взглядом всех присутствующих. Но на этот раз он сделал это медленно, очень медленно.

– Я прошу вас всех вспомнить свои контакты с другими командами. Моменты, когда у вас пытались что-то выведать, моменты, когда кто-то другой держал в руках ваш телефон. Если подобные инциденты были, то прошу – просто скажите. Никто не будет злиться или обвинять вас, наоборот, вы сделаете так что серая команда сможет действовать более эффективно.

Все участники серой команды начали переглядываться между собой, но никто из них не выглядел уличенным. Скорее наоборот, каждый искал виноватого будучи уверенным в собственной безопасности.

– Стало быть, вы все уверены, что утечки не произошло?

Наш капитан задал этот вопрос таким тоном, будто сколько бы мы его не убеждали, он всё равно не поверит в то что такое возможно.

– Эй! Мы по-твоему похожи на общительных людей?

Сидевшая за первой партой неформалка задала очевидно-риторический вопрос.

«Даже в чате команды не происходит никакого общения. Вряд ли кто-то из нас мог сойтись с людьми из других команд».

Даже мои связи с другими командами ограничивались Кирой Бэлфорт – наглой рыжей девицей из черной команды, вместе с которой мы пробрались в общежитие где встретили Карлоса.

– Я понял… тогда… мы сами организуем утечку.

– А…

На этот раз раздалось действительно много удивленных вдохов.

– Что вы так удивляетесь? Рано или поздно это всё равно бы произошло. Даже если мы сможем заплатить и скрыть свой регламент, я сомневаюсь, что другие команды так просто оставят нас в покое. Рассчитывать на подобное было бы наивно.

Странно было слышать эти слова от человека что хотел создать «…команду, в которой не будет места лжи и лицемерию».

– Но сейчас… мы можем сделать так, что утечка произойдет на наших условиях и более того… сыграет нам на руку. – Хар зловеще улыбнулся и, взяв маркер, написал на доске одно короткое словосочетание которое заставило всех удивленно распахнуть глаза.

– Перед вами наша цель. Это то на что может рассчитывать серая команда. Это та цель, первый шаг к которой я хочу сделать ещё до конца сентября.

Аудитория погрузилась в тишину, ведь цель которую он обозначил выглядела вполне разумно и достижимо, но в то же время…

«Это слишком амбициозно».

– Разумеется, для того чтобы всё получилось мне понадобится ваша поддержка. Сейчас я расскажу вам своё виденье ситуации и план с помощью которого мы сможем на неё повлиять. Я рассчитываю, что каждый из вас к концу этой встречи убедиться в том, что у нас есть возможность победить в этой нечестной игре.

***

В течении следующих трёх часов я полностью поменял своё мнение о Хараборе Грэе.

Он действительно был идеалистом, но вовсе не верил в невозможное. Скорее он верил в то, что ему хватит сил превратить невозможное в реальность. И, как выяснилось, у него был план как этого добиться.

Хар оказался невероятно талантливым руководителем, который сумел понятным языком обрисовать сложившуюся ситуацию и обозначить варианты наших дальнейших действий.

Этих вариантов было немного и Хар выбрал для реализации самый многообещающий, и в то же время, самый дерзкий из них. Он последовательно убедил каждого из нас в том, что при желании и должном упорстве мы сможем не только противостоять другим командам, но и быть жесткими по отношению к ним.

Его аргументы были настолько сильны, разумны и просты для понимания, что вскоре вся серая команда согласилась с его планом и большая часть участников даже получили в нём собственные роли в соответствии со способностями и предпочтениями.

«Он действительно талантливый руководитель. Хотя… возможно это вовсе не талант, а опыт… А может быть и то и другое».

Сейчас, спустя три часа после начала встречи, в аудитории осталось всего три человека: я, Хар и Алекс. Все остальные уже разошлись по своим делам, причем каждый из них выглядел более воодушевленным чем в самом начале встречи.

– Так… вроде я ничего не упустил. Вы оба кажетесь мне весьма проницательными людьми, так что скажете?

