Ростислав Корсуньский
Ярость демона. Выпускник

Они нашли друг друга, и девушка выполнила свое обещание, войдя в древний род демонов иного мира Хилл’Са’Арэш или Арэшхиллса, как звучит он здесь. Они старались выполнить просьбу разумного существа жуль-кена, став сильнее. Им хотелось жить в мире и согласии. Но…

Глава 1

Британская Империя, город Гастингс

Британию Бранчох выбрал по той простой причине, что дирижабль, который теперь принадлежал Союзу Племен, был приписан к этой стране, а его капитан и владелец являлся подданным британской короны. Еще одним немаловажным фактором было то, что в этой стране к тем, у кого полно золота, относятся хорошо. А уж этого добра у жрецов Супайче было очень много. Выдавать себя он решил за жителя Ацтекской Империи, пожелавшего некоторое время провести в этой стране. Третьим фактором, повлиявшим уже на то, что Бранчох лично направился на поиски, был тот факт, что он очень тесно сроднился с ключом – знаком его господина. Поэтому сейчас легким ментальным воздействием он мог убрать подозрения у подавляющего большинства людей и даже магов. Кроме этого, он чувствовал направленный интерес к своей персоне. И, наконец, в-четвертых: сам артефакт после слияния полностью скрывал в нем признаки жреца. Конечно, если Бранчох начнет творить заклинания, то маги почувствуют, с какой энергией он работает, но вот ощутить его присутствие, как это происходило ранее, – уже нет. Более того, ментальные техники он мог использовать без ограничений. И сейчас очень жалел, что их народ знал очень немного, так как ментальные маги других стран совсем не спешили рассказывать кому-либо о своих умениях.

Начать поиски Смит, капитан дирижабля, советовал со столицы, поскольку там, в специальном хранилище, хранились ценные артефакты, книги и свитки. Еще в Лондоне находился музей древностей, где было выставлено много находок, которые не считались ценными, а на самом деле могли являться таковыми. Но, к сожалению, на посадочных площадках столицы могли приземляться только пассажирские дирижабли, а также дирижабли знатных родов. Поэтому они высадились в городе Гастингсе.

Выйдя из воздушного судна, Бранчох, как и должно быть согласно легенде, направился в местный банк, где убедился в правдивости слов капитана. Служащий, узнав количество золота, которое путешественник хочет обменять, сразу направил его в отдельную кабинку. Там ему не только произвели обмен, но и сделали карту туриста. Выбрав лучший отель города (с тем же названием) Бранчох заказал там, тем не менее, номер среднего класса. И только вечером, после отдыха, он решил начать поиски. Вошел в жреческий транс, и…

Его изумлению не было предела: город окутывала некая дымка, на которую откликалось его нутро жреца. Это была энергия не жертвоприношений, нет. Нечто другое, но непосредственно связанное с его господином. Означало это одно: замóк, ключ от которого висит у него на груди, находится именно здесь. Причину подобного явления он объяснить не мог, да и не задумывался особо на эту тему. Для него главным было то, что местные жители в какой-то степени приобщены к Супайче, а значит, работать с ними будет легче, особенно после постройки зиккурата. Он начал перебирать в памяти завербованных людей, и, к своему удивлению, понял, что именно из этой страны никого нет, словно люди не желали вредить Союзу. Но это не играло никакой роли, поскольку Бранчох решил лично заняться постройкой зиккурата и найти здесь будущих жрецов. Но позже, так как сейчас у него другие намерения.

Бранчох снова вошел в жреческий транс и попытался почувствовать связь с вещью господина. Но безрезультатно. Причину он понял почти сразу: та непонятная дымка, которая должна ему помочь быстрее приобщить местных жителей к Супайче, в данном случае скрывала, а точнее – растворяла в себе место нахождения третьего артефакта. Хотя у жреца была уверенность, что вблизи он его обязательно почувствует. Эта причина побудила его быстрее поехать в столицу страны.

Для путешествия Бранчох нанял магомобиль, потому что тот может остановиться по первому его требованию. Он же весь путь собирался проехать в жреческом трансе в надежде, что почувствует вещь. Но, к его разочарованию, ничего не произошло. Присутствовал даже определенный бонус: в столице плотность непонятной дымки его господина была выше.

А на следующий день «турист» ощутил огромнейшую радость – у дворца местных правителей он почувствовал нечто, зовущее его. Этот день и следующий он потратил на то, чтобы определить нужное место, обойдя поместье несколько раз. Оно оказалось в дальнем конце здания и, скорее всего, в подвале. Охранялся королевский замок очень хорошо, у стражников наверняка имеются амулеты от ментальных воздействий, да и маги должны быть. Но ему необходимо только добраться до замка, и проблемы исчезнут. Он чувствовал, что это – последняя часть чего-то грандиозного, и после того, как ключ будет вставлен в замок, все проблемы решатся. Главное – дойти до места хранения.

Поэтому на следующий день он направился к дворцу с сильнейшим желанием добраться до цели. И каково же было разочарование верховного жреца, когда он ничего не почувствовал. С огромным трудом ему удалось сдержать гнев, но пара мужчин шарахнулись от него, словно увидели нечто жуткое. Предстоящие поиски обещали быть долгими.

Британская Империя, город Лондон, королевский дворец

Профессор британского университета откинулся на спинку стула, с изумлением глядя на результаты своей работы. Будучи еще студентом, он очень сильно увлекся древностями – и артефактами, и письменностью. Позже это вылилось в профессию, и в данный момент он являлся лучшим знатоком древней и древнейшей письменности. А также одним из лучших дешифровщиков. И уже более пяти лет занимался расшифровкой работ великого Мерлина. Этот чародей оставил после себя много различных записей, и всего пять – в зашифрованном виде. Если первые находились в дневниках, то зашифрованные маг записывал на специальном пергаменте. К сожалению, он не оставил никаких намеков на ключ дешифратора, поэтому никому до сего момента так и не удалось расшифровать их.

Последние полтора года он жил в специальной сокровищнице, где хранились магические артефакты, собранные со всего мира. Где-то они покупались, где-то выменивались, но чаще всего просто воровались. Короне требовалось расшифровать работы именно Мерлина, создавшего несколько мощных ментальных артефактов. А сейчас необходимость в ментальных амулетах и артефактах – как защитных, так и атакующих – неукоснительно возрастала. Долго, очень долго – целых три года он занимался расшифровкой и, наконец-то, это произошло. Вот только профессор совершенно не был рад этому событию.

Все дело в том, что еще пять лет назад ему попалась часть древней рукописи, которую он сумел расшифровать и прочитать. Если некоторые выражения можно было интерпретировать по-разному, то основная мысль была однозначна. Те, кто носят на себе изображенный там знак, приносят огромную беду. Потом эта рукопись куда-то делась, но рисунок намертво отложился в памяти профессора. И он никак не думал, что встретится с ним снова. Хотя стоит сказать, что во время расшифровки бумаг у него постоянно присутствовало чувство чего-то знакомого, суть которого ему никак не удавалось поймать. И только полностью расшифровав записи, он понял, в какой последовательности и каким образом необходимо соединить те небольшие фрагменты, нарисованные на листах. Оказалось, что все записи составляют одно целое. В конце описывался артефакт, на котором их можно увидеть, а также указывалось, как его активировать.

И этот артефакт находился здесь же. Металлическая пластина со сторонами тридцать сантиметров на двадцать, с углублением в центре в виде восьмиугольника. Толщина ее была около сантиметра, скорее даже меньше, но весила она совсем немного. Какой-то специальный легкий сплав, а может быть, применялась какая-то неизвестная магия, позволяющая уменьшить вес. В данный момент она была абсолютно гладкой, а для проверки необходимо провести некий ритуал, чего делать профессор не собирался. Судя по тому, где она лежала, на нее не обращали внимания, а попала она вместе с другими вещами, поэтому он надеялся, что проверок она не удостаивалась.

И сейчас пожилой, но все еще крепкий, мужчина не собирался посвящать никого из королевской семьи в тайну великого мага. В голову профессора закралась мысль, что многие свои «открытия» Мерлин почерпнул из этого артефакта. Там же говорилось, как сделать, чтобы он стал невидим для магов. Все необходимое находилось здесь же – вероятно, попав сюда с другими вещами мага. Сделав все, как положено, он, уничтожив все свои записи, направился на выход. Сообщив представителю тайной охраны, что собирается посетить публичный дом, он с замершим сердцем принялся ожидать проверки.

Облегченный выдох, когда пропажу такого незначительного, с точки зрения проверяющего мага, предмета не обнаружили, он сдержал. Затем, действительно, направился в соответствующее заведение. Вот только задерживаться до утра, как он это делал всегда, не стал, закончив все дела всего за час. Выходя через черный ход, он постоянно ожидал, что его вот-вот схватят, но сегодня удача была на его стороне. А может быть, наблюдатели стали халатно относиться к своим обязанностям – ведь на протяжении последних полутра лет он проделывал все свои дела вне замка совершенно одинаково. Вскоре он купил лошадь и покинул пределы города.

– Я знаю только одно место, где эта вещь не будет обнаружена, – пробормотал профессор, когда понял, что его задумка удалась. – А потом мне надо будет позаботиться о себе.

Российская Империя, город Москва, Академия магических наук

Айвинэль с каким-то отвращением посмотрела на приготовленное бальное платье. Год, целый год поисков, а результат только один – она знает, что Раэш жив и находится в России. Однако граф Вяземский не только не сообщил, где, но даже не дал ни одного намека в разговоре. Девушка прекрасно понимала, что у того, с согласия императора, существуют свои планы на ее избранника, но все равно злилась на него. Она не могла понять этого интереса – разве что парень где-то засветился еще раз, став демоном. Молодая эльварка застыла, вспоминая тот случай в Южной Америке, когда она впервые увидела этот облик своего избранника, и на ее лицо наползла улыбка. Да, говорить местной тайной службе об истинной причине своего интереса девушка категорически не желала.

– Снова вспомнила о своем Раэше? – слегка язвительные слова Иоэль вырвали ее из воспоминаний. – У тебя всегда в этих случаях появляется на лице мечтательная улыбка. И не надо так смотреть на платье – оно ни в чем не виновато и выглядит очень хорошо. Да не переживай, никуда твой Раэш от тебя не денется.

Да, после практики, когда Айвинэль непроизвольно проговорилась, она рассказала своей подруге о своем друге, своих желаниях, обещаниях. Не сказала только, что он – демон из другого мира. Но та сама догадалась, что он очень вспыльчивый, объясняя именно этим то, что эльвари не выходят из себя так часто, как это делает наследница правящего клана. Вообще-то она прямо сказала: «Ты заразилась вспыльчивостью от своего демона», на что Айвинэль даже не знала, что и сказать. Это позже она поняла, что подруга говорила в переносном смысле, но попала в самое яблочко. Сама же принцесса не единожды ловила себя на этом же.

– Сама-то определилась со своими поклонниками? – Айвинэль тоже с ехидцей задала свой вопрос.

Все дело в том, что молодые студенты – как эльвари, так и люди – осознав, что наследница правящего клана не собирается ни с кем сближаться, переключились на ее подругу. Сама же Иоэль с удовольствием флиртовала, принимая знаки внимания, но не переходила определенную черту, после которой можно понять, что она сделала выбор. Даже пара дуэлей состоялась, но после того, как эльварка перестала общаться с их участниками, они прекратились. Сама девушка нормально относилась к поединкам, но только в том случае, если для тех имелась причина. В случаях же, когда что-то кому-то не понравилось или показалось, она твердо была уверена, что такой человек или эльвари ей не нужен даже в качестве собеседника.

Айвинэль задала этот вопрос не просто так. Она видела, что ее подруга все же отдает предпочтение одному молодому человеку, пусть и заметить это могла только она, так как знала Иоэль очень хорошо. Остальные пока еще ничего не замечали, но девушке было очень интересно услышать подтверждение своих выводов.

– Ведь кто-то наверняка покорил твое среброструйное сердце? – с небольшой усмешкой задала она новый вопрос.

– Заметила, да? – Иоэль посмотрела на свою подругу. – Неужели так заметно?

– На самом деле – нет, – Айвинэль покачала головой. – Я смогла увидеть, но только потому, что очень хорошо знаю тебя. Князь Ярославский?

– Ага, – кивнула ее подруга. – С ним и поговорить можно, и пошутить, и подначить, и вообще…

– И как же ты решилась на такое: отдать предпочтение человеку? Что другие рода и кланы скажут? А уж что подумаю-ю-ют…

– А что, тебе можно, а мне нельзя? – тут же вскинулась Иоэль, на что ее подруга только заливисто рассмеялась.

А спустя пару секунд и сама наследница клана Серебряные Струи присоединилась к ней. Отсмеявшись, она произнесла:

– Давай одеваться, скоро выходить надо.

Спустя полчаса карета довезла девушек до Академии магических искусств. Там к молодым эльфийкам присоединились их поклонники, и первым был молодой человеческий князь с именем Александр. Официальную часть Айвинэль слушала со скучающим видом, оживившись только на представлении, которое, к слову, девушке очень понравилось.

Когда начался бал, князь Ярославский пригласил Иоэль на танец, и… о, чудо! Девушка согласилась. До этого момента первый танец обе девушки всегда пропускали, чтобы не выделять никого из поклонников, а сегодня одна эльфийка ответила взаимностью. Да еще человеку! Айвинэль своим чутким слухом услышала разочарованные вздохи как своих сородичей, так и молодых людей человеческой расы.

– Принцесса, позвольте пригласить вас на танец?

Айвинэль не сразу даже поняла, что обращаются к ней. Наследник достаточно влиятельного клана, никогда ранее не приглашавший ее, решил попытать счастья. То ли сказались действия ее подруги, то ли для этого были другие причины, но этот эльвар впервые сделал приглашение.

– Эрилиан, я по-прежнему не танцую, – ответила ему она и направилась в сторону парка.

Как это случалось дважды за год учебы, молодая эльварка хотела просто погулять, пока подруга занята танцами. Бродя по аллеям и думая о своем избраннике, она вывернула на одну из центральных и остановилась. Затем даже затрясла головой так, что ее волосы засверкали серебряным водопадом. За краткий миг она испытала узнавание, неуверенность, радость и очень боялась разочарования. Студент, шедший немного впереди нее, своими движениями один в один напоминал ей одного очень дорогого ей человека. А когда он начал разворачиваться, и девушка увидела красный цвет кожи, она не выдержала.

– Раэ-эш! – закричала она, бросившись к нему.

И повисла у него на шее.

– Больше никогда тебя не отпущу, – прошептала Айвинэль, наслаждаясь его крепкими объятиями, и почувствовала на себе ревнивый взгляд.

Глава 2

Российская Империя, город Москва, Академия магических наук

Я прижал девушку к себе и почувствовал ненавидящий взгляд. Резко обернувшись, увидел какого-то эльфа, сразу же скрывшегося, когда я посмотрел на него.

– А это кто? – одновременно спросили мы друг друга.

