Майарана Мистеру
Проклятые души

ПРОЛОГ

Я всегда знала, что близость смерти страшна. Так страшна, что волосы на голове премерзко шевелятся, а нутро замирает от ужаса. В моей голове отчаянно билась мысль, что очень хочется жить, а не бродить по городу свежим умертвием, в поисках живой пищи, как все те несчастные, которых по разным причинам не смогли или ещё не успели упокоить.

Глядя сквозь хрупкое стекло в призрачно-голубые глаза, подёрнутые багровой пеленой, я словно загнанный зверь искала выход из ситуации и не находила его. Все моё существо требовало немедленно броситься прочь и затаиться. Но я не видела путей к отступлению. Что я вообще могла сделать, будучи хрупкой ведьмой, не имеющей никаких силовых способностей?

Ничего.

У такой, как я нет шансов на спасение от этого смертоносного существа. Он один способен противостоять сильнейшим магам империи, не говоря уже обо мне. Я просто букашка, невольно привлекшая внимание, именно это читалось в его взгляде, когда он шел за мной.

В попытке скрыться от чудовища, я укрылась в магазине, захлопнув тяжелую железную дверь, что не выстоит против него и секунды. Вот только он не спешил входить, рассматривая меня сквозь хрупкое стекло витрины, выражая тем самым всю абсурдность ситуации. Казалось, он насмехается над моей никчемной попыткой сбежать, но в то же время, было в его поведении нечто странное. Это странное заставляло меня оставаться на месте и вглядываться в призрачно-голубые глаза. Его лицо скрывала клубящаяся тьма, голову покрывал капюшон чёрной призрачной мантии. Нет, она не была прозрачной, просто от неё исходило бледное подрагивающее сияние цвета его глаз. Высокий, широкоплечий, видно, что воин. Мне такого не побороть никогда.

Он отстранился, посмотрел на свою руку и медленно приложил её к стеклу на уровне моей грудной клетки, и его ладонь, облачённая в разорванную чёрную перчатку, замерцала тьмой. Я с замиранием сердца смотрела на его действия ожидая, что сейчас он атакует и с ужасом осознала, что принимаю смерть, без попытки бороться. Да и зачем оттягивать неизбежное?

Я не знала об отреченцах ничего, лишь только что они очень сильны и мне с ними не тягаться. Еще в детстве, будучи совсем маленькой, меня очень часто пугали страшилками об этих существах. По каким-то версиям – это люди, щедро наделенные магическим потенциалом, ненавидящие все другие расы. По другим – мертвые маги, ищущие пищу, которая способна восстановить их утраченные силы. Но в обоих случаях, отреченцы вытягивают души своих жертв и поглощают их. А после такой процедуры от убиенного остается лишь оболочка с рефлексами и животными инстинктами, бродящая в поисках плоти.

Я перевела взгляд на него и была готова поклясться, что он хмурится чего-то не понимая, хотя явных признаков моей догадки не было. Может это шанс? Может это стекло зачаровано? Мрак, ну конечно! Витрина без заклинаний, это как паутина в дверном проёме. Я резко обернулась в поисках заветной двери в подсобку, может здесь ещё один выход? Оглядев деревянные стеллажи с книгами и прилавок, я увидела неприметную дверь, рванула меж стеллажей и уже почти скрылась от призрачных глаз, как мне в спину прозвучало:

– Аракэно ун ин тавирра! – хриплый, почти рычащий голос моего нового знакомого заставил меня остановится. И вовсе не потому, что я испугалась. Меня буквально парализовало. Было невероятно трудно пошевелится, но тем не менее я медленно пошевелила рукой. Обездвиживающее заклинание! Проклятье! Ну почему я такая немощная?!

Затем я услышала разряд выпущенной магии и треск разбитого стекла. Зачарованное стекло, да? Тихие, почти неслышные шаги приближающегося мага-отреченца, и насмешливый хриплый голос, который, как я поняла, был магически изменён.

– Ведьмочка. – Он обошел меня, что взглянуть в глаза и предвкушающе произнести. – Сладкая. Вку-у-у-усная.

Меня бы передёрнуло, если бы не одно обездвиживающее обстоятельство, а так я просто смотрела в холод голубых огоньков, именуемых глазами и тихо сходила с ума от страха за свою жизнь.

Не знаю, как, но я нашла в себе силы и сквозь пелену слез, словно слепая начала шептать то, единственное на что никогда бы не решилась в любой другой ситуации.

– Смотри на меня… – Я вплела поток силы в эту фразу. Он склонился чуть ниже, а я, прилагая неимоверное усилие начала вкладывать всю энергию в заклинание.

Во тьме идущей не увидишь света.

Покуда боль моя… Тобою… – в груди нестерпимо жжёт, голос срывается, но нужно продолжать, пока он не может отвести глаз. Это могло сработать, я надеялась, что сработает.

Не будет в вечности воспета… – С неимоверным трудом вытянула руку, как того требовал обряд, ладонью прикоснулась к его лицу. На моё удивление, под тьмой была обычная тёплая кожа.

Не принесёт тебе…

Удовольствие ни еда, ни чужая… Душа.

Смотри на меня.

Ты на веке раб мой.

Душа моя, ты жизнь к моим ногам положишь,

И новую не отольёшь

Пока в моей душе, себя не обретёшь.

Да будет так! – Толчок энергии в замок, чтобы закрыть заклинание. Не смогла подавить вскрик от боли в груди.

Это проклятие, связующее две души, запрещённое, кстати. Но кто меня в этом обвинит, это же отреченец. Если бы не знала, что смерть близка, никогда бы его не использовала, ведь оно бинарное. Не хватало ещё страдать от любви к чудовищу.

Я мстительно улыбнулась ему, осознавая, что он будет загибаться от тоски очень медленно.

Именно в этот момент я почувствовала, как его рука сжимает моё бьющееся сердце, но я успела.

Говорят, проклятие умирающего в тысячу раз сильнее обычного. Боль утраты любимого человека ощущается острее в миллиарды раз, если убиваешь его собственными руками. А тоска, разъедающая душу будет гнать тебя в неведомые дали и сводить с ума день за днем…

Жаль я этого никогда не узнаю. Почувствовав нестерпимую боль, я провалилась во тьму, из которой на меня все ещё взирали призрачно-голубые глаза.

Глава 1

Серое марево тумана расступалось под босыми ногами. Промозглая земля не доставляет неудобств. Мне вообще было вполне комфортно, хотя ночью в лесу, в одной сорочке это казалось очень странным. Вокруг ни души, ни одного постороннего звука. Только собственное воображение рисовало монстров, выглядывающих из-за мёртвых деревьев. Но вокруг был лишь почерневший лес и туман.

Я даже не знаю сколько я здесь уже брожу. Ощущение, что была здесь всегда. Как сюда попала? Откуда пришла? Кто я вообще? Мозг отказывался предоставлять такую информацию, намекая что тут и думать не о чем. Чувствую себя куклой, которую ведёт неведомая сила. Безжизненная, бесформенная, отчуждённая.

Впереди виднелось дерево. Я бы прошла мимо, но на фоне остальных оно показалось мне странным, на нём была листва и еле заметные зелёные блики. Уже подойдя ближе, я разглядела сияющие песочные часы. Их было много, словно плоды на яблоне они свисали и манили, но не в гастрономическом смысле. Шелест листвы и я успеваю подхватить светящуюся колбу с песчинками, которые искрятся и вспыхивают.

– Ну и что это? – Я постучала пальцем по стеклу, сама, не понимая зачем, со вздохом стиснула часы и отправилась дальше. Меня все ещё что-то тянуло.

Ноги уже утопали в холодной грязи, но мне было все равно. Было плевать даже, когда я постоянно спотыкалась о корни деревьев, когда ветви кустов с завидным постоянством расцарапывали кожу, а острые как стекло камни впивалась в ступни. Но вот вдали я заметила яркий свет и уже побежала к нему, не обращая внимания на боль. Может там есть люди? И меня наконец спасут?

Мои ожидания не оправдались, впереди был лишь холодный свет какого-то портала, природу которого я не узнала, да это и не имело значения. Возможно, он отправит меня к живым существам. Я шагнула в портал и потонула в яркой вспышке.

***

Сознание едва ли ворочалось, окутанное холодной тьмой. Не знаю сколько времени прошло, прежде чем я сумела разлепить глаза и ощутить себя живой, но это случилось в момент, когда совсем близко я услышала надвигающийся шум. А точнее тихие шаги и звук горящего пламени.

– Эй… – Раздалось тихим басом надо мной.

Я со скрипом приподнялась на локтях, проклиная всё и вся в эту секунду, потому что чувствовала себя ржавой «раскривушкой». Щурясь от света факела, что держал перед собой мужчина, я не сразу сумела разглядеть его мягкое лицо.

– Дела-а-а… – Удивлённо протянул он.

– Где я? – в горле пересохло и голос был каким-то хриплым и сдавленным. – Кто Вы?

Мужчина приблизился и присел на корточки, теперь я смогла разглядеть его более детально. Тёмные короткие волосы, пряди которых выбивались из опрятно зачёсанных волос. Мягкие карие глаза, блестящие в свете факела и пухлые губы, растянутые в слабой улыбке.

– Здрасте, потерянная. – Выдал он. – Не думал, что к нам ещё придут вам подобные.

Я только и смогла, что глазами хлопнуть, не понимая, о чем говорит этот человек.

– Кто?

Но он ничего не ответил. Вместо этого, рывком подхватил на руки, бросив факел на землю и зашагал по тропе. Я даже не знала благодарить его или возмущаться, когда всё моё тело прострелило болью. Мышцы чуть ли не взвыли от бессилия, но я точно понимала, что сама бы и встать не смогла, не то что куда-то идти.

– Куда Вы меня несете?

Меня удостоили снисходительным взглядом и даже ответили, имитируя голос сказочников, просвещающих нерадивых детишек, вплетая в свои истории немного интриги.

– Вы на территории Магической академии Дартелаза. По законам нашего королевства, потерянные обязаны оставаться в академии, пока не пройдут обучение в ней.

– Вы шутите? Какие потерянные? – Я во все глаза уставилась на мужчину, держащего меня на руках, хотя в ночи его лицо было практически неразличимым. – Это же смахивает на бред.

– А Вы хоть помните своё имя? – Задал он совершенно неожиданный вопрос.

– Да, конечно, помню, как я могу забыть собственное… – и осеклась. – имя…

Это что получается? У меня амнезия? Напрягла память, в попытке привлечь последние вспоминания, но всё что вспомнила это поход через черный лес, песочные часы и портал, после которого очутилась здесь.

– Меня зовут Дархарз. Я страж этой академии.

Он пронёс меня за ворота и моему взору предстал замок с пятью высокими башнями, освященными светом луны. Все строение было отдельно белой лепниной и обвито плющом. В окнах горел приглушённый свет, а перед зданием была огромных размеров аллея с выложенными камнем дорожками и лавочками. В центре стоял красивый фонтан со статуей мага в мантии, который держал над собой огромный огненный шар.

Глаза, привыкшие к темноте, желая рассмотреть все, что доступно взору, совершили попытку разбежаться в разные стороны.

– Вам здесь понравится, правда не советую связываться с отреченцами, у них, знаете ли, юмор очень специфичный. – он внёс меня в высокие двери и зашагал направо по широкому коридору – Сейчас в академии безопаснее всего, так что волноваться не о чем.

– Отреченцы… – на ум пришло что-то страшное и опасное. Что-то отчего немедленно нужно бежать и прятаться, трепеща всем телом от ужаса.

– О, это целая раса. – Протянул Дархарз. – Они могут выпить душу любого из нас, что, собственно, и отличает их от любого другого мага. С ними никто и не связывается. Себе дороже.

– И они здесь? – не поверила я.

– Да, седьмое королевство, является нейтральной территорией между империей отроков и сумеречный империи. Мы, так сказать, неприкосновенны. Но эта академия, по приказу его величества, обучает все три стороны. Здесь находятся самые сильные маги со всего мира, никто не вправе отказаться от обучения.

– Почему мне нельзя отказаться?

Страж вымучено вздохнул.

– Вам все объясняет чуть позже.

Перед нами распахнулась дверь и меня внесли в кабинет, где за широким письменным столом восседал седой старичок. Он удивлённо взглянул на нас, после чего меня поставили на ноги. Под прицелом внимательного взгляда я невольно смутилась.

– Здравствуйте. – прошептала я, одёргивая сорочку.

Старичок поднялся со стула упёршись руками о стол и перевёл взгляд с меня на Дархарза

– И как это понимать? – поинтересовался заместитель ректора магической академии.

Дархарз развёл руками.

– При обходе территории заметил вспышку яркого света, придя на место обнаружил девушку.

– Не может быть! – удивился старик, чьи брови взлетели вверх – Портал мёртвых уже лет пятьдесят не открывался. – он нервно почесал затылок и обойдя стол с изумлением оглядел меня снова. – Ну да, точно одежда потерянных… Вы что-нибудь помните?

Я закусила губу и нервно схватилась за сорочку.

– Только то, как бродила по лесу. – Я намеренно умолчала о песочных часах, боясь, что меня сочтут за сумасшедшую, хотя, судя по их заявлениям, сумасшедшие здесь они. – А потом яркий свет и портал. Очнулась уже здесь.

Старик покивал, с видом того, что все так и должно было быть.

– Дархарз, отведи девушку к главному коменданту, пусть определит вид магии и устроит её, как адепта академии. – и уже мне. – Завтра встретитесь с ректором, боюсь он не простит мне за упущение такого яркого события. И сам Вам все объяснит.

– Забвенных снов, уважаемый заместитель ректора. – попрощалась я, с какого-то перепугу вспомнив о правилах приличия.

Старик улыбнулся.

– Всё-таки сумеречная империя, одной загадкой на нашу голову меньше – задумчиво произнёс он. – В стенах академии меня зовут профессор Дигер. И Вам добрых снов, адептка.

Дархарз бесцеремонно вытолкал меня из кабинета, закрывая за собой дверь. На мой вопрошающий взгляд вздохнул.

– В нашем королевстве желают добра – правильно понял мой взгляд Дархарз. – У отреченцев желают душ и всего, что с ними связано. И только в сумеречный империи желают мрака, трупов, забвения, тьмы, и всего в этом роде. Так он тебя и вычислил. Хоть ты ничего и не помнишь, но твоё сознание продолжает жить так же, как и раньше.

До главного коменданта мы шли не долго, но за это время я немного успела рассмотреть замок изнутри. Широкие коридоры с красными ковровыми дорожками, белые стены, высокие сводчатые потолки, огромные окна с тяжёлыми красными шторами и море кабинетов с дубовыми дверьми. Не передаваемая сказочность, на которую не способен мой забывчивый мозг. Поскольку был вечер, коридоры освещались магическими огоньками. Туда-сюда сновали адепты в форме академии. Девушки в мантиях поверх белых блузок и чёрных юбок, парни тоже в белых рубашках и чёрных брюках под мантиями. Все с огромным интересом рассматривали мою сорочку, благо она очень плотная и открытыми оставались лишь лодыжки, но мне все равно было стыдно. Щёки так и пылали.

Я насчитала пять цветов мантий, а это значило что в академии как минимум пять факультетов. Интересно, отреченцы тоже в цветных мантиях ходят? Невольно поёжилась от того, что могу и не узнать сие жуткое создание в мантии академии.

Мы завернули за угол в конце очередного коридора и вошли в какой-то кабинет, на дверях была табличка с именем, но я не успела её разглядеть. Кабинет не отличался исключительностью, белые стены, высокий потолок, шкаф с папками, стол из красного дуба. Разве что в углу стояла какая-то статуэтка в виде дракона с длинным туловищем, больше напоминающая змею. У окна стояла женщина лет тридцати с тёмными кудрями до плеч и ярко-синими глазами. Безразлично так стояла.

– Роза, это новый адепт – женщина повернулась и скользнула по мне таким же безразличным взглядом – приказ заместителя, определить факультатив и устроить, как положено.

Она вымучено вздохнула.

– Как же вовремя. Ты где её нашёл? – спросила она, когда обратила внимание на мой внешний вид.

– За забором – Невозмутимо ответил страж, вгоняя меня в краску ещё больше. – Принимай и я на пост. – Голос Дархарза звучал как-то… Надтреснуто что ли?

Мне показалось или между этими двумя что-то происходит?

Роза покачала головой и кивком указала мне на статуэтку.

– Приложи ладонь и произнеси: "Акварэ эха"

Молча подошла к дракону, приложила ладонь и произнесла заветные слова. Скульптура вспыхнула и над ней образовалось пять эмблем разных цветов, резво крутанулись над головой дракона и сложились в голубую звезду. Снова вспышка и во рту дракона что-то звякнуло. Я повернула голову и увидела два потрясённый лица с открытыми ртами.

– Что-то не так? – моя бровь в преддверии худшего поползла вверх.

Первым опомнился Дархарз. Он сморгнул и перевёл взгляд на Розу.

– Ты же не станешь этого делать?

Роза тоже пришла в себя и прошипела.

– А у меня есть выбор? Правила они для всех, Дархарз! – и уже мне. – Жди здесь, сейчас принесу все необходимое.

Я повернулась к стражу и требовательно спросила:

– То есть меня проигнорировали?! – на что он лишь покачал головой. А на лице промелькнуло сочувствие, которое мне было совершенно непонятным.

Через несколько долгих минут Роза вернулась и протянула мне стопку мужской одежды, следом женские кожаные сапоги. Комплект был слишком большого размера, мне можно было в нём утонуть, но коменданту, видимо, было плевать на мои проблемы.

– И как я, по-вашему, должна это носить? – я многозначительно уставилась на форму.

Роза нервно фыркнула и всучила мне вещи, определенно забив на моё мнение.

– Уж извини, среди отреченцев не бывает женщин, а форма прописана правилами факультета. Единственное, у нас нет таких мантий, какие они носят. Оденешь форму, и она сядет, как надо. Обувь с другого факультета, но тебе можно.

– Среди отреченцев? – зависла я.

Нет, должно быть я что-то не так поняла, ну не может же в самом деле это быть правдой…

– Помести её на другой факультет, они её убьют! – вмешался страж.

Или может?

Роза сверкнула глазами в его сторону.

– Да из неё магия плещет, как из фонтана, ещё не известно кому больше достанется.

– Мне кто-нибудь объяснит, что происходит?! – встряла я. – или я так и буду, как баран стоять?

Оба повернулись в мою сторону и вздохнули. Синхронно.

– У тебя переполнены все пять резервов магии. – начал Дархарз. – но дело в том, что так бывает только у отреченцев в силу их особенности. Они изучают все факультативы по определённой программе. Вместо положенных четырёх лет… Шесть.

– Из тебя сейчас магия через край плещет – продолжила роза. – для отреченцев это особой опасности не представляет, а вот для других магов даже очень. Поэтому ты будешь жить в их общежитии.

В эту минуту моя душа задрожала от ужаса. Стремительно наваливающиеся события, грозили похоронить меня под лавиной. Лавиной собственного страха.

– Но как же..? Меня к отреченцам..?

– Я искренне сочувствую… – Вот только сочувствия в её взгляде не было ни единого грама! Она протянула руку к дракону и вытащила из его пасти серебряный браслет – Возьми. Это артефакт адепта академии, у каждого свой. Это позволяет нам контролировать его состояние и всегда знать где он находится. На нем охранное заклинание.

Все. Приехали, мать вашу во мраке…

Глава 2

По пути к общежитию Роза рассказала мне об особенностях академии. Так, например, я узнала, что пять огромных башен – это общежития факультетов. Все они стоят по кругу замка, в котором проходит обучение студентов. В общежития не попасть в неположенное время без допуска, который установлен в браслетах, но можно прийти по приглашению самих жильцов в часы посещения. Всего имеется шесть факультетов: Некромантия – фиолетовые мантии, целительство – жёлтые мантии, природоведение – зелёные мантии, артефакторика – серые мантии, боевая магия – тёмно-синие мантии, отречение – тут, как я поняла, мантий нет. Они ходят в своих, полученных на пути становления отреченцами… Любопытно.

– А отреченцы живут не в башне? – Выдохнула я в тишину, испытывая легкий мандраж.

– Нет, для них предоставлено отдельное общежитие на окраине территории. – Роза потёрла переносицу и устало вздохнула. – Слушай, в одиннадцать наступает комендантский час. Выходить в это время разрешено только некромантам и отреченцам. Некромантам в силу того, что у них специализация неординарная. А сворлам никто не посмеет что-то запрещать, слишком страшные они. Я не рекомендую тебе покидать общагу в ночное время

– А ректор тоже боится? – мне вот, если честно, было очень страшно. Мурашки так и ходили дружным строем от пяток до головы и обратно.

– Понимаешь… Была тут в прошлом году одна ситуация. Отреченцам запрещали посещать праздничные мероприятия, ведь стоит им там появится, как все расходятся и праздника-то уже и нет. Ну в общем, они запретов не любят. Очень. Совсем. Но всегда исполняют приказы, иначе есть повод выдворить их из академии, а для них это смертельно. Ректора через неделю после того случая застали на аллее за попыткой придушить собственную тень. Угадай кому было веселее всего? – она демонстративно посмотрела на двухэтажное здание, виднеющееся впереди. – Приказ отменили, и никто теперь ничего не им не запрещает. Себе дороже.

Я промолчала. Странное дело, чем ближе мы подходили к живописному зданию, тем сильнее начинала гудеть голова и в ушах громко звенело. Я окинула общежитие взглядом. Нигде не горел свет, за исключением больших окон на первом этаже. Роза толкнула резную тяжёлую дверь и звон в ушах резко оборвался. На нас уставились шесть пар призрачно-голубых глаз из густой тьмы.

– Мамочки… – прохрипела я, делая шаг назад.

Тараканы в моей голове молча пожелали мне удачи и смылись, чего и мне хотелось немедленно сделать, но действительность была такова, что бежать мне было некуда.

