Олег Трегубов
По уши в земле

Глава 1

Я взял слегка помятый согнутый пополам лист бумаги, который только что передал мне профессор, аккуратно развернул его и быстро пробежал глазами по тексту. Затем вновь посмотрел на сидящего передо мной мужчину, покачал головой и спросил:

– И что получается, я должен добыть все эти артефакты?

– Все до единого, – кивнул тот и развёл руками. – Другого выхода нет. Ты ведь хочешь вернуться обратно на свою планету, или так и собираешься весь остаток жизни провести в теле этого человека?

– Хочу, – коротко ответил я и снова обратился к записям.

Конечно, я уже мог вполне сносно читать – научился за минувшие восемь месяцев, тем более хозяин этого спрятанного от посторонних глаз высоко в горах дома специально для меня составил список необходимых предметов не на своём родном немецком, а на английском языке. Но всё же некоторые слова были непонятны мне. Например, шляпа Наполеона. Что это означает: название шляпы или имя человека, которому она принадлежала? Или совсем уж странное слово «тамплиеры». Ерунда какая-то. Но раз он написал эти слова, значит, они не вымышленные, а действительно существуют или существовали в прошлом.

Всего в списке было двенадцать пунктов, и в каждом из них текст заканчивался какими-то цифрами. То, что это цифры, я к настоящему времени тоже знал, только не понимал, какой смысл заложен в них именно здесь. Поэтому следующий мой вопрос был такой:

– А что означают эти цифры?

Во взгляде профессора – мужчины средних лет с густыми тёмными волосами и доброжелательной улыбкой – читались пытливый ум и накопленные за годы изысканий и экспериментов знания. У него был спокойный умиротворяющий голос и говорил он с таким видом, будто пытался донести простые истины до нерадивого студента.

– Каждая цифра – это какой-то определённый год, в который ты должен будешь отправиться на поиски артефактов.

Я вздохнул, поскольку всё это казалось каким-то совершенно нереальным, и прислушался к завыванию ветра за окном. Было такое чувство, что он вздыхал вместе со мной. Только вот из-за чего? Возможно, ветер просто сочувствовал мне, но у меня закралась мысль, что вздыхал он лишь по одной простой причине: хотел, чтобы я как можно скорее покинул его высокогорное царство. На протяжении многих тысячелетий он единолично правил здесь и наверняка ему пришлось не по нраву появление в его владениях незнакомца.

– Причём ты будешь добывать их поочерёдно, – продолжил рассказчик, прервав мои размышления. – И для этого тебе надо будет отправиться в прошлое двенадцать раз – отдельно за каждым предметом. Понимаю, насколько тебе придётся тяжело, и буду с тобой предельно откровенен: даже я не знаю, пройдёт ли всё в точности так, как и задумано. Допускаю, что при перемещении во времени может произойти какой-нибудь сбой. Но это единственный выход из сложившейся ситуации.

Слушая профессора, я лишь недоверчиво покачивал головой, что было вполне естественно, учитывая всё вышесказанное. К тому же я совсем недавно познакомился с этим человеком и знал о нём лишь по рассказам его дочери. Но так как она хорошо отнеслась ко мне и помогла, то, наверное, можно было рассчитывать и на помощь её отца. Да и прав он был: не оставаться же мне до самой смерти в человеческом теле. Так что попытаться стоило.

– А теперь давай-ка я тебе подробно расскажу о каждом из этих двенадцати артефактов и о том, какую силу можно обрести, собрав их вместе.

Я кивнул и приготовился слушать.

Так, стоп! Что-то я забегаю вперёд. Конечно, на пути меня ожидает огромное количество тяжких испытаний, но и до встречи с профессором за те восемь месяцев, что я провёл на Земле, мне пришлось пережить немало. Так что считаю, что следует рассказать всё с самого начала.

Моё имя Сэйлак. Родился я на далёкой планете под названием Тарнериус, путь на которую в настоящее время мне категорически заказан, как бы ни хотелось мне вернуться обратно. Эх, если бы вы только знали, насколько она прекрасна, и я чуть позже обязательно расскажу о ней. Пока же не буду отвлекаться. Мы прибыли сюда с разведывательной миссией, поскольку эта планета – одна из немногих известных нам планет с существующей формой жизни. К сожалению, при подлёте к ней наш космический корабль потерпел крушение и весь экипаж погиб. Только вот я каким-то непонятным образом оказался в теле землянина. Так что зовут меня теперь не Сэйлак, а Боб Сандерс. И это сейчас я уже освоился и могу спокойно говорить обо всём случившемся, но поначалу привыкнуть мне было совсем непросто!

***

За восемь месяцев до этого.

Я медленно открыл глаза и с удивлением уставился на что-то белое, не имея в голове совершенно никаких мыслей. И лишь только спустя несколько секунд, когда сознание решило последовать моему примеру и тоже проснулось, мне стало ясно, что смотрю я на белый потолок и при этом лежу на спине. Странное, конечно, чувство, когда просыпаешься неизвестно где и не помнишь, как здесь оказался.

Я повернул голову и огляделся. Комната, в которой я находился, была просторной, светлой и чем-то напомнила мне больничную палату. Только она всё же отличалась от тех палат, что я привык видеть раньше. И тут мой взгляд остановился на каком-то существе. Кто-то в белом халате стоял спиной ко мне и возился с каким-то прибором. У него было две руки, две ноги, как, впрочем, и у меня, только вот голову покрывала густая растительность. Раньше я такого не видел. Да ещё и кожа была какого-то странного цвета: совсем светлая, почти белая.

Что происходит? Это явно житель другой планеты, поскольку у нас кожа светло-зелёная. И тут я всё вспомнил. Мы уже почти подлетели к тому месту, откуда был послан сигнал, и внезапно с нашим кораблём что-то произошло. Да, точно! Мы упали на поверхность планеты, и самое последнее моё воспоминание о том, как я прощаюсь с жизнью перед моментом столкновения. Выходит, мне каким-то чудом удалось выжить, и обитатели планеты подобрали меня.

Земляне! Это незнакомое прежде слово внезапно пришло мне на ум. Только теперь я почему-то знал, что жители этой планеты именно так и называются, а сама она носит название «Земля». Интересно, что они собираются со мной делать? Очень надеюсь на то, что они всё же мирные и просто лечат меня после падения, а не будут исследовать, словно какое-то подопытное животное. И ещё хотелось бы знать, где сейчас находятся остальные члены экипажа. Живы ли они вообще или погибли?

И тут я перевёл взгляд на свои руки, да так и ахнул от изумления. Ну а как было не ахнуть, если мои руки отчего-то стали точно такого же цвета, как и у того землянина в белом халате? Необходимо было понять, что происходит, только вот подумать об этом я не успел. По всей видимости, мой возглас привлёк внимание незнакомца и он обернулся.

Я с удивлением и в то же время с большим интересом принялся разглядывать его лицо. Да, они и в самом деле очень похожи на нас. Тоже два глаза, рот, нос. Правда, уши какие-то странные, торчат в стороны, как будто локаторы. Да и эта растительность в самом верху головы, а ещё вокруг рта. Для чего она им понадобилась? Представляю, как неудобно таскать её на себе.

– Очнулись? – спросил он. – Вы как себя чувствуете?

Я хотел ответить ему, и даже открыл рот, но мне удалось издать только лишь какое-то нечленораздельное мычание. Речевой аппарат вёл себя так, словно отказывался подчиняться своему хозяину.

– Не можете говорить? Наверное, у Вас в горле пересохло. Надо попить воды.

Он засуетился, подошёл к тумбочке, налил воду из графина в кружку и принёс её мне. Всё происходящее казалось таким странным. Взять хотя бы названия предметов, которые я откуда-то знал, хотя прежде они были незнакомы мне.

После того как я сделал несколько глотков из кружки, сухость в горле исчезла, да и думаться стало намного легче. Теперь я начал что-то соображать. Человек в белом халате говорил на своём языке, а я между тем прекрасно его понял. Это и показалось мне странным. Ведь ясно же, что их язык отличается от нашего. Почему же тогда у меня присутствует твёрдая уверенность в том, что я знаю этот язык с самого рождения? Я ещё раз взглянул на свои руки, и тут меня словно током ударило. Да ведь я оказался в теле землянина! Но как? Почему?

– Ну что, Вам полегчало? – прозвучал всё тот же голос. – Теперь можете говорить?

Я прислушался к внутренним ощущениям, собрался с духом и попробовал озвучить свои мысли. И у меня это получилось!

– Могу ли я увидеть своё отражение?

– Отражение? – удивился мужчина. – Вы хотите посмотреть на себя в зеркало? Да, конечно, вон оно висит над умывальником. Если чувствуете себя лучше, давайте я помогу Вам подняться.

Он сделал несколько шагов вперёд и приблизился к кровати, на которой я лежал. А я попробовал пошевелить ногами, затем сдвинул их в сторону и сел. Надеясь на то, что всё же не упаду, я попытался встать, и мне удалось это сделать даже без посторонней помощи. Тогда я медленно подошёл к зеркалу, да так и застыл, глядя на своё отражение. На меня смотрел ещё один землянин. И каким бы невероятным это ни казалось, у меня уже не оставалось ни малейших сомнений в том, что это я и есть, и отражающееся в зеркале тело принадлежит мне.

В отличие от мужчины в белом халате, волосы у меня были светлые. А вот растительность на лице отсутствовала, что меня даже немного обрадовало, поскольку я так и не понял, для чего она нужна вокруг рта. Мои глаза тоже отличались от глаз мужчины, который внимательно за мной наблюдал. У него они были тёмно-коричневого цвета, а у меня голубые. А вот с весом у человека, в чьём теле я сейчас находился, судя по всему, были серьёзные проблемы. Я разглядывал круглые щёки и выпирающий живот, и лишь покачивал головой.

– Вы хотели посмотреть, есть ли у Вас синяки или ссадины? Не волнуйтесь, мы не нашли на Вашем теле ни единой царапины.

А я вдруг почувствовал некоторую слабость и решил снова занять лежачее положение. Вернувшись обратно, я устроился на кровати и спросил:

– Кто Вы?

– Доктор, – ответил мужчина.

– А где я нахожусь? И что со мной случилось?

– Вы разве ничего не помните?

Я пожал плечами, посчитав, что такого ответа будет вполне достаточно.

– Вы находитесь в центральной больнице города Литл-Рок, штат Арканзас. Вас доставили к нам без сознания уже больше суток тому назад. Как мне сказали, на Вашу ферму упал учебный летательный аппарат с военного испытательного полигона.

Я недоумённо посмотрел на него и спросил:

– Я не понимаю, что значит на мою ферму? И что ещё за учебный летательный аппарат?

– На Вашу ферму, – пожав плечами, повторил доктор. – Вас зовут Боб Сандерс, и у Вас есть ферма в окрестностях Литл-Рока.

Но тут он смутился и сам себя поправил:

– Вернее, была. Теперь уже нет, поскольку тот аппарат военных при падении уничтожил её. Странно только, почему Вы потеряли сознание, да ещё так надолго. Я слышал, что в тот момент Вы находились в амбаре, который не пострадал.

Всё, что говорил этот землянин, казалось таким нелепым. Хотелось, конечно, подробнее расспросить его обо всём. Но он пока ещё не ответил на второй вопрос, поэтому я повторил его:

– Можете объяснить, что ещё за учебный летательный аппарат такой?

– Ну, этого я не знаю, какой-то секретный, военный, – развёл руками доктор.

А вот дальше он повёл себя довольно странным образом. Сначала быстро взглянул на дверь, затем снова посмотрел на меня и заговорщически прошептал:

– Только поговаривают, что никакой это был не учебный летательный аппарат с военного испытательного полигона, а самая настоящая летающая тарелка внеземного происхождения. И что вроде как оттуда вытащили несколько мёртвых тел инопланетян. Неужели это правда? Скажите, Вы видели пришельцев?

Я ничего не ответил доктору, поскольку его слова заставили меня задуматься.

– А что, если Вы как раз из-за этого и потеряли сознание? – предположил он. – Лично я вполне допускаю, что Ваш организм мог отреагировать на незнакомое явление в виде пришельцев именно таким образом. Надо же, как этот случай похож на тот, что произошёл в 1947 году под Розуэллом. Я уверен, что сорок лет назад тоже была летающая тарелка, хоть всем и сказали, что упал метеозонд.