Я проследил за ее взглядом, увидев приближающихся моих знакомых девушек. Графиня шла расслабленно, чего нельзя сказать о цесаревне, в движениях которой проскальзывала какая-то резкость, что ли. Да и губы были сжаты, словно ей что-то не нравилось, и она собиралась высказать свое мнение. Когда они приблизились, я даже почувствовал на секунду эту бурю чувств и эмоций девушки, расшифровать которую не сумел. Я отпустил эльфийку и, показывая на подошедших аристократок, сказал:

– Айвинэль, познакомься, – я показал на воительницу, – графиня Екатерина Петровна Шувалова, – перевел руку на целительницу, – баронесса Людмила Игоревна Морозова. И еще они мои сокурсницы и хорошие друзья.

Понятное дело, я не стал называть настоящее имя Людмилы. За время нашего знакомства у меня было достаточно времени, чтобы произвести анализ подобного поведения цесаревны. Выводы неутешительные. Вероятно, не все так гладко с тем покушением, и арестованы не все участники – вот и пришлось прятать цесаревну настолько качественно. И обеспечить отличной защитой, а самое главное – нет ничего подозрительного в том, что девушка, учащаяся на боевом факультете, защищает свою подругу.

– Девушки, познакомьтесь, – я взял за руку эльфийку. – Айвинэль из рода Древний Лес.

– Ваше высочество, – поклонились девушки.

– Просто Айвинэль, – эльфийка улыбнулась, махнув рукой – дескать, не люблю этого официоза, и взяла меня под руку.

И посмотрела на меня, как бы спрашивая разрешения, можно говорить или нет. Но не успел я ничего сказать, как она все поняла.

– Уже четыре года, – ответила моя ушастенькая.

– Так вот почему… – прошептала цесаревна непонятную фразу.

А я вспомнил про нежить, и пусть маги утверждают, что полностью всю уничтожили, но, если она как-то попала сюда один раз, то это может случиться снова. А значит, необходимо поговорить с отцом эльфийки и предупредить его.

– Айви, мне необходимо встретиться твоим отцом.

Я даже не заметил, что назвал девушку коротким именем, как всегда раньше, забыв, что эльфы не приветствуют сокращения. Но девушка вообще не обратила на это внимания, а, лукаво улыбнувшись, произнесла:

– Хочешь поговорить по поводу вхождения в твой род?

Я заметил, как вздрогнула цесаревна, даже огляделся, высматривая то, что могло ее напугать. На нас, конечно, обратили внимание, и уже не меньше десятка людей и эльфов наблюдали за нашим квартетом. Но ничего подозрительного не заметил, списав все на какие-то эмоции девушки.

– Не только, – я улыбнулся ей, – у меня есть очень важная информация для него.

Внезапно я осознал или почувствовал, что эта информация действительно очень важна. Причину я не знал и даже не имел понятия, но чувствовал, что это очень важно. Может быть, сюда снова попал некромант из другого мира, и скоро начнет создавать полчища нежити?

– Ну что, – обратился я сразу ко всем девушкам, – пойдем, погуляем.

– А ты что, так и не научился танцевать? – подколола меня эльфийка.

– Танец смерти он танцует великолепно, – не дала мне раскрыть рот цесаревна.

– Ну, это-то я и так знаю, – ответила ей Айвинэль.

Так мы и продолжили прогулку вчетвером. Цесаревна чуть ли не потребовала рассказать о том, где и как мы познакомились. Мы и рассказали все, кроме способа, каким освободились от ошейников, и еще смолчали о просьбе жуль-кена стать сильнее и вернуться. Про способ я сразу сказал, что это тайна рода, и никому другому знать ее не положено. Эльфийка тут же подтвердила, что тоже не знает, но надеется в ближайшее время узнать. Пусть девушки и дали клятву хранить в тайне все, что узнают обо мне, но сведения о том, что я общаюсь с Богом в мире, где боги отсутствуют, слишком секретные. Тут и так ментальные маги ценятся настолько, что за ними гоняются и строят различные интриги, а с учетом этой информации я становлюсь очень уж значимой фигурой. Если кому-то ненормальному придет в голову устроить охоту на меня. А теперь еще и на Айви.

Затем уже разговор перешел на год, проведенный здесь. Мы делились информацией об учебе, о событиях, произошедших за это время. Я узнал, что после дуэли, когда я застыл изваянием, цесаревна активировала на меня целительское заклинание и «каплю жизни», поскольку у меня было такое выражение лица, словно я с кем-то сражался. До этого мы в своих разговорах эту тему не затрагивали. Я поблагодарил девушку, а вслед за мной это сделала и эльфийка. А когда начался разговор про практику, то теперь уже Айвинэль превратилась в слух. Рассказы про нежить девушку сильно взволновали – в особенности, что не так много заклинаний, которые гарантированно ее уничтожают.

За разговорами мы так и продолжали прогуливаться в дальнем конце парка, и только с началом фейерверка, ознаменовавшего окончание праздника, направились к площади. Вот тут-то, на подходе, я был удостоен завистливых взглядов, а также ненавидящих. Вспомнил про того эльфа и, найдя его в толпе студентов, спросил про него у эльфийки. Какой-то там наследник владыки клана, сегодня приглашавший Айви на танец.

– Айвинэль, неужели сбылась твоя мечта? – услышал я незнакомый женский голос – такой же мелодичный, как у Айви.

– Представляешь, Иоэль, даже не ожидала, – девушка повернулась. – Да, познакомься…

Рядом с нами стояли еще одна эльфийка и человек. Как и все представительницы этой расы, красивая, с миндалевидным разрезом глаз и остроконечными ушками. Парень оказался, ни много ни мало, князем. Да и его спутница была наследницей главы клана, а еще хорошей подругой Айвинэль.

Стоило нам отойти от академии, как рядом с нами появилась еще одна эльфийка. Хотел было повести свою девушку ко мне, как вдруг она, сделав загадочное лицо, сказала, что у нее дома меня ждет сюрприз. Доехали быстро, а когда вошли, то меня оставили в небольшом холле. Подходя ко мне с загадочной улыбкой, Айви держала руки за спиной, но когда достала их… я подхватил девушку на руки и закружился.

– Вот так сюрприз! – воскликнул я, и наши губы соединились в страстном поцелуе, когда я опустил девушку на землю.

Когда мы оторвались друг от друга, я поднес боевые серпы к глазам, чтобы получше их рассмотреть, словно опасался, что мои ощущения меня обманывают. Но нет, это и в самом деле работа петербургского мастера, выполненная для меня по моему заказу. Я даже не удержался и сделал несколько движений. Мне даже показалось, что моя радость от того, что нашел их, каким-то образом отразилась от моего оружия, вернувшись ко мне. Словно оно тоже радовалось вместе со мной. После этого я надел перевязь и сел на кресло поджидать ушедшую куда-то эльфийку. Вот чем отличаются серпы от мечей: с ними за спиной можно сидеть на чем-то со спинкой: стуле, кресле, диване, в то время как мечи из-за своей длины будут мешать. Поэтому с ними за спиной можно сидеть только на скамье или табуретке.

– Я готова, – вылетела из комнаты Айвинэль.

– Куда? – спросили мы втроем: я, Таэль, Иоэль.

– Ты же не останешься у меня? – задала девушка мне вопрос, на что я отрицательно покачал головой. – Во-о-от! Поэтому я иду к тебе.

Сама она уже оделась в мужскую одежду, насколько я понял, очень удобную для боя. За плечами я узнал ее женскую пару, сделанную из живого металла. Ко мне направились, естественно, мы втроем, так как Таэль от своей подопечной – ни на шаг. Только в академии она не ходила хвостиком. Идти решили пешком, так как мы не наговорились за предыдущие часы, да и не все можно было рассказывать в присутствии других людей. Сейчас мы как раз двигались по опушке Сокольничего парка, как вдруг сработала наша с эльфийкой защита. Среагировала она на какую-то магию, не имеющую видимого проявления. А ведь я совсем не почувствовал опасности, как и девушка. Да и ее телохранительница, наверняка, тоже не испытывала волнения, иначе сказала бы нам. Я уже знал, что профессионалы не испытывают к своей цели никаких чувств, эмоции их всегда ровные, они никогда не буравят жертву взглядом, поэтому и почувствовать опасность невозможно или крайне тяжело.

Среагировали мы с Айвинэль одновременно, моментально отскочив в стороны и обнажая при этом оружие. И сделали это как раз вовремя, поскольку в то место ударило несколько заклинаний: две молнии и один огненный шар и еще что-то, чего я не смог опознать. Или это были применены магострелы. А мгновением спустя на нас со всех сторон бросились какие-то люди. Еще сразу после срабатывания защиты я перешел в состояние измененного сознания. И тут же понял причину «первого промаха» магией – люди просто применили невидимые или почти невидимые глазом заклинания в надежде, что мы ходим по городу без активированной защиты. А когда поняли, что ошиблись, то применили уже более мощные. Но мы только подтвердили правильность их выводов, сумев уйти от них. Поэтому неизвестные набросились на нас с холодным оружием.

Семь человек, четыре из которых атаковали меня, остальные эльфиек, так как Таэль в мгновение ока оказалась рядом со своей подопечной. Я сразу отметил, что противники двигаются очень быстро и хорошо видят в темноте. Атаку первого просчитать было просто: обманный финт мечом и выпад длинным кинжалом. Если бы я заранее не знал, куда будет направлен этот удар, то отвести его не успел бы. А так принял его левым серпом, совсем немного изменив траекторию, и нанес правой рукой встречный удар острием в горло. «Так вот ты на что надеялся!», – мелькнула у меня мысль. Защита человека, а он принадлежал к расе людей, была очень мощной, сумев затормозить мое оружие. Но все-таки недостаточная, чтобы полностью отразить удар, и кончик серпа пробил противнику гортань.

Я тут же мягким движением ушел в сторону, немного разворачиваясь вправо. Но скорость нападавших сказалась, и мой бок окрасился кровью. Зато удар третьего врага я отвел в сторону. Как и во время дуэли, я полностью слился со своим оружием, мне даже показалось, что почувствовал его жажду крови. За это короткое время успел оценить ситуацию. Успешно против этих людей сражалась только Таэль, легко сдерживая двоих своих противников, да еще периодически отводя удары, направленные в ее подопечную. Но мгновенный анализ положения врагов, их атаки выдали их настоящую цель – я. Эльфиек они по большей части задерживали, чтобы они не пришли мне на помощь.

Я целиком и полностью отдался ритму танца смерти. Да, я не успевал реагировать на все их атаки – не с моей скоростью это делать. Зато мне удалось избежать смертельных ран, хотя небольшие появляются. Попытался создать ментальное щупальце с набалдашником на конце, чтобы наподобие, как бьют кистенем, начать атаковать врагов. И тут же почувствовал ментальный удар, затем сразу же еще один. Удары были мощные, очень мощные, и не будь у меня такой защиты, я был бы уже мертв. А так они только немного нарушили мою координацию, но этого хватило, чтобы ярость, подталкиваемая волей, вырвалась на свободу. Кровавая пелена встала перед моими глазами, но я еще мог контролировать ее. Однако в это время раздался крик Айвинэль, и рвущийся поток жажды убийства тех, кто причинил моей половинке боль, прорвав плотину, вырвался на свободу. Меня накрыло.

Российская Империя, город Москва, парк Сокольники

Графу Ласси этот приказ не нравился. Он с огромным удовольствием предложил бы молодому ментальному магу вхождение в свой род, но отказать человеку, отдавшему этот приказ, не мог. А приказ был однозначен: студент школы магии, сильный ментальный маг, должен быть убит. Причина проста: его невозможно нормально контролировать. Поэтому его нельзя приглашать в свой род. Ну и, соответственно, необходимо уничтожить, чтобы он никому не достался, особенно императорскому роду или какому-нибудь особо приближенному к нему. Может быть, была еще причина, да не одна, но озвучивать их графу не стали.

К сожалению, самое идеальное время, когда он гулял один по парку-лесу, было упущено, поскольку наемники, которые должны были осуществить акцию, еще не прибыли. Они уже приготовились к длительному ожиданию, как вдруг судьба преподнесла им свой подарок: индеец-полукровка решил прогуляться ночью. Упустить такую возможность было бы большой ошибкой, поэтому, просчитав маршрут, группа, обогнав троицу, устроила засаду.

Казимир Петрович стоял в лесу, скрывшись за деревом и ожидая начала событий. Первую же атаку наемников постигла неудача – эти двое ходили с активированными защитными амулетами, поэтому тройная атака заклинанием «невидимая смерть» была отражена. Оно не очень мощное по энергетическим затратам, чего нельзя сказать о его силе. К тому же служба наблюдения могла не обратить на такой всплеск магии своего внимания. Но эти двое, словно находились на войне, моментально отпрыгнули в стороны, поэтому вторая атака магией тоже провалилась. И наемники, как и предполагалось, атаковали холодным оружием. Тройка лучших воинов напали на эльфиек, не давая им прийти на помощь парню. Но он с огромным удивлением понял, что, будь охранница принцессы одна, она справилась бы со всеми тремя противниками, а так ей приходилось следить за своей подопечной, отчего эффективность ее действий сильно страдала.

А вот у напавших ситуация была получше, хотя и не сильно. Воин, на которого возлагалась основная надежда, был убит, и даже очень мощный защитный амулет ему не помог, хотя он, судя по атаке, надеялся на это. «Что же за оружие у этого студента? – мелькнула у графа мысль. – И простой ли он студент?» А сейчас он вообще не понимал, что творилось. Наемники двигались быстрее, он парень каким-то невероятным образом избегал серьезных ранений. Атаковать он не атаковал, но если затянется бой, то успеет прибыть охрана, которая наверняка засекла применение мощной магии. Если первую атаку они могли воспринять за возмущение или работу какого-то мага, то вторая под эту категорию никак не попадала.

Наблюдал граф Ласси не просто так – он готовил самую мощную ментальную технику, на которую был способен. Но помня о защите этого парня, даже с имеющимся Обручем Мерлина он не был уверен в своем успехе. Пусть с тех пор прошел всего год, но студент, наверняка, как и все ментальные маги, работал в первую очередь над ее усилением. Вот и все готово. Удар, затем еще удар достаточно простой техникой, которая давалась ему очень легко. Ожидания его подтвердились: парень лишь немного потерял в координации. Зато этого нюанса хватило, чтобы опытные воины, наконец-то, сумели нанести ему серьезные раны. Из спины парня, из правого бока, из бедра брызнула кровь.

– Раэш! – закричала Айвинель, увидев это, и бросилась к нему на помощь.

Ярость и гнев придали девушке сил, ловкости, скорости. Отвод, отвод, удар – и ее противник не успевает отразить атаку. Он попытался уклониться, но ее меч рассек мужчине бок.

– Демон! – раздался мужской крик, в котором проскакивали нотки страха.