Шесть "призраков" в чёрных светящихся бледно-голубым светом, сидели за большим столом склонившись над книгами, в почти неестественных напряжённых позах, казалось вот-вот и услышу хруст шейных позвонков.

– Ужин? – вопросил кто-то оттуда.

– Подарок? – вторил второй.

– Жертвоприношение… – предположил третий.

И голоса у всех замогильные такие, без намёка на весёлость. Че, правда не шутят? Я похолодела от ужаса, и окаменела, и… Да вообще хотелось провалиться под землю. Ситуацию спасла Роза.

– Добрый вечер, уважаемые… – казалось, всё презрение мира сложилось в одно приветствие. – Представляю вам вашу одногрупницу, имя потом сами узнаете. Не пить, не есть, не калечить. Крайне не рекомендую доставать, девочка не стабильна. Учтите, ректор следит лично, любое проявление физического насилия, и вылет обеспечен. – многозначительный взгляд в мои умоляющие о пощаде глаза. – Пойдём, я провожу тебя до твоей комнаты.

Уперев взгляд в пол, я поплелась за главным комендантом и звон в ушах возобновился. Наверное, усталость сказывается. А в помещении не прозвучало ни слова, что тоже напрягало.

Дорогу запоминала по шагам, смотреть в темноте куда-либо не имело смысла. Из общего зала вверх по лестнице, направо до конца, последняя дверь справа. Роза открыла дверь.

– Свет! – комната приобрела очертания.

Небольшое помещение на одну персону, чёрный деревянный пол, белые стены и потолок. Большая резная кровать с очень мягким матрасом и бязевым бельём, тут я и поняла, что наглухо влюбилась. Прикроватная тумбочка из красного дерева, небольшой шкаф со встроенным зеркалом, письменный стол, стул и плотные чёрные шторы на окне. Слева от двери возле шкафа находилась дверь в санузел. Душ, унитаз, раковина и зеркало, даже аккуратно сложенные полотенца имелись, и всякие пузырёчки с шампунями. И все как-то слишком чисто. Я бы даже сказала, стерильно. Ни пылинки.

– А кто здесь убирался?

Роза покачала головой.

– У каждого общежития есть хранитель, это его обязанности. Ты голодна?

Подумав о еде желудок предательски заурчал. А я потупила глаза.

– Я даже не знаю сколько времени не ела. Но я боюсь туда идти…

– Они не тронут тебя, ну не должны, во всяком случае. – Обнадёжила. – Мойся, переодевайся и спускайся. Из общего зала налево, там столовая. Познакомлю тебя с хранителем. И да… Будь с этими нелюдями наглее. – Махнув кудряшками она вышла из комнаты.

Наглее?! Да у меня желудок переворачивается только от осознания, что мы в одном доме находимся.

Я глубоко вдохнула и направилась в душ, но не успела дойти, как уставилась на собственное отражение, впервые увидев себя. На вид щуплая, мелкая, с большими каре-зелеными глазами, тонкими приподнятыми бровями, курносая. Губы сложились в жалкое подобие улыбки, чуть припухшие от покусывания. Взлохмаченные грязно-красные волосы свисали сосульками за плечами до самой талии. Жуть жуткая.

Душ сделал свое дело. Отмыл, отогрел, взбодрил и освежил. Прям даже настроение поднялось, и демоны эти уже не так страшны стали, сейчас ещё поем так вообще охамею. Ух, я такая боевая! Натянув мужскую форму, она удивительным образом обтянула меня. И эластичная такая. Чёрная тонкая кофта без пуговиц и брюки, уж очень они походили на штаны для верховой езды. Только тянутся и удобные очень. Все село как родное, все же удобнее, чем в юбке. Натянула сапоги из мягкой кожи, стащила с волос полотенце и стянула их в тугую косу.

Вдох. Выдох. Пошли. Страх страхом, а кушать очень хочется.

Уже выйдя в тёмный коридор, я поняла, что не такая уж я и боевая, и вообще сразу вспомнился рассказ Розы про ректора. Не зря же все так боятся этих недочеловеков… а они вообще люди? Очень уж сомневаюсь. В общем, страшно. Ещё и этот звон в ушах, то прекращается, то возобновляется не придавал уверенности совсем.

Не желая дальше трусить я со всех ног сорвалась по коридору к заветной лестнице, вот только ни зги не видно. Движение продолжила, ведя рукой по стене, чтобы не заблудится в этом тёмном коридоре. От самовнушенного страха сердце билось где-то в горле, а дыхания откровенно не хватало, но я настойчиво мчалась вперёд, пока не шандарахнула рукой по громоздкому и стеклянному, судя по бьющемуся об пол звуку, предмету. Сама от этого так струхнула, что резко развернувшись помчалась в обратную сторону и со всего маха влетела в стену, хорошенько приложившись носом. Из глаз брызнули искры, я покачнулась и плюхнулась на пол схватившись за больной орган, который именуют обонятельным. Что-то больно ткнулось мне в плечо, и я распахнула глаза. Перед моим лицом горели два голубых огонька, про меж которых я с перепугу и лягнула от всей души. Чудовище дёрнулось, взвыло и схватило меня за плечи, когда я решила повторить манёвр… Это уже спустя пару секунд я поняла, что передо мной мой однокурсник. В момент осознание очевидности сердце замерло, позабыв отмерить положенное. Внутри все похолодело от ужаса и я, вопя на все лады принялась отползать назад, боясь, что душегуб решит лишить меня самого ценного.

Грозный рык заставил сжаться. Меня немощную схватили за шиворот и поволокли в неизвестном направлении, а достигнув цели громко вопросили:

– ЧТО ЭТО?! – Прорычало в общий зал, демонстрируя меня остальным.

Находится в таком положении было стыдно, но я решила успокоится и дождаться, когда меня поставят на ноги, чтобы извинится и признать свою трусливость.

– Я СПРОСИЛ, «ЧТО ЭТО?!» – Рыкнуло вновь, заставив меня сощурится.

Ситуация переставала быть стыдной. Она становилась раздражающей, да и нарастающий звон в ушах только усугублял ситуацию.

– Не может быть… – Раздраженно выдохнул сворл после нескольких секунд молчания. – Это какая-то издёвка.

– Где? – Спросила я, уставившись на него в крайней степени озадаченности.

– ТЫ! – Рыкнуло чудище, повернув ко мне морду, окутанную чёрным облаком.

Я хотела быть наглее, как советовала Роза, но голос мой осип, будучи совершенно не согласным с желанием хозяйки.

– Кто?

– Ты… – Сворл меня опустил, позволив стоять своими двумя на лестничном пролёте.

Я даже не знаю зачем переспросила, наверное, просто, чтобы не молчать в такой звенящей тишине.

– Я?

– Раздражает… – Звучит тихим рыком для присутствующих и колокольным набатом для меня.

И несмотря на это с судорожным вздохом:

– Я?

– ДА!!! – Уже свирепый рык. Всегда знала, что много вопросов очень бесят, но ничего с собой поделать не могу.

– Почему?

Отреченец громко фыркнул и сжал руки в кулаки. Я хоть его морды и не вижу, но мне итак ясно, что он едва сдерживается, чтобы не сдавить мою шею в порыве инфернальных чувств.

– Да кто ты вообще такая?!

На языке вертелся уточняющий вопрос, но вся поза собеседника выражала крайнюю степень раздражения и неприятия, заверявшая меня в том, что если он всё же прозвучит, меня вколотят в стену. Поэтому я благоразумно промолчала, глядя в голубые огоньки.

Но отреченец вопросительно уставился на меня, медленно складывая руки на груди.

– Боишься? – в его голосе я отчётливо уловила насмешку.

Не желая признаваться в очевидном, вздёрнула нос, проигнорировав душегуба. Демонстративно развернулась и стала спускаться по лестнице, когда услышала раздраженное:

– Ах, ты мелочь… – Я не столько увидела, сколько почувствовала, как засветился браслет на моём запястье, ощутимо нагреваясь. Не сумев понять в чем дело, недоуменно повернулась и увидела застывшую в воздухе конечность сворла. Вся его поза говорила: «Убью», но тем не менее, я отчего-то чувствовала его растерянность. Отреченец резко повернулся к своим сородичам и в моих ушах снова зазвенело.

– Это невозможно! – Рявкнул он и схватил меня за руку, дёрнув на себя и уставившись, как на неведомую зверушку.

Меня захлестнуло раздражением. Я вообще-то была голодна, и не настроена на долгие выяснения отношений, но опять же благоразумно промолчала.

– Ты…

Ну как я должна была отреагировать?

– Я… – Насмешливо хмыкнула, старательно пряча клокочущий в груди страх. Затем сморгнула глядя в его "глаза" и добавила – Что?

Раздражённый выдох.

– Так кто ты?

Вот пристал, засранец.

– Я?

– ДА!!! – взревел черномордый, теряя терпение.

Ой, что-то мне совсем поплохело.

– Да я так… Мимо просто проходила, решила вот зайти поздоро…

– Адептка! Вам уже накрыли стол – оборвала меня Роза, выглядывая из арки, что вела в столовую. Судя по её бледному лицу, она была перепугана не хуже меня. Не, ну сама же просила быть наглее.

– Накрыли стол?! – Вот чем угодно готова поклясться, что у него морда в недоумении вытянулась.

Я ехидно улыбнулась, сбросив с себя его руки и зашагала прочь по лестнице. И снова в ушах зазвенело, да так громко, что еле на ногах устояла. В полной тишине прошагала мимо остальных со вздёрнутым подбородком и завернула в столовую.

Ух-х-х-х-х… Чуть Богам душу не отдала. Все, проверка на стрессоустойчивость пройдена, значит будем жить… ну, или выживать.

Столовая была сказочной. Слишком светлая для обитателей этого дома, слишком яркая и позитивная, слишком благопристойная, не осквернённая ни единым пятнышком. В центре стоял накрытый снедью стол, потрясая меня своим разнообразием. Там тебе, и мяско, и рыбка, и пирожные, и море фруктов, и соки, и… Да ещё много "И", но я одна столько не съем, хотя вон ту зажаренную птичку, пожалуй, могу. За столом было не меньше двенадцати стульев в тон. Вся мебель из светлого дерева, шкаф с фарфоровой посудой, тумбочка, полочки. Статуя какого-то прозрачного дядечки со смешной козлиной бородкой, он мне улыбался и приветливо ручкой махал. Красота-а-а-а… Так, стоп. Статуи же руками не машут?

– Адептка, это хранитель общежития, Геральд – заметив мой взгляд сказала Роза.

– А-а-а… Забвения, Геральд – пролепетала я, усаживаясь за стол и подтягивая к себе ту самую птичку.

– Да, можно просто на «ты»

Видимо, поняв причины столь неуважительного поведения Геральд понимающе улыбнулся и исчез. А я преступила к жеванию.

Роза тоже не стала задерживаться. Что-то сказав о поведении и безопасности, ушагала и хлопнула входной дверью.

Ну а я довольная и сытая, не обращая внимания на семь пар внимательных "голубых" глаз, брякнула "Смелых душ вам господа" и почти проползла в свою комнату, плюхнулась на любимую кроватку, заурчала и так и уснула, не обращая внимания на звон в ушах.

***

Из пустоты на меня смотрят призрачно-голубые глаза. Смотрят очарованно, заколдованно, не в силах оторваться. Я слышу далёкий женский голос, наполненный болью и ужасом.

– Смотри на меня…

И я смотрю в эти глаза, смотрю и всем сердцем ненавижу. Вокруг пустота, внутри меня клокочет ненависть, разъедая моё существо.

Доли секунды и все меняется.

Какие-то размазанные обрывки изображений. Мёртвая девушка в руках отреченца и его рычащий вой:

– Что ты сделала?! Что ты наделала?! – Ему больно? Это было похоже на вой раненого зверя.

Где-то на задворках сознания я знала, что это он её убил. Бледное лицо девушки очерчивали дорожки слёз, её голова лежала на его плече пока он яростно и с тоской прижимал к себе хрупкое тело.

***

В моё сознание ворвался дикий визг бешеного кабана. Я, ещё не открыв глаз соскочила с кровати, но запутавшись в одеяле рухнула с постели и шмякнулась бровью об пол. Адская боль пронзила всё тело, а из глаз брызнули искры.

– Мать вашу во мраке!!! – возопила с досады. Болючая и крайне неприятная побудка, норовила превратится в мою визгливую истерику.

По лицу потекла тёплая жидкость, на поверку оказавшаяся кровью, вид которой меня вусмерть перепугал. Паника затопила с головой, ведь только это может объяснить мои непонятные и бессмысленные метания по комнате. Вот что я искала, шаря одной рукой в пустом шкафу, пока вторая зажимала боевое ранение?

Из стены спиной вперёд выплыл Геральд.

– Что случилось? – нарочито деловито поинтересовался хранитель общежития сворлов.

– Умираю! – Нервно всхлипнула я, почти не преувеличивая.

Сколько литров крови содержится в одном человеке? А в маленькой мне? Я не хочу расставаться с жизненно необходимой жидкостью в своём организме! Меня тут, конечно, ничего не держит, но вот чисто из вредности-то можно выжить?

Хранитель резко развернулся и во все глаза уставился на мои странные метания. Весь его вид говорил о растерянности, а на лице крупными буквами: «Кровь? Это кровь?!». Наверное, ещё немного и он бы шлёпнулся в обморок, как благородная девица, никогда не видевшая ничего красного и жидкого.

– Ну что ты стоишь, Гер?! – Возмутилась я. – Мне нужна аптечка!

– Аптечка? – Непонимающе смотрел на меня бескровный обладатель наживающий себе врага в моём лице.

– Бинты, зелёнка, медицинский клей…

– А-а-а-а! Коробка первой помощи! – Обрадовался хранитель своей догадке и исчез, чтобы через две секунды втиснуть в мои руки деревянную шкатулку, открыв которую, я с подозрением посмотрела на призрак дядечки с козлиной бородкой.

– Издеваешься?

В шкатулке стояли какие-то пузыречки, неизвестного происхождения, совершенно не вызывающие к ним доверия.

– Это зелья. Вот этим синим нужно полить рану и кровь остановится. К сожалению, нет зелья для залечивания.

Я с сомнением покосилась на Геральда.

– Что? Эта шкатулка тут вообще с основания академии! – Гордо выдал он. – Отреченцам ничего подобного не требуется. Их способности позволяют не только фаерболами швыряться, но и сквозные ранения от стрел залечивать.

А, ну всё понятно тогда. Эти зелья древние, и не известно к каким результатам приведут. Но всё же рискну, чтобы хотя бы кровь остановить.

Я откупорила пузырёк и поморщилась от неприятного травяного запаха, который напоминал мне амбре сырого подвала и гнилой листвы, осторожно смочила палец и приложила к повреждённой брови. На пробу, а то мало ли, как защиплет.

Кровь, соприкоснувшаяся с веществом, тут же сворачивалась, но этого было мало, чтобы её остановить. Любопытно. Поднесла пузырёк к брови и щедро плеснула. Возле раны кровь застыла, а кожу начало покалывать холодными иголочками, однако обезболивающего эффекта не наблюдалось.

Подошла к зеркалу, оценив масштаб катастрофы цокнула языком.

Всё лицо в крови, а маленькая трещина на брови просто притягивает взгляд, и ладно бы просто ранка, но она же болит, сволочь, так, что хочется забраться в кровать и скулить.

– Вот скажи мне, Гер. Что это за визг был, которые не только покалечил физическую оболочку, но и глубоко травмировал мою нежную натуру?

Я не сразу определила, что изображал призрак, но бегающий взгляд дал понять, что это ни что иное, как чувство вины.

– Так подъём же, адептка… Эээ… Кстати, как Вас называть? – Резко сменил тему поганец. Что ж. Подыграем.

– Хороший вопрос, Геральд. Над этим стоит подумать -

Будь проклят тот день, то есть вчерашний, когда я переступила порог этого здания. Придерживая больную бровь и нелицеприятно ругаясь, я отправилась в душ на поиски хорошего настроения.

День начался ужасно. Не с той ноги встала, не на ту метлу села, а самое обидное, что чуть не убилась нахрен.

Приводя себя в порядок, я размышляла над собственным именем. Радовало, что не каждому дан выбор столь значимой вещи в собственной жизни. Может Фригг, как верховную богиню? Не-е-ет. Найрина, которая была женой одиннадцатого императора сумеречный империи? Так, её вроде казнили за предательство. Тоже нет. Прислушиваясь к себе, я наконец остановилась на имени Лиа. Так звали героиню сказки, которая по воле случая попала в страшный лес и очень долго искала выход из него. Ей навстречу попадались самые разные монстры, с которыми она справлялась лишь добрым словом. Откуда я все это знаю? Один мрак ведает. А фамилия пусть будет Веарте. На языке куавэлов это значит перерожденный. Мне подходит.

Пожав плечами и улыбнувшись своему отражению в зеркале вышла из своей комнаты, придерживая платок на брови.

Как не странно из столовой доносились ароматные запахи и слышалось позвякивание посудой, ну хоть питаются нормальной едой, а не младенцами или девственницами. А я так проголодалась. В общем я не стала бороться со своим страхом раздумывая идти в столовую или нет, просто вошла и уселась на свободный стул.

– Задушевного утра, мальчики. – Весело пропела я, подавляя приступ страха и отвращения.

Ни одна сволочь не отвлеклась от своей тарелки. Ну и тьма с вами! Я девочка не гордая, и даже вполне себе не злопамятная, да. Отомщу и забуду… Потом ещё раз отомщу.

Видеть отреченцев странно, куда диковиннее видеть, как они едят. Семь голов без лиц под капюшонами, почти синхронно толкают вилку с чем-то аппетитным во тьму, где она скрывается, чтобы очутиться снаружи уже пустой. К моему ужасу есть мне расхотелось в раз.

Я наливала себе из кувшина грушевый сок, когда входная дверь отворилась. В общий зал вошёл мужчина лет тридцати, с длинными пепельными волосами. Высокий, широкоплечий, в сером костюме. Взгляд серых глаз был устремлён на меня, на лице доброжелательная улыбка. А вот прямой точеный нос и волевой подбородок говорили о своём хозяине куда больше, чем остальные детали его внешности.

"Властный" – подумала я, мягко улыбаясь в ответ.

– Доброе утро, уважаемые адепты. Меня зовут Эдвард Райхо, я ректор академии. – а голос такой приятный, бархатный. – я пришёл к Вам с новыми правилами в связи появлением в общежитии девушки. Кстати… – он посмотрел на меня. – Вы уже выбрали себе имя?

Все присутствующие отодвинули от себя столовые принадлежности и внимательно воззрились на ректора, только у меня опять звон в ушах стоял.

– Лиа Веарте.

– Красивое. – он вновь улыбнулся. И принялся перечислять новые правила.

– Первое: Лиа Веарте неприкосновенна. Второе: За её физическое состояние, отвечаете перед вашим непосредственным наставником, лордом Шерегом Виллазом. – Я отчётливо услышала слово "зараза", но сказано оно было столь тихо, что ректор не услышал. – Третье: Обучение у вас будет проходить с первокурсниками других факультетов, вне зависимости от вида предмета. – Мне стало прямо-таки легче, все же не только с ними сидеть на занятиях. Чувство страха начало медленно отступать. – Четвёртое: У Вас будут дополнительные занятия по ментальной магии. – Пятое: Лиа Веарте всегда должна находится в поле зрения одного из вас, не распространяется на личные покои адептки.

Вот тут все хором зарычали, как бешеные псы, а я осмелилась возразить:

– При всем уважении, ректор. – я ткнула в сторону отреченцев пальцем. – Они мне как создания противны, и присутствие одного из них рядом с собой меня с ума сведет. – только бы не выказать страх… – можно как-то без этого обойтись? – я поморщилась, когда звон в ушах стал нестерпимым.

– Адептка Веарте, я надеюсь Вы понимаете, что правила академии не только я составляю. Это сделано для Вашей же безопасности… – пожурил меня ректор.

– Да уж, куда безопаснее остаться наедине с одним из этих… – пробурчала я, демонстративно скривившись.

Но ректор уже не слушал.

– Лиа, после занятий я жду Вас в своём кабинете, не забудьте про сопровождение. – он развернулся и вышел, а я схватилась за стакан с соком, который залпом выпила. На меня уставилась семеро черномордых. Один из которых прошипел:

– Противны как создания, значит? Ты что о себе думаешь, мелочь?!

Моё горло предательски сдавило спазмом. Я с шумом поставила стакан на стол, поборов в себе дикий ужас и уставилась на глазастого.

– А ты глухой или особо одарённый? – Я постаралась дрожащий голос скрыть теми же рычащими нотками. – Поясняю для тех, кто в панцире, меня от вас тошнит и время с вами, кроме как на занятиях, я проводить не намерена!

Я оглядела присутствующих, глазастый замер, а остальные с самым отсутствующим видом доедали завтрак. Но клянусь их плечи подрагивали! Я бросила на стол салфетку и отправилась в свою комнату.

Следом за мной в комнату влетел Геральд, со странным изумлением на лице. Он, размахивая призрачными руками сотрясал воздух и пытался мне объяснить, что таким поведением я доведу "несчастных" до убийства меня и никакие правила академии не помогут.

– Очнись, Геральд. – начала я поучительным тоном. – Им нужна эта академия, а раз уж и их наставник против моего убийства, я могу себе позволить моральную порку в отношении этих душегубов. – пыталась я вразумить привидение.

– Ты не понимаешь! Они доведут тебя до умалишения, и никто не докажет, что они к этому причастны. Будь осторожна, девочка.

– Да-да. – отмахнулась я, стаскивая со стола тетради заботливо предоставленные призраком. – Геральд, а где я могу разузнать о них?

Привидение вы полном недоумении уставилось на меня.

– Это ещё зачем?

– Ну должна же я о них хоть что-то знать, кроме того, что они душегубы.

