Марьяна Соколова
Маргарет

« – …Я не помню, когда всё началось. С какого момента моя жизнь превратилась в кромешный ад. Я забеременела, мой парень бросил меня, я потеряла работу. Через неделю истекал срок аренды квартиры, а мне было нечем платить. Все друзья… (горький смешок) друзья… отвернулись от меня в один момент. Я была в отчаянии, понимаете? Мне было некуда идти…

– Я понимаю, Паола.

– Я решила покончить с собой. Это был единственный способ решить мои проблемы (молчание, прерываемое всхлипываниями).

– Что было дальше?

– Я открыла окно и залезла на подоконник. Я надеялась, что десять этажей – достаточно, чтобы покончить со всем… (молчание, всхлип). И тут я увидела её. Маргарет.

– Кто она, Паола?

– Тогда её лицо показалось мне знакомым. Я подумала, может, она моя соседка или мы встречались когда-то давно – тогда я не смогла вспомнить. Но она стояла там, внизу. Стояла и смотрела на меня с улыбкой… (всхлип). Она раскрыла руки, как будто приглашая меня в свои объятия…

(молчание)

– И что потом?

– Я не смогла спрыгнуть. Я спустилась с подоконника и снова посмотрела туда, где стояла Маргарет. Но там уже никого не было.

– Ты знала её имя тогда?

(молчание)

– Нет…Я не знала, кем была та женщина, я только лишь вспомнила её лицо. Поняла, что мы виделись раньше, когда-то давно. Это всё.

– Но ты встретила её позже, так?

– Да. Она пришла ко мне сама на следующий день. Просто звонок в дверь. Я открыла, а она…там…

(молчание)

– И что она сказала?

– Она назвала своё имя, Маргарет, а также сказала, что она единственная, кому мне следовало доверять. Она обещала мне помочь с деньгами и…(молчание)… этим…»

– С твоей беременностью?

– Да…

(молчание)

– Ты сделала аборт?

(молчание)

– Маргарет сказала, что я не смогу воспитывать ребёнка, он станет лишь обузой. Я согласилась с ней. Я не хотела этого ребёнка. Она дала мне денег на аборт.

– Но кто она, Паола? Кто эта женщина?

(молчание)

– Паола?

– Она единственный человек, кто поддержал меня! Кто не бросил! Это всё, что вам следует знать!

– Паола, что заставило тебя отреагировать агрессивно на мой вопрос? Расскажи, что ты чувствуешь сейчас?

– …Просто…отстаньте от меня!

– Паола, ты хочешь завершить разговор?

– Да. Оставьте меня в покое!..»

Ребекка остановила диктофонную запись и повернулась к полному бородатому мужчине, задумчиво сидевшему в кресле напротив её стола. Он встрепенулся и спросил:

– Это всё?

– Да, больше она ничего не говорит.

– То, что она не особо хочет общаться с психотерапевтом, меня не смущает. Склонные к суициду личности, они такие, тяжёлые. Терпеть их не могу. – Мужчина встал и задумчиво принялся мерить шагами кабинет коллеги. – А вот кто эта благодетельница Маргарет?.. Любопытно, любопытно…

– Она не горит желанием говорить о ней. Это максимум, что я смогла вытянуть.

Мужчина подошёл к столу Ребекки и сел на край, устало посмотрев на неё сверху вниз.

– Когда заканчивается срок её пребывания в Центре?

– Через две недели.

– Ну и забей. – Он встал и снова закружил по кабинету, засунув руки в карманы брюк.

– Не знаю, Макс, что-то меня цепляет в её деле. – Ребекка задумчиво крутила в руке диктофон.

– Слушай, ты же сама знаешь, что такие дела – «мёртвые». Депрессивные подростки, которые прыгают с крыш и режут себе вены – это не наша война. Сделай свою часть работы, а потом передай её дальше. Пусть психиатры с ней разбираются.

– Ей назначены десять часов работы с психотерапевтом, из которых мы отработали только половину. Ты слишком рано сбрасываешь её со счетов, – Ребекка улыбнулась уголками губ. – И она не подросток, ей двадцать два года.

Макс закатил глаза, показывая всем своим видом, что ему плевать. Он, наконец, опустился в кресло и посмотрел на Ребекку поверх очков.