Хар обратился к нам так, будто его действительно волновало наше мнение несмотря на то что придуманный им план уже был озвучен, и фактически мы уже приступили к его реализации.

– Хе-хе-хе, скажу так: твой план настолько безумен, что обязан сработать. И выгоды которые мы получим в случае успеха… – У Алекса вдруг сверкнули глаза так что даже его лицемерная улыбка на секунду стала выглядеть искренней.

– … очень многообещающи.

Они кивнули друг другу, после чего синхронно перевели глаза на меня.

– Вынужден признать, игра стоит свеч, но у меня есть пара вопросов…

На самом деле вопросов было куда больше, но сейчас я мог задать только некоторые из них.

– Пожалуйста, задавай.

– Ты сам придумал всё это? – Я кивнул головой на доску, на которой теперь была написана не только цель, но и конкретные шаги которые нужно было предпринять для её достижения.

– Да. От начала и до конца. Если думаешь, что я действую в чьих-то интересах, то мы можем заключить контракт который обяжет меня уйти из академии в случае если выяснится, что я тебя обманул.

«Даже так?»

Разумеется, я не поверил ему на слово, но каждое заявление, сделанное сегодня Харабором Грэем, звучало настолько уверенно что любой бы сказал, что этот человек верит в то что говорит и делает.

– Тогда другой вопрос. Ты явно раздобыл много интересной информации.

Второй вещью которая заставила меня поменять мнение о Харе, была его информированность. За десять дней он сумел получить все те же сведенья, которые я получил от Карлоса. И это при том, что я сам не делился с ним информацией, а все второгодки по-прежнему находились за пределами академии.

«Конечно, он мог договориться с третьегодками, но ведь тем от этого никакой выгоды». Третий курс вообще старался не контактировать с первогодками и вёл себя максимально сдержанно, всем своим видом показывая, что нам лучше не докучать им.

«К тому же, вряд ли они стали бы раскрывать информацию о себе. А если бы и сделали это, то точно исказили бы сведенья так чтобы манипулировать капитаном серой команды».

Все эти факты говорили о том, что Хар просто не мог получить информацию от других студентов.

«Неужели… он получил её от кукол?»

– Что касается информации… позже я расскажу, как получил её. После того как первая часть плана окажется на финальной стадии.

Этот ответ нельзя было назвать удовлетворительным, но он хотя бы не соврал.

«А это значит, что у него не было заранее заготовленного ответа на мой вопрос».

– Эй, а ведь верно. Всё что ты рассказал нам звучит разумно, но некоторые моменты меня смутили. Например… – Алекс сделал задумчивое лицо.

– С чего ты взял что третий год, и студсовет в частности, не будет вставлять нам палки в колёса? В конце концов, контракт который ты предлагаешь заключить…

Опасения Алекса были вполне разумны. Я и сам сомневался бы в жизнеспособности плана Хара если бы не был достаточно осведомлен.

Сам Хар, кстати, почти не упоминал этот момент во время объяснения наших дальнейших действий. Вместо этого он сосредоточился на том как нам стоит вести себя на предстоящих экзаменах и как стоит выстраивать отношения с другими командами первого курса.

Лишь по тому насколько осторожные и безошибочные действия он предлагал, я понял насколько он на самом деле осведомлен о происходящем в академии.

– Третий год не станет мешать нам. Напротив, они даже станут гарантом исполнения контракта. Как выяснилось – это одна из обязанностей студсовета.

– О… – Для Алекса это явно было открытием.

– Кроме того, в этой академии уже есть один подобный контракт. Сейчас он успешно работает и студсовет следит за тем чтобы стороны соблюдали соглашение.

Я чуть не улыбнулся из-за его слов.

«А ведь верно, такой контракт действительно уже существует. Стало быть, у нас даже есть прецедент».

Алекс поочередно посмотрел на нас с Харом и преувеличенно тяжело вздохнул.