Айвинэль отскочила в сторону, бросив взгляд в сторону крика. И успела заметить, как Раэш, стоявший рядом с падающим на землю воином, метнулся к крикуну. Движения его были настолько быстрыми, что опытный воин, еще секунду назад превосходя молодого человека по всем статьям, ничего не сумел сделать. Один удар серпом, второй – и не успели отрубленные руки отделиться от тела, как оружие парня снесло голову наемника. А еще его глаза, из вертикального зрачка которых выплескивалось небесно-голубое пламя. «Он снова потерял себя в своей ярости! – мелькнула у нее мысль. – Надо быть рядом с ним!». И принцесса бросилась в атаку на своего противника. Не ожидавший такого напора от девушки, тот не успел блокировать удар, к тому же подвела рана, нанесенная ею чуть раньше, пронзив болью бок, и, как следствие, замедленная реакция. Меч эльфийки ударил точно в подмышку. Она посмотрела в сторону, где сражался ее избранник. Четыре трупа валялись рядом с ним, а сам он глядел в сторону леса.

Граф Казимир Петрович Ласси с ужасом смотрел на существо, в которое превратился, казалось, обыкновенный человек. Ему вспомнились события годичной давности во Франкийском королевстве, где тоже ходили слухи о демоне, уничтожившем аристократов, гостей маркизы де Сад. Он тогда еще посмеялся над ними, говоря о тех событиях пословицей: «У страха глаза велики». Вот только он никак не ожидал встретиться с тем «страхом», который нашел его и смотрел прямо в глаза. Развернувшись, он бросился наутек, но не сделал и трех шагов, как кто-то схватил его за одежду и развернул.

– Так это ты – тот, кто стер мою память, – прошипел демон, а в его глазах, чернее ночи, проскочили зеленые искорки, перейдя в синий огонь.

Ужас был настолько сильным, что граф оконфузился, почувствовав на ногах что-то теплое. И успел еще заметить, как к его лицу приблизилась рука парня, сложенная так, словно у него там были когти. Крик его разнесся по парку.

И тут к молодому человеку подбежала Айвинэль и, обняв его, быстро заговорила:

– Раэш, Раэш, вернись!

Он вздрогнул, посмотрел на девушку, увидевшую, как гаснет пламя в его глазах, а в следующее мгновение буквально повис на ней. Соображала эльфийка быстро, поэтому поняла, что у него огромная потеря крови. Аккуратно уложив его на землю, она побежала к своей телохранительнице.

Когда принцесса, убив своего противника, бросилась к своему парню, Таэль облегченно вздохнула про себя. Теперь она осталась со своими противниками один на один, и не нужно присматривать за подопечной. Им достались очень опытные воины, поэтому женщина только порадовалась, что осталась одна, а также почувствовала гордость за принцессу, которая хорошо усвоила ее уроки, сумев убить своего врага. И атаковала наемников.

А те только сейчас поняли истинную силу этой воительницы. Нет, они предполагали, что она отлично владеет оружием и магией, поэтому и взяли ее на себя командир отряда и его заместитель. Но они не думали, что можно настолько идеально владеть как оружием, так и своим телом. Отвод, удар, который поймал пустоту, и вот командир отряда перестал чувствовать свои ноги, а секунду спустя понял, что ему перерезали сухожилия. И тут же получил удар по голове, который привел его в беспамятство. Последний оставшийся в живых наемник сумел продержаться тоже лишь несколько секунд. А весь бой не занял и трех минут, настолько он был скоротечен.

Подошедшая эльфийская принцесса, увидев, что Таэль оставила людей в живых для допроса, произнесла:

– Они не должны ничего рассказать о сути Раэша.

Ее верная телохранительница задумалась, вспоминая положение врагов и свое, наклонилась и под определенным углом нанесла удар. То же самое она проделала и с командиром наемников. Теперь никакие специалисты не смогут установить, что врагов добивали. Как только она это проделала, Айвинель сказала:

– Я знаю, что у тебя есть «последний шанс». Помоги Раэшу. Пребывание в ярости забрало почти все его силы, да еще огромная потеря крови. Он умирает, я чувствую это.

– Принцесса, это средство для вас, – возразила ей охранница, но, тем не менее, направилась к парню, доставая что-то из небольшого кармана.

То, что молодая принцесса назвала «последним шансом», в миру как бы не существовало. Знали об этом средстве только верховная жрица, Владыка эльфов и особо доверенные телохранители, одной из которых была Таэль. Плод меллорна, специально выращенный для целительских целей, на протяжении всего своего созревания собирал в себя божественную энергию. Секрет этот хранился только верховными жрицами и передавался из уст в уста. Этот своеобразный артефакт умел не только лечить самые серьезные повреждения, то даже возвращал к жизни умершего, если с момента смерти прошло не более часа. Надо ли говорить, что цены на него просто не существовало. Мало того, что меллорны давали плоды раз в пятьдесят лет, так еще надо суметь сделать все правильно. Стоит только хоть немного нарушить процедуру выращивания, и все пропало. Верховная жрица за три месяца созревания выматывалась так, что ее не узнавали близкие, поэтому все это время она не появлялась перед эльвари. Если требовалось излечить кого-то не из семьи Владыки, то необходим был приказ правителя (причем, при личной встрече), чтобы верховная жрица могла использовать «последний шанс». Но даже в этом случае она никогда не показывала, как это проделывала, совершая все свои действия за закрытыми дверьми. Среди эльвари ходили десятки слухов об этих чудесных исцелениях, даже такой, что их Богиня на краткий миг посещает этот мир и исцеляет, но правду непосвященные не знали.

Таэль присела рядом с лежащим молодым человеком, отодвинула с груди его оружие, расстегнула одежду и на голое тело положила продолговатый предмет темно-зеленого цвета с изумрудными прожилками.

– Тиуллиатан иммитиель кросейни, – прошептала она.

И плод меллорна рассыпался пылью, мгновенно впитавшейся в кожу. Айвинэль вздохнула с облегчением, но тут же резко развернулась, обнажая оружие. К ним быстрым шагом приближался мужчина, поэтому девушка сделала несколько шагов ему навстречу, чтобы был простор для ее действий.

– Проходите мимо, – спокойно сказала она ему.

– Айвинэль, – услышала она голос своей телохранительницы. – Это свои. Приветствую тебя, Артист.

Пространственно-ментальный мир королевы ихтанвиилайтов в боевых серпах

– Великолепно! Потрясающе! Это было грандиозно! Столько энергии!

Знакомый женский голос заставил меня открыть глаза. Сделать это удалось с трудом, хотя ничего удивительного в этом нет. У меня перед глазами еще стоял бой с какими-то людьми, и я помню, что после ментальной атаки меня серьезно ранили. А увидев Белоснежку, вспомнил все, что с ней связано, и где я нахожусь.

– Опять ты, королева, – устало произнес я. – Снова будешь проводить испытание? Так я никуда не годен сейчас, после боя.

– Если ты не забыл, то я видела этот бой, – с издевкой произнесла она, – причем не только видела, но и сама принимала участие. Но ты сражался очень неплохо.

– Неплохо, – буркнул я, – так неплохо, что сейчас силы покидают меня.

– Не переживай, – она мгновенно очутилась рядом со мной.

Секунду мы смотрели друг другу в глаза, а в следующий момент девушка впилась мне в губы, обхватив за голову. Я автоматически обхватил ее за талию, прижимая к себе, но в следующий миг она снова очутилась в паре метрах от меня.

– Не переживай, – повторила она. – Все у тебя будет хорошо.

А я действительно почувствовал небольшой прилив сил, словно она посредством поцелуя мне их передала. Но тут девушка сморщила свой носик и язвительно произнесла:

– Но продвигаешься ты вперед очень медленно – до сих пор находишься на первом уровне боевого умения. Хорошо, что хоть в ментальном плане продвинулся и научился парочке техник.

Ее тон вывел меня из себя, и я, сформировав в мгновение ока ментальный кистень и луч, бросил в нее.

– Так?

Я ведь помнил по предыдущему разу, насколько в этом месте легче дается магия. Поэтому и скорость создания ментальных техник на порядок выше. Вот и королева не успела среагировать, получив толчок лучом. Точнее, среагировать она все-таки успела, но не до конца – ушла от кистеня, попав под луч. Я легко рассчитал ее вариант ухода, как и то, что увернуться она будет стараться именно от кистеня, поэтому ментальный луч или, правильней будет сказать, ментальное копье направил немного в сторону.

– Что-о? – кошкой зашипела она и сама атаковала.

Но я ожидал чего-то подобного, поэтому за доли мгновения перед ее атакой успел возвести между нами ментальный барьер. Удар ее чем-то, напоминающим огромный летящий булыжник, был настолько силен, что я скривился и даже вскрикнул. Но в следующий миг почувствовал прилив сил, словно кто-то начал закачивать в меня энергию. «Вот теперь повоюем», – появилась у меня в голове довольная мысль.

Следующие несколько минут мы поливали друг дуга различными ментальными техниками. Работать в этом месте было – одно удовольствие, ментальные техники получались на удивление очень легко, что я даже не стал применять магию, а работал только с ними. Копье, сеть, кистень – девушка все отразила; правда, за это же время в мой барьер прилетело семь ударов, и после последнего я вынужден был усилить защиту, что сказалось на скорости моих атакующих техник. Но тут она сотворила что-то, и мой барьер исчез, а на меня навалилась тяжесть, как будто на плечи взгромоздили целую гору. А тут еще и в голову прилетело от Белоснежки.

Ярость поднялась из глубины, и я сотворил первое, что пришло в голову – «ментальный шторм». Как-то не удивился, что у меня получилась эта очень сложная техника, зато порадовался результату.

– Ай! – вскрикнула королева.

И я сквозь кровавую пелену перед глазами увидел, как она схватилась за голову. Еще успел восстановить барьер. Затем королева резко подняла голову, в ее глазах я заметил тоже нешуточную ярость, и она оказалась рядом со мной. Я попытался уйти, но в скорости я уступал ей очень сильно, а мой барьер она, по аналогии с прошлым, разом разрубила рукой. Замахнулась и… прильнула ко мне с поцелуем. «Блин, ну, и меняется у нее настроение», – подумал я. Но девушка снова оказалась в паре метров от меня.

– Это было нечто! – радостно мурлыкнула она и тут же стала серьезной. – Задавай свой вопрос.

– Расскажи все, что знаешь о возникновении миров.

– Хитрец, – довольно улыбнулась она. – Вначале в Первородном Хаосе рождается Точка Возрождения, из которой и появляются миры. Цепочку миров называют Нитью Порядка. Первый мир имеет свои очертания, второй очень похож на него, но имеются небольшие отличия, третий немного отличается от второго и так далее. Но это отличия, так сказать, внешнего вида. А вот энергетически они могут разниться кардинально. С появлением миров рождаемся мы и высшие Боги, или, как их называют в некоторых мирах, Демиурги. Они тоже рождаются детьми, а миры – это их игрушки, с которыми они играют. Играют по-своему: что-то создают, затем это уничтожают, создают другое. Потом они начинают взрослеть, приобретают опыт, понимают свою суть и свое предназначение, поэтому начинается плодотворная работа по преобразованию мира под свои желания. Крайне редко происходит так, что в одном мире рождается один Демиург, и причина проста: спустя какое-то время им хочется стать сильнее, получить побольше энергии. Поэтому возникает желание отобрать что-то у соседа, вследствие чего начинаются войны. А миры с одним Богом развиваются быстрее, но вот когда сталкиваются с менее развитыми, где происходила постоянная борьба, они не в состоянии защитить себя, несмотря на свои достижения. Иногда войны принимают такой масштаб, что Нить приближается к состоянию схлопывания. Это выражается в том, что при нестабильных мирах Нить начинает закручиваться, и когда ее конец соприкоснется с началом, все миры исчезнут. Просто перейдут в Хаос. И так будет длиться вечно – круговорот Хаоса и Порядка.

Насчет схожести я и сам заметил: мой родной мир и этот отличаются незначительно. Сейчас я старался запомнить эти знания, а также мое состояние при создании ментальных техник. Ну, как запомнить – я ведь знаю, что при выходе отсюда забуду все или почти все, вот мне и хотелось увеличить это «почти». Я хотел попытаться разложить в мозгу все по полочкам, как умел это делать отец, но девушка не дала мне толком ничего сделать.

– Становись истинным воином, и сможешь полноправно обладать мной, – проворковала она, – стремись к вершине… стремись… стремись…

И меня унесло.

Российская Империя, столица, город Москва, Кремль

– «Не ищи врагов далеко – они рядом с тобой, не ищи новых друзей – они уже рядом с тобой, не держи рядом с собой свою кровь – и все у нее будет хорошо, не надейся на помощь других, а думай сам. И возможно, тогда тьма, что накроет наши земли, не сможет поглотить их», – император посмотрел на главу внутренней службы безопасности. – Вот так звучит дословно сказанное мне провидицей. Потом она еще добавила, чтобы я не распространялся до поры до времени о пророчестве, но думаю, что сейчас наступило время.

Граф Вяземский только кивнул, размышляя над полученной информацией. Теперь некоторые приказы и просьбы императора получали дополнительную окраску в свете слов провидицы. Хорошо, что цесаревну спрятали еще в детстве, так и не представив во дворце, и становится понятной причина, по которой родители девушки не спешили не только забрать дочь к себе, но даже видеться с ней.

– Докладывай, – отвлек графа от размышлений голос монарха.

– Целью нападения был небезызвестный вам молодой человек, студент Новосибирской школы прикладной магии Раэш Арэшхиллса, ментальный маг.

– Последнее подтвердилось? – переспросил император.

– К сожалению, на данный момент так и не смогли увидеть или зафиксировать его техники – только очень мощную защиту. Но князь Воронцов уверен, что это так, – Георгий Алексеевич кивнул, и граф продолжил доклад. – Молодой человек пришел в себя и находится в доме у ее высочества Айвинэль, которая никого к нему не пускает, мотивируя тем, что ему необходимо восстанавливаться. Исключение сделала только для вашей дочери, даже графиня вынуждена была ожидать в холле. В какой-то степени подтвердились слухи о том, что у эльфов существует некое средство, при помощи которого они чуть ли не воскрешают умерших. Наши эксперты подсчитали, что молодой человек потерял столько крови, что должен был умереть или, как минимум, находиться на краю смерти, но он двигался самостоятельно.

Теперь по поводу наемников. Это совершенно точно не подданные вашего величества, прибыли сюда неизвестно когда, так же как и неизвестно, были ли еще у них дела в нашем государстве. К сожалению, установить их принадлежность конкретному государству не удалось – в списках они не значатся. Но здесь нам очень помог все тот же молодой человек. Не знаю, где он повстречался с графом Ласси и что они не поделили, но благодаря этому мы можем с большой долей вероятности сказать, что нити тянутся в Британскую Империю, с которой Ласси связан достаточно тесно.

Граф налил из стоящего на столе графина сок и выпил, смочив горло, а затем продолжил.

– Ну, еще теперь полностью подтвердились выводы, что принцесса познакомилась с ним в Союзе Племен, остается только непонятным, где он провел два года после их побега.

– Для дочери это не опасно? – с тревогой спросил государь. – И что там с интересом Милы к этому молодому человеку? Неужели все настолько серьезно?