– Именно об этом я и говорю. Уже половина пути пройдена, а мы всё топчемся на месте.

– Мы? – Ребекка удивлённо подняла брови. – С каких это пор дело мисс Пелагатти попадает под твою ответственность?

– Как вы любите придираться к словам, доктор Уильямс, – едко ответил Макс, скривившись.

– Как бы то ни было, у нас ещё пять сеансов впереди. Посмотрим, куда мы придём.

– Что ты надеешься накопать? – лениво протянул Макс, закинув ногу на ногу.

– Я просто хочу помочь ей, – Ребекка снова улыбнулась. – Разве не это наша работа, доктор Пирси, помогать людям?

Макс хрюкнул и скептически посмотрел на Ребекку.

– Я просто на дух не переношу этих истеричных дамочек, которые думают, что весь мир крутится вокруг них. Они прыгают из окон, как только что-то идёт не по их сценарию. Мы же здесь вынуждены впустую тратить своё время на чёртовых нытиков, потому что им комиссией была назначена работа с психотерапевтом. Ну вот скажи, Ребекка, скольких таких пациентов, приволоченных сюда за шкирку мамочками или полицией, ты смогла наставить на путь истинный? Десять процентов? Или ещё меньше? – Макс посмотрел в окно и добавил. – Иногда я жалею, что лоботомию больше не практикуют.

– Даже если я смогу помочь всего лишь этим десяти процентам, значит оно того стоит. – Ребекка невидящим взглядом листала карточку пациента Паолы Пелагатти. – Да и вообще, Макс, что ты взъелся? Ты отказался от работы с такими пациентами уже давно. Тебе какая разница, что другие специалисты тратят своё время на этих, как ты говоришь, истеричек?

– Да мне всё равно, – лениво протянул Макс и затем криво усмехнулся. – Может, я в свою очередь хочу наставить тебя на путь истинный?

– Спасибо за заботу, но я как-нибудь сама разберусь, где истинный путь, а где – нет. – Ребекка захлопнула карточку Паолы и потянулась.

Макс, бросив взгляд на наручные часы, резюмировал:

– Время обеда. Приглашаю вас в шикарный ресторан, расположенный на первом этаже нашего шикарного медицинского центра, о шикарная доктор Уильямс!

И Макс, склонившись в поклоне, галантно протянул руку в приглашающем жесте. Ребекка усмехнулась и схватила сумочку, после чего коллеги устремились к выходу из кабинета.

***

Паола сидела в кресле, обхвати себя руками и смотря в точку перед собой. Под глазами у неё виднелись мешки, вызванные усталостью и недосыпанием. Ещё оливковая кожа приобрела неестественную бледность, потрескавшиеся губы непроизвольно подрагивали.

Ребекка подалась чуть вперед за столом и мягко обратилась к Паоле:

– Итак, Паола, о чём бы ты хотела поговорить сегодня?

Девушка вздрогнула, как будто забыла о присутствии кого-то ещё в кабинете. Она бросила затравленный взгляд на Ребекку.

– Я не знаю.

– Изменилось ли как-нибудь твоё самочувствие с прошлого раза?

– Может быть… Сложно сказать. – Паола опустила глаза, снова сфокусировавшись на видимой лишь ей одной точке где-то в пространстве.

– Ты говорила, что у тебя были проблемы с оплатой аренды за квартиру. Могу ли я поинтересоваться, удалось ли тебе решить этот вопрос? – Ребекка попробовала зацепиться хоть за что-то, чтобы разговорить пациентку.

– Да, – Паола переплела пальцы рук и напряглась. – Маргарет дала мне денег на оплату аренды.

– Как хорошо, что у тебя есть такая подруга, – мягко улыбнулась Ребекка.

– Да, мне повезло её встретить, – голос Паолы дрогнул, и она сделала непроизвольное движение, как будто хотела обернуться, но вовремя остановила себя. Она снова сжала пальцы рук в замок.

– Паола, мне показалось, что тебя что-то сильно тревожит, – Ребекка закинула удочку. – Это связано с Маргарет?

Паола продолжала сидеть, смотря перед собой. Она была похожа на натянутую струну, готовую лопнуть от малейшего прикосновения.

– Маргарет – единственный человек, которому я могу доверять, – голос Паолы звучал механически.