Слушая предположения доктора, я постепенно формировал свою картину произошедшего. Скорее всего, наш корабль упал на ферму, и в момент удара моё сознание каким-то образом перенеслось в тело фермера Боба Сандерса, который стал свидетелем этого падения. Но тут доктор ещё раз посмотрел на дверь, затем приблизился ко мне и быстро произнёс ещё более тихим шёпотом:

– Лучше соглашайтесь с версией об упавшем учебном летательном аппарате, иначе проблем не оберётесь. В коридоре ждёт агент Федерального бюро расследований, а так как Вы пришли в себя, я должен сообщить ему об этом.

Сказав это, доктор выпрямился, кивнул мне и направился к двери. Но перед тем как выйти в коридор, он обернулся и добавил:

– Не забудьте: ни слова о летающей тарелке.

Не прошло и двух минут после его ухода, как в палату вошёл мужчина в строгом костюме с серьёзным лицом и таким холодным взглядом, что им запросто можно было замораживать воду. Закрыв дверь, он некоторое время внимательно смотрел на меня, а затем произнёс:

– Специальный агент ФБР Джон Тёрнер.

И глядя на этого человека, мне в голову пришла мысль, что ничего хорошего от него ждать не стоит.

Но всё-таки я опять рассказываю не с самого начала. Для полноты картины необходимо поведать о событиях, предшествующих моему попаданию в тело землянина, да и вообще на Землю. А произошли те события на моей родной планете, поэтому именно оттуда я и начну своё повествование.

Глава 2

Я абсолютно точно уверен, что Тарнериус – самая прекрасная планета во всём бескрайнем космическом пространстве, во всяком случае, среди известных нам планет. И если вдруг отыщется однажды во вселенной та, что сможет сравниться с ней по красоте, я всё равно останусь при своём мнении, поскольку нет ничего краше, чем родной дом, коим приходится мне милый моему сердцу Тарнериус.

С самого раннего детства мне казалось, что я живу в центре вселенной, а весь остальной мир крутится вокруг нас. Но когда через какое-то время я узнал, что это не так и на самом деле наша планета вертится вокруг яркой звезды, а не наоборот, во мне как будто открылись тайные двери, распахнув свои объятия навстречу новым знаниям о космосе. И с тех пор он стал моей второй любовью после Тарнериуса. Я бы даже сказал, не просто любовью, а самой настоящей страстью, а может и наркотиком. Мой организм ежедневно требовал новую дозу информации об окружающем нашу планету мире и не успокаивался, пока не получал её. И с каждым днём ему требовалось всё больше и больше знаний, а я не противился его прихотям, поскольку мне и самому было интересно это.

Вероятно, тяга к изучению вселенной и желание покинуть поверхность планеты для того, чтобы отправиться в дальнее плавание по волнам бескрайнего космического океана, передались мне от моего отца. Всю свою жизнь я безмерно гордился им, ведь он летал на самом настоящем космическом корабле. По крайней мере, так я думал в детстве. Позже я узнал, что это был не космический корабль в полном смысле этого слова, а всего лишь челнок, совершающий регулярные рейсы на один из спутников Тарнериуса, на котором у нас шло строительство оборонительной базы. Причём летал отец не как пилот, а в качестве инженера-техника. Но это не изменило моего отношения к нему, и я продолжал гордиться им, как и прежде.

Несмотря на то, что мы постоянно развивали и усовершенствовали технологии и оружие, а также строили оборонительные базы на спутниках, которых у Тарнериуса было четыре, нападать на нас, по сути, было некому. К тому времени наши учёные уже смогли охватить своим вниманием довольно приличные расстояния в космосе, используя мощнейшие телескопы и другие приспособления, а также отправляя корабли в дальние экспедиции, но пока не обнаружили каких-либо признаков враждебности. Но несколько планет, на которых развивалась жизнь, мы всё-таки смогли найти, причём на две из них даже приземлялись, но разумных существ не встретили, только растения. Другие изучали пока только визуально с кораблей, поскольку если жизнь там всё-таки существовала, нельзя было допустить, чтобы обитатели тех планет приняли наши исследовательские экспедиции за агрессию. Стоит ли говорить, как я мечтал в детстве, да и в зрелом возрасте, стать участником одной из таких экспедиций? И отец поддерживал мои устремления.

– Молодец, сынок! – говорил он, хлопая меня по плечу. – Вот пойдёшь по моим стопам, начнёшь летать на космических кораблях, и однажды тебя обязательно отберут в состав одной из экспедиций. Я верю в тебя и точно знаю, что рано или поздно твоя мечта осуществится. И я жду не дождусь, когда мы с матерью сможем разделить с тобой радость от достигнутой цели.

К сожалению, отец – мой герой и пример для подражания – так и не смог дождаться этого дня. Во время одного из обычных полётов челнока к спутнику Тарнериуса случилось страшное. Теперь уже никак не выяснить, что послужило причиной этого, но на челноке произошёл взрыв и он был полностью уничтожен вместе с командой и пассажирами. Всего в том полёте погибло более двухсот тарнов, а именно так назывались обитатели Тарнериуса. Погиб тогда и мой отец, что стало для нас с мамой невосполнимой утратой.

Естественно, теперь я просто не мог не пойти по стопам отца, тем более сам этого хотел. Вернее, изначально я хотел стать пилотом, но после случившейся трагедии мои желания несколько изменились, и я начал обучаться на инженера-техника. Учиться мне нравилось, и с первого дня я с головой погрузился в образовательный процесс, досконально изучая все материалы, которые нам давали. И не только их. В свободное от занятий время я выискивал и буквально проглатывал дополнительные материалы, впитывая в себя собранную в них информацию, словно губка. Я хотел стать лучшим учеником на курсе, но не для галочки, а чтобы в случае какой-либо поломки, которая могла произойти в космосе, суметь взять себя в руки и справиться с любыми трудностями.

В итоге так и вышло, и обучение я закончил с отличием. Теперь и меня, как прежде моего отца, стали называть инженером-техником. Я уверен, что если бы он был жив, то обязательно гордился бы мною. Правда, главная моя мечта отправиться в дальнюю космическую экспедицию пока продолжала оставаться только лишь мечтой, поскольку после выпуска я получил назначение на челнок, который совершал полёты на тот же самый спутник Тарнериуса, на который летал и мой отец. Нет, поначалу-то, конечно, меня это порадовало, ведь я шёл по тому же пути, что и он. Хотя я всё-таки надеялся шагнуть дальше и со временем пересесть на большой космический корабль. Только шли годы, я всё так же летал на челноке, и надежда на исполнение моей мечты постепенно угасала.

Но как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Во время одного из полётов перед самой посадкой на космодром оборонительной базы произошло чрезвычайное происшествие: у нашего челнока отказало всё оборудование. Для всех это стало полной неожиданностью, и членов экипажа охватила паника. Мы стремительно приближались к поверхности спутника, не имея ни малейшей возможности сбросить скорость, и обязательно бы врезались и все погибли от взрыва. Примерно так погиб и мой отец, только его челнок взорвался прямо в космосе. Но не зря я учился на инженера-техника, и к тому же закончил обучение с отличием. Несмотря на то, что это была первая нештатная ситуация в моей жизни, да притом ещё какая, морально и физически я был готов к ней. Моментально взяв себя в руки, я приступил к решительным действиям, быстро обнаружил причину неисправности, устранил её и тем самым спас жизни очень многим тарнам. Можно сказать, что это был мой звёздный час.

С тех пор я стал самой настоящей знаменитостью и мой подвиг, хотя я считал свои действия лишь профессиональной обязанностью любого инженера-техника, начали ставить в пример, и даже включили разбор той поломки в процесс обучения. Но больше всего меня порадовало то, что моя мечта отправиться в экспедицию стала приобретать свои очертания. Да, пока я продолжал летать на челноке, но меня включили в состав подготовительной группы для следующего полёта на одну из планет. И хотя она была более-менее изучена – предыдущие экспедиции уже высаживались на ней, не обнаружив при этом каких-то разумных существ, только растения и мелкую живность, я радовался и такой возможности. Во всяком случае, это было лучше, чем совершать одни и те же рейсы на спутник, к тому же после первой экспедиции меня могли отправить и в следующую, но уже на другую планету. Но вскоре меня ждал такой сюрприз, благодаря которому я понял, что моей мечте суждено сбыться не абы как, а на полную катушку.

В один из дней я получил приглашение в Управление космическими полётами к самому командующему. Это казалось настолько невероятным, что простого инженера-техника вызвали к такому большому тарну, что я терялся в догадках о причинах моего приглашения. Тогда я ещё не знал, что этому событию суждено было стать поворотным в моей жизни и полностью изменить её.

Помимо меня на встрече у командующего – мудрого и опытного руководителя мощной организации, который ежедневно принимал наиважнейшие для Тарнериуса и всех его обитателей решения – присутствовали ещё трое. Он одарил каждого из нас своим внимательным и словно пронизывающим насквозь взглядом, от которого появлялось чувство, что этот могущественный тарн знает о тебе абсолютно всё, и произнёс:

– Вы находитесь здесь, потому что мы отобрали лучших из лучших, учитывая ваш опыт, рекомендации из училища и личные заслуги каждого из вас при выходе из нештатных ситуаций. Всё это, а также умение слаженно работать в команде, пригодится вам в самом ближайшем будущем. С этого момента вы являетесь членами одного экипажа, и для начала я представлю вас друг другу.

Он указал на тарна, который сидел слева от меня, и сказал:

– Это Малнус – первый пилот и командир корабля.

Тот кивнул.

– Его помощник и второй пилот Крейн, – продолжил командующий.

Затем очередь дошла и до меня.

– Инженер-техник Сэйлак. Тот самый, что недавно предотвратил аварию челнока. Вы наверняка слышали о нём.

Я посмотрел на остальных и улыбнулся.

– И ещё один инженер-техник Мирэк, – указал командующий на четвёртого члена экипажа. – Как видите, и у пилотов, и у инженеров-техников есть дублёры, так что если с одним что-нибудь случится, второй сможет его заменить.

Он замолчал, и тогда руку поднял наш новый командир корабля.

– Есть вопросы? – спросил его командующий.

– Да, – кивнул Малнус. – Куда мы полетим?

– Ваш космический корабль отправится в дальнюю экспедицию на третью от звезды планету.

После ответа командующего в комнате повисла звенящая тишина. Лично для меня, хотя я уверен, что и для всех остальных тоже, это стало ошеломительной новостью. Но чтобы понять, почему мы так отреагировали, пожалуй, следует объяснить, чего же особенного в этой планете, которую так и называли – третья от звезды.

По сравнению с другими известными нам планетами, на которых существовала жизнь, эту обнаружили относительно недавно. Она находится на огромном расстоянии от Тарнериуса, и путь до неё занимает довольно много времени. Первая отправленная туда экспедиция была визуальной, то есть без посадки, но и она дала поразительные результаты. Выяснилось, что на той планете развивается самая настоящая цивилизация, и населяющие её особи даже поднимаются в воздух с помощью древних по сравнению с нашими технологиями аппаратов, хотя и не очень высоко. Следом за первой мы отправили туда вторую экспедицию. Только вот наш космический корабль из того полёта так и не вернулся. Забегая вперёд, скажу, что именно он разбился недалеко от городка Розуэлл. Только мы, находясь на Тарнериусе, не могли этого знать, и на протяжении длительного времени терялись в догадках, куда же он подевался. Это было незадолго до моего рождения. После некоторого перерыва мы ещё пару раз отправляли туда экспедиции. В результате выяснилось, что обитатели третьей от звезды планеты уже начали осваивать космос. Правда, мы пока не понимали, как они воспримут наше появление и сильное ли у них оружие, так что на контакт не шли, отдавая до поры до времени предпочтение наблюдению со стороны.

Таким образом, я считал, что отправиться в эту имеющую огромное значение для всех тарнов дальнюю экспедицию – самый что ни на есть подарок судьбы, и не мог поверить, что он достался именно мне. И судя по восторженно-счастливым лицам остальных членов экипажа, они тоже ещё не до конца верили в это.

– Но вы должны понимать, что это не обычная исследовательская экспедиция, – добавил командующий. – Предстоящая экспедиция будет носить спасательный характер.

А вот это уже было интересно. Кого и от чего нам предстояло спасти? Конечно, кое-какие догадки у меня имелись, и вскоре именно они и были озвучены.

– Дело в том, что недавно мы получили сигнал на частоте нашего пропавшего много лет назад корабля. И не просто сигнал. Они просят о помощи. И если вам удастся спасти экипаж и вернуться обратно, вы станете самыми настоящими героями для всех жителей Тарнериуса. Думаю, что этот полёт будет сопряжён с большим количеством опасностей, поэтому прежде чем отправить вас туда, считаю необходимым узнать, все ли согласны лететь? Если кто-то откажется, мы заменим его. Что скажете?