– Абсолютно безопасно, – уверенно ответил глава внутренней службы безопасности. – По крайней мере, ожидать от парня чего-то плохого можно не опасаться. Другое дело, что им заинтересовались наши недруги. А насчет влечения вашей дочери – очень серьезно. И еще: вы должны знать, что в ближайшее время ее высочество Айвинэль из клана Древний Лес войдет в род Арэшхиллса. Поэтому ждите прибытия Владыки с супругами и, возможно, других аристократов, – и, предвидя следующий вопрос, ответил: – Я не могу объяснить этот поступок. Могу только добавить, что интерес ближайшей подруги принцессы к князю Ярославскому тоже серьезный. Что-то происходит и у эльфов. Я думаю, что пророчество начало сбываться.

– Что по изменникам?

– Здесь все очень плохо. Против нас применяют какое-то новое умение, способность или еще что. Никакой магии, никакого воздействия на человека, никакого гипноза, но люди напрочь забывают некоторые моменты. Обнаружили это по чистой случайности. Если бы мой агент не пошел на нарушение правил, то так бы и оставались в неведении. Он после получения каких-то сведений направился единолично проверить их, но перед этим одному мальцу передал послание, чтобы тот доставил его к нам. В итоге он ничего не помнит, а мальчика проверял сам князь Воронцов. Не врет он. Позже князь работал с агентом, но ничего сделать не смог. К сожалению, мы даже предположить не можем, что это такое. Мы сумели выделить кланы, которые хотели бы смены императорской фамилии, но не сумели выделить первую скрипку. И нет веских доказательств их связи с нашими недругами за границей. Вот список. Кстати, благодаря Арэшхиллсу сюда попали некоторые фамилии, которых заподозрить в чем-либо мы не смогли бы.

И граф передал лист императору. Тот некоторое время читал, периодически проявляя на лице явное удивление. Глава внутренней службы безопасности даже мог назвать фамилии, которые его вызвали. После этого они начали обсуждение прилета Владыки и то, какие меры необходимо предпринять.

Глава 3

Российская Империя, столица, город Москва

– Айви, ну что ты возишься со мной, как с тяжелобольным, – уже в который раз я задал эльфийке этот вопрос. – Сейчас вот еще одна сиделка придет.

Да, после того боя, когда я получил много легких ран и две смертельные, девушка держала меня в постельном режиме. Главным доводом было то, что я потерял много крови (точнее, она сказала, что почти всю), когда находился в состоянии неконтролируемой ярости. С ее слов, меня вытащили чуть ли не с того света. А я так после вскрика девушки вообще ничего не помню, хотя до этого контролировал свое состояние. Получается, что я снова сорвался, уничтожил своих противников и еще какого-то ментального мага. Вот по поводу последнего у меня существовали подозрения, что это тот, с которым я встретился, когда в дирижабле посетил княжну Голицину, но уверенности не было.

Кстати, после того боя я действительно чувствовал себя неважно, слабость была очень большая, хотя я и передвигался на своих двоих – правда, поддерживаемый эльфийкой. И, кстати, слабость проходит тяжело, а помогает лучше всего «капля жизни», которую применяет ко мне цесаревна. Айвинэль, кроме нее, больше никого из лекарей и целителей не пускает, мотивируя тем, что никому больше не доверяет.

– Всем привет, – впорхнув в комнату, совсем не аристократически поздоровалась с нами цесаревна. – Как ты себя чувствуешь?

Она создала «каплю жизни», и я почувствовал прилив сил, затем еще одну и еще. Сам же я тоже как-то создал ее, вот только эффект был почти нулевой. Наверное, все-таки правы девушки, которые держат меня в постельном режиме, так как организм мой не восстановился до конца, и нагружать магические канали чревато. А во второй половине дня к нам пришел очень интересный гость.

– Князь Михаил Илларионович Воронцов, – представился мужчина, вошедший в помещение.

Интересной была реакция цесаревны, которая буквально впилась в него своими прищуренными глазами. Айвинэль же не выказывала никаких эмоций: то ли владела ими в совершенстве, то ли не знала того, что было известно цесаревне.

– Раэш, я бы хотел поговорить с тобой наедине, – обратился он ко мне, но тут же посмотрел сначала на одну девушку, затем на вторую. – Девушки, вы позволите?

Айвинэль, бросив на меня взгляд а-ля «что ж поделать», сразу направилась к выходу. А вот ее подруга на секунду задержала свой взгляд на князе, потом резко повернулась и вышла следом. Да, как ни странно, девушки довольно легко подружились, часто болтая между собой о чем-то таком, что я не слышал. И ведь специально уходили в сторону. Айвинэль, прекрасно осведомленная о моем нечеловеческом слухе, знала расстояние слышимости, поэтому я и не мог ничего услышать. С другой стороны, мало ли о каких делах они разговаривают – может быть, услышь я их, сам бы бежал подальше.

– Молодой человек, – обратился ко мне князь, и тон его стал очень серьезным, – хочу задать вам вопрос. – Что вы можете сказать об этой вещи?

И он достал какой-то обруч, передав его мне. Я внимательно рассмотрел его, особенно утолщения, в которых явно угадывался восьмиугольник. Мне сразу вспомнилась ячеистая защита у ментального мага, стершего мне память, как раз и состоящая из восьмиугольников. Я аккуратно надел его на голову и моментально переместился в глубины своего сознания. Мой защитный барьер в данный момент представлял собой сплошную непрозрачную стену, поэтому я не особо боялся ментальной атаки. Внезапно я почувствовал прикосновение к моей защите в десяти местах. Это была не атака, а нечто похожее на прощупывание. Вот только после этого у меня появилось ощущение, словно испачкался в чем-то противном, что захотелось смыть. Вышел за пределы защиты и очень удивился: вокруг нее медленно вращался пояс, состоящий из знакомых восьмиугольников. Вот только сейчас это была не защита, а нечто живое. Ячейки перемещались так, что создавалось именно подобное ощущение. А когда от него ко мне потянулся отросток, я быстро вернулся обратно. Удивительным было то, что он не атаковал, не угрожал, опасности я не чувствовал, зато чувство брезгливости усилилось многократно. Дальше экспериментировать я не стал и, вынырнув из глубин сознания, быстро снял с себя этот явный артефакт.

– Это явно ментальный артефакт. Вот только я… – я замолчал, затем решил сказать, как есть. – Вот только я не стал бы им пользоваться, поскольку у меня создалось впечатление, словно испачкался в дерьме. Простите за такое выражение.

Он ничего не ответил, задумчиво гладя на меня, затем поблагодарил и ушел. Вернувшие девушки, войдя, сходу задали один и тот же вопрос:

– Чего он от тебя хотел?

Я и рассказал, а Айвинэль добавила, что похожую вещь она видела на голове того мага, которого я убил. Цесаревна снова применила заклинание, а потом меня оставили отдыхать. Отнекиваться я не стал, а оставшись один, принялся за ментальные техники. Я еще вчера, когда впервые после боя решил заняться ими, заметил, что мне стало легче с ними работать. Причем это было не стандартное увеличение силы, какое происходит от тренировок, а скачок. Он был небольшим, но ощутимым. Щупальце теперь мог вытянуть на восемь метров, кистень на шесть, луч на семь метров.

Кроме этого, попробовал создать ментальную сеть, и она у меня получилась! Маленькая, всего полтора метра в диаметре, но получилась, хотя еще пять дней назад я никак не мог ее создать. Это был не аналог сигнальной сети, которая должна быть незаметной и предупреждать меня обо всех разумных, попавших в нее. Это простая сеть, которая оплетала сознание людей, мешая думать, соображать, вызывая мигрень. То есть убить она не могла, а вот помочь в схватке с врагом – очень даже. Я все хотел понять причину скачка, но в голову ничего не приходило, кроме как от того, что находился на грани смерти. Но проверять этот вывод я, разумеется, не имел ни малейшего желания. Поэтому сейчас занимался ментальными техниками, которые, в отличие от магии, не сказывались на состоянии моего организма. Точнее, сказывались, но совсем немного.

Мила, как все-таки я решил называть цесаревну, еще несколько раз меня подлечила, а вечером ушла к себе.

На следующий день я проснулся с отличным настроением и самочувствием. После завтрака я предложил девушке пойти погулять. И уже на улице целенаправленно повел ее в парк Сокольники. Девушка, увидев, куда мы направляемся, подозрительно посмотрела на меня, затем стала допытываться о причине. Но я ей ничего не сказал, отговариваясь, что скоро узнает, чем только повышал градус ее любопытства. Наконец-то мы подошли к маленькой полянке с небольшим камнем, у которого я чувствовал прилив сил, улучшение самочувствия, испытывал некую радость. Подойдя к нему, я вновь испытал эти же чувства, с интересом наблюдая за девушкой.

Она остановилась рядом, требовательно глядя на меня: дескать, давай рассказывай, что хотел. Затем ее лицо стало задумчивым. Теперь она бросила на меня подозрительный взгляд с вопросительными нотками. Отошла на несколько шагов и прислушалась к себе. Затем медленно-медленно начала приближаться к камню, а став рядом со мной, снова посмотрела на меня. Интересно также было наблюдать за ее телохранительницей, которая при первом же изменении лица принцессы стала оглядываться, выискивая возможную опасность. После того, как девушка отошла от камня и вернулась, Таэль проделал то же самое, но, судя по выражению ее лица, ничего не почувствовала.

– Почувствовала? – с улыбкой спросил я эльфийку.

– Ага, – в ответ кивнула та, – это напоминает нахождение в роще меллорнов и одновременно нечто другое.

После этих слов Таэль встала рядом с камнем, прислушиваясь к своим ощущениям и продолжая контролировать обстановку. Но по выражению ее лица я понял, что девушка все равно ничего не почувствовала.

– Этот камень содержит частицу Бога, – пояснил я обеим представительницам расы эльвари, которые глядели на меня с требованием пояснить все. – Я не знаю, кто это, не могу ничего объяснить в произошедшем, но уверен, что прав. Может быть, этот камень – осколок храма, где ему или ей поклонялись; может быть, здесь он или она были убиты, и камень сохранил частицу божественной силы. Но принятие в род будет происходить именно здесь, – твердо сказал я. – Я так решил.

– Но наша верховная жрица обязательно потребует проведение ритуала у нас в меллорновой роще, – сказала Айвинэль. – Да и родители тоже.

– Потом – пожалуйста, но само принятие в род будет здесь.

А вот на обратном пути я направился в свою комнату, которую снимал в гостинице здесь рядом. Для меня было неприемлемо жить в доме, снятом на деньги девушки. Здесь, в этом мире, достаточно часто случалось, что муж приходил в дом к жене и жил с ней под одной крышей, но не у нас. У демонов даже мысли никогда не возникало, чтобы демон ушел жить к демонессе или, как в случае моих родителей, к калвари. Когда я был ранен, это было вполне нормально, да и то я чувствовал себя не в своей тарелке, а сейчас твердо намерен идти к себе в снятую комнату.

– К тебе? – спросила меня эльфийка.

Насколько же она понимала меня – даже удивительно, как эта девушка чувствовала, что мне надо. Я лишь кивнул, и мы направились в гостиницу.

До приезда родителей Айвинэль мы гуляли, но по большей части занимались развитием магических каналов, а также начали тренировать совместный бой. В последнем случае очень пригодилась Таэль, которая указывала нам на наши ошибки, а потом еще в спарринге показывала это на примере, когда мы получали по различным частям тела. Цесаревна уехала посетить «родителей», чем была очень недовольна, но на принятии в род обещала быть обязательно. Я так понимаю, что ее просто убрали, чтобы не маячила перед глазами, поскольку к нам сейчас было приковано слишком много взглядов. К тому же Иоэль, подруга Айви, недвусмысленно дала понять, что предпочитает эльфам человека. Речи о вхождении в род князей Ярославских пока не шло, но вместе с Владыкой эльфов прилетает глава клана Серебряные Струи вместе со своими женами, что уже намекает, по крайней мере, на переговоры. Все это сообщил нам эльфийский курьер, прилетевший парой дней ранее. Он же сообщил точную дату прибытия Владыки.

Поскольку визит Владыки эльфов был неофициальным, встречать пришел граф Вяземский, а может быть, такая договоренность была изначально. Но, несмотря на отсутствие императора, людей в порту было много. Мы вшестером: я, Айвинэль, Иоэль, их телохранительницы, князь Ярославский – стояли вместе с главой внутренней службы безопасности.

Вот дирижабль с гербом правящего клана приземлился, и по трапу стали спускаться эльфы. Первыми, как и положено, шли родители Айвинэль, следом за ними – наверное, родители ее подруги. Затем уже остальные эльфы и эльфийки. Правитель эльфов сделал несколько шагов, а граф выдвинулся вперед и заговорил:

– Приветствую Владыку эльвари в Российской Империи…

Дальше пошли протокольные фразы, а после этого все правящие эльфы со своими женами направились к нам. Поскольку визит был неофициальный, допускались вольности, которыми тут же воспользовалась Айви. Она быстро подошла, чуть ли не подбежала к отцу, повиснув у него на шее, потом поцеловала обеих мам. Я так понимаю, что она допустила очень уж большую вольность, поскольку ее подруга проделала то же самое немного официальнее. Затем Владыка и его супруги подошли ко мне.

– Так вот ты какой – тот, кто отобрал сердце Айвинэль.

– Раэш Арэшхиллса, – представился я.

– Киливан Эндариэль, – в ответ назвал он свое имя. – Мои жены – Мальвиэль и Илинэль.

После этого мы направились в посольство эльфов. Я уже знал, что для этого специально был приобретен большой дом в центре Москвы, рядом с Кремлем. За время, пока ждали прибытия Владыки, эльфийские маги и жрицы, прилетевшие вместе с курьером, нанесли на него много различных охранных заклинаний, укутавших его настолько плотно, что разобраться там не представляется возможным. Наверное, можно это сделать, но для этого необходимо постоянно сидеть у дома и быть очень хорошим артефактором.

В небольшой холл, где находились мы с Айвинэль, вошли только ее родители, а также еще один эльф – как просветила меня девушка, начальник службы безопасности клана. Когда все расселись, ее отец целую минуту разглядывал меня – наверное, выискивая, чем же я смог привлечь его дочь. А затем задал интересный вопрос:

– Это правда, что ты из другого мира?

Естественно, что разведка эльфов установила мое происхождение, а может быть, аналитики у них отличные. После встречи с нежитью я особо-то и не скрывал свое происхождение, хотя и не афишировал, в отличие от того, что я демон.

– Правда, – ответил я.

– И как ты сюда попал?

Я и рассказал все, умолчав лишь о разговоре с забытым Богом. Он расспрашивал меня дотошно, периодически его жены задавали мне вопросы, на которые я правдиво отвечал. Я ведь понимаю их: отдают дочь непонятному человеку, поэтому и хотелось родителям узнать обо мне побольше. Но все свои приключения рассказывать не стал, иначе сидеть нам здесь очень долго, а о нахождении в качестве раба просто уточнил детали, умолчав лишь о том, как я снял рабский ошейник их дочери. Просто сказал, что это тайна рода, после чего все расспросы на эту тему прекратились. Зато я очень подробно рассказал все, что знал, о нежити, нарисовал заклинания – как свои, так и разработанные совместно с магами России. Пояснил, чего следует ожидать от магии смерти.