Геральд с минуту неподвижно висел в воздухе, а потом почесал козлиную бородку и ответил.

– Вообще об отреченцах рассказывают почти на всех лекциях, но, если понадобится, в академии есть довольно большая библиотека. Ты всегда можешь туда попасть.

– Спасибо, Геральд. – я торопливо попрощалась и схватив ученическую сумку с тетрадями выскочила из комнаты, заглядывая в листок с расписанием.

Первым пунктом в нем был зал торжества. Наверное, приветствие, как и в остальных учебных заведениях.

Внизу меня ожидала забавная картина. Отреченцы строем по двое стояли у выхода. Молча. Только их мантии мерцали голубыми искорками.

– Что это? – вопросила я, спускаясь с лестницы.

Геральд вытянул голову из лестницы, чем меня напугал. Я, едва не вскрикнув, прижалась к перилам.

– Правила нашего факультета. – буркнул кто-то из строя.

Призрак довольный результатом своего неожиданного появления широко улыбнулся и выплыл полностью. А я лихорадочно размышляла, чем можно в него запустить, что бы было больно, но так и не пришла к решению. Отцепившись от перил, я спустилась и встала рядом со свободным отреченцем. От чего по спине революционной толпой пронеслись мурашки.

И тут до меня наконец дошло важное. Как до жирафа, блин. Я настолько была поглощена своими чувствами все это время, что не предавала значения таким словам, как "одногрупница" и "обучение у вас", мрак.

– Постойте! А вы разве не на разных курсах? – потрясенно уставилась на соседа, а тот посмотрел на меня.

Ответил Геральд, тихо посмеиваясь.

– Видишь ли Лиа. Группа отреченцев на учебу набирается один раз в шесть лет, и в этом году был новый набор. Однако много же времени тебе понадобилось, чтобы задать этот вопрос.

– Да как-то не до этого было. – Потрясенно ответила я, и молчаливый строй двинулся из общежития.

Первый день учебы для адептов, весьма радостное событие. Об этом говорили их улыбки и хорошее настроение. По всюду на территории академии мерцали разноцветные магические огоньки, летали воздушные шарики и играла музыка. Правда я так и не разобралась откуда она звучала. Так же заметила одну особенность. В традиции академии было пускание в фонтан магических шариков студентами. Когда наш молчаливый "траурный" строй проходил мимо фонтана, я увидела толпу студентов, которые беззаботно веселились. И так мне обидно стало, что я среди этих нелюдей. Адепты, заприметив нас расступились и в ужасе уставились на меня. А я что? Вымучено улыбнулась в ответ, надеясь все же что улыбка была приветливой и прошагала дальше, не нарушая строй.

Я хотела разглядеть академию получше, но единственное что удалось подробно рассмотреть, так это спину одного из черномордых и перепуганные лица проходящих по стеночке адептов мимо нашего отряда. Будь моя воля я бы, и сама так ходила, уж слишком сильное чувство страха они внушали.

Интересно, как я с ними шесть лет буду жить? Что-то подсказывало мне, что я так долго не проживу…

Наконец мы вошли в одну из распахнутых дверей и попали в какой-то торжественный зал с мягкими скамейками и красными занавесями на сцене. Я уже хотела сесть на первую попавшуюся скамью, как меня схватив за локоть один из душегубов потащил в дальнюю часть зала.

– Эй! Ты что себе позволяешь? – возмутилась я. На что меня не удостоили даже взглядом. – Пусти неандерталец упакованный! – Взбрыкнула я, но резкая боль в районе локтя заставила умолкнуть.

Так как студенты постепенно подтягивались, зал уже был прилично наполнен и весь шум, который царил до этого резко умолк. Судя по ощущениям, сверлящим мою спину, на нас пристально смотрели. Меня усадили на скамью и не оборачиваясь уведомили.

– Теперь ты все время должна находится рядом. Как бы нам не было это противно, мы должны слушаться. Если еще раз выкинешь нечто подобное, я из тебя всю душу вытрясу.

Если честно, угроза достигла своей цели. Поэтому я молча сложила руки на коленях и проглотила ядовитое замечание, понимая, что любое противостояние приравнивается к «выкинешь что-то подобное».

Через некоторое время зал был заполнен до отказа, а на сцену вышел весь преподавательский состав. Звучала торжественная речь, поздравления, пожелания удачи в новом учебном году. Я слушала вскользь, раздумывая над тем, как в дальнейшем избежать присутствия рядом с собой отреченцев, когда пойду в библиотеку, ибо врага нужно знать изнутри. В голову пришел только один план из всех возможных, сбежать. Вопрос в том, как это сделать. На окнах в общежитиях нет решеток, а под моим окном как раз есть удобный выступ, я заприметила его, когда мы выходили из общежития. Но опять же, если сбегать, то только в сумерках, чтобы меня не заметили в окно. А еще настораживает предупреждение Розы, чтобы я не выходила в ночное время из общежития, но днем-то сбежать не получится. Подумаешь некроманты гуляют, что они не люди что ли? Всего-то делов, пробежать до библиотеки. Кстати, да… а где она находится? Так ладно, узнаю у ректора.

Сам ректор в этот момент почему-то смотрел на меня. Сидя так далеко от сцены, мне стало жутковато даже, хотя это возможно моё бурное воображение. На таком расстоянии, да ещё и в полумраке, он бы меня не смог увидеть. Да и какое ему до меня дело?

Меня отвлек уже привычный звон вушах и я заметила, что все адепты уже покидают зал, бурно обсуждая какие-то моменты.

Прискорбно. Это значит, что сейчас мы отправимся на первое занятие, которое, в общем-то, не сильно меня интересовало. Я уже просто горела идеей попасть в библиотеку. Интересно, это у меня врожденное?

Поднявшись со скамьи, я направилась вслед за черномордым, который ранее бессовестно тащил меня к своим соратникам.

Бумс!

Вписаться в его спину было не самым приятным, вероятно именно поэтому я пробурчала нечто вроде: «ходят тут всякие». Он резко выпрямился и медленно развернулся, вцепившись взглядом в мое лицо. Первым порывом было желание запустить в него сумкой и удрать, куда глаза глядят. Вторым порывом стало желание ляпнуть уже что-нибудь ядовитое. Но к моему удивлению, этот "голубоглазый" вытянул руку, облаченную в черную перчатку и по ней поструилась тьма. Легким, теплым дымком она коснулась моей брови и рана, которая до этого саднила, растворилась на коже. Я в полном недоумении смотрела на его руку и только и смогла выдавить из себя скупое "спасибо", замерев всем существом от неожиданности. Он резко развернулся и направился к выходу.

Что это было вообще? Благородство? Желание помочь ближнему своему? С трудом верится, учитывая, что их буквально заставили держать меня под прицелом. Ах, ну да, они же несут ответственность за моё физическое состояние, вот и ответ. В душе даже что-то кольнуло от обиды.

Мы все тем же "траурным" отрядом по двое вошли в аудиторию и дружно расселись, так же по двое на задних рядах. Судя по тому, как все студенты смотрели на нас, вид был обескураживающий. Да ладно… Мне по всей видимости самой еще долго привыкать к этому.

Я торопливо вытащила письменные принадлежности, попутно разглядывая студентов с факультета некромантии. Ребята дружно что-то обсуждали, а мне оставалось только завидовать. Такими темпами я и знакомых себе не заведу, не то что друзей. Подперев подбородок ладонью, я стала разглядывать студентов.

Интересно, а зачем эта академия обучает и без того сильных магов? Ведь, наверняка есть и другие учебные заведения на их родных территориях, так к чему весь этот фарс, типа, дружба народов? Я скривилась, от воображаемых рукопожатий с отреченцами. Готова поспорить, что такую кислую мину можно наблюдать у каждого, кто рано или поздно сталкивается с черномордыми.

Все мои грустные мысли улетучились с приходом преподавателя. В аудиторию вошел уже знакомый мне седой старичок, профессор Дигер.

– Итак друзья, рад приветствовать вас на вашем первом занятии по основам души. – он плюхнулся на стул покрутив в руке какой-то медальон. – Сегодня мы будем проходить только теорию. Я узнаю немного о вас, а вы обо мне. – Радушно улыбнулся и продолжил. – Итак, в первую очередь необходимо знать, что такое душа. Есть желающие ответить? – все молчали, я тоже. – Хорошо. Тогда пусть ответит тот, кто лучше всего в них разбирается. Хагевей Дайвэ будьте так любезны.

К моему удивлению, поднялся с места душегуб и замогильным металлическим скрежетом ответил.

– Душа человека – это бессмертная субстанция, нематериальная сущность, в которой выражена божественная природа его личности, дающая начало и обуславливающая жизнь, способности ощущения, мышления, чувств и воли, противопоставляемая телу. – пока он говорил, я торопливо делала запись в тетради.

Профессор важно покивал.

– Все верно, адепт, садитесь. – адепт сел.

Я протянула руку.

– Простите профессор, можно вопрос не по теме?

Все студенты с интересом посмотрели на меня в ожидании глупости, которая неизбежно последует. Не буду их разочаровывать.

– Конечно, Веарте, задавайте.

– Откуда Вы знаете имена адептов? – я красноречиво посмотрела на Хагевея.

Профессор понимающе улыбнулся.

– Браслет на Вашей руке, адептка, рассказывает мне не только о том, где Вы находитесь.

"Все гениальное просто" – подумала я, присаживаясь на своё место.

– Итак, адепт Хагевей ответил верно и по существу. Я же хочу вам рассказать о душе немного в другой плоскости. – Он взмахнул рукой и рядом с ним появилось трехмерное изображение не граненного алмаза. – Для души не существует ни времени, ни пространства, если она находится в изначальной форме, а точнее без формы. После смерти оболочки, она попадает в так называемый потусторонний мир. – он посмотрел в мои удивленные глаза. – Да, Веарте, именно потусторонний. То, что Вы видели в форме леса, на самом деле лесом не являлось. Это одна из ипостасей той реальности, в которой Вы находились продолжительное время. Так вот, душа перерождается в виде новой оболочки, младенца. – студенты оценивающе уставились на меня, которая на младенца не была похожа. – Предугадывая ваш вопрос, друзья, я отвечу. Есть много случаев, когда душу пытались вынуть из тела, естественно без согласия. В целях самозащиты душа ускользает в потусторонний мир не лишаясь формы, если ее не удерживает особое запрещенное заклинание, которому учат в империи отречения. – очень медленно посмотрела на сворлов и присвистнула в уме. – Видимо, что-то произошло в этот момент, что Ваша душа смогла ускользнуть, покинув ещё живое тело, которое находилось на грани смерти. – он указал на алмаз, который приобрёл грани. – а значит она не прошла этап перерождения. Известно, что с каждой новой жизнью душа оттачивается и совершенствуется. Новая жизнь и условия для неё, делают её более совершенной. Это даёт нам возможность приобрести новую форму вне времени и пространства. Такая форма является высшим разумом, богом, или в некоторых случаях его частицей.

Кто-то из некромантов поднял руку.

– А какая цель приобретения высшей формы?

– А это, адепт, тайна покрытая мраком.

Вспомнив про Геральда, я снова не удержалась и протянула руку для вопроса.

– Да Веарте?

– Если каждая душа должна немедленно попасть в потусторонний мир, почему души хранителей здесь?

Дигер слегка нахмурился, видимо вопрос был не совсем удобный.

– Видите ли адептка, не зря призраков называют неприкаянными. Это древнее слово, очень древнее. Согласно тем же древним текстам, призраки – это души провинившихся. Они находятся в нашем мире в уме, сознании и бестелесные, чтобы не причинить вреда и учиться быть добрее, светлее. Питаются нашими эмоциями. Обожают сильные эмоции такие как страх, ненависть, любовь, радость, счастье. Другими словами, – он снова взмахнул рукой и образовался большой идеально чёрный кристалл. – чем больше зла мы причиняем, убийства, насилие, порабощения, тем чернее становятся наши души. И когда мы достигаем в этом пика, душа остаётся здесь в виде наказания, до тех пор, пока полностью не очиститься…

– А отреченцы? – перебила я, чувствуя, как резко растёт напряжение в помещении. – Разве они ни есть зло в чистом виде?

Профессор поперхнулся заметно позеленев.

– Это… Слишком сложный вопрос, адептка. – больше он ничего не сказал.

Следующий предмет был не то чтобы скучен, он откровенно говоря, был унылым. Монотонный голос профессора так и убаюкивал, заставляя глаза слипаться. Не знаю, как я досидела до конца занятий, но услышав звук трубных, я сорвалась с места.

Обед. На протяжении всего времени, отреченцы не обронили ни слова рядом со мной. Я умру от одиночества. В компании этой жуткой шайки, я обречена провожать потенциальных знакомых лишь взглядом. Ужас, как обидно. Но ничего, наши не сдадутся, мы ещё отомстим за несправедливость. Вот возьму и налью, клея им в замочные скважины ночью, или прополощу их кружки с уксусом. Можно ещё высыпать марганец им на полотенце, хотя кто эти рожи увидит… Нет, все-таки клей в замок.

Пока мой план по побегу и возвращению набирал обороты в моей голове и обрастал подробностями, мы спустились в трапезную, где почти не было свободных мест. Не знаю, как черномордые, а я, схватив поднос и набрав себе на обед еды утопала за стол к веселящимся боевым магам.

– Извините… Здесь не занято? – взглянув на парня, я ткнула пальцем на свободное место рядом с ним.

– Конечно нет, присаживайся. – ответил брюнет. – новенькая? – озорная улыбка светила в данный момент ярче полуденного солнца, на душе сразу стало тепло.

Я села на стул и начала разбирать еду с подноса.

– Да, первый курс… – намеренно умолчала с какого факультета

– А где форма?

– Закончилась на складе, я только вчера вечером прибыла. – я посмотрела на собеседника. – Меня Лиа зовут.

– Меня Даррэн, можно просто Рэн.

Как оказалось, Рэн учится на первом курсе уже второй раз. В прошлом году ему пришлось покинуть академию по семейным обстоятельствам. И он знает здесь каждый закоулок. От него же я узнала где находится библиотека, это не далеко от башни боевых магов, он обещал мне её показать, когда закончатся занятия, тем более следующая пара по медитации и самоконтролю у нас общая. Для себя я решила, что сяду рядом с ним, и мне не помешает даже конец света.

Уже зайдя в аудиторию я заметила, что Рэна ещё нет и тихонечко села сбоку от 'телохранителей'. На меня не обратили внимания. Славно. Вытаскивая тетрадь из сумки, я увидела нового знакомого и махнула ему рукой радушно улыбаясь.

Говорить во время занятия не было возможности, и мы кропотливо конспектировали лекцию, пока преподаватель не решила провести небольшой практикум.

– Самая важная часть на занятиях по медитации – это сама медитация. Сейчас вы вспомните все, что мы с вами записали, закроете глаза и представите, как в вас движется энергия. Приступайте, адепты.

Я послушно закрыла глаза и прислушалась к себе, к своим ощущениям. Внутри меня разворачивается маленькая тёплая спираль дыма, она бесцветная и тягучая как патока. За ней тонкой полоской движется зелёная струйка, сворачиваясь в кольцо. Тихо, очень тихо и лёгкий звон в голове. Да, это звенящая тишина. Кольцо начинает тихонько пульсировать, и стучать как сердце. Тук-тук, тук-тук, тук-тук. Звон обретает другой звук. Тихий шелест. По венам растекается почти обжигающее тепло, я терпеливо сжимаю кулаки и жду. Сейчас что-то должно произойти. Я чувствую. Внутри все вспыхнуло, кольцо перестало иметь форму и рассеялось по всему телу горячей волной. Волосы на голове зашевелились. Слышу чей-то голос, но он слишком далеко, чтобы понять суть фразы, а я здесь и мне тепло, уютно и хорошо. Я продолжаю наблюдать. Тихий шелест, сменился приятными мужскими голосами. Бархатные, мягкие.

– Что она делает?

– Оставь её, она познает себя. Вспомни каким сам был.

– А почему улыбается, это ведь больно.

– Мазохистка. – хмыкнул неведомый собеседник.

И всё растворилось. Меня начал засасывать водоворот, куда-то в центр моих ощущений. Чувство нестерпимой тошноты нахлынуло внезапно, отодвигая все приятное на задворки сознания. Я схватилась пальцами за край стола и со всей силы его сжимала, пока кто-то не рванул меня за волосы, заставив запрокинуть голову назад. Я распахнула глаза, но кроме зелёной пелены ничего не видела.

– Посмотри на меня. – голос Даррэна был очень обеспокоенным.

Я несколько раз моргнула, тщетно пытаясь прогнать пелену с глаз. Она не просто застилала глаза, я чувствовала ее как песок на стекле. Противно. Попыталась сфокусировать взгляд и поняла, что это не имеет смысла.

– Ничего не вижу. – прошептала я.

– Расслабься, ты слишком сильно проникла в свои магические резервы. – сказала профессор, имя который я не запомнила. И по всей видимости именно она держит меня за волосы. – Магия должна высвобождаться постепенно. Твои глаза придут в норму уже через пару часов, а пока постарайся не паниковать, это затягивает процесс усвоения магии. – она отпустила мои волосы, от чего я поморщилась и невольно начала вслушиваться в происходящее.

Профессор ушла к своему рабочему столу и на меня хлынул поток шепотков, которые я была не в силах разобрать. Но был ещё и другой звук, еле различимый среди гула шепчущих фраз. Он показался мне очень знакомым, но я не могла его ни вспомнить, ни сравнить со всеми звуками ранее мною услышанными. Это похоже на звук магии, но магией не являлось. Это не потрескивание, не шипение, не свист… а будто… Импульс! Да, точно. Больше всего это похоже на импульс. Будто есть ровное излучение, которое отрывается и на сверхскорости передаётся другому источнику, как это делают нейроны головного мозга. Я шумно вздохнула, пытаясь унять дрожь в руках и совладать с мечущимися мыслями. Как вдруг почувствовала прикосновение к плечу. Такое мягкое, почти неуловимое и шёпот, предназначавшийся мне одной.

– Все будет хорошо…

Даррэн?

Затем тёплая ладонь накрыла мою и Рэн прошептал:

– Ты в порядке?

Я слегка поморщилась, слишком громко это прозвучало.

– Думаю, переживу. – прошептала в ответ и закусила губу.

Неожиданно для себя вспомнила, что после занятий меня ждёт ректор, а попасть к нему мне нужно в сопровождении черномордых. В таком состоянии о библиотеке и речи быть не может. Как быть с Рэном? Он наверняка сейчас вызовется проводить до общежития. А мне не хочется, чтобы он считал меня лгуньей или ещё кем. Поэтому я приняла единственно верное решение и тихо прошептала:

– Рэн, мне нужно тебе кое в чем признаться – я почувствовала, как он тихонько сжал мою ладонь, показывая, что слушает. – Я учусь на факультете отречения…

Пауза. Мне казалось она слишком затянулась. И уже попрощавшись мысленно с новым знакомым, я вдруг почувствовала, как начала подрагивать его рука.

– Рэн? – растерянно позвала я.

– Ты такая глупенькая, Лиа. Глупенькая, но очень милая. – Весело прошептал маг. Я уставилась на него невидящими глазами. – Я это понял ещё когда вошёл в аудиторию. Сегодня наш декан нас предупредил, что занятия иногда будут посещать отреченцы.

'Вот ду-у-у-ра. Какая же я дура!' – выла я мысленно.

Ведь только отреченцам позволили посещать занятия с другими группами. Идиотка! Только сегодня об этом говорили! Дура! Дура! Дура!

Видимо у меня все было написано на лице, а как иначе объяснить тот еле сдерживаемый хохот, который доносится с его стороны?

– Всё-таки ты очень милая, даже когда злишься.

Я смутилась и отвернулась, чувствуя, как пылают щёки.

Глава 3

Чувствую себя пленницей. Почти также страшно. Ничего не вижу, словно мешок на голову надели. Чьи-то пальцы впиваются в руку чуть выше локтя, наверняка синяк останется, от которого потом фиг избавишься. Интересно, у Геральда есть мазь от синяков? Наверное, должна быть. А мы все идём и идём…

– Слушай, а нельзя как-то нежнее держать? Больно же! – пауза, затянувшаяся на несколько секунд, а затем рука опустилась к ладони в какой-то нерешительности. – Я не кусаюсь – Ладонь больно сжали, но я сдержалась от вскрика. – А знаешь, мне даже нравится ничего не видеть, кроме этой пелены. Теперь хотя бы не тошнит, когда вы рядом. – Резкий рывок и меня прижали к прохладной стене. Чувствую, как обжигает браслет на руке. 'Голубоглазый' склонился к моему уху и проникновенно так начал шипеть, мои мурашки давно уже научились ходить строем, но в этот раз это был ураган по спине и шее.

– Достала, зараза рыжая… – выдохнули мне в ухо.

Я все же осмелилась возразить.

– Я не рыжая! – пропищала сдавленным голосом. Страшно же.

– Не рыжая… – Схватил за вьющийся локон. Да-да, я с утра красиво все уложила, благодаря баночкам-скляночкам в ванной. – Но как же достала, зараза! – вот интересно, а я каждый раз с одним и тем же диалог воспитательный веду или это всегда разные личности?

– Так чего ты со мной возишься? Оставь меня и иди. С миром. Не надо со мной возится, я не маленькая девочка.

Руки, прижимавшие меня к стене, дрогнули, но ответа не последовало. Интересненько.

– Ты так и напрашиваешься на неприятности… – прошипел отреченец мне в лицо.

– И что? Покорной тварью поведёшь меня по моим делам, как дорогую хозяйскую собачку? – Моё воображение услужливо зарисовало отреченца с поводком в зубах, приклоняющимся перед ректором. Изо рта непроизвольно вырвался смешок, который я зачем-то поспешила прикрыть рукой.