Только этот вопрос был явно риторическим. Не нашлось ещё на Тарнериусе таких дураков, которые отказались бы от этого невероятного приключения. Вот и мы все согласились в едином порыве. Правда, как показало время, это было крайне опрометчиво с нашей стороны, но в тот момент нас буквально распирала гордость, желание помочь экипажу пропавшего корабля, а самое главное, радость от представившейся возможности отправиться туда, куда остальные обитатели Тарнериуса могли полететь разве что только во сне или в своих мечтах.

В отличие от плановых экспедиций, подготовка к этой не заняла много времени. По большому счёту, в распоряжении Управления космическими полётами всегда имелись в наличии готовые к экспедициям корабли, в том числе и на дальние расстояния. Основные подготовительные мероприятия были направлены на проверку наших знаний по всем системам корабля, на котором нам предстояло отправиться в путь. Мы совершили несколько учебных полётов, особо не удаляясь от Тарнериуса, затем нам провели предполётный инструктаж и, наконец, наша спасательная экспедиция на третью от звезды планету стартовала.

Поначалу всех нас охватило воодушевление от нашего полёта. Мы много разговаривали и вскоре хорошо узнали друг друга. Также на корабле имелся приличный запас книг, и я радовался возможности читать столько, сколько захочется, не оглядываясь на время. Как раз его-то у нас было в избытке. Но когда половина пути была позади, все темы с членами экипажа разложены по полочкам, что и разговаривать больше не хотелось, а большинство книг прочитано, стало по-настоящему скучно. И только осознание того, что моя мечта становится реальностью, спасало меня от уныния. Так что когда третья от звезды планета появилась в пределах видимости, и командир корабля сообщил, что скоро мы достигнем конечной точки нашего маршрута, радости моей не было границ. Впрочем, судя по лицам экипажа, они испытывали те же самые чувства. За время полёта мы сблизились, и каждый из них стал для меня как родной.

У нас имелись конкретные координаты, откуда с поверхности планеты был послан сигнал, поэтому именно туда мы сейчас и направлялись. Для начала необходимо было установить визуальный контакт с кораблём, пропавшим много лет назад, или хотя бы обнаружить его обломки в случае, если он потерпел крушение. Второй вариант был наиболее вероятен, поскольку иначе экипаж нашёл бы возможность вернуться. Впрочем, могло быть более сотни причин, почему им не удалось сделать это.

– Сколько же воды на этой планете! – восхищённо произнёс я, хотя и видел раньше снимки её поверхности, сделанные во время предыдущих экспедиций.

– Да уж, этого добра здесь хватает, – отозвался Малнус, продолжая контролировать снижение нашего корабля.

Мы стремительно приближались к поверхности планеты, и когда под нами оказались горы, замедлились, а вскоре так вообще зависли в воздухе.

– Откуда-то отсюда и был послан сигнал, – сказал второй пилот Крейн.

Я принялся внимательно вглядываться в место, где предположительно мог находиться пропавший корабль, и внезапно увидел, как на поверхности планеты вспыхнул какой-то яркий луч жёлтого цвета, направленный в нашу сторону. В следующий миг нас как следует тряхнуло, все системы на корабле вырубились и он начал падать.

– Мы атакованы! – воскликнул командир корабля и повернулся ко мне. – Давай, Сэйлак, ремонтируй, как тогда челнок! И побыстрее, иначе мы скоро упадём!

Я и ещё один инженер-техник бросились выявлять причину поломки, но нам обоим было понятно, что быстро её обнаружить не удастся. А как раз времени-то нам сейчас катастрофически не хватало. Но внезапно системы ожили, и корабль резко рванул в сторону, что стало для всех нас полной неожиданностью. Причём рванул сам, поскольку мы ему такой команды не давали. А когда Малнус попытался остановить его, корабль не послушался.

– Что ты сделал?! – воскликнул он, обращаясь ко мне.

– Ничего не успел сделать! – отозвался я. – Похоже, где-то что-то замкнуло!

– Так ищи скорее, мы ведь скоро упадём!

К сожалению, командир корабля был прав. Под нами пронеслась суша, а затем началась бескрайняя вода. Это было удивительное зрелище, ведь на поверхности Тарнериуса такого количества воды не было, и одновременно страшное, поскольку корабль стремительно снижался. Мне в голову даже пришла мысль, что лучше уж упасть в воду, чем удариться о твёрдую поверхность планеты. Но тут же я подумал, что мы в любом случае разобьёмся, и продолжил искать неисправность.

– Под нами снова суша! – воскликнул Малнус через некоторое время. – Мы уже совсем низко и скоро упадём! Приготовьтесь к удару!

Я не мог поверить в происходящее, ведь не об этом я мечтал всю свою жизнь. Правда, командир корабля говорил, что скорость гасится и шансы выжить, хоть и совсем мизерные, всё же есть. Но все мы прекрасно понимали, что таким образом он просто успокаивает остальных членов экипажа. Естественно, никаких шансов у нас не было, и быть не могло.

Я мысленно начал прощаться с жизнью, так как знал наверняка, что это конец. До столкновения с планетой оставались считанные секунды, и они удивительным образом смогли вместить в себя яркие картинки воспоминаний, начиная с самого детства.

А потом всё вдруг оборвал резкий удар. Остались только тишина и темнота. И пустота.

Глава 3

Но как оказалось, у этого представления, именуемого моей жизнью, был ещё и второй акт. Просто на сцене закрыли шторки, чтобы можно было сменить декорации и актёров, а затем неожиданно распахнули. Только в реальности вместо шторок были мои веки, и когда я открыл глаза, то увидел перед собой белый потолок. Некоторое время я не понимал, что со мной происходит, и где я нахожусь, а потом повернул голову и увидел…

Впрочем, о своей встрече с доктором я уже рассказывал и повторяться не буду. Начну сразу с того момента, когда тот покинул палату, а через минуту вместо него вошёл мужчина в строгом костюме с серьёзным лицом и холодным взглядом, в котором читалась угроза. Хотя больше, пожалуй, в его глазах было интереса. Это был специальный агент Федерального бюро расследований. Вроде бы именно так говорил доктор. Сам же мужчина представился мне агентом ФБР Джоном Тёрнером. Наверное, ФБР – это сокращённое название той организации, в которой он работал. Некоторое время он изучающее разглядывал меня, а затем произнёс:

– Насколько мне известно, Ваше имя Боб Сандерс и Вы владелец фермы, расположенной неподалёку от Литл-Рока. Вы подтверждаете эту информацию?

Я только лишь кивнул, гадая, чего можно ожидать от этого человека. Что-то мне подсказывало, что его визит не принесёт ничего хорошего.

– Я успел в коридоре перекинуться с доктором парой фраз, – продолжил агент. – Так вот, он сообщил мне, будто бы Вы ничего не помните. Это так?

Я опять промолчал и просто пожал плечами. Тогда Джон Тёрнер придвинул стул к моей кровати, сел на него, посмотрел мне прямо в глаза и строго сказал:

– Кивки и пожимания плечами можете приберечь для других, а мне от Вас нужны чёткие ответы голосом на все мои вопросы. Ясно?

– Да, ясно, – тихо ответил я.

– Тогда повторюсь: Вы и вправду ничего не помните?

– К сожалению, ничего, – вздохнул я. – Доктор сообщил мне, что я потерял сознание в амбаре, когда на мой дом с неба рухнул какой-то учебный летательный аппарат с испытательного военного полигона.

Следуя советам всё того же доктора, насчёт летающей тарелки я помалкивал.

– А сам момент падения Вы помните? – спросил мужчина.

– Смутно, – покачал я головой. – Помню только, как на дом что-то упало, и всё.

Судя по всему, врать у меня получалось не очень хорошо. Агент несколько секунд смотрел на меня с подозрением, а затем спросил:

– Как выглядел летательный аппарат?

А откуда я мог это знать, если я его в глаза не видел? Вернее, конечно же, я знал, как выглядел потерпевший крушение космический корабль. Только как описать учебный летательный аппарат, который они, похоже, сами и выдумали? Я уже догадался, что эти люди хотели скрыть появление на Земле представителей внеземной цивилизации. Возможно, чтобы не допустить паники, хотя они могли преследовать и другие цели.

– Честно говоря, я его не разглядел, – ответил я после некоторой заминки.

И тут Джон Тёрнер повёл себя совершенно неожиданным образом. Быстро обернувшись на дверь и убедившись, что она закрыта, он схватил меня за горло, принялся душить и одновременно трясти, а сам в это время говорил со злостью и нескрываемой угрозой в голосе:

– Хватит вешать мне лапшу на уши! Я всё про тебя знаю!

Несмотря на боль и удушье, я не оказывал сопротивления. Очевидно, потому что Тёрнер застал меня врасплох. Вместо этого я удивлённо уставился на оттопыренные уши агента ФБР, вновь прокручивая в голове его слова. Теперь мне стало понятно, почему уши людей так похожи на локаторы. Природа позаботилась о том, чтобы на них можно было вешать лапшу. Только вот для каких целей? Это пока что оставалось для меня загадкой. Ну а Джон Тёрнер между тем продолжал:

– Сейчас же отвечай, откуда ты прилетел к нам? С какой планеты?

И тут я, наконец, перестал думать о его ушах и задумался о смысле только что сказанного. Получается, ему и в самом деле было известно, что я с другой планеты. Но как он мог это узнать, если видел перед собой не меня настоящего, а фермера, в чьём теле я находился? А в следующую секунду скрипнула дверь, и агент тут же отдёрнул руки. Тогда я скосил глаза и увидел на пороге человека в точно таком же костюме, что и у Джона Тёрнера. Тот шагнул вперёд, закрыл за собой дверь и спросил:

– Что здесь происходит?

– А, это ты, Фрэнк, – произнёс Тёрнер, который поначалу даже как-то напрягся, а теперь опять успокоился. – Ну что там? Побеседовал с доктором?

– Да, только он мне ничего нового не сообщил. Самое главное он сказал ещё при тебе, что Сандерс очнулся, но ничего не помнит. Так что у вас случилось? Зачем ты схватил его за горло?

– Мои догадки насчёт фермера оказались верны, – ответил Тёрнер и опять повернулся ко мне. – Это мой напарник – специальный агент Фрэнк Донован. Теперь отвечай на поставленный вопрос. С какой планеты прилетел и что тебе от нас нужно?

Я с сомнением посмотрел на второго агента, затем перевёл взгляд обратно на Тёрнера, потёр горло, которое после сильных рук агента всё ещё болело, и прохрипел:

– Я не понимаю, о чём Вы говорите.

– Всё ты понимаешь, – в голосе Тёрнера опять появилась угроза. – Если не пойдёшь на контакт и не будешь откровенен с нами, то сделаешь хуже только себе. Или если надумаешь убежать от нас.

Он замолчал, ожидая ответа, но я тоже молчал, поскольку ответить мне было нечего.

– Хорошо, я тебе кое-что расскажу, – сказал Джон Тёрнер после небольшой паузы. – Вчера ночью на дом фермера Боба Сандерса упал инопланетный летательный корабль. Хорошо, что в доме на тот момент никого не было, поскольку семья хозяина гостила у своих родственников в соседнем штате. Сам же фермер находился в амбаре, вернее, уже выходил из него, так что падение произошло прямо на его глазах. В результате после всего увиденного он потерял сознание.

Мне было не совсем понятно, почему специальный агент Джон Тёрнер говорил о фермере, как о другом человеке, хотя я находился сейчас как раз в теле фермера. И вообще, откуда он узнал, что я прилетел с другой планеты?

– Всё верно, – кивнув, произнёс я. – Только это был не инопланетный корабль, а учебный летательный аппарат. По крайней мере, именно так сказал мне доктор. К сожалению, сам я не смог разглядеть его в темноте. А когда я осознал, что мой дом полностью разрушен, то рухнул без чувств от такого потрясения.

Но агент будто бы и не услышал моих слов. Подождав, когда я закончу свою короткую речь, он продолжил:

– Когда мы прибыли на место происшествия, то обнаружили среди обломков дома упавшую летающую тарелку, а в ней четыре тела. И это определённо были пришельцы, в этом можно даже не сомневаться. Оказалось, что они очень похожи на людей в том плане, что у них есть две руки, две ноги, голова, туловище. Правда, они примерно на полметра выше нас, на теле у них совершенно отсутствует растительность, а кожа светло-зелёного цвета.

Когда он начал рассказывать о членах экипажа, с которыми я так сблизился за время нашего полёта с Тарнериуса на третью от звезды планету, я насторожился.

– К сожалению, они оказались мёртвыми. Точнее, трое из них.