А потом зашел разговор о процедуре вхождения в род. И вот тут Айви оказалась права на все сто процентов. Они хотели провести ее в Африэнне, раз уж моя родина далеко, но я категорично заявил, что произойдет это здесь. Спорили мы долго, особенно после того, как их дочь целиком и полностью меня поддержала. В итоге остановились на том варианте, который я предложил в самом начале дискуссии: сначала проводим здесь, затем у них. И началась подготовка к этому событию.

Мы с Айвинэль хотели совершить обряд по-быстрому, но тут уже серьезно вмешались мамы девушки. Они утверждали, что такое торжественное событие обязательно должно «оформляться» соответственно. Спорить с ними я не стал – ведь я не знаю, как это происходит в моем мире, а здесь это торжество, причем как у людей, так и у эльвари. В итоге мы пришли к согласию.

Российская Империя, столица, город Москва, Кремль

В рабочем кабинете императора находилось всего четверо: два эльвари и два человека – владыка эльфов со своим начальником службы безопасности клана и император с главой внутренней службы безопасности. Несмотря на неофициальность визита правителя эльфов, этой встрече и та, и другая сторона придавали огромное значение. После того, как все расселись, молчание продлилось двадцать секунд, и тишину нарушил император России.

– О чем вы хотели переговорить?

– Могу я услышать о том, что предрекла вам провидица?

– Сейчас – уже да, – кивнул Георгий Алексеевич. – Звучит оно так: «Не ищи врагов далеко – они рядом с тобой, не ищи новых друзей – они уже рядом с тобой, не держи рядом с собой свою кровь – и все у нее будет хорошо, не надейся на помощь других – а думай сам. И возможно, тогда тьма, что накроет наши земли, не сможет поглотить их».

И замолчал, глядя на правителя эльвари.

– Что-то подобное я и предполагал, – задумчиво ответил тот и после небольшой паузы добавил: – Мне кажется, что оно начало сбываться.

– Несколькими днями ранее Александр Андреевич сказал эти же слова. Что происходит у вас в стране?

– На первый взгляд, ничего страшного. Начали появляться слухи, что, мол, с Союзом Племен надо дружить, что, дескать, мы сами виноваты – нападаем на них. А их жертвоприношения преподносятся, как борьба с врагами, и ничего страшного в этом нет. Те, которые распространяли это мнение, уверены в своих словах, хотя некоторые из них буквально еще месяц назад утверждали обратное, в чем тоже были уверены. Все эти роды и кланы организовали оппозицию. Они не высказываются явно против страны, а наоборот: свои речи преподносят, как заботу о ней, поэтому фактически нет причин для ареста наших аристократов. К сожалению, наши законы таковы, что без серьезных нарушений проводить ментальное сканирование нельзя – вот оппозиция и набрала большую силу. Фактически мы сейчас находимся на грани гражданской войны, хотя внешне этого не видать.

– Надо же, как схожи ситуации, – ответил император.

И тоже рассказал о внутренней обстановке, добавил только, что конкретно в отношении оппозиционеров его страны все нити ведут в Британскую Империю. После этого они вчетвером стали обсуждать полученную информацию. И особенно то, что связывает Британию и Союз Племен, поскольку действия по развалу стран очень похожие. А связь имелась. Все дело в том, что после отъезда дочери правителя на учебу в Российскую Империю другие эльфы отправились в Британию. Вот только оказалось, что из десяти эльвари, уехавших туда на учебу, восемь принадлежат к кланам оппозиции. Двое оставшихся – это молодые агенты, которых туда специально заслали. Это отпрыски двух родов, официально являющихся нейтральными, а в действительности – ярых приверженцев правящего клана. И оба клана втайне готовят именно шпионов-диверсантов, что и являлось причиной их так называемого нейтралитета с высказыванием легкого недовольства Владыкой. Проделано это было специально, еще при отце Киливана, который «поссорился» с главами этих кланов. Зато такой ход отвратил от них взоры желающих свержения правителя, чем они и пользовались в полной мере. Поэтому связь существовала, что подтвердили аналитики клана. Граф Вяземский, со своей стороны, тоже полагал так и задал соответствующий вопрос:

– Не может случиться так, что их просто завербуют? Используют ментальные техники? Или вообще новый способ, который заключается в…

Киливан с Рикнаном слушали очень внимательно, затем начальник службы безопасности клана произнес:

– Нет, о таком не поступало никаких сообщений. А от ментальных воздействий у них имеются специальные защитные амулеты, преодолеть которые крайне тяжело.

– Кстати, пять аналогичных амулетов я передам вашей семье, – продолжил разговор правитель эльфов. – Только существует один нюанс: они не должны попасть в руки врагов, иначе те смогут подобрать к ним ключ. Необходимо, чтобы носящие их умели стирать внедренные плетения.

После этого эльвари еще добавили, что летающие ящеры из джунглей в последнее время стали крайне агрессивны. Затронули тему нежити, и император передал эльвари все последние наработки по защите от нее.

Результатом встречи стало подписание тайного соглашения о сотрудничестве между приверженцами императорской власти в Российской Империи и кланами эльвари, верными Владыке. Причем касалось оно всех сфер, а не только военной.

Российская Империя, столица, город Москва

Если бы я знал, что вкладывают родители Айвинэль в слово «торжественное», то упирался бы намного сильнее. Во-первых, пришлось раскошелиться на костюм для себя; во-вторых, почему-то мы вдвоем обязательно должны раздать приглашения, причем лично; в-третьих, после принятия в род необходим бал. Когда нам сообщили о последнем, мы с Айви синхронно так скривили лица, что даже мамы девушки рассмеялись. А потом началась каторга для меня: оказывается, бал должны открывать мы и только танцем. И меня принялись учить танцевать.

Иоэль, смотря на наши лица и мои потуги, смеялась от души, постоянно нас подкалывая. Но все рано или поздно заканчивается, вот и мои мучения подошли к концу. Кроме всего прочего, я научил эльфийку обряду или, правильней сказать, ритуалу вхождения в род: что надо делать и что говорить. Эти знания нам, демонам, вбивают в голову с самого детства. Кстати, у каждого рода этот ритуал свой, а не один на всех. Действий там немного, зато клятву необходимо произносить на древнейшем языке, причем в определенном ритме, делая ударения в строго определенных местах. Вот девушка и заучивала слова. Спросила меня о переводе, но я огорчил ее, сообщив, что даже мои родители его не знали.

Вот и наступил этот день. Мы вышли из здания посольства и, сев в магомобиль, направились в парк Сокольники. Кстати, мы скрывали конкретное место, где все будет происходить, сообщив только службам безопасности, что это будет парк. Десять магомобилей, в которых разместились все приглашенные, остановились у центральной аллеи. Выйдя из машин, мы с огромным удивлением отметили, что желающих поглядеть на такое событие собралось очень много. И как только узнали о месте проведения? Наверняка, кто-то из службистов проговорился, поскольку я успел заметить людей, подозрительно похожих на работников тайных служб – то есть обычно на них вообще не обращаешь внимания из-за неприметной внешности. Но мой тренированный мозг этот факт сразу же отметил. И это помимо непосредственно нашей охраны, которая не подпускала всех желающих к нам.

Но я все равно услышал, как обсуждали герб моего рода, изображенный на левой стороне моей груди. На синем фоне с зелеными искрами переплелись между собой два дерева: серебряное и иссиня-черное. Крона первого напоминала развевающиеся на ветру волосы, которые, если приглядеться, были отдаленно похожи на шлем, а второго – кисть демона с острыми когтями. Этот герб придумали мои родители, ведь ранее он выглядел немного по-другому. Получается, что фон здесь характеризует силы родителей: синий – воля калвари, зеленые искры – ментал хилл’са. Серебряные волосы, которые стремились образовать шлем, и кисть демона характеризовали часть боевых ипостасей родителей. Когда я впервые нарисовал его, то получил от мам невесты очень выразительный взгляд.

На девушке же надето темно-зеленое платье, и на левой стороне груди изумрудными нитями вышит герб ее рода и клана – меллорн, священное дерево всех эльфов. Прическу она делать не захотела, распустив волосы, и жалела только, что не может сделать так, чтобы они напоминали соответствующую часть моего герба.

Мы свернули с аллеи, и я просто почувствовал недоумение шедших за нами гостей, сменившееся жгучим интересом. И даже неким предвкушением. Подойдя к камню, я посмотрел на девушку, которая улыбнулась уголками губ, говоря, что она тоже почувствовала воздействие камня. Сейчас у всех стоящих позади нас любопытство превышало все пределы, никто из них не понимал ровным счетом ничего, и это только подогревало их интерес.

Мы протянули руки назад, и Таэль вложила в них наше оружие: мне в руку – меч Айвинэль, ей – мой серп. Разрезав ладони – я правую, девушка левую – мы соединили их, смешав кровь, и протянули над камнем. И под приглушенные вскрики изумления некоторых девушек и женщин начали произносить слова древней клятвы:

– Кáйна тéрриэш роушшáр мáтрэш саххлѝс тормáшир хэт Хилл’Са’Арэш.

И вот сейчас мы почувствовали, как ощущение чего-то прекрасного и хорошего усилилось. Наши эмоции словно отразились от чего-то могущественного, принеся нам бурю любви, ураган счастья, торнадо наилучших пожеланий. А еще благодарность. В данный момент мы с Айвинэль стали единым целым, чувствуя малейшие желания друг друга. Я ощущал сильнейшее влечение девушки ко мне, ничуть не уступающее моему собственному. Ее желание меня обнять, поцеловать, скорее остаться наедине. Да, мы в первое же посещение этого места решили повременить с близостью, хотя спали вместе. Объяснить наше желание мы толком не могли, только чувствовали, что так будет правильно. И сейчас какой-то частью себя чувствовали, что это благословение идет в большей части от того, что мы сумели сдержать данное самим себе обещание. А затем произошло то, на что я очень надеялся.

«Это же нечто невероятное!» – услышал я у себя в голове восторженный голос девушки.

«Да, Айви, ты права», – ответил я ей.

«Раэ-э-эш!» – раздался в ответ радостный крик девушки. – «Мы теперь всегда будем мысленно общаться?».

«Не знаю; как говорят русские, поживем – увидим», – ответил я ей.

И тут все исчезло. Но в самом конце мы оба почувствовали одобрение. Развернулись. Я где-то слышал фразу: «Шок – это по-нашему». Вот она очень правильно характеризует выражение лиц всех присутствующих. У эльфов и так глаза большие, а сейчас стали вообще как чайные блюдца, да и люди не очень им уступали в этом. И тут поразила телохранительница девушки: встав на одно колено, она протянула мне на вытянутых руках свое оружие.

– Прошу принять в род, – произнесла она.

Я понял, что она имела в виду. И тут же в голове появилось полное понимание ритуала. Да, мне вложили в голову этот главный ритуал, но кроме него существовали и другие, которые мне, наверное, должны были дать позже. То, что проделали мы с Айвинэль, более правильно называть вхождением в семью. А Таэль хотела войти именно в род, чтобы продолжить свою работу по защите Айви. И вот как только я понял ее истинное желание, у меня активировалась родовая память.

– Я принимаю тебя. Отныне ты Таэль из рода Арэшхиллса.

И, коснувшись ее головы, применил специальную ментальную технику, сотворив своего рода метку, говорящую любому демону, что женщина принадлежит моему роду. Это действие продлило шок у людей, а вот эльфов, наоборот, вывело из этого состояния. По лицам Владыки и его жен я понял, что они одобряют поступок телохранительницы. Когда шли обратно, Айвинэль задала вопрос:

– Раэш, а в чем разница между нами, – затем спохватилась и пояснила более подробно: – Я из рода Арэшхиллса и Таэль тоже.

– Теперь твое полное имя Айвинэль Арэшхиллса из рода Арэшхиллса. Таэль же может сохранить свое родовое имя и только в конце добавляется уже наш род. Ты вошла в семью, а Таэль в род.

Бал, по настоянию императора, проводился в Кремле – все-таки не каждый день правители государств выдают замуж своих дочерей. Второй причиной, насколько я могу судить, являлось то, что сюда были приглашены еще аристократы – как имперские, так и эльфийские. Последние прилетели буквально за день – за два до сегодняшнего события. Не знаю, по каким критерия те выбирались, но подозреваю, что это связано с какими-то внутренними делами.

С первым танцем, по словам моей Айви, я справился очень хорошо. Мы кружились по залу, глядя в глаза друг другу, и я ни разу не наступил ей на ногу и не сбился с ритма. Сказав это, девушка рассмеялась, и мы отправились к столу с напитками. А уже в конце нам стали дарить подарки. Как ни странно, отдарились не только получившие наши личные приглашение, но и те, кто присутствовали только на балу.

После окончания мы направились в здание посольства, где нам была приготовлена комната. Я подошел к девушке сзади, обнял ее, коснулся губами ее шеи. Внезапно она резко развернулась, и наши губы слились в страстном поцелуе. Затем в порыве страсти мы сдергивали друг с друга одежду, и когда остались в чем мать родила, я подхватил девушку на руки, уложив на кровать. И тут страсть накрыла нас с еще большей силой. Мы были единым целым, чувствуя малейшие желания друг друга и отвечая на них. Мы потеряли счет времени, для нас оно остановилось, как будто кто-то невероятно могущественный сделал нам такой подарок. Сколько раз мы достигали пика наслаждения, не помнили ни я, ни Айви, и только откинувшись на подушки после очередного, мы почувствовали, что всемогущественное время двинулось дальше по своему пути. Обнявшись, мы уснули.

Российская Империя, столица, город Москва

Агент всю ночь размышлял о сложившейся ситуации. События начали выходить из-под контроля, и виной тому этот индеец-полукровка. Вокруг него появилась какая-то тайна, но это еще полбеды: основной его пакостью для них стало почти полное раскрытие родов и кланов, которые желали смены правящей династии. Сейчас он очень жалел, что не прислушался к словам графа Ласси, утверждавшего, что этот молодой человек сможет отразить его атаку даже с учетом Обруча Мерлина. Он не верил этому, и, как оказалось, зря. Но кто же мог предположить, что юноша имеет такую невероятно мощную защиту в таком юном возрасте?! Словно и не человек вовсе. В данный момент силы ментальных магов – приверженцев короны и их оппонентов примерно равны: качество первых нивелируется количеством вторых. Это обстоятельство в некотором роде является сдерживающим фактором, иначе император мог бы действовать более прямолинейно. И этот юный маг мог переломить ситуацию.

К тому же состоялась встреча между императором и владыкой эльфов, на которой присутствовали и главы их служб безопасности. Узнать, что там обсуждалось, не удалось, поскольку его агент в Кремле не имел туда доступа. Но, с учетом продолжительности встречи, можно говорить не о простой беседе, а серьезных договоренностях, которые могут крайне плохо сказаться на их делах в России. И сейчас необходимо в кратчайшие сроки все узнать. Придется рисковать самому, чего он очень не любил, так как риск раскрыться возрастал очень сильно. К тому же в связи с таким неординарным событием поднялась определенная суматоха, во время которой он сможет приблизиться к императрице, а может быть – и к императору. И поможет ему один из двух родов, которые сохранили свою принадлежность к императорской фракции.