– Эххх, вы, парни, явно знаете больше чем говорите. Это немного раздражает, но я понимаю почему вы действуйте именно так.

Почему-то он решил, что информацией здесь обладает не только Хар, но и я. Хотя у Алекса не было ни единого повода предположить подобное.

«И ведь самое плохое здесь в том, что он прав в своих догадках».

Уже в который раз я по-новому взглянул на других участников серой команды. Сегодня одному из них удалось сильно удивить меня, но теперь я не сомневался в том, что подобное будет происходить и в будущем.

– Ещё один момент. Вы же понимаете, что нам придется убедить черную и белую команды сотрудничать. Это будет… довольно непросто.

Алекс решил обратить внимание на самую сложную часть плана и Хар отреагировал на это тяжелым вздохом.

– Да. Тут нам придется постараться. Честно говоря, нам будет очень сложно получить достаточные рычаги давления. Это определённо будет самая тяжелая часть…

Хар и Алекс погрузились в раздумья, а я лишь молча удивился тому факту что они всё ещё не подумали о самом очевидном решении поставленной проблемы:

– Предъявим им ультиматум.

Она оба удивленно взглянули на меня, так что пришлось дать им ещё один намёк:

– Мы можем представить ситуацию так будто у них нет выбора. Это тот ультиматум, который можем предъявить только мы. Только серая команда.

Казалось, что они всё ещё не поняли, что я имею в виду, но уже через секунду Алекс рассмеялся так что я начал беспокоится за собственный слух.

– Ах-ха-ха! А ведь верно! У нас ведь есть уникальная возможность.

Алекс уже всё понял, а вот Хар нахмурился и продолжил сидеть с задумчивым лицом.

– Чёрт побери, это же самый идеальный вариант. Мы не только заставим их бояться друг друга, но и прогнём под себя.

Алекс положил подбородок на сложенные ладони и улыбнулся.

– Жестокий ты человек, Артур Флэйм.

«Твоя улыбка по-прежнему выглядит отвратительно, но кажется я начинаю привыкать».

– Не согласен.

Хар сделал заявление из-за которого мы с Алексом ошеломленно посмотрели на него. Но сам он нисколько не смутился и продолжил:

– Ты путаешь жестокость с безжалостностью. Жестокие люди получают удовольствие от страданий других людей. Они готовы мучить их ради собственного удовольствия. Тогда как безжалостные просто выбирают самый эффективный путь, не обращая внимания на чувства или страдания других людей.

Мы с Алексом переглянулись, не зная как реагировать на это внезапное рассуждение.

– Как мне кажется, Артур скорее безжалостный, а не жестокий.

«Мне что, нужно воспринимать это как комплимент?»

Хар посмотрел на меня очень проницательным взглядом явно пытаясь понять, как на меня повлияли его слова. Я решил придерживаться образа хорошего парня и ответил:

– Вообще-то, мне не хотелось бы быть ни тем, ни другим. Я просто предложил вариант который посчитал разумным.

Увидев реакцию на которую он рассчитывал Хар удовлетворенно кивнул и сказал:

– Мне нравится этот вариант. Будем действовать агрессивно.

***

Дорога из света, посреди бесконечной пустоты.

Я часто наблюдал этот пейзаж. И каждый раз, оказываясь перед ним, понимал, что сплю.

Но это был не тот сон, который мог закончиться по моему желанию.

Способ пробудиться был только один. Мне нужно было пройти по дороге из света, для того, чтобы оказаться перед огромной сияющей дверью посреди пустоты.

«Лифт».

Прямо посреди бесконечного небытия меня ожидал лифт. Его стены были белоснежно-белого успокаивающего цвета. Пол внутри был настолько чистым, что в нём можно было увидеть собственное отражение.

Я зашёл внутрь, глубоко вдохнул и сжал кулаки, как только увидел, что двери начали закрываться.

«Ну давай сволочь. Посмотрим, выберусь ли я на этот раз».

Я ожидал, что лифт начнёт движение, как и много раз до этого. Но вместо этого он покачнулся, и я налетел на одну из стен, пытаясь сохранить равновесие.