После этих слов сердце моё замерло и меня охватили грусть и тоска. Как же так? Неужели это правда и они мертвы? Ну а как иначе? Ведь мы с такой силой упали на поверхность планеты. Хотя, стоп! Он сказал, что мертвы только трое?

– Трое? – спросил я агента. – Но ведь Вы говорили, что обнаружили четыре тела.

– Всё верно, – кивнул Тёрнер. – Четвёртый пришелец оказался жив. Правда, без сознания.

Я подумал, что он говорит как раз обо мне. Получается, у меня ещё оставался шанс вернуться обратно в своё тело, раз оно не умерло. И хотя мне было совершенно непонятно, как это сделать, я всё-таки обрадовался этой новости. Немного подумав, я спросил:

– И что вы с ним сделали?

– Отвезли к нам. Некоторое время пришелец находился без сознания, но недавно очнулся и заговорил с нами.

– Очнулся? – удивлённо спросил я, поскольку совсем не ожидал, что моё тело может очнуться без моего участия. – И даже заговорил?

Последнее казалось и вовсе чем-то невероятным.

– Да, – кивнул Тёрнер, буквально сверля меня своим внимательным изучающим взглядом. – Как только он пришёл в себя, то удивлённо посмотрел по сторонам и спросил слабым голосом, что с ним случилось.

– А как вы поняли, что он спросил именно это? – никак не мог я взять в толк.

– Ну а как не понять? – усмехнулся агент. – Ведь говорил он на чистом английском языке, как настоящий американец. Мы поинтересовались у него, кто он такой. И знаешь, что этот пришелец нам ответил?

Я молчал, хотя уже начал догадываться, что последует дальше.

– Он сказал, что его зовут Боб Сандерс и что он фермер.

Теперь мне стало понятно, что мы с этим фермером каким-то образом поменялись телами. Оставалось придумать, как сделать так, чтобы вернуть всё обратно на свои места. Но следующие слова Джона Тёрнера полностью перечеркнули все мои надежды на возвращение в собственное тело.

– После этого он испустил дух, – сказал агент. – Части летающей тарелки мы тоже собрали для изучения. Правда, там всё находится в таком плачевном состоянии. И с чем мы в итоге остались? Ни живых пришельцев, ни нормального инопланетного корабля для исследований. Но слова пришельца всё же заставили меня задуматься. Было очень странно, что он говорил на нашем языке. Но самое главное, он никак не мог знать имени Боба Сандерса. Следовательно, сознание фермера каким-то образом оказалось в его теле. Конечно, всё это кажется невероятным, но факты говорят сами за себя. Из чего я сделал вывод, что вы с ним как-то поменялись местами. И тогда мы с напарником отправились в больницу дожидаться, когда ты очнёшься. Но долго ждать не пришлось, и уже час спустя из палаты вышел доктор и сообщил, что ты пришёл в себя, но ничего не помнишь. А поговорив с тобой, я убедился, что мои предположения оказались верны. Ну так что, как тебя зовут на самом деле и с какой планеты прилетел ваш корабль?

Я подумал, что отпираться бессмысленно. Только вот слова доктора никак не давали мне покоя. Он говорил, что у меня могут возникнуть проблемы, если они разнюхают о том, что мне известно об инопланетном корабле. А что же тогда будет со мной теперь, когда они знают, что именно я и прилетел на том корабле? Думаю, что замучают до смерти своими опытами. Этого мне нисколько не хотелось, поэтому я всё же попробовал возразить:

– Вы ошибаетесь на мой счёт. Я и есть фермер Боб Сандерс. Судя по всему, просто произошла какая-то ошибка.

– Нет никакой ошибки, – покачал головой Джон Тёрнер. – Что ж, не хочешь говорить здесь, отвезём тебя к нам в контору. Можешь не сомневаться, там ты точно всё расскажешь. Одевайся!

Он поднялся со стула, взял висевшую на спинке одежду и бросил её на кровать.

– Да поживее! – добавил его напарник Фрэнк Донован. – Мы и так потратили на тебя уйму времени.

Деваться мне было некуда, поэтому я вздохнул и сел на край кровати. Сняв больничную пижаму, я начал надевать на себя одежду фермера, которую дал мне агент, а сам в это время размышлял о том, как же мне поступить. С одной стороны, конечно же, следовало поехать с ними. Наверняка они отвезут меня туда же, куда отвезли наш космический корабль и его экипаж. Но потом я подумал, что в этом нет никакого смысла, ведь весь экипаж погиб, в том числе и моё собственное тело, в которое уже никак не вернуться. Да и корабль разрушен, на нём тоже не улетишь. Что же тогда мне делать? По всему выходило, что мне суждено навсегда остаться в этом теле. А если они начнут проводить опыты и ставить эксперименты? Это мне казалось наиболее вероятным. Нет, с этими людьми точно нельзя никуда ехать. Но в таком случае что предпринять?

– Поторапливайся! – прикрикнул на меня Фрэнк Донован.

Я ещё раз вздохнул и стал одеваться быстрее. А ничего другого мне и не оставалось, поскольку в этой палате даже окон не было, чтобы попытаться сбежать. Вскоре я оделся и поднялся на ноги. Джон Тёрнер подошёл ближе и надел на моё запястье два металлических полукольца, которые со щелчком превратились в одно, вытащить руку из которого не представлялось возможным. Со своей рукой он проделал то же самое, и теперь мы с ним были неразрывно связаны, поскольку эти кольца соединялись друг с другом металлической цепью.

– Всё, теперь в наручниках он точно никуда от нас не денется, – сказал Тёрнер своему напарнику. – Можно идти.

Я ещё раз взглянул в зеркало и увидел в нём толстяка с печально-обречённым выражением лица. Да, именно так я теперь и выглядел, и все мои чувства и переживания были на поверхности. Агенты тоже заметили, что я сдался на их милость, и даже немного расслабились. А я вздохнул, понимая, что теперь мне придётся привыкать к новой реальности, и последовал за ними к выходу из палаты.

В коридоре нам встретился уже знакомый мне доктор. Сначала он хотел что-то сказать, но заметив наручники, не решился сделать это и просто отошёл, пропуская нас. Агенты прошли мимо, даже не взглянув на него, и я вместе с ними, так как они окружили меня с двух сторон. Конечно, во мне ещё теплилась надежда сбежать, и вполне допускаю, что у меня получилось бы сделать это на улице, если бы я не находился на привязи. Да и выпирающий живот фермера, который тот постоянно таскал с собой, словно набитый недельным запасом провизии туристический рюкзак, никак не располагал к быстрому бегу. Физическая подготовка агентов, наоборот, не вызывала у меня никаких сомнений. Вот я и шёл покорно за ними, вернее, рядом с ними, поскольку ничего другого мне не оставалось.

Через какое-то время, пройдя по длинным извилистым больничным коридорам и спустившись по лестнице на первый этаж, мы подошли к выходу из больницы. Но внезапно Джон Тёрнер, к которому я был прикован наручниками, остановился.

– Ты чего? – спросил его собравшийся было открыть дверь Фрэнк Донован. – Что случилось?

– Да там та репортёрша с телевидения.

В нескольких местах дверь была прозрачной, и я, выглянув на улицу, увидел молодую женщину, которая явно чего-то или кого-то ждала.

– Точно, – произнёс агент Донован. – Та самая, которая всё хотела взять интервью у нашего шефа. Келли Харрис, кажется. Интересно, что она здесь делает? Неужели разнюхала про фермера?

– Возможно, она не по нашу душу, – ответил задумчивым голосом Тёрнер. – Если бы репортёры что-нибудь узнали, то здесь наверняка было бы целое столпотворение. Но в любом случае, наручники придётся снять. Если она заметит их, то пристанет с расспросами.

– Думаешь, стоит это делать? – засомневался Донован. – Как бы наш космический гость не надумал сбежать от нас.

– Возьмём его крепко под руки, и ничего не случится, – ответил Тёрнер, а затем отстегнул наручники и убрал их в карман. – Да и куда он сможет убежать в таком теле? Ты посмотри на этого толстяка.

– Да, ты прав, – улыбнулся Донован. – Главное, дойти до машины, а там мы снова пристегнём его наручниками и спокойно доедем до управления.

Агенты взяли меня под руки, открыли дверь, и мы все втроём вышли на улицу. Но там нас ждал большой сюрприз. Оказывается, репортёрша была не одна. Заметив нас, она крикнула:

– Смотрите! Его выводят!

А в следующую секунду откуда ни возьмись появилась целая толпа людей, которая окружила нас со всех сторон. Были там и репортёры с микрофонами, и операторы с телекамерами. Сразу же защёлками фотоаппараты.

– Вот чёрт! – сквозь зубы пробормотал Джон Тёрнер. – Это им, скорее всего, доктор сообщил. Кто же ещё?

– Надо как можно скорее дойти до машины, – таким же напряжённым голосом отозвался его напарник.

Но сделать это было не так-то и просто, поскольку репортёры, предвкушая сенсационный материал, не давали нам прохода. Они наперебой выкрикивали вопросы, которые сливались друг с другом, превращаясь в один сплошной гул. Внезапно раздался звонкий голос Келли Харрис, которая стояла к нам ближе всех:

– Скажите, правда ли, что в окрестностях Литл-Рока упала летающая тарелка, в которой находились пришельцы, а история с учебным летательным аппаратом придумана специально для обывателей?

После этого вопроса остальные репортёры сразу же затихли, ожидая ответа. Тогда Джон Тёрнер, немного подумав, произнёс:

– Нет, это чьи-то бурные фантазии, не имеющие никакого отношения к реальности. Всё, больше никаких комментариев. Теперь дайте нам пройти.

Но толпа не расходилась, а Келли Харрис принялась задавать следующие вопросы:

– Как я понимаю, это и есть тот самый хозяин фермы Боб Сандерс, который стал свидетелем происшествия? Мистер Сандерс, а Вы что скажете по поводу летающей тарелки? Это ведь она разрушила Ваш дом?

Женщина обращалась ко мне, и тут я понял, что это мой шанс. Было очевидно, что ехать с агентами нельзя ни в коем случае, ведь если и существует хоть какой-то способ вернуть всё обратно, то находится он только на свободе. Так что сейчас или никогда. Если промедлить, то потом будет слишком поздно. Поэтому, повинуясь внезапному порыву, я повалился на землю. Но оба агента были достаточно крепкими и не дали мне упасть. Тогда я подогнул ноги, чтобы усилить нагрузку на их руки, и мои действия всё-таки принесли свои плоды. По красным напряжённым лицам агентов было видно, что им совсем непросто удержать меня на весу. Фотоаппараты защёлкали чаще, а со всех сторон опять посыпались вопросы от репортёров.

– Придётся пока отпустить его, – с досадой сказал Джон Тёрнер своему напарнику. – Отойдём в сторону и вызовем подмогу.

Так они и поступили, а когда выбрались из кольца репортёров, Тёрнер достал рацию и начал что-то говорить в неё. Но они продолжали всё так же внимательно следить за мной. Мне же необходимо было срочно что-нибудь предпринять. Немного подумав, я повернулся лицом к больнице и крикнул:

– Сейчас я вам покажу пришельцев! Только отойдите в стороны! Срочно!

А для наглядности ещё указал руками на тех репортёров, которые должны были отойти. И это сработало! Словно по команде они выполнили моё требование и расступились. Правда, совсем немного, но и этого было вполне достаточно для того, чтобы протиснуться к двери, чем я не преминул воспользоваться. Что было сил я бросился обратно к больнице, забежал внутрь и закрыл дверь на замок, повернув его на два оборота. И как раз вовремя, поскольку следом за мной к двери подбежали агенты. Только открыть её они не смогли. Тогда Донован вытащил пистолет, собираясь стрелять то ли в замок, то ли в меня. Но Тёрнер, бросив быстрый взгляд на репортёров, остановил своего напарника. Наверняка подумал, что не хватало ещё устроить стрельбу под прицелом десятка работающих телекамер. И пока они решали, что предпринять, я бросился прочь, намереваясь убежать как можно дальше от этого места.

Когда я свернул за угол, мне встретился санитар с тележкой. Я спросил его о запасном выходе, и когда он указал мне путь, отправился в том направлении. Только вскоре я нашёл другой способ покинуть больницу. Пробегая мимо раскрытого окна, я подумал, что будет гораздо лучше вылезти прямо здесь, ведь у дверей запасного выхода меня могут встретить агенты. Тогда я забрался на высокий подоконник, что оказалось не такой уж простой задачей, учитывая моё нынешнее выпирающее во все стороны телосложение, затем кое-как перекатился через него, свесил ноги вниз и спрыгнул, благо под окном был газон с мягкой травой. Убедившись, что никто не видел моего акробатического кульбита, я пробрался через кусты, нашёл небольшую калитку в заборе и вышел на оживлённую улицу. И только слившись с толпой и отойдя от больницы на значительное расстояние, я понял, что мне удалось скрыться от агентов. Теперь нужно было придумать, что делать дальше.