Через два дня светлейший князь Лопухин в честь четырнадцатилетия дочери и ее первого выхода в свет проводит бал, куда и будет приглашен граф Илинский. С его помощью он и станет близким другом князя.

В имение Лопухиных их доставила карета графа. Выйдя из нее, он осмотрелся, выискивая знакомых людей, которые могли бы его узнать и сорвать задуманное. Но опасения оказались напрасны, хотя он еще некоторое время старался находиться в тени. А когда граф Илинский направился к князю, присоединился к нему.

– Князь, ваша дочь – просто прелесть, – ничуть не покривил душой Генрих Иосифович Илинский. – Настоящая невеста.

– Граф, право слово, рано еще говорить об этом, – возразил отец именинницы, хотя было видно, что похвала пришлась ему по душе.

– Граф абсолютно прав, – начал он разговор. – Вы даже не заметите, как пролетят эти несколько лет, и ваша дочь…

Он привычно плел нить разговора только ему одному известными словесными оборотами, которые оказывали некое воздействие на мысли князя. Поэтому когда к ним подошла императрица со своей фрейлиной, он был пусть и не другом, но уже хорошим знакомым Лопухина.

– Ваше императорское величество, – поклонились все втроем.

– Князь, ваша дочь прекрасна, – улыбнулась Анастасия Матвеевна. – Примите мои самые искренние поздравления.

И между ними завязался разговор. Воздействовать сразу на три разума при помощи слов крайне сложно – если честно, то это была вершина его мастерства. К тому же так называемая фрейлина и подруга императрицы была никем иным, как телохранительницей. Ее величество собиралась уже покинуть их, но неожиданно на помощь, сам того не подозревая, пришел князь, затронувший тему моды. Мысленно вздохнув с облегчением, мужчина начал строить «этажи» внушения.

Подстраиваясь под интонацию собеседников, их жесты и мимику, он рассказывал о моде стран Европы, из которой якобы вернулся совсем недавно. Специально затронул те ее особенности, которые так не нравились русским, и в ходе обсуждения наконец-то сумел нащупать общую для всех троих линию интереса. А когда их подсознания приоткрылись, тихо произнес:

– Вы должны узнать о договоренностях между императором и Владыкой эльфов, после чего встретиться со мной.

И после этого быстро продолжил прерванные ранее истории, с облегчением замечая, как исчезает с их лиц подозрительность. Он даже не мог представить, что получит такой подарок: императрицу и ее телохранительницу в качестве своих шпионов. Довольный, он распрощался с женщинами, князем и, развернувшись, направился на выход.

Глава 4

Российская Империя, столица, город Москва

– Айви, ты же знаешь, как я «люблю» все эти балы, – недовольно поморщился я.

Мы как раз сидели в номере гостиницы, все той же – у парка Сокольники, и Айви говорила, что необходимо идти на еще один бал. Мне же совсем не хотелось ходить по таким мероприятиям. Мало того, что в моем родном мире такое случалось очень редко, да еще все мое пребывание здесь отваживало от подобного.

– Раэш, пойми, мы получили личное приглашение князя, – переубеждала меня девушка. – Игнорировать такое – большой удар по его достоинству. Другое дело, если бы нас пригласили посредством родителей, тогда можно было бы отказаться. И, кстати, если бы князь не хотел нас видеть, то он так и поступил бы.

– Ладно, ладно, – я поднял руку, успокаивая разошедшуюся Айви. – Но танцевать я не буду.

На следующий день мы поехали на этот бал-прием. Чтобы уменьшить время нашего присутствия, прибыли спустя час после начала, и, как это бывает, застряли еще в парке, когда нас позвали в компанию молодых людей. Наши знакомые, Иоэль с Александром, представили нас троим парням и одной девушке. У всех отсутствовала предрасположенность к магии, поэтому учились они в московском техническом лицее. Естественно, их интересовало, как случилось, что мы сошлись с Айвинэль и где познакомились. От нашего рассказа они все пребывали в шоке, особенно баронесса Ланская.

– Наконец-то я могу познакомиться с вами, – услышал я за спиной смутно знакомый голос.

Повернувшись, увидел знакомое лицо и по привычке перешел в состояние измененного сознания, чтобы спустя пару секунд выйти из него, вспомнив, где и когда я видел эту девушку. «Ее сиятельство» из ресторана постоялого двора, она же пассажирка дирижабля, на котором я добирался в Новосибирск.

– Меня кто-нибудь представит? – с небольшой иронией задала она вопрос, обведя взглядом нашу компанию.

– Раэш, Айвинэль, перед вами графиня Ксения Александровна Вяземская, – представил нам девушку князь Ярославский. – Графиня, Раэш и Айвинэль Арэшхиллса.

– Вяземская? – переспросил я, оторвавшись от своих мыслей.

А причина была проста. Я увидел одного человека, шедшего на выход из имения, которого я знал. Вначале я заметил смутно знакомое лицо и по въевшейся в последнее время привычке начал вспоминать, где встречался с этим человеком. И память моя вычленила из воспоминаний два случая: первый – в кузнице, где я покупал себе мечи перед практикой в Тунгусском заповеднике, второй раз – после нее. И он тогда представился воином, даже показал некоторые интересные связки. Сейчас же мужчина выглядел настоящим аристократом, и эта странная метаморфоза меня очень заинтересовала и насторожила. Ведь никто из дворян не будет выдавать себя за простолюдина, поэтому я и решал эту задачу – пытался понять причины данного действия. В состоянии гар’са анализ проходил значительно быстрее, а вывод мне не понравился. Это не аристократ выдавал себя за простолюдина, а простолюдин строил из себя дворянина. И, судя по его довольному лицу, ему удалась задумка, ради которой он устроил этот театр. К тому же вспомнились его странные фразы, а также скорый уход во время нашей второй встречи. Поэтому, когда князь представил девушку, я сообразил, что она наверняка имеет отношение к главе внутренней службы безопасности.

– Вы удивлены? – переспросила она.

– А граф Александр Андреевич Вяземский кем вам приходится? – спросил я.

– Батюшка мой, – немного удивленно ответила она, но в глазах я прочитал любопытство, сдобренное проницательностью.

– Мне срочно надо с ним встретиться.

Девушка лишь пару секунд смотрела на меня – вероятно, решая задачу, стоит ли меня к нему везти и что за причина побудила меня к этому действию.

– Идемте, – только и сказала она, направившись к дому.

А я обрадовался, что он здесь. Нет, я понимал, что присутствие императорской четы обязывало его находиться здесь, но мало ли какие у него имеются дела? Девушка уверенно свернула от огромного зала, где находилось много людей, треть из которых танцевала, затем двинулась по галерее – как я понял, тянущейся вдоль вышеозначенного помещения до другого его конца. Еще пара поворотов, и мы подошли к двери с двумя охранниками. Велев мне подождать здесь, моя сопровождающая беспрепятственно вошла внутрь помещения. Удивительно, но ждать пришлось всего ничего. Когда меня пригласили, я не очень удивился, увидев там императора, князя – владельца имения, которого я успел уже увидеть и графа – отца девушки, приведшей меня сюда и оставшейся здесь же.

– Ваше величество, ваша светлость, ваше сиятельство, – поприветствовал я всех присутствующих.

– О чем вы, молодой человек, хотели поговорить со мной? – спросил глава внутренней службы безопасности. – Да еще срочно.

– Я встретил здесь одного странного человека, с которым поверхностно был знаком ранее, и повстречались мы в Новосибирске…

Уже после описания нашей первой встречи он попросил всех покинуть помещение, а своей дочери еще отдал приказ расспросить присутствующих о том, с кем общался этот человек. А причиной послужила фраза князя, что в описании есть что-то знакомое, но он не мог вспомнить, кто этот человек и где тот с ним встречался. Я буквально почувствовал сильнейший всплеск эмоций графа, где присутствовало много чувств, передать которые можно было одним словом: «Наконец-то». Пусть он практически сразу взял их под контроль, но те мгновения, когда они прорвались, позволили мне сделать вывод, что он уже встречался то ли с этим человеком, то ли с его делами, то ли с последствиями оных.

– А теперь, Раэш, попытайтесь вспомнить очень подробно все, абсолютно все слова, фразы, которые говорил вам этот человек вам, его произношение – велел он, когда за императором закрылась дверь.

Я вошел в состояние измененного сознания и воссоздал в памяти свое посещение кузницы. И начал свой рассказ, старательно копируя мимику, жесты, интонации, как и просил Александр Андреевич. Граф очень внимательно меня слушал, а после слов мужчины: «Ты не вступишь ни в какой род, а через некоторое время я свяжусь с тобой», впервые сказал: «Странная фраза». Даже не сказал, а прошептал, причем настолько тихо, что человек не услышал бы. Но не демон. Затем я рассказал о связках, которые мне показали, на что он тоже прошептал, что надо бы мне показать их его специалистам.

После этого я переключился на вторую встречу с этим человеком. И после фразы «Ты должен войти в английскую семью Спенсеров» граф встрепенулся, прошептав: «Очень интересно». Закончив рассказ, я посмотрел на графа, который что-то усиленно обдумывал, а затем произнес:

– Раэш, покажи связки, которые тебе демонстрировал этот мужчина, моим людям. Может быть, они подскажут что-то. Больше ничего подозрительного с тобой не происходило?

– Нет.

– Можешь идти.

Я направился к двери, но когда взялся за ручку, меня словно по голове ударило озарением, и я спросил:

– А почему он хотел, чтобы я вошел в английскую семью Спенсеров?

– Кто? – переспросил он, а я почувствовал, как полыхнула у него буря эмоций.

Самое интересное, что при моем рассказе ничего подобного не было, только два слова. Зато сейчас я даже не взялся бы разбираться, что там присутствовало.

– Так этот же мужчина и хотел, – удивленно ответил я.

– А почему ты мне ничего не сказал?

Я понял, что ничего не понимаю. Как это я ничего не сказал? Он что, забыл уже все? И это глава внутренней службы безопасности? Как-то не верится мне в это. И, судя по выражению его лица, он тоже понял, что не все так просто, да и следующие его слова, сказанные приказным тоном с каким-то предвкушением, подчеркнули это.

– А теперь полностью напиши на бумаге весь монолог мужчины, где встречается эта фраза.

И положил передо мной бумагу и ручку. Пришлось мне заняться сочинением. А пока я делал это, на ум пришла схожесть перемены интонации и фраз во время первой нашей встречи, поэтому я написал монолог, после которого граф произнес слова: «Странная фраза». А когда он перечитывал мое творение, то в первом случае просто кивнул сам себе, а вот от второго на его лице появилось удивление.

– Ты очень нам помог, – произнес он после двухминутного раздумья, – я поговорю с его величеством о награде. А теперь можешь уже идти.

Награда мне не помешает. Главное, чтобы император не надумал награждать меня титулом, как это зачастую происходит – мне намного лучше будет премия в виде денег. Проходя мимо двери в зал, я увидел мужчину и женщину, разговаривающих с девочкой в очень красивом платье. И я внезапно осознал, что до сих пор не поздравил именинницу, которой, наверняка, являлась эта девчушка. Но поразило меня другое: лицо женщины было мне знакомо, хотя я понятия не имел, где мог с ней встретиться. По ней видно, что она аристократка в «нанадцатом» поколении, поэтому вероятность нашей встречи стремится к нулю. Если бы с ней рядом находился хозяин имения, то я решил бы, что это хозяйка. Остановившись, я снова ушел в состояние гар’са, перебирая в памяти все произошедшие со мной события. И занимался этим несколько минут, пока не нашел нужный образ. Оказывается, видел я его не в городе, а в сознании ментального мага, который стер мне память и которому я отомстил. И я помнил его радость от того, что он сотворил с женщиной, как и помнил, какую именно гадость он сделал. Подойдя к ним, я заговорил:

– Простите, что обращаюсь к вам, не будучи представленным, но мне хотелось бы поговорить с вами с глазу на глаз.

– Сударь, – обратилось ко мне милое создание, которое праздновало сегодня свой день рождения, – позвольте представить вам моих дядю и тетю, Иннокентия Алексеевича и Екатерину Петровну Лопухиных-Демидовых.

– Мы оставим тебя, Маринка, на некоторое время, – ласково улыбнулась женщина.

На правах хозяев или почти хозяев они провели меня в небольшое помещение, типа маленькой гостиной. Усевшись в кресла, мужчина сказал:

– О чем вы, молодой человек, хотели поговорить с нами?

Я едва сдержал улыбку – ведь не далее как час назад граф Вяземский задал мне точно такой же вопрос.

– Я хочу сказать, что виновником того, что у вашей супруги не могут появиться дети, является граф Казимир Петрович Ласси. Это была его месть за что-то, чего я не знаю. Убрать причину сможет князь Воронцов. Это все, что я хотел вам сообщить.

И мужчина, и женщина ничего не сказали, ни один мускул даже не дрогнул на их лицах, но чувства и эмоции пробились, и я почувствовал их надежду. Задерживаться я не стал, прекрасно понимая состояние этой супружеской пары, поэтому, попрощавшись, направился искать свою эльфийку, отлично чувствуя направление. Она по-прежнему находилась в компании молодых аристократов, но ощутила меня и обернулась.

– Наконец-то! Мы еще не высказали свои поздравления имениннице, а ты пропадаешь неизвестно где. Идем скорее.

И, взяв меня под руку, повела к зданию, которое я только что покинул. Но когда нам оставалось каких-то метров пять, из него вышел князь Воронцов. Увидев нас, он обрадовался, а когда мы подошли, негромко сказал:

– Молодой человек, мне необходимо с вами поговорить.

– Раэш, что ты опять натворил? – полушутя спросила меня Айвинэль, хотя в ее глазах я увидел тревогу, да и чувства не дадут соврать.

Мы прошли в гостиную, в которой чуть ранее я разговаривал с княжеской четой. И после того, как мы сели, последовал вопрос:

– Что вы имели в виду, когда говорили князьям Лопухиным-Демидовым о моей помощи?

– Ну как же? – удивился я. – Граф Ласси сделал бездетной княгиню посредством воздействия на физическое тело через ментальное. Поэтому и исправить все можно только аналогичным способом.

– А теперь объясни более подробно, – попросил он.

– Вы что, не знаете? – мое удивление переросло в изумление.

Я как-то представить не мог, что это неизвестно в Российской Империи. Честно говоря, я сам знал совсем немного, поскольку это уровень очень сильного ментального мага, особенно в моем родном мире, где многие люди обладали естественной защитой разума. Мое знание было весьма и весьма поверхностно, о чем я и сообщил князю.

– Ваша светлость, я знаю совсем немного. Очень сильный ментальный маг, воздействуя на ментал или, как говорят некоторые, ментальное тело, может внести изменения в физическое. Это сделать очень тяжело, поэтому и маг должен быть сильным или использовать специальный артефакт. Могу еще добавить, что там вроде бы нет техник, а просто воздействие и сильное желание, но в этом я не уверен.