Отреченец рыкнул и отпустил, крепко сжав мою ладонь. Он потащил меня дальше, изредка предупреждая о преградах типа ступенек. Но я уже не могла остановиться, так и посмеивалась, когда меня впихнули в кабинет ректора и уведомили об этом. Но, блин! Услышав сухое ректорское 'Спасибо, можешь идти.' меня просто пополам сложило.

– Адептка!

– Нет, черномордый! Ты подумай над моими словами. – прохохотала я.

В ответ я услышала только злобный рык и хлопнувшую дверь. Ну и собственно, вытерев слезы замолчала, строя догадки на тему 'где находится ректор' ещё несколько минут.

– Веарте, а Вам не кажется, что называть отреченца 'черномордым' немного… – он замолчал, подбирая слово. – небезопасно?

Я поджала губы. А ведь и правда. Они же злющие, как черти, если я продолжу в том же духе, ещё неизвестно чем это обернётся для меня самой. Ладно подшучивать над ними, но вот так откровенно обзывать… Ведь я не знаю какие они на самом деле. Надо немного попридержать свой язык в целях самосохранения. Я печально выдохнула.

– Я не знаю их имен, господин Райхо. И мне очень трудно себя сдерживать в их отношении. Я ничего о них не знаю, не могу различить, не вижу их лиц, у них даже голоса одинаково страшные… И ведь магически изменили, я чувствую. С одной стороны, понимаю, что возможно так даже лучше, но и раздражает меня это жутко! Они-то меня видят!

Ректор сделал несколько шагов в мою сторону и где-то рядом остановился.

– Что с Вашими глазами, адептка?

Я махнула рукой.

– Последствия медитации. Профессор сказала, что скоро пройдёт.

– Вы влезли в резерв? – голос прозвучал удивлённо.

– Мне так и сказали. – я опустила ресницы, чтобы скрыть смятение на этот счёт.

– Нда… Не ожидал от Вас.

Ректор поднял мою руку и что-то звякнуло о мой браслет.

– Это доступ к базе академии. Позволяет видеть имена и слышать настоящие голоса. Я распоряжусь, чтобы в правилах академии отменили пункт об обязательном нахождении на территории общежития в мантиях, оно мне все равно никогда не нравилось, но это не значит, что Ваши одногрупники беспрекословно их снимут, эти мантии часть их самих. – он отошёл, чем-то зашуршал и вернулся, чтобы всучить мне бумажный свёрток. – А пока вот. Это конечно не мантия отреченца, но Вас должны как-то к ним соотносить.

Я нащупала край ткани в свёртке. Приятная на ощупь, мягкая и плотная.

– Мне вот и без нее неплохо было…

– Не спорьте, адептка. – Перебил он меня.

Я было хотела что-то возразить, но в голову пришли вопросы, которые хотела задать ранее.

– Господин ректор, объясните мне, что я делаю в этой академии. Мне не так много информации предоставили.

– А что Вы уже знаете?

– Что я не имею права покидать академию, пока не закончу в ней обучение. Что попала сюда порталом мертвых. Что у меня задатки к магии отреченцев. Что я из сумеречной империи, хотя понятия не имею где это находится. И что я почему-то попала под опеку таинственного наставника лорда Шерега Виллаза, и так же не имею понятия кто это такой.

Ректор хмыкнул.

– Вы действительно не имеете права покидать надолго академию, только на выходной, он один, а каникулы здесь не предусмотрены. Это связано с тем, что Ваша сила неподконтрольна никому. И в целях безопасности королевства Вы обязаны научиться её контролировать, так же после окончания академии Вы становитесь гражданкой нашего королевства, так как у Вас нет ни дома, ни воспоминаний о прошлой жизни. – Мне на секунду так обидно стало. – Что у Вас есть задатки к магии отреченцев, это неверно. У Вас просто особая магия и Ваши резервы переполнены, поэтому Вам предоставили их общежитие. Хотя я точно не могу быть уверен в том, что Вы для них не особо опасны. Всю информацию о сумеречной империи Вы можете найти в нашей библиотеке, узнаете у хранителя где она находится. А с лордом Шерегом Виллазом Вы уже скоро познакомитесь, я думаю он сам сможет объяснить Вам почему попали под его опеку. На этом все, адептка Веарте.

Он прошагал к двери, открыл ее и что-то сказал стоящему за ней отреченцу. После чего меня вытянули из кабинета и куда-то повели, вынуждая собирать ногами все камни и кочки. В какой-то момент я поняла, на меня очень сильно злятся.

– Слушай, извини ладно? – обратилась я к сопровождающему, тот напрягся, я почувствовала это по дрогнувшей ладони, за которую меня тащили. – Я погорячилась, но и ты тоже виноват. Не надо было прижимать меня к стене, как какую-то доступную девку!

– Слушай, зараза рыжая. Неужели ты думаешь, что я обиделся на твою безмозглую фантазию?! – я от такого рыка даже шаг назад сделала, но чужая ладонь только сильнее сжала мою несчастную, но такую любимую конечность, от чего я скривилась.

– Ой, какие мы нежные. – Воспламенилась я. Я понимала, что нарываюсь, но ничего не могла с собой поделать. – Тебе мама в детстве кукол не додала?

– Ты нарываешься… – остановил меня и снова прижал, на этот раз к дереву. Помня о том, что эти гады значительно выше, я задрала нос и распахнула глаза.

– Ой, боюсь-боюсь. – сделала испуганное лицо для правдоподобности. – Что? Так задевает, что какая-то малявка учится в одной группе с большими и страшными волками, и не боится?

– Грррр… – Услышала в ответ. А затем произошло нечто, что действительно заставило ужаснуться.

Мои губы накрыли чужие, горячие, жёсткие губы. Меня поцеловали, мать вашу! Всем существом затряслась от ужаса и… Что это? Язык?! Горячий, шершавый язык проник в мой рот. Попытки оттолкнуть извращенца не увенчались успехом. Я попыталась вытолкнуть его язык своим и к моему удивлению меня опалило жаром. Не моим! Его дыхание, его руки, его прижимающее меня к дереву тело все пылало. Он издал какой-то хриплый, но вполне человеческий стон и снова атаковал мой рот. Я его выталкивала, а затем просто попыталась укусить, но не успела. Он как вампир впился в мою нижнюю губу, а мои колени предательски задрожали от бессилия и тихой злости. Это было отвратительно. Стою тут как… Как какая-то дешёвка, которую сняли в доме удовольствий, на глаза навернулись слезы. Его ладонь заскользила от моей талии к бедру. Через тонкую ткань формы, я чувствовала жар его рук. Он оторвался от моих губ, чтоб прижать меня к себе и замер.

По моим щекам катились слезы, но я молчала. Выгорала от стыда и ненависти. Зачем он так? Что хотел этим доказать? Горячая рука схватила мою ладонь и меня снова куда-то повели. Меня это уже не интересовало. Все мои мысли крутились вокруг этого поцелуя. Я жалкая и слабая, пока не овладела своей магией, ведь все могло быть гораздо хуже окажись мы где-нибудь в помещении. Но я все равно этот инцидент ему с рук не спущу, буду локти кусать, но отомщу.

Меня провели по лестнице, я услышала скрип двери, обеспокоенный вопрос Геральда 'Что случилось?', на который никто не ответил. Снова лестница, собственные шаги по пустому коридору и прохладная ручка двери, на которую этот гад положил мою ладонь. Еле слышные удаляющиеся шаги отреченца и тихий щелчок закрывшейся двери, ведущую в одну из комнат.

Я вытерла злые слёзы и вошла в комнату, по памяти нашла кровать и свернулась на ней калачиком, дав волю слезам.

Ближе к вечеру зрение полностью восстановилось. За окном уже было темно, но который сейчас час осталось для меня загадкой. Сознание как-то отстранил ось забрав с собой слёзы и обиду, а мозг выстраивались коварный план мести. Вот только… Я не знаю кто среди этих гадов мерзавец, что повёл себя так недостойно. Мой первый поцелуй… У-у-у-у сволочь. Как тебя вычислить-то? Хотя, если подумать, они все мне теперь противны. Так что не имеет значения один или семеро. Как говорится, один за всех и все за одного. Вот пусть и получают.

Раздался тихий стук в дверь.

– Входите! – гаркнула злая я.

Геральд проплыл сквозь дверь, будто её там и не было никогда, и остановился, вцепившись взглядом в моё лицо.

– Ох, девочка! Предупреждал же тебя не доводить этих проклятущих. Вон посмотри глаза красные, как у мантикоры, нос разбух, да бледная вся – причитал призрак. – Я конечно, люблю столь разнообразные эмоции, но мне совсем не хочется хоронить такую забавную девчушку…

– Геральд… – оборвала я его. – А как у тебя дела с питанием?

– Не понял, ты о чем?

– Я сегодня на занятиях узнала, что призраки питаются эмоциями… Поскольку ты хранитель у отреченцев, я могу предположить, что все плохо… – Я нахмурилась, уперев взгляд в призрак.

– Ну, с твоим появлением… – Замялся призрак, затем страдальчески вздохнул. – Мне никогда не выбраться в потусторонний мир.

– Все плохо. – Констатировала я. – Какие для тебя самые сильные эмоции?

– Эээ… Сначала любовь и ненависть, потом счастье и горе, затем радость и гнев… а зачем тебе?

Я перевела взгляд с Геральда на сверток с мантией, который бросила на пол входя в комнату.

– Хочу помочь… И будем надеяться, что за шесть лет управимся, Геральд.

В голове уже созрел план действий. Геральд рассказал, как найти нужное здание и клятвенно пообещал меня не выдавать. Если что я сплю в своей комнате, от ужина отказалась. Еще я попросила у него какой-нибудь быстросохнущий клей для кожи и стали, на что получила сварливый взгляд хранителя.

– Они разнесут мне все общежитие!

– А что лучше, Геральд, возможность скорее очиститься и поработать, или работать зная, что это не изменить? – улыбнулась я, глядя на растерянное лицо хранителя.

– Я понял. Все будет.

Итак, у меня теперь есть подельник-поставщик в виде призрака. Так же есть семь жертв и моя неугомонная фантазия… И да, есть магия, которую нужно освоить.

Я натянула на себя мантию, та оказалась восхитительной. Чёрная струящаяся ткань была оторочена золотым узором по краям, длинной она была по щиколотку и очень уж невесомая, как облачко. Но было в ней и ещё кое-что, потайной зачарованный карман, в который могло поместиться очень многое, но веса это мантии не добавляло. Именно из-за этого, Геральд любезно собрал мне свёрток с бутербродами.

Распахнув окно, я вдохнула изумительный аромат осеннего вечера. Верхушки деревьев уже покрылись желтизной, норовя скинуть надоевшую листву. Где-то недалеко ухал филин и что-то шуршало в кустах, может живность какая. Я в этом смысле как ребёнок, ничего не знаю. Ну разве что сознание порой выдаёт какие-то картинки из прошлой жизни. Откуда мне, к примеру, знать, что за зверь такой филин и почему он ухает? Мрак ведает… Я переступила через окно и ногой нащупала выступ. Взглянула на Геральда, тот кивнул, давая добро на вылазку. И только сейчас я обратила внимание на красную точку у него над головой. В глаза сразу врезалось его имя Геральд Приблонский.

– Удобненько, однако. – пропела я, разворачиваясь спиной к окну. – Ух, высоковато… А не переломаю ли я себе ноги?

– Не так высоко, как кажется. – ответил Геральд.

Ну я и спрыгнула. И чуть не взвыла, когда жгучая боль волной прокатилась по ногам, но стерпела, стиснув зубы. Еще пару минут посидела на мягкой траве и отправилась покорять таинственного зверя по имени библиотека.

Ночь в академии была весьма тихой, по крайней мере до тех пор, пока я не услышала странные звуки, напоминавшие хрюканье. Я пробиралась сквозь кусты, чтобы быть как можно незаметнее. Шорох собственных шагов, подогревал и без того, разыгравшееся воображение. Где-то совсем не далеко зазвучали голоса.

– Я говорил, что нужно брать четвертый поток, а ты что натворил? – возмущался мужской голос.

– А я считаю, что правильно сделал, взяв третий! – ответил тоже мужской, не менее возмущённый.

– Четве-о-о-о-ортый. – протянул еще один безрадостный и обиженный голос, от которого мурашки по коже побежали.

– Даже Зом говорит, что четвёртый, недотёпа! – я выглянула из кустов, чтобы увидеть кто такой Зом, и чуть не заорала, узрев разлагающийся живой труп с обожжённой и обиженной мордой. Они стояли у вырытой ямы напоминавшую могилу. Невысокий худосочный блондин с глазами цвета неба, с острыми чертами лица, худой и длинный рыжий с карими глазами и миловидной внешностью и… И Зом!

Приняв скоропалительное решение ретировалось обратно в кусты, и уже ползком направилась дальше.

– Эй, там что-то есть, Зом иди проверь.

«Не ходи» – Молила я, нервно кусая губу. – 'Не надо'

– Зо-о-о-ом прове-е-е-ерит. – разрушил мои надежды нежить, и это чудище двинулось в мою сторону.

'Я кустик, просто кустик. Маленький и несчастный кустик' – твердила я себе, когда ветки надо мной раздвинулись. Сверху просунулась эта страшная морда и я заорала что есть мочи. Орала так, что все кусты разом задрожали, а горелая морда отпрыгнула.

– Зо-о-о-ому стра-а-а-ашно. На Зо-о-ома крича-а-а-ат. – пожаловался труп своим знакомым.

Я совершенно не думая бросилась в сторону библиотеки, не обращая внимания на кусты и окрики 'Стой, дура! Там игры!'. Все тело дрожало от ужаса. Это надо же! Труп! Говорящий, мать его во мраке! Живой! Не веря собственным глазам и мыслям, я миновала хозяйственный домик, который преграждал дорогу. О нем Геральд рассказал, а вот о том, что рядом с ним устраивают практику некроманты нет. Узнала я об этом, лишь обогнув несчастную постройку и увидев толпу дерущихся умертвий. А сзади все это время за мной бежали два парня и Зом, я почему-то приняла решение бежать дальше, посчитав, бегущего за мной Зома куда страшнее прочих умертвий на пути. И вот бегу я в ужасе, все как в замедленном кино, по законам жанра. Ко мне разворачивается вся толпа умертвий с горящими… Эээ… Впадинами вместо глаз. Отовсюду крики 'Стой дура!', я, поняв, что делаю что-то ну совсем неправильное, остановилась и уставилась на умертвий.

Они на меня.

Я на них.

Немая сцена.

И вот они уже всей толпой бегут ко мне, а я слышу новые крики 'Беги дура! Беги'. Нет ну совсем охренели, гады. Ну я и побежала в обратную сторону к Зому и его знакомым. Те в неверии уставились на меня большими глазами, развернулись и тоже рванули прочь. Вот в общем. Так и бежали дружно. Я, блондин, рыжий и плешивый Зом.

– Идиотка! – орал блондин. – Какого хрена тебя туда понесло?!

– А какова… Ух. Мрака тут умертвия… Делают?! Ух… – Задыхалась я.

– Ночью на территории всегда некроманты практикуются! Днем нельзя! Ты кто вообще?! – не ну нормально, да? Нашел время знакомится!

– Адептка… – пропищала я. – В библиотеку шла…

И бежим мы такие, каждый со своими тараканами общался и делал какие-то выводы, у Зома, наверное, тоже тараканы были, его морда была подозрительно сосредоточена.

Правильно говорят 'у страха глаза велики', вот никогда бы не подумала, что умею так быстро и долго бегать. Правда в ушах стучит, но это сейчас как-то не особо напрягало, а вот догоняющие умертвия, это да… Это страшно, хотя… Это не так страшно, как бегущие за тобой отреченцы. Одно только сравнение придало мне сил и бодрости не сбавлять темпа. Вот все бы ничего, бежала бы себе дальше, но на моем пути оказался камень, большой такой. Я его не заметила и споткнулась. Летела, как мне показалось, вечность. Ногу ушибла, больно так, что слезы навернулись. И встать не могу и лежать нельзя.

– Вставай! – кричит мне рыжий.

– Да не могу я!!! Нога болит!

– Ну и лежи! – крикнул блондин. Мои брови мгновенно подскочили вверх от удивления.

Вся толпа нежити бросилась на меня. Было больно. Сначала я ощутила толчки, затем зубы, впивающиеся в мою и без того больную ногу. Если до этого я громко орала, то сейчас перешла на ультразвук. Ужас, боль и неверие в происходящее охватили с такой силой, что я даже дергаться перестала. Но потом случилось то, чего я от себя никак не ожидала. Я брыкалась как кенгуру, размахивая не только ногами, но и руками. Кому-то размозжила кулаком черепушку, припечатав ее к земле, от чего по руке потекло серое гниющее вещество. В нос ударил смертоносный запах, от которого меня пронзило словно колом в голову. Кому-то ногой заехала в грудь и оставила там зиять здоровенную дыру, куда делись внутренности, даже думать не хочу, мне хватала этого трупного амбре. После всех моих малополезных дерганий я ощутила поток силы, будто магия сама вылезала и кричала 'возьми меня'. Я мысленно потянулась в ответ и ухватилась за зеленую нить энергии, а дальше все случилось так быстро, что я и сама не поняла, как это сотворила. С пальцев моих рук срывались яркие зеленые всполохи раскидывая умертвий одного за другим. Движение рукой и магический шар превратил в пепел одного зомби, еще движение и всех отбросило волной.

– Не-е-е-е-ет! Мой упырь! – кричал кто-то. – Она убила моего упыря! Мой доклад! Ты идиотка!

– Мои скелеты! Я их так долго искал!

Я в изумлении смотрела на толпу некромантов, которые мчались за нежитью все это время. 'Мой упырь?', 'мои скелеты?'

– Че ты смотришь? Иди выкапывай мне нового! – визжала брюнетка с впалыми щеками и синяками под глазами.

Я разозлилась, так на нее зыркнула, что сама себе удивилась.

– Да вы че совсем ополоумели со своей нежитью?! Меня чуть не съели ваши… Ваши… Умертвия! – я перевела взгляд на подошедшего блондина с взъерошенной шевелюрой. – Лежи, да? Лежи?! Скотина бесчувственная! Чтоб тебе пусто сделалось. Видеть не хочу!

Я вытерла руку о траву, поднялась и похромала к библиотеке, но краем глаза увидела шевеление в куче нежити. Обернулась и охренела, ко мне полз зомби с оторванной конечностью

– Хозя-я-я-яйка! – кряхтел он

А из кучи хором повторили:

– Хозя-я-я-яйка!!!

– А-а-а-а-а-а! – заорала я и поковыляла быстрее мимо оторопевших некромантов.

Мне на перерез с невозмутимым видом двинулся рыжий.

– Стой! Да стой же ты! – орал он ухватив меня за руку. Я остановилась искоса, поглядывая на ползущего зомби. – Я не знаю, как ты это сделала, но будь добра вернуть нежить их владельцам.

– Ты как себе это представляешь?! Я ничего у них не брала, пусть забирают! – рявкнула я.

– Как не забирала? Да угнала самым наглым образом! – вопили из толпы.

Я развернулась, чтобы разглядеть говорившего. В толпе некромантов нужного адепта не нашла, да и говорить начали все одновременно. Так что даже слово вставить не удалось, но и смысл этого птичьего щебетания тоже не понять.

– Слушай… – обратилась я к рыжему. – Если ты мне объяснишь, как их вернуть, я попробую…

Парень недовольно покосился, сверкнув своими карими глазами.

– Хорошо. Только успокойся сначала. И дай я осмотрю тебя на предмет ран.

Рыжий колдовал над моей ногой, он представился Калебом Варнейски, когда осматривал места укусов. Оказывается, все адепты учатся магии исцеления, правда на самых низких уровнях, чтобы оказать себе при проблемах первую помощь. Ну и он же сказал, что ничего серьёзного с моей ногой не сделали, просто синяки. Хотя вид у него при этих словах был ошарашенный. Так что, в лазарет мне идти не потребовалось, который, кстати, из-за ночных тренировок работает здесь круглосуточно. А еще эти… Любители мертвых тел доставали расспросами на тему кто я такая. Я стойко всех игнорировала, на что мне пообещали сдать меня ректору. А мне-то что? Мне можно. Просто скажу, что рядом отреченец был и все замнётся.

Пятью минутами позже я вовсю тараторила коротенькое заклинанье над нежитью, пытаясь вернуть все как было. Тишина была почти оглушающая, все адепты толпились метрах в десяти от места событий недовольно фыркая в мою сторону, а я им завидовала. Вонь стояла над копошащейся кучей… В общем, жуть. Это ладно мне еще подсказали, что б я приказала им молчать, до этого я даже подойти не решалась.

– Все не могу больше – выдохнула я, отбегая к рыжему. – Еще один вдох этой вони, и я сама копытца отброшу.

Калеб недоверчиво посмотрел на мои ноги, что-то прикинул в уме и выдал.

– Ты демон или оборотень?

– Ааа… Эээ… – я думала у меня глаза выпадут.

– Значит ни то, ни другое. – констатировал рыжий.

Я вообще-то краем сознания понимала, что эти расы существует, но верилось почему-то с трудом. Да и в академии я видела только человеческих существ.

Калеб что-то нашептал и с его пальцев соскользнула голубая искра, которая тут же впечаталась в мой лоб.

– Все, тошнить больше не будет. Трупные яды тоже будут обезврежены. Ты только старайся лучше, вспомни ощущения, когда ты эту кучу умертвить пыталась.

'Умертвить… Надо же какое слово гадкое подобрал! Да что б ты знал, я и мухи не обижу!' – нахмурилась и вернулась к куче.

Я прикрыла глаза, вспоминая ощущения соприкосновения с магией. Мысленно потянулась к источнику этого колодца и почти сразу нащупала его. Сплетение нитей, формирование рисунка, подпитка энергией, направления импульса…

'Импульс! Точно… Как же раньше не догадалась. Импульсная сила! Вот что лежит в основе моей магии! Скачки, всплески, всполохи и урывки!'