Глава 4

Да, мне удалось оторваться от преследования, кстати, вполне возможно, что только лишь временно. Наверняка агенты бросят на мои поиски все силы, раз они теперь знают, кто я такой. И почему-то мне казалось, что хоть сейчас я от них и ушёл, но на этом мои проблемы не закончились. Я даже был уверен, что мой тернистый путь через нагромождения неприятностей только начинается. Ну а что я ещё должен был чувствовать, находясь на чужой планете, среди чужих существ и даже в чужом теле, не имея при этом ни малейшего представления о том, как мне вернуться обратно на Тарнериус? Так что перспективы мои выглядели совсем не радужно. Можно сказать, что у меня вообще не было никаких перспектив.

С такими грустными мыслями я свернул с оживлённой улицы, нашёл какой-то сквер и устало опустился на скамейку, поскольку передвигаться в таком грузном теле было совсем непросто, тем более быстрым шагом и на большие расстояния. И только лишь тогда я смог немного успокоиться и посмотреть на себя со стороны, но не на тело фермера, а на своё собственное сознание, и понял, что мне необходима срочная воспитательная беседа, чтобы взять себя в руки. Естественно, функции воспитателя я взял на себя.

Что за уныние, Сэйлак? Что за сопли? Я тебя не узнаю! Ну да, ты оказался совершенно один на чужой планете, корабль разбит, а весь экипаж погиб. Но разве можно считать, что всё кончено, если сам ты ещё жив? И вообще, какая была миссия на третью от звезды планету? Правильно, спасательная! Так чего же сидеть и киснуть? Надо собрать всю волю в кулак и продолжить выполнение поставленной задачи. Ведь смог же ты взять себя в руки в тот раз, когда на челноке вышло из строя всё оборудование, и он начал падать на поверхность спутника. Значит, и сейчас может получиться! Главное, не отчаиваться, а действовать!

После такого воодушевляющего обращения к самому себе я немного взбодрился и начал думать о том, что же мне, собственно говоря, предпринять. И решение не заставило себя ждать. Я должен собрать как можно больше информации о Земле! А в частности, мне необходимо узнать о крушении космического корабля с Тарнериуса во время второй экспедиции. Доктор говорил, что оно произошло в 1947 году под Розуэллом, и случилось это сорок лет назад, естественно, по земному летоисчислению. Вот мне и нужно для начала узнать подробности того происшествия.

Мимо меня как раз шёл какой-то мужчина, и я решил обратиться к нему:

– Вы сможете ответить на мой вопрос?

Тот бросил на меня удивлённо-неприязненный взгляд и хотел пройти дальше, но всё же остановился и поинтересовался:

– Что именно Вы хотели узнать?

– Сорок лет назад под Розуэллом кое-что произошло. Кстати, насколько я понимаю, Розуэлл – это ведь город?

– Ну да, город, – ответил прохожий. – Вернее, небольшой городок к западу от нас.

– Так вот, – продолжил я. – Сорок лет назад там потерпел крушение космический корабль. Вам что-нибудь известно о том случае?

– Конечно, о «Розуэлльском инциденте» 1947 года всем известно, – пожал плечами мужчина. – Если Вы, конечно, об этом говорите. Вы ведь имеете в виду летающую тарелку, а не космический корабль?

Я вспомнил, что и доктор, и агент Тёрнер называли наш упавший космический корабль точно так же, поэтому кивнул и ответил:

– Да-да, именно о летающей тарелке я и спрашиваю.

– Вообще-то по официальной версии это был метеозонд, – усмехнулся мужчина.

– А по неофициальной? – спросил я.

– Вы знаете, я не сторонник всяких там теорий заговора. Если бы на Землю упала настоящая летающая тарелка с пришельцами, то так бы и сказали. Зачем скрывать?

– Ну как зачем? Возможно, чтобы не было паники среди людей.

– Ерунда это всё, – махнул тот рукой. – Наоборот, своими выдуманными тайнами они ещё больше ажиотажа подняли. И вообще, не собираюсь я с Вами спорить на эту тему. У меня ещё дел выше крыши.

Сначала я задумался над его словами, так как не понял, как может быть дел выше крыши. Но поскольку мужчина продолжил двигаться дальше, я его окликнул:

– Подождите!

Тот обернулся и остановился, всем своим видом показывая, что ему этот разговор совсем не по душе.

– А где я могу узнать подробности того происшествия?

Сначала мне показалось, что он ничего не ответит и просто уйдёт, но он всё же ответил:

– В библиотеке, где же ещё. Возьмите подшивки старых газет, там и найдёте всю информацию по интересующей Вас теме. Только должен предупредить, что в газетах правда и домыслы собраны в одну кучу.

– Ничего страшного, – произнёс я, пытаясь изобразить на лице улыбку. – А где мне найти эту библиотеку?

Мужчина начал было объяснять, но затем махнул рукой и сказал:

– Пройдёте прямо вон по той улице пару кварталов, а там спросите дорогу.

– А сами подшивки газет у кого спросить? – поинтересовался я, стараясь собрать как можно больше информации, чтобы потом было проще.

– Вы что, в библиотеке ни разу не были? – удивился прохожий.

– Нет, – коротко ответил я и пожал плечами.

– С луны Вы, что ли, свалились? – покачал тот головой и показал рукой куда-то вверх, продолжая смотреть на меня, словно на какое-то необычное явление.

Я подумал, что такое название носила космическая станция или, возможно, спутник третьей от звезды планеты. Что ж, этот человек был недалёк от истины. Хотя если учесть расстояние отсюда до Тарнериуса, то очень даже далёк. Понятно, что свои мысли я не озвучивал, а только лишь улыбнулся, так как вопрос про луну, скорее всего, был просто шуткой.

– На самом деле, ничего сложного, – начал объяснять мужчина. – Зайдёте в здание библиотеки, покажете библиотекарю документ, она заведёт на Ваше имя карточку, и Вы сможете брать любые книги или газеты. Естественно, не навсегда, а на время.

– Показать документ? – нахмурился я.

– Конечно, без удостоверения личности Вас не смогут записать. А у Вас разве нет с собой документов?

– Нет, к сожалению.

– Тогда придётся сначала зайти домой, иначе ничего не выйдет. Всё, извините, но мне пора.

Он повернулся и стал быстро удаляться от меня, а я приступил к размышлениям. Значит, мне необходимо где-то раздобыть удостоверение личности. Наверное, они имелись у всех обитателей этой планеты. На Тарнериусе каждому тарну при рождении тоже выдавалась специальная корочка, по которой его можно было бы идентифицировать. И что мне теперь делать? Вряд ли удастся раздобыть документ в моём нынешнем положении, да и опасно это. Сейчас вообще нельзя никуда особо высовываться, чтобы не нарваться на агентов Федерального бюро расследований. Судя по всему, Литл-Рок – городок небольшой, и в нём не так просто затеряться.

Впрочем, если не предпринимать вообще никаких действий и оставаться здесь, это тоже не приведёт ни к чему хорошему. Так, чего доброго, агенты опять схватят меня. А вот удастся ли мне сбежать от них ещё раз, большой вопрос. Я даже был уверен, что второго такого шанса мне никто не даст. Поэтому, немного подумав и взвесив все за и против, я всё же решил дойти до библиотеки и на месте посмотреть, что и как. И как только я принял такое решение, сразу же поднялся на ноги и отправился в том направлении, которое указал мне мужчина.

В пути я ещё несколько раз спрашивал прохожих о том, как пройти в библиотеку, и они с удовольствием показывали мне дорогу, из чего я сделал вывод, что люди в большинстве своём не такие уж и злые. Вот бы удалось разведать на Земле как можно больше информации о повадках её обитателей, а затем каким-то образом вернуться на Тарнериус и передать эту информацию другим тарнам. Тогда появилась бы возможность наладить связь между нашими планетами. Это стало бы огромным прорывом в развитии космоса и освоении космического пространства. Именно так – наполовину в мечтах, а наполовину в реальности – я и продолжал двигаться дальше, время от времени уточняя у прохожих, в правильном ли направлении я иду. И вот, наконец, я добрался до здания, на котором рядом с входной дверью висела табличка с надписью «Городская библиотека».

Да, я смог прочитать эту надпись с первого раза, и что самое главное, понять её смысл. А всё потому, что я не просто шёл из одной точки маршрута в другую, а ещё и использовал это время для улучшения своих навыков. В частности, навыков чтения на местном языке. Понимать-то я его понимал, за исключением некоторых слов или фраз, да и говорить мог вполне нормально. А вот с чтением возникли определённые трудности. Я осознал это, когда вышел из сквера на улицу и стал обращать внимание на вывески и таблички. Я пытался прочесть то, что на них было написано, только поначалу мне с большим трудом удавалось сделать это и далеко не с первой попытки. Но вскоре я научился читать без запинки, понимая при этом смысл слов и фраз. Вернее, не научился, а освоил умения фермера, которые передались мне вместе с его телом. Это касалось и чтения, и разговорной речи. К сожалению, каких-то других способностей я у него пока не обнаружил.

Так вот, я подошёл к зданию городской библиотеки, немного постоял перед входом и, собравшись с духом, решительно вошёл внутрь. Там я оказался в просторном вестибюле со скамейками вдоль стен, какими-то стендами и несколькими дверями, одна из которых, как сообщала табличка, вела в читальный зал. Я понял, что мне именно туда и нужно, но тут решимости у меня несколько поубавилось. Точнее даже будет сказать, что она полностью растаяла в воздухе, а может просто застряла на входе в здание. Мне стало немного смешно от мысли, что такой толстяк как я смог пройти в дверь, а вот решимость не смогла. Но радость моя была недолгой и вновь уступила место задумчиво-печальному настроению, поскольку по пути в библиотеку я так и не придумал, как мне без документов получить книги и газеты для изучения.

Несколько раз я порывался войти в читальный зал, но в последний момент меня что-то останавливало. Я знал, что если не получится сразу взять подшивки старых газет, то потом библиотекарь запомнит меня, и тогда сделать это будет гораздо сложнее. А между тем время от времени туда кто-то заходил, а кто-то, наоборот, выходил. Так и не придумав мало-мальски подходящего плана, я отошёл к стене, чтобы не стоять в самом центре вестибюля, и принялся разглядывать стенды. И тут моё внимание привлекла большая яркая афиша, в которой говорилось, что четвёртого и пятого мая 1987 года в актовом зале библиотеки состоится научная конференция с участием большого количества профессоров из различных университетов страны. Поначалу я не придал этому особого значения, и мой взгляд скользнул дальше по стенду, но уже через несколько секунд мне пришлось вернуться к этой весьма своевременно полученной информации.

– Профессор Филлипс? – раздался вдруг позади меня женский голос.

Я обернулся и увидел перед собой женщину, на груди которой висела небольшая табличка. Из надписи на этой табличке следовало, что зовут её Сара Дженкинс, и она является сотрудницей библиотеки. Она смотрела на меня вопросительно, и взгляд её почему-то выражал неудовольствие. Наверное, женщина просто перепутала меня с кем-то. Но она появилась так неожиданно, что я не сразу нашёлся что ответить, а просто протянул:

– Ну…

– Что ну, что ну? – всплеснула она руками, видимо, приняв моё невнятное бормотание за положительный ответ. – Профессор Филлипс, где Вы ходите? Конференция началась уже час назад! Как можно опаздывать в первый же день, когда в нашем распоряжении всего лишь два?

И тут я всё понял. Судя по всему, сейчас было четвёртое мая 1987 года, то есть первый день научной конференции, и меня приняли за одного из её участников. Теперь надо было понять, как это может помочь мне, поэтому я не стал разубеждать Сару Дженкинс в том, что являюсь профессором Филлипсом, а вместо этого просто ждал каких-то слов или действий с её стороны. И вскоре они последовали. Она бесцеремонно взяла меня под руку и повела по вестибюлю, продолжая при этом говорить:

– Конечно, по большому счёту в Вашем опоздании нет ничего страшного. Я всё понимаю, всякое могло случиться, отчего Вы не смогли прийти вовремя. Пока свою речь произносит председатель конференции, а гости начнут выступать со своими докладами позднее.

Я покорно шёл рядом с ней, а сам смотрел по сторонам, наблюдая, как мы удаляемся от читального зала и приближаемся к коридору.