«Какого чёрта? Такого раньше не было».

Лифт начал качаться из стороны в сторону. Так, будто его трос был готов оборваться в любой момент.

Тряска усилилась, и я ударился головой о закрытые двери.

Придя в себя я обнаружил, что передо мной уже нет никаких дверей. Перед лицом была лишь спинка сиденья автобуса, о которую я только что стукнулся головой.

– Простите за тряску. Мы на месте. Можете выходить. – С водительского сиденья раздались слова которых я уже очень долго ждал. Одновременно с этим я избавился от наваждения и вялости, вызванных дурным сновидением.

Сонные второгодки начали нехотя собирать вещи и выходить из автобуса. Я поступил так же и направился в ту же сторону что и они.

Все эти второгодки были членами золотой команды и уже знали кто я такой и почему еду вместе с ними. Несмотря на это, никто из них не выразил желания поговорить со мной, что лишний раз доказывало существование барьера между первым и вторым курсом.

Подумав об этом я вдруг понял, что уже сегодня могу стать тем, кто начнёт разрушение этого барьера.

– Осторожно, падает!

Наш путь пролегал по дороге рядом со смешанным лесом, где прямо сейчас несколько второгодок в касках валили деревья при помощи тракторов и бензопил. Странно, но я не заметил ни одного учителя который наблюдал бы за ними.

Зато я заметил другого человека, занятого именно этим:

– Аккуратно. Без нервов. Даже если мы закончим раньше остальных, в этом не будет смысла если вы все убьетесь.

Блондин с голубыми глазами и серёжкой в уже стоял рядом с работающими второгодками и руководил процессом.

Не смотря на то что сам Рич не участвовал в происходящем, на его голове тоже была каска и я отметил что он серьёзно относится к технике безопасности.

Честно говоря, мне было бы неловко отвлекать его, но Рич уже сам заметил меня и сделал подзывающий жест рукой.

– Харабор Грэй стало быть… – Он протянул руку, и мы обменялись крепким рукопожатием.

– Можно просто Хар.

– Хорошо. Тогда и ты зови меня просто Рич.

Мы улыбнулись, неожиданно обнаружив что у нас есть нечто общее.

– Честно говоря, я удивлён. Не думал, что первогодка почти сразу после поступления рискнёт отправиться на место проведения нашего экзамена.

– Нет ведь правила запрещающего подобное. Поэтому я решил приехать чтобы лично поговорить с тобой.

Рич кивнул и кажется он действительно был впечатлен моим поступком.

«Не удивительно, учитывая, что дорога заняла целых два дня».

– Так, чем обязан? Полагаю, ты не стал бы тащиться в такую даль ради мелочей.

– Да. Я хотел лично поговорить с тобой по поводу контракта наставничества.

Его глаза сузились, а на лице появилась лёгкая улыбка. Рич явно был заинтересован.

– И что именно ты хочешь знать?

– Как я понял, в золотой команде сейчас состоит 12 человек. Так получилось, что в серой команде тоже 12 участников.

Рич сразу понял куда я клоню, и его улыбка стала немного шире.

– Это очень удачное совпадение, благодаря которому мы можем заключить взаимовыгодное соглашение или даже полноценный союз.

Рич, кажется, собрался ответить, но до того, как он это сделал мы оба отвлеклись на кое-что происходящее в лесу:

Сквозь деревья в сторону учеников с бензопилами бежал человек с головы до ног покрытый сажей. Даже очки у него на лице были полностью чёрными, из-за чего он сам не разбирал куда бежит и в итоге налетел на дерево которое уже почти спилили.

– Осторожно!

Все ученики разбежались в стороны и дерево с треском упало в метре от трактора с помощью которого рыли траншею.

– Ты какого хрена творишь?!

Один из второгодок взял за грудки прибежавшего человека и начал кричать на него, в то время как сам бегун судорожно бормотал и кашлял не в силах привести в норму собственное дыхание.