Стоит ли говорить, что я напрочь забыла о том, что делала? Я просто уселась рядом с кучей и начала разбирать свои ощущения на детали.

'Если моя магия действительно основана на импульсной силе, то мне не нужно произносить никаких заклинаний, достаточно мысленно его сформировать и направить куда нужно. Потому что клочкам энергии, которые я беру нужно меньше времени, чем произнесение заклинания. Хм… Но знания-то нужны. А как вышло в первый раз? Хотя, если подсознание подкидывает такие бонусы, как поверхностные знания об окружении, то неудивительно… Мне все же недостаточно информации и нужно срочно в библиотеку… Грызть гранит науки!'

Я уже было сорвалась с места, но меня недовольно окликнули.

– Эй! Мы, итак, из-за тебя столько времени потеряли! – недовольно фыркнула брюнетка с впалыми щеками.

Я нахмурилась, но все же продолжила начатое. Мысленно нашла источник, сплела нити, сформировала рисунок, подпитала его энергией, вплела само заклинание и направила пальцами на кучу. Быстрая зеленая вспышка сорвалась с пальцев и окутала нежить, после чего копошения прекратились.

– Забирайте! – крикнула я с широченной улыбкой на лице.

Несколько секунд тишины взорвались множеством голосов, требующих немедленных объяснений произошедшему. Ведь я ни слова не проронила во время упокоения нежити, более того, Зом стоящий рядом с блондином почему-то тоже осел и не подавал признаков жизни. Но я даже поразмыслить не успела, как мои ноги стремительно сорвались в забег по территории академии, пусть сами думают, что это было.

Библиотека была чуть на возвышении среди густых деревьев. Ухоженная лужайка со статуями драконов. Фасад здания так же отделан белой лепниной, как и все остальные здания в академии. Вход украшала позолоченная табличка с надписью: 'Единая академическая библиотека'.

Во всем здании ни одно окно не порадовало светом. Может ночью закрыта? Хотя Гарольд бы предупредил.

Я толкнула массивную дверь, та открылась, распространив по округе противный скрип. Магические шарики мгновенно вспыхнули, озаряя все вокруг своим неестественным светом. Красные ковровые дорожки вели в огромный зал, наполненный стеллажами с книгами в два этажа. В зале светило магическое солнце. Где-то совсем рядом, я услышала голоса

– Книги по некромантии где? – нетерпеливо вопрошал парень.

– Молодой человек, нельзя ставить вопросительное слово на последнее место в предложении! Поняли? – поучительным тоном ответил ему старческий.

– Понял! Книги по некромантии где, дурья твоя башка? – прорычал посетитель.

Я еле сдержала смешок, но пошла на голоса.

– Да как Вы смеете так разговаривать со мной, учёным мужем этой академии?!

– Заткнись и ответь на вопрос! Я битый час пытаюсь узнать у тебя где этот чертов отдел с некромантической литературой! А мне срочно нужно! У меня там беременная зомби истерику закатила, что ей очень хочется рыбу со сметаной, крушит все! А я простеньким заклинанием не могу ее угомонить, помощнее что-то нужно!

– И все же Вы переступили грань дозволенного, Уважаемый!

– Да я это, мать твою, еще час назад сделал и три раза тебе извинения принёс!

Я вышла из-за стеллажа и увидела некроманта, склоняющегося над столом, за которым восседал призрак в очках для чтения на цепочке. Он явно наслаждался разговором, еще бы! Такой всплеск эмоций и где, в библиотеке?!

– Так где книги по некромантии?

– Кхе-кхе… – обратила я внимание на себя.

Призрак всколыхнулся, весь подобрался и резко переключил внимание на меня.

– Что госпожу интересует?

– Эээ… – я улыбнулась парню. – Книги по некромантии, вся информация, какая есть об отреченцах и какое-нибудь пособие по бытовым заклинаниям. Еще мне нужна общая история и, если есть пакостные заклинания.

– Книги по некромантии – это четвертая секция, секция об отреченцах – шестая, книгу с бытовыми заклинаниями предоставлю, история у нас в секции тринадцать и книгу по вредной магии так же предоставлю.

– Спасибо, господин библиотекарь пропела я уже бредя между рядов.

– Вот почему ей ты сразу сообщил?! – донеслось до меня.

– А ты стал бы доводить отреченца до кипения? – вопросил призрак.

Я слегка оторопела и уже было хотела что-нибудь ляпнуть, но не стала. Не стали доставать и хорошо.

Итак, начну с того, что я узнала из книг по истории. Оказывается, две империи и королевство – это не весь мир! Есть еще империя смерти… Но давайте по порядку о том, что я узнала. Во-первых, империя отроков, а точнее империя сворлов (дословный перевод: стражи тьмы), именно так они себя называют, изначально была союзником сумеречной империи, но как-то так вышло (кто-то кого-то предал), и сумеречная империя объявила войну отрокам. Империя Сворлов на тот момент уже готовилась к войне с империей смерти, она же являлась буферной зоной для седьмого королевства и сумеречной империи. Мне отроков даже жаль стало, в какой-то степени. НО! Во-вторых, в империи сворлов что-то случилось, они приобрели очень серьёзные способности и силу. Что произошло, нигде не указано. Только от приобретения такой силы, отроки начали нападать на сумеречную империю. Предположительно: ходят туда за душами, т.к. с седьмым королевством у них не рушимый союз. И несмотря на все попытки со стороны сумеречной империи прекратить войну, отроки отказываются! Но при этом не воюют в полную силу. Видимо из-за того, что война с империей смерти всё-таки началась и также до сих пор не прекращается. В-третьих, в империи сворлов не рождаются женщины. Вообще, женщин захватывают в сумеречный империи, а особи седьмого королевства редко вступают в браки с отреченцами. Ведь после родов все как одна умирают.

Об империи смерти информации очень мало. Сказано только, что враг умён, хитёр и опасен. Территория в два раза меньше седьмого королевства, местность горная, облюбованная драконами. Самыми опасными считаются всадники смерти. Судя по картинке, отреченцы очень даже милые на вид. Изображён был всадник на драконе, в чёрных одеждах, вместо лица шрамы и чёрные глаза без белков. Используют особую магию, не изученную.

О сумеречный империи информации гораздо больше. Довольно обширная территория, на которой проживают почти все расы мира. Живут все хорошо, дружно. Империя обеспечена всем необходимым от еды, до бесплатного образования. И это несмотря на состояние войны!

В общем, пока я историю изучала, пролетели несколько часов. А ведь мне ещё предстоит исполнить план мести.

Недолго думая, я схватила книгу по вредной магии. На первых же страницах изумилась, прочитав названия: ' заклинание икоты', 'заклинание чесотки', '…кашля', '…спотыкания'. В общем, столько всякой ерунды. Решила просмотреть содержание. 'Мгновенные заклинания', 'Заклинания отсроченного действия', 'заклинания с активацией на прикосновение'. Последнее меня заинтересовало, я нашла несколько интересных заклинаний, выписала себе несколько книг у библиотекаря и уже хотела отправиться в общежитие, но хранитель мне намекнул, что есть некие книги, которые запрещено давать адептам. Зачем мне эта информация была предоставлена не имею понятия, но я заинтересовалась.

– Что Вы хотите за доступ к книгам? – закусив губу спросила я.

– Эмоции. – невозмутимо заявил призрак. – Понимаете. В последнее время, адепты перестали посещать библиотеку, а мне нужно питаться. Поэтому я до последней капли выжимаю все из посетителей.

– Потому и перестали! – хохотнула я. – Хорошо, я что-нибудь придумаю, не забудьте об обещании!

И довольная собой я выпорхнула из здания.

***

– Геральд! Если ты не откроешь мне все двери, я не смогу тебе помочь. – зло шептала я стоя у комнаты одного из отреченцев.

– Ты не понимаешь, что будет, если они тебя заметят! – шипел призрак в ответ.

– Что Геральд? Подумаешь получишь эмоции немногим раньше рассвета!

Призрак стушевался, но двери открыл. В комнате с расположением мебели, как и в моей, тихо и ровно дышал парень. Красная точка над ним врезалась в глаза еще до того, как я успела опомниться. Равельд Карриенс, красивое имечко. Лица не видела, отрок спал спиной к двери, и так даже легче было. Под мерное дыхание проскользнула в ванную нанесла несколько импульсных заклинаний, над которыми до этого практиковалась на улице. Вышла из комнаты, когда Геральд уже заканчивал с ведром над дверью. Аккуратно закрыла дверь и выдавила зачарованный клей в замочную скважину. Сие действо мы повторили ровно семь раз, и я с довольным видом отправилась спать, предвкушая весёленькое утро. Геральда попросила разбудить за час до подъёма.

Глава 4

Утро началось, как и ожидалось, меня тихонько разбудил хранитель. И несмотря на то, что спала от силы три часа, я с удовольствием встала с постели. Наскоро приняла душ, уложила волосы, натянула на себя форму и просто выпорхнула из комнаты, предвкушающе улыбаясь. В столовой меня ожидал уже накрытый стол, над которым я еще пару минут колдовала, и очень довольный Геральд. Я заговорщицки ему подмигнула и уселась на своё место. Главное сделать лицо непроницаемым. Эх, жаль у меня нет такой мантии, как у отреченцев, чтобы морду свою скрыть. Печалька. Я глотнула чай и глянула на Геральда. О, да… Вот она предвкушающая улыбочка над козлиной бородочкой.

Услышав визг дикого кабана, я поморщилась. Душераздирающий звук. От него просыпается желание убивать. Хотя, если подумать Геральду это на руку, возможно поэтому подъём такой бодрый.

Геральд предвкушающе начал отсчёт.

– Три… два… один.

– А-а-а-а!!! – почти хором заорали сверху, сотрясая стены общежития. Это был фирменный горячий душ, а-ля с добрым утрецом.

Довольно мурлыкнула, натянув садистскую улыбочку, на свою умиротворённую морду.

Думаете всё? Как бы ни так!

Бац! – это зачарованное и ну очень скользкое мыло на выходе из кабинки.

Бряц! – внезапно взбесившаяся полка с баночками «привет скользкий пол намбэр ту».

Хрясь! – раковина, которая устала висеть и решила упасть хозяину на голову, пока тот на полу стелется.

Хлоп! – а это дверь ванной комнаты, которая вдруг закрылась перед носом.

Отборный мат конструкцией в три этажа и единогласное трещание входных дверей, замки которых «внезапно» заело.

Бах-бах-бах! – Попытка взлома.

Хрясь! – Удачная попытка взлома.

Пш-ш-ш-ш!

Я удивлённо приподняла бровь на Геральда. На последнее звук я не рассчитывала, потому что вода льётся не так агрессивно. Геральд лишь неопределённо пожал призрачными плечами и довольно улыбнулся. Снова отборный мат, топот спотыкающихся ног (да-да, то самое спотыкательное заклинание. Мелочь, а приятно), и в столовую врываются семеро разъярённых мужчин, а это были именно полуголые разъярённые мужчины. Все как один статные, плечистые, с бугорками мышц под кожей. А глаза голубые-голубые, как небо летнее, только искры не добрые мечут. Носы распухшие, значит всем дверью досталось. И волосы чёрные как смоль, мокрые и растрёпанные. Колом стоят только. Эдакие ёжики. Злые. Очень. Ну просто парад взбешённых ежей. И на меня смотрят. Недобро так. А я что? Сижу, щеку изнутри закусила, чтобы в голос не заржать. Лицо держу, притворно удивляясь.

– Утро добрым не бывает? – каждого взглядом обвела, нарочно очень медленно.

Вот если честно, все красавцы, глаз не оторвать. Даже дыхание сбилось, пока глядела.

– Зараза рыжая, я из тебя всю душу вытрясу! – зарычал «один из».

Я ухмыльнулась и посмотрела на красную точку над его головой. Каин Даорнийский.

– Шах и мат, – выдержала паузу. – парень.

И мне крайне не понравилось, как он улыбнулся в ответ. Оскалился просто. Я и намёка на понимание ситуации не увидала в его глазах.

"Вот ведь гад! Я ошиблась? Могла, да. Тогда почему повторяет то, о чем вроде и знать не должен? Блин! Ректор ведь знает с кем я была!" – хотелось сплясать, но эти злые взгляды.

– Я первый придушу. – прорычал Каин и двинулся в мою сторону, браслет на руке вспыхнул, обжигая запястье.

Я вскинула руки, останавливая душегуба.

– Дерзай, если хочешь вылететь. Я-то уверена, что со мной ничего страшного не случится, а вот тебе не позавидую.

Да, я нашла причину их вот "такого" поведения. Они же вылета, как огня боятся. А всё родственники… Отцы и деды, в смысле. Вылетишь и весь род заклеймят, как недостойных. А недостойные, они не имеют права свой род продолжать. Мне вот только одно не понятно… Сдалась Сворлам эта академия?!

Все напряглись. Только один отличился, на него-то я и обратила внимание. Продолговатая форма лица, прямой, но припухший нос, брови в разлёт и… И такие восхитительные губы, я аж загляделась. Благо хоть вид задумчивый был, но все равно вспыхнула, когда опомнилась. Голубые глаза как у всех, но взгляд очень острый, проницательный и… И да, тоже искры злые мечет, но виду не подает. Глянула на красную точку над головой и офигела. Даэр-лорд Рэйслан-Кейн Аласэрс! Вот еще с ночного похода помню, что Даэр – это герцог, а Аласэрс так вообще старшая ветвь королевского рода, Даэр-лорд – это, если память не изменяет, один из младших сыновей. Вот мрак! Зазноба, поди, та еще… До начала войны в сумеречную империю ездила делегация во главе с Даэром Керригом Аласэрсом, кажется… Судя по сводкам из истории тот еще тип.

– И вообще, я вам крайне рекомендую об инциденте умалчивать, ибо я знаний не с потолка нахваталась. – Довольная моя улыбочка сейчас сияла, как звезда, упавшая с небес.

– А где? – спокойно спросил Даэр-лорд Рэйслан-Кейн… Тьфу ты! Даже мысленно язык сломать можно! Пусть будет Рэйс.

– В библиотеке. – снова просияла, смотря как по мордочкам недоумение ползёт. Да братцы-кролики, проспали.

– Условия ясны – А голос, ммм… Трепещу и внемлю. – А взамен… – моя бровь изогнулась галкой. – Ты прекращаешь весь этот балаган.

– Ну что Вы, лорд Рэйслан-Кейн? – улыбочка. – Не та ситуация, чтобы требовать что-то взамен…

Семь челюстей шлёпнулись на пол, я почти услышала, как они разбились, но Каин чего-то психанул и бросился в мою сторону. Ну я недолго думая схватила заколдованную вилку и швырнула в него, а там активация на касание отреченцев. Посуда взбесилась, взбеленилась и погналась за обидчиками. Я не злая, не подумайте, просто примерно так себе и представляла все. Поэтому не стоит удивляться тому, что к остальным сзади подкрадывались хитрые табуретки.

А вообще, мне даже сбежать из общежития удалось, пока они мебель громили.

Занятия проходили на радость интересно. Познакомилась с преподавателями, узнала несколько новых заклинаний по бытовой магии и боевой. Отреченцы все это время вели себя спокойно, никто даже не пытался задушить, что бесспорно меня очень радовало. Но один колючий взгляд от Рэйса я все же схлопотала. Я уже хотела что-нибудь ляпнуть, но… Но такая ненависть во взгляде просочилась, что подурнело в раз. И чего это он?

До столовой добиралась в смятении чувств, строя новый план по пробуждению сильных эмоций у отреченцев. Вот так и садилась за стол к Даррэну в задумчивости.

– Ты чего такая кислая? – вопрошал парень, запихивая в себя хорошо прожаренное мясо.

– Да знаешь, я вчера библиотеку посещала, и кое-что меня заинтересовало. Библиотекарь обмолвился о каких-то запретных книгах. – ковыряясь в салате прошептала я.

– Знаю конечно. Книги, которые могут брать отреченцы на шестом году обучения. Хочешь выкрасть? – Шутливый тон.

– Да и красть не надо. Условие сделки, поток посетителей в библиотеку.

– Ааа… Ну это Рувис завсегда, поощряет.

– Кто?

– Хранитель. В прошлом году он выменял фолиант боевой магии на пять адептов, которых потом неделю изводил.

И я задумалась. А что, если… Улыбка мгновенно выдала присутствие в моей голове идеи.

Следующим занятием была практика по ментальной магии. Семь отреченцев, и я стояли возле кромки леса. Профессор Карлайл методично рассказывал о том, как призывать зверюшек себе в помощь так, чтобы они не навредили призывающему.

Равельд звал волка. Взгляд устремлён в лес, вокруг витает напряжение, на его мантии мечут искры. Несколько долгих минут напряжения и вдали раздаётся вой зверя.

– Хорошо, Карриенс. Отпускай пса и возвращайся на место. – пробасил профессор, поправляя очки. – Аласэрс, у тебя медведь.

Рэйс вышел на бетонную площадку и встал в круг. Как объяснил Карлайл, он предназначен для защиты призывающего, на тот случай если кто-то вмешается и попытается проникнуть в сознание адепта. На первых курсах адепты еще не могут выстроить качественную защиту от проникновения, а это всегда плохо заканчивается.

В воздухе снова возросло напряжение, голубые искры заметались по его мантии. А профессор начал говорить.

– Входя в контакт определи какой поток необходим. И не делай резких скачков. Самоконтроль очень важная вещь, я чувствую твою ярость на ментальном уровне, не дай почувствовать зверю. – вдали раздался рёв.

– Медведь медведя всегда поймёт. – пробурчала я.

Никак не ожидала, что этот монстр голубоглазый в два прыжка подскочит ко мне и ухватит за волосы. И это ладно если бы напугал, так взбесил же. Я упёрлась ему в грудь рукой и направила шоковый импульс. Мгновенно отскочил и зарычал, не подействовало на него. В стройном ряду отреченцев раздался громогласный хохот.

– Веарте, когда призывающий выходит из контакта со взбешённым зверем не стоит отпускать дурацкие комментарии. – мои щеки заалели. – Идите в круг. Ваш зверь белка.

– Но профессор! Почему белка?

– Веарте, вы себя не контролируете. Забыли?

Я надулась как хомяк, но пошла в круг.

– Ваша задача привести белку сюда. Сосредоточьтесь.

Закрыла глаза и мысленно потянулась к лесу, очертив радиус поиска, как говорил профессор. В моей голове возник образ зверька с рыжей шёрсткой, глазками-пуговками и ушками-кисточками, а ещё зверёк был крайне зол на отреченцев, в частности на Рэйса. Так зол, что зубами клацал.

– Веарте, это неразумно. – пробасил Карлайл.

Ну а я что сделаю? Я не намеренно, просто представилось. Но вслух ответить не смогла

На мысленной карте вспыхнули огоньки. Очень много ярких огоньков, которые пришли в движение, как единое целое. Скорость этого движения восхищала и настораживала. Затем раздался рев! Это не один зверь, а много грызунов стрекочущих, как кузнечики в поле.

– Это что белка? – выпалил Равельд.

– Нет, это армия белок. – ответил Рэйс.

– Вы почти правы, адепт. Это армия очень злых конкретно на Вас белок. Веарте отпускайте зверей.

Я медленно вышла из потока, открыла глаза, но ничего не произошло. Этот сумасшедший визг продолжался.

– Профессор… Кажется это не помогло.

Из леса выбежало около двадцати хвостатых, все издавали боевой клич. Я и профессор побледнели, не знаю способны ли бледнеть отреченцы, ведь мантии их скрывали.

– Лиа! Быстро сюда! – прорычал Рэйс. – Уж лучше я сам с тебя шкуру спущу!

Я уже хотела выйти из круга, но Карлайл остановил строгим:

– Стоять Веарте. Вам они ничего не сделают, пробуйте поменять намерение у зверей.

Я поспешно закрыла глаза и возобновила поток соприкосновения, белки действительно были в ярости и мчались на Рэйса намереваясь его хорошенько погрызть. Я даже у кого-то уловила желание вскрыть "орешки" и залилась стыдливой краской.

– Да ладно вам, он же такой хороший. – пришлось самой верить в то, что говорю. – Самый лучший, такой лапочка. Его же только любить надо. Холить и лелеять, а вы… Бессовестные.

Визг сменился каким-то нехорошим урчанием, но белки продолжали бежать. И я ощутила множество эмоциональных вопросов, мол, сама же злишься на него, так какого черта?

– Да не злюсь я, а очень даже люблю. Так бы и гладила с утра до ночи

Белки уже примчались, но вместо разъярённого вопля я слышала чуть ли не мурлыканье. Рэйс выставил щит, вот только он был от магического воздействия. Хвостатые облепили отреченца и кокетливо тёрлись об него мордочками и хвостиками, цепляясь за мантию. Рэйс, конечно, пытался их стряхнуть, но хвостатые были беспощадны в своём стремлении приласкать злобного отреченца.

Мир взорвался многоголосым хохотом.

– Ну Веарте. Это ж надо было додуматься! – ржал профессор, хватаясь за живот, чем в точности повторял движение шести отреченцев. Седьмой отбивался магическими разрядами от белок.

– Все же лучше, чем вскрытие орешков. – пробурчала я.

Рэйс замер со схваченной хвостатой в руках и недобро уставился на меня. Округу огласил новый взрыв гогота, а я, поняв, что ляпнула лишнего, попятилась назад, так как это черно-рыжее чудовище (а именно так это выглядело с трущимися об него белками) молча двинулось в мою сторону. Браслет на запястье вспыхнул, и я, понимаю, что дело плохо, с диким визгом бросилась прочь.

– Ну ведьма! – орал черно-рыжий «демон». – Догоню ведь!

