Оксана Чернышова
Ночные тени

Пролог

Я сгорала в сладостном огне, извивалась и громко кричала. Обжигающая плоть лава сладострастия струилась по сосудам вместо крови. Зрения меня лишили. Мои глаза закрыты плотной тканью. Поэтому все остальные чувства обострены до предела. Кожа болезненно чувствительна, уши ловят любой вздох, шорох, стук сердец. И запахи. Тонкие и пряные ароматы смешиваются, создавая шедевр парфюма, который взорвал бы тренды в моде. Кто они, мои мучители?

Нежные сильные руки гладят, потирают, мнут кожу. Играются с моим телом. Лепят из него всё, что им заблагорассудится. Жадные губы пьют моё дыхание, высасывая последние остатки кислорода, заставляя гореть лёгкие, а затем давая вздохнуть. Живительный воздух кружит голову. Мозг находится в постоянном напряжении.

В голове нет ни одной мысли. Соски от напряжения, став каменными проводниками молний, пускают эти сладострастные стрелы в лоно. А между ног вулкан. Он зарождается у пупка, скручивая внутренности, и жаром растекается, изливаясь соками в промежность. Сладкую патоку любовных соков слизывают жадные языки.

Я это слышу, и от вожделения выгибаюсь всем телом, выставляя грудь с болезненными сосками и раскрываясь, как бутон, созревший, чтобы стать прекрасным цветком, взращенным любовью моих мужчин. Твёрдое доказательство, что не так уж равнодушны и терпеливы мои любовники, я ощущаю в своём лоне. Движения внутри сильные, жадные, такие нужные.

Но не приносящие облегчения, пока второе достоинство не проникает в запретное отверстие. Вот сейчас я чувствую себя целой, владычицей мира, на самом пике наслаждения.

И резко картинка меняется. Пытаюсь ухватиться за прежнюю, но меня отвлекают другие ощущения, не менее сладостные. Стою под прохладными струями дождя, крепко прижимаясь к мускулистому телу. Мои руки жадно гладят гладкую, рельефную от бугрящихся мышц, кожу. От него пахнет хвоей. Я дрожу всем телом и тихо плачу от резкости ощущения: прохлады воды и жара родного тела.

Но мне чего-то не хватает для полного счастья. Когда за плечи меня обнимает ещё один мужчина, покой разливается по телу, унося тревогу и ненужные мысли. Теперь всё так, как и должно быть. Мы вместе, а это главное. И снова вихрь уносит нас в другое место. Я цепляюсь за сон всеми силами и не могу ничего сделать.

Пытаюсь сорвать повязку, но мне это не удаётся. Потому что повязки и не было. Это был ещё один сладостный, но сон. Щёки мокрые от солёной влаги. Я опять проснулась вся в слезах. Грудь ноет. Я ёжусь от неприятного ощущения, когда соски касаются мягкой ткани пижамной майки. Она мне кажется грубой и кусачей. Мне и касаться не надо пульсирующей плоти между ног. Я знаю, что трусики и шортики мокрые, и липкая смесь раздражает. Я становлюсь злой и неудовлетворённой.

– Да когда это всё закончится? Я настолько озабочена, что мне снятся двое любовников. Мозги надо лечить, дорогая. Марш под душ, – дала себе пинка.

Я никогда не рассказывала именно про эти сны. Никому. Даже своей любимой и единственной близкой подруге Настьке. Только про кошмары, что снились мне каждую ночь после мига счастья.

Глава 1. Сон

Янина

Мне снятся кошмары. Какой уже месяц один и тот же кровавый ужас. Я – безмолвный и недееспособный свидетель. Выглядят по-разному, меняется место действия, и каждый раз новая героиня. Вижу разрушенные города, реки крови и понимаю, что люди проигрывают в войне с «Ночными тенями». Я просыпаюсь в одно и то же время – в два часа ночи, с криком, в холодном поту.

Сегодня эта была белокурая блондинка. Она спала в роскошном пентхаусе. Её разбудил сильный удар в стекло. Девушка, откинув одеяло, встала и подошла к злополучному панорамному окну. Движения её были изящны. Гибкий стан, высокая грудь, тонкая талия, длинные ноги. Густые вьющиеся волосы золотым водопадом рассыпались по плечам. Она богиня ночи.

Я хотела предупредить её об опасности: «Не подходи! Прячься!»

Но не могла ей сообщить о таящемся за окном зле. Сколько бы я ни билась, сколько ни кричала, результат один – тишина. Но она недолгая. Ведь на улице царит хаос. То там, то тут взрываются машины, рушатся здания, умирают люди. И это поистине страшно.

Она смотрела на всё это, зажав рот ладошками. Удар – и в стекло врезалась огромная летучая мышь. Противный скрежет по стеклу прорвал плотину. Девушка истошно завизжала. Заметалась по комнате, заламывая руки в бессилии. Ещё удар – и ещё одна мышь прицепилась к стеклу. Их уже столько, что не видно света от полной луны. Блондинка трясущимися руками включила торшер. Бедняжка думала, что он её спасет. Да, спас. Отсрочив смерть на пару мгновений удара сердца. Стекло под натиском монстров не выдержало. Хрупкая преграда лопнула, и в сторону девушки полетели мелкие осколки, раня белоснежную кожу. Кровь засочилась из мелких ран, капая на пол. Но девушка не замечала боли. Она во все глаза смотрела на тех, кто раньше был летучими мышами.

– Это вампиры. Боже, это вампиры! – закричала бедняжка.

Я передёрнула плечами, озвучивая весь этот ужас подруге.

– И что дальше? – тяжело вздохнула Настя.

– И всё. Конец дальше.

– И вот эта хрень тебе снится каждую ночь? Ты что, ужастиков пересмотрела?

– Угу. Уже как полгода я просыпаюсь в холодном поту в два часа ночи. Да будет тебе известно, я ужастики и всякую мистическую дребедень, даже триллеры, вообще не смотрю.

– Жесть, подруга! А я всё думала, почему у тебя прочно обосновались круги под глазами. Всё надеялась, что ты завела себе любовника и все ночи проводишь на зависть соседям, в объятиях какого-нибудь мускулистого качка.

– Издеваешься? Да, Насть? У меня что, есть время на пустые интрижки? Я ещё не выплатила ипотеку за квартиру.

– Ой, брось, Янина. А жить когда? Ты вообще в курсе, что женщине нужен секс? Желательно с горячим мачо на морском побережье. Качественный! – подняла она палец. – Для здоровья полезно. Ты вот когда в последний раз была в отпуске? Ну вот скажи, когда?

Я неопределённо пожала плечами.

– Вот и я об этом. Тебя лишь отпустили на три дня. На похороны бабушки, и то с боем. Только отдыхом это не назовёшь.

Я тяжело вздохнула. Вина, что не приехала к ней раньше, гложет меня уже полгода. На глаза навернулись слёзы.

– Вот зачем ты так, Насть? Ведь знаешь, что мне тошно от этого.

Но подруга не видела расстроенного лица, не слышала слёз в голосе. Если она что-то решила – это всё, звездец. Пакуйте, тараканы, чемоданы и сваливайте. Пока не достигнет поставленной цели, не успокоится. А её цель – отправить меня в отпуск. Я тяжело вздохнула, беря эмоции под контроль. Уйдёт, тогда буду рыдать в подушку.

– Завтра понедельник. Напиши заявление на отпуск. Возьми нерастраченные отгулы, купи билет на самолет, и на морюшко. Туда, где тепло, солнце и много красивых парней. Жаркий секас, подруга. Жаркий! – выделила она слово, рисуя пальцем перед собой сердечко. – А не быстрые перепихоны с заржавевшим вибратором. Ты вообще скисла после того, как тот мудак попользовался тобой. Пора бы уже забыть своего менеджера. Как там его звали?

Я невесело усмехнулась. Даже если меня и отпустят, то денег хватит доехать до тёткиной дачи. А там уж точно не отдохнёшь. И я уже давно порвала с руководителем отдела. О чём и поведала Настасье, как она себя любила называть. Подругу такое заявление ничуть не смутило.

– Тогда поезжай в деревню. Там целебный воздух, лес, озеро. Ты давно была в лесу?

– Знаешь же, что давно.

– Вот, точно! Ты едешь в деревню, – подруга за меня всё уже решила. – Огород пахать не будешь, наслаждайся природой. А там смотри и найдешь какого-нибудь себе мужичка. Будете вместе жить – не тужить, и коров на пастбищах пасти.

– Предлагаешь найти себе пастуха, что ли?

– Что за предвзятое отношение к профессиям? Я, между прочим, работаю секретарём, и никому не позволяю с пренебрежением относиться к своей профессии.

– Ну, да-а-а-а! Помню, как ты последнего своего бойфренда выкинула из своей жизни. Бедолага лишился горячего секса, назвав тебя на корпоративе «секретуткой». Что, до сих пор тебе присылает цветы и драгоценности в качестве извинения?

Отчего-то была уверена, что Настя на «секретутку» не обиделась, но вот помучить денежного обидчика она всё же была должна.

– Конечно. Он же заместитель директора в нашей фирме. И видит меня каждый день.

Настя поправила свои буфера пятого размера. Помнится, за увеличение бюста платил именно заместитель директора.

– Насть?

– А?

– А Вартан Георгиевич тебе счёт не выставил? За вот это богатство, которое уплыло из его жадных ручонок? – я, смеясь, потыкала пальчиком в сторону тяжёлых «красавиц».

– Я пообещала ему, если он выставит счёт, то ему яйца увеличат до такого же размера.

Громкий оглушительный смех эхом пронесся по квартире. Повалившись на пол, прижала руки к животу. Всё теперь от смеха пресс будет болеть.

Мы перебрались с кухни в гостиную.

– Да ты, подруга, страшна в гневе.

– Ещё бы! Ладно, пошли, меня проводишь. Мне ещё нужно заехать к массажисту. Это ты у нас можешь себе позволить есть вредную, нездоровую пищу. Мне же нужно следить за своей фигурой. А об отпуске всё же подумай. Раз не хочешь идти на приём к мозголому.

– Он называется психологом.

– Вот-вот, и я об этом.

Пришлось подниматься и провожать подругу. Моя Настька рыжеволосая красавица с большими глазищами. С тонкой талией и крутыми бёдрами. Надев чёрные туфли на шпильках и чмокнув меня в щёку, рыжая нимфа выпорхнула из квартиры.

Закрыв за ней дверь, подошла к зеркалу, с пристальным вниманием рассматривая себя. Настька была права. От недосыпа у меня появились тёмные круги под глазами. И фигура больше напоминала щепку. Густая чёрная челка закрывала лоб, волосы затянуты в тугой хвост. Ни грамма косметики. Накинь белый балахон, выйди ночью на улицу – и люди будут в страхе шарахаться от такой неземной красоты. Только привидением людей пугать. Да, куда мне до подруги.

– У-у-у-у-у! – завыла я протяжно и заунывно. Кентервильский коллега отдыхает.