– Кхе-хке… это Блай! Кхе-кхе… он взорвал…

Покрытый сажей человек зашелся в приступе кашля, и я заметил, как он вытаскивает из кармана ингалятор необходимый любому астматику.

– Трина.

– Да.

За спиной у Рича вдруг появилась девушка с серо-зелеными глазами, взгляд которых выражал собранность и готовность ко всему.

– Разберешься?

– Конечно.

Девушка направилась в сторону других второгодок, а мы с Ричем вновь смогли обратить внимание друг на друга.

– Здесь довольно шумно, пойдем в другое место.

В текущей ситуации я мог только послушать его и молча пойти следом.

Пройдя всего 50 метров мы оказались у просторной палатки внутри которой стояло несколько складных стульев, расставленных вокруг перевёрнутого вверх дном ящика, который служил столом.

– Присаживайся.

Рич взял со стола термос, налил чашку чая себе и предложил мне.

У меня пересохло в горле после долгой поездки, но я не знал, как у них обстоят дела с одноразовой посудой и придется ли кому-то мыть после меня чашку, поэтому отказался.

– Так ты, стало быть, хочешь заключить всеобщий контракт наставничества?

– Я держу этот вариант в голове.

– Ясно. – Он отпил немного чая и лицо Рича стало более задумчивым. В то же время его улыбка постепенно начала пропадать.

– Мне… жаль это говорить, но это невозможно. Несколько человек из моей команды уже заключили контракты с первогодками из белой команды. Это как раз были те, с кем ты ехал сюда.

«Так поэтому они не говорили со мной? Боялись что выдадут информацию, и я вернусь обратно в академию?»

– Они специально приезжали в академию ради этих контрактов, несмотря на то что сейчас в самом разгаре экзамен. Кроме того, они договорились с другими первогодками о будущих контрактах. Как мы будем выглядеть если попытаемся всё отменить?

Рич задал этот вопрос не просто так. Вероятно, он ожидал что я пойму его как капитан капитана. И его ожидания оправдались.

– Ты хочешь быть последователен.

– Я скорее не могу не быть последователен. Так что союз между нашими командами уже невозможен. По крайней мере в ближайшее время.

Он тяжело вздохнул, но мне показалось что это было несколько преувеличенно.

– Тогда у меня есть другое предложение.

После этой фразы Рич снова улыбнулся так, будто даже не пытался выглядеть расстроенным всего минуту назад. Более того, мне показалось что он находится в предвкушении.

– Ах, ну конечно. Ты бы не стал ехать в такую даль не имея запасного плана, верно?

Его вопрос не нуждался в ответе, поэтому я решил сразу выложить ему свою просьбу:

– Расскажи мне всё что знаешь об академии. Баланс сил, система управления, словом всё что по твоему мнению нужно знать капитану.

Теперь он улыбнулся так широко, что его глаза превратились в две узкие щёлки. Из-за этого Рич стал выглядеть как жестокая и гротескная пародия на того голубоглазого блондина которым он был ещё несколько минут назад.

– Хе-хе-хе. Интересно. А взамен?

– Любая адекватная цена. Можешь предлагать сам.

– Адекватная говоришь? Это очень относительное определение, тем более здесь, в академии.

Теперь Рич, не скрывая этого, смотрел на меня как на добычу. Его лицо с каждой секундой становилось всё более жестоким и неприятным.

– Хм… полагаю, в такой ситуации уместно предложить равноценный обмен. Сейчас я расскажу тебе обо всём что знаю, а ты взамен, когда-нибудь сделаешь то же самое для меня. Разумеется, мы скрепим это соглашение контрактом.

– То есть я буду вынужден рассказать тебе то что захочешь? Независимо от затрагиваемой темы и её объёма?

– Верно.

– Не пойдет.

Его улыбка сошла на нет, а глаза открылись чуть шире. По крайней мере, теперь снова можно было увидеть их голубой цвет.