– Там находится дверь, ведущая в актовый зал, – добавила работница библиотеки, словно почувствовав моё волнение.

А волноваться действительно было из-за чего. Мне ни в коем случае нельзя было входить в актовый зал, ведь тогда пришлось бы выступать с докладом от лица профессора Филлипса. И тут у меня в голове возникла одна интересная мысль, которую я тут же озвучил.

– Постойте, мне нужно Вам кое-что сказать, – произнёс я и остановился.

Женщина тоже встала и удивлённо посмотрела на меня.

– Что сказать? – спросила она. – Пойдёмте быстрее, Вы и так уже на час опаздываете.

– Послушайте, я могу выступить с докладом во второй день?

Работница библиотеки нахмурилась и после небольшой паузы ответила:

– Можете, гости будут выступать оба дня. Только я не понимаю, к чему Вы клоните?

– Мне крайне необходимо побыть сегодня в читальном зале и ознакомиться с кое-какой информацией. Просто я в настоящее время занимаюсь важным исследованием, и мне рекомендовали библиотеку Литл-Рока. Здесь есть несколько книг, которые могут быть полезны мне. А если я найду то, что мне нужно, я дополню свой доклад. Поэтому я и хочу сегодня поработать в читальном зале, а уж завтра принять участие в конференции.

Сара Дженкинс некоторое время задумчиво смотрела на меня, и я уже начал опасаться, как бы она ничего не заподозрила. Но вот она улыбнулась и сказала:

– Конечно, поработайте, раз у Вас такое важное дело. Давайте я провожу Вас к библиотекарю, а то ведь Вы не записаны в нашу библиотеку. Попрошу её оказать Вам помощь в подборе материалов.

Она развернулась и направилась к читальному залу, а я быстро произнёс слова благодарности и последовал за ней. Кажется, всё складывалось наилучшим образом, что не могло меня не радовать, и угасшая было надежда на то, что удастся отыскать необходимую информацию по интересующей меня теме, вспыхнула с новой силой.

Читальный зал оказался просторным светлым помещением с большим количеством столов. В основном они пустовали, и лишь за некоторыми из них сидели люди и читали книги, журналы или газеты, время от времени перелистывая страницы. В царившей вокруг тишине эти звуки шелеста казались особенно громкими. Я последовал за Сарой Дженкинс, и вскоре мы остановились возле стоявшего особняком стола, за которым сидела женщина. По табличке у неё на груди я понял, что это и есть библиотекарь. За её спиной находился большой монитор, по которому показывались цветные картинки без звука, и в моей голове всплыло слово «телевизор».

– Миссис Брукс, – обратилась к ней сопровождавшая меня работница библиотеки. – Познакомьтесь, это профессор Филлипс. Завтра он будет зачитывать свой доклад перед остальными участниками научной конференции, а сегодня ему необходимо изучить кое-какие материалы. Помогите ему, пожалуйста, с их подбором.

Я приветливо улыбнулся, и миссис Брукс кивнула мне в ответ, а затем посмотрела на Сару Дженкинс и сказала:

– Да, конечно, можете не беспокоиться.

– Вот и замечательно, тогда я пойду. Профессор Филлипс, я сообщу Вам, когда все участники конференции отправятся на обед.

Она развернулась, пересекла читальный зал и скрылась за дверью.

– Чем я могу помочь? – спросила миссис Брукс. – Какие материалы для Вас подобрать?

– Меня интересует всё, что связано с «Розуэлльским инцидентом» 1947 года, – ответил я, вспомнив, что именно так человек в сквере называл падение космического корабля из второй экспедиции.

– Этим многие интересуются, – кивнула женщина, поднимаясь со своего места. – Спрашивают довольно часто, так что я Вам быстро соберу необходимые материалы. А Вы пока присядьте за свободный стол.

Она скрылась за какой-то дверью, а я сделал так, как она и сказала. Сев за ближайший стол, я приготовился ждать, но женщина вернулась уже через несколько минут и положила передо мной стопку газет. Судя по всему, по этой теме у неё всё было собрано заранее.

– Здесь основные статьи, – сказала она. – Если будут вопросы, обращайтесь.

Я поблагодарил её, и она вернулась на своё место. Ну а я в свою очередь взял в руки верхнюю газету и приступил к изучению материалов. И в результате спустя несколько часов вот что мне удалось узнать:

В начале июля 1947 года недалеко от городка Розуэлл один фермер заметил, что с неба на пастбище его ранчо что-то упало. Когда он добрался до места падения, то обнаружил там какие-то непонятные обломки. Поначалу все стали говорить о летательном объекте внеземного происхождения, но военные быстро опровергли эти слухи, дав официальное заявление, что на самом деле на землю упал метеозонд. Естественно, многие не поверили в это. Скорее всего, части инопланетного корабля и тела пришельцев куда-то спрятали. Восемь лет спустя в штате Невада была создана военная база, которая получила название «Зона 51». Вероятно, там сейчас и находятся все засекреченные объекты.

Ну вот и всё, если очень коротко. Конечно, в газетах были различные версии случившегося, и многие утверждали, что никаких инопланетян на самом деле не существует. Но поскольку я знал правду, то именно эту версию и посчитал единственно верной. И теперь необходимо было придумать, как поступить. Сначала я хотел отправиться в Зону 51 и отыскать потерпевший крушение корабль, но потом решил, что это слишком опасно, так как меня наверняка поймают. Да и бессмысленно, скорее всего, ведь сигнал поступил совсем из другого места. У меня даже закралось подозрение, что в крушении корабля из второй экспедиции виноват тот же самый луч, что вывел из строя оборудование на нашем корабле. И тогда я понял, что именно туда мне и нужно отправиться. Правда, для этого необходимо было узнать координаты того места.

Я попросил у миссис Брукс карты и начал сопоставлять с ними те данные о местонахождении источника сигнала, которые сообщили нам перед полётом на третью от звезды планету. В результате мне удалось переложить их на систему координат, которую использовали земляне, и я всё-таки выяснил, что это за место. Тибет – вот как оно называлось. И судя по тому, что находилось это место в другой части планеты, добраться до него представлялось крайне сложной задачей.

В тот момент мысли в моей голове завертелись, словно вихри, случавшиеся время от времени на Тарнериусе. Как мне добраться до этого злосчастного Тибета, практически ничего не зная о планете, не имея представления о нравах и обычаях населяющих её людей, да ещё и в таком грузном теле, в котором не то что на огромные, но даже и на малые расстояния непросто передвигаться? Мне казалось, что это невозможно, но другого выхода я не видел. Я был абсолютно уверен, что именно в источнике сигнала и находится моё спасение.

Внезапно я что-то уловил боковым зрением, поднял голову, да так и замер. Прямо за спиной библиотекаря на экране телевизора я увидел лицо фермера, в теле которого сейчас находился. Но хуже всего было то, что надпись под фотографией крупными буквами гласила, что я особо опасен. Судя по всему, такие телевизоры были у многих обитателей Земли, так что задача добраться до Тибета, которая и прежде-то казалась непростой, теперь стала вовсе невыполнимой.

Глава 5

Люди в читальном зале продолжали шелестеть страницами, кто-то негромко покашливал, а где-то позади меня что-то уронили на пол, только я, казалось бы, и не замечал ничего, что происходило вокруг. Мой взгляд, а вместе с ним и все мои мысли и чувства были направлены на экран телевизора, на котором показывали то, что могло стать основным препятствием на моём пути в Тибет. Некоторое время я просто смотрел на фотографию фермера Боба Сандерса и надпись «Особо опасен», а затем обратил внимание на текст, написанный ниже. В нём меня представляли главным врагом американского народа, способным не задумываясь убить любого. А тех, кто случайно повстречается со мной, просили незамедлительно позвонить по указанному номеру телефона. Далее следовали какие-то цифры.

Внезапно я почувствовал, что на меня кто-то смотрит, а в следующий миг заметил пристальный взгляд миссис Брукс. Судя по всему, ей показалось странным моё поведение. Сначала она думала, что я смотрю на неё и хочу о чём-то спросить, но затем женщина догадалась, что мой взор направлен куда-то ей за спину, и медленно обернулась. Прошло несколько секунд, которые показались мне вечностью, но вот она снова повернула голову в мою сторону. Только теперь её лицо приобрело совершенно другой оттенок, стало бледным, словно лист бумаги, а в глазах застыл неподдельный ужас. Некоторое время она так и сидела, приоткрыв рот и с испугом глядя на меня, а затем поднялась с места и поспешила к выходу, и пока не вышла за дверь, то и дело оборачивалась. Вероятно, ожидала, что я в любую секунду могу броситься за ней в погоню.

Естественно, я не сделал этого, поскольку никаким преступником не являлся. Мне уже стало понятно, что всё это дело рук агентов Федерального бюро расследований Джона Тёрнера и Фрэнка Донована. Наверняка это они придумали показать меня по телевизору и сообщить людям неправду обо мне, чтобы заставить их бояться. И как я смог убедиться на примере библиотекаря, их задумка сработала. Можно было даже не сомневаться, что она побежала сейчас звонить по тому номеру. Скоро она сообщит о моём местонахождении агентам, и они не заставят себя ждать. И хоть я понимал, что нужно немедленно уходить отсюда, иначе меня схватят и начнут исследовать в своей секретной лаборатории в Зоне 51, но всё произошло так неожиданно и события развивались так стремительно, что я никак не мог взять себя в руки и сосредоточиться на решении проблемы.

Но вот я всё-таки собрался, поднялся из-за стола и направился к выходу, где минуту или две назад скрылась миссис Брукс. Немного приоткрыв дверь, я осторожно выглянул в коридор, но только женщины нигде не было видно. Тогда я покинул читальный зал, и собрался было уже пересечь вестибюль и выйти из здания библиотеки, но внезапно моё внимание привлёк какой-то шум, который доносился из коридора и с каждой секундой всё нарастал. А вскоре оттуда начали выходить люди. Первой шла уже знакомая мне работница библиотеки по имени Сара Дженкинс, а следом за ней какие-то мужчины и женщины. Вероятно, подошла к концу половина первого дня научной конференции, и она повела её участников на обед. Заметив меня, женщина приблизилась и спросила:

– Ну что, профессор Филлипс, как успехи?

– Всё хорошо, – ответил я настороженно.

Но судя по её добродушной улыбке, она была занята на конференции и телевизор не смотрела. По крайней мере, меня по телевизору точно не видела, иначе не вела бы себя так спокойно.

– Вот и отлично, – кивнула работница библиотеки. – А мы собрались на обед в кафе, которое расположено через дорогу от нас. Если проголодались, то присоединяйтесь.

Она ещё раз улыбнулась и направилась к выходу. Немного подумав, я решил всё-таки принять её приглашение. Если сейчас броситься бежать, то это наверняка заметят другие люди, и мои действия покажутся им весьма подозрительными. И наоборот, слившись с толпой, будет гораздо легче скрыться. Поэтому я ещё немного повертел головой, высматривая убежавшую звонить миссис Брукс, и последовал к выходу за Сарой Дженкинс в компании остальных участников научной конференции.

За несколько часов моего пребывания в библиотеке на улице стало гораздо теплее. В бездонном голубом небе висел большой жёлтый диск, который ласкал третью от звезды планету длинными горячими лучами, согревая её в своих жарких любовных объятиях. К тому времени я уже знал, что эту звезду называют Солнцем, но долго любоваться им не смог, так как у меня заболели и стали слезиться глаза. Тогда я крепко зажмурился, и внезапно мне стало страшно, поскольку в глазах появились какие-то непонятные блики.

– Что, поймали солнечных зайчиков? – раздался вдруг рядом со мной знакомый голос. – Ну ничего, сейчас пройдёт.

Я открыл глаза и снова увидел Сару Дженкинс. А она между тем обвела взглядом собравшихся, которых в общей сложности было около тридцати человек, и громко сказала:

– Сейчас идём вон к тому светофору, переходим дорогу и заходим в кафе. Нас там уже ждут, столы заказаны. Прошу, следуйте за мной.

Она двинулась вперёд, и остальные потянулись за ней, в том числе и я. Несмотря на то, что в любую минуту к библиотеке могли подъехать агенты ФБР, а я нисколько не сомневался, что так оно и будет, прямо сейчас нельзя было убегать. Это могли увидеть другие участники конференции, а затем указать агентам, в каком направлении я скрылся. Гораздо лучше мне было зайти вместе со всеми в кафе, дождаться, когда они увлекутся приёмом пищи и перестанут обращать внимание на происходящее вокруг, и только тогда попытаться незаметно уйти. Поэтому я и шёл вместе с группой, стараясь держаться в самой гуще людей.