От созерцания меня любимой отвлёк кошачий ор. Ванилька, почувствовав уход подруги, активно требовал выпустить его на свободу. Сразу вспомнился мультик: «Свободу попугаям! Свободу попугаям!»

Вот и Ванилька так же орал, только по-кошачьи. Мой волосатый чёрный самец терпеть не мог Настасью. Может, ревновал? Кто его знает? Она, впрочем, его тоже недолюбливала. Хоть у кого-то полнейшая «идиллия» в отношениях.

Любимый котяра предпочитал спать по ночам на балконе. Потому как мой сон был в последнее время беспокойным. А это мешало «его величеству» почивать на мягких подушках. Ну, а если честно, его терпение лопнуло, когда, проснувшись от очередного кошмара, нечаянно пнула его ногой так, что он свалился с кровати. За этот досадный инцидент долго перед ним извинялась. Однако, похоже, Ванилька меня до сих пор так и не простил.

Взяв на руки любимого кота, чмокнула в нос. Надеюсь, он простит меня за смену обстановки. И ему, и мне пора познакомиться с другим миром.

Да! Нужно быть решительной, раз надумала изменить свою жизнь.

Глава 2. «Любимая» работа

Янина

Как же я ненавидела свою работу, кто бы знал! Но, раз загнала себя в кабалу, то будь любезна, паши, словно ты ломовая лошадь. А иначе лишишься последнего жилья и пойдёшь, как говорится, по миру мытариться.

Зайдя в отдел кадров, попросила заявление на отпуск. На что кадровичка недовольно меня отчитала:

– Заявления находятся у старшего менеджера, с ним же решаются вопросы об очереди на отпуск. Так что не отвлекайте и идите к своему руководству.

Недовольно скривилась. Со старшим менеджером у меня были не особо тёплые отношения. Я старалась его избегать. У нас был бурный непродолжительный роман. Очаровательный, обаятельный мужчина вскружил голову молодой сотруднице.

От обилия феромонов или гормонов, кто теперь разберёт, мне снесло крышу. И, никого не слушая, закрутила с ним роман. Секс в кабинете, в душевой, в подсобке. Особенно ему нравились быстрые перепихоны в обеденный перерыв. Подсела на адреналин, бушевавший в крови, который позволял достигать сногсшибательного оргазма. Быстро, жёстко, властно. Похоже, по жизни это было его девизом. Только не на одну меня у него были планы.

Через месяц завёл себе новую пассию. Поначалу было больно и обидно, но потом пришла пустота. Уговорила себя, что это был всего лишь секс. Который время от времени нужен каждой женщине, как любила говорить Настька. Она-то по этому поводу совершенно не парилась.

Узнав об обмане, вначале хотела уволиться с работы. Чтобы только не видеть эту наглую довольную рожу. Меня остановила Людмила, секретарь Сергея Анатольевича.

– Не ты первая, Янина, не ты последняя. Каждая вторая женщина через это проходит. Отомсти ему за причинённую боль, стань незаменимым сотрудником. Он обращает своё внимание лишь на тех, кто в этой жизни что-то из себя представляет.

Вот думаю, стоило ли всё это моих нервов? Я стала одной из лучших в отделе продаж. Перевыполнив план вдвое. Когда Сергей Анатольевич решил взять крепость во второй раз, он натолкнулся на глухую стену. Бывший получил жёсткий отпор. Ему пришлось отступить. А этого мой руководитель простить никому не мог.

Постучавшись, вошла в кабинет.

– Можно? – негромко спросила я.

– Да! – гаркнул начальник. Но, увидев, что вошла я, а не его очередная любовница, грубо спросил: – Чего тебе?

– Мне нужен бланк. Хочу написать заявление на отпуск, Сергей Анатольевич, – говорила как можно нейтрально, со скучающим видом.

Услышав это, начальник недовольно скривился.

– Может, ещё скажешь, что в декрет собираешься? А что? Штат у нас большой, давайте все в декрет пойдём, – широко развёл он руками, показывая, какой у нас штат.

«А не фиг было свою пипиську совать без защиты куда не следует. Хотел острых ощущений – получай фашист гранату», – злорадно подумала я. У него, видимо, кто-то был передо мной, раз его до сих пор трясло.

– Ты уже третья за утро, кто требует отпуск. Вы что, с ума по сходили? А работать кто будет?

Я лишь неопределённо пожала плечами. Интересно, кто ему сообщил о беременности?

– Я за три года ни разу не была в отпуске. И уже на пределе. Так что хочу взять отпуск за все три года.

– Вольная, ты здорова? Какие могут быть отпуска, когда у нас не выполнен план по продажам?

– Не знаю, как у вас, у меня план перевыполнен. Мне нужен отпуск. Хочу уехать из города и сменить обстановку.

– Я тебе, Янина, предлагал в прошлом году поехать на конференцию со мной в Турцию. Ты отказалась.

– Зато вы, Сергей Анатольевич, прекрасно провели это время с любимой невестой, – невинно захлопала я ресничками.

Сергей Анатольевич, поднявшись из-за стола, хищно двинулся в мою сторону. Я же не сдвинулась с места, время бояться прошло. Да и вытравил он уже давно все светлые чувства к нему. Больно схватив меня за плечи, грубо притянул к себе.

– Пойдёшь в отпуск – можешь обратно не возвращаться. Сразу пиши заявление на увольнение. Тебе всё ясно?

– Всё ясно. Отпустите меня, Сергей Анатольевич, я уже не в вашем подчинении.

– Ты меня ненавидишь? – со злостью спросил он. Губы скривились, обнажив белоснежные клыки. На стоматолога мой босс не скупился.

Сама себе удивлялась, что я нашла в этом самоуверенном, расчётливом самце? Ну, вот что? Никогда не заботился о моих чувствах, только подавлял морально. Хорошо, что уже переболела им.

– Чтобы человека ненавидеть, нужно к нему что-либо чувствовать. А вы, Сергей Анатольевич, не тот человек, который мне дорог. Отпустите меня. Останутся синяки.

Зло так и полыхнуло в его глазах. Но он не был бы старшим менеджером, если бы не мог контролировать свои эмоции и держать себя в руках.

– Две недели можете не отрабатывать, Вольная. Фирма больше не нуждается в ваших услугах, – отчеканил он и, отвернувшись, пошёл к своему столу.

Вот и всё. Я теперь безработная. Попросила отпуск – получила увольнение. Замечательно. Хотя, не этого ли я желала все эти годы?

– Спасибо, вы очень добры.

Выйдя из кабинета, подошла к своему столу. Нужно было забрать те немногие личные вещи, которые лежали в ящиках. Видя мои сборы, ко мне подошла первая сплетница Татьяна.

– Янина, что-то случилось?

– Да. Меня уволили. Пошла попросить отпуск, а мне приказали написать заявление по собственному желанию. Представляешь?

– Да, ты что? Ой, блин, а я хотела взять отгулы. Ой-ой, что же теперь делать?

– Пахать, дорогая. Пахать, пока не отбросишь копыта. На благо вашей фирмы, – со злорадством выделила слово «вашей». – Ну, а я, слава Богу, в этом дурдоме больше не участвую, – подняв вверх руки, громко крикнула. – Ю-ху-у-у, свобода!

Всегда хотела так сделать. Написав заявление и взяв обходной лист, потратила ещё пару часов своей свободы на благо бывшей фирмы. Забрав трудовую книжку, с чистой совестью отправилась в агентство по недвижимости. Мне нужно было договориться о сдаче квартиры. За ипотеку-то мне нужно было платить каждый месяц. А сдача жилья в центре города была актуальна. Так что, к вечеру у меня было уже несколько предложений о съёме.

Подписав договора в агентстве, обсудила срок сдачи жилья. У съемщиков попросила пару дней на освобождение квартиры. Нужно было избавиться от лишних вещей. А с этим вопросом мне могла помочь Настька. Ей же отдала запасные ключи, чтобы проверяла время от времени квартиру, а то мало ли. Бережёного, как говорится, Бог бережёт.

Глава 3. Дорога

Янина

Рюкзак за спиной, кошачья переноска, документы и деньги в потайном кармане – вот и всё моё богатство. Настасья вслед уезжающему автобусу махала кружевным платочком.

Но перед этим она прочла мне целую лекцию о жизни в посёлке. Без наставлений подруги не обошлось.

– Как приедешь и обустроишься, сразу купи себе велосипед или мопед. Это, знаешь ли, у нас ходят автобусы, маршрутки каждые пять минут. А там ты можешь ждать их часами. Да и расстояния знаешь, какие? – округлила она и так большие глаза.

– Там, наверное, и со связью могут быть проблемы, – отметила я. Когда ездила на похороны бабушки, смутно помнила то время. – Но не думаю, что дом сильно обветшал. Прошло всего полгода. Так что, не волнуйся за меня. Жить есть где.

– Янин?

– А?

– А может, ну его, останешься дома? Я помогу тебе хорошо устроиться. И квартиру быстро отобьёшь.

– Это ты, Насть, на что сейчас намекаешь? На богатого папика с большой мошной?

– Не мошной, а банковским счётом.

– Не умничай, – сказала я.

На том и попрощались. Поцеловав в щёку подругу, отправилась занимать своё место в автобусе. Ванилька проявлял недовольство в переноске. Зная о том, что ехать придётся долго, купила любимому коту ошейник и поводок.

Смотрелось это комично. Обычно говорят о дамах с собачками. Обо мне же будут рассказывать, как о девушке с чёрным котом на поводке. Да и ладно! Зато я была уверена, что он никуда от меня не удерёт. Хотя прекрасно понимала, что для Ванильки это был большой стресс. На такие расстояния от дома никогда ещё его не возила.

В последний раз, когда была в посёлке, ко мне подошёл парень и сунул в руку бумажку с номером телефона. В детстве, когда гостила в деревне, он брал меня с собой купаться на озеро. Его звали Никита. Сын лесника, сейчас и сам был уже лесником. Мне он всегда напоминал большого пушистого мишку.

Что-то в нём было милое и надёжное. С ним я себя чувствовала, как за каменной стеной. Один только взгляд чего стоил. Не говоря о телосложении. Противники, завидев его, трепетали от ужаса. А городские охотницы за тестостероном закапали бы его слюной. Ему сейчас было лет двадцать пять. Да, точно, бабушка давно рассказывала, что он старше меня на год.

«Интересно, он женат? Хотя, к чему это я? Почему меня заинтересовал этот здоровяк? Может, потому что я видела, как он на меня смотрел?»

Отогнала от себя такие мысли. Не зная, занят ли парень, а я о нём думаю. С меня уже хватило одного с невестой. Больше такой ошибки не допущу. Засунув в уши наушники, включила звуки природы. Моё место находилось возле окна и это радовало.

Вначале Ванилька пялился в окно и жалобно мявкал, но после того, как поцеловала его в нос, успокоился и свернулся клубочком на моих коленях. Зато мысли никак не желали сворачивать в другую сторону, всё время возвращаясь к Никите. Стоило попросить его о помощи.