Михаил Илларионович попытался еще узнать хоть что-то, но я больше ничего сообщить не смог. Поблагодарив меня, он показал, что мы можем идти, а судя по выражению его лица, он крепко задумался. Мы же, наконец-то, добрались до именинницы. Поздравив ее, хотели уйти, как вдруг эта мелюзга пригласила меня на танец – мол, она именинница, и ей можно это делать. Проделала она это со всем присущим ей аристократизмом, вот только глаза выдавали ее полностью. Она прекрасно знала мое «умение» танцевать и огромную к танцам «любовь» – кто-то уже успел ее просветить. «Ах, так – ну, держись у меня», – мелькнула мысль, и я согласился, решив, как именно я буду танцевать.

Но девочка танцевала отлично, так что за все время танца мне так и не удалось наступить ей на ногу. Конечно, я не переходил в состояние гар’са, поскольку это было бы нечестным, а в обычном состоянии задумка мне так и не удалась. Она буквально в последний момент убирала свои ножки, великолепно чувствуя намеки моего тела. Я мог бы обмануть ее, просто сымитировав другое направление, но азарт, горевший в ее глазах, заставил меня не делать этого. Краем глаза я видел, как наблюдавшие за нашим «танцем» мужчины отворачиваются, пряча улыбки, а женщины прикрывают ротики веерами (те, кто их имел) или, по примеру сильного пола, поворачиваются к своим подругам, якобы сказать тем пару слов. Когда мы вернулись, Айвинэль, совершенно не скрывавшая свою улыбку, только и смогла произнести:

– Это было великолепно!

На этом можно было уходить, что мы и сделали.

А на следующее утро мы отправились в Африэнн.

Российская Империя, столица, город Москва, Кремль

Глава внутренней службы безопасности анализировал только что полученную информацию. Опрос свидетелей показал, что мужчина, выдававший себя за друга графа Илинского, так и не представился, что само по себе противоречило правилам светского этикета. Но ни императрица, ни ее фрейлина-охранница во время разговора совершенно не обратили на это внимания, и только когда их начали расспрашивать, с удивлением поняли это. Они, в отличие от князя, не забыли образ мужчины, но опять же назвать какие-то характерные черты не смогли. Из всей беседы женщины помнили, о чем шла речь, чуть ли не слово в слово пересказывая диалоги. Вот только граф на своем личном опыте убедился, что этот человек умел говорить так, что некоторые фразы полностью забываются. Он специально работал совместно с князем Воронцовым, где выступил в качестве подопытного, но тот не обнаружил никаких признаков ментального внушения или гипноза. Он словно забыл те фразы, которые произнес Раэш во время их разговора, когда вспоминал действия неизвестного. Вот только интуиция подсказывала, что ничего не забыто, а намертво отпечаталось где-то в голове. К сожалению, подобной техники никто не знал.

В кабинет вошел император со своей супругой и ее телохранительницей.

– Александр Андреевич, ваша служба нашла этого шпиона? – спросил его величество, когда все они сели. – Выяснили что-нибудь о его странной манере речи?

– Начну со второго вопроса, – начал докладывать глава внутренней службы безопасности, бросив взгляд на женщин. – Выяснить ничего конкретного не сумели. Михаил Илларионович долго работал со мной, но так и не смог понять причину, по которой я ничего не помню об этих фразах. В чем могу поклясться, так это в том, что сделано все не просто так, поэтому я уверен, что в разговоре с вами и князем Лопухиным он также применил этот метод. Хочу добавить, что влияет на результат буквально все: и интонация, и мимика, и жесты, и плавность речи, и, наверняка, еще что-то. Мы проводили опыты с нашими сотрудниками, которые воспроизводили друг другу эти диалоги, но никакой забывчивости у них не наступало. Я сейчас очень жалею, что в свое время не записал на кристалл рассказ Раэша, но молодая супружеская чета сейчас в Африэнне, и вернутся они только к началу учебного года. За графом Илинским следят два моих лучших агента, но никто из незнакомцев с ним на контакт не выходил, так же как и он ни с кем не встречался.

– То есть мужчину, описание которого у нас имеется, ваша служба не нашла? – задал вопрос император, видя, что граф ушел в себя.

– Верно, – кивнул тот. – Ваше величество, необходимо наградить молодого человека, так много сделавшего для государства.

– Я уже думал об этом, – ответил правитель страны. – Хотел дать титул, да тут Лопухины-Демидовы подали прошение о вхождении молодого человека в их род.

– Ваше величество, Раэш Арэшхиллса совершенно спокойно относится к титулам, – возразил граф. – Я думаю, что обыкновенная денежная премия будет ему приятней.

Они еще поговорили о награде, и граф рассказал, как парень зарабатывал себе на жизнь, отказавшись от помощи аристократок, с которыми вместе учился и которых он спас. Затем гости графа засобирались, и когда направились к двери, у главы внутренней службы безопасности появилась одна идея, как вызнать, какую установку дал мужчина женщинам, а возможно, и князю Лопухину. Ведь они с Михаилом Илларионовичем пришли к одинаковому выводу: фразы, которые не помнят люди, являются установками, своего рода аналогом ментальных закладок.

– Ваше величество, – спохватился он, – я хотел бы обсудить с вами еще один вопрос.

И только он хотел объяснить суть, как раздался вежливый стук в дверь, а после разрешения войти появился магистр, изучающий один очень интересный объект.

– Ваше величество, ваше сиятельство, камень, который мы изучали, исчез. Мы после обеда решили проверить некоторые наши выводы, но когда подошли к нужному месту, его там не оказалось. И где искать, неизвестно.

«Где, где, – подумал граф. – Это надо спросить у нашего молодого человека».

Африка, Африэнн, столица, город Эльварвилль, меллорновая роща

Вот я в Африэнне, на Родине моей эльфийки, хотя здесь надо говорить «эльварки». Сам перелет много времени не занял, пройдя без происшествий, что не удивительно, ведь нас сопровождала пятерка боевых дирижаблей. В столице нам выделили отдельный дом, находящийся на территории клана Древний Лес. То, что принцесса вошла в род неизвестного полукровки, аристократы эльвари встретили неоднозначно. Имевшие виды на нее для своих сыновей – крайне отрицательно, остальные – кто нейтрально, а кто-то даже положительно.

Мы же с Айвинэль вообще не обращали ни на что внимания. Просто-напросто нам были без разницы всякие телодвижения вокруг нас и высказывания. Девушка меня постоянно просила рассказать про Того О Ком Не Помнят, несмотря на то, что наше знакомство с этим Богом заключалось всего в нескольких фразах и двух событиях. Пусть первое произошло спонтанно, зато второе помогло сбежать из рабства. Кроме этого, мы работали над своими магическими каналами, делая по несколько часов в день специальную гимнастику. В плане магии я показал ей все известные мне заклинания против нежити, а заклинание «разряд» она, как и я, полюбила с первого раза. Вот мы с ней и тренировали его – точнее, умение плавно увеличивать или уменьшать поток энергии.

Но самое главное, что мы начали тренировать совместный танец смерти, как в свое время делали мои родители. После древнего ритуала между нами появилась связь, которую мы старались укреплять всеми возможными способами. Получалось пока, откровенно говоря, не очень, зато те немногие моменты, когда работали в унисон, показывали, к чему надо стремиться. В эти моменты мы занимались нашим холодным оружием и магией, но в дальнейшем, когда будем очень хорошо чувствовать друг друга, решили подключить к танцу еще и магострелы.

Время подготовки к эльварскому ритуалу заняло совсем немного времени, и вот сейчас мы стоим в меллорновой роще перед исполинским деревом. Кстати, здесь отчетливо чувствуется божественная энергия, собираемая с молящихся эльвари или просто тех, кто обращается к своей Богине. Вот только она как бы без души, что ли. В общем, она чувствовалась по-другому, ежели в России. А это лишний раз подчеркивает отсутствие в этом мире покровительницы этой расы. С учетом того, что один мой знакомый бог мог общаться и здесь, возникает вопрос: а жива ли она вообще? Естественно, задавать этот вопрос я не стал даже моей любимой половинке. Кстати, одеты мы были в ту же одежду, что и при первом ритуале, и аналогично тому случаю до моего слуха доносились обсуждения моего родового герба.

Появилась верховная жрица, неся в руках деревянный кубок. Она коснулась им древа, что-то прошептав, но разобрать слова я не смог. Затем повернулась и заговорила:

– Эльвари, мы здесь… чтобы увидеть и засвидетельствовать… Айвинэль Эндариэль и Разш Арэшхиллса… и пусть у них…

Я едва сдержал возглас, когда услышал язык калвари. Точнее, поначалу я решил, что это он, но когда сообразил, что понимаю лишь треть, то понял, что это не так. Но суть-то в другом: он родственен родному языку моей мамы! А значит, эльвари совершенно точно происходят из моего родного мира! Но как они сюда попали, почему ушли оттуда, почему в моем мире о них ничего не известно – на эти вопросы ответов я, скорее всего, никогда не узнаю. Между тем, верховная жрица закончила свою речь и поднесла кубок мне.

– Испей половину чаши своей судьбы, – торжественно произнесла она на языке эльвари.

Я принял из ее рук деревянный кубок, почувствовав струящуюся по дереву энергию. Как и положено, я выпил половину, передав его обратно жрице. По моему телу мгновенно распространилось приятное тепло, которое меня ласкало и гладило – именно такое ощущение создавалось от этого напитка.

– Испей половину чаши своей судьбы, – не менее торжественно произнесла она, передавая чашу девушке.

Айвинэль выпила напиток до дна. И тут я намного отчетливей ощутил чувства девушки, хотя эти ощущения и не дотягивали до первого ритуала. «Словно там присутствовало высшее существо, а здесь – нет», – снова появилась у меня в голове эта мысль. И вновь ощущение чего-то великого, но без души. В данную минуту я пожалел, что это так, потому что очень хотелось снова ощутить ту мощь и силу, а также почувствовать мою Айвинэль, словно она растворилась во мне, и мы стали единым целым. Ритуал бракосочетания, как он назывался среди эльвари, продолжался. Теперь уже жрица говорила на современном эльварском языке, который, кстати, кардинально отличался от того, на котором она произносила слова ритуала. Интересно, что это за язык? Но не калвари, точно. В общем, запутаться можно во всех этих хитросплетениях, где, я уверен, не обошлось без Богов.

Ритуал подошел к концу, и теперь настало время подарков. Несмотря на то, что непосредственно на сам обряд пригласили только самых близких, поздравить пришло достаточно много представителей различных кланов и родов. Это в империи Айвинэль была простой гостьей, а здесь все-таки дочь правителя. Вот и получается, что, несмотря на меня и негативное отношение многих ко мне, поздравить пришло достаточно много народа. Дары преподносились не в самой роще, а на специально для этого построенной площади.

По традиции, я должен принимать дары и передавать так называемой хранительнице, роль которой сегодня играла подруга девушки Иоэль. Очень хорошо, что по этой же традиции необходимо дарить небольшие вещи. А если кто-то хочет сделать большой по размеру подарок, то совершает дарение в частном порядке. Дарились в данный момент предметы ювелирного искусства, амулеты, а также официально оформленные дарственные. Я принимал подарки, передавая их подруге супруги и отмечая красоту изделий. Похожие на амулеты или даже артефакты я просматривал магическим зрением, и хочу сказать, что рисунки плетений были чрезвычайно сложные. Потом надо будет разобраться в их действии. Я уже протянул руку к очередному подарку – очень искусно сделанной фигурке эльфийки, как внезапно почувствовал эмоции дарящего: злорадное предвкушение и некоторая доля радости.

А дальше я действовал на инстинктах. Сильно оттолкнувшись, я прыгнул назад, расставляя руки в стороны и с огромным облегчением почувствовав, как и правая рука, и левая сбивают обеих девушек на землю. Над нами пролетело нечто, напоминающее огонь, вот только оно им не было. Я отчетливо почувствовал энергию жертвоприношений жрецов Союза Племен. «Этот эльвари покушался на жизнь моей Айви?» – было моей последней мыслью, а в следующую минуту меня накрыло. Но за миг до этого у меня перед глазами встал мой образ, где я творю заклинание «Ментальный Шторм». То ли это был сон, то ли просто желание, но я, повинуясь пришедшим чувствам, попытался его сотворить. А в следующий миг меня накрыло тьмой.

Очнулся в кровати. Тело ощущалось, словно сквозь преграду, да и слабость была очень большая. Открыв глаза, решил, что ослеп, но постепенно контуры помещения и мебели проявились. Вот это да! Даже на зрение повлияло мое ментальное перенапряжение. Зато я могу гордиться: впервые удалось сотворить одно из родовых заклинаний. Но тут я подумал, что мне вполне могло и показаться, что это получилось. То, что я его попытался сделать, совершенно точно – иначе не потерял бы сознания и не чувствовал себя так паршиво сейчас. Вспомнил все события вчерашнего дня и покушение на Айви. И, что самое удивительное и опасное, в заклинании присутствовала магия индейских жрецов Южной Америки. Начал обдумывать, откуда она здесь взялась, но навалилась усталость, и я уснул.

Во второй раз я очнулся в каком-то приподнятом настроении и тут же услышал знакомый и родной голос:

– Наконец-то очнулся! – и почувствовал, как меня обняли и поцеловали.

– Да ладно, – я прижал к себе жену, – всего-то денек в постели провалялся.

– Денек? – с какой-то непонятной интонацией переспросила эльварка. – Ты трое суток лежал без сознания. Если бы не Лийанэль и то, что ты по непонятной причине принимаешь энергию Богини, то вообще не знаю, выжил бы ты или нет. Я бы тогда лично уничтожила весь род Санталь.

– Ладно, ладно, – я прошелся рукой по ее щеке. – Расскажи, что там произошло?

– Слушай, – кивнула она. – Хотя давай, сначала ты.

Девушка внимательно выслушала мои воспоминания, а затем рассказала то, что случилось после моей потери сознания. Оказывается, мое заклинание действительно получилось! Да, ментальный шторм, наверное, правильней назвать заклинанием, так как в него вкладывается и магическая энергия, а техники работают только с ментальной. Пусть расстояние, на которое оно распространилось, было не более пятнадцати метров, но это ерунда – начало положено. И результат порадовал.

Айвинэль с Иоэль вообще не пострадали – я каким-то образом умудрился их пометить, как своих, хотя именно этот момент совершенно не помню. Ее родители, верховная жрица, их телохранительницы получили удар по голове, хотя не очень сильный. Но Айви с горящими глазами рассказала, что я сумел пробить защиту очень мощных ментальных амулетов. Зато другие попавшие под удар потеряли сознание, а террорист-смертник вообще оказался с полностью выжженным мозгом. Другие остались в здравом уме только благодаря наличию амулетов – все-таки это главы кланов и родов, поэтому и защита мощная. Кто-то попытался возмутиться, но службы безопасности государства, кланов Древний Лес и Серебряные Струи быстро поставили их на место. И они же сейчас землю роют, чтобы найти всех замешанных в покушении.

– И еще, – серьезно произнесла девушка, а я почувствовал важность последующего сообщения. – Родители, верховная жрица и две телохранительницы видели твой второй облик. Родителям я сказала, что это семейная тайна и тайна рода, поэтому вопросов не последует. Но ты должен знать, что они в курсе.

Я лишь кивнул – все равно постоянно скрываться не смогу. Пока я искал свою Айви, это было важно – ведь люди могут прореагировать как угодно. А теперь это уже не имело большого значения.