– Я понимаю. Маргарет – хорошая подруга, и она помогает тебе. Но вокруг есть другие люди, которым ты можешь доверять.

– Нет.

– Что нет?

– Есть только она. Только ей я могу доверять.

– Хорошо, – Ребекка кивнула. – Были ли в твоей жизни случаи, когда ты доверилась людям, а они тебя предали?

– Да. Много раз.

– Расскажи мне какой-нибудь из них.

Паола сперва молчала, затем, запинаясь, проговорила:

– Я рассказывала, что мой парень бросил меня, когда я забеременела.

– Он бросил тебя после того, как узнал, что ты беременна?

Паола опустила глаза, потом закрыла лицо ладонями. Ребекка услышала тихие всхлипывания. Какое-то время тишину в кабинете нарушало только сопение Паолы.

После того, как она успокоилась, Ребекка вновь спросила:

– Паола, он бросил тебя после того, как узнал, что ты беременна?

– Да, – хрипло ответила она, и опустила глаза.

– Он сказал ещё что-нибудь? – Ребекка, не отрываясь, смотрела на пациентку.

Паола обхватила себя руками, словно в попытке унять озноб, и выдохнула:

– Нет. Он просто бросил меня, понятно?

– Ты злишься сейчас?

– Да.

– Почему?

– Потому что я не хочу вспоминать о нём! – Паола бросила на Ребекку взгляд, полный боли. – Можем мы закончить сессию на этом?

– Конечно. – Ребекка откинулась в кресле, не сводя глаз с Паолы. – Я жду тебя в четверг в то же время.

Паола коротко кивнула и направилась к двери. У выхода она остановилась и обернулась:

– Маргарет не одобряет мои визиты к вам.

– К сожалению, Маргарет не имеет власти над законом. Твоя психотерапия – обязательный этап, который ты должна пройти на пути к излечению. Тебе прописало десять часов терапии, и ты пройдёшь её.

– Я знаю. Я знаю. – Глаза Паолы заблестели, слеза покатилась по её щеке. Она прошептала: – Аiutatemi.

После чего девушка выскользнула за дверь.

– И что это значит? – Макс вопросительно изогнул бровь.

– Это итальянский. Она сказала «помогите». – Ребекка сделала глоток кофе.

– Но почему по-итальянски?

– Не знаю, но собираюсь выяснить. Это определённо имеет смысл.

Макс страдальчески застонал, посмотрев на Ребекку взглядом истинного мученика.

– Зачем тебе всё это? Она ведь даже не идёт на контакт!

– А что это, по-твоему, было, если не контакт?

– Итальянка, говорящая по-итальянски… Неслыханно! – Макс с садистской кровожадностью пронзил вилкой в курицу на своей тарелке.

– Отстань, – Ребекка отмахнулась от коллеги, как от назойливой мухи.

– Тебе больше заняться нечем? Сколько таких пациентов проходит через наш центр ежегодно? Сотни! И я не помню, чтобы раньше ты испытывала нежные чувства к кому-нибудь из них. Почему сейчас? Почему она?

– У меня предчувствие.

– Предчувствие… – Макс бросил на Ребекку взгляд из-под бровей. – Предчувствие чего? Вселенской катастрофы? Новой волны коронавируса?

– Да, нового штамма, который съест тебя, и я, наконец, освобожусь от бесконечного контроля с твоей стороны. – Ребекка ткнула вилкой его в сторону. Макс парировал её тычок своей вилкой с наколотой на зубья несчастной курицей.

– Не получится. Я слишком толстый для коронавируса. Ему придётся потратить всю свою силу, чтобы меня переварить. Зато настанет конец пандемии!

– Герой, – проговорила Ребекка с сарказмом. – Подумай ещё, ведь человечество не переживёт потери такого блестящего специалиста.

– А я о чём! – Макс вернулся к трапезе. Жуя, он промычал: – Так что это за предчувствие?

– Предчувствие того, что она хочет, чтобы я ей помогла. И то, что она попросила о помощи на итальянском, не случайно. Что-то есть за этим.

– Ну, тогда можешь попробовать поговорить с ней на итальянском, – пожал плечами Макс, не отрываясь от еды.

Ребекка посмотрела на него широко раскрытыми глазами. Макс, почувствовав на себе её взгляд, прекратил есть и крякнул:

– Что?