Зная о том, что приеду в полночь, всё же набралась смелости и позвонила другу детства. Немного поболтав о доме и погоде, попросила его за мной заехать. Уж очень мне не хотелось идти пару километров в темноте по незнакомой местности. Кажется, Никита был очень рад моему приезду, и это грело душу. Мне нужны были друзья на новом месте.

Пару месяцев я точно собиралась жить в глуши. Хотя, какая это глушь? Когда это был посёлок городского типа. В центре селения даже были старые двухэтажные дома. Большой супермаркет, кинотеатр, библиотека и клуб. Надеюсь, что интернет тоже есть, а иначе подохну от скуки. Не на край света же, в самом-то деле, еду.

Звучавшие в ушах звуки леса навеяли мысли о совместных с Никитой походах. Как же всё просто было в детстве. Захотел на речку – взял пару яблок и отправился купаться. Захотел на рыбалку – накопал червей, взял удочки, которые заранее сам смастерил, и пошёл рыбу ловить. Отлично умела в детстве делать их из камыша. Пусть они были не такие крутые, как у Никиты, но были же!

Эх, детство, куда же ты ушло? Да, может в двадцать четыре рано о нём задумываться, но всегда приятно вспоминать о беззаботных годах. Когда мне было пять лет, родители ещё были живы. После их смерти меня забрала к себе в город мамина мама. Но каждое лето меня привозили в деревню к папиной маме. Там впервые и познакомилась с пухленьким мальчишкой.

Вспомнила случай, когда друг закрыл меня своей спиной от огромного волка. Бабушка, правда, сказала, что это была одичавшая собака, а не волк. Но даже если и так, для мальчишки это смелый поступок. Никита тогда что-то низко прорычал, и волк скрылся в лесной чаще. Разве не смелый поступок? Видимо, переезд сильно ударил по моим расшатавшимся нервам, раз обо всём этом я сейчас вспоминала. Даже помню дикий восторг, когда, влетев на кухню, начала бурно рассказывать бабушке об увиденном.

– Ба, ба, ты не представляешь! Никита меня защитил. Он нарычал на волка, и тот скрылся в лесу!

– Никитка, так тебя раз так! Ты куда её водил, паршивец? На дальнее озеро? – бабушка схватила грязного пацанёнка за ухо. Хотя, он ей уже тогда был по плечо. Выволокла за дверь и отхлестала хворостиной. Никита даже не заплакал. Я тогда обиделась на бабушку. Разве можно было бить героя?

Интересно, а какой он сейчас, какие у него увлечения, изменился ли характер? Я видела его полгода назад на похоронах бабушки, но в то время была, как в тумане. Смутно помню высокого парня, передавшего мне записку с номером своего телефона. Если у меня метр шестьдесят, то у него рост, наверное, под два метра. Зажмурив глаза, мысленно отчитала себя за то, что опять думаю о друге из детства. Сейчас наверняка всё изменилось.

Автобус затормозил, подбирая на остановке пассажира. Вошедший был полностью одет во всё чёрное: штаны, футболка, ветровка с капюшоном, высокие сапоги на шнуровке. Войдя в автобус, пассажир, как мне показалось, к чему-то принюхался. Надеюсь, показалось, я уже привыкла к тяжёлому запаху пота, сала с чесноком и к пролитому пиву.

Отбросив капюшон, он пристально осмотрел пассажиров. Но, не увидев никого подходящего, остановил взгляд на мне. Парень был высок и жилист. Довольно-таки симпатичный, с фарфоровой кожей. Наверняка гот или металлист какой-то. За плечами рюкзак. Он чему-то усмехнулся, показав белые ровные зубы. Поджав губы, отвернулась к окну. В надежде, что он пройдёт мимо меня. Надежда, как обычно, меня подвела.

– Простите, тут свободно? – спросил бархатный, обволакивающий сознание голос. Ну, словно домашний кот вкупе с опасной пантерой. Захотелось протянуть руку и почесать за ушком.

Но слава Всевышнему. Не успела ни ответить, ни руку к нему протянуть. Проснувшийся Ванилька выгнул спину и грозно зашипел на парня. Парень выставил руки вперёд и, обращаясь к коту, сказал:

– Понял, понял, братан. Место занято, и чего так кричать?

Да, все чудесатее и чудесатее. Видимо, на мне точно сказываются кошмары.

– Я думала, одна разговариваю с животными, – еле слышно прошептала, но меня услышали.

В это время парень закидывал свой рюкзак на полку для ручной клади. Гот приземлился сзади моего кресла.

– Нет, конечно же. Все разговаривают с животными, но не все это афишируют. А ваш кот собственник и жуткий ревнивец.

– Да, Ванилька такой. Мою лучшую подругу на дух не переносит.

– Знаете, животные не любят конкуренции. Меня, кстати, Петром зовут.

– Очень приятно, – вздохнула я, успокаивая всё ещё нервничающего Ванильку. – А меня зовут Янина.

– «Милость Божья», как интересно. Ваши родители верующие?

– Не знаю, они погибли в автокатастрофе.

– Простите, не хотел затрагивать ваши воспоминания.

– Ничего страшного. Давно это было. А что означает ваше имя?

– «Камень, скала». От древнегреческого «Петрос».

– Как интересно. Никогда не придавала значения именам.

– Имена нам даются не просто так. Каждое имя, каждая цифра имеет своё значение.

– Увлекаетесь нумерологией?

– Да, я много чем увлекаюсь, люблю читать. Ведь в книгах много знаний, много интересного. А вы какую музыку слушаете? – спросил парень, показывая на наушники в ушах.

– Можно на ты. Я не настолько стара, чтобы на вы.

– Хорошо, – в его голосе проскользнула улыбка. – Так, что ты слушаешь?

– Звуки природы.

Пассажиры начали возвращаться на свои места. А это значило, что короткая стоянка окончена.

– Хочешь, послушаем вместе? – предложила я.

– А как же твой пират?

– Он не пират, он Ванилька. Посажу его в переноску. Пассажирское место покупала лишь одно. И мне не хочется доплачивать водителю за ещё одно пустующее. Ты не первый, кого он шугает.

Говоря это, с усилием запихивала упирающегося кота в переноску. Он жалобно мявкал и извивался, словно он не кот, а уж. Но всё же моё упорство и настырность победили.

– Ух, – проговорила я, вытирая ладонью проступивший пот со лба.

– Все? Злой Ванилька в клетке? – спросил Петр, смотря из-за спинки кресла. Я оглянулась на голос, а парень обворожительно улыбнулся.

– Ага, можно и так сказать. Он ещё ни разу не путешествовал, поэтому дорогу переносит с трудом.

– А-а-а-а, тогда можно понять котейку. Конечно, это стресс для животного.

– Это стресс не только для него, но и для меня, – поведала я Петру.

– Не любишь путешествовать?

Я передёрнула плечами, но всё же ответила:

– Я городской житель. Предпочитаю уют и комфорт, а не палатки и змеиные укусы.

С Петром мне было легко общаться. Парень был эрудирован, что большая редкость среди молодёжи. За час до моей остановки он вышел. У меня теплилась надежда, что он попросит номер телефона. Чаяния одинокой путешественницы не оправдались. А жаль, очень жаль.

Вытащив Ванильку из переноски, прижала к груди. Кот слегка прикусил мой подбородок. В его глазах было полно осуждения.

– Прости, родной, – чмокнув кота в нос, положила его на колени.

Глава 4. Бабушкин дом

Янина

Открыв двери, водитель вышел вслед за мной на остановке. В багажном отделении находился мой неподъёмный рюкзак.

– Давайте я, – услышала я знакомый бас Никиты. Парень охнул, вытаскивая рюкзак. – И как ты его сама тащила?

– Привет! Спасибо, что встретил. Подруга подвезла меня к автобусу, а там уже водителю доплатила, чтобы он его закинул в багажное отделение.

– Привет, – смог вставить в мою шквальную речь приветствие Никита. – Это тебе.

Парень протянул мне примятый букет полевых ромашек. Я, улыбнувшись, зарылась довольным лицом в ромашки.

«Любит – не любит. Плюнет – поцелует. К сердцу прижмет – к чёрту пошлёт», – кажется, вроде так, говорили. Я автоматически отрывала лепестки, произнося заветные слова. Никита, видя это, чуть улыбнулся. Не этого ли он хотел?

Автобус тронулся с места, и единственная лампочка на столбе рядом с остановкой замигала. Подул пронизывающий ветер, я поёжилась. Недовольный Ванилька замяукал. Никита поднял нос к верху и к чему-то принюхался.

«Меня окружают сплошные нюхачи», – удивилась я, вспомнив Петра и его странное поведение в автобусе, когда он в него поднялся. Теперь вот Никита.

– Всё в порядке, Никита? Может, поедем? А то тут зябко.

Видимо, парень совсем не замечал холодного ветра. Ему-то что, у него явно кожанка, как ветровка.

– Прости, – очнулся парень. – Вот, надень. А то у нас бывают холодные порывы ветра, а ты в лёгкой кофточке. Парень, с неодобрением покачав головой, сам надел на меня огромную куртку. Видя, что мои кисти спрятаны, закатал ещё и рукава на куртке. Закинув в люльку мотоцикла рюкзак, поставил на сидение переноску с Ванилькой.

– Садись сзади меня и крепко держись. За животинку не переживай, гнать не буду.

Сев на сиденье мотоцикла сзади парня, крепко прижалась к его спине, пальцами вцепилась в рубаху. Руки сцепить в замок не получилось, слишком он был мощным для меня.

Пятнадцать минут тряски – и мы подъехали к бабушкиному дому. На столбе исправно горела лампочка, тускло освещая покосившуюся калитку. Никогда не любила темноту, а после ночных кошмаров она меня очень сильно пугала.

– Как только ты мне позвонила, я связался с электриком, и он подсоединил к дому электричество. Холодильник старенький, но исправно работает. Телевизор тоже ловит два канала: один центральный, второй местный. Там крутят иногда хорошие фильмы, – всё это Никита мне сообщал, пока выгружал моё немногочисленное добро.

– Спасибо, Никита. Я с тобой никогда не расплачусь.

Вошли вместе с ним во двор. Я несла переноску. Он, как истинный джентльмен, – рюкзак. Моё замечание насчет «не расплачусь» попросту проигнорировал.

– Разувайся, я сегодня подмёл в комнатах и вымыл полы. Не переживай. Бельё на кровати тоже чистое.

Пока он мне всё это рассказывал я, честно говоря, от удивления открыла рот. Морально уже была готова к тому, что буду спать в темноте и на простынях, пахнущих сыростью. А тут такое.

– Я заранее подогрел воду в бойлере, так что она должна быть ещё теплой. Да, в холодильнике еда. Тебе хватит, как минимум, на неделю. Очевидно, ты вообще не ешь.

За это время, пока он говорил, я стянула с себя куртку и кофту. И он внимательно меня разглядывал. Стало неудобно. Слегка поёжилась, он же отвёл от меня суровый взгляд. Как мне показалось, Никита был чем-то обеспокоен.

«Такой мужчина пропадает. А может, и нет», – у меня не было слов, чтобы выразить благодарность.