Я не слушала, я бежала со всех ног в сторону стены академии. Недолго длился мой побег. Даже подозреваю, что мне намеренно дали возможность до нее добежать, так как стоило до нее добраться, я была мгновенно прижата к оной всем телом. Рыжие нахалки были оставлены где-то по пути, и сейчас мне ничего не давало повод даже улыбнуться.

– Наказание, малявка. – прошипели мне в губы.

Моему изумлению не было предела. Во-первых, потому что меня снова целовали, на этот раз без языка. Во-вторых, поцелуй был каким-то игривым, со смешком. В-третьих, я не могла применить магию! Рассудок мгновенно помутился от гнева, а все моё существо съёжилось, но я узнала этот поцелуй. Именно его губы я бы теперь ни с чем не перепутала.

И поцелуй был таким… Таким необыкновенным, но страстным. Руки гада заскользили по плечам, а горячее дыхание опалило щеку. Я чувствую, как эта щека медленно алеет от гнева, но это восприняли немного иначе.

– Понравилось? – В его голосе сквозила усмешка.

Это меня так трясёт или мир заходил ходуном?

– Да что ты о себе возомнил?! Ничего хуже со мной в жизни не происходило! – взревела я.

– Да-а-а? – В его голосе я услышала совершенно неуместную игривость. – А вот так?

На этот раз в стену вдавили, воздух выбился из груди рывком, и я поняла, что это было худшее, что вообще могло со мной произойти. Он снова впился в мои губы, руки скользнули к талии, обдавая жаром. На этот раз я пришла в себя гораздо быстрее и цапнула гада за губу. Больно. До крови, вкус которой мгновенно прокатился по рецепторам.

Отреченец дёрнулся, но вжал в стену ещё сильнее, словно бы и не замечая, что мне не нравятся его действия. Я зашипела и со всех мощей толкнула гада в грудь, что помогло оторвать его от себя.

Мою ладонь обожгло прежде, чем я поняла, что сделала. Отреченец не шевельнулся. А вот моя рука от такой пощёчины горела как от ожога.

– Казел!!!

Развернулась и сбежала с поля битвы, далеко не победителем.

Мчалась по дорожке выложенной округлыми камушками, красиво поблескивающими на солнце. День был погожий, впору только гулять, а не пыхтеть разгневанным паровозом. Пары в академии давно закончились, но адепты не спешили выходить из замка. Хотя мне сейчас лишние глаза ни к чему. Все сейчас казалось таким ненавистным. Башни общежитий, выглядевшие как копья. Замок, в котором предстоит учиться ещё так долго. Не вынесу! Не вынесу этого гада! Да как он смеет?! Хотя, сама повод дала… Но это не значит, что можно себе позволять подобное отношение!

Щёки обжигал румянец стыда и гнева. Слёзы даже не смели проступать, нет, это не позволительно. Я не стану реветь из-за такого монстра, как отреченец, больше не стану. Он заплатит, за все заплатит, даже не сомневаюсь.

В порыве не заметила, как дорожка сменилась тропинкой, ведущей сквозь деревья. Здесь было прохладно и это остужало мой праведный гнев. Разум постепенно возвращался, но ладони до сих пор рефлекторно сжимались в кулаки.

Я остановилась лишь когда услышала знакомый бархатный голос за плотной стеной деревьев.

– Сегодня утром было совершено уже третье за два дня нападение. Могу предположить, что они знают об образовании портала на территории Дартелаза. – Голос ректора был обеспокоенным.

– Совет уже думал об этом, лорд Райхо. Возможно они ощутили не только портал, но и присутствие иного магического фона. Если дело в этом, боюсь они не отступят от попыток заполучить желаемую силу. – вещал собеседник. Голос мне не был знаком, а значит это посетитель.

Ректор немного пораздумав ответил, слегка растягивая слова.

– Вы понимаете, что у меня нет другого выхода, кроме как избавится от объекта?

– Вы рубите с горяча. Об этом ещё рано говорить, я думаю все же, что какое-то время мы можем давать достойный отпор. Ваша же задача, научить девочку себя контролировать. Пока из неё плещется магия, фон не изменится. – прозвучало с укором в голосе.

Портал? Плещется магия? Девочка? Я сложила два и два и охнула. Они же обо мне!

– Если они прорвутся, не могу себе представить к каким последствиям это приведёт.

– У нее семь охранников из отречения! Что может произойти?

– Эта девчонка ночью от них сбежала в библиотеку, устроила представление некромантам с первым проявлением своей магии и разгромила на утро половину общежития! Я впервые видел, чтобы хранитель восстанавливал дом с блаженным видом! – возмущался ректор. – Сутки! Ей понадобились сутки, чтобы поставить академию на уши. Это не девочка, это бестия.

Я смущённо потупила глазки. Откуда только узнал?

Собеседник ректора приглушенно смеялся.

– Эдвард, ты сейчас рассказываешь мне точь-в-точь переходный возраст отреченцев. Ну не могут они с ней справится, приставь к ней лучшего ученика академии, а я с этими балбесами поговорю, видимо тонкий намёк они не поняли.

Я мгновенно нахмурилась. Этого ещё не хватало. Я не могу утверждать конечно, но мне показалось, что ректор недовольно фыркнул.

– Я просто не представляю, чего от нее ожидать. – вздохнул ректор.

– Устрой им полевые учения в нашей империи. Я выделю лучшего мага для тренировок, нужно как можно скорее обучить девчонку. Времени у нас крайне мало.

Только я хотела удивиться, как мой рот закрыла рука в чёрной перчатке. Магия сама всколыхнулась, но была подавлена мною. Памятуя о том, что стала невольной свидетельницей серьёзного разговора, позволила себя оттащить подальше.

– И почему ты такая импульсивная, малявка?! Не хорошо подслушивать чужие разговоры, тем более, когда они о тебе. – хрипло вещал голос Рэйса.

Мне было что ответить, но я тактично промычала свое «фи» в перчатку сворла. Интересно, а сам он много услышал?

Уже находясь достаточно далеко от ректора меня рывком развернули к себе и убрали руку.

– Ещё раз сбежишь и я тебя отшлёпаю. – С очевидным предвкушением заявил отреченец.

Не нашлась что ответить и решила игнорировать. А потом до меня дошло! Если этих гадов хотели заделать моими охранниками, а они не поняли "намёка", то сейчас все изменится! И плакали мои запрещённые книжечки от Рувиса! Нет, нужно срочно решать этот вопрос до того, как нас отправят на полевые учения. Если я их не заполучу, буду локти кусать. Слишком сильна моя тяга к этим знаниям.

Я гневно взглянула в "голубые" глаза отреченца.

– Чего ты за мной плетёшься, как сталкер? – спросила я, удивляясь собственному словарному запасу.

– У меня приказ, если ты забыла, а на счёт сталкера… – его рука подхватила мой алый локон. – Все может оказаться куда хуже… – я подавила желание сдёрнуть с него этот проклятый капюшон и посмотреть в глаза.

– И все же я заполучу ночь с тобой, девочка. – последнее слово он многозначительно выделил.

Я скрипнула зубами.

"Эта ночь тебе обеспечена, красавчик. Я тебе такое устрою, "вскрытие орешков" покажется невинной шалостью." – клокотала внутри меня ярость. Сжав кулаки, я развернулась и отправилась в библиотеку договариваться с Рувисом.

Итак, что мы имеем?

1. Некто под кодовым словом "они" пытаются куда-то (видимо в академию или как минимум в город) прорваться, чтобы заполучить мою силу.

2. Мою вредную персону будут охранять усиленно.

3. Если я не научусь контролировать потоки своей магии, от меня могут "избавится". Над значением этого слова думать не хотелось вовсе.

4. У меня недостаточно знаний.

Глава 5

Тьма. Я шарю по ней руками, но натыкаюсь только на пустоту. Ничего нет. Сладкое забвение постепенно окутывает разум и душу. Тьма может все. Она может сильного сделать беззащитным, скрыть слабого, напугать храброго, свести с ума самого стойкого и вымотать бодрого. Тьма – это ловушка, из которой нет выхода, пока она сама тебе его не откроет. Тьма… Я ощущаю, как она меня окутывает прохладными клубами и нет ничего теплее, роднее и ближе. Забвение ли? Да, оно. Ничего не знаю, не помню. Нет мыслей… Лишь стойкое ощущение безопасности и умиротворения.

– Чего ты хочешь, душа? – прошелестела тьма.

Я не удивилась. Тьма живая сама по себе. Сущность всего. Мать всего. Все рождено из тьмы. Мы ведьмы знали это испокон веков.

– Знаний. – шепчу в ответ.

– Ты ведаешь… – ответила тьма.

– Не всё. – ответила тихо. – Я беззащитная и не хочу обременять близких. Это слишком тяжкая ноша, знать, что кто-то может отдать жизнь за твою слабость.

– Я дам тебе больше… – шептала мне тьма, лаская голосом. – Я дам тебе все, о чем не смеешь даже думать. Только… Только следующую жизнь ты проживёшь иначе.

– Как тебя понять?

– В твоём мире есть частица меня, её отняли, украли. Верни мне её. – клубы тьмы взметнулись вверх. – Верни ее, я подарю тебе мир…

– Мне не нужен мир. – ответила я. – Я хочу найти свою родную душу.

Тьма рассмеялась лёгким звоном.

– Ты нашла её и прокляла!

В моей памяти вспыхнули голубые призрачные глаза, а сердце болезненно сжалось от понимания.

Нет, не может быть!

– Но он убил меня…

– Нет. Он бы не смог, а вот ты прокляла. Хочешь найти его?

– Я буду это помнить?

– Нет. – усмехнулась тьма. – Воспоминания я не отдам. Войдут в мою коллекцию забавных случаев.

– Как я найду твою частицу?

– Я буду давать подсказки. Дам силу, только верни мою тьму, или они погубят все живое.

– Я согласна. – прошептала я.

– Хорошо, душа. Прими мой дар.

Тьма всколыхнулась и разлилась по телу тысячей иголочек.

– Ступай, душа. – попрощалась тьма и рассеялась.

Вокруг меня стоял чёрный лес. Серое марево тумана расступалось под босыми ногами. Промозглая земля не доставляет неудобств. Мне вообще было вполне комфортно, хотя ночью в лесу, в одной сорочке это казалось очень странным. Вокруг ни души, ни одного постороннего звука. Только собственное воображение рисовало монстров выглядывающих из-за мёртвых деревьев. Но вокруг был лишь почерневший лес и туман…

***

Сладкий жар разливается по телу, ощущения прикосновений волнуют. Горячие губы срывают мои хриплые стоны. Жарко, так жарко, что не хватает дыхания, способного насытить тело кислородом. Сладко. Так сладко, что напряжение можно слизывать с воздуха, как мёд. И хочется большего…

– Ближе. – шепчу я.

И кто-то неведомый мне раздвигает мои ноги коленом и ложится между них, прижимаясь плотнее, рождая в низу живота сладкую истому, которая напрочь вышибает все мысли.

– Так? – шепчет он.

– Ближе…

И меня вжимают в кровать, прикусывая кожу на шее. Рука сминает мою грудь. Невыносимо сладкая волна прокатывается по телу и сдавливает между ног.

– Моя девочка… Я так долго тебя ждал. – шепчет он мне в губы. – Ждал и умирал от тоски, моя сладкая. Ни секунды не надеясь встретить тебя вновь.

В мой воспалённый мозг начали закрадываться подозрительные мысли, но их быстро смыло от прикосновения к животу. Ладонь заскользила ниже. Губы вернулись на законное место, срывая очередной стон.

– Если бы я мог все исправить, то никогда, поверь…

Я дёрнулась.

ТАК, СТОП! Какого мрака тут происходит?! Распахнула свои глаза и в упор уставилась в тёмную пустоту… Не было никого, тело не хранило прикосновений. Лишь отголоски разума сообщали, что это был не сон.

Я швырнула в дверь подушку и заорала:

– РЭЙСЛАН!!! ЧТОБ ТЫ СДОХ, ЧУДОВИЩЕ КРИВОРУКОЕ!!!

Тяжело дыша повалилась на постель. Глубокая ночь ещё не собиралась уступать рассвету. И в какой бы ярости я не находилась, организм требовал здорового сна. Только бурное возбуждение держало наяву. Зачем он это сделал? Чего хотел добиться? И почему мне так обидно, что не было продолжения? Но вспомнив его слова о том, что все равно своего добьётся, меня хорошенько тряхануло. Нечего себе всяким бредом голову забивать. Это всего лишь похотливое чудовище. На этой ноте я уже проваливалась в сон, когда услышала хриплый шёпот.

'Спокойной ночи'

Не знаю точно засыпала ли я с улыбкой на лице, но мне показалось было именно так.

***

Тем временем в соседней комнате, одного парня не покидала лукавая улыбка.

Он заложил руки за голову и мысленно находился совсем недалеко, а вернее за дверью напротив его собственной комнаты.

'И почему же криворукое?' – подумал он, прикрыв глаза.

Ему понравилась та страсть, которую пробудило, в ней спящей, его ментальное тело. Даже сейчас, когда он открыл глаза, кровь в нем кипела, а плоть не давала покоя. Эта ведьмочка совсем скоро будет его, нужно только немного подождать.

***

Вообще день начался как надо, грохот, крики, проклятия. Всем этим щедро одаривали нас с Геральдом отреченцы. Мне-то было без разницы, а хранителю приятно. Настроение было лёгким, как и завтрак. Под пристальные нехорошие взгляды отреченцев, есть как-то не особо хотелось, поэтому за завтраком я долго не засиживалась, ибо битые носы и искорёженные гневом морды аппетита не добавляли, даже мантии не стали одевать, что бесспорно радовало. Хотя с их стороны кое-кто делает определённые успехи. Каин смотрел на меня с лёгким раздражением, а Рэйс явно забавлялся над моим краснеющим лицом. Оба без признаков попадания в мои ловушки. Мстя с ними не удалась. Так и подмывало треснуть Рэйсу по его ухмылочке. Но настроения портить не хотелось.

Погода тоже несказанно радовала. Солнышко было ярким и тёплым, уже не лето конечно, но ещё тепло. Щебетание птиц, разносящееся по округе, свежий запах влажной травы, лёгкий ветерок. Хотелось раскинуть руки и кружить, кружить, пока не свалилась бы от головокружения. Столь прекрасным было это утро.

Даже занятия проходили интересно. Профессора поведали много нового о заклинаниях и истории империй. И адепты были со мной приветливы и не шарахались, как обычно. Все было замечательно ровно до того момента, пока по громкой связи не прозвучало объявление.

'Внимание! Адепты факультета отречения! У вас боевые учения. Просьба пройти к главному коменданту немедленно!'

Приехали… Что там говорил загадочный собеседник ректора? Выделят лучшего мага? Ну может не так все и плохо?

Двинулись строем по двое. Рэйслан шёл со мной. Вот только мурашки по коже проносились волнами… От ужаса? Хотя нет, за эти дни, я поняла, что уже и не боюсь отреченцев. Обычные парни, как ни смотри. Размышляя над тем, чем вызваны мои мурашки вошла в кабинет. Роза сидела за письменным столом и заполняла какие-то бумаги.

– О! Вы уже здесь! Забирайте и идите на телепортационную площадку. – кивком головы она указала на восемь чёрных сумок, смиренно стоящих на полу. – После полевых вернёте.

– Спасибо. – пробубнила я себе под нос.

В действительности ни на какие учения попадать не хотелось. Тем более, что я знаю от чего весь этот цирк. Ну сами посудите, где ещё могут выгнать на учения в первые дни семестра? Тут даже думать не о чем… Все похватали свои сумки и вышли, а я как ни старалась не смогла. Тяжёлая же зараза! Туда камней наложили что ли? Заметив мои мучения, Роза поделилась заклинанием сжатия-разжатия. В конечном итоге я шла с ридикюлем в строю. Забавненько.

Телепортационная площадка находилась недалеко от центральных ворот. Большой круг щедро разрисован калорийским узором. В пору существования Калорийской империи* было создано большинство заклинаний способных телепортировать в любую точку мира. Но, к сожалению, из-за войны с Союзом смерти** многое было утеряно. Узор узнала из учебника по истории, чему несказанно порадовалась.

Пристально вглядываясь в него, я не сразу заметила ректора. Мне вообще хотелось припасть к полу и рассмотреть поближе, так как я увидела необычное плетение, наполнявшее телепортационную печать. Она тускло светилась, но точные очертания можно было увидеть.

– Вы готовы, адепты? – вопросил ректор.

– Да, капитан! – не обращая на него внимания ответила я.

Пауза. Все молчат, и я молчу.

– Вам выдали необходимое?

– Так точно, капитан! – все ещё разглядываю узор, весело улыбаюсь.

– Веарте, кто такой капитан?

Поперхнулась. Откуда мне знать?!

– Начальник, руководитель, брат, друг, товарищ! – ответила я с большими как блюдца глазами, понимая, что тяну информацию не из мозга.

– Как назывался город, из которого Вы прибыли? – не унимался он.

– Валенсия! – а сама стою глазками хлопаю и понимаю, что такого города и в помине нет.

– Страна? – не давая передохнуть спросил он.

– Сумеречная империя!

– Год?

– Пятьсот четырнадцатый со дня окончания войны Аггедона.

И всё. Все замерли. Во-первых, летоисчисление начинается со дня окончания войны двух миров. Во-вторых, год сейчас двести пятьдесят третий. В-третьих, получается я из будущего?! Такого далёкого будущего?!

– Год начала войны? – брови ректора сомкнулись на переносице.

– Двести пятьдесят пятый. – ответила и ужаснулась.

В нос ударил запах тьмы, отчего по коже побежали мурашки. Глаза заволокло дымкой, а в голове набатом зашелестело 'Верни её. Верни мне её!'. Тело начала бить крупная дрожь, в глазах замелькали жуткие картины войны.

Ночь, маги сумеречной империи и отреченцы сражаются вместе, но что-то не даёт им выиграть битву с небольшим отрядом войск империи смерти. Всюду тьма. Она пронизывает все материальное, душит все живое. Крики ужаса и боли. Я вижу, как замертво падают тела на мёртвую землю, вижу угасающие красные точки над их головами. Имена. Много имён, знакомых и нет. Внутри все холодеет и обрывается. Понимаю, что все кончено, мы сдали позиции. Там позади нас города с гражданскими существами, невинными и беззащитными. Тьма дотянулась и до меня, окутывая щупальцами. Вены мгновенно почернели и вздулись, но меня это мало волновало. Конец не должен быть таким, но он таков. Силы покидают измождённое тело, не моё, и я проваливаюсь обратно.

Открываю глаза, и вижу лицо ректора.

– Ты как? – обеспокоенные нотки в его голосе приводят меня в чувства.

Проверила свое внутреннее состояние, вроде все в порядке, только страшно очень и трясёт.

– Нормально. Жить буду. – ободряюще улыбаюсь.

– Что видела?

Я вздрогнула, затем со вздохом прошептала.

– Войну. Мне нужно все исправить. Меня просили.

– Подробности! – ректора с таким решительным выражением лица я видела впервые.

Если мне нужно все изменить, наверное, стоит рассказать ему обо всем. Если я их не поставлю в известность, исход войны это не решит… а каков исход? Если в будущем существует сумеречная империя, не говорит ли это о том, что война была выиграна? Я прислушалась к себе, но информация больше не шла. С другой стороны, мне все равно следует сказать… Без их помощи мне не справиться.

– Вы назвали меня потерянной потому, что я считаюсь потерянной во времени душой? – дошло до меня наконец.

Ректор кивнул, ожидая ответов.

– Я посланница Альматы. – Выдохнула тихо. – Она хочет, чтобы я вернула её потерянную частицу, из-за которой и начнётся война. Ею завладели в империи смерти, и остановить это могу только я, потому что Альматой во мне заложена нужная сила.

Ректор усмехнулся, но задал свой скептический вопрос.

– Я правильно понимаю, что, если тебя не станет, мы обречены?

Что-то мне подсказывало, что да, но мне не хотелось говорить этого в слух.

– Кто знает?

– Хорошо. – Его взгляд сделался непроницаемым, но я была уверена, что он в растерянности, как и все присутствующие здесь. – Нужно многое обдумать.

Ректор ни слова больше не сказал. Встал и отвернулся, думая о чем-то своем. А я только сейчас поняла, что лежу на коленях отреченца. Угадаете кто это был?! Вспыхнув, я пулей вскочила и метнулась в центр печати. Все я полна решимости найти то, зачем меня сюда отправили!

__________________

*Калорийская Империя – основатель магических заклинаний. Территория, занимающая левую половину материка. Исчезла с карты, в следствии войны с Союзом смерти, оставив после себя мелкие королевства. Ныне королевства объединённые, прозваны Сумеречной империей.

**Союз Смерти – был образован из шести государств, с целью завязать войну и уничтожить Калорийскую Империю. После войны осталось лишь небольшая территория, названная Империей Смерти.

Глава 6

Порассуждать, конечно, нужно было о многом. В первую очередь мне не давала покоя саднящая мысль о моём предназначении, ведь меня перекинуло из будущего, чтобы я нашла утерянную частицу тьмы. Но почему именно в это время, за два года до начала войны? Воспоминания о павших от тьмы магах снова пронеслись перед глазами. И как я оказалась там? Моё ли это воспоминание? Где искать частицу? Вопросов все больше, но в сознание забралась некая догадка. То сражение проходило с использованием самой частицы. Если это подсказка, то именно там я её и найду. Мне дали много сил, огромный дар и два года, чтобы научиться ими управлять. Но за два года я просто не освою то, что отреченцы проходят за шесть лет! Вот если бы мне параллельно добраться до книг, которые предоставляют отреченцам на шестом году обучения… но Рувис ясно дал понять, что авансом таких знаний не предоставит. Похоже придётся исхитриться, чтобы поставить ему адептов.