Полное излечение заняло еще три дня. Верховная жрица дважды в день приходила и проводила лечение, после которого я чувствовал прилив сил, поднималось настроение, и все казалось по плечу. Немного поговорили, и я с удивлением узнал, что эльвари тоже не знакомы с воздействием на физическое тело посредством ментала. У меня вообще создалось впечатление, что только в Британии сумели докопаться до этого факта. Лийанэль не до конца понимала суть моей болезни, так же как и суть лечения, но после моих объяснений все в ранее сделанных ею выводах встало на свои места.

На четвертый день мы решительно направились к дяде Рикнану, как Айвинэль называла начальника службы безопасности клана. Мне было крайне необходимо узнать о результатах расследования. Не успели мы сесть в его кабинете, как девушка выпалила:

– Дядя Рикнан, нашли заговорщиков?

– К сожалению, результаты отрицательные. Глава рода Санталь убит, его сын с дочерью исчезли. Мы провели ментальное сканирование всех остальных членов семьи, слуг, наемных работников, но все, что удалось узнать, это их частые отлучки. Разыскать их не удалось. Подверглись ментальному сканированию три рода, имевшие наиболее тесные связи с родом Санталь, но они не смогли сообщить ничего нового, разве только о том, что встречаться в последнее время стали реже. Вот что по-настоящему плохо, так это факт, что внедренное в магическую мину заклинание не почувствовал никто, включая верховную жрицу. Поэтому мне очень интересно узнать, как твой муж, Айвинэль, сумел почувствовать или определить врага.

– Эмоции, – ответил тут же я, – обыкновенные эмоции: злорадное предвкушение и радость.

– Значит, ты умеешь чувствовать эмоции, – задумчиво произнес он. – Расскажи подробнее.

Я сообщил все, сделав акцент, что я далеко не всегда могу их ощущать, постоянно – только у дорогих мне людей. У остальных – только в случае, когда те испытывают бурю чувств, и они направлены на меня. Он стал дотошно расспрашивать о моих ощущениях, буквально заставляя меня вспоминать малейшие оттенки эмоций. Не понимаю, для чего это было нужно, но ему виднее. После разговора он сказал, что нас ждет Владыка.

В рабочем кабинете правителя эльвари, куда привела меня Айви, кроме самого хозяина, находились его супруги, а также глава клана Серебряные Струи со своими женами. Когда мы сели, он поднялся.

– Раэш, – я встал, – мы приносим нашу благодарность за то, что ты спас наследницу. Наш род в долгу перед тобой, а я хочу попросить тебя об одном одолжении. Пять эльвари нашего рода выразили желание служить вам. Это телохранители высшего класса. Если они и уступают уважаемой Таэль, то не намного. Хочу добавить, что это их собственное решение, а не мой приказ или прихоть моих жен.

Я хотел было отказаться, поскольку дома у нас такое не практиковалось, но почувствовал эмоции жены, говорившие, что в этом случае я сильно оскорблю его. К тому же я за время моего пребывания здесь успел узнать, что этот клан полностью на стороне Владыки. Поэтому с поклоном, как учили меня родители, произнес:

– Я буду рад принять в род таких воинов. Церемонию проведу сразу по прибытии их к нам.

Когда мы сели на места, заговорил отец Айвинэль:

– Я знаю, что ты не примешь подарков наподобие территорий для своего рода, имений или домов, – я ничего не сказал, хотя это было правдой – наверняка, дочь его просветила. – Поэтому в качестве места жительства хочу предложить тебе остров Гран-Канария, находящийся в архипелаге Канарских островов. Формально это ничейные земли, хотя контролируем их мы. Более того, в свое время мы засадили его деревьями, поэтому территория очень хорошо подойдет не только для своего рода, но и клана. А я уверен, что вы сумеете его создать. Как говорят в России, вы с моей дочерью – два сапога пара.

А вот это, в самом деле, предложение очень шикарное. Мне оно понравилось настолько, что я изъявил желание как можно скорее туда полететь. Судя по эмоциям Айви, она тоже узнала о нем только что.

На следующий день, когда мы собирались, к нам пришли пять эльвари: двое мужчин и три женщины. Хотя, скорее всего, девушки. Я провел церемонию вступления в род, после чего Таэль позвала их к себе, и по доносящихся фразам было ясно, что они обсуждают методы охраны и все такое прочее.

И вот мы дома. Теперь с уверенностью можно назвать эту огромную территорию домом. Наши дирижабли приземлились на специально оставленных площадках. Отойдя немного в сторону, мы с Айви, словно по команде, раскинули руки, стараясь впитать в себя весь остров и пытаясь определить место для ростка меллорна. Это верховная жрица (которая, кстати, присутствовала здесь) дала совет.

– Там, – в унисон сказали мы, оказывая куда-то в центр острова.

– Жуль-кена, – раздался крик.

И я услышал звуки обнажаемого оружия, а краем глаза заметил появившийся щит вокруг отца моей жены.

Глава 5

Остров Гран-Канария

– Стоять! – раздался голос парня, в котором сквозил металл. – Убрать оружие!

К острову приближался летающий ящер, но находился он еще далеко. Фактически уже владелец острова оглянулся, чтобы убедиться в том, что его приказ выполнен. Действительно, оружие было убрано, хотя защитные амулеты у всех были активированы. Кивнув себе, он снова посмотрел на уже парящего в воздухе жуль-кена, который пошел на посадку. Изо всех присутствующих спокойными оставались только Владыка и Таэль, информированные о дружеских отношениях молодых людей с представителями этой расы. Да, именно они сразу обозначили этих летающих ящеров, как полностью разумных существ, а не умных животных.

Среди телохранителей и особо верных эльвари начались перешептывания, когда огромная туша опустилась перед стоящими рядом молодыми людьми. И тут же последовал сильнейший возглас удивления, когда они оба обняли за шею этого… этого… Затем замерли. Стояли так некоторое время и одновременно вздрогнули, посмотрев куда-то вглубь леса. Перекинулись между собой парой фраз, и девушка направилась к отцу. Ан, нет – к верховной жрице.

– Лийанэль, давайте росток.

– Ты уверена? – спросила ее та. – Ты не можешь быть жрицей, сама об этом знаешь.

– Все будет хорошо, – улыбнулась девушка.

Жрица направилась к дирижаблю, скрывшись внутри, но не прошло и пяти минут, как появилась вновь, неся в руках металлический горшок, в котором росло небольшое деревце. Передав в руки девушке, она сказала ей что-то, на что дочь Владыки кивнула. Вернувшись обратно, передала росток парню, а сама легко взобралась на спину жуль-кена. Раздался сильнейший возглас изумления. И никого уже не удивило, что туда же последовал и парень. Когда они уселись, летающий ящер взмахнул крыльями, поднимаясь в воздух, и полетел куда-то вглубь острова, как раз в ту сторону, куда несколькими минутами ранее смотрела вся троица.

– И что нам теперь делать? – повернувшись к верховной жрице, спросил Владыка.

– Ждать.

Остров Гран-Канария

Мы узнали нашу старую знакомую, которая помогла нам избежать второго плена и последующего рабства. Или вообще спасла от смерти. Когда она приземлилась, мы в порыве благодарности обняли ее. А затем я почувствовал, как коснулись моего разума. И открылся. В меня хлынул поток образов и желаний. Да, сейчас я очень хорошо принимал информацию во всей полноте – не то что ранее.

Я увидел знакомую нам местность с интересной аномалией магических потоков. Вот только, в отличие от того, что мы видели при ее посещении, она буквально кишела различными формами жизни, включая даже индейцев. Я понимал, что жуль-кена передает не события одного дня, но все равно создалось впечатление, что место это стало территорией какого-то паломничества. Больше всего ящеру не нравилось то, что внутри купола шастают люди и что-то там ищут и копают. Во время «просмотра» я постарался хоть как-то передать свои чувства застывшей рядом со мной девушке.

– «Ты стал сильнее, но все равно находишься еще в начале пути», – раздались у меня в голове.

И тут я почувствовал некое изменение в энергетике острова, даже вздрогнул, хотя опасности не ощущал. Судя по эмоциям жуль-кена и Айвинэль, они тоже испытали нечто подобное. А затем последовало что-то, напоминающее зов, и что самое интересное – знакомый.

– Если меня не обманывают чувства, это похоже на испытанное нами во время ритуала в России, – почти прошептала Айвинэль.

– В самом деле, – подтвердил я ее слова и свои ощущения тоже. – Надо обязательно выяснить все, причем именно сейчас, – и, обратившись к ящеру, спросил: – «Поможешь?»

Она поняла меня правильно, прислав образ, где мы летим у нее на спине.

– «Конечно».

– Я сейчас, – сказала девушка, направившись к верховной жрице.

Все верно, именно в той стороне мы почувствовали место для ростка меллорна, а сейчас я был убежден, что зов шел оттуда же. Правильно сделала Айви: заодно и дерево посадим. Честно говоря, я впервые встретился с деревом, являющимся храмом бога. Как правило, это постройки, но вот чтобы так – обыкновенное дерево… Пусть необыкновенное, но это не отменяет самого факта. Вскоре мы взгромоздились на спину, и ящер медленно поднялась в воздух, направившись к центру острова.

Во время полета мы с эльваркой ориентировались на наши ощущения, а я передавал жуль-кене направление. И когда мы пролетали над небольшой долиной, одновременно воскликнули:

– Вниз!

– Н-да-а, – протянул я. – Как интересно.

В самом деле: перед нами находился камень, на котором я принял девушку в мой род по обычаям моего мира. Это был совершенно точно он, вот только чувствовался значительно хуже, как будто вся накопленная энергия ушла на перемещение. Девушка начала ритуал или обряд по посадке ростка, а я, чтобы не терять время зря, продолжил разговор с ящером.

– «Что тебе не нравится здесь?», – и я передал ей картинку, где индейцы копаются в аномалии.

– «Они не должны найти КеррСаарВийлань», – ответ явно выбил меня из колеи.

– «Душу Бога?», – переспросил я.

Все дело в том, что с языка калвари «КеррСаарВийлань» переводится как «Душа Бога». Насколько же, оказываются, близки наши миры?! Это просто не может быть совпадением! У меня уже возникали мысли, что вся эта кутерьма началась во времена Войны Богов, и сейчас я получаю новое подтверждение. Оказывается, те древние события происходили минимум в двух мирах. Это очень интересное открытие. И что же это за артефакт у калвари – Путь-В-Никуда? Неужели он ведет в этот мир?

– «Я не знаю, что это, – ответ ящера оторвал меня от размышлений. – Мы обязаны охранять, пока она не вернется».

В дальнейшем я попытался подробнее расспросить о «ней» и о том, что именно жуль-кена охраняют. Но не тут-то было. Такое впечатление, что у них стоит очень мощная ментальная установка насчет охраны и ожидания некой «ее». А может быть, это вообще зашито на генном уровне, что могли сделать Бог или владеющие природной магией очень высокого уровня. Хуже всего то, что они не знают, как это выглядит, просто существует установка: охранять место аномалии, куда, кстати, им самим хода нет.

Но в ходе беседы выяснился еще один нюанс: оказывается, и в Африке есть место, которое они должны охранять. Вот только по-другому – никого из людей к нему не подпускать. То есть в Южной Америке охраняют нечто под названием КеррСаарВийлань, которое находится внутри аномалии, а во втором случае просто никого не пускают к месту. Наша знакомая там (имеется в виду, в Африке) не была, но просто чувствует и знает, что надо делать.

А в данный момент их очень беспокоят постоянные рейды индейцев к этому месту. А самое главное – то, что их извечный враг – непонятная слизь, названная ящером гуайчох, которая атаковала Айвинэль и которую я сравнил с ртутью, начала помогать им. И только благодаря этому они могут дойти до места, несмотря на всех обитателей Джунглей.

– «Ты еще не стал истинным воином, но ждать нельзя – пособники врага в любой момент могут забрать КеррСаарВийлань», – сказала в конце она, передав образ индейца в качестве пособника.

«Истинный воин, истинный воин», – бились у меня в голове эти слова. Почему я за них зацепился? Просто так не стал бы, а значит, они для меня важны. Что же с этим связано? Я понимаю, что пока совсем не тяну даже на настоящего воина, а тут истинный. Что же меня так зацепило в этих словах? Появился намек на догадку, некое эфемерное чувство, что смогу догадаться или вспомнить. Я даже вошел в состояние гар’са для решения проблемы, но нет – не получилось. Разочарованный, я решил задать вопрос, более насущный в данный момент.

– «Как он выглядит?», – я передал несколько различных образов, на которые должен был быть похож КеррСаарВийлань, надеясь, что это сможет дать хоть какую-то подсказку.

– «Не знаю, – последовал ответ. – Но ты поймешь».

Вернулась радостная эльварка, и я ей пересказал нашу беседу. Она с решительным видом деактивировала амулет ментальной защиты и сама стала расспрашивать дракону. Да, именно так – дракону, потому как во время нашего мысленного общения, когда я передал это название, она откликнулась на него. Тальчхи, жуль-кена – это определения людей, а вот дракон – это их название. Потому что первые слова означают просто «летающий ящер», а дракон – это разумное существо. После общения Айви задала естественный вопрос:

– Летим?

И мы тут же кивнули друг другу. Я просто почувствовал, что надо лететь и найти эту вещь, которую драконы оберегают уже на протяжении тысячелетий. По пути на берег, где остались другие эльвари, мы разговорились, и Айвинэль поведала мне, что тоже ощутила посыл выполнить просьбу Шшассы. Шшасса – это имя драконы, которое та сообщила девушке. Точнее, настоящее имя звучало совсем по-другому, и выговорить его мы не могли, а это – то, что получалось и на что дракона откликалась. А я, к своему стыду, не удосужился спросить.

Разговор с отцом, как ни странно, был коротким, а вот Таэль заупрямилась, требуя, чтобы и ее взяли с собой. Вот только Шшасса была непреклонной, и никого, кроме нас, нести на себе не собиралась. А когда нас принялись отговаривать, тут уже мы были непреклонны. Отец Айвинэль заикнулся было о полете на дирижабле, но он мог высадить только на границе Джунглей, а дальше все равно – либо дракон, либо пешком. Пока мы с ним обсуждали это, верховная жрица о чем-то разговаривала с девушкой, в конце передав что-то из рук в руки.

– Таэль, – обратился я к женщине, которая и не думала скрывать свое недовольство нашим поступком. – Найди хорошее место под город, чтобы по возвращении мы сразу могли начать строительство.

Приготовления не заняли много времени, ведь заключались они в заготовке съестных припасов и сборе спальных принадлежностей. А дальше был перелет. Мы с самого начала полетели на юг, и уже ночью приземлились на каких-то островах. Дракона сказала нам, что дальнейший путь будет без остановок, поэтому ей необходимо хорошо отдохнуть. Поэтому застряли мы здесь на сутки. Полет – это прекрасно, вот только сидеть столько времени очень тяжело. Поэтому после приземления мы с Айви просто ходили по земле, разминая затекшие мышцы. Кушать после перелета не хотелось, и мы легли спать.