– Янина, ты долго планируешь тут находиться? Ты ничего плохого не подумай, просто хочу знать. Нужно ли на зиму дрова заготавливать? Газ только начали проводить в двухэтажки. Совсем забыл, там за домом огород посажен, бабушка его всегда соседям отдавала. Сил обрабатывать землю у неё не было. Ты, если решишь заниматься хозяйством, подсоблю.

– Пока на пару месяцев планирую остаться. Спасибо, Никит. За всё спасибо. Но хозяйство – это не моё. Я честно ожидала другое.

– Что-то не так?

– Да нет, всё так. Мне так спокойно в этом доме. Надеюсь, меня перестанут мучить кошмары. Ты прости, я устала с дороги. Если не возражаешь, пойду, ополоснусь.

Разговор проходил в гостиной. Дощатый пол был устлан циновками, русская печка, стол возле окна, на подоконнике пусто. Когда была жива бабушка, там всегда стояли цветы. На стенах старые, пожелтевшие от времени обои. Помню, я тайком обводила шариковой ручкой цветы и рисовала бабочек. Уверена, бабушка об этом знала, но никогда не ругала за творчество.

– Да-да, конечно, отдыхай. Я хотел спросить. Ты в автобусе с кем-нибудь запоминающимся общалась? Ну, с парнем или девушкой? – вдруг спросил он.

– Да, с парнем. Ванилька на него шипел. Но он меня ко всем ревнует.

– Да, и на меня рычит. Хороший котик. Твой дом стоит практически рядом с лесом. Тут частые гости лесные звери, так что ружьё заряжено солью. На всякий случай, – Никита показал, где висело старое ружьё.

– Ружьё? Солью? – икнула я.

– Ну, да. Солью. Ничего не бойся. Я пойду, пожалуй. Я сегодня у бабушки буду ночевать, если что – звони на телефон. Помнишь, как в детстве?

Никита поднял красный телефон «Чебурашка». Я засмеялась.

– А с мобильными совсем всё тяжко? С интернетом? – в моих глазах поселилась вселенская грусть. Как же я без интернета?

– Бывает такое, сигнал слабый.

– Он что, реально работает? – подойдя к телефону, взяла трубку и поднесла к уху. – Да с этим телефоном ещё наши родители играли.

– Алло, алло. Приём. Я на связи. Это Таймыр?

Никита, отсмеявшись, сказал:

– Это был пароль из нашего детства. Телефон я перебрал и заменил изношенные детали, – пояснил он. Не удержавшись, зевнула. – Ну, всё. Я ушёл, – заторопился парень. – Запри, пожалуйста, за мной дверь. Чтобы я услышал закрывающуюся задвижку.

Я пожала плечами, но на сердце стало приятно. Парень искренне обо мне беспокоился.

– Хорошо, мамочка. Иди уже. Небось, рано вставать.

Закрыв задвижку, ещё раз широко зевнула. Выпустив Ванильку из переноски, отправилась в ванную комнату. По дороге вспомнила, что забыла взять лоток для кота. Вот голова моя садовая.

Так как я легла позже двух, ужасы мне не снились. А это хорошо же?

«Я так давно спокойно не спала. Боже, как хорошо, когда не снятся кошмары», – это было первой мыслью, когда проснулась утром.

Никита

Прежде чем отправиться домой, тихо вошёл в сарай, скинул с себя одежду и перекинулся в волка. Не всегда мне удавалось быстро убирать одежду в пространственный карман. Мне нужно было пометить территорию. Очень не понравился запах, оставшийся на Янине. В родовое гнездо вернулся Пётр.

Он наверняка за ней проследил. Янина необычная девушка, хоть и сама этого ещё не знает. Она думает, что ей снятся кошмары. На самом деле она провидица. Видящая будущее. И, судя по кругам под глазами и по худосочному телосложению, она уже давно нормально не спала.

Обежав территорию и пометив все углы, вернулся в бабушкин дом.

– Ну, как там девочка? – спросила бабушка.

– Худая, с тёмными кругами под глазами. И ещё на ней был запах Петра.

– Ты не ошибся? – спросил отец. – Он давно покинул своё родовое гнездо.

– Ты же знаешь, что не ошибся. Его запах я никогда не забуду.

– Не забывай, Пётр нам не враг. Он не пьёт человеческую кровь.

– Сегодня не пьёт, так завтра начнёт пить. Все они когда-нибудь, срываются, отец.

– Петра знали ещё наши предки, Никита. Договор нельзя нарушать. Нарушим договор – начнется хаос.

– Отец, он был рядом с ней, чувствовал её кровь, он знает её запах. Ты это понимаешь? Он не оставит её в покое. Провидицы всегда привлекали к себе внимание тёмных. Вампиры не исключение. Где один, там подтянутся следом и другие.

– Она выбрала свой путь. А мы ценой своей жизни её защитим, внучек. Но с Петром нужно всё же будет поговорить.

– Ладно, я заступаю первым в дозор. Через три часа меня сменит Николай. А Петру, если что, кол в сердце и все дела.

Глава 5. Родовое гнездо

Пётр

Настало время познакомиться с девчонкой. Я её видел, когда она была совсем крохой. Мария сдерживала её дар очень долго. Не хотела травмировать внучку. Я понимал её. Ведь, у девочки, кроме бабушек, никого не было. Родители погибли в автокатастрофе. Меня тогда не было в стране и помочь я им не мог.

Янине повезло, её воспитала материна мама. Она её одевала, кормила, учила. Это всё относилось к человеческой жизни. Мария же защищала её от потусторонних сил, в которые не верят люди. Считая выдумкой и сказкой. Просто такие, как я, научились прятаться, отводить глаза, туманить рассудок. Да и человек не видит истинного обличья. Лишь маскировку, которую на себя наводим. А вот животные – другое дело. Особенно чёрные коты.

Пришлось побеспокоиться об этом и подбросить кроху под дверь. Маленький кричащий комочек требовал внимания, ласки и, конечно, молока. Ну и кличку она ему дала, Ванилька. Для такого сурового кота совершенно не подходящую. Девушки! Кто их поймёт, что у них в голове творится?

За столько веков всё ещё не мог понять ни логики, ни их поступков. Самоотверженно любят, самоотверженно убивают. Конечно, если какой-нибудь олух решил изменить или обидеть нежное создание. Женщины превращались в мстительных стерв, которые ничем не гнушались. Взять ту же богиню Афродиту. Эталон красоты и совершенства. Столько любви, страсти, и тут же вторая сторона обмана. Она рушила мужские надежды, убивала мечты, вертела ими, как хотела. На секунду закрыл глаза, вспоминая девчонку.

Мне стало интересно, какой же стала Янина. Девочка была не глупа, учась в институте, нашла себе работу. Правда, по наивности вляпалась. Однако она должна была пройти путь любви, унижения и предательства. Я наблюдал за ней издалека. Ни разу не приближаясь близко.

Сегодня я изменил своему принципу и попал под её очарование. Магия Янины сыграла со мной злую шутку. Прекрасно понимаю, что теперь испорчу и ей, и себе жизнь. Ещё этот щенок крутится у её ног. Как же всё сложно. Я глухо зарычал. Я осознавал, что чувства, как бы я ни сопротивлялся, будут расти с каждым днём все сильнее и сильнее. Нельзя к ней было подходить близко, нельзя. Но уже слишком поздно.

Больше не таясь, вышел на каменную дорожку перед домом.

– Господин, – поклонился мне охранник Даниил. – Все уже собрались. Ждут вас в библиотеке.

– Спасибо, Даниил. Настасья прибыла?

– Да, господин. Она в баре.

Я хмыкнул и неспеша вошёл в отворенную дверь.

Дворецкий Маркус, поклонившись, забрал из моих рук рюкзак. Я же прямиком проследовал в бар. В нос ударил дорогой запах духов и алкоголя.

– Настасья, рад тебя видеть.

Повернувшись, Настя широко улыбнулась, выставляя наружу клыки. А это значило, она почувствовала запах Янины.

– Я смотрю, ты познакомился с Ванилькой? Глаза тебе не выцарапал? Этот паршивец терпеть меня не может, – заявила она и, тут же сменив тему, спросила: – И как она тебе? Вижу, попал под её очарование? Упс! Прости, под очарование магии.

– У твоей подруги нет магии, Настасья.

– Разве? А магию крови, дорогой, никто не отменял. А жаль, думала, сегодня мы хорошо проведём ночь. Придётся менять планы. И искать того, кто бы меня знатно отодрал.

Я поморщился от её заявления. Видимо, я был слишком старомодным. Не терпел грубых высказываний от красивых женщин. Рыжая бестия и так это прекрасно знала.

– Грубость тебе не к лицу, дорогая, – подойдя к ней, слегка притронулся к щеке губами. – Пошли, нас ждут.

Пересекли коридор и вошли в библиотеку, которая была по совместительству моим кабинетом.

– Здравствуйте, господа. Я с дороги, поэтому прошу меня простить за походный вид.

На маленьком совещании присутствовали все те, кому я доверял. Тех, кого лично сам обратил. У них уже давно была своя сеть, рассыпанная по всему земному шару. Свои небольшие семьи, но своему сюзерену они были верны.

– Томас, какие новости? Коротко и по существу.

– Конечно, господин, – Томас, привстав, поклонился присутствующим. Настасья лишь закатила глаза к потолку. – В подземельях под крупными городами увеличилось число популяций упырей. Там, как обычно пропадают диггеры. Но упырям не хватает пищи, они начинают рыскать по помойкам и канализациям. Также начались нападения гулей. Люди думают, что это дело рук серийного убийцы. Но прослеживается логика в убийствах.

– А это значит, – взял слово я, – что кто-то ими руководит. Достаточно сильный для этого. Чей клан заинтересован в хаосе?

– Грегорианский, возможно, – подал голос Марк.

– Настасья, расскажи про кошмары Янины.

Настасья сидела, закинув ногу на ногу, и была сногсшибательна в облегающем красном платье. Большой разрез на бедре привлекал к себе внимание вампиров. Станислав пожирал её взглядом. Интересно, даст ли она ему шанс? Об этом думал не только я. Сдержав улыбку, внимательно посмотрел на Настасью.

– Да что рассказывать, её каждый день мучают кошмары. Просыпается в два часа ночи, в одно и то же время. А это, возможно, означает, что в это время и будут совершены нападения тёмных. В последнем сне она видела летучих мышей. Это были вампиры.

– Древние? – выдохнул с недоверием Томас. – Но как такое возможно?

– Где-то будет вскрыто захоронение. У них, кроме жажды крови, ничего не осталось за столько веков заточения. Где-нибудь ведутся грандиозные раскопки? Кто-то интересовался захоронениями? Видимо, кому-то попали в руки древние письмена. Или попадут. Мы не знаем, когда это случится. Кроме часа наступления апокалипсиса, у нас больше ничего нет. Ни года, ни числа, ни месяца. Ничего.

– Кто-то хочет переворот? Ну, может это произойдёт через сотню лет? У нас нет даты.