– Это слишком расплывчатая формулировка. Я могу согласиться если твоё условие будет звучать так: один честный ответ на один конкретный поставленный вопрос.

Последние два дня, пытаясь уснуть посреди бесконечной тряски внутри тесного автобуса, я обдумывал именно этот, наш с Ричем, диалог. И я был готов к нему гораздо лучше чем Рич.

– Я правильно понимаю? Ты пытаешься ставить мне условия?

– Не пытаюсь, а ставлю. Не забывай, что я в любой момент могу пойти в лес недалеко от нас и узнать всё что нужно у серебряной или бронзовой команды.

«Хотя в первую очередь мне придется идти именно к бронзовым».

Услышав моё дерзкое заявление, Рич окончательно открыл глаза и стал выглядеть так, будто только что пробудился ото сна.

– Хе… хе-хе… хе-хе-хе… – Он рассмеялся, но я не смог понять почему именно. Лишь его следующие слова дали мне подсказку:

– Ты действительно такой как она рассказывала. Достойный оппонент.

Мне пришлось проявить всю свою выдержку чтобы не поддаться на его провокацию и спокойно ответить:

– Я польщен что ты, или кто-либо другой, так считает.

Рич вновь улыбнулся, но уже не так хищно как раньше. Скорее он выглядел разочарованным.

– Хорошо. Это разумные условия, но имей в виду: если ты не захочешь в будущем исполнить условие контракта… или не сможешь… или соврешь…

Он акцентировал моё внимание на каждом из этих пунктов.

– … то ты будешь исключен из академии. Это условие, которое будет добавлено в наш контракт. Если ты не выполнишь свои обязательства передо мной, то наказанием станет исключение.

– Полагаю для тебя будут действовать те же правила?

Я ожидал что он снова улыбнется, но Рич лишь спокойно кивнул. Его поведение, манера речи и мимика стали настолько спокойными, что от этого становилось жутко.

– Разумеется. Я отвечу на все твои вопросы максимально подробно. Не пытаясь лгать, недоговаривать и манипулировать информацией. В случае если выяснится, что я тебя обманул, ты сможешь добиться моего исключения из академия.

«Не думал, что капитан другой команды с такой лёгкостью сможет говорить о собственном исключении». Да и вообще, тот факт, что он поставил именно такое условие для контракта, вызвал во мне ряд подозрений.

– Кхем… хорошо, звучит приемлемо. Но, если у нас возникнут разногласия, то как мы будем отделять ложь от правды? Неужели ты совсем не боишься что в будущем я смогу обмануть тебя?

– Меня ты может и сможешь обмануть. Но в этой академии есть тот, кто следит за соблюдением контрактов, и обмануть его у тебя не получится. Этот же человек будет гарантом нашего соглашения и арбитром в случае возникновения спорной ситуации.

Он окончательно перестал улыбаться после этих слов.

– Пожалуй, с него нам и стоит начать этот разговор…

Глава 2. Ультиматум

Следующие четыре дня пролетели быстро, но за это время серая команда успела собраться ещё трижды.

Ни одна из этих встреч не прошла в полном составе, но отсутствующие обычно приходили на следующий день или получали информацию через общий чат который стал заметно более оживленным.

11-ого числа мы собрались для того чтобы утвердить все дальнейшие шаги и изучить наше главное преимущество – возможность изменения регламента.

Поскольку большая часть команды присутствовала на встрече, мы смогли провести голосование за изменение и начать экспериментировать с регламентом. Мы выяснили как именно добавлять и корректировать пункты регламента, как учитывается мнение участников и как они будут уведомляться о внесённых изменениях.

Словом, мы выяснили всё что было необходимо, а в регламенте серой команды появился ещё один пункт, обязывающий каждого участника заключить определенный контракт.

12-ого числа эти контракты вступили в силу, план был окончательно утверждён, а люди ответственные за слив информации приступили к своей работе.

К вечеру 13-ого числа утечка уже произошла и нам оставалось лишь надеяться, что черная и белая команды заглотят наживку.

И вот, наступило 14 число. День начала экзаменов.