Полностью погруженная в мысли, я не сразу заметила, как ректор активировал телепорт. Меня окружило голубовато-белое сияние. По ощущениям я рассыпалась на мириады песчинок и кружилась в пространстве, и так же быстро собралась в единое целое, оказавшись на точно такой же телепортационной площадке, только на абсолютно противоположной стороне планеты. Во всяком случае, я так подумала, когда глаза узрели окружение.

Здесь царило лето. Мир об этом просто кричал, все буйствовало зеленью. По земле рассыпалась сочная трава, покрывая каждый сантиметр поверхности. Словно заброшенный газон хорошего качества. Деревья будто только вобрали в себя цвет. Голубое небо удивило пухлыми облачками различных форм, неспешно пересекающими небесные просторы. А перед нами стоял мужчина. Высокий, широкоплечий, глаза цвета того же неба. Я сразу поняла, что передо мной еще один отреченец, внешность об этом просто вопила. Мое тело тоже ощутило опасность, покрываясь настырными мурашками. Его взгляд скользнул по мне, а губы сразу сжались в тонкую линию.

– Так это ты та, что пришла порталом мертвых? – бархатный голос ускорил темп бегущих по мне мурашек, в голосе отчетливо уловились нотки металла.

– Я. – прошептала сдавленным голосом, оглядев своих однокурсников. Те молча стояли, устремив взгляд на мужчину.

– Добро пожаловать на полигон, потерянная. – отчеканил он. – Меня называйте магистр Стоудж. Здесь вы проведете две недели. – Он указал жестом на огромную площадку метрах в тридцати от нас. – Это полигон иллюзий. Вам предстоят усиленные тренировки. Жить будете в палатках, надеюсь их вам выдали. Питание добываете самостоятельно, готовите тоже сами.

Меня словно ледяной водой окатило. В смысле самостоятельно? Охотиться что ли? Еще раз взглянула на однокурсников, те не шелохнулись, будто им вообще всё равно, что тут происходит.

– Вас что-то удивило, адептка?

Я набрала в грудь побольше воздуха, наивно полагая, что это предаст мне смелости.

– Два вопроса, магистр… – «Как?» и «Нахрена?» были бы самыми точными, но… субординация, мать её. – Что Вы имеете ввиду под словом «добывать» и почему такие жесткие условия для первокурсников?

Магистр усмехнулся.

– Я буду «мягок» с вами. – Зловеще ответил магистр, изобразив садистскую улыбку на лице. – Еду добывать на охоте. Перед вами лес, а там полно еды. – Последнее слово он особо выделил. – Средства не важны, главное результат.

Стоудж отправил нас на полигон. Хоть трава и казалось такой безобидной, продираться сквозь нее было тем еще «удовольствием». Первое что бросилось мне в глаза, это граница полигона. Очень мощное магическое плетение создавало некий кокон, который не пропускал через себя ничего кроме воздуха. Войдя внутрь этого кокона, я узрела самый настоящий плотный лес. Здесь было прохладно, сыро и темно. Будто снова оказалась в лесу перед переходом в портал мертвых.

– Располагайтесь, адепты. – пробасил магистр и покинул нас.

С отреченцев в мгновение ока исчезли мантии. Парни начали распаковывать сумки с принадлежностями, а мне пришлось еще расколдовывать свой рюкзак.

Удивительно, но в сумках оказалось все необходимое, от палаток до банных принадлежностей. Пока я разгружала свою сумку, однокурсники устанавливали палатки ровным рядом. Как поставить свою я не имела ни малейшего понятия, поэтому провозилась с ней не меньше двух часов точно, и в итоге так и не поставила ее. На помощь мне, конечно никто не пришёл и это очень раздражало. Зато за это время я обнаружила в себе очень интересную способность. Отреченцы могли общаться с помощью ментальной магии, это те самые голубые импульсы, что двигались почти в хаотичном порядке и вызывали звон в моих ушах. И браво мне, я догадалась, как их слышать. Правда совершенно случайно, когда вбивала колышек палатки. Я была так сосредоточена и рассержена, что случайно выпустила ментальное поле на несколько метров вокруг себя и уловила импульс. Это была фраза, которая меня жутко взбесила.

«Если так и дальше пойдет, Стоудж заставит нас ставить палатку этой пришибленной» – это был Хагевей.

Я естественно разозлилась еще пуще и пообещала себе устроить кое-кому двойные учения. И мне совершенно наплевать, что остальные тоже будут в этом принимать участие. В конце концов мне можно и помочь, если я не справляюсь!

Я снова выпустила ментальное поле, чтобы попробовать уловить еще что-то и была вознаграждена еще парой фраз.

«Это задание для каждого. Если поможем Стоудж будет недоволен.» – это был голос Каина.

«Если не поможем, она будет спасть на улице. Стоудж наверняка сегодня сделает нам непогоду с дождем, если не с цунами. Хотелось бы на это посмотреть» – Карриенс

Еще чего?! На улице! Да мрака с два я тут спать буду. Я загрохотала молотком по колышку еще сильнее, чем до этого. Эмоции через край. Да пошли вы, уроды. Устрою я вам двойные учения, гады черномордые.

Удар молотка, еще один, ещё и… и надо мной угрожающе нависла огромная тень. Поднимаю глаза и понимаю, что последнюю мою мысль далеко не я одна слышала. Меня окружили плотным кольцом семь наикрасивейших мужчин. Очень злых. Лица перекошены от ярости, глаза страшно сверкают, желваки на лицах шевелятся.

«Объяснись-ка, мелкая…» – мысленно прошипел Каин.

У меня от страха руки затряслись, молоток с глухим стуком выпал из трясущихся конечностей. Я приоткрыла рот, но так и не нашлась что сказать.

«Слышит» – констатировал Рэйслан. А вот его лицо, как-то резко смягчилось.

– Слышу… – выдавила я, заглядывая в подобревшие глаза.

«Давно?» – прорычал Хагевей.

Ну и что сказать? Так-то научилась только что, но до этого ведь тоже слышала иногда, а про то, что они так общаются, догадывалась чуть ли не с первого дня.

«Прекра-а-а-а-асно» – протянул Каин.

Меня опять услышали?

«Да» – ухмыльнулся Рэйс

Мра-а-а-ак! Я закрыла лицо руками. Как это спрятать-то? Попробовала мысленно выстроить стену.

«Не поможет.» – ощерился Хагевей

В смысле? А как тогда? Я уставилась на Рэйса умоляющими глазами. Помоги, а? Ты же добрый! Ну что тебе стоит?

И мир взорвался. Просто взорвался мужским смехом. Шесть темноволосых красавцев ржали как породистые кони, а Рэйс просто ухмылялся, явно наслаждаясь ситуацией.

«Добрый он…»– ржал Каин.

«Если он добрый, я боюсь представить, что ты скажешь о его отце!» – Хагевей.

«Век пить не буду! Дайте только увидеть добренького лорда истинной тьмы!» – Карриенс

«Хватит» – рыкнул Рэйслан. Не хорошие такие нотки металла в голосе прозвучали.

А я непонимающим взглядом уставилась на отреченцев. В смысле «Зло»? Что еще за истинная тьма? И пока в моей голове ошарашено метались мысли, Рэйс поднял молоток и сдвинул меня с места.

«Палатку ставим» – вновь рыкнул Рэйс.

Все как по команде подорвались ставить осточертевшую мне конструкцию. Никто больше и мысли не упустил. Причем сделали все довольно быстро, чему я не удивилась.

«Ты настроилась на нас добровольно, и магия приняла твой выбор. Поэтому мы тебя тоже слышим, как и ты нас. И старайся держать свои мысли при себе. А если я уловлю хоть намек на вредительство с твоей стороны, поверь, я имею полное право тебя как следует наказать.» – наставлял меня Рэйслан, когда закончил помогать.

– Это какое такое право ты имеешь?! – крикнула я в спину уходящему отреченцу.

«Н-да, Мелкая! Если ты еще не поняла, то ты отреченка. В самом натуральном виде! А он самый настоящий Даэр-лорд. И как высший статус имеет право тебя даже казнить.» – простонал Каин откуда-то из палатки.

«Но среди Сворлов не бывает женщин! Они не рождаются в вашей империи, да и я не оттуда!» – блеснула я знаниями.

«А откуда?» – спросил Рэйс.

Сердце споткнулось на выдохе. Было странным, что я не могу ответить. Казалось, мне закрыли доступ в самое сокровенное. Моим воспоминаниям.

«Я ведьма сумеречной империи» – тихо прошептала, сама не особо в это веря.

Я не могу быть отреченкой! Этого просто не может быть! Магией меня наделила тьма, а не родители! Сердце снова болезненно сжалось. Ведь я не помню их. Совсем не помню тех, кто был мне дорог. Ничего не помню.

– Успокойся. – прошептал над ухом Рэйс, отчего я вздрогнула. – Ты заставляешь всех нас испытывать свои эмоции. Держи себя в руках.

***

Мышцы уже ныли, во рту пересохло, легкие готовы были схлопнуться и больше не раскрываться. Парни обратили внимание на мое состояние не сразу, но увидев немного сбавили темп, ведь Стоудж штрафные круги мне впаял за отставание от остальных.

В этот момент я была немного благодарна им, хотя понимала, что это они не для меня сделали. Просто им приходится бежать штрафные вместе со мной. Самое интересное в том, что ни у одного на лице я не заметила усталости. Будто каждый день они совершают подобные марш-броски.

Под ногами неприятно чавкала грязь, зато с каждым моим новым шагом разум очищался, однако думать всё равно удавалось с трудом, потому что организм работал на износ.

Наконец закончив пробежку, я развалилась рядом с костром раскинув руки. Уже было даже плевать, что кругом грязь и сырость. Все равно после такой тренировки мы были в ней по уши, на форме не было ни одного чистого места, ведь я уже и упасть умудрилась на пятом кругу.

– Сейчас на площадку, будем смотреть на что вы способны в спарринге.

Тут кто-то тихонько завыл, да так, что сердце от жалости сжалось. Ну ладно… Это была я. Сил не было совершенно. Как приструнить нерадивого магистра?

– Магистр! Можно перерыв на завтрак? Кушать хочется… – стрельнула овечьими глазками в мучителя.

– Как?! У Вас еще аппетит не отбился?! – на самом деле еще на первом круге о мыслях о завтраке затошнило, но… – Если после спарринга захотите есть, я лично раздобуду Вам жареную кунунгу (птица с виду напоминающая индейку, но больше размером. Отличается очень мягким и нежным мясом. Деликатес на всем материке)

Я скривилась. Да он издевается! Ну что делать… Пришлось вставать и топать за парнями на площадку. Хотя ноги уже не слушались. О каком спарринге речь идет, когда сил итак нет?!

– Магию не использовать. Только физическая сила. Разрешается все, правил нет. Не бойтесь ломать друг другу конечности, бить по лицу. Любая травма противника – один балл в вашу пользу. Разбились на пары! Веарте, ты в паре с Трамезом!

Все рассыпались по площадке парами, я же стояла и разглядывала во все глаза того, на кого раньше не обращала пристального внимания. Трамез, а точнее Трамез Дан Поремео Ашахти, как показала красная точка над его головой, был, как мне показалось, самым веселым из всей компании отреченцев. Широкие рельефные плечи, мощная шея, овальное лицо с косой черной челкой. Раскосые глаза, смотрелись как-то по-кошачьи, густые черные брови в разлет, делали взгляд более выразительным, аккуратный прямой нос и губы, растянутые в хитрую улыбку, которую обрамлял тонюсенький шрам на верхней губе.

– Нравлюсь? – бархатный голос заставил вздрогнуть и пристально посмотреть в глаза парня.

А вот глаза у него были какими-то колючими, ну не то чтобы совсем, а так. Легкое ехидство во взгляде точно присутствовало.

– Еще не поняла – ответила я, тряхнув волосами.

В этот момент он встал в боевую стойку. Выглядело опасненько. Я просто повторила его движение и в один момент с его лица сползла вся веселость.

'Дан, аккуратно с ней.' – влез в голову Карриенс.

'Разрешение дали. Не переживай, не убью!' – Трамез снова растянул губы в улыбке.

Взмах рукой с его стороны и толчок в мое плечо, неприятно. Снова улыбнулся. Не зная, что делать, я решила пнуть гада в колено, но он перехватил мою ногу и задрал вверх. Я же стояла изумлённо, глядя на свою любимую конечность, не подозревала о гибкости своего тела, но раз так! Сальто назад было единственным, что пришло мне в голову. Выполняя этот дурацкий трюк заехала второй ногой ему в челюсть, это действие сразу отозвалось болью в ударившей ноге. Челюсть у него что ли стальная?! Приземлившись на обе ноги начала скакать, унимая неуклюжую конечность, а в это время над нашими головами вспыхнули цифры «0-1». Трамез моих действий не оценил, потер подбородок и бросился в мою сторону. Как думаете, что мне пришло на ум, видя, как недовольный отреченец бежит, словно бык на красную тряпку? Правильно, как любой уважающий себя тореадор, я просто шагнула в сторону, попутно ставя подножку гаду. Его кульбит я оценила аплодисментами. Это ж надо так перевернуться в полете и воткнуться головой в землю! Над головой снова вспыхнули цифры «0-2»

– Теперь понятно почему с тобой в пару поставили. Ты, наверное, самый неуклюжий отреченец. – ехидничала я.

Отовсюду раздавались звуки ударов, бои шли не на жизнь, а на смерть. Будь я в другой ситуации обязательно бы посмотрела, но сейчас некто очень злой двигался ко мне с перекошенным лицом.

Подняв руки в примирительном жесте, я сделала несколько шагов назад, чувствуя, как под ногами мерзко хлюпает земля. Но по всей видимости, одного очень грязного и раздраженного человека это не волновало вовсе. Он резко дернулся в мою сторону и схватил за руку, затем вывернул мне ее за спину, а второй рукой сжал горло.

– Будь умницей, просто не сопротивляйся, тогда ломать тебе ничего не буду.

А вот это он зря… Ой, как зря… Щеки у меня от злости вспыхнули мгновенно.

– Да чтоб тебе икалось, болезный – прошипела я со злости и со всей дури долбанула того пяткой в колено. Его руки мгновенно разжались, он немного склонился, а я, недолго думая звезданула ему ладошкой в ухо. Над нами снова вспыхнул счетчик «0-4».

– Зараза! Ик… Я ж тебя… Ик! – шипел Трамез держась за больное ухо.

Не ну вы когда-нибудь видели взбешенно-удивленного отреченца? Вот и я нет. Я ведь тоже очень удивилась поняв, что икотой парня прокляла. Интересно, а они вообще икали раньше, ну хоть раз?

Судя по тому, как все кругом затихло, тренировка прекратилась. Я повернулась, чтобы посмотреть почему и увидела задумчивые взгляды остальных. Честно, их рожи с синяками и ссадинами позабавили не на шутку, вызывая у меня улыбку. А их чумазый вид чего стоил?

– Что? – спросила я, не в силах скрыть улыбку.

– Ик!

– Я не использовала магию! – воскликнула, поняв их вопросительные гримасы.

Взгляды блуждали от меня к Трамезу и обратно. Задумчивые такие.

Услышав хлюпанье шагов из-за спины, я повернулась к Стоуджу. Тот вальяжной походкой пересекал площадку с таким же задумчивым взглядом.

– Трамез, тебя отделала девчонка! Собираешься и дальше поддаваться? Она этим неплохо пользуется!

– Ик! Нет, магистр… Ик! Теперь не буду.

– Тогда продолжили! И не надо думать, что она слабачка, хотя тебя и ребенок уделает.

Все вернулись на свои места. Я печально вздохнула и отошла еще на пару шагов от Трамеза, а то он злой очень… И икает. В мою бедную головку тут же пришла светлая идея.

– Трамез.

– Ик! Чего?

– А как у тебя с координацией?

Тот, не удостоив меня ответом ринулся в мою сторону, занося кулак для удара. Я попыталась отскочить и получила в плечо, счетчик вспыхнул «1-4». Это было очень больно, даже слезы из глаз брызнули, вот только меня это еще сильнее распалило.

– Чтоб тебе спотыкалось до конца тренировки! – заорала я и замахнулась кулаком в ответ.

И попала! Я попала гаду в висок, когда он споткнулся, хотя честно, метила в скулу, как минимум. Счетчик вновь вспыхнул «1-5». Но дальше я уже не могла ничего сделать. Злой отреченец сорвался с места и схватил меня за руки, попытка вырваться закончилась переломом моего мизинца, жгучей болью и слезами. Я уже не разбирая, куда бью начала лупить Трамеза, а он в ответ выворачивал мне руки. Я даже кулаком в скулу получила, но ответила хорошим пинком промеж ног и снова бросилась бить гада кулаками по спине и голове. В итоге я лежала подмятая под отреченца в грязи с вывихнутой рукой и сломанным мезинцем и брыкалась, как кенгуру. Да я даже кусалась и царапалась, совсем потеряв голову от боли. Глаза застилали слезы, когда я материла урода. Взгляд выхватил цифры счетчика «17-59». И тут мне вновь прилетело кулаком. На этот раз в глазах мгновенно потемнело, а боль уступила место умиротворению.

Очнулась я от назойливых голосов мешающих мне спать, вроде и разговаривали тихо, но меня бесило.

– Долго он там психовать будет? – это вроде голос Карриенса

– А то ты не знаешь! Пока лес не повалит, не успокоится – голос был полон сарказма. Каин, как всегда, в своем репертуаре. – Хоть лесопилку открывай.

Кто-то задумчиво вздохнул. Вообще вроде тихо было, но мой мозг что-то раздражало, какой-то назойливый звук, глаза открывать я не спешила, и прислушалась. Что-то похожее на пыханье или… Будто кто-то тушит сотню костров водой по очереди. Внезапно раздался треск. В одно мгновенье я подскочила с пледа, лежащего на земле и вылетела из палатки. Где-то совсем рядом падало дерево. Не знаю, что на меня нашло, но я рванула в ту сторону, будто обезумев. И когда дерево повалилось на землю, в голове раздался нечеловеческий рев, меня просто подкинуло от этого звука. Кто-то кричал мне вслед 'Стой!', кто-то хватал за руки, но я точно знала, что мне срочно нужно туда. Там что-то произошло! Кто-то нуждается в помощи. Сердце стучало в висках, пальцы горели, хотя я больше никакой боли не чувствовала, точно знала, что мизинец сломан, а рука вывихнута. Но плевать было.

Я перескакивала через корни, отпихивала здоровой рукой ветки и огибала вековые деревья. Спотыкалась и скользила по грязи, но не могла остановится. В глаза бросилось здоровенное дерево, под ним дергалось что-то черное, взгляд не разбирал что это, но мозг требовал помочь немедленно.

Приблизившись, я поняла, что это какое-то животное. Меж двух валунов было зажато большое мохнатое тело, из-под дерева торчали задние лапы с острыми когтями, длинный толстый хвост с перьевидным концом и большое крыло с черной короткой шерстью. Животное рычало, скреблось и скулило, пытаясь выбраться из неожиданной ловушки. Дерево было очень большим, чтобы его обхватить руками, наверное, понадобилось бы двое парней. Мое сердце содрогалось от боли, это существо было мне дорого, как собственное тело.

– Адептка, немедленно отойдите в сторону. Этот зверь очень опасен. – раздался голос магистра из-за спины.

Я резко обернулась, все были в сборе и с опаской смотрели на торчавшие конечности зверя.

– Помогите ему! – всхлипнула я. – Он так погибнет!

– Лиа, отойди. Это не то животное, которому стоит помогать. Пусть остается здесь, ему не долго осталось.

Я перевела взгляд на Рэйса, и увидела в его глазах безразличие.

– Да что ж вы за твари такие бездушные?! Он умирает, ему нужна помощь!

Я разоралась на них. Все мое существо кричало, что этому животному нужно помочь. Тело колотило от крупной дрожи, на глаза наворачивались слезы. И хоть я и понимала, что мне не по силам столкнуть дерево в сторону, я все равно уперлась в него руками начала толкать. Рык под деревом постепенно затихал, обращаясь в тихое скуление. А я все толкала и толкала это треклятое дерево.

– Да чтоб тебя! – с психа пнула по скользкой коре. – Будь ты трижды проклята, чертова деревяшка! Чтоб тебя разорвало! Чтоб тебя на молекулы расщепило! – рыдала я, пиная это чертово явление природы.

– Лиа… – позвал кто-то тихо.

Но я не унималась. В груди такая горечь плескалась и бессилие.

– Чтоб тебя разложило!

И тут дерево просто рассыпалось на наших глазах. Сначала это были щепки, затем пыль, а потом вся его масса стала склизкой, и она рухнула к моим ногам заливая неведомого мне зверя.

Это был шок, ступор, потрясение, как хотите, но мы замерли не мигая, пытаясь осознать, что произошло. Минуту, может больше неподвижно, словно статуи, стояли девять тел, пока не услышали новый скулеж. Это был дракон. Самый настоящий дракон с черной лоснящейся шерстью, небольшого размера! Меня дернули за больную руку от чего я зашипела, но не обращая внимания на причинившего боль бросилась к животному.

– Лиа, отойди немедленно! – рыкнул Стоудж.

Дракон повернул ко мне свою голову, покрытую коротенькой шерстью и ощерился, прижав длинные стоячие уши. Плоская морда показывала вполне острые зубы, способные перегрызть мою тонкую шейку, и дракон 'как бэ' намекал, что не стоит приближаться. Большие овальные раскосые ярко-зеленые глаза с вертикальным зрачком впились в мои собственные, а большой плоский нос в форме сердечка слегка сморщился от боли… Или отвращения? С тихим рычанием он поднялся на лапы, видно было, что с трудом ему это дается. Но я, увидев свисающее крыло бедняги и зная, что ему сильно досталось, вытянула руку к его морде. Как-то неосознанно это случилось.