– Ты прав, Марк. Ты прав. И всё же, не стоит расслабляться. Ни вам, ни мне хаос не нужен. Нажрутся они крови, а дальше что? Вымрет человечество – вымрем и мы.

– Перейдём на постное питание. Будем пить кровь зверюшек, – Настасья, как обычно, была непробиваемой.

– Насть, вот представь, сожрали они людей, выпили кровь из зверья. За кого лишённые мозга примутся? Ты тысячелетия не сможешь просидеть в бункере. Тогда ты уже сама будешь такой, как гули или упыри.

– Поняла я, поняла. Надеюсь, этого не произойдёт ещё лет пятьсот. И мы сможем подготовиться к нашествию.

– Марк, проведи ревизию бункеров. Станис, на тебе вооружение. Настасья, на тебе Грегор. Томас, на тебе зачистка разросшихся гнёзд. Пока это всё. Все свободны, кроме Настасьи.

Девушка отсалютовала полупустым бокалом в сторону покидающих библиотеку вампиров. Станису же хищно подмигнула. Попал бедняга.

Глава 6. Голова моя садовая

Янина

Мне снилось море, я слышала звук прибоя и крики чаек. Солнышко припекало, водичка журчала. Резко открыв глаза, увидела блаженную моську Ванильки. Он сидел на одеяле, закатив глазки. В начале до меня не дошло, чем занимался мой кот. Однако намокшая на животе ночная сорочка всё тут же прояснила.

– Ванилька, паршивец! А мяукнуть нельзя было?

Подскочив с кровати, скинула на пол одеяло. Кот за секунду до этого успел спрыгнуть с кровати, половицы заскрипели под тяжестью его упитанной тушки. Кому-то пора худеть. Задрав пушистый хвост, неспеша проследовал к полупустой миске и мяукнул. Что ж, сама виновата, я так и не побеспокоилась о лотке для кота.

– Эх, голова моя садовая, – сокрушённо пробормотав, отправилась к холодильнику, где стояла открытая банка с кормом.

Зайдя в ванную, проверила, включен ли бойлер. Нужно было умыться и простирать бельё. Стянув ночнушку, кинула её в таз. Новый день, как я накануне и планировала, начался с уборки. Умывшись, натянула короткую чёрную, с белой надписью «Sexsy» майку и чёрные шорты. Войдя на кухню, обнаружила белокурую девицу лет пятнадцати. Ошарашено уставилась на незнакомку.

– Привет, – только и смогла вымолвить.

– Привет. Прости, что заглянула к тебе без приглашения. Я стучала, но никто не ответил. Вот и зашла без проса. А тут кот твой истошно орал, видимо, очень хотел на улицу.

– И ты его выпустила?

– Ну, да. А что такого? Все коты ходят на улицу. Ты что, этого не знала?

– Он в квартире жил, а не на улице, – буркнула я, надевая уличные тапочки. Нужно было выручать Ванильку. Его же там коты деревенские обидят. – Ванилька, Ванилька! – громко позвала любимого котейку.

– Да, тише ты, – одернула меня за руку белобрысая пакостница (имя своё она не удосужилась сообщить). – Видишь, он охотится.

И, верно, мой домашний котик охотился на полевую мышку. У мальчика проснулись инстинкты хищника. От созерцания первой охоты меня отвлёк свист чайника: незнакомая девчонка, похоже, стала хозяйничать, и поставила его на плиту. У бабушки была газовая печка, газ в деревню привозили в баллонах. Хоть с этим повезло.

– Пошли чай пить с пирожками. Моя бабушка с утра их напекла. Сказала, чтобы отнесла тебе. Мы соседи. Проснётся, говорит, – чаю вместе попьёте.

– Так ты бабушки Матрёны внучка?

– Ну, да. Все говорят, что мы с Никиткой похожи.

Только сейчас, внимательно её рассмотрев, заметила общие черты лица и телосложения. Девочка была не толстой, но мощной. Широкие плечи выдавали в ней спортсменку.

– Занимаешься плаваньем или греблей? – с видом знатока спросила я.

Когда училась в школе, сама ходила на занятия по гребле. Проходила полгода. Меня вычеркнули из команды, даже не предупредив. Я почему-то несильно расстроилась. Бабушка к тому времени мне все уши прожужжала, что девочка должна быть стройной, а не с плечами, как у борца.

– Всем понемногу. Ой, я не представилась, меня зовут Машей.

– А я Янина.

– Да, знаю, как тебя зовут. Ладно, пошли чай пить.

Оставив Ванильку обследовать территорию, мы пошли на кухню. На столе стояла тарелка с ароматными пирожками. Деревенская выпечка – это нечто. Я с блаженством откусила кусочек от сдобы.

– Тебе с чем попались? Я не глядя нагребла, там были с мясом и с капустой. На озеро когда пойдём, возьму со сладкой начинкой.

Похоже, за меня уже распланировали день. Но я не возражала. Озеро, тёплая вода, лес – красота. Когда бы я могла себе позволить такие вот неспешные действия? Всегда бегом – то на работу, то с работы, вся жизнь беспрерывное колесо. А ты в нём, как хомяк крутишься и вертишься. И так день за днём, год за годом. Я улыбнулась белокурой девчонке.

– С капустой. Мои любимые. Бабушка у тебя божественно печёт. А Никита где? Думала, он навестит утром.

– А он с братьями уехал за стройматериалами. Решил тебе забор подправить. А то вон калитка на ладан дышит. Забор во многих местах завалился, а ты рядом с лесом живёшь. А нынче зверьё обнаглело, так хоть какая-то защита будет.

Улыбка моя чуть померкла. Я как-то не планировала делать забор. И мои финансы изрядно истощатся. Маша, видимо, увидела промелькнувшие на моём лице эмоции.

– Да не парься ты. Ребята всё сделают бесплатно.

Вот на это я согласиться не могла. Обязанной никому не хотела быть.

– Мне не нужно бесплатно. Я не привыкла так, Маш.

– Ой, это ты всё с Никиткой решай. Он мне вообще запретил говорить об этом, – девочка чего-то испугалась и зажала рот ладошкой.

Да, в разведку с ней лучше не ходить. Всё сама разболтает. Я лишь улыбнулась. После завтрака, собрав сумку, отправились на озеро. Ванилька предпочёл остаться во дворе и исследовать новую территорию.

Пока шли по тропинке, Маша без умолку болтала. Похоже, у меня появилась подружка, у которой ни на секунду не закрывался рот. Вдвоём веселее, чем в гордом одиночестве иди по лесной тропинке. Хотя, я не против была бы прогуляться и сама по лесу.

За полчаса узнала большую часть поселковых новостей. В основном подростковые разборки. Кто кому нравится, да кто кому морду набил за первую школьную красавицу. Я лишь только успевала охать и ахать в нужных трагических местах. Машульке было далеко до тех интеллектуальных разговоров, которые я вела с Петром в автобусе.

Общение с незнакомым парнем оставило неизгладимый след в моей памяти. Чувствовала, что он не так прост, и всё же подкупала его непосредственность. Бархатный голос, плавные движения и глаза. Какие же у него красивые синие глаза.

– Ты меня совсем не слушаешь, – обижено пробубнила Маша.

Видимо, я невпопад охнула.

– Я тебя слушаю. Колька приносит тебе цветы, а ты их выбрасываешь, потому как ты его видела на мотоцикле вместе с Люськой. Правильно?

– Правильно. И всё равно ты меня не слушала, ты улыбалась.

Девочку не хотелось обижать, но, похоже, всё же придётся. Потому как я поняла, что её болтовню больше не выдержу.

– Маш, ты меня прости, конечно, но я не знаю, кто такая Люська, и кто такой Колька. Кроме тебя, бабушки Матрёны и Никиты, я тут никого толком не знаю. И вообще, давай послушаем звуки леса.

Маша всё же обиделась. Вздёрнув носик, молча зашагала впереди меня. Для пятнадцатилетней девочки она была слишком высокой и мощной. Однако ситцевое платье сидело на ней неплохо.

Отбросив мысли о девочке, задрав голову вверх, рассматривала верхушки деревьев. Рукой ловила тёплые солнечные лучики, пробивавшиеся через листву. Вдыхала полной грудью запахи хвойных деревьев. Слушала шум ветра и звонкое пение птиц. Как же тут хорошо! Душа радовалась переменам. И уши мои наслаждались лесным гомоном.

И в эти мгновения поняла, что правильно сделала, что сюда приехала. Давно нужно было решиться на перемены.

Глава 7. Настасья

Настасья

После разговора с Петром я отправилась к открытому бассейну. Скинув с себя платье, осталась лишь в красном кружевном белье. Для него сегодня надела сексуальный комплект. У меня была призрачная надежда, что он заметит мои чувства к нему и изменит своим принципам. Все мысли были лишь о нём. О голубоглазом красавце, любви всей моей жизни. У меня были платонические отношения с Петром, и жёсткий трах с его бесчувственным братцем Максимилианом.

Петро, несмотря на возраст, был чист душой (если она была у вампиров). Ни разу не видела его в гневе, не знала, какова его сила на самом деле. И была ли доброжелательность маской или он на самом деле такой? Хотя слышала о том, что предателей он карал безжалостно. Но это были истории, в которые даже мне было сложно поверить. Хотя, знала его и другим.

Как ни утопично это звучало, я была влюблена в своего создателя. Он спас меня, подарив вторую жизнь. Он же дал мне новое имя. Когда-то меня звали Мэри. Да-да, та самая рыжая проститутка, которая стала очередной жертвой Джека Потрошителя.

Петро выследил Джека и свернул ему шею в тот самый момент, когда тот нанёс последний удар ножом. Сюзерен влил в Мэри свою древнюю кровь, подарив вторую жизнь. И когда я возродилась уже вампиром, дал имя Воскресшая. Теперь я Настасья, влюблённая в него по уши.

Сняв босоножки, прыгнула в бассейн, сразу уходя под воду. Я могла часами не дышать, обходясь лишь внутренними резервами. Но всегда нужно вести себя как люди, это первое правило всех вампиров. Хочешь наслаждаться жизнью – веди себя, как люди. Век технологий к этому обязывал. Все странности могли попасть на камеру и заинтересовать общественность.

Оттолкнувшись ногами, всплыла на поверхность, там меня уже ждал Станис с бокалом шампанского в одной руке и с полотенцем в другой. Закутавшись в полотенце, забрала бокал. Расположившись в шезлонге, подняла глаза к небу.

– Ты надолго тут, принцесса? – спросил белобрысый вампир, пожирая меня глазами.

– С какой целью интересуешься, Станис? – повернула я к нему лицо.

Парень, смотря мне в глаза, массировал пальчики моих ног.

– Я так понимаю, ты свободна?

– Свободна, но ненадолго. Скоро придётся покинуть уютное гнездышко. К обеду меня уже тут не будет.

– Тогда не будем тратить время?

Сказав это, он подхватил меня на руки. Миг – и я оказалась лежащей на огромной кровати. Вскоре этот замок услышит звуки страсти.