Мы подошли к дороге, по которой проносились автомобили, и остановились возле какого-то столба, который Сара Дженкинс, судя по всему, и называла светофором. На нём красным цветом горел фонарь. На противоположной стороне проезжей части стоял точно такой же столб, на котором тоже горел красный фонарь. Я не понимал, как они собрались переходить дорогу с проносящимися туда-сюда автомобилями, и с опаской поглядывал на библиотеку. Но там пока что всё было спокойно. Внезапно автомобили начали притормаживать, а затем и вовсе остановились. Почти сразу на столбах загорелись зелёные огни, и люди как по команде двинулись вперёд. Теперь мне стало понятно назначение светофоров. Но хоть я и впитывал в себя словно губка информацию об окружающем меня чужом мире, в данный момент я больше думал о том, как бы мне убежать подальше от этого места и при этом остаться незамеченным.

Вместе с группой я перешёл дорогу, а затем мы подошли к дверям кафе и стали по одному входить внутрь. Там нас уже встречала девушка, которая, судя по табличке на груди, являлась официанткой. Она проводила нас к свободным столикам и сказала:

– Пожалуйста, размещайтесь. Сейчас подадим обед.

С двух сторон от каждого столика стояли небольшие диваны, рассчитанные на двоих, то есть всего за столом могло с комфортом разместиться четыре человека. Собственно говоря, именно на столько персон и были сервированы заказанные для нас столы.

– Приятного всем аппетита! – громко произнесла Сара Дженкинс, и мы начали рассаживаться.

Мне досталось место возле окна, откуда открывался прекрасный вид на вход в библиотеку, расположенную с другой стороны дороги. Мысленно я даже обрадовался этому, поскольку не хотел пропустить момент прибытия агентов ФБР. Впрочем, пока что там было всё спокойно, и никто ещё не приехал на вызов миссис Брукс. Но я был абсолютно уверен, что приедут, причём довольно скоро.

Моими соседями по столу оказались двое мужчин и одна женщина.

– Я сейчас быка готов съесть, – произнёс сидящий напротив мужчина и, взглянув на меня, улыбнулся и зачем-то подмигнул одним глазом. – Или свинью. Да кого угодно, лишь бы в животе что-нибудь переваривалось.

Я тоже улыбнулся ему, поскольку уже понял, что у людей принято обмениваться улыбками в процессе беседы. Правда, к его словам я ничего не добавил, поскольку мне было абсолютно всё равно, что он положит себе в живот и что там будет со всем этим происходить. Меня сейчас занимали совсем другие мысли. Но это было только до того момента, пока я не услышал какой-то странный звук.

– О, да я сморю, Ваш живот согласен со мной, – рассмеялся всё тот же мужчина. – Надо же, урчит, как паровоз.

И тут я тоже ощутил чувство голода и подумал, что не ел уже довольно давно. Вернее, не ел фермер, но раз теперь это тело принадлежало мне, значит, я. А когда через минуту передо мной поставили тарелку с едой, источавшей восхитительный аромат, у меня потекли слюнки в прямом смысле этого слова, и я едва успел вытереть их рукой. Но этого вроде бы никто не заметил, поскольку каждый смотрел сейчас в свою тарелку.

– Как же я люблю бифштексы с жареным картофелем, – восторженно произнёс разговорчивый сосед. – Всем приятного аппетита.

Остальные что-то пробормотали в ответ и приступили к приёму пищи. И глядя на то, с каким нескрываемым удовольствием они запихивают в рот содержимое своих тарелок, я решил последовать их примеру. Правильнее даже будет сказать, что тело само решило за меня, а я и не сопротивлялся и с жадностью изголодавшегося зверя накинулся на еду.

– Ого! Да Вы, наверное, неделю ничего не ели? – удивился ещё один мой сосед, который сидел на одном диване со мной.

После этих слов я смутился и стал есть медленнее. Правда, еда оказалось настолько вкусной, что было совсем непросто сдерживать себя. Только недолго мне уготовано было наслаждаться первым на этой планете обедом. Я не съел и половины того, что находилось в моей тарелке, как вдруг услышал громкий свист и быстро посмотрел в окно. На улице возле входа в библиотеку я увидел большой чёрный автомобиль. А уже через секунду рядом с ним с таким же громким свистом остановились ещё два, которые отличались от первого. Помимо чёрного в их окраске присутствовал ещё и белый цвет, а также крупная надпись «Полиция».

В тот же миг вкусная еда, которая только что занимала почти все мои мысли, была позабыта, а вилка отложена в сторону, поскольку я понял, что приехали они по мою душу. А вскоре я убедился в этом, когда из чёрного автомобиля вышли агенты Джон Тёрнер и Фрэнк Донован. Едва только я увидел их, так сразу же напрягся и отклонился назад, чтобы меня не заметили с улицы, но не очень сильно, чтобы не привлекать внимания моих соседей по столу. А тем временем к библиотеке подъехали ещё несколько автомобилей с надписью «Полиция», и выскочившие оттуда люди, которых я мысленно окрестил полицейскими, поспешили к агентам. Немного подождав, когда все соберутся вокруг, агент Тёрнер начал что-то говорить, при этом активно жестикулируя. Судя по всему, он раздавал им команды, так как полицейские вскоре начали окружать здание. Сами же агенты, не медля ни секунды, бросились к центральному входу.

Наблюдая за этим зрелищем, я радовался тому, что вовремя покинул библиотеку, ведь если бы я остался внутри, то меня наверняка схватили бы. Правда, и в кафе задерживаться не стоило, поскольку оно могло стать их следующей целью. И я уже собрался было встать и отправиться на поиски запасного выхода, но тут увидел, что ведущая в библиотеку дверь распахнулась и оттуда выбежала миссис Брукс. Она принялась размахивать руками и что-то объяснять агентам. Но руками она размахивала не просто так, а указывала в сторону кафе, где я как раз в эту самую минуту и находился. Наверняка говорила им, что группа участников научной конференции отправилась сюда на обед, а в её составе и разыскиваемый особо опасный преступник, враг всего американского народа, следуя из переданной по телевизору информации. Агенты быстро развернулись и практически одновременно рванули к светофору.

В тот же миг я вскочил на ноги, намереваясь выйти из-за стола, но путь мне преградил мужчина, который сидел на диване рядом со мной. Конечно, он сделал это не специально, а всего лишь продолжал обедать, но поскольку моё место находилось возле окна, то чтобы мне выйти, прежде необходимо было выйти моему соседу. О чём я и попросил его в достаточно вежливой форме, несмотря на то, что время сейчас шло буквально на секунды. Но на мою просьбу он лишь махнул рукой и ответил с набитым ртом:

– Да куда Вы торопитесь? Я ещё не доел.

Вступать с ним в перепалку было совершенно некогда, поэтому я пошёл прямо на него и своим весом спихнул его с дивана, отчего он свалился на пол и вскрикнул. Разговоры сразу же смолкли и присутствующие стали смотреть в нашу сторону. Конечно, изначально я хотел уйти незаметно, но так уж сложились обстоятельства. Поэтому, не обращая внимания на остальных, я побежал к двери, откуда официантки приносили нам еду, думая о том, что смогу найти там запасной выход. Так и случилось. Пробежав через кухню, а затем через коридор, я увидел открытую дверь, выскочил в неё и оказался на улице.

Там я повернул направо и побежал что было сил, искренне надеясь на то, что агенты задержатся в кафе, и я смогу скрыться. Добравшись до какого-то здания, я свернул за угол и побежал дальше. Теперь моей целью был следующий поворот, и я не сомневался, что если мне удастся остаться незамеченным до него, то агентам меня уже наверняка не найти. Но не тут-то было. Прежде чем свернуть, я обернулся и увидел позади себя бегущих агентов, и в отличие от меня, они передвигались стремительно. Я же, наоборот, с большим трудом заставлял бежать откормленное тело фермера Боба Сандерса, и, судя по всему, у меня не было ни единого шанса скрыться от них.

Необходимо было срочно что-нибудь придумать, но я знал, что в данной ситуации любая придумка не принесёт совершенно никакого результата. Но всё-таки я ещё на что-то надеялся, возможно, на чудо, и когда увидел сбоку от себя тёмную подворотню, то незамедлительно свернул в неё, повинуясь какому-то внезапному порыву.

На этот раз я оказался во внутреннем дворе, окружённом со всех сторон домами. Вернее, почти со всех. Впереди я заметил второй выезд и бросился к нему. Но когда я начал огибать небольшое кирпичное строение, то внезапно наткнулся на два автомобиля, возле которых стояли люди. Всего их было, наверное, человек восемь или чуть больше, но для меня встреча с ними оказалась такой неожиданной, что я даже не смог сосчитать их. Вероятно, они тоже не ожидали здесь кого-нибудь встретить, и когда прямо на них выскочил запыхавшийся от быстрого бега толстяк, все их разговоры моментально стихли. Было видно, что они сильно напряглись и некоторые из них даже дёрнулись к автомобилям, но заметив, что я один, остановились. Я тоже остановился. Мне надо было пробежать мимо этих людей, чтобы покинуть подворотню через второй выезд, но их грозный вид вызвал во мне чувство тревоги, и я на какое-то время оцепенел.

Внезапно позади себя я услышал звуки шагов, которые в тишине двора гулким эхом отражались от стен домов. Я быстро обернулся и в следующий миг увидел, как из-за строения выскочили преследовавшие меня агенты ФБР. Они тут же выхватили пистолеты, направили их на меня и чуть ли не хором закричали:

– Стоять на месте! Не двигаться!

А я и не двигался, поскольку моё оцепенение пока ещё так и не прошло, что нельзя было сказать о тех людях, которые находились возле автомобилей. Не менее пяти из них выхватили свои пистолеты и направили их на агентов.

– ФБР! – быстро произнёс Джон Тёрнер, понимая, что ситуация складывается не в их с напарником пользу. – Нам нужен только этот человек! Он опасный преступник, враг государства и всего американского народа!

– Точно! – услышал я восклицание одного из мужчин. – А я смотрю, лицо какое-то знакомое. Ведь его же недавно по телевизору показывали. Тот самый фермер, на чей дом упала летающая тарелка.

Я снова посмотрел в их сторону и увидел, что это говорил человек с чёрной повязкой на глазу.

– Учебный летательный аппарат, – поправил его агент Донован.

– Мне-то можешь эти сказки не рассказывать, – усмехнулся мужчина с повязкой.

Он медленно опустил пистолет вниз, и остальные последовали его примеру. Затем он обвёл взглядом агентов, меня и спросил:

– Помочь?

– Спасибо, не нужно, – ответил Тёрнер. – Мы и сами справимся.

Они с напарником даже немного расслабились, тоже чуть опустили свои пистолеты, и уже не целясь в меня, начали медленно приближаться. А я посмотрел на того человека с чёрной повязкой на глазу. Внезапно он подмигнул мне вторым глазом, и я вдруг понял, что когда он спрашивал о том, надо ли помочь, он обращался не к ним, а ко мне. И вскоре это подтвердилось. В следующий миг он молниеносно поднял руку с пистолетом и выстрелил сначала в агента Донована, попав ему прямо в голову, а затем два раза в Тёрнера: в плечо и в шею.

Сначала время для меня как будто замерло, но едва я услышал с улицы, откуда недавно прибежал, громкие завывающие звуки, то сразу очнулся.

– Полиция! – раздался чей-то голос. – Уходим!

Человек с повязкой подбежал ко мне, схватил за руку и быстро сказал:

– Ты поедешь с нами!

И вскоре я уже сидел в одном из автомобилей вместе с этими людьми.

– А ведь второй агент жив! – крикнул кто-то из них. – Смотрите, шевелится!

Я выглянул в окно и увидел Фрэнка Донована, который лежал без движения с простреленной головой. Рядом с ним обессиленный Джон Тёрнер пытался зажать рану на шее, но кровь из неё всё равно лилась ручьём.

– Он по-любому не жилец, – отозвался человек с повязкой, который, судя по всему, был у них за главного. – Поехали, сейчас сюда нагрянет полиция.

Автомобили тут же рванули с места, выехали из переулка на улицу через второй выезд и разъехались в разные стороны.

Глава 6

– Куда мы сейчас? – спросил напряжённым голосом водитель. – Обратно к нам в ангар?

– Нет, туда пока что лучше не соваться, – ответил ему человек с чёрной повязкой на глазу. – Ещё чего доброго с обыском нагрянут. Наверняка весь город на уши поднимут. Так что не будем рисковать и поедем сразу на ферму. Нам надо какое-то время отсидеться и посмотреть, что будет. Как-никак двух агентов ФБР убили, дело серьёзное.