Всем первогодкам пришли на телефон инструкции, которые объясняли как будут проходить экзамены и какие награды ждут учеников которые проявят себя лучше остальных.

1 место в параллели – 3 больших балла.

2 место – 2 балла.

3 место – 1 балл.

1 место в академии – 5 больших баллов.

2 место – 3 балла.

3 место – 2 балла.

Помимо наград в сообщении так же была информация о штрафах. Они были прямо пропорциональны наградам. Иначе говоря, тот, кто сдавал экзамен лучше всех на курсе и в академии мог получить 8 больших баллов, а тот, кто напишет хуже всех – потерять ровно то же количество.

«Надо полагать, информация о штрафах добавлена для третьегодок которые так же будут учувствовать в экзаменах».

Я пытался выяснить будут ли отличаться тесты на экзаменах в зависимости от того на каком курсе находится ученик, но никто из серой команды не обладал подобной информацией. Пытаться выведать её у учителей и третьегодок так же было бессмысленно, поэтому мне оставалось лишь принять участие в экзаменах и наблюдать за тем какие результаты покажут первый и третий курсы.

Всего нам предстояло сдать экзамены по 15 предметам в течении пяти дней, с 14 по 19 число.

В первый день этими предметами оказались: государственное право, гражданское право и математика.

Первогодкам удалось удивить меня на первом же экзамене. Несколько человек просто заполнили свои тесты наугад, видимо рассудив, что им нет смысла бояться штрафов, раз уж никто из первогодок ещё не обладал большими баллами.

«Забавно. Им не хватило ума понять, что при таком раскладе приходить на экзамен вообще было не обязательно. Кроме того, видимо они не допускают мысли о том, что счетчик баллов может принять отрицательное значение».

Я же, стараясь не выделяться, написал тест на средний балл. Поскольку это был экзамен по государственному праву я сомневался, что займу одно из призовых мест даже если выложусь на 100%, а значит и напрягаться не было никакого смысла.

«Однако есть человек который считает иначе».

Когда я выходил из аудитории наш капитан всё ещё сидел над своим тестом с очень сосредоточенным лицом.

Аналогичная ситуация произошла, когда мы сдавали тест по гражданскому праву.

Лишь на тесте по математике он спокойно заполнил свои бланки ответов и вышел из аудитории явно не рассчитывая на высокий балл. Мы закончили почти одновременно, поэтому в коридоре смогли перекинуться парой коротких фраз:

– Ты рассчитываешь занять первые места на экзаменах по праву?

– Это вряд ли. Тесты были сложнее чем я ожидал, но ситуация такова, что нам всем придется выложиться.

«А ведь верно, если не наберем достаточно больших баллов, то исполнить план станет гораздо сложнее».

– Я рассчитываю, что ты тоже внесешь свою лепту.

Мне захотелось ответить ему грубо и пренебрежительно, но вместо этого я продолжил отыгрывать образ понимающего и ответственного человека:

– Сделаю что смогу.

***

К вечеру стали известны результаты и выяснилось, что Харабор Грэй занял первое место в параллели на обоих экзаменах. Он набрал 86 и 87 баллов из 100 возможных, тем самым заработав 6 больших баллов. Эти 6 баллов сделали его самым «богатым» первогодкой в академии, ведь никто из нас, включая самого Хара, не попал в топ-3 академии и не сумел заработать по-настоящему больших наград.

Топ-3 академии по каждому из экзаменов всегда состоял из третьегодок, набравших более 94 баллов из 100 возможных. Особенно выделялся человек, занявший первые места на экзаменах по гражданскому и государственному праву.

Гражданское право. 1 место – Анатолий Чеширско. 100 из 100. Красная команда.

Государственное право. 1 место – Анатолий Чеширско. 100 из 100. Красная команда.

Чешир набрал максимально возможный результат сразу на двух экзаменах. Я подозревал что он мог заполучить ответы на них, но что-то мне подсказывало что эта догадка не найдет подтверждения.