– Возьми меня, – простонала я в нетерпении. Я хотела, чтобы это слышал Пётр. Хотела показать ему, чего он лишается.

Но Станис не спешил. Он решил насладиться каждой минутой, проведённой со мной. Удлинившимся когтем поддел бретельку и резанул по ткани. Судьба второй была предрешена. Груди выпрыгнули из тесных объятий бюстгальтера. Смотря мне в глаза, любовник облизал соски, вначале один и тут же второй, слегка прикусил налившиеся «ягодки». Станис с прищуром красивых глаз посмотрел на меня. Оценивающе.

По телу пробежала дрожь. Я начинала заводиться. Схватив его за волосы, чуть оттянула голову и впилась жёстким поцелуем в губы, сразу вводя юркий язык в рот. Я тут хозяйка, он мой раб. Хочет получить сладкое – его участь предрешена. Он будет подчиняться, либо окажется ни с чем за дверью. У меня было немало опыта общения с мужчинами. И тех, кому нужна госпожа, чувствовала за версту. Станис был именно такой. Перевернувшись на спину, приказала:

– Почеши спинку.

Он беспрекословно подчинился. Я задумалась: а как бы я повела себя с Петром? Его личная жизнь оставалась для всех тайной. Он не вёл себя как большинство вампиров, не менял партнёров. Я порой вообще забывала, что он вампир. Ему больше были интересны книги, исследования, раскопки, а не шумные вечеринки. Он был интеллектуалом, хотя порой прикидывался посредственным. Всё зависело от того, с кем он общался.

Став в коленно-локтевую позу, оттопырила попку для куннилингуса. Моя гладкая «киска» была в распоряжении Станиса. А мальчик умел доставлять удовольствие. Всё же правильно сделала, что дала ему шанс. Через полчаса мне это наскучило, перевернувшись на спину, толкнула его ногой. Станис хорошо приложился об стену. Бесстыдно раскидав ноги, пальчиком поманила его к себе.

Распалённый мужчина накрыл меня своим упругим, накаченным телом. Закинула ноги на его бёдра, теснее прижимаясь. Толчок – и он заполнил меня до отказа. Движения рваные, сильные, как будто он хотел заклеймить меня. Непорядок. Обняв его руками, перевернула на спину. И вот я уже сижу на нём сверху и бешено скачу, вдалбливаясь с силой.

– Вот так мне нравится, сычонок.

Его руки жадно тянутся к груди. Припав к его шее, клыками вспорола кожу. Сделав длинный глоток, на пике страсти кончила, тем самым ставя на нём свою метку. Теперь он моя собственность, а я его королева. Теперь он стал моей сексуальной игрушкой.

Секс – это возможность почувствовать себя живыми. Эмоции, которые зашкаливали, делали нас в это время более человечными. Петро всегда будет моим кумиром и примером, какими должны быть вампиры. Делом доказывая, что мы имеем право на существование в этом мире.

– Ты опять думаешь о нём, а не обо мне, – в голосе Станиса послышалась обида.

– Ты, думаешь, после одного раза я буду думать только тебе? – коварно улыбнулась.

– Могу у тебя спросить? Ответишь честно?

– Валяй, – царица решила поболтать после секса.

– На любой вопрос?

– Хорошо, отвечу на любой вопрос. Но ты мне будешь должен один честный ответ. Тогда, когда я этого пожелаю.

– Конечно, без проблем, – Станис даже не задумывался над ответом.

– Тогда задавай свой вопрос.

– Ты занималась любовью с Петром?

– Нет, не занималась. Только в своих мечтах. У него есть правило, которое он не нарушает. Не спать с теми, кого обратил. Он считает, что все мы его дети. И, насколько бы сильно я его не любила, он не будет обо мне думать, как о предмете вожделения. Я это знала, но сердцу не прикажешь. Я удовлетворила твоё любопытство, мой скандинавский любовник?

– Вполне. Спасибо, что подарила чудесные мгновения, Настасья.

– Это не всё.

Через пару часов, одевшись, покинула дом. Проверив, не следят ли за мной, направилась к месту встречи.

Глава 8. Озеро

Янина

Ближнее озеро к Николаевке всегда было активно посещаемо. Рано утром сюда приходили рыбаки, днём тут купалась детвора, а ближе к вечеру на берег подтягивалась местная молодежь. Я ожидала увидеть на берегу горы мусора, остающиеся после пикников, но ошиблась. На берегу не было ни соринки, только завозной жёлтый песок. Берег облагорожен и разбит на зоны отдыха, беседки с мангалами для пикников, турники, волейбольная сетка. Видимо, мой удивлённый вид повеселил Машу. Она перестала на меня дуться.

– Это всё заслуга отца и братьев. Они тут всё устанавливали. Правда здорово получилось?

– Да, суперское место, – я не кривила душой, место действительно было замечательным. Дикая природа гармонично сочеталась с облагороженным цивилизацией берегом. – А что с дальним озером? Такое же красивое?

– Дикое, – Маша отвернулась от меня слишком резко. Но потом всё же ответила: – Не ходим мы туда, оно и раньше было неспокойным, а сейчас и подавно. Ладно, чего застыла? Пошли купаться что ли, раз пришли?

– Пошли, – странное поведение Маши меня заинтересовало. Нужно будет у Никиты спросить, что случилось с озером.

Под деревом расстелила покрывало. Стянула с себя шорты и майку, оставшись лишь в чёрном купальнике. Прежде чем ринуться в воду, решила посидеть погреться на солнышке. Маша, не дожидаясь меня, раздевшись, тут же ринулась в воду. Я и оглянуться не успела, как она уже была посередине озера. И приветственно махала мне рукой. Крепкая всё же девочка, явно чувствует себя как рыба в воде. Я не столь хорошо плавала.

Услышав шум, обернулась, на берег из леса вывалила гурьба подростков. Три девчонки и пятеро мальчишек. У самого высокого в руках был мяч. И мальчишка явно красовался перед девочками, выделывая с мячом невероятные вещи. Ловок, ничего не скажешь, да и сложен неплохо и мордашка славная.

Он выглядел старше остальных. Скорей всего, только в этом году закончил школу. Парень пристально посмотрел на меня и, как показалось, хищно улыбнулся. От этого взгляда я поёжилась, а он довольно загоготал. Да-а-а, неприятный тип, очень опасный.

– Колька, позёр, – Маша не беря полотенце, по-собачьи отряхнулась.

Холодные брызги полетели в мою сторону, и я ойкнула. Маша слишком громко рассмеялась, смехом явно хотела привлечь к себе внимание злополучного Кольки. Маша добилась своего. Вся компания обратила на неё внимание. Девчонки зашушукали, а мальчишки начали стягивать с себя майки. Я отвернулась от компании и посмотрела на озеро.

Притихшая Маша привлекла моё внимание, в глазах у девочки стояли слёзы. Кинув взгляд на компанию, сразу поняла, что расстроило Машу, Колька, обняв белокурую девчонку, что-то весело ей рассказывал. Рука его при этом скользнула ниже талии. Маша нервно отвернулась, глотая застрявший от обиды ком в горле.

– Маша, тебе не кажется, что Колька староват для тебя?

– Вот и ты туда же, – обозлилась девочка. – Мне об этом и Никита говорит. Ничего вы не понимаете, – из глаз девочки брызнули слёзы.

Подорвавшись с места и быстро развернувшись к озеру, Маша ринулась в воду. Останавливать её не стала, девочке нужно было выплакаться. Первая несчастная любовь, сама не так давно варилась в этой кухне. Таким, как этот Колька, нужно лишь одно – утвердиться за чужой счёт. Возвысить своё эго и почувствовать себя королём вечеринки. Тьфу, мерзость. Настроение малость испортилось, когда вспомнила старшего менеджера. Задумавшись, не услышала приближение парня.

– Не хотите поиграть в волейбол?

Ни здрасьте тебе, ни до свидания, как говорится. Подняв глаза на парня, ответила:

– Нет, спасибо, я не командный игрок. Предпочитаю карты.

Боже, что я несу? Янина, какие карты? Ты их только в годы студенчества в руках держала и то, когда играла в дурака под раздевание. Но этого, естественно, я не озвучила.

– Вы играете? Или гадаете? – парень не хотел от меня отставать.

Но на автомате ему всё же ответила:

– Гадаю.

– Тогда, погадайте мне, – и Николай из заднего кармана брюк вытащил запечатанную коробку с картами. Распечатав её, вытряхнул колоду на ладонь.

Не спрашивая разрешения, сел рядом со мной на покрывало. У нынешней молодёжи наглости нет предела. Хотя себя и не считала старой девой. Рассказать пацану, какой он козлина?

Взяв карты, перетасовала колоду, не глядя вытащила карту. С моих глаз сошла пелена и я начала говорить, вытягивая карту за картой:

– Тебя зовут Николай Перелесный. Ты закончил в этом году школу. Месяц назад тебе исполнилось восемнадцать лет. Первый красавец в школе, живёшь в особняке в центре города. Мамы нет, умерла при твоём рождении. Брат близнец погиб, не родившись, его задушило пуповиной. В их смертях тебя винит отец. Не может забыть смерть своей любимой. Но твоей вины в этом нет, такова их судьба. В городе в тот год из всего помёта оборотней, в живых остался лишь ты. А это много значит. На тебе стоит печать защитника, мальчик. Твоя судьба будет тесно связана с Машей. И…

Из моих рук были выбиты карты. Я же потеряла сознание. Сквозь вату мути услышала слова:

– Ты совсем идиот? Ты у провидицы спрашивал свою судьбу? Она не умеет ещё просеивать сны и явь, тебе повезло, что я вмешалась.

На мой лоб легла прохладная ткань. Я застонала. Несколько рук помогли сесть.

– Я, видимо, из-за жары потеряла сознание? – хрипло просипела, выталкивая слова наружу. И, кажется, несла какую-то чушь, оборотни, защитник.

К моим губам поднесли бутылку с водой. Вцепившись в неё дрожащими пальцами, жадно отпила живительную влагу.

– Да, ничего страшного, посидите немного и в озере искупаетесь. Вода – она всё уносит, в ней сразу легче становится.

– Спасибо. Вас, кажется, Николай зовут?

Только сейчас зрение прояснилось окончательно, и я увидела окружавших нас ребят. Лица их были испуганными. Взрослая тётка напугала детвору.

– Да, верно, Николай. С вами точно всё в порядке?

Я прислушалась к себе, чуть кружилась голова и подташнивало. Но стоило ли своим состоянием ещё больше пугать ребят? Вон у всех глаза ошарашенные.

– Да. Всё нормально. Чуть полежу, и все пройдёт, – устало закрыла глаза, давая понять, что представление с недомоганием окончено. Но неугомонная Маша оставлять мое бренное тело в покое не собиралась.

– Янин, может послать кого в посёлок?