'Тише, малыш… '

'Малыш', размером с породистую лошадь удивленно распахнул глаза, но замер. С каким-то любопытством разглядывая мою руку. Сзади раздалось рычание, дракон перевел взгляд и снова ощерился, показывая свой оскал во всей красе. Глаза в подозрении сузились, а я, пользуясь моментом и своим бесстрашием ткнула дракона своей ладонью в нос, тот сразу как-то успокоился, вдыхая мой запах. Мы оба находились в каком-то замешательстве. Рассудок помутился, а дыхание совсем стихло. Так же не дыша, я коснулась второй рукой крыла дракона, он такой мягкий, прям совсем плюшевый. Мне стало так обидно, что его крыло сломано. Готова все на свете отдать, чтобы увидеть, как он взмывает в небо расправив свои крылья.

Где-то глубоко во мне колыхнулось что-то незнакомое, светлое, теплое. По пальцам поструилась магия, аккуратно касаясь животного. Морда зверя повернулась к крылу, он как-то потрясенно уставился на весь процесс оттопырив забавные уши и нас озарила яркая вспышка. С мыслями о том, что дракон цел и может летать, меня унесло в далекое и родное царство тьмы.

Бух! Бух! Бух! – Шарахало что-то далеко. Меня вытянуло из сладкого забытья, но я усиленно пыталась вернуться обратно, напуганная тяжестью собственного тела. Сколько раз замечала, что, приходя в себя, ощущения такие, будто по тебе стадо быков пробежало. Поморщившись, я начала проваливаться в сон.

Бух! Бах! Шарах! – Да что такое?!

Бабах! Трах! Шарах!

Какого мрака тут творится?! Распахнула глаза и уставилась в крышу уже до боли знакомой палатки. Крыша мне на немой вопрос отвечать упорно не хотела, за что получила от меня презрительный взгляд.

Трах! Шарах! Бабах! – Донеслось снаружи.

Путаясь в мыслях я с трудом поднялась и приоткрыла палатку. Ничего. Никого. Костер горит, небо черное, воздух влажный. Ночь значит. А где все?

Бух! Бух! Бах! – вылезла из палатки и отправилась в густой лес на странные громкие звуки.

И чем они там занимаются посреди ночи? Осторожно ступая по рыхлой земле, стараясь не споткнуться о корни, я вышла на следы нескольких пар ног. Взгляд выхватил яркие вспышки разных цветов, вслед доносились и неведомые звуки.

Бах! Бах! Трах!

Подойдя ближе я уже и ментальные голоса слышала. Похоже это очередная тренировка, устроенная Стоуджем.

'На девять часов!' – вроде голос Хагевея.

'Дан, сзади!' – следом что-то шарахнуло.

Я все приближалась и мои уши выхватили утробный рык, не похожий ни на что. Хотя нет… Я уже где-то слышала его. Мозг с трудом вспоминал последние события, происходившие до того, как я оказалась в палатке.

'Эта тварь слишком юркая. Сверху!'

– Р-р-р-рай!!!

Бабах!

'Лови!' – рычал Рэйс.

Уши заложило от очередного взрыва, следом затрещало поваленное дерево и моему взору предстала самая настоящая битва с драконом! Небольшая площадь леса усыпана поваленными деревьями, парни мечутся между пнями, пытаясь попасть в дракона, а тот лазил по уцелевшим стволам. Причём моему взгляду удавалось уловить этого зверя только в свете ярких вспышек магических заклинаний. Я вышла из-за плотной стены леса.

Передо мной сидел веселый Стоудж попивая какую-то жидкость из кувшина, наблюдая за битвой. Мой желудок стянуло, напоминая о том, что давно бы поесть пора. Ела-то я в последний раз вчера вечером, сразу после того, как обосновались в палатках.

– Магистр… а что здесь происходит?

Стоудж чуть вздрогнул и с улыбкой повернулся ко мне, стеклянные глаза говорили о том, что в кувшине была далеко не водичка.

– Лиа? Уже очнулась? Да вот, мы тут… Изучаем дракона.

– В смысле? – не поняла я.

– Ну он уже четвертую ночь сюда прилетает и пытается пробраться в наш лагерь, дал адептам задание изучить повадки зверя. Он опасен, очень. – и взглядом таким выразительным меня одарил. – Скорее всего, придется свернуть лагерь, а то еще прибьет кого-нибудь.

Пока я его слушала в голову пробиралась лишь одна фраза.

– Как четвертую ночь?! Это я там – указала пальцем в сторону лагеря. – четверо суток лежала?! – это меня от исцеления дракона так вырубило?!

БАБАХ!

Очередной шар угодил в дерево, на котором сидел дракон. Громкий треск и дерево завалилось на бок, а зверь перепрыгнул на другой ствол, затрещав ветками. Понимая, что они пытаются прибить дракона, сердце пропустило удар, я не выдержала и что есть мочи заорала:

– А ну хватит гонять животное! Не для того, я так много сил истратила, что бы вы мне тут бедного зверя убивали! – и для убедительности метнула в парней ослепляющий шар.

Все замерли, яркая вспышка магического шара слепит на несколько секунд. Но дракону хватило времени, чтобы спрыгнуть с дерева и с яростным рыком броситься в мою сторону.

– Р-р-р-р-рай!!! – кричал дракон.

Я ошалела. Не думала, что он вообще заинтересуется в этой схватке моей миниатюрной персоной, но зверь в несколько прыжков настиг меня, повалив на землю. Больно ударившись спиной о корень дерева, я поморщилась. Лапы животного прижимали мои плечи к земле, и я не могла даже пошевелится. Как ни крути, а ужаса и страха я не испытывала.

– Р-р-р-рай! – прорычал зверь мне в лицо, отчего обдало жаром и запахом морского бриза.

Я смотрела в глаза дракону, в них плескалась такая безмерная радость, что все мои мысли о внезапной смерти от исцеленного мною зверя в миг испарились.

– Р-р-р-ай! Рай! Рай! – рычал счастливый дракон и облизнул мое изумленное лицо шершавым чуть раздвоенным на конце языком.

Краем глаза я заметила, что все уже отошли от вспышки и теперь тихонько крадутся в мою сторону, чтобы спасти от дракона. Да с такими лицами, будто самое страшное что только могло случиться, уже произошло.

'Лиа, не шевелись! Не провоцируй его, сейчас мы тебя вытащим. Тихо, девочка, без паники' – шептал в моей голове Рэйс.

– Не трогайте зверя! Он радуется – крикнула приближающимся.

Дракон усёк, что происходит, вспыхнул в зеленом свете и на мне очутился мини-дракон размером с собаку. Он нервно повернул голову и ощерился на подкравшегося Стоуджа, тихонько с меня сползая. Магистр моим просьбам не внял и швырнул в него магический шар фиолетового оттенка, смутно напоминающий заклинание стазиса. Вот только зверю было все ни по чем. Получив разрядом по плоскому лбу, он выплюнул в ответ сгусток огня, хотя Стоудж и успел увернуться, волосы ему подпалило знатно. А вот позади стоящему дереву не повезло, оно обуглилось в считаные секунды.

– Хватит, я сказала! – заорала я, поднимаясь.

– Лиа, это не домашнее животное, это манухеске! Самый опасный дракон, который только может встретится! – прорычал Стоудж.

Зверь от его рыка даже застеснялся. Потупил глазки и пару раз стрельнул ими в меня, отчего моя челюсть потерпела фиаско, глухо стукнувшись об пол. Ну разве может такое создание быть опасным? Он же милашка, такой плюшевый весь.

'Ага, плюшевый. Веарте, ты ходячая катастрофа. Этот плюш родом из империи смерти. Самый неуловимый дракон, самый опасный и самый беспощадный.' – усмехаясь сказал Рэйс.

– Если он такой беспощадный и опасный, почему ты тогда тут еще стоишь, а не лежишь где-нибудь под свежим пнем?! – ощерилась я.

'Идиотка' – констатировал Каин, на что я его одарила таким красноречивым взглядом, что даже дракон удовлетворительно рыкнул.

Магистр решил повторить попытку:

– Лиа, ты пойми. Этот дракон не восприимчив ни к какой магии вообще, в принципе! Я не знаю, как у тебя получилось его исцелить, но он от этого не становится менее опасным. Так что, если он бросится чтобы разорвать тебя или кого-нибудь из нас, мы ничего не сможем сделать, разве что палками отогнать.

Стоудж уже стоял, облокотившись на дерево, всем своим видом демонстрируя недовольство, скрестив руки на груди. Пьяными глазами рассматривал дракона, прижавшегося к моим ногам. Нет, я, конечно, понимаю его опасения, но этот зверь… Такой родной, что даже мысли подобные допустить не могу.

– Если бы он был так опасен, то съел бы уже кого-нибудь… Но как я вижу, все живы и здоровы. – утвердительный рык прозвучал мне в ногу.

– Веарте! Это дракон! ДРАКОН, понимаешь? Как ты его нашла и как исцелила это другой вопрос, но это дракон!

– Дракон – не дракон! Какая разница? Я не чувствую рядом с ним опасности, а даже наоборот! Мне было необходимо его спасти, и я это сделала! – дракон мурлыкая ластился ко мне. Это не дракон, а кот какой-то!

Я потрепала его за ухом и обвела взглядом присутствующих. Их лица не выражали ровным сетом ничего, скорее походили на каменные маски, только во взглядах проскальзывало изумление.

'Опасен?' – голос Каина был слегка напряженным.

'Да он же как кот у сметаны, посмотрите!' – ответил Карриенс.

И все дружно посмотрели на мурлыкающего дракона, трущегося головой об мою руку. Зрачки у зверя были расширены, и так он преданно заглядывал в мои глаза, что сердце невольно дрогнуло от умиления.

–И как же ты можешь быть таким опасным, как говорят эти бездушные нелюди? – честное слово, дракон в ответ мурлыкнул, пожав плечами!

Я с великим скептицизмом перевела взгляд на парней.

–А вы точно про этого зверя говорили? Как-то не похож он на смертоносное чудовище…

На этой ноте мы отправились в лагерь. И хоть магистр и упирался, требуя оставить зверя за пределами лагеря, но ни я, ни дракон его не слушали. Я вообще есть хотела. Мой желудок все время урчал, как и дракон, требуя еды. Вот только Стоудж отказался предоставить обещанный деликатес, заверяя меня, что длительный голод нужно утолять бульоном, иначе желудок не справится и будет заворот кишок. Так и сидела я у костра с кружкой горячего бульона, пристально разглядывая родную зверюшку.

– Как тебя зовут-то? – поинтересовалась я.

Дракон поднял голову с моих колен и выдал:

– Рай!

Я лишь улыбнулась в ответ, теребя его за плюшевое ушко.

– Хорошо… Рай. Скажи мне что ты есть будешь?

Рай сунув нос в мою кружку с бульоном недовольно фыркнул, я поняла это как 'ну уж точно не эту гадость', он снова опустил голову на мои колени. Ощущения, скажу я вам, очень приятные. От его мурлыканья по телу разносились легкие, успокаивающие вибрации, а на душе так тепло и уютно становилось. За всей этой картиной наблюдали ребята. Хоть время и позднее, но они предпочитали следить за драконом, нежели высыпаться перед утренней тренировкой.

– Ты хоть понимаешь масштабы катастрофы, которая предстоит тебе с этим драконом? – Спросил Каин, помешивая чай в металлической кружке.

Я понимаю, что в Академии такой находке не обрадуются, но и прятать его не имеет смысла. Это же такое свободолюбивое существо. Они же как птицы, без полетов начнут медленно погибать. А Рай, по всей видимости, не собирался меня покидать. Его собственническое порыкивание на парней это хорошо доказывало.

– И что мне делать? Я, в принципе, могу и не возвращаться в академию. – улыбнулась я Каину.

– Исключено, Лиа. – вставил свое веское Рэйс. – Дракона возьмем с собой, пусть ректор сам решает, что делать. Только нужно его аккуратно провести, чтобы не распугать студентов. Это может плохо закончится для твоего питомца. – последнее слово он намеренно ядовито выделил, посмотрев на дракона.

Я не стала обращать на это внимания. Сделав еще пару глотков наваристого бульона, отставила кружку на импровизированную скамью и с рвением принялась щекотать дракона. Уж очень интересно мне было как он отреагирует. Рай сначала поежился, но, когда я пальцами добралась до его шеи, он как истинный кот вытянул голову, прикрыл глаза и довольно заурчал, виляя хвостом. Хвостом же он задел костер, самое интересное, что шерсть его вообще не пострадала, а вот очаг потух.

– Рай – укоризненно покачала головой я.

Прохвост даже, не задумываясь, повернул голову и выплюнул сгусток алого пламени в очаг. Стоит ли говорить, что все мы дружно охнули. Это очень умный зверь, все он понимает, только не разговаривает. Дракон подставил свою шею для новой порции ласок.

– Р-р-р-р-р – попросил рай, прикрыв глаза.

И все бы ничего, сидишь себе наслаждаешься мерным урчанием зверя, приятно охлаждающим влажным воздухом, неуемными скептическими взглядами голубоглазых сторожей, в которых искрится отражение очага и тихих разговоров ни о чем. Вот только… Разум вдруг стал светлее, будто спала пелена, накрывавшая сознание все эти дни. И в мысли стужим вихрем врывались вопросы. Много вопросов. Например, о том, как так получилось, что я, ведьма сумеречной империи, очутилась в далеком прошлом? Да, на это есть ответ. Но какой? Тьма хочет вернуть частицу себя, а тут я подвернулась, да не абы как, а проклянув напоследок своего убийцу. Хотя насчет того, убил ли он меня нужно еще расспросить тьму при возможности, ведь не с проста же она меня в обратном уверяла.

А еще подумалось об отреченце сидящем, напротив. Щеки мгновенно вспыхнули от ярких воспоминаний о ненавистных поцелуях. Кровь будто вспенилась и от этого зубы сомкнулись на нижней губе. Стыд, отвращение, обида… Чего ему от меня надо? И ведь гадостей наговорил кучу. Если б в постель хотел затащить, не стал бы, наверное, отвращение к себе вызывать… Хотя кто этих черномордых знает. Мало ли к чему они на своей родине приучены, раз уж женщин из Сумеречной Империи воруют. Ой, не хотелось бы мне оказаться на положении пленницы у одного из таких чудовищ. Это ведь делить постель с похитителем до беременности, а потом дать чаду жизнь и закончить последнюю где-нибудь на кладбище с почестями. Хотя о почестях к погибшим пленницам тоже неизвестно, может вообще их в какую-нибудь яму бросают и все на этом. Вот вам и почести.

Воображение услужливо зарисовало огромную бездонную яму, куда отреченцы сбрасывают хрупкие серые фигурки, причем последние нагишом. У самого края стоят высокие столы, на которых рожают молодые девушки. Рожениц с последним вздохом за руки и за ноги выбрасывают в яму, а новорожденных уносят во тьму. Бр-р-р… И привидится же.

Растерянно сморгнув собственные мысли и тряхнув волосами, я только сейчас поняла, что вокруг стоит дикий хохот. Глаза мгновенно стали разглядывать обстановку.

Да… Отреченцы потешались над моими мыслями. А я ведь забыла совсем! Вот ду-у-у-у-ура!! Не хватало только за голову хватания и падения ниц. Покраснела я знатно, помидоры бы позавидовали.

– Хорошего же ты мнения о нас, Лиа. – усмехался Рэйслан, а усмешка-то такая каверзная. Пожалуй, задумал чего.

Вот чего-чего, а о тебе, черномордый, я точно ничего хорошего сказать не могу. Мысленно я ему перед рожей даже кулаком погрозила, но вспомнив о теме смеха отвела глаза. Теперь у меня, наверное, и пар из ушей валит. Жаль помидора нет, чтоб цветом сравниться.

Под стихающие смешки уткнулась лбом в лоб дракона и снова задумалась. На этот раз чтобы отвлечься. И пусть они мои мысли слышат, может и помогут с этим вопросом. Одна голова хорошо, а девять еще лучше.

А вопрос касался как раз-таки дракона. Чего он вообще на этом полигоне забыл. К тому же юркий такой, а из-под дерева выпрыгнуть не успел… Вот не складывается никак. Я даже голову с дракона подняла, чтоб собственной загадке в глаза посмотреть. Зверь ни преминул недовольно зыркнуть в ответ. И взгляд такой… Преданный совсем. Вот ничего другого в этих ярко-зеленых глазах с большим округлым зрачком разглядеть и не удается.

– А ведь ты права, Лиа… – встрял в мои мысли ненавистный голос. – На дракона магия не действует, поэтому ему не составило труда попасть на полигон. Но что он тут делал, в нашей империи, это уже вопрос требующей особого внимания, они тут очень редкие гости.

– Да и как мы заметили, его скорость не позволила бы ему попасть под то дерево. – поддакнул Хагевей.

Глядя на дракона, я нахмурилась.

'А не хочешь ли ты, милый, объяснить мне зачем сюда прилетел?'

Рай виновато поднял то, что на человеческом лице я бы назвала бровями, веки спрятали половину зрачка отведенных в сторону глаз, а сам дракон качнул головой.

Я приоткрыла рот от удивления.

– Ты меня тоже слышишь, что ли?! – воскликнула я.

Зверь быстро уронил голову обратно на мои колени, всем видом изображая каменное изваяние. И как бы я не старалась столкнуть со своих ног громадину, у меня это не выходило.

Махнула на все рукой и снова закусила губу, почувствовав на себе пристальный взгляд Рэйслана-Кейна. А то, что это был именно он, не было никаких сомнений. Только от него такие мурашки бешеные по телу ползают. Я подавила в себе желание поднять глаза в ответ и стала делать вид, что рассеянно треплю Рая за ухо. Хотя он, наверное, догадался, что это напускное, так как в этот момент в моей черепушке только тараканьи аплодисменты эхом разносились.

– Быстро сворачивайте лагерь. Через полчаса отправляемся в академию – скомандовал магистр внезапно, отчего я вздрогнула, будто меня ледяной водой окатили.

Сборы проходили быстро и слаженно, мы паковали свои вещи в рюкзаки. Хотя у меня получалось все не так быстро. Рай все время пытался выхватить у меня вещи из рук. И стоило только отвернуться, эта наглая шерстяная морда с явным любопытством потрошила сумки. А когда дело дошло до сворачивания палатки, и вовсе, принялся эту процедуру усложнять, выхватывая зубами элементы приютившего меня домика. Так и приходилось за ним гоняться с мыслями о вариантах смерти от руки Розы за неполный комплект вещей в выданных сумках. Если бы не магистр, сборы протекали бы не так быстро. Чего ему вообще так резко приспичило возвращаться? Нормально же сидели у костра, дожидаясь тренировки. Хотя, если подумать… В тот момент его лицо вообще ничего не выражало, а взгляд и вовсе отсутствовал, будто душой Стоудж и не здесь находился. А есть ли у отреченцев эта самая душа? Наверное, у всего живого есть, так что черномордые, скорее всего, ею тоже не обделены.

Впопыхах мысли были сумбурными и укладу не подлежали, что бесконечно бесило и уверенности в себе не добавляло.

За полигоном было такое же лето, как и в первый день. Погода яркая и солнечная, птички поют, жужжат пчелы где-то совсем рядом, скверчат кузнечики. А воздух-то какой! Хотелось петь и плясать. В общем, душа радовалась.

– Лиа, приструни своего зверя! – прошипел Каин.

Я обернулась на голос. Рай сидя рядом с Каином вцепился зубами ему в ногу и рычал, недобро сверкая глазами. Дракон намекал, что еще немного и эту самую ногу он ему перегрызет с первым же хрустом. Во взгляде откровенная ярость.

Подошла к паре ближе, чтобы тихонько Рая оттащить.

– Тьма и пропасть! Да ты ему на хвост наступил! – заорала я, переживая за дракона.

Каин недобро сверкнул глазами и аккуратно сделал шаг назад вместе с прицепившимся к ноге зверем. Рай хорошенько прорычался на неуклюжего гада и только после этого разомкнул челюсти. Причем во время недовольного рыка, явно означающего гневную тираду, Каин морщился так, будто съел ведро лимона вместе с кожурой.

'Не трудно догадаться, что тебя благим матом покрыли!' – прохохотал Карриенс, на что Каин скривился еще сильнее. Видать и самому не по зубам пришлась своя неуклюжесть.

Магистр подготовивший портал скомандовал нам строится на площадке. Я с великим удовольствием уткнулась взглядом в калорийский узор, пытаясь рассмотреть незамеченные ранее витиеватые закорючки. Печать портала уже набирала силу, свечение становилось все сильнее.

'Вот интересно, а сколько еще вы видов телепортационной печати знаете? Эта явно отличается от той, что в академии.' – пробубнила я мысленно.

'Да мы вроде не увлекались особо, хотя обязаны знать минимум три печати. Вот эта, например, именуется как 'чистая'. Она преобразует только магический резерв сотворившего ее. То есть ее можно начертить где угодно и использовать. В отличии от остальных, она не прокалывает пространство, а преобразует материю в энергию и уносит ее в заданном направлении' – ответил Хагевей, как на занятии.

Я медленно поднимаю взор на того, кто сотворил сию печать. В его стальном взгляде плещется насмешка, он все это время неотрывно за мной следил. Печать уже почти завершила работу, а до меня только начало доходить! Я как во сне пытаюсь вцепиться в дракона, когда все мое тело начинает таять, меня сжимает и кружит. После недолгого странствия, я обретаю форму и чувствуя твердую опору под ногами поднимаю ресницы. Перед собой я видела только голубые очи, в которых плещется все та же насмешка.

'Я не успела…'

Глава 7

Домовой Петруша

Иногда так случается, что словарный запас пополняется против воли. Вот к примеру, случайно оказываешься на городском рынке, в коем мне не раз приходилось бывать, а там этих словесных дел мастеров столько, что уши вянут. Ну мне конечно, такие экспресс курсы по изучению народного мата ни к чему, сам бы их еще научил. Я обычно и внимания на это не обращаю, но сейчас очень сложно было мимо пройти.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.