Услышав, куда меня собираются везти, я замер и почувствовал внутри себя пронизывающий холод. Да и было из-за чего. Во время моего первого знакомства с фермой наш космический корабль разбился, весь экипаж погиб, а сам я оказался в теле фермера без каких-либо надежд на то, что всё можно вернуть обратно. И вот теперь история повторялась, и уже другая ферма раскрыла передо мной свои жуткие объятия, и непонятно, чего от них можно было ожидать. Да ещё и эти странные люди, которые появились неизвестно откуда на моём пути. С одной стороны, конечно, они вроде как были моими спасителями, но меня не покидало ощущение, что от них исходит какая-то скрытая угроза, и в их присутствии я никак не мог избавиться от тревожного чувства.

Некоторое время человек с повязкой вертел головой и смотрел по сторонам. Наверное, хотел узнать, не гонится ли за нами кто-нибудь. И только лишь убедившись, что погони нет, он взглянул на меня. А поскольку этот человек сидел рядом со мной, я смог его хорошо рассмотреть. Чёрная повязка придавала ему довольно угрожающий вид. Вероятно, что-то произошло с его глазом, вот он теперь и прикрывал его. Но и одного открытого глаза вполне хватило, чтобы понять, что этому человеку присущи смелость и чувство справедливости, которые в то же время тесно переплетались с жестокостью. Наверняка он мог быть одинаково беспощаден к своим врагам и благороден по отношению к друзьям. Что касается остальных мужчин, то на их счёт мне нечего было сказать, но у меня сложилось такое впечатление, что они чем-то похожи на него.

– Меня зовут Майк, – назвал мне своё имя мужчина с повязкой.

А потом он повёл себя довольно странным образом – протянул вперёд руку с прямой ладонью. Я удивлённо уставился на неё, не понимая, чего он от меня хочет.

– Да ты не бойся, мы тебе не враги, – произнёс Майк успокаивающим тоном. – Напомни, как тебя зовут?

Но я продолжал смотреть на его руку. Интересно, что этот жест означает? Что я должен сделать? Вероятно, повторить движения человека с чёрной повязкой. Наверное, это как с улыбкой, когда люди взаимно улыбаются друг другу в процессе разговора.

– Боб Сандерс, – ответил я и тоже протянул руку вперёд.

Тот схватил мою ладонь, крепко стиснул её, зачем-то потряс вверх-вниз, а затем отпустил.

– Так вот, Боб, – продолжил Майк. – Как я тебе и сказал, нас ты можешь не бояться. Все мы из мафии, а она всегда встаёт на защиту тех, кого обижают, особенно когда обидчиками выступают наши враги – полицейские и фэбээровцы. Сейчас уже не так важно, что на самом деле упало на твой дом и разрушило его – настоящая летающая тарелка внеземного происхождения или действительно учебный летательный аппарат с испытательного военного полигона. Главное, что они теперь от тебя не отстанут, поскольку им не нужен лишний свидетель. Причём не просто свидетель, а тот, у кого мечтают взять интервью все телеканалы, радиостанции, газеты и журналы нашей страны, а может и всего мира. Ведь ты, по сути, можешь наговорить всё что угодно, и люди поверят тебе, так как ты, повторюсь, являешься единственным свидетелем этого загадочного происшествия. Люди ещё тайну «Розуэлльского инцидента» не раскрыли, а тут ещё один похожий случай свалился на их голову прямо с неба. Так что на свидетеля, то есть на тебя, теперь будут охотиться и ФБР, и журналисты, да и все кому не лень.

Некоторое время я задумчиво смотрел на него, пытаясь понять, как реагировать на его слова. Вроде бы он не был похож на врага, так что, возможно, имело смысл попробовать вступить с ним в контакт. Поэтому, взвесив все за и против, я произнёс:

– Но зачем вам это нужно? Для чего понадобилось спасать меня от агентов ФБР? Просто отдали бы им меня, и никаких проблем. Сейчас бы не пришлось ехать куда-то и бояться преследования.

– Это противоречит нашим правилам, – покачал головой Майк. – Дело в том, что враг нашего врага – наш друг, и мы ни за что не доставим правительству такого удовольствия избавиться от тебя. Можешь больше ни о чём не беспокоиться, всё будет хорошо. Сейчас отвезём тебя на ферму к дону Романо. Это глава нашей семьи – человек справедливый и рассудительный, у которого есть свои принципы и твёрдые убеждения. Он никогда не даст в обиду слабого и обязательно тебе поможет. Так что считай, что теперь твоя жизнь изменится. Да, старая ферма разрушена, но зато ты будешь жить, а это самое главное. Не уверен, конечно, что в этой стране. Там уж как дон решит.

После того как Майк произнёс эту речь, он отвернулся от меня и начал о чём-то тихонько переговариваться с одним из пассажиров автомобиля, так что дальше мы ехали практически в тишине. Его слова заставили меня задуматься. Скорее всего, встреча с этими людьми оказалась для меня самым лучшим вариантов из всех возможных. Человек с повязкой на глазу что-то говорил о том, что мне придётся покинуть страну. Это слово было мне знакомо. Судя по той информации, которую мне удалось почерпнуть из библиотечных книг и газет, находился я в настоящее время в Соединённых Штатах Америки, а мне необходимо было попасть в Тибет – труднодоступный горный район за океаном в стране под названием «Китай». Так что помощь мафии – так, вероятно, называлась какая-то организация, в которой они состояли – была очень кстати. Оставалось только дождаться встречи с их главным человеком и договориться с ним о том, чтобы они помогли мне добраться до Тибета.

А тем временем мы выехали из города, и вместо высоких домов теперь за окнами проносились поля, леса, какие-то небольшие постройки. Я хотел спросить, долго ли ехать до нашей фермы, точнее, до фермы дона Романо, но пока пытался сообразить, как лучше сформулировать свой вопрос, Майк опередил меня и дал на него ответ:

– На месте мы будем приблизительно через час.

Я кивнул, и тут мне стало интересно, куда же подевался второй автомобиль? Только с этим вопросом я уже не тянул и сразу же задал его.

– А это не наш, – ответил Майк после некоторой паузы, словно раздумывал, говорить мне что-нибудь или нет. – Мы с теми людьми обменивались товаром.

Мне показалось, что вид его сделался несколько задумчивым. Какое-то время он молчал, а затем обратился к водителю:

– Слушай-ка, Харви, опасно оставлять этот автомобиль на ферме. Вполне допускаю, что какой-нибудь любопытный прохожий мог видеть, как мы выезжали из подворотни, и запомнить номер. Ты вот что, как высадишь нас на ферме, отгони-ка его куда-нибудь подальше, а лучше всего в соседний штат, и там избавься от него по-тихому. До фермы потом доберёшься на попутках. Понял?

Водитель ничего не ответил, а только лишь кивнул, не отводя своего собранного внимательного взгляда от лобового стекла, за которым быстрой конвейерной лентой убегало под колёса автомобиля ровное, но то и дело петляющее дорожное полотно. А вскоре мы свернули куда-то в поле, и позади нас поднялось облако пыли. Затем мы въехали в лес, и когда он закончился, дорогу нам преградил высокий забор. Харви остановил автомобиль перед воротами и надавил рукой на середину руля. Я услышал громкий звуковой сигнал, и почти сразу массивные ворота начали открываться. Как оказалось, это двое охранников с автоматами, держась каждый за свою створку, открывали их. И когда путь был свободен, мы продолжили движение.

Территория за этим забором была невероятно огромных размеров. У меня даже язык не поворачивался назвать это фермой, по крайней мере, как я себе её представлял. Скорее это было похоже на поместье, и пока мы ехали, я с интересом разглядывал всё вокруг. Первым я отметил для себя тот факт, что дон Романо хорошо заботится о своей собственной безопасности. Я насчитал не менее десяти охранников, причём только в пределах видимости по периметру забора. На самой территории их было ещё больше. Все они были вооружены, а некоторые из них держали на привязи каких-то четвероногих животных. Также кругом располагалось множество различных построек.

Но затем всё моё внимание привлёк к себе огромный, я бы даже сказал величественный дом, который виднелся вдали. И по мере нашего приближения к нему он становился ещё больше. Рядом с ним было припарковано около десятка автомобилей, да и охранников было немало. Вскоре наш автомобиль тоже остановился возле него, и все мы вышли на улицу.

– Вот и ферма дона Романо, – улыбнулся Майк, показывая рукой на дом. – Как тебе?

Судя по его довольному лицу, он очень гордился этим строением и окружавшей его территорией. Я догадался, что он хочет увидеть от меня восторженную реакцию и услышать какие-нибудь слова одобрения, поэтому произнёс:

– Да, очень красиво! Здесь всё такое огромное!

– Ещё бы, – улыбка Майка стала ещё шире, и он засветился, словно начищенный до блеска чайник.

Но потом он вновь принял деловой вид, повернулся и сказал:

– Харви, открой багажник.

Водитель приблизился и открыл крышку. Тут же подошли остальные пассажиры, достали из багажника каждый по большому чемодану и направились к дому. И как только они скрылись за дверью, я спросил:

– А что это они унесли?

Конечно, мне не следовало совать нос в чужие дела, но любопытство взяло верх. Я хотел добавить, что это, впрочем, меня совершенно не касается, но Майк всё же ответил:

– Мы получили это за наш товар там, в переулке, перед тем как ты прибежал к нам.

Затем он повернулся к водителю и сказал:

– Ну всё, Харви, поезжай. Действуй, как мы и договаривались. Отгони этот автомобиль как можно дальше, чтобы мы могли в случае чего заявить об угоне.

– Сделаем, – ответил тот, а после сел за руль, завёл двигатель и поехал в обратную от дома сторону по направлению к воротам.

Проводив его взглядом, мы пошли к дому вслед за остальными пассажирами, которые скрылись там минуту назад.

– Главное, не дрожи от страха, дон Романо этого не любит, – начал инструктировать меня Майк.

Мы вошли внутрь и оказались в просторном помещении. Человек с чёрной повязкой пошёл прямо по коридору, и я старался не отставать от него.

– И вообще, веди себя естественно и говори всё, как было на самом деле. Не вздумай врать. Если босс уличит тебя во лжи, то не станет с тобой церемониться, а сразу застрелит.

Майк произнёс эти слова с такой обыденностью, что мне стало даже немного не по себе. Но с другой стороны, мне особо и нечего было скрывать. Разве что кроме моего внеземного происхождения. И тогда я постарался мысленно собраться и сосредоточиться, поскольку мне не хотелось закончить свою жизнь, как те агенты ФБР, которых расстреляли в подворотне.

Миновав пару поворотов, мы остановились у большой двери, возле которой находился на своём посту охранник. В первый миг при виде Майка он вытянулся, выпрямил плечи и приветственно кивнул. Затем он посмотрел на меня, и во взгляде у него я прочитал ярко выраженный интерес. Ещё бы, наверняка стоял и гадал, что это ещё за толстяка к ним занесло.

– Босс у себя? – спросил у охранника Майк.

– У себя, – ответил тот. – Недавно пил чай, сейчас отдыхает.

– Хорошо. У нас к нему срочное дело.

Майк постучал в дверь, чуть приоткрыл её и спросил:

– Дон Романо, Вы не заняты? Можно войти?

Ответа я не услышал, но, судя по всему, войти нам разрешили. Скорее всего, просто кивком головы или каким-нибудь жестом.

– Иди за мной, – шепнул мне Майк и открыл дверь, а когда мы оказались внутри, снова закрыл её.

Моему взору предстала довольно просторная комната, в которой царил полумрак. Пожалуй, только пламя из камина её и освещало, да ещё с десяток горящих свечей, установленных в паре больших разветвлённых подсвечников, которые стояли возле правой и левой стены. У стола, размещённого неподалёку от камина, в кресле боком к нам сидел человек. Правда, кресло это было какое-то странное, с большими колёсами. Наверное, для того, чтобы можно было перекатывать его с места на место. По всей видимости, это и был дон Романо. И поскольку свет от пламени из камина падал как раз на лицо, я смог хорошо рассмотреть его. Волосы у него были белого цвета, а кожа морщинистая. У обитателей Тарнериуса, когда они начинали стареть, кожный покров подвергался точно таким же изменениям, из чего я сделал вывод, что ему уже довольно много лет. Хотя взгляд у него был достаточно острый и умный, но в то же время настороженный. Несмотря на то, что этот человек сидел боком, голова его была немного повёрнута, и он наблюдал за нами. Наконец, после минутного молчания он спросил:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.