– Маш, – я начинала злиться. – И что скажут ребята? Там тётеньке стало плохо от духоты. Срочно ей доктора? Всё нормально. Просто переутомление после дороги. Да и смена обстановки, жизни, в конце концов. Решения даются тяжело, – что-то я разоткровенничалась с девочкой. Ей незачем были мои проблемы. Ей и своих хватало. – Иди лучше поиграй в волейбол, а я буду за тебя болеть, сама же посижу в тенёчке, – говорила я, как древняя старуха. Всё! Карты больше в руки не беру!

Я видела, как Маша всем сердцем стремилась к парню. Хотела быть рядом с Колькой. Она его искренне любила. Повезло волчонку (после гадания на картах он мне виделся серым волком). Если не дурак, то не отпустит эту девочку от себя, а в будущем из них выйдет отличная пара. Через пару лет, может, и поженятся. Я улыбнулась. Буду ли я себя чувствовать вот так же когда-нибудь?

Как же хотелось с головой нырнуть в те ощущения, когда ты влюблён, и тебе всё равно, что будет дальше. Главное, ещё раз почувствовать. Познать ещё раз то чувство, которое срывает крышу и отращивает крылья за спиной. Чувство влюблённости, которое делает нас сильнее и в то же время слабее.

Я так распылилась от мыслей, что очень захотелось искупаться в озере. Не хотела отвлекать увлекшуюся игрой Машу. Поэтому, встав, направилась к манящей прохладой воде.

Глава 9. Прорыв

Пётр

Я сидел в библиотеке в глубоком кожаном кресле и просматривал каталог Национальной библиотеки. Выискивая рассекреченные ранее данные. Человек всегда стремится к знаниям.

Я задумался. А что, если лишить людей знаний? Что тогда? Если отменить бесплатное образование и начальное образование сделать платным? Не каждый сможет отправить ребёнка в платную школу, платную секцию, в платный детский сад. И тогда общество ещё больше разделится на богатых и бедных. Те, кто наверху, будут с презрением плевать на тех, кто внизу. А те, в свою очередь, загнанные в невыносимые и унижающие человека условия, озлобившись, начнут сопротивляться. И что? Новые революции и гражданская война? Мало страна страдала? Стоит обратиться к истории. Страшно!

Я невольно поёжился, вспоминая века, когда фанатики сжигали на кострах тех, кто был неугоден. В те времена образованные приравнивались либо к святым, либо к колдунам. Если ты не такой, как все, значит, якшаешься с тёмными силами.

А то, что ты несёшь свет в тёмные массы и пытаешься донести до них зерно знаний, никого не интересовало. Ты не такой, как все, а значит, ты опасен. А значит, добро пожаловать в жаркие объятья очищающего пламени. Ведь огонь очистит твою душу, при этом лишив бренного тела. Ну, это уже побочный, так сказать, эффект. Зато твоя душа будет чиста и невинна, как у младенца.

Самое страшное из всего, что довелось увидеть Петросу в своей долгой жизни – это фанатичная, неграмотная толпа. Она как монстр, тупое, голодное чудовище, которое, если управлять им грамотно, натворит больших бед. Таких кукловодов в истории человечества было тоже немало. От великих гениальных злодеев, до мелких управленцев.

В каждой эпохе есть падения и взлёты. Недаром говорят о «Золотых веках». Веках процветания и открытий. История человечества обросла сказками и былинами. Оборотни, вампиры и другая мелкая нечисть для людей лишь сказка, вымысел. О нас любят рассказывать, сочинять истории, но никто так до конца в нас не верит. Пока сам человек не столкнётся с потусторонним или, если правильно выразиться, теневым миром.

Но и тогда внушение сотрёт память, оставив лишь лёгкую тень в подсознании. Ведь многие люди сталкивались с тем, что объяснить не могли. Давно уже человек отошёл от природы и перестал прислушиваться к себе, к своим истокам. Всё забыто и тщательно стёрто. Так жить проще. Тем более, что и своих монстров среди людей достаточно.

Мне повезло чуть больше остальных. Мой дед был шаманом племени. И о мире духов я знал, ещё будучи сопливым мальчишкой. О духах, которых призывал дед. Он просил у них долгожданный дождь, богатую добычу и смерть врагам. К тёмным духам он обращался крайне редко. Те были слишком сильны и кровожадны. И чтобы их удержать в узде, приходилось тратить прорву энергии и море крови.

Я с самого детства убивал. Вначале на охоте, потом в боях. Вся жизнь связана с людской кровью. Упивался человеческой кровью и болью. Я ненавидел своего зверя, который сидел глубоко внутри. Беспощадного зверя, не знающего жалости, не ведающего сострадания. Прежде, чем смог усмирить зверя и подчинить своей воле, прошло не одно столетие. И я был не самым старым вампиром на Земле.

Я закрыл страницу библиотечного каталога. Раз в пару месяцев просматривал рассекреченные данные. Но как обычно, информацию о тенях не нашел. Её либо тщательно скрывали, либо о них действительно людям было неизвестно. О тенях я собирал информацию по всему миру. Результаты раскопок, тайные библиотеки, мифы, легенды и многое другое, что могло мне помочь в исследованиях. Через сеть теневого рынка удалось узнать, что ими интересуюсь не только я. Очередной тупик.

Ночными тенями считались вампиры и оборотни, что в корне было неверным. Мы лишь отголоски тех теней, которые раньше были в этом мире, ещё до первого человека на Земле. Тьма – она владела этим миром всегда, пока, сошедший на Землю Бог не изгнал тьму за пределы этого мира. Бог сотворил этот мир таким, какой он сейчас. Но тьма, ушедшая в бездну, оставила своих верных слуг – теней. Вампиры и оборотни лишь бледные подобия настоящих теней. В каждом из нас сидит неутолимый зверь, жадный до людской крови.

Наш мир похож на слоёный пирог. Пласт теста, прослойка, опять тонкий пласт теста. Конечно, это выглядело не так и приведён грубый пример. Но суть такова, что наш мир тесно соприкасается с другими мирами. В прослойке между мирами обитают тени.

Когда рвётся тонкая грань, они наполняют наш мир, вызывая катаклизмы и мор. Землетрясения, торнадо обрушиваются на Землю, унося многие людские жизни. Сила душ питает прорвавшихся из-за грани. Они с наслаждением пожирают души, иссушая тела. Самое страшное, что такие души никогда не смогут возродиться и продолжить свой путь, они уходят безвозвратно.

Я не знал, как им противостоять. Я не знал, где их слабое место. Если такой силой обладали тени, то какой же силой обладал бывший хозяин этой планеты? Тьма ненавидит тех, кто лишил её дома. Она никогда не забудет изгнание с её Земли, с её планеты. И пусть она сейчас спит, но придёт время, и тьма проснётся. Восстанет забытый бог, тёмная сущность без жалости и сострадания. И вампиры на её фоне будут казаться ангелами.

Пафосно звучит, возможно, но те, кто обитают в бездне, никакого отношения не имели к человеческой расе. Тени всего лишь верные псы хозяина.

Я вздрогнул. Пришла волна, был прорыв, и источник возмущения находился в районе дальнего озера. Превратившись в бледную тень, ринулся в сторону озера.

Янина

Подойдя к кромке воды, дотронулась пальчиками ног до водной глади. Попробовала – не холодная ли вода. Но мои опасения были напрасны, вода была словно парное молоко. Двинулась вперёд, наслаждаясь прикосновениями жидкости к поверхности разгорячённого тела.

Играющий в воде мальчишка обрызгал меня с ног до головы. Недовольно поморщившись, окунулась по плечи. Оттолкнувшись ногами от песчаного дна, поплыла на середину озера. Там уж точно мне не помешают насладиться купанием.

Чем дальше отплывала от берега, тем тише становилось. Я обернулась в сторону берега, его словно окутал туман. Видимо, туман и приглушал звуки, ранее доносившиеся до меня.

– Странно, – подумала я, – откуда взялся туман? Нужно возвращаться обратно, иначе так и берега не найду.

Но чем ближе подплывала к берегу, тем сильнее он скрывался в тумане. Туман стал настолько плотным, что в паре метров уже ничего не было видно. Я запаниковала, завертелась в воде и потеряла ориентир. Стало страшно. Что, если я не найду берега? Так и утонуть можно, сил моих не хватит долго держаться на воде.

Какая-то большая птица с тоскливым криком пронеслась над моей головой, задев мои волосы крылом. Накатил страх, по телу пошёл озноб. Я почувствовала, что вода стремительно холодеет. С шумом выдохнула воздух, который тут же превратился в пар. Сейчас жаркое лето, почему стало холодно? Разве туман мог принести с собой могильный холод, который забирал из тела тепло? Нужно двигаться, иначе, от холода сведёт ноги, и тогда уж точно утону. Я поплыла, разгоняя застывшую кровь в конечностях. Нужно выбраться на берег. А там я могу согреться.

Моей ноги коснулась крупная рыбина, я рванула в другую сторону от неё. Но ещё одна коснулась моего бедра. Я заметалась, не зная, куда плыть. Пришла в голову идея закричать. Когда ещё одна рыбешка коснулась моего тела, я заорала. Громко, с надрывом, надеясь, что рыбу напугает мой ор. Ошиблась, и тут ошиблась.

Вторя моему крику, в тумане заметались тени, издавая страшные звуки. Кто-то схватил меня за щиколотку и потащил вниз под воду. Это было так неожиданно, что не успела глубоко вздохнуть. Хорошо, что рот мой был закрыт и вода не попала в лёгкие. Я пыталась бороться, сучила ногами, рывками пробивалась к поверхности. Но тщетно. Кто-то держал мою ногу крепко. Не давал вырваться на поверхность.

Сознание моё меркло, не было сил больше бороться. Странно, смерть я представляла по-другому.

– Дыши, слышишь? Дыши! Я не дам тебе умереть. Я не смогу без тебя жить. Дыши!

Кто-то перевернул меня на бок, и вода вырвалась из меня фонтаном. Горло саднило, я часто задышала.

– Вот и умничка, девочка моя. А теперь спи. Сон лучшее лекарство, – услышала я и провалилась в сон без сновидений.

Глава 10. Неожиданная встреча

Янина

Голова гудела, как от хорошей попойки. Попыталась вспомнить, где же я так наклюкалась. И, главное, с кем? Может, с Настей? Попробовала открыть глаза и тут же зажмурилась. Свет больно резанул по зрачкам. В глаза словно песка насыпали.

Точно. Песок, озеро и меня кто-то тащит под воду. Я закашлялась, горло саднило. Видимо, заработала ангину.

– Очнулась? – спросил знакомый голос. Вот чей, вспомнить бы еще. – Выпей, станет легче.

К моим губам поднесли стакан с приятно пахнущей жидкостью. В запахе угадывались травяные нотки. Пахло мятой, чабрецом, лимоном и ещё апельсином. Не открывая глаз, сделала глоток.

– Спасибо, – всё же постаралась я открыть глаза. – Я где? Вы кто? – мужчина по голосу молодой, одетый вроде в тёмную одежду.

– Не узнала? Сейчас открою шторы. Закрой глаза.