– Макс, ты гений!

– Ну да. Э…правда?

– Конечно! Она не просто так перешла на итальянский. Если я сумею провести сессию на итальянском языке, это может дать результат!

– Окей… – с сомнением отозвался Макс.

– Нужно только придумать, как это сделать. Я не говорю по-итальянски, так что придётся, видимо, приглашать специалиста.

– Ну, это уже техническая часть. Главное, мы знаем, какой результат у нас должен получиться в итоге.

– Так ты снова в деле? – Ребекка хитро улыбнулась.

– Я и не выпадал из него, – Макс подмигнул ей. – Тебе определённо понадобится помощь опытного коллеги.

– Ну, разумеется. – Ребекка прыснула, и тут же выражение её лица сменилось серьёзным. Она покачала головой: – Не нравится мне эта Маргарет.

Макс пожал плечами и отодвинул тарелку. Промокнув губы салфеткой, он изрёк:

– Да. Мне тоже.

***

Паола лежала на диване, свернувшись калачиком. Её бил озноб. Тело ныло так, словно накануне она разгрузила грузовик кирпичей. Она была закутана в тёплый плед, но даже он не спасал её от холода. Этот холод исходил из неё самой. Даже в Аду сейчас она не смогла бы согреться.

На край дивана кто-то сел.

– Маргарет, ты пришла, – прохрипела Паола, скосив взгляд на рыжую женщину, сидящую у неё в ногах. Та улыбалась, как обычно.

– Конечно, я пришла. – Голос Маргарет был спокойным и мелодичным. Она ласково потрепала Паолу по плечу. – Как ты себя чувствуешь?

Паола выругалась на итальянском и затем ответила уже на английском:

– Плохо. Всё тело ломит. Я не знаю, сколько ещё продержусь.

– Ты сильная. Ты справишься. Помнишь, что сказал доктор?

– Да. Он сказал, что я сильно истощена, и рекомендовал много отдыхать.

– Ты много отдыхаешь. Ты не работаешь, все твои расходы я взяла на себя. Так почему ты не чувствуешь себя отдохнувшей?

– Я не знаю.

Правый краешек губ Маргарет пополз вверх.

– А я знаю. Потому что эти докторишки на самом деле ни на что не годны. Ты ходила к доктору Джефферсону, он сказал тебе отдыхать, но это не помогает. Сейчас ты ходишь к доктору Уильямс, и она лишь беспрестанно мучает тебя вопросами, именно это вытягивает из тебя остатки энергии. Доктора не помогут тебе, Паола.

Внезапно лицо Маргарет оказалось напротив лица Паолы. Девушка от неожиданности вздрогнула.

– Я единственный человек, который может помочь тебе. – голос Маргарет звучал холодно, что не соответствовало её доброжелательному выражению лица. Она протянула Паоле стакан воды. – Держи. Тебе нужно попить.

Паола кивнула. Она села и взяла стакан, после чего послушно выпила содержимое. Вода показалась Паоле немного горькой, и она невольно поморщилась.

Маргарет убрала стакан в сторону.

– Чтобы я смогла помочь тебе, ты должна прекратить ходить к доктору Уильямс. – Она смотрела прямо в глаза Паоле. – Своими бесконечными вопросами она лишь больше вредит тебе. Понимаешь?

– Да, – тихо обронила Паола, на что Маргарет удовлетворённо кивнула. – Но я должна отходить все сеансы, иначе меня определят в психушку.

– Это верно. Ты доходишь необходимое количество часов и распрощаешься с ней. Это понятно?

– Да.

– Хорошая девочка.

Маргарет села рядом с Паолой и обняла её. Она стала укачивать девушку в объятиях как ребёнка. Потом она запела сладким голосом.

– Баю-бай, баю-бай, этого ребёнка кому я отдам? Я отдам его Бефане, она позаботится о нём неделю. Я отдам его Черному Человеку, он пробудет у него целый год…

Паола чувствовала, как глаза её начали слипаться. Вскоре она уже и вовсе глубоко спала, окутанная мягким голосом Маргарет, словно коконом. Во сне мама обнимала её и пела точно таким же сладким голосом: «…Lo darò all’Uomo Bianco, che lo tiene finché è stanco. Lo darò al Saggio Folletto, che lo renda Uomo perfetto…»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.