Послушавшись парня, смежила веки. Рядом со мной на край кровати присел мужчина. Тут же открыла глаза и увидела, того, кого и не надеялась больше встретить.

– Пётр?

Парень очаровательно улыбнулся.

– Всё же узнала. Я так рад снова тебя видеть. Корил себя за то, что не взял у тебя номер телефона. Но, видишь, судьба преподносит сюрпризы. Помнишь, что с тобой случилось?

– Озеро помню. Пошла купаться, но, когда отплыла от берега, опустился на воду густой туман. Стало холодно. Видимо, у меня ногу свело я начала тонуть. Ты меня спас? – догадалась я.

– Я. Пришлось прыгать в воду в одежде.

Только сейчас я поняла, что на мне в тот момент был надет купальник. А сейчас на мне тёплая рубашка с длинным рукавом. Я подняла руку и спросила.

– Твоя?

– Моя, – с лица Петра так и не сходила улыбка.

Я улыбнулась в ответ. Хотелось его обнять, странный порыв. Однако, можно принять за благодарность за спасение жизни. Хоть и не всё помнила.

– Можно тебя обнять?

На его лице промелькнуло удивление.

– Конечно, можно. Я только за.

Петр наклонился ко мне, я же, обхватив его за шею, крепко притянула к себе. От него пахло лесом, хвоей. Вдыхала любимый запах и мне не хотелось его отпускать. Всё же пришлось это сделать.

– Прости, – тихо прошептав, улыбнулась.

– За что?

– За намокшую одежду. За моё спасение.

Петр был красив. Чёрные локоны обрамляли овал лица, ниспадая до плеч. В прошлую нашу встречу они были стянуты в хвост. Благородное бледное лицо, кроваво-алые губы, ровный нос. Больше всего меня поразили его глаза, ярко-синие, неземные. Такого цвета просто не могло быть в природе. Поставь меня рядом с ним – и получится страшилище и красавец.

«Ему подошла бы Настасья», – почему-то подумалось мне. Она такая же яркая и красивая, как и Пётр. От этой мысли стало грустно. У меня не было и маленького шанса быть рядом с этим мужчиной.

– Не за что извиняться. Ты завтракать будешь в спальне или пройдём на веранду?

– А мне надеть нечего. Не пойду же я в твоей рубашке? – я нервно пальцами теребила воротник.

– Как это нечего? Сейчас найдём.

Пётр встал и подошел к шкафу-купе. Распахнул дверцы.

– Тут ты найдёшь всё, что необходимо. Не волнуйся, одежда вся новая. Может, перед завтраком ты хочешь умыться или принять душ? Не стесняйся. Ванная комната в твоём распоряжении. Тебе хватит полчаса? – Пётр говорил быстро, как будто боялся, что я откажу ему в завтраке.

– Да, конечно хватит.

– Вот и отлично. Тогда я зайду за тобой, Янина, через полчаса.

– Спасибо, – прошептала я вслед уходящему Петру.

– Не за что. Мне будет приятно завтракать в твоей компании. От одиночества уже устал.

Сложно было поверить, что такое совершенство одиноко. Видимо, была причина в том, что он один. А я ведь ничего о нём не знаю.

Дверь тихо закрылась. С уходом Петра у меня появилось время осмотреться. Поймала себя на мысли, что, когда он был в комнате, смотрела лишь только на него. Меня притягивало к нему, словно магнитом. Странное, пугающее чувство. Помотав головой, всё же осмотрелась.

Я находилась в спальне. Большая кровать из тёмного дерева, стены окрашены в приятные глазу песочные тона. Большие окна с тяжёлыми светлыми шторами. Два мягких удобных кресла, стоящих возле окна, чайный столик, на котором лежала книга и стояла чашка с недопитым натуральным кофе. По две стороны от кровати стояли комоды. На потолке висела современная люстра. Стены украшены картинами.

Откинув одеяло, опустила ноги на пол. Ступни утонули в ковровом покрытии. Оно соответствовало духу комнаты, было светлым под цвет штор. Отправилась в ванную, хотелось освежиться и почистить зубы. С удовольствием приняла душ, вода успокоила и привела мысли в порядок. Нужно будет за завтраком подробнее расспросить Петра, как я оказалась в этом чудесном доме.

Высушив голову и закутавшись в полотенце, вышла из ванной. Нужно было одеться, не хотелось лишать гостеприимного хозяина завтрака. Выбрала светлый комплект белья. Бюст на силиконовых бретельках. Надела голубой лёгкий сарафан, который выгодно подчёркивал грудь. Сарафан был чуть выше колена. На ноги надела белые босоножки на невысоком каблучке.

Повертелась возле зеркала и осталась собой довольна. Даже тёмные круги под глазами ушли. Вот что делает неожиданная приятная встреча. Как же хочется парить на крыльях любви. Вскинула руки и помахала ими перед зеркалом, словно это были крылья. Остановившись, нахмурилась и задала себе разумный вопрос:

– Какой любви, Янина? Какой?

Парень проходил мимо, услышал истошный вопль и кинулся спасать дуру, которая полезла в холодную воду. О какой любви может идти речь? Не знаю, что ещё бы я надумала, но от мыслей отвлёк тихий стук в дверь.

– Да, войдите, – крикнула я.

В комнату вошел Пётр, он всё так же был одет в чёрное. Но рубашку он явно сменил. Чёрная шёлковая рубашка, тёмные штаны и туфли. Странно, почему он предпочитает чёрный цвет? Хотя, он ему очень шёл.

– Вау! – восхищённо воскликнул Петр. – Ты прекрасна. Словно яркое солнышко вышло из-за тучи. Я принёс тебе цветы, – он протянул мне полевые цветы, – чтобы они увидели, что такое настоящая красота.

Мне кажется, мои щёки стали пунцовыми. Я хотела забрать из его рук букетик. Но прежде, чем он мне их отдал, Пётр, наклонившись, дотронулся губами до протянутой ладони. Чем смутил меня ещё больше.

– Ты меня смущаешь, – честно призналась ему я.

– Прости, – теперь пришла его очередь извиняться. – Пойдём? Завтрак нас уже ждёт.

Взяв меня за руку, повёл из комнаты. Я охнула, когда он прикоснулся ко мне. Между нами промелькнула искра. Я боялась спугнуть то счастье, которое заполнило моё сердце. И мои мысли.

Глава 11. Завтрак

Никита

– Никита, – окликнул меня отец, – куда собрался?

– За Яниной. Она у Петра.

– Никита, глуши мотор. Пётр звонил, она пришла в себя, с ней всё в порядке. Он сам её привезет.

– Ты ему доверяешь? Может, он уже сейчас пьёт её кровь? И она находится под его гипнозом. Мы её защитники, а не он. Тебе ли это не знать отец?

– Он её спас, сын. Она очутилась в его владениях на дальнем озере. Если бы не он, она погибла бы.

– Откуда ты знаешь, что прорыв не его рук дело? Ты ему так доверяешь, что готов отдать её жизнь, ему? Вампиру? Что с тобой, отец? Тоже попал под его очарование?

– Не городи чепухи. Ни оборотни, ни видящая под очарование вампиров не попадают. Не стоит заходить на территорию Петра. Многолетний договор нельзя нарушать, сын. Сказал Пётр, что привезет Янину, значит привезёт.

Со злости пнул по колесу мотоцикла. Не рассчитал силу зверя. Железного друга отбросило на столетнюю ель. И дереву досталось, и мотоцикл покорёжило. Плюнув на землю, обернулся волком. Одежда разлетелась в клочья. Не успел её убрать в пространственный карман. Теперь голому придётся возвращаться домой. И Янину уж точно не заберу от вампира в таком виде.

Но возвращаться в дом за одеждой не стал. Слишком зол был на вампира, на отца, на судьбу. Я ещё в детстве полюбил худющую растрёпанную девчонку. Только она этого никак не хотела замечать. Чем старше становилась Янина, тем больше отдалялась от меня. Не уверен, считает ли она меня другом? От охватившей меня тоски протяжно завыл. И, проигнорировав окрик отца, потрусил в сторону родового гнезда Петра.

Янина

Пройдя по коридору, вышли в гостиную. Стеклянные двери вели в сад, на террасу. Не скрывая любопытства, рассматривала дом. Стены в светлых тонах, ничего тяжеловесного, всё воздушное. В этом доме хотелось жить, он был роскошным и в то же время уютным.

Сам дом был старым, но хозяин предпочёл современный стиль отделки. Много пространства, много света, льющегося через большие окна. Интересно, чем занимается Пётр? Чтобы содержать такой дом в порядке, нужно иметь немалые средства.

Мы вышли на террасу. Деревянный пол, деревянные ограждения, над головой прозрачная крыша. На полу стояли большие кадки с цветами. Ротанговые стулья и накрытый белой кружевной скатертью стол. Недалеко от террасы, в паре метров начинался хвойный лес. Пели птицы, шумел ветер в кронах деревьев, и ласковое солнышко проникало на террасу сквозь прозрачную крышу. Мне хотелось одновременно петь и танцевать. Хоть и слуха у меня не было, и двигалась я порой как слон в посудной лавке.

Пётр, подойдя к столу, отодвинул стул, замер возле него в ожидании меня. Всё-таки странно, когда молодой человек так себя ведёт. Галантен, обходителен и ненавязчив. Словно он сошёл со страниц женского романа. Или у него всё это было в крови? Поведение естественное, никакого жеманства. Рядом с ним я начинала себя чувствовать женщиной, настоящей леди. Он вёл себя благородно, он мой спаситель и радушный хозяин, я его гостья.

Улыбнувшись, присела на краешек стула. Я попала в сказку, где за мной галантно ухаживают, где мне дарят цветы, говорят комплименты. На столе стояла наполненная водой ваза, в которую и поставила букетик полевых цветов, подаренный мне радушным хозяином. Не хотелось никуда уходить. Тут слишком было хорошо. Здесь можно было поверить в сказку, слиться с природой.

– Что ты будешь, ангел мой? Чай или кофе?

– Кофе с молоком, если можно.

– Конечно можно. Тогда после завтрака мы пьём кофе с молоком.

Пётр сел напротив меня, на его устах играла лёгкая улыбка. Я же не могла отвести от него глаз. Насколько же он красив и притягателен. В нём мне нравилось всё, и даже густые волнистые волосы. Сегодня он не стал убирать их в хвост. Они чёрной россыпью покоились на плечах.

Я терпеть не могла мужиков с длинными засаленными волосами, но тут я сделала исключение. Петр был чертовски красив с длинной копной волос. Такой роскошью сама похвастаться не могла. И на его фоне выглядела серой, невзрачной мышкой. Заметила, что у меня рядом с парнем начал развиваться комплекс неполноценности. А я уже думала, что прошла этот барьер. Настасья в красоте не уступала Петру.

Рот наполнился слюной, вошедший в дверь мужчина нёс на подносе завтрак. Овсяная каша, яйца и божественно пахнущие булочки.

– Здравствуйте, – поздоровалась я с пожилым мужчиной.

– Мисс что-нибудь ещё желает? – он поставил передо мной тарелку с